Прагматизм: основные положения

Введение

Прагматизм (с древнегреческого πράγμα – дело, действие) возник в 70-х годах XIX в. в США. Основные идеи этого учения выдвинул американский философ, логик и математик Чарльз Пирс (1839-1914). Главная его идея была сформулирована как прагматический принцип, или «прагматическая максима», согласно которой все содержание наших понятий исчерпывается понятием о его возможных практических последствиях. Чтобы добиться полной ясности в наших мыслях о каком-нибудь предмете, писал Пирс, разъясняя свой принцип в статье «Как сделать наши идеи ясными», мы должны рассмотреть, какие практические следствия содержатся в этом предмете, т.е. каких мы можем ожидать от него ощущений и к какого рода реакциям со своей стороны мы должны подготовиться. Наши представления об этих следствиях и есть все то, что мы можем уяснить для себя об этом предмете.

Пирс отрицает познавательное значение мышления, считая единственной его функцией преодоление сомнения, затрудняющее действия человека, и переход к «устойчивому верованию», к убеждениям, которые «суть фактические правила для действия». Успешные действия, польза – единственный критерий истины и по существу отождествляется с ней.

Однако широкое распространение прагматизм получил лишь в 90-х годах XIX в. благодаря трудам крупнейшего представителя американского прагматизма Уильяма Джемса (1842 – 1910). Джемс возродил и развил идеи Пирса, придав им более популярную форму. Он выдвинул концепцию «радикального эмпиризма», суть которого заключалась в отождествлении опыта и реальности. Реальность – это хаос случайных событий, «плюралистическая вселенная». Тождественный ей опыт включает в качестве равноправных состояний сознания ощущения и эмоции, сны и галлюцинации, религиозные, спиритические и другие переживания. Опыт рассматривается, таким образом, в духе махизма как нечто «нейтральное». Это и состояние сознания познающего субъекта и вместе с тем познаваемый объект. И мысль, и вещь. Объект оказывается потоком сознания, объективированным в «плюралистическую вселенную». Человек действует в иррациональном и непознаваемом мире, и все попытки познать его бессмысленны. «Мы находимся в мире так же, как собаки и кошки в наших библиотеках; они видят книги и слышат разговор, не чуя во всем этом никакого смысла». А так как знания не имеют объективного содержания, теории, идеи, понятия должны оцениваться прагматически, т.е. не с точки зрения их истинности или ложности, а с точки зрения их практической пользы. Истинно то, что полезно, что приносит успех. Идеи, понятия – это орудия, необходимые человеку для достижения поставленной цели. «Истиной прагматизм признает то, – и это "единственный его критерий истины, – что лучше всего подходит к каждой части жизни»1.

Проблема истины – главная в прагматизме. Отождествив истину с пользой, с практическим успехом, прагматизм оторвал ее от объективного содержания: идея согласуется не с реальностью, а с успехом действия. Между тем истина «полезна», когда она верно отражает предметы и связи реального мира, содержит объективные знания о действительности. Опираясь на эти знания, человек достигает успеха в своей деятельности. Но для прагматизма не существует объективной истины, общеобязательных моральных норм; истинно и нравственно лишь то, что выгодно.

Основные положения прагматизма

В 20— 30-х годах XX столетия основные идеи прагматизма получили развитие в инструментализме Джона Дьюи (1859 – 1952). Идею Пирса о преодолении сомнения и переходе к вере Дьюи развивает в учении о «проблематической ситуации». Это неопределенное, затруднительное положение, в котором оказывается человек и которое преодолевается благодаря мышлению. Основная и единственная задача мышления – преобразовать неопределенную («проблематическую») ситуацию в определенную, используя для этой цели наиболее полезные в данной ситуации «инструменты»: понятия, идеи, теории.

Важно, однако, отметить, что проблематическая ситуация трактуется в инструментализме не как объективные условия, в которых оказывается человек, а как внутренняя неуверенность, субъективное состояние человека, не зависящее от объективных обстоятельств. Понятия и теории это не интеллектуальные средства, выполняющие познавательные функции, а «орудия», «инструменты», используемые лишь для выхода из «проблематической ситуации».

Отождествив, как и Джемс, истину с пользой, Дьюи считает идею истинной, если она является «инструментом» успеха. Функции интеллекта, считает Дьюи, заключаются не в том, чтобы познавать объекты окружающего мира, а в том, чтобы устанавливать пути, позволяющие создать наиболее эффективные и выгодные отношения к этим объектам.

Идеи прагматизма в течение нескольких десятилетий были широко распространены в США, где они оказали огромное влияние на науку, право, политику, образование. В начале XX в. американский прагматизм проник в Англию, где его лидером был Ф.Шиллер, а также в другие страны Западной Европы и в некоторые страны Азии, в том числе в Китай. После второй мировой войны это течение уступает место другим течениям, однако и сегодня оно остается одним из наиболее влиятельных в западной философии. Крупнейшим современным представителем прагматизма является американский философ Ричард Рорти, разработавший вариант прагматистской герменевтики.

Название этого течения связано с именем древнегреческого бога Гермеса – посланника богов и толкователя их воли. По римской версии мифа таким посредником считался Меркурий. Сам термин в переводе с греческого означает «разъясняю», «истолковываю».

В Древней Греции герменевтика представляла собой искусство толкования иносказаний, а позднее – поэтических произведений, особенно поэм Гомера. В средние века она рассматривалась как искусство толкования библейских текстов, а в эпоху Возрождения перевода и интерпретации античных авторов. В Новое время методы интерпретации стали широко использоваться в классической филологии; тогда были систематизированы разнообразные приемы и правила интерпретации, относящиеся преимущественно к практике, а не к теории.

В самостоятельную область знания герменевтика оформилась лишь в XIX в. благодаря трудам немецких философов Ф. Шлейермахера (1768-1834) и В.Дильтея (1833-1911). Ф. Шлейермахер и В. Дилътей входили в число тех мыслителей, которые были оппозиционно настроены по отношению к ценностям классической философии, ее рационализму и веру в возможности научного познания. Они противопоставляли естественные и гуманитарные науки, утверждая, что задача первых заключается в познании объективной истины, а вторых – в раскрытии «смысла», «истолковании» всего того, что связано с деятельностью человека, с его мотивами и целями.

Своеобразно происходило развитие позитивистско-аналитического движения на территории США, там оно преимущественно приняло форму прагматизма. Чарльз Сандерс Пирс подобно многим другим ученым конца XIX в. внутренне глубоко переживал ситуацию религиозных распрей, последовавших за публикацией трудов Дарвина. Не приемля догматической теологии и в то же время полагая, что наука не обязательно должна быть связана с атеизмом, Пирс попытался создать философскую систему, в которой бы учитывались методы и результаты науки и которая в то же время была бы совместима с христианством. Чтобы достичь этой цели, он считал необходимым вначале превратить метафизику в строгую науку, а затем доказать, что сама наука предполагает метафизическое учение, которое не является несовместимым с религией. Сам Пирс признавал главным своим результатом в метафизике сведение категорий к трем основным: первичности (чистые возможные качества, или дух), вторичности (объективный внешний мир, или материя) и третичности (мир общих понятий, эволюция). В более ранних работах: качество, отношение, репрезентация; или – качество, отталкивание, опосредование

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Джемс У. Прагматизм. М., 2005, с.77