Риона Санчез. Часть 5. Обратная сторона

Глава 1. Призраки прошлого

Над разрушенным городом нависали серые тяжелые тучи. Солнечный свет с трудом проникал через их казавшиеся неповоротливыми тела. Повсюду царил сумрак. По правде сказать, «днем» это время можно было назвать весьма условно, так как света поступало очень мало. Первую половину дня солнце скрывали серые облака, а ночью они же начинали светиться, словно состояли из фосфора. Постоянный сумрак давил на глаза, высасывал силы и уничтожал надежду в сердце.

Город представлял собой унылое зрелище. Некогда самый известный мегаполис мира, сейчас Нью-Йорк походил даже не на тень самого себя, это был искалеченный, изглоданный, полуистлевший труп.

Небоскребы на Уолл-стрит были частично разрушены и теперь торчали посреди развалин, словно гнилые почерневшие зубы. Так выглядело большинство задний в городе. Манхэттен превратили в сплошные руины, которые заполонили крысы, одичавшие собаки и другие не менее агрессивные создания.

Центральный парк стал прибежищем для ужасных монстров, что готовы были разорвать любого, кто посмел бы ступить на их территорию.

Город умирал, час его гибели был близок. Ни в одном окне не горел теплый свет, ни одного человека не было видно на засыпанных пеплом и камнями улицах. Нью-Йорк казался одной большой могилой.

Впечатление это было хоть и гнетущим, но все же обманчивым.

Этот дом на небольшой улочке на Кони-Айленде был одним из немногих, что еще неплохо сохранились. В некоторых окнах даже стекла остались. Стены хоть и пострадали от пожара, все же были целы и даже поддерживали крышу, в которой было не так уж много дыр.

Лужайка перед домом была выжжена, на ней имелось несколько воронок, словно от падения метеоритов. Черная земля была вспахана, от нее поднимался не то дым, не то пар.

Некогда белый заборчик, что огораживал территорию дома, сейчас валялся в стороне, доски были обуглены и разломаны. У самого порога валялась фигурка садового гнома. В голове керамической фигурки зияла дыра с неровными краями.

Дом казался необитаемым, как и все остальные по соседству, однако внимательный наблюдатель, если бы вдруг ему взбрело в голову заглядывать в окна, мог бы заметить, как колыхнулись чудом уцелевшие занавески в одном из них.

Девушка с темными волосами, сейчас имевшими непонятный оттенок из-за грязи и копоти, отошла от окна и присела прямо на пол. Внутреннее убранство дома соответствовало пейзажу на улице. Мебель разломана, на полу валялись осколки посуды и куски штукатурки. Большой диван, что когда-то стоял в центре комнаты, был варварски распотрошен, обивка вспорота, словно огромными когтями, из разрезов торчал почерневший наполнитель, пружины и куски железного каркаса.

Стены комнаты покрылись трещинами, в нескольких местах зияли пробоины, через которые легко можно было просунуть голову.

Единственным местом, где можно было с удобством расположиться, являлся дальний от окна угол. Там лежал ковер, валялись несколько уцелевших мебельных подушек и куча тряпья, видимо, заменявшая одеяла.

Девушка не пошла к месту ночлега. Она привалилась спиной к стене под окном и устало прикрыла глаза.

Риона не знала, сколько уже дней или недель они пробыли в этом ужасном месте. Девушка не помнила, как она здесь оказалась. Просто однажды проснулась и обнаружила вокруг себя руины.

Тогда Риона не на шутку перепугалась. Что произошло?

Она помнила, как стояла на пороге храма Осириса, сцепившись с Орестом. Как хлынула из врат храма чернильная тьма и окутала их обоих. А потом она пришла в себя на одной из улиц Нью-Йорка. Конечно, тогда она даже не поняла, где находится. Узнать разрушенный мегаполис было просто невозможно.

Риона вспомнила тот ужас и отчаяние, что на мгновение охватили ее. Она осматривала разрушенные, стертые до основания здания, покрытые мусором и обломками улицы и не могла представить, что же произошло? Что случилось с миром?

Забившись в уцелевшее здание она несколько часов просто не могла пошевелиться, осмысливая произошедшее.

Риона приложила пальцы к гудящей голове. Она должна была вспомнить! Что же произошло в храме? Как она очутилась здесь? И где это, собственно, «здесь»? Понятно, что в Нью-Йорке, в этом сомнений быть не могло. Она видела таблички с названиями улиц, даже узнала несколько достопримечательностей, которым удалось уцелеть, но что случилось с городом? Ни одного газетного обрывка, ни одного намека на то, что произошло, ей найти не удалось! И ни одного человека пока еще не встретила она среди этих развалин.

Каждый раз перед сном Риона силилась вспомнить, что произошло после того, как ее окутала тьма. Иногда ей казалось, что она почти ухватилась за мысль, но воспоминания всякий раз юркой рыбкой ускользали от нее.

Девушка стиснула зубы и обхватила голову руками.

– Думай! Думай! Думай! – шептала она. – Вспоминай! Не может быть, чтобы в твоей голове ничего не осталось!

Она пробовала использовать амулет Гора, но тот вообще не подавал признаков жизни, обычной побрякушкой висел у нее на груди. Риона раз за разом дергала цепочку, сжимала медальон в ладонях с такой силой, что грани впивались в кожу, но ничего не происходило.

– А ведь раньше ты был частью меня! – девушка с обидой посмотрела на изображение глаза Сокола, лежащее в ее руке. – А теперь стал простой безделушкой! Ни на что не годной!

Риона сорвала с себя амулет и уже собиралась запустить его в дальний угол комнаты, но все же сдержалась и снова застегнула украшение на шее. Тот неприятно холодил кожу, совершенно не нагреваясь от тепла ее тела, словно перестал признавать ее как свою владелицу.

За время, что девушка владела артефактом, она привыкла думать о нем, как о части самой себя, но теперь Риона ощущала, что связь эта разорвана, – от этого становилось некомфортно, как если бы она лишилась одного из органов чувств.

Внезапно девушка почувствовала жжение в груди, язык защипало, в нос ударил едкий смрад: запах крови, смешанный с гарью.

– О черт, только не опять! – выругалась Риона и на четвереньках направилась в дальний угол комнаты.

Она добралась до лежака и принялась отбрасывать в стороны гору тряпок.

– Орест! Вставай! Да вставай же ты! – шипела она с яростью и отчаянием.

Под горой рваной одежды и покрывал она обнаружила лежащего навзничь юношу.

– Орест! Орест! – Риона принялась трясти парня за плечо. – Вставай же ты!

Юноша резко развернулся, глаза его полыхнули гневом, но гнев этот быстро сменился отчаянием, когда парень понял, где находится.

– Что еще? – недовольно буркнул Орест. – Сейчас твоя очередь дежурить! Я только уснул! Мне снилось, что я в поместье, что Армандо и Бьянка рядом со мной, что все враги повержены и я победил!

– Во-первых, ты проспал почти два часа, – ответила Риона, выуживая из груды барахла потрепанный рюкзак и заталкивая в него необходимые вещи. – А во вторых надо рвать когти отсюда!

– Что? Почему? – Орест резко вскочил на ноги.

– А ты вдохни поглубже! – язвительно ответила девушка.

Орест последовал ее совету и тут же закашлялся.

– Тише ты! – зашипела на него Риона. – Заткнись, если тебе жизнь дорога!

Орест прижал ладони к лицу и страшным усилием подавил кашель.

– На, держи! – девушка смочила водой из помятой фляги пару грязных кухонных полотенец и протянула одно из них своему спутнику.

На лице Ореста отразилось отвращение.

– Что? Вашему величеству не нравятся грязные мокрые тряпки? – с презрением процедила Риона. – Ваше величество привыкло к более благородным ароматам? Так, может, выйдешь на улицу и попросишь своих приятелей, чтобы отвели тебя в отель?

Отвращение на лице Ореста сменилось страхом и гневом. Он вырвал тряпку из рук девушки и быстро повязал ее не лицо, прикрыв нос и рот.

– Так-то лучше! – кивнула девушка. – Хватай рюкзак и валим!

Дом вдруг зашатался от пола до крыши.

– Черт! – выругалась девушка. – Не успели!

С крыши посыпалась штукатурка, по стенам побежали трещины, расширяющиеся с каждым мгновением.

Потолок просел и с грохотом обвалился прямо в центре комнаты.

Риона и Орест прижались к уцелевшей стене.

В клубах пыли и обломков дерева и камня появилось отвратительное существо.

Рогатое чудище с длинными ослиными ушами, горящие алым пламенем глаза, пасть, наполненная множеством острых зубов, совсем не похожих на зубы мирного ослика. Голова с мощной бычьей шеей крепилась к человеческому мужскому торсу, покрытому черными жесткими волосами, больше похожими на шерсть животного. Руки у монстра тоже были человеческими, правда с шестью пальцами, каждый из которых оканчивался загнутым птичьим когтем. Ноги существа были лошадиными, с мощными копытами размером с тарелку.

Орест повел правой рукой, несколько раз сжал пальцы в кулак.

– Знаешь же, что это не сработает! – Риона схватила его за руку и потихоньку потащила к двери, осторожно ступая по засыпанному обломками полу.

Орест скрипнул зубами. Ни он, ни Риона не могли сейчас пользоваться огненной плетью. Нить судьбы, что когда-то связала их, а потом разорвалась на две части, в этом мире словно бы спала, а, может быть, просто исчезла. В любом случае, ударить врага огнем, чего так желал Орест, они не могли. Как Риона не чувствовала медальон Гора, так и не чувствовала она привычных уже колец нити вокруг запястья.

Орест с трудом переживал потерю артефакта, Риона же где-то в глубине души даже радовалась этой потере. Теперь она была свободна! Да, в этом мире было страшно, одиноко, смертельно опасно, зато здесь она была свободна от любых богов, любых артефактов! Она сама решала, что делать, как поступать, никто ей не помогал и не старался использовать ее в своих целях.

Риона даже слегка улыбнулась этим мыслям. Орест с удивлением смотрел на улыбающуюся девушку.

Они почти успели. Почти добрались до двери, но монстр тряхнул уродливой рогатой башкой и резко повернул на них взгляд горящих глаз.

Орест вздрогнул. Риона медленно и плавно вынула длинный нож из чехла, что висел у нее на поясе.

Монстр заревел, со стен посыпались остатки штукатурки.

Эти твари бродили по городу и уничтожали все живое на своем пути. В первый день пребывания в этом месте Риона видела, как такая тварь поймала бродячую собаку в одной из подворотен. Монстр схватил несчастное животное и просто разорвал на две части.

Твари эти были сильны и быстры, не знали пощады и жалости. Их бритвенно-острые когти легко вспарывали как плоть, так и дерево, копыта крушили камень.

Орест назвал их прислужниками Сета. Он считал, что темный бог создал армию таких существ и разрушил Нью-Йорк, а, быть может, уже и всю планету поработил! Орест называл тварей игарусами.

Игарусы были кровожадны и чудовищно агрессивны, поэтому по городу бродили поодиночке, ведь, сойдясь вместе, непременно устраивали потасовку.

Тварь снова заревела.

– Бежим! – Риона толкнула Ореста в спину, и они вместе выскочили за дверь.

Монстр бросился за ними, снеся на ходу часть стены.

Беглецы выскочили из задней двери дома и помчались по выжженной лужайке. Монстр огромными прыжками догонял их.

– В сторону! – закричала девушка, отталкивая Ореста.

Орест упал на асфальт прямо у ржавого остова машины, что стоял рядом с лужайкой, с другой стороны от автомобиля упала Риона.

Игарус не рассчитал скорости и врезался в сгоревший седан. Тело его проломило двери и тварь оказалась в салоне. Монстр ревел и силился вырваться из тесной клетки.

– Бежим! – Риона подскочила к лежащему парню и рывком подняла его на ноги.

– Черт! Нам бы сейчас хотя бы пистолет! – выругался, поднимаясь на ноги, Орест.

– Может тебе еще танк подогнать? – Риона мчалась по улице, стараясь не сбивать дыхание. – Хватит уже мечтать о невозможном!

Орест горестно вздохнул и быстрее заработал ногами, увеличивая расстояние между ними и монстром.

Первым делом, оказавшись в этом мире и осознав, что магия нити его оставила, он попытался раздобыть оружие, однако огнестрел здесь не работал! Точно порох потерял способность гореть. Сколько бы стволов ни перебрал парень, все они лишь вхолостую щелкали курками. Так что все мечты Ореста о том, чтобы просто всадить в монстра несколько пуль, разбивались о суровую реальность.

Риона и Орест мчались по улицам города, часто петляя, надеясь замести следы. Несмотря на быстрый бег, дышать стало легче.

– Море близко! – на бегу крикнула девушка.

И вправду, в воздухе запахло солью и тиной. Дома вдруг остались позади. Риона и ее спутник стояли у входа в некогда знаменитый парк Кони-Айленда.

Когда-то здесь звучал детский смех, играла музыка, клоуны раздавали шары и сладкую вату, зазывали гостей и жителей города на аттракционы.

Сейчас палатки и аттракционы были разрушены и сожжены. Черный пепел витал над парком. Только колесо обозрения все еще возвышалось над окружающими постройками. Оно, как и все вокруг, было покрыто черной сажей и было наклонено в сторону моря. Сам пирс частично ушел в воду, и морские волны накатывали на основание колеса обозрения, грозя окончательно опрокинуть его во время шторма.

– Куда дальше? – Орест стоял рядом с Рионой, уперев руки в колени и тяжело дышал.

– Надо убираться с открытого пространства, – девушка осматривала близлежащие дома, – здесь мы как на ладони, и нас в два счета обнаружат.

Не успела она закончить, как из ближайшего переулка с ревом выскочил игарус. Тело монстра было покрыто кровью, сочащейся из глубоких ран, однако это ни на йоту не умерило прыть монстра.

Он повернул рогатую голову и бросился на Риону и Ореста, что стояли прямо у входа в разрушенный парк аттракционов.

Риона оттолкнула спутника и, перекатившись по доскам пирса, вскочила на ноги, держа наготове нож. Орест проехался на животе по накренившемуся к воде пирсу и ударился головой о железный столб. Юноша лежал без движения, то ли притворившись мертвым, то ли потеряв сознание от удара.

В любом случае, он был ближе к чудовищу, и игарус бросился к нему, щелкая острыми зубами.

– Нет! – вскричала Риона и поспешила на помощь Оресту.

Она метнула нож и длинное лезвие вонзилось в плечо кровожадной твари. Игарус взревел и все же поменял направление движения. Копыта его заскользили по доскам, и он неуклюже шлепнулся на бок.

Риона подлетела к лежащей твари, быстро вырвала клинок из раны и отскочила в сторону. Зубы монстра клацнули возле ее ноги. Риона резким пинком ударила игаруса в глаз. Тот снова заревел и оттолкнувшись всеми лапами подскочил высоко в воздух. Для раненого монстр двигался на удивление проворно и ловко.

Риона оказалась рядом с лежащим Орестом. Она быстро опустилась на корточки и, не сводя глаз с монстра, прикоснулась к шее юноши. Пульс был, значит, Орест просто в отключке.

– Вставай! – Риона постаралась разбудить спутника, но тот лежал и не шевелился. – Вот же повезло мне с напарником! А сколько было пафоса!

Риона фыркнула, заправила за ухо выбившуюся из хвоста прядь волос и, выпрямившись, посмотрела на игаруса.

– Ну что, тварь, – сказала девушка, ловко перебрасывая нож из ладони в ладонь, – ты, верно, мечтал о легкой добыче? Так вот, что я тебе скажу, Риона Санчез тебе не по зубам!

Девушка бросилась вперед, прямо на монстра. Нож она направила лезвием к себе. Игарус сорвался с места и стремительно помчался к ней. Риона перекатилась через плечо, ушла немного в сторону и замерла на одном колене, чуть выбросив вперед руку с ножом. Игарус не успел изменить направления движения и пролетел мимо нее.

Тварь замерла на месте. Риона, тяжело дыша, смотрела в его наполненные гневом и жаждой убийства глаза. Монстр тяжело переступал копытами, из пасти его вдруг вырвался кровавый пузырь и лопнул, обдав тварь брызгами крови.

Игарус утробно заревел, в его боку раскрылась дыра, проделанная ножом девушки. На доски пирса вырвался комок внутренностей твари. От черных, похожих на склизкие корни внутренностей на холодном воздухе исходил зловонный пар. Риона с отвращением смотрела на издыхающего монстра.

Игарус пошатнулся, сделал еще один неверный шаг по направлению к девушке, затем рухнул, как подкошенный. Глаза его закрылись навсегда.

Риона тяжело выдохнула. Сил на еще одну атаку монстра у нее попросту не осталось. Она поморщилась от боли в правой руке. Один из рогов монстра распорол ей плечо. Девушка прижала ладонь к ране, чтобы остановить кровь и заковыляла к Оресту.

– Орест! Вставай! – хрипло позвала она парня. – Вставай, тебе говорят!

Девушка не выдержала и из последних сил ударила Ореста ногой по ребрам.

– Твою мать! Ты что делаешь? – Орест подскочил на месте. – Какого черта ты творишь, Санчез?

– Заткнись! – ответила девушка устало. – Надо уходить отсюда. Не ровен час еще какие-нибудь милые зверюшки пожалуют сюда. Да и холодно становится.

Макэдон хотел было что-то возразить, но тут его взгляд остановился на бездыханной туше игаруса.

– Это ты его? – со страхом прошептал он.

– Нет, это он поскользнулся на досках, упал брюхом на гвоздь и сам себя распотрошил, – прошипела сквозь зубы девушка.

– Эй, у тебя кровь! – Орест присмотрелся к плечу девушки.

– А то я не в курсе! – прорычала Риона. – Давай, поднимайся, надо уходить. Замерзнем ведь!

Серые тучи, казалось, опустились еще ниже. Мир погрузился в сумрак. Риона ощутила озноб, дыхание вырывалось из ее рта клубами пара. На плечо сидящего Ореста опустилась первая снежинка. Затем еще одна. Вскоре снежная пелена надежно укрыла путников от посторонних глаз.

– Пошли! – Риона направилась ко входу в парк.

– Может, лучше туда? – Орест указал на еле различимые силуэты домов в противоположной стороне.

– Ну уж нет, – покачала головой девушка, – оттуда пришел игарус, так что там точно небезопасно. Найдем укрытие в парке.

– Хорошо, – кивнул юноша, – я только гляну на труп игаруса, никогда вблизи не видел!

Он бросился к поверженному монстру, но, не доходя пары шагов, замер.

– Риона, – негромко позвал он спутницу.

– Что еще? – девушка чувствовала, что силы покидают ее, в голове нарастал шум, руки и ноги холодели. Если она не обработает рану, то вскоре просто умрет от потери крови.

– Иди сюда! – настойчиво звал Орест, и Риона, превозмогая боль и усталость, подошла к нему.

Труп монстра покрылся странными трещинами, словно пересохшая земля под жарким солнцем, сквозь трещины пошел зловонный дым, и ребята отступили на шаг, прикрыв лица рукавами.

Кожа игаруса стала отслаиваться, и тонкие чешуйки закружились в воздухе, как сожженная бумага. Через минуту на месте тела монстра кружился черный вихрь, а затем тот растворился в морозном воздухе. На месте тела убитого монстра осталось лишь черное маслянистое пятно на досках пирса.

– И что, интересно, это значит? – Орест вопросительно посмотрел на девушку.

– Значит, что эта тварь никакое не животное, – ответила Риона, – это демон, сверхъестественное создание. Из наших с тобой знакомых не так много тех, кто способен управлять монстрами и демонами, верно?

– Сет, – Орест скрипнул зубами от злости, – как бы я хотел увидеть, как он корчится от боли, с огненной петлей на шее.

– Ну да, – усмехнулась Риона, – ты и раньше-то с ним справиться не мог, а теперь можешь еще и про наши сверхъестественные штучки забыть. Мы с тобой теперь простые подростки в этом чертовом умирающем мире. Надо выжить и надеяться, что в городе остались еще люди, попытаться найти их, чтобы понять, что вообще здесь происходит!

Орест гневно посмотрел на девушку, но крыть ему, как говориться, было нечем.

Риона пошатнулась и устояла лишь благодаря тому, что Орест подхватил ее под руку.

– Ладно, не будем спорить, – сказал он, встревоженно вглядываясь в бледное лицо девушки, – давай искать укрытие.

Сквозь пелену летящего снега – серого, а не белого, как обычно, – почти ничего не было видно. Орест и Риона с трудом нашли вход в парк аттракционов. Они держались за руки, чтобы не потеряться в пурге.

– Вон там, вроде целый павильон! – прокричал, перекрикивая вой вьюги, Орест. – Там и укроемся.

Риона и Орест, с трудом переставляя ноги и увязая в рыхлом, вязком сером снеге, направились к расположенному по правую руку от них павильону.

Внутри было темно, Риона вытянула руку перед собой и не смогла разглядеть собственную ладонь. Мрак был практически осязаемым.

– Погоди секунду, – Орест начал копаться в карманах своей куртки, – сейчас, сейчас.

Риона привалилась к стене павильона и устало прикрыла глаза. Ее била дрожь, холод растекался от плеча по всему телу.

Послышался радостный возглас Ореста, и чернильную тьму прорезал узкий луч фонарика.

– Взял в одном из домов, где мы останавливались на ночлег, – ответил парень на вопросительный взгляд Рионы.

Орест осветил стены, пол и потолок павильона.

С потолка свисала паутина, стены были затянуты черной и серой тканью с бурыми потеками, по полу шел неглубокий желоб, в который были уложены рельсы для туристической вагонетки.

– Это что, комната страха? – криво улыбнулся юноша, указывая на чучела пауков, что висели за спиной Рионы.

– Видимо, да, – стуча зубами, ответила девушка, – иронично, что именно она сохранилась в целости и сохранности.

– Мне здесь как-то не по себе, – напряженно сказал Орест, – может пойдем поищем другое место?

– Ты издеваешься? – щеки Рионы на мгновение вспыхнули от гнева. – На улице бродят неведомые кровожадные твари, город практически уничтожен, солнце не появилось на небе ни разу, с тех пор как мы очнулись тут, а тебя пугают резиновые пауки и муляжи скелетов?

Орест опустил взгляд.

– Пошли, найдем место для стоянки, – со стыдом сказал он, – я с детства боюсь таких аттракционов.

– Детство кончилось, мистер Макэдон, – печально ответила Риона, – пора взглянуть своим страхам в лицо.

Они направились вглубь павильона, который представлял собой несколько соединенных переходами залов.

В первом зале их встретили скелеты и зомби. Фигуры были покрыты пылью, на пластиковых руках не хватало пальцев, головы манекенов валялись на полу, уставив на Риону и Ореста пустые глазницы. Девушка спокойно перешагивала через бутафорские трупы, даже не задерживая на них взгляда. Ореста же передергивало от отвращения, он ускорил шаг, желая быстрее покинуть неприятное место.

В следующем зале оказались декорации вампирского логова. Летучие мыши свисали с потолка, на оплетенных паутиной столах расположились разного размера пузырьки с темно-красной жидкостью. В центре павильона на небольшом помосте была установлена пара гробов. По задумке создателей, гробы в определенный момент должны были подниматься вертикально, и из них на испуганного туриста вываливались манекены кровососов. Сейчас же манекены, облаченные в викторианские костюмы, валялись на полу, гробы зависли в приподнятом положении.

Головы манекенов были вывернуты на сто восемьдесят градусов, так, что хоть те и лежали на животах, взгляд мертвых глаз был устремлен в потолок. Губы вампиров были вздернуты, обнажая сахарно-белые длинные клыки.

– Идем дальше, – сказала Риона, – такие павильоны обычно имеют два выхода, надо проверить второй.

Третий и последний зал оказался джунглями, со змеями, пауками и прочей неприятной живностью. У самого выхода располагался небольшой резервуар с водой, в темноте было трудно разглядеть, что там внутри. Орест приблизился к прозрачному пластику и посветил фонариком внутрь.

Зеленая перепончатая рука ударила в стекло с обратной стороны. Орест с криком отпрянул, споткнулся о край желоба с рельсами и рухнул на пол. Фонарик вылетел из его руки и откатился по полу.

– Черт! – шипел юноша, поднимаясь и потирая ушибленный локоть. – Там кто-то есть! Или что-то!

Риона пошарила неповрежденной рукой рядом с ногами Ореста и подняла фонарик. Луч света снова прорезал тьму. Девушка подошла к резервуару с водой и направила поток света внутрь.

В мутной воде она различила фигуру монстра. Зеленый, покрытый бородавками и отвратительными наростами, он напоминал помесь человека и жабы.

– Стой! Что ты делаешь? – закричал Орест, увидев, как Риона, положив фонарик на землю, решительно опускает руку в резервуар.

Юноша бросился к ней, но замер в одном шаге от спутницы. Рука Рионы небрежно поглаживала пластиковую голову чудовища.

– Это просто кукла, большая, страшная и совершенно не опасная, – сказала она, вынимая руку из воды.

– Я чуть в штаны не наложил! – чуть ли не кричал Орест.

– Это было бы очень некстати, – усмехнулась Риона, – запасных-то у тебя нет, а магазинов поблизости я не наблюдаю.

Орест обиженно промолчал. Он прошелся по залу и, не найдя ничего интересного, вернулся к Рионе.