- -
- 100%
- +
Глава 1
Холодный ветер Скалистого Предела всегда пах мокрым камнем, прелой хвоей и невысказанной тоской. Я стояла на самом краю обрыва, глядя на тоскливое, серое ущелье, которое восемнадцать лет называла своим домом.
Здесь, среди вечных туманов и жёстких законов силы, погиб мой отец. Здесь мама выплакала все глаза, угасая с каждым днём от невыносимой боли утраты. Оборотни редко оправляются после потери истинной пары — они либо черствеют, либо медленно умирают изнутри. Моя мама выбрала второй путь, и я бессильно наблюдала за этим, пока однажды она не зашла в мою комнату и тихо, но твёрдо не произнесла:
«Мы уезжаем, Рокси. В Эларион».
Я поправила ремень тяжёлой дорожной сумки и обернулась. Селена стояла у повозки, запряжённой парой крепких коней. Ветер трепал её светлые волосы. Впервые за последние годы на её бледных щеках играл слабый румянец, а в глазах, обычно тусклых от слёз, теплилась робкая надежда. Только ради этого взгляда я была готова бросить вызов хоть самой Богине Луны, не то что сменить стаю.
— Рокси, детка, пора, — мягко позвала мама. — Нас уже ждут на границе.
— Иду, ма, — я легко спрыгнула с валуна.
В отличие от высоких, статных мужчин-оборотней нашего клана, которые едва умещались в дверные проёмы, я не выделялась двухметровым ростом. Чуть выше средней девушки, крепкая, ладно скроенная, с копной серебристо-белых волос, которые я вечно затягивала в тугой хвост, чтобы не мешали драться. В нашем клане, где почти все щеголяли тёмными или грязно-серыми шевелюрами, мой цвет волос всегда казался чужеродным.
Парни из Клана Скалистого Предела частенько посмеивались над моим странным видом и страстью к тренировочным мечам. Мол, белобрысая девчонка, у которой до сих пор не проснулся зверь, пытается строить из себя воина.
Обычно такие шутники быстро оказывались на лопатках в пыли, скуля от ушибов. Мой зверь внутри спал — ведь первый оборот у нас происходит поздно, в период от восемнадцати до двадцати одного года, — но характер, реакция и обострённый слух были при мне с рождения. А быстрая регенерация позволяла залечивать синяки от тренировок всего за пару часов.
Мы ехали молча. Чем ближе мы подбирались к куполу Элариона, тем сильнее менялся пейзаж. Суровые скалы уступали место зелёным холмам, а воздух становился мягким, тёплым и чистым. Когда повозка пересекла невидимую черту магического купола, переливающегося золотыми и чёрными искрами, я невольно затаила дыхание. Пахло озоном, цветущими розами и какой-то невероятной, живой магией.
На границе земель нас встретил не сам Альфа. Нас ждал его Бета, крепкий, молчаливый оборотень по имени Марк. Он помог перегрузить пожитки в их повозку и повёл нас вглубь территории клана. Поселение оказалось потрясающим: уютные светлые дома, утопающие в зелени, и совсем другой, мягкий ритм жизни. Нас приняли радушно, выделив небольшой домик у самого края леса.
Уже через неделю я начала замечать перемены. К нам стал заглядывать сам Альфа — Гаррид Найт. Высокий, статный мужчина с благородной проседью в тёмных волосах и мудрыми янтарными глазами. Он был вдовцом, и одиночество тяготило его так же, как маму — её утрата. Сначала Гаррид просто заходил узнать, как мы обустроились, потом стал приглашать на прогулки. И мама... впервые за долгие годы начала улыбаться.
Спустя месяц, когда наши семьи уже заметно сблизились, Гаррид пригласил нас на ужин в свой дом. Именно тогда он обратил внимание на мои руки.
— Наслышан о твоей любви к боевым искусствам, Рокси, — тепло усмехнулся Альфа. — Знаешь, Эларион сейчас возрождается. Академия Пяти Крыльев снова открыла свои двери. Оборотни там на особом счету. Как насчёт того, чтобы поступить туда? Тебе ведь скоро восемнадцать?
Я на секунду задумалась. Поступить в элитную Академию, где учатся драконы, ведьмы, феи и тени? При том, что я до сих пор не умею оборачиваться?
— Я ведь ещё не прошла первый оборот, Альфа Гаррид, — честно призналась я, коснувшись серебристо-белых волос. — Не буду ли я там белой вороной?
Гаррид добродушно рассмеялся:
— Твой зверь проснётся тогда, когда примет решение Богиня Луны. А пока — отточи навыки у лучших мастеров. К тому же, мой сын Эрик учится там на четвёртом курсе. Он один из лучших бойцов Академии. Вы с ним так и не пересеклись в клане, но вам было бы полезно познакомиться.
Я вежливо улыбнулась, хотя внутри у меня что-то недовольно ёжилось. «Эрик Найт. Золотой мальчик». Наверняка высокомерный индюк.
— Что ж, — я улыбнулась Гарриду. — Я согласна. Посмотрим, чему меня смогут научить.
Академия Пяти Крыльев подавляла величием. Огромный замок из тёмного камня, казалось, парил над долиной. Вокруг сновали студенты: высокомерные драконы, загадочные ночные стражи, ведьмы и оборотни.
Я чувствовала себя здесь странно. На мне были привычные кожаные штаны, боевые сапоги и простая куртка, а за спиной в чехле покоился мой верный тренировочный полуторник. Мои серебристо-белые волосы, затянутые в высокий хвост, привлекали слишком много внимания.
Оформив документы в ректорате, я направилась к тренировочным площадкам. В центре круга дрались двое. Тот, кто побеждал, двигался с невероятной грацией. Высокий, широкоплечий, с гибким телом профессионального убийцы. Короткие тёмные волосы были мокрыми от пота, а на красивом, хищном лице блуждала ленивая улыбка.
— Слабо, Майк, — насмешливо бросил победитель. — Ну что, есть ещё желающие позорно проиграть будущему вожаку?
Его взгляд зацепился за меня. Янтарные, почти золотые глаза — фамильная черта Найтов — сузились.
— О, новые лица? — Эрик сделал несколько шагов в мою сторону, поигрывая тренировочным деревянным клинком. — От тебя пахнет хвоей и холодом. Что ты тут забыла, милая? Здесь тренируются те, кто умеет держать оружие, а не просто носит его для красоты.
Я медленно перевела взгляд с его лица на оружие в его руке. Высокомерный индюк.
— Насчёт «для красоты» ты погорячился, Найт, — спокойно произнесла я, расстёгивая чехол за спиной. — На севере нас учат не болтать языком, а действовать.
Я перемахнула через ограждение. Эрик удивлённо приподнял бровь, но улыбнулся ещё шире, обнажая острые клыки.
— Дерзкая. Мне нравится. Только учти, белобрысая, я девочек не щажу.
— Себя пожалей, золотой мальчик, — парировала я.
Мы начали медленно сходиться по кругу. Эрик явно ждал, что я испугаюсь, но я просто ждала, пока он раскроется. Когда он пошёл в атаку, я заблокировала его первый удар, уводя силу замаха в песок. Мы оказались лицом к лицу, так близко, что я почувствовала жар, исходящий от его тела.
— А у тебя есть зубки, северянка, — процедил Эрик.
Когда его клинок в очередной раз полетел мне в бок, я резко пригнулась, пропуская свистящее дерево над головой, и, используя инерцию его движения, локтем впечатала удар ему под дых. Через мгновение будущий Альфа летел на лопатки.
Я тяжело дышала, чувствуя, как пот катится по шее. Мой тренировочный меч замер в паре сантиметров от горла лежащего на песке Эрика.
— Кажется, ты говорил что-то насчёт слёз, золотой мальчик?
Эрик медленно поднял руку и аккуратно отодвинул кончик моего меча от горла.
— Неплохо, — тихо, почти шёпотом произнёс он, поднимаясь. — Но запомни: в реальном бою деревянными игрушками не дерутся.
— Проверим в следующее полнолуние? — дерзко бросила я.
— Обязательно проверим, — Эрик сделал шаг ко мне, наклонившись так, чтобы его горячее дыхание коснулось моего уха. — Я лично прослежу за твоими успехами в Академии... северянка.
Я вздрогнула от того, как интимно и одновременно угрожающе прозвучал его низкий, хриплый голос. Развернувшись, я уверенным шагом направилась прочь с плаца, спиной чувствуя его тяжёлый, прожигающий насквозь взгляд.
Мой первый визит в Академию подошёл к концу. Сегодня нужно было лишь завершить регистрацию, а само заселение начиналось только через три дня. Я поспешила к выходу, надеясь как можно скорее оказаться подальше от этого самодовольного наследника.
Добравшись до нашего домика на краю леса, я застала маму в приподнятом настроении. Она стояла у зеркала, поправляя выбившуюся прядь волос.
— Рокси, ты как раз вовремя, — она обернулась и тепло улыбнулась мне. — Гаррид прислал приглашение на ужин. Он хочет отпраздновать твоё поступление и представить нас своим близким. Мы должны быть готовы через час.
Я замерла, снимая тренировочную куртку. Вспомнив, что Гаррид упоминал о присутствии сына в клане, я лишь усмехнулась. Эрик Найт, этот «золотой мальчик», наверняка проигнорирует приглашение отца, как делал это всегда, ссылаясь на бесконечные тренировки в Академии. Такие, как он, не тратят время на скучные семейные ужины.
— Хорошо, ма, — ответила я, стараясь скрыть усталость за спокойным тоном. — Я быстро приведу себя в порядок.
Дом Альфы Гаррида Найта снаружи выглядел как добротная, надежная крепость, а внутри поражал уютом. Высокие потолки, запах кедра, приглушенный свет от магических светильников, расставленных по углам.
Мама выглядела потрясающе — в простом, но элегантно подчеркивающем её фигуру платье, с распущенными волосами, которые почти светились в полумраке. Она выглядела счастливой, и это чувство передавалось мне, хоть я и продолжала нервно одергивать рукава своего сдержанного наряда.
— Рокси, расслабься, — шепнула мама, когда мы проходили через холл в сторону большой столовой. — Это просто ужин. Гаррид очень хотел, чтобы ты чувствовала себя здесь как дома.
Я лишь кивнула, хотя внутри все еще саднили мышцы после спарринга. Интересно, а «золотой мальчик» уже успел пожаловаться отцу на то, как позорно его сегодня уложили в песок? Хотя нет, вряд ли. Такие, как Эрик, не распространяются о своих промахах.
Гаррид встретил нас в дверях столовой. Он был в хорошем настроении, широко улыбался, и при виде моей матери его глаза потеплели до такой степени, что стало понятно — этот ужин явно не просто «деловая встреча».
— Рад вас видеть, — Гаррид тепло пожал руку маме и приветливо кивнул мне. — Проходите. У нас сегодня особенный вечер. Я настоял, чтобы Эрик отложил все дела и присоединился к нам.
Я застыла на пороге, едва сделав шаг вглубь комнаты.
«Он здесь?» — пронеслось в голове. Мой пульс участился.
В центре столовой, спиной к нам, стоял высокий мужчина. Он рассматривал полки с книгами, заложив руки за спину. Черная рубашка идеально облегала его широкие плечи — совсем не похож на того парня в потной майке с плаца. Но я сразу узнала эту манеру держаться: расслабленная уверенность человека, который привык, что все вокруг принадлежит ему по праву рождения.
— Эрик, — позвал отец. — Познакомься. Это Селена, и... Рокси. Наша будущая студентка Академии, о которой я тебе рассказывал.
Эрик медленно развернулся. На его лице играла дежурная, вежливая улыбка, предназначенная для «гостей». Он начал говорить что-то приветственное, но слова застряли у него в горле.
Его янтарные глаза встретились с моими. Улыбка мгновенно исчезла, сменившись выражением чистого, нефильтрованного шока. Он перевел взгляд с меня на отца, потом снова на меня, словно пытаясь понять, не галлюцинация ли это.
Я же, напротив, постаралась выпрямить спину и сохранять невозмутимый вид, хотя внутри меня все бурлило от иронии момента.
— Мы... уже знакомы, — хрипло произнес Эрик, и в его голосе проскользнули те самые опасные нотки, которые я слышала на тренировке. — Правда, «северянка» забыла упомянуть, что собирается стать частью нашей семьи.
Гаррид удивлённо поднял бровь:
— Уже? Ну что ж, тем лучше. Надеюсь, вы нашли общий язык?
Эрик сделал шаг навстречу, его взгляд впился в меня, словно пытаясь просверлить дыру. В этой столовой, при свете мягких ламп, он выглядел еще опаснее, чем на плацу.
— О да, отец, — процедил он, не сводя с меня глаз. — Мы нашли очень... продуктивный способ общения. Правда, Рокси?
Я сжала края своего платья и дерзко вскинула подбородок:
— Более чем, Эрик. Надеюсь, к ужину ты успел остыть?
Напряжение между нами можно было резать тренировочным мечом. Гаррид переводил взгляд с меня на сына, явно чувствуя, что за его идеальным семейным ужином скрывается что-то куда более взрывоопасное.
Глава 2
Гаррид, судя по всему, решил списать нашу напряженность на искры между молодыми людьми, не видя, как в воздухе буквально трещат магические разряды. Он лишь коротко рассмеялся, приглашая нас к столу.
— Рад, что вы уже знакомы. Это упрощает дело. Прошу, присаживайтесь. У нас сегодня много тем для обсуждения — и про Академию, и, конечно, про планы на предстоящий семестр.
Мама заняла место рядом с Гарридом, сияя от счастья, которого я у неё не видела уже долгие годы. Мне пришлось сесть напротив Эрика. Стол был накрыт на четверых, и расстояние между нашими тарелками казалось мне подозрительно коротким.
Эрик не сводил с меня глаз, даже когда тянулся за бокалом вина. Его движения были всё такими же выверенными и хищными. Казалось, он изучает меня заново, словно я была не гостьей, а диким зверем, за которым он планирует вести охоту.
— Итак, — начал Гаррид, разрезая мясо, — Эрик, я уверен, ты сможешь ввести Рокси в курс дела. Академия в этом году особенно строга к новичкам. Есть какие-то советы, которые ей стоит услышать?
Эрик сделал глоток вина, не отрывая от меня взгляда. Его уголки губ дернулись в усмешке — той самой, от которой у меня внутри всё закипало.
— Советы? — переспросил он, и в его голосе явственно послышался металл. — Конечно. Мой главный совет: не стоит соваться туда, где ты не можешь справиться. Академия — это не заснеженные пустоши Скалистого Предела, Рокси. Здесь за ошибки наказывают больнее, чем просто падением в песок.
Мама удивленно приподняла бровь, переводя взгляд с него на меня:
— Падением? Рокси, ты уже успела подраться?
Я почувствовала, как к горлу подкатывает раздражение. Эрик намеренно провоцировал меня, превращая наш частный конфликт в предмет обсуждения за семейным ужином.
— Не подраться, ма, — спокойно ответила я, глядя прямо в глаза Эрику. — Мы просто проводили «оценку способностей» на плацу. Оказалось, что у некоторых наследников слишком много спеси и недостаточно техники, чтобы противостоять даже «белобрысой северянке».
Наступила тишина. Гаррид замер с ножом в руке, переводя недоуменный взгляд с сына на меня. Было видно, что ситуация начинает выходить из-под контроля, и он не совсем понимает, как реагировать.
Эрик тихо рассмеялся, но в этом смехе не было веселья. Скорее, это был звук натянутой тетивы, готовой вот-вот лопнуть.
— «Оценка способностей», значит? — он наклонился вперёд, перекрывая звук моих столовых приборов. — Любопытно. Жаль, что в Академии за такую «оценку» не ставят зачет. Там потребуются куда более весомые аргументы, чем внезапная подножка.
— Не волнуйся, — я не отвела взгляд. — Аргументов у меня хватит.
Гаррид, наконец, прокашлялся, пытаясь разрядить обстановку, но я видела, что ситуация накаляется. И самое худшее — я чувствовала, что мама, поглядывая на Эрика, начинает понимать, что между нами не просто легкая антипатия. Между нами была война, и этот ужин стал лишь её первым официальным фронтом.
— Рокси, — мягко, но с ноткой предупреждения произнесла мама, заметив, как напряглись мои плечи. — Мы здесь, чтобы приятно провести вечер, а не превращать ужин в тренировочный плац.
Я выдохнула, заставляя себя расслабить пальцы, сжимавшие вилку, и переключила внимание на Гаррида. Он выглядел озадаченным, но в его глазах промелькнула искра чего-то похожего на одобрение. Похоже, он не ожидал, что кто-то сможет так дерзко отвечать его сыну, который привык, что все вокруг лишь заискивающе кивают.
— Простите, — я слегка склонила голову. — Просто мы с Эриком... быстро нашли общий язык.
Эрик усмехнулся, глядя на меня через стол. Теперь в его глазах, помимо злости, появилось любопытство. Он явно не привык к тому, что я не опускаю взгляд под его «волчьим» прищуром.
— И то верно, — протянул он, отпивая вино. — «Общий язык» у нас вышел крайне содержательным. Отец, ты ведь не против, если я лично проконтролирую успехи нашей гостьи в Академии? Не хотелось бы, чтобы она... потерялась на первом же занятии.
Гаррид с облегчением улыбнулся, принимая это как предложение о помощи.
— Это было бы замечательно, Эрик. Рокси, ты слышала? Эрик — лучший боец нашего курса, тебе стоит прислушаться к его советам.
Меня передернуло. Прислушаться к советам Эрика? Лучше уж сразу добровольно записаться в отряд камикадзе.
— Я обязательно учту его... специфические методы, — ответила я, выделив последнее слово.
Ужин продолжался, но атмосфера за столом стала плотной, почти осязаемой. Эрик больше не провоцировал меня открыто при отце, но каждое его движение, каждый короткий взгляд были пропитаны вызовом. Он словно прощупывал границы, пытаясь понять, что я за зверь и на что способна.
Когда мы закончили с основным блюдом, Гаррид предложил перейти в гостиную к камину, но Эрик внезапно поднялся, бросив короткое:
— Прошу прощения, есть дела.
Он обошел стол и остановился прямо за моим стулом. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Его рука на секунду легла на спинку стула — движение, которое со стороны выглядело небрежным, но для меня было чистым жестом собственника.
— Был рад «познакомиться» поближе, — тихо сказал он, склонившись к моему уху так, что я снова почувствовала аромат хвои и грозы. — До встречи в Академии, северянка. Постарайся до того времени не сменить прическу — мне нравится этот цвет.
Он развернулся и ушел, не дожидаясь ответа отца.
Я сидела, глядя на пустую тарелку, и чувствовала, как внутри меня, несмотря на все усилия, начинает просыпаться что-то незнакомое. Ярость? Безусловно. Но под ней таилось странное, щекочущее предвкушение.
Гаррид проводил его взглядом и покачал головой:
— Не обращай внимания, Рокси. Он просто... очень серьезно относится к своему статусу. Иногда забывает, что мир не заканчивается на Академии.
Я улыбнулась, но про себя подумала совсем другое: мир не заканчивается на Академии, он только начинается. И я точно знаю, кто именно станет моим первым уроком на выживание.
Когда за Эриком закрылась дверь, в столовой наступила тишина, нарушаемая лишь треском дров в камине из соседней залы. Гаррид вздохнул, и на мгновение его плечи обмякли — он перестал быть Альфой, превратившись в усталого мужчину, пытающегося сгладить углы.
— Он не хотел показаться грубым, Рокси, — мягко произнёс он, глядя на меня с извиняющейся улыбкой. — Просто Эрик привык видеть в Академии только соперников. Ему сложно переключиться, когда он попадает домой.
— Всё в порядке, Альфа Гаррид, — ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. — Я привыкла к тому, что меня не ждут с распростёртыми объятиями.
Мама ласково коснулась моей руки, и я поняла, что она видела гораздо больше, чем пыталась показать. В её глазах читалась тревога, но также и гордость — она знала, что я не дала себя в обиду.
Вечер подошёл к концу довольно быстро. Гаррид предложил нам довезти нас до нашего домика, но мы вежливо отказались — мне нужно было пройтись, чтобы выпустить пар, который до сих пор кипел в крови после столкновения с Эриком.
Воздух снаружи был прохладным и чистым. Мы шли молча. Дорога петляла между ухоженными садами, и я то и дело ловила себя на том, что прислушиваюсь к каждому шороху в кустах, ожидая, что из темноты выйдет он.
— Он не такой плохой, как ты думаешь, — вдруг тихо сказала мама, когда мы уже подходили к крыльцу нашего дома.
Я остановилась и удивлённо посмотрела на неё.
— Ма, ты видела, как он смотрел на меня? Словно я какая-то диковинка, которую он хочет либо изучить, либо раздавить.
— Я видела, как он смотрел на тебя, — задумчиво повторила мама, открывая дверь. — И я видела, как он смотрел на Гаррида, когда тот заговорил о тебе. Рокси, он не просто высокомерен. Он напуган.
Я рассмеялась, хотя смех вышел каким-то нервным:
— Эрик Найт? Напуган? Скорее уж, он просто привык, что всё идёт по его сценарию. А сегодня я этот сценарий немного подпортила.
— Именно, — мама прошла в гостиную и зажгла лампу. — Ты бросила ему вызов, не зная, что для него весь мир — это состязание. Ты для него теперь не просто «новая студентка», ты — тот, кого он не смог сломить с первого раза. А для таких, как он, это становится наваждением.
Я подошла к окну и посмотрела в сторону главного поместья клана. В одном из окон второго этажа горел свет. Я знала, что это его комната.
— Если он думает, что я позволю ему превратить мою жизнь в Академии в бесконечный турнир, он глубоко заблуждается, — процедила я.
— Просто будь осторожна, — мама подошла и поправила воротник моей куртки. — Ты приехала сюда, чтобы найти свой путь, а не для того, чтобы воевать с сыном Альфы.
Я кивнула, но внутри меня всё ещё бурлило предвкушение. Я знала, что спать сегодня буду плохо. Перед глазами стояли его янтарные глаза и то, как он подался вперёд, когда я ответила ему.
Моя жизнь, которую я считала тихим переездом в поисках спокойствия, превратилась в игру, правила которой диктовал человек, которого я возненавидела за считанные часы. И что-то подсказывало мне: это была только разминка.
Я легла в кровать, глядя в потолок, и в голове сама собой возникла мысль: через три дня я буду на тренировочной площадке раньше всех. Раз он хочет проследить за моими успехами — пусть видит, что «белобрысая северянка» не собирается сдаваться.
Утро через три дня наступило неожиданно рано. Заселение в общежитие прошло суматошно, но я быстро освоилась, заняв небольшую комнату с окном, выходящим на тренировочные поля. И вот теперь — Главный зал Академии.
Масштабы поражали. Огромное сводчатое помещение, освещенное парящими под потолком магическими сферами, было забито сотнями студентов. Гул сотен голосов стих, когда на центральную трибуну поднялся Ректор. Высокий, седовласый дракон с проницательным взглядом, он казался воплощением самой древней мудрости этих стен.
— Добро пожаловать, первокурсники, — его голос, усиленный магией, прозвучал в каждом уголке зала. — Здесь вы найдете не только знания, но и свое предназначение. Сегодня вы сделаете первый шаг — выберете факультет, который станет вашим домом на долгие годы.
Началось представление деканов. Каждого из них встречали овациями:
— Факультет алхимии и зельеварения — декан Гвендолин, чьи познания в ядах не знают равных!
— Факультет артефакторики — декан магистр Финнеас!
— Факультет стихийной магии...
Я едва слушала. Гвендолин, с её вечно испачканными в реактивах пальцами и острым взглядом, казалась мне скучной. Как и все остальные. Мой взгляд был прикован только к одному человеку, вышедшему на середину в самом конце.
— И, наконец, боевой факультет — декан Валериан.
Валериан был воплощением дисциплины. Высокий, с глубоким шрамом через всю щеку и глазами, которые, казалось, видели насквозь каждого, кто осмеливался встать перед ним. От него веяло холодной сталью и опытом бесконечных сражений. Он не улыбался. Он просто стоял, скрестив руки на груди, ожидая, пока толпа выберет своих героев.
Я не стала дожидаться, пока остальные закончат перешептываться. Пока другие неуверенно тянулись к Гвендолин или факультету артефакторов, я решительным шагом направилась к Валериану.
Он заметил меня сразу, как только я приблизилась к его трибуне. Его взгляд — тяжелый, как золото, и острый, как лезвие — прошелся по мне с такой силой, что я физически ощутила давление его драконьей ауры.
— Имя и фамилию, — отрывисто бросил он. Его голос звучал глухо, с едва уловимым рычащим подтекстом, присущим всем чистокровным драконам.
— Рокси Брейв, — четко произнесла я, выпрямившись. — Из Клана Лунной Долины. Я хочу на боевой факультет.