Хоккей без ошибок. Зак и Изабель

Переводчик – Войтикова Лилия

Эта книга посвящается всем, кто когда-либо испытывал неуверенность в себе.

Вы совершенны именно такими, какие вы есть.

И если кто-то попытается убедить вас в обратном, вышвырните этого болвана из своей жизни.

Глава 1

– Меня зовут Изабель Торп, и сегодня я трахну незнакомца.

Я повторяю свою мантру уже в сотый раз.

– Что, простите?

Вот дерьмо.

– Ой, простите. Я просто разговариваю сама с собой. Не обращайте внимания.

Водитель такси перехватывает мой взгляд в зеркале заднего вида.

– Мне показалось, что вы сказали…

—Нет-нет, – перебиваю я его. – Вы ослышались.

И прежде чем он успевает сказать что-либо еще, чтобы унизить меня еще больше, я достаю телефон.

– Извините, мне нужно позвонить.

Набирая номер Меган, я мысленно отвешиваю себе затрещину. И с чего это я позволила ей уговорить меня на эту безумную затею?Я так не смогу. Понятия не имею, почему я вдруг решила, что справлюсь. Конечно, Меган теперь моя лучшая подруга, и она желает мне только добра. Но она намного отважнее меня. И этот план определенно подходит Меган, но я-то Иззи!

Она берет трубку после первого же гудка.

– Слушай, сучка, думаю, тебе стоит надеть страпон и трахнуть этого мужика самой. Да-да, именно так.

Я втягиваю воздух так стремительно, что даже давлюсь.

– Что? Но ты ничего не говорила о… страпоне! – Последнее слово я произношу шепотом, прикрыв рот рукой. Этот любопытный парень за рулем наверняка навострил уши.

–Да ладно тебе,Изз, не понимай все так буквально. Я имею в виду, возьми все в свои руки. Покажи, кто главный. Отрасти себе парочку яиц.

– Хорошо-хорошо, я тебя поняла.

– Ты справишься, Изз. Мы ведь уже говорили об этом. Ты сказала, что хочешь найти себе кого-нибудь. Встретить мистера Совершенство, правильно?

– Да, – соглашаюсь я.

– А для этого нам нужно преодолеть твои загоны с сексом. Ты уже сто лет не чпокалась.

Почти шесть, а не сто, но в данный момент это практически равноценно.

– Тебе это нужно. Ты должна хорошо провести время. И осознать наконец, насколько ты сексуальна. И это должен быть нерукотворный оргазм. В смысле не от вибратора, а от живого и трепещущего члена.

– О боже! – восклицаю я и прячу свое красное лицо в ладонях.

Но Меган не обращает на мой возглас никакого внимания.

– А после этого ты сразу же нырнешь с головой в океан знакомств, где и подцепишь рыбку, которую сможешь трахать в свое удовольствие до бесконечности.

– Я знаю, знаю. И я хочу этого. Но сейчас я просто в ужасе.

– Я знаю, детка, это нормально. Но сейчас ты зайдешь в бар, отыщешь своего сексуального красавчика, выпьешь с ним, а потом поднимешься наверх и трахнешь его как следует. И больше никогда о нем не вспомнишь. Это же идеальный вариант. Серьезно, более удачного кандидата мы и представить не могли. Встреча в баре отеля – это предел мечтаний. Он бы не стал назначать тебе свидание в отеле, если бы не остановился в нем сам, а значит, если ты вдруг все же надумаешь попрыгать на его члене, то тебе не придется долго ждать. А потом ты поедешь домой, а он может отправляться на все четыре стороны. Ведь ты будешь готова ворваться в мир свиданий. И не забывай, что он секси.

Я киваю.

– Это да.

– Все в твоих руках. А если он тебе не понравится, то просто уходи. Ты не обязана с ним спать, если тебе не хочется. Это полностью твой выбор. – Голос Меган теряет свою напористость, и я понимаю: так она дает мне понять, что говорит серьезно.

– Я знаю. Спасибо тебе, Меган. Даже передать не могу, насколько я благодарна. Это звучит странно, но, надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду.

– Отблагодаришь меня завтра, когда расскажешь о нем в деталях. И под «ним» я имею в виду его член.

И я не могу сдержать рвущийся наружу смех.

– Договорились.

– Иди и трахни его, тигрица!

Я вешаю трубку, откидываюсь на спинку сиденья и пытаюсь расслабиться. Меган права. Мне это нужно. Слишком уж много времени прошло с последнего раза, когда я лежала под мужчиной. Последним парнем, с которым я спала, был мой бойфренд из колледжа. Мы познакомились в аспирантуре. И секс с ним был прекрасным. Мне казалось, мы счастливы. Пока я не узнала, что он использует меня, пытаясь подобраться поближе к моему отцу. Будто это каким-то образом поспособствует его хоккейной карьере. Хотя, чтобы пробиться в профессиональный спорт, этому придурку помог бы только обмен телами, как в «Чумовой пятнице», с каким-нибудь приличным хоккеистом, а не инсайдерские связи. Короче говоря, он оказался отстойным. И хоккеистом, и парнем.

Мой школьный бойфренд – и мой первый мужчина по совместительству, – как ни странно, тоже был хоккеистом. Мы переспали всего раз – после выпускного бала, а на следующее утро он спросил, не поможет ли мой отец попасть в НХЛ. И когда я ответила, что вряд ли, он меня бросил. Какая прелесть!

Но перенесемся на несколько лет вперед, когда я переехала в Миннесоту, где мой отец работает главным тренером хоккейной команды «Миннесотские Бураны». Мы с папой всегда были близки, так что я проводила много времени и с ним, и с его командой. Логично, что я познакомилась со всеми парнями оттуда. Джексон Вайлдер, правый нападающий и капитан, всегда был таким милым со мной. А еще он очень симпатичный, так что я из кожи вон лезла, чтобы он пригласил меня на свидание. Однако потом оказалось, что он уже встречается с Кейтлин. Мы подружились с ней в тот же вечер, когда познакомились, и в довесок я получила в друзья Стеф, сестру Джексона. А на следующий день к ним присоединилась Меган. Так что теперь, впервые в жизни, у меня действительно появились самые настоящие подруги.

Но, честно говоря, мне кажется, что Меган – самая близкая из них. Я знаю, она дружит с Кейтлин уже целую вечность, но, по ее словам, лучших подруг может быть сразу несколько.

У нее своя фирма по организации торжеств, так что она с охотой вызвалась помочь мне с открытием и моего дела. И за те часы, что мы провели бок о бок, я успела как следует узнать, какая она на самом деле. Что за ее длинными кудрявыми рыжими волосами и серьгами с перьями скрывается золотая душа. Она одновременно и безупречная бизнес-леди, и свободолюбивый панк вне работы. За то короткое время, что мы дружим, она успела сделать многое, чтобы вытащить меня из скорлупы. Мне не нравится моя застенчивость, но как избавиться от этой черты самой, я не знала.

Уверена, психотерапевт наверняка сказал бы, что причины кроются в моем детстве. Мы с отцом всегда жили вдвоем, и каждые пару лет переезжали в новый город из-за его работы. А еще я была из тех девушек, которые, так сказать, рано созрели. Я вытянулась до метра семидесяти и надела бюстгальтер с чашкой С еще в средней школе. А быть голубоглазой большегрудой блондинкой в новой школе нелегко. Само собой, я привлекала внимание мальчиков, и местным девочкам это не нравилось. Так что я держала рот на замке и не высовывалась.

И много времени проводила с отцом. Так я и стала экспертом во всем, что касается хоккея. И я действительно люблю этот вид спорта, поэтому, наверное, неудивительно, что оба моих парня играли в хоккей.

Но теперь все это позади, потому что у меня есть подруги!

И я и не подозревала, насколько свободным может быть общение с людьми моего возраста и пола. Мы можем говорить буквально обо всем. А поскольку мужчины и секс – одни из самых популярных тем, девочкам не потребовалось много времени, чтобы убедить меня держаться подальше от хоккеистов. И не потому, что они плохие, нет, – Кейтлин даже обручилась с одним из них! – а из-за моих личных обстоятельств. Мой отец – тренер, так что мне подробно объяснили, почему отношения с кем-то из папиных хоккеистов плохая идея. Встречаться с игроком из другой команды будет сложно просто с точки зрения логистики. К тому же в начале этого года я открыла свою собственную компанию: консультирую по финансовым вопросам, и мои клиенты – сплошь игроки НХЛ. Возможно, в будущем я начну работать и с другими профессиональными спортсменами, но, как бы то ни было, не могу же я встречаться со своими клиентами. Вот почему я хочу найти себе не хоккеиста.

И вот тут я перехожу к последней из своих проблем. Дружить – а именно проводить время вместе, ужинать, выпивать и устраивать девичники – этоочень здорово. Честно. Наши встречи наполнены смехом, искрометными историями, объятиями и весельем. А еще углеводами, алкоголем, сыром и шоколадом. И девять месяцев нашей дружбы подарили мне девять лишних килограммов. Ладно, десять. А может быть, и все одиннадцать. Но кто считает? И помимо того, что я «заново девственница» (слова Меган, не мои), я намного толще, чем была раньше. Конечно, Меган говорит, будто мне повезло, и мой вес равномерно распределяется по моим «песочных часам», делая их только пышнее. Но еще это означает, что мои джинсы стали мне слишком узки, я стесняюсь своего тела как никогда раньше, а моя грудь с трудом помещается в бюстгальтере… и, наверное, мне пора бы прикупить новый. Но я еще не готова признать поражение.

Кейтлин говорит, что я по-прежнему выгляжу восхитительно и я – твердая «десятка, состоящая в отношениях». Ведь когда ты встречаешься с тем, с кем счастлива, то поддаешься хорошему настроению, ходишь на свидания, вы постоянно таскаете что-то друг у друга с тарелки, и ты, соответственно, набираешь вес. В этом она не ошиблась. Наши девичьи отношения, должно быть, просто потрясающи, раз привели к таким результатам.

Единственный плюс, который я могу назвать в данной ситуации, – это то, что большая часть моего гардероба состоит из платьев с запахом. Я изначально была фигуристой, и такие платья всегда казались мне удобными и подходили по фасону. Просто теперь я завязываю их не так туго. Все лучше, чем ходить в джинсах каждый божий день. Так что, разумеется, на свидание я надела платье. С запахом. Одно из моих любимых, поэтому, несмотря на то что я все еще немного смущаюсь своего нового тела, в нем мне комфортно. Платье малиново-розовое, чуть выше колена и с кокетливыми пышными рукавами. Вырез, правда, довольно низкий, и с моей новой грудью декольте выглядит даже неприлично. Но я иду на это свидание, чтобы завязать отношения на одну ночь, так что немного выставленных напоказ сисек не помешает.

За окном первая неделя сентября; стоит достаточно теплая погода, так что я не стала брать с собой свитер. И обошлась минимальным количеством аксессуаров, в основном потому, что не совсем представляю себе постельный этикет в отношении украшений. Нужно ли снимать колье перед сексом? Или его можно оставить? А если оно запутается в волосах? Не будет ли греметь стопка браслетов? В общем, я запаниковала. Так что я надела с моим верным платьем лишь пару бирюзовых сережек-гвоздиков, темные туфли на каблуках и захватила сумочку-клатч в тон. Просто, стильно и удобно на случай, если мне понадобится быстро сбежать после секса.

– Мисс? Вы выходите?

Голос водителя возвращает меня в реальность, и я понимаю, что мы приехали.

Мое сердцебиение учащается, и я заставляю себя сделать несколько глубоких вдохов.

– Леди, если тот парень не захочет с вами спать, то наберите мне. Я с удовольствием организую вам приятное времяпрепровождение.

Несколько мгновений растерянно смотрю на водителя, пытаясь определить, польщена я, потрясена или просто раздражена тем, что он, по всей вероятности, все же слышал мой разговор с Меган от начала и до конца.

В конце концов решив, что мне это польстило, я улыбаюсь и киваю.

– Да, спасибо.

Глава 2

Войдя в бар, я оглядываюсь в поисках своего мэтча, Зака. Фотография в его профиле была черно-белой, так что я не совсем уверена, какого цвета у него волосы, однако в приложении он выглядел симпатично, поэтому, думаю, смогу его узнать.

Я немного отвлекаюсь на помещение. Это один из новых бутик-отелей в центре Сент-Пола, находящийся не так уж и далеко от моего дома, но раньше я здесь не бывала. Из бара можно сразу попасть в вестибюль и коридор. Декор оформлен в эклектичном и индустриальном стиле: неприкрытые потолочные конструкции и трубы, потолок метров под шесть, стены, покрытые рисунками, похожими на граффити, и разбросанные то тут, то там полки со случайными предметами.

Приблизившись, я понимаю, что изображения на стенах носят несколько порнографичный характер. На ближайшем ко мне, например, определенно изображена голая женщина, эта потрясающая женщина никогда в своей жизни не использовала бритвенный станок, и да – ей это идет. Многие работы настолько абстрактны, что мне требуется время, чтобы рассмотреть детали, оторваться от них практически невозможно; я будто разглядываю стереограммы. Мои глаза перемещаются на скульптуру, изображающую двух людей, – они в процессе проникновения, однако каким-то непостижимым образом оба остаются на ногах. Я чувствую, что должна отвернуться, но не могу.

– Не могу решить, критиковать это или похвалить.

Я замечаю человека, стоящего рядом со мной, только сейчас, когда слышу его глубокий, хрипловатый голос. И от его звучания по позвоночнику самым восхитительным образом пробегают мурашки.

Я на секунду закрываю глаза, чтобы успокоиться.

Не желая показаться грубой, я прерываю молчание, пока оно не стало неловким.

– Думаю, зависит от того, на что смотришь. Картина на стене – простоватая, но симпатичная. Отчасти она мне нравится. Но если речь о тех двоих, что… совокупляются… таким непостижимым образом, то здесь я согласна: это отвратительно.

Он усмехается. И, черт возьми, этот звук, кажется, долетает до самых моих сосков. Мне очень не хочется поднимать голову. Ведь если он продолжит в том же духе, да еще и окажется красавчиком, то я потеряю контроль над собой.

–Сахарная, если ты думаешь, что такоесовокупление невозможно, то ты тратишь время не на тех мужчин.

И я изо всех сил пытаюсь сдержать расплывающуюся на моем лице улыбку.

– Не так уж и далеко от истины.

Я ощущаю, как он меняет позу.

– Тогда позволь мне исправить этот прискорбный факт.

Мои брови удивленно поднимаются.А вот это было уже довольно дерзко.

Набравшись смелости, я наконец поворачиваюсь к своему загадочному собеседнику. И оказываюсь совсем не готова увидеть такие красивые зеленые глаза. Я понимаю, что он улыбается, еще до того, как опускаю взгляд на его губы. Его выдали крохотные морщинки возле глаз.

И пока я вглядываюсь в его черты, все больше понимаю, что он настолько же потрясающ, насколько я и боялась. Почти на голову выше меня. Широкоплеч. Со взлохмаченными, но не слишком длинными волосами совершенного коричневого цвета. Такими бывают разве что оленьи шкуры – со множеством оттенков соболиного и золотистыми и шоколадными переливами. Я замечаю щетину; в пять часов она вполне могла быть легкой небритостью, но сейчас постепенно приближается к бороде. Его левую бровь рассекает шрам, который, однако, нисколько не портит его совершенства, а наоборот, подчеркивает его. Нос тоже слегка перекошен, словно его когда-то ломали. Но даже это не умаляет его привлекательности, а лишь переводит в категорию плохишей.

Боже, да этот парень просто великолепен.

А еще он кого-то мне напоминает…

Я резко моргаю, сообразив, что бесстыдно пялюсь на него уже целую минуту. Но когда снова открываю глаза, то вижу: он занят тем же самым. Его взгляд встречается с моим, и я ощущаю, как на моей шее появляется румянец, который постепенно поднимается к щекам.

– Что ж, приятно познакомиться, Иззи, – ухмыляется он. – Я Зак.

Нет. Быть того не может.

Мышечная память заставляет меня протянуть руку. Его ладонь оказывается теплой, мозолистой и чертовски огромной. Я чувствую, как краска, заливающая мое лицо, начинает ползти в обратном направлении. Ниже, ниже. И я благодарю богов секса за то, что надела недавно купленный розовый комплект кружевного белья. Если сегодня вечером мне удастся забраться в постель этого мужчины и покончить с моим непреднамеренным целибатом, то я останусь должницей Меган навеки, с этого момента и до конца жизни.

– Выпьем чего-нибудь? – спрашивает Зак.

И второй раз за сегодняшний день я мысленно отвешиваю себе затрещину. Боже мой, Иззи, если ты хочешь, чтобы он тебя раздел, то тебе нужно взаимодействовать с ним!

– Было бы замечательно, – отвечаю я, с удовлетворением отмечая, что мой голос не дрогнул.

Зак улыбается.

—Прекрасно. Мило с твоей стороны.

Наверное, он снова меня дразнит, но мне нет до этого абсолютно никакого дела. Особенно когда он кладет руку мне на поясницу, направляя нас к бару.

Глава 3

Я полагала, что мы закажем выпить и пересядем за один из маленьких столиков, притулившихся в углу, однако события разворачиваются по иному сценарию. Зак выдвигает передо мной один из высоких стульев прямо у барной стойки. Чтобы забраться на него, приходится немного повозиться, но, к счастью, Зак в это время выдвигает свой стул, и мне удается спокойно поправить платье. В целом здесь довольно удобно. У стула нет подлокотников, но есть спинка. А еще он вращается.

Подошедший бармен дарит мне еще секунду передышки, чтобы я могла взять себя в руки, прежде чем снова окажусь с Заком один на один.

– Что вам налить? – спрашивает он.

У этого парня прямо на лбу написано «хипстер». То есть не буквально, конечно, но остроконечная бородка, фланелевая рубашка, застегнутая на все пуговицы, и очки в роговой оправе говорят сами за себя. Он довольно симпатичный, если вам нравится подобный типаж. И в другой день я бы непременно пофлиртовала с ним, но, должна признать, в данный момент всецело отдаю предпочтение Заку с его сексуальным имиджем плохого парня.

– Сначала леди, – уступает Зак, опуская одну из своих огромных ладоней на мое предплечье, покоящееся на барной стойке.

Черт, и как мне вообщедумать, когда он вот так прикасается ко мне?

Я пытаюсь вспомнить хоть какой-нибудь напиток, сойдетлюбое название, но в голове пусто.

– Может, у вас есть какой-то фирменный коктейль?

Бармен улыбается.

– Разумеется. Полагаю, вам он тоже придется по вкусу, – добавляет он, обращаясь к Заку.

– Мне водку с тоником, пожалуйста.

Вот как, водку. Это интересно. Я бы сказала, что он больше похож на любителя темных напитков.

Бармен отходит в сторону, чтобы приготовить напитки, и я прикусываю губу. Я снова начинаю нервничать.

Я медленно поворачиваюсь к Заку. Его лицо придвигается к моему, и он упирается рукой в спинку моего стула.

О боже. Это в самом деле происходит со мной.

Он смотрит на то место, где мои зубы впиваются в нижнюю губу, и в его глазах появляется блеск. Я быстро спохватываюсь и неосознанно облизываю губы, чтобы смягчить боль от укуса. И, клянусь, я слышу его стон.

Его взгляд возвращается к моим глазам, и он ухмыляется.

– Ну, привет.

—Привет, – отвечаю я, прекрасно осознавая, что яростно краснею сейчас.

– Итак, моя маленькая сладкая Иззи, что привело тебя сюда этим вечером?

Мне кажется, будто в груди у меня бьется горлица. Столь близкое присутствие Зака в совокупности с тем, что он называет менятак, заставляет меня едва ли не падать в обморок. Честно говоря, я чувствую себя маленькой рядом с этим мужчиной. Даже с моими лишними килограммами. И мне это нравится. Поэтому я решаю ответить ему честно.

– Ну, здоровяк, я пришла сюда в надежде повеселиться.

– Повеселиться? – Он поднимает бровь. – Я бы сказал, что это вполне достижимая цель. Может быть, обговорим основные правила?

– Правила? – Наверняка озадаченность отражается на моем лице.

–Да. Если мы хотимповеселиться, то давай, скажем, не будем говорить о работе?

– Значит, мы не скажем друг другу, чем занимаемся?

– Верно.

Интересно, значит ли это, что он безработный? Я отбрасываю эту мысль почти сразу же. Его темные джинсы и черная хлопчатобумажная рубашка с длинным рукавом выглядят скромно, но весьма солидно. А значит, деньги у него есть. Но выходит, мне тоже не нужно говорить о своей работе. И это хорошо, потому что меньше всего на свете мне хотелось бы столкнуться с очередным хоккейным фанатом, который принялся бы расспрашивать о тех, с кем я работаю. Это бы напрочь убило весь настрой.

– Идет. – Я киваю. – Никаких разговоров о работе. И о семье.

У меня не так много родственников, чтобы спокойно болтать на эту тему, и уж тем более я не хочу слушать о его маме или сестре, если собираюсь заняться с ним сексом. Это было бы просто странно.

– Ни слова о семье, – соглашается он. – Что-нибудь еще, о чем ты хочешь не говорить?

Я задумываюсь на мгновение.

– Нет, думаю, это все. – Набравшись смелости, я интересуюсь: – А почему ты называешь меня сахарной?

Зак вопросительно наклоняет голову, и я поясняю:

– Когда ты впервые обратился ко мне, то назвал меня сахарной. – Я киваю на то место, где мы любовались картиной пару минут назад. – Это типично для южных парней, но ты не очень-то на них похож.

– Ты права. Я слишком люблю холод, чтобы поселиться дальше Мейсон-Диксон. Я назвал тебя сахарной, потому что ты так выглядишь – сладкой, как конфетка. – Он протягивает руку и накручивает один из моих длинных светлых локонов на палец. – Плюс ко всему ты одета в цвет малинового мороженого, а это мой самый любимый вкус… Сахарная – просто идеальное прозвище для тебя.

Бармен ставит перед нами напитки. Оглянувшись, я обнаруживаю, что мне предназначается бокал из-под мартини, полный фиолетово-голубой жидкости и увенчанный леденцом на палочке. Я раздраженно фыркаю. Разумеется, иначе и быть не могло.

– Видишь? – с усмешкой констатирует Зак. – Сахарная – это про тебя.

–Думаю, спорить бессмысленно,– произношу я, поднимая бокал.– Твое здоровье.

Зак прикасается своим бокалом к моему, и мы делаем по глотку, не прерывая зрительного контакта. Вкус коктейля приятно удивляет меня. Я была сосредоточена на Заке и даже не подумала о том, что пробую сейчас что-то новенькое. И я не могу сдержать восхищенного мычания, которое вырывается прежде, чем я успеваю его остановить.

Смутившись, прикрываю рот рукой.

– Прости. Я не ожидала, что этот коктейль окажется таким вкусным.

– Даже не смей извиняться, Сахарная. Мне понравилось.

Клянусь, краснеть мне всю оставшуюся ночь. Все, что он говорит, заставляет меня думать о сексе. Его голос заставляет меня думать о сексе. Его большие сильные руки, которые я хочу ощущать на своем теле, заставляют меня думать о сексе.

– Можно и мне попробовать? – рокочет Зак.

Черт. Вот видите? Все, что он говорит, заставляет меня думать о сексе. Интересно, услышал ли он, как громко я сглатываю? Словно персонаж какого-то мультфильма. В таких случаях палец тянется к воротнику рубашки, чтобы ослабить его и вдохнуть как можно больше воздуха; была бы у меня рубашка.

Судя по выражению его лица, он осведомлен, как именно на меня влияет. Что ж, в эту игру могут играть двое. Я обращаюсь к своей внутренней распутнице, которая, как постоянно твердит Меган, у меня очень даже имеется, и мило улыбаюсь.

– Конечно.

Я вытаскиваю из стакана леденец, несколько раз постукиваю им по ободку бокала и передаю напиток Заку. На конфете все еще остаются капли цветной жидкости, поэтому я откидываю голову назад, раздвигаю губы и, до того как они попадут мне на платье, сую леденец в рот. А потом медленно вытаскиваю палочку.

Внутри у меня все замирает, я простоУЖАСАЮСЬ своему поведению, но в то же время мысленно глажу себя по головке за то, что мне удалось справиться с этой задачей без непредвиденного рвотного рефлекса.

Как только палочка оказывается вне моих губ, я поворачиваю голову к Заку. Он смотрит на меня, слегка приоткрыв рот, а мой бокал все еще стоит нетронутый на том же месте, где я его и оставила. Я облизываюсь, потому что леденцы– это просто прекрасно.

И мне удается сохранять самообладание секунды, наверное, три, прежде чем я начинаю хихикать.

Это возвращает Зака к жизни, и его губы кривятся в самой очаровательной улыбке, какую я только видела.

– Думаю, я оговорился, когда назвал тебя Сахарной. Сирена подойдет тебе больше.

– Ну, тогда не стоит беспокоиться о том, что ты утонешь, – справившись со смехом, отвечаю я. – Я просто ужасная певица.

Кажется, Зак удивлен моим ответом.

– Все вы, ведьмы, так говорите.

–Да ладно. Мы невсе настолько плохи… – дразню я, а потом слегка подмигиваю ему.

Зак качает головой, а затем подносит мой бокал к губам. И я внимательно наблюдаю за тем, как его губы прижимаются к стеклу. Он крупный парень, поэтому я не удивлена, что он делает большие глотки. Я провела среди здоровяков достаточно времени, чтобы понять: они пьют не так, как я.