Техно-апокалипсис: другой алгоритм

Глава 1

Восходящее солнце коснулось лучами вершины возвышенности и, обозначив центр кругового расширения, двинулось вверх. Чем выше поднималось светило, тем все более низкие и пологие склоны возвышенности вовлекались в световой круг. Достигнув подножия, солнечный свет изменил геометрию движения. Растекаясь горизонтально, он плавно заполнял собой равнину, обтекая эфирной сущностью нагромождения железного лома.

У основания одного из них луч солнца осветил фиолетовый элемент на шарообразной металлоформе. На элементе мигнул индикатор заряда и через несколько минут на нем возникла первая фиолетовая полоска. Десять процентов, девятнадцать, двадцать семь…

Солнечная батарея напитывалась энергией тем быстрее, чем теплее становились солнечные лучи. На уровне заряда в пятьдесят процентов металлический шар приподнялся над землей, оказавшись головой робота, заваленного железными обломками.

Робот освободил руки от железок, уперся ими в землю и выдвинул из-под металлического завала часть своего туловища. Повторив это движение несколько раз, робот полностью высвободил свой железный торс из-под обломков и принял сидячее положение, в котором оказался затылком к солнцу.

Солнечная батарея на лбу шарообразной головы лишилась источника питания и сразу потеряла несколько зарядных делений. Робот сделал поворотное движение головой, но плохо смазанный механизм застопорился. Робот повторил движение с большим усилием, затем с еще большим и, наконец, выбив механической настойчивостью детали из стопорящей сцепки, развернул голову лицом на спину и батареей к солнцу.

Получив достаточно заряда для движения, робот вытащил из-под железного завала сначала одну ногу, затем другую и встал в полный рост. Обе опоры – ступни оказались повернутыми носками к спине.

Одна из них автоматически развернулась в обратную сторону, другая осталась на месте. В образованной конфигурации, с лицом со стороны спины и разнонаправленными ступнями робот сделал шаг. Одна нога шагнула вперед, другая назад. Робот закачался из стороны в сторону, но удержал равновесие. Круглые красные глаза на голове – шаре мигнули, потухли, снова мигнули.

Частично поврежденный процессор завис, не сумев быстро отреагировать на взаимоисключающие движения. Начался процесс перезагрузки. Через некоторое время круглые шары – глаза засветились ровным светом. Компьютерный мозг вернул себе аналитическую способность и отключил в нижних конечностях сгибательную функцию.

На ногах, ставших ходулями, робот, переваливаясь с бока на бок, направился к ближайшей по ходу зрения груде металлолома. Оступаясь, попадая ступнями на камни и железки, теряя и восстанавливая равновесие, он, наконец, добрался до цели. Немного постояв, чтобы восполнить солнечным светом растраченную энергию, робот согнулся и принялся разрывать груду железных отходов. Время шло. Солнце поднималось выше. Железный механизм двигался вперед, расширяя и углубляя проход в груде металлолома.

Солнечный диск был близок к зениту, когда робот что-то заметил в металлической глубине. Он ускорил свои движения и, прорывшись еще немного вперед, запустил руку в темное нутро железной кучи. Не дотянувшись до искомого, он выбросил еще несколько железок, снова запустил руку внутрь и, наконец, извлек наружу помятую жестяную банку с надписью: «Машинное масло».

Робот выпрямился, запрокинул назад шарообразную голову, широко раскрыл рот и, опрокинув банку, тщательно выкапал из нее все остатки маслянистой жидкости. Орошенные маслом соединительные механизмы обрели некоторую подвижность.

Не без усилий робот повернул голову на сто восемьдесят градусов. Верхняя часть обрела конструктивно правильный вид. Повернутая к спине ступня – опора автоматически развернулась носком в сторону лица. Глаза – шары несколько раз мигнули. Нижним конечностям была возвращена сгибательная функция.

Подновленный смазкой железный механизм вернулся к прежнему занятию – поиску функционально необходимой жидкости. Чем выше поднималось солнце, тем больше энергии аккумулировала солнечная батарея робота и тем живее он двигался. Когда солнце прошло зенит, робот вышел из прорытого прохода, перешел на противоположную сторону груды и, вновь оказавшись батареей к солнцу, продолжил свои поиски.

«Опасность повреждения! Опасность повреждения», – запульсировали глаза – индикаторы на шарообразной голове. Робот вытащил из груды обломков раскаленную докрасна руку. Процессор требовал немедленного устранения критической ситуации, выдав расчет расстояния и скорости. Робот, вращая круглыми глазами на круглой голове, приступил к самоудалению от опасного участка.

Разболтавшееся соединение ступни – опоры на левой ноге не позволило ему достичь расчетной скорости за расчетное время. Натужно работающий процессор, не получив от индикаторов движения нужных цифр, завис. Робот замер в неустойчивой позе и, качнувшись несколько раз из стороны в сторону, рухнул вниз. От удара о землю ступня – опора отсоединилась от ноги и отскочила вбок. Глаза – диски остановились, словно в испуге от действа, происходящего в нескольких метрах.

Над грудой металлолома будто из воздуха возникла полусфера, сияние которой было сравнимо с солнечным. Металл, соприкасающийся с ее поверхностью, плавился, стекая вниз серебристыми ручейками. Через несколько секунд жар от полусферы начал спадать, а сама она приобретать прозрачность. Металлические ручейки твердели ломаными линиями. Через следующие несколько секунд полусфера превратилась в трепещущий воздух, быстро теряющий силу своих колебаний.

Не более чем через минуту ничего не напоминало о странном явлении, внезапно случившемся на свалке металлических отходов.

Ничего в воздухе. На земле на месте трансформации полусферы среди оплавленного металла лежал голый белый человек.

Глаза на шарообразной голове робота мигнули и загорелись ровным красным цветом. Робот сел и, сделав поворот головой в триста шестьдесят градусов, обнаружил отлетевшую ступню. Добравшись до нее при помощи пятой точки опоры, он прикрутил ступню к ноге, поднялся и направился к следующему месту поиска машинного масла.

Человек на земле – молодой мужчина среднего роста и субтильного телосложения – застонал и пошевелился. Глаза защипало от попавшей в них пыли. Мужчина сжал веки с такой силой, что крупные губы подтянулись к большому носу. Выступившие слезы смягчили жжение.

Выждав несколько минут, мужчина поднял голову и уперся взглядом больших карих глаз в беспорядочное нагромождение разнокалиберных железок. Некоторые из них были причудливо оплавлены по невидимой правильной окружности. Мужчина опустил голову на руки и, замерев в такой позе на несколько минут, снова ее поднял.

Картина не изменилась. Человек тряхнул головой, разворошив прямые русые волосы, перевернулся на спину и сел. Чем пристальнее вглядывался он вдаль, тем выразительнее на его продолговатом лице отражалось чувство недоумения. В доступной плоскости обзора повсюду на пыльной красной земле громоздились кучи металлолома.

Внезапный резкий звук удара металла о металл заставил человека вскочить на ноги. Повернувшись на звук, он увидел, как неподалеку из груды металлолома вылетела железка. За ней другая. Следом еще одна. Искореженные обломки взлетали и падали один за одним, и плотность их потока заметно увеличивалась. В страхе, что железный дождь обрушится на его голову, человек бросился прочь.

Когда первый испуг прошел, а расстояние показалось безопасным, мужчина остановился и огляделся. Где он? Почему голый? Почему босой? Почему на свалке мусора? Он спит? От болен? Он в бреду? Человек медленно поворачивался вокруг своей оси и, всматриваясь в даль, видел одно и то же – бесконечные груды искореженного металла на красной пыльной земле.

Все еще пытаясь понять свое состояние, человек провел руками по голове, плечам, торсу, бедрам. Он не спит. Он не болен. Он не в бреду. Он прекрасно понимает, что делает, что видит, что слышит. Слышит? Железки! Они не могут взлетать сами. Кто-то или что-то, чем управляет кто-то, их выбрасывает! Мужчина повернулся в сторону груды с взлетающими и падающими обломками.

Лучше поспешить. Кто-то может закончить работу, и он потеряет шанс узнать, где находится. На половине пути к груде металлолома человек остановился и в нерешительности оглянулся по сторонам. Если вдруг обломки полетят в его сторону, спрятаться будет негде. Но находиться в неведении еще хуже. Чем быстрее он узнает, что происходит, тем лучше. Человек пробежал остаток пути к нагромождению металла и присел у его основания.

Убедившись, что траектория полета обломков не меняется, он поднялся и вытянулся всем телом, пытаясь заглянуть на противоположную сторону груды. Но крутой склон не позволял увидеть, что там происходит. Обломки по-прежнему разлетались по сторонам, и человек, прижимаясь телом к неровной поверхности, вскарабкался повыше.

Стараясь оставаться незамеченным, он заглянул на противоположную сторону склона. Внизу двигалось что-то похожее на механизм цвета хромированной стали. Человек приподнялся, чтобы получше рассмотреть это нечто. Внезапно нечто разогнулось и перед лицом человека оказалась шарообразная металлоформа с красными глазами – дисками.

«Опасность! Опасность! Неопознанный объект», – раздался звуковой сигнал и круглые глаза на круглой голове замигали красным цветом. Человек ошарашенным взглядом смотрел на странное создание. Кто это? Что это? Откуда это? Мысли в его голове менялись со скоростью нейронных процессов, в то время как тело застыло в неподвижности. Не в силах от потрясения шевельнуть ни рукой, ни ногой человек мог только наблюдать за тем, что делает странное шарообразное создание.

«Устраниться! Устраниться!» – потребовал процессор в металлической голове – шаре. Робот развернулся на сто восемьдесят градусов и стал удаляться от места встречи. Человек, ощутив способность двигаться, спешно спустился вниз и спрятался в проеме среди железных груд.

Да где же он? Откуда здесь робот? Что он делает? Что он сам здесь делает? Как он сам сюда попал? Или не сам? Если не сам, то кто его сюда привез? Зачем? Вопросы без ответов бились в голове, поднимая уровень напряжения и тревоги. Испуганно озираясь по сторонам, человек через просвет между обломками металла наблюдал за удаляющимся роботом. Только бы он не вернулся!

Глава 2

– Объект прибыл, мэм!

Свет, мягко отталкиваясь от стен, плавно заполнял пространство помещения, все четче обрисовывая контуры вошедшего в него робота. Высокая конструкция по анатомии человеческого тела. Матовый отлив дорогих сплавов. В ожидании ответа робот замер. Черные индикаторы его глаз сужались по мере усиления освещенности, фиксируя открывающиеся масштабы помещения с оборудованием.

Несколько рядов мощных серверов уходили в глубину огромного зала. Их путь сверху повторяли столь же внушительные системы вентиляции и кондиционирования. Энергетические установки говорили о скрытом присутствии негромким ровным гулом. Стальные панели в отделке стен и потолка сияли чистотой металла. Черный мраморный пол органично довершал изысканный техничный интерьер.

– Координаты прибытия?

Из глубины зала прозвучал женский голос необычного тембра, в котором невероятным образом сочетались жесткость с нежностью.

– 21 минута к северу от центра квадрата D-2 на территории номер 56.

– Отключить в радиусе 25 квадратных километров от центра квадрата D-2 всех роботов-утилизаторов. Объект доставить немедленно!

– Да, мэм.

Робот развернулся и подошел к стене, которая бесшумно перед ним разомкнулась. Через образованный проем он вышел в широкий светлый коридор. Стена за ним бесшумно сомкнулась, не оставив на месте соприкосновения никаких видимых следов. Робот прошел некоторое расстояние по коридору и остановился, повернувшись лицом к стене. Все повторилось. Стена плавно и тихо расступилась.

Робот вошел в помещение, по периметру которого располагались многочисленные пульты управления. Он подошел к одному из них, ввел код доступа, затем комбинацию цифр и нажал клавишу исполнения программы. Над пультом включился монитор. На экран вышло изображение расположенных в ряд ангаров среди степного пейзажа.

На одном из ангаров железная крыша плавно приподнялась, отошла вбок, двинулась книзу вдоль стены и остановилась в нескольких метрах от земли.

Из ангара друг за другом взмыли и зависли в воздухе три небольших вертолета. Железные пальцы робота заскользили по клавиатуре. Вертолеты разошлись друг от друга радиальными курсами. Одна из машин на несколько секунд закрыла обзор стальным корпусом и исчезла, оставив на экране монитора слепящий свет солнечного блика.

Человек вскрикнул и резко отдернул руку, пронзенную обжигающей болью. Только он насмелился выбраться из железной расщелины, как тут же получил по рукам! Что за день такой? Мужчина посмотрел на пальцы с запекшейся кожей. Жаркий день. Очень жаркий. Если он останется внутри металлической груды, то весь целиком превратится в спекшийся кусок кожи. Надо вылезать наружу и быть внимательнее. Хорошо, что он схватился за раскаленную солнцем железку здесь, внизу. А если бы это случилось наверху, там, куда он собирается забраться?

Мужчина ползком выбрался наружу и, встав в полный рост, задрал голову вверх. Высоко. Лететь кубарем вниз долго и больно, но как иначе узнать, где конец этой свалке? В каком направлении? Спросить не у кого! Для большей убедительности человек оглянулся по сторонам и сделал первый шаг вверх по склону.

Через несколько метров склон стал круче, и ногам в помощь добавились руки. Почти скалолаз. Правда, на четвереньках. Но так намного легче. И надежнее. Вес с ног на руки, теперь на ноги. Шаг вперед. Отлично. Опора на одну ногу, на другую. Теперь перехватиться руками. Еще раз. Пока неплохо. А что теперь?

Наружная часть какой-то массивной железной конструкции скальным навесом перегородила путь наверх. Торчащие из нее редкие толстые штыри снизу казались отдельно разбросанными прутьями. Сейчас это был шипастый монолит, занимающий почти половину окружности металлической груды.

Придется обходить. Вбок идти оказалось труднее, чем наверх. На нависающей железине не всегда находилась опора для рук, а ноги с трудом определяли на неровной поверхности устойчивый участок. Но человек продолжал двигаться. Примерно на половине пути он остановился перевести дух. Ноги гудели от напряжения. Мужчина огляделся по сторонам и задрал голову вверх.

На изъеденном ветром, водой и временем железном монолите проглядывался вместительный проем, в просвете которого виднелось несколько выступов. Человек внимательным взглядом оценивал расстояние между ними. В принципе, возможно. Если подтянуться на этом торчащем из железины пруте, то можно, раскачавшись, встать на первый выступ. Второй находится совсем рядом, с него перескочить на третий и – короткий путь к вершине открыт.

Человек схватился руками за прут и оторвал ноги от земли. Выдерживает. Отлично. Теперь раскачаться. Ноги вперед и вот – он на первом выступе. Ободренный верным расчетом, мужчина толкнул ногой второй выступ. Тоже крепкий. Широко шагнув, мужчина наступил на него одной ногой. Затем, уперевшись руками о какую-то ребристую поверхность, подтянул вторую. Отлично. Остался шаг, вернее прыжок. Человек переступил с ноги на ногу и чуть присел, готовясь оттолкнуться от опоры.

Прогнившее железо, потревоженное движением, и под давлением веса дрогнуло и с шумом провалилось внутрь. Мужчина ногами пополз вниз вслед за грохочущими железными обломками. В попытке остановиться он сделал бросок руками к первому выступу, но не дотянулся. Руки проскользили мимо в нескольких сантиметрах.

Снова и снова мужчина безуспешно пытался высвободиться из железной лавины, которая с каждым метром движения книзу уплотнялась, захватывая в себя ближайшие обломки.

Скорость железного оползня возрастала, но вместе с ней и внутренняя собранность человека. Быстро оценивая каждый шанс на спасение, человек схватился руками за тот самый торчащий из груды прут, раскачавшись на котором он добрался до первого выступа. Согнув колени, мужчина высвободил ноги из железного оползня.

Как вовремя! Сползающая вниз ржавая масса, набирая силу, выворачивала из склона и увлекала за собой все более и более массивные обломки. Наконец, оглушающий лязг железа возвестил о его встрече с землей. Последняя железка брякнулась где-то внизу и звуки стихли.

Человек посмотрел на поверхность склона, обнаженную оползнем. Железные обломки лежали рыхло и разреженно. Прыгать опасно, но и на руках висеть долго не получится! Усталость уже чувствуется. Мужчина снова посмотрел вниз. Да, уж! Хоть прыгай, хоть падай, исход будет одним – от удара неустойчивый склон снова поползет вниз. В лучшем случае обойдется синяками и ссадинами, в худшем – об этом лучше не думать! Взбрело же ему в голову оглядеть окрестности с высоты и карабкаться для этого на самый верх ржавой груды!

А прут, на котором он висит? Как долго он сможет выдерживать вес его тела? А сама железина, из которой он торчит? Мужчина посмотрел вверх, пошевелил ногами и замер в напряженном ожидании. Железина, из которой торчал штырь, не шелохнулась, словно подтверждая, что является частью чего-то массивного, тяжелого, незримо глубоко уходящего в металлические недра. Уже неплохо! Мужчина осторожно перехватился руками по направлению к железному склону и снова замер. Кажется, получается. Надо продолжать двигаться. Действовать осторожно, но при этом быстро, пока ситуация не изменилась.

Через несколько перехватов руками мужчина приблизился к месту вхождения железины внутрь металлической груды. Есть! Ноги почувствовали шаткую твердь. Пружинящими движениями человек нащупал устойчивый участок и встал на него обеими ногами, продолжая держаться за железный прут. Теперь шаг, еще один. Человек отпустил руки и в изнеможении сел, прислонившись боком к спасительному массиву.

Тело подрагивало от пережитого нервного и физического напряжения. Как мог он проявить такую неосторожность? Хорошо, что отделался синяками и ссадинами. А если бы он сломал ногу? Что было бы с ним тогда? На этой свалке не только на медицинскую, на любую помощь рассчитывать нечего! О чем он только думал! Точно не о том, где находится!

А где он все-таки находится? Человек всмотрелся вдаль. В чистом до прозрачности воздухе четко очерчивалась линия горизонта. Зато в голове сплошной туман. Нет и намека на прояснение того, что это за место, как он здесь оказался и что происходит с ним и вокруг него.

Чуть отдохнув и успокоившись, мужчина поднялся в полный рост. Выше он определенно не полезет. Отсюда осмотрится. Прямо по взгляду конца свалке точно не видно. Предусмотрительно ухватившись руками за железный прут, человек повернул голову в одну сторону, затем в другую в надежде увидеть иные очертания рельефа.

Действительность ни малейшим признаком не соотносилась с ходом его мыслей. Нигде пейзаж не трансформировался в формы привычного мира, в котором до этого странного происшествия он жил. Ниоткуда не доносился шум приближающихся машин, из которых должны выйти люди и объяснить с извинениями, по какой причине произошла эта чудовищная нелепость. Или, на худой конец, объявить о завершении розыгрыша.

Железные груды тянулись нескончаемыми рядами до горизонта, оживляя общую картину лишь игрой теней под режиссурой небесного светила. Мужчина снова сел на железный склон, вытянул уставшие ноги и прикрыл глаза. День вошел в полную силу. Солнце прошло зенит, но тени все еще были коротки и солнечные лучи точно били жаром в земные цели. Разогревающееся железо раскаляло воздух до состояния визуальной расплавленности.

Голым телом человек все ощутимее чувствовал нарастание температуры вокруг себя и под собой. Разогретый металлом воздух окатывал болью обожженные солнцем спину и плечи. Кожа реагировала все острее на каждую новую горячую волну. Дольше медлить нельзя: либо он спускается вниз, лишаясь высоты обзора, либо остается на месте, рискуя получить солнечный удар.

Мужчина приподнялся на руках и, вытянув ногу, толкнул ближайшую к себе железяку. Вроде устойчиво. Опасаясь подниматься в полный рост, человек сполз до железного обломка, опираясь на ягодицы, ладони и пятки. Под подбадривающие ожоги всех частей опоры он преодолел таким же образом, следующий участок склона, за ним следующий, и так до основания железной груды.

Спуск, оказавшийся гораздо тяжелее подъема, забрал последние силы. Не сумев подняться, человек на четвереньках дополз до самой густой тени и в изнеможении повалился на бок. Наконец-то можно расслабить напряженные мышцы. Мужчина перевернулся на спину, вытянул ноги и забросил руки за голову.

Как хорошо! Как хорошо после всего пережитого лежать в мягкой пыли и чувствовать, как успокаивается измученное тело! И смотреть на небо, умиротворяющее взбудораженные нервы! Какое блаженство! Какая минута счастья! Пусть и в таком виде, и в таком месте! Волна покоя, разливающаяся по телу, плеснулась в голове философской волной.

В таком месте? А разве можно минуту счастья запланировать территориально или по времени? Или предугадать, какой она будет? Нет. Эта минута приходит именно так – неожиданно и не с той стороны, откуда ждал. Главное – ее не упустить! Не анализировать, откуда взялась, почему, как закрепить, повторить, увеличить, перевести на устойчивый поток. Просто принять эту минуту счастья, как есть, и наслаждаться ей до последней секунды!

Мужчина глубоко вздохнул, потянулся всем телом и снова замер, устремив в небо глаза с рябью философских мыслей. Сколько таких драгоценных минут мы упускаем в жизни, жертвуем ими ради внушительного, масштабного счастья, такого, чтобы, нахлынув, непременно накрыло с головой? Почему мы отказываемся признавать, что на самом деле счастье дискретно, что оно состоит из множества счастливых мгновений? Мужчина закрыл и снова открыл глаза.

Какое небо! Высокое, синее, чистое! Может, такие дни даются для переосмысления ценностей жизни? Но кто решил ему дать этот день? Почему именно ему, почему одному и в этом странном месте? Хотя, судя по тому, что с ним произошло и происходит, трудно поверить в чьи-то добрые побуждения. Скорее, наоборот.

Наконец, горизонтальное положение тела и вертикальное взгляда обеспечили релаксационный эффект.

Ощутив способность двигаться, мужчина поднялся, осмотрелся и, чуть поразмыслив, двинулся в обход металлический груды. Укрываясь за каждым выступом, он дважды обогнул кучу металлолома, так и не ответив себе на вопрос, что он, собственно, надеется найти или увидеть? При заходе на третий круг человек остановился и посмотрел в сторону соседних груд.

Загнанная в глубины сознания мысль моментально использовала слабину сомнений, вырвалась наружу и обрисовала правдивое понимание реальности. Его гонит по кругу страх. Страх не дает ему оторваться от знакомого места и мешает рационально мыслить. Пора, наконец, это признать, а заодно и тот факт, что помощи ждать неоткуда. Если до сих пор здесь никто не появился, значит, ответ на вопрос, где он находится и зачем, следует искать самому.

Принятие реальности изменило ход мыслей человека. Окинув взглядом железные нагромождения, он подошел к тому месту, на которое спустился с груды железа и тем же путем, по которому сползал вниз, начал карабкаться наверх. Через каждые несколько метров он останавливался и озирался по сторонам. Есть! Взлетающие и падающие обломки точно указали на местонахождение шарообразного робота. Человек спустился вниз и, лавируя между грудами железа, двинулся в его сторону. Вот и искомый механизм.

Шарообразный робот методично разрывал кучу металлических обломков. Извлеченные из ее глубин железки разлетались по разным сторонам. Одни с глухим ударом падали на землю, окутываясь поднятой красноватой пылью. Другие звонко брякались на металлические обломки. С учетом радиуса разброса железяк относительно безопасно можно было подойти к роботу со стороны спины. И это вызывало беспокойство. Внезапное появление перед человеком всегда опасно его непредсказуемой реакцией, вплоть до агрессии. Тем более, перед незнакомым человеком. Тем более, перед не человеком.

Значит, этот вариант никоим образом не подходит. Робот должен увидеть его заранее. Тогда будет время продемонстрировать свои мирные намерения, отсутствие оружия. А есть ли оружие у робота?

Мужчина приблизился к механизму на несколько метров и пристрастно осмотрел видимые части корпуса. Похоже, этот робот трудяга, к тому же, он мог воспользоваться оружием при их первой встрече. Но не воспользовался, хотя это вовсе не означает, что оружия у него нет. Как же обратить на себя внимание? Окликнуть? Понаблюдав за роботом еще некоторое время, мужчина решился, наконец, на попытку знакомства.

– Привет! … Привет, друг!