Как не сдаться, когда всё потеряно!

Понизив моё восприятие боли, мы приступили и к другому лечению. Мне ставили глубокие блокады, проводили криоабляцию. Много дорогостоящих, но бесполезных процедур. Смысл есть, но места попадания совершенно не те. Назвать боль нейропатической и ограничиться объяснением, что болеть нечем и всё это плод фантазий моего мозга - не позволяли факты. Моя боль не блуждала по телу, перепрыгивая с место на место. Оставались конкретные места, откуда она происходила, по какой-то причине мы просто не могли попасть прямо в цель. Чёткого диагноза мне не ставили. Заключения сводились к тому, что проблема нервно-мышечная. А что конкретно болит и по какой причине - оставалось под вопросом.

Слишком много факторов сошлись в одно время. Травма, что могла повлиять на область мозга. Нервные окончания мог повредить и ковид. Это могла быть постгерпетическая невралгия в хронической стадии. В редкой форме, без характерных высыпаний. И еще с десяток вполне логичных объяснений. Я был готов принять любую новость, включая самые скверные варианты. Пусть мне, наконец, сообщат, что со мной не так. А дальше что-нибудь придумаем.

Последней ступенью медицинской эволюции в области болей неясного происхождения является установка нейростимулятора. Его электрод вшивается рядом со спинным мозгом, само устройство устанавливается неподалёку. Врач посоветовал узнать про возможность установки тестового образца для проведения тестов.

Сказано – сделано. Я пошёл на консультацию к матёрым в этом деле людям. Мне рассказали про возможность установить тестовый стимулятор по квоте, то есть бесплатно. Я начал сбор многочисленных анализов для операции. К моменту поступления в больницу для подключения электрода, мне стало хуже. И это на фоне приёма «тапентадола». Заезжал я в ужасном состоянии. Ноги почти не слушались. Слабость прибивала то к стенам, то к полу. Поэтому возможность не покидать больничную палату в течение десяти дней меня вполне устраивала.

Нейрохирург бодро впихнул в меня электрод. Его часть, что выходила из спины, подключалась к контроллеру и айподу. Через айпод регулировался уровень сигнала. По легенде, сигнал доводится до уровня, перебивающего болевой сигнал. То есть негативные ощущения должны преобразовываться в нейтральные по типу мурашек. Меня подобное не коснулось, я лишь чувствовал новые ощущения внутри тела. Будто в меня вшили старый мобильный телефон в режиме вибрации. И на него постоянно звонили.

Чуда не случилось. Я переключал режимы, беззвучно жужжал внутри тела и лежал в палате. Изредка выбираясь на короткие прогулки по коридору. Парень, что лежал со мной с такой же штуковиной, и вовсе попросил вынуть электрод через пару дней после установки. Тот вызвал у него жуткие боли, помимо уже существовавшей боли в ступнях. Боль от установленного электрода приносила больше страданий, чем боль при поступлении в больницу. А это мало походило на лечение.

Я лежал, вибрировал, ел. Пытался читать книги. Разговаривал с моим коллегой по несчастью. Тот оказался отличным парнем. Уже начался военный конфликт в Украине, а мой сосед с детства занимался военной подготовкой. Стремился уехать на помощь своим, но его подводили ноги. Мы списывались с ним после выписки, он свою проблему решил. Слава Богу. На прощание он подарил мне «Молитвослов».

Заканчивался апрель 2022 года. В больнице прошёл и мой день рождения. Мне исполнилось тридцать восемь. Внутренне я дошёл до момента, подходящего для того, чтобы принять всё, что выпало на мою долю. Смириться. Лишь бы стало чуть легче физически.

Я отходил с нейростимулятором положенный срок. Электрод вытащили. В заключении написали, что прибор показал удовлетворительные результаты. Можно было рискнуть и поставить постоянный прибор. Но поставки нейростимуляторов из Германии с началом СВО сократились. Технологий такого уровня у нас в стране нет, так что я встал в очередь на установку устройства и на этом закрыл и эту страницу лечения.

Круг медицинских скитаний замкнулся. Вариантов лечения попросту не оставалось. Если не брать в расчёт альтернативные или экстремальные варианты.

К лету 2022 года я немного оправился. Переехал к маме, в нашу старую квартиру. Она находится на первом этаже, что являлось больши́м плюсом при ухудшении моего самочувствия. Если мне придёт в голову очередная гениальная идея о необходимости нахождения в этом мире.

Уже произошли все денежные потери. Оставалась небольшая сумма, которая позволяла некоторое время скитаться по врачам для успокоения совести. Из «клиники лечения боли» мой врач уволился. Я решил попробовать проконсультироваться с другим. Она бойко начала распутывать гигантский клубок диагнозов, каждый из которых не имел никакого смысла. Ради пробы выписала мне «клоназепам». «Типичный транквилизатор и противоэпилептическое средство, относится к группе производных бензодиазепина», как подсказывает «википедия». А он взял и сработал.

Снял болевые ощущения практически полностью. Но с принимаемых мной доз меня катастрофически рубило в сон. Одна проблема сменилась другой, пока я не подобрал такую дозу, чтобы не засыпать на месте и не мучаться от проявлений болевого синдрома. «Клоназепам» помогал. Воздействовал именно на те рецепторы, что было необходимо. Но зависимость от него возникала куда быстрее, чем от опиоидных анальгетиков. Поэтому показаны короткие курсы приёма, с выходом на чистое состояние. Отдых и повторный курс, если других вариантов не найдётся.

За рубежом есть куча аналогов подобных препаратов. У нас они запрещены. Это обратная сторона медали аптечного наркотического безумия в Америке. Иногда жизненно необходимо принимать те препараты, что могут привести к зависимости.

Касательно болевого синдрома в целом, врачам необходимо тут же снимать его любыми возможными способами. Пока боль не перешла в хроническую. И мозг не станет воспринимать её присутствие, как нормальное состояние. В моем случае, момент был упущен. Я стал представителем той части человечества, что испытывает боль на постоянной основе. И ничего не могут с этим сделать.

В данный момент, моё тело что-то вроде ящика в эксперименте Шрёдингера. Кота заменяет боль, что существует или не существует, в зависимости от наблюдателя. С точки зрения врачей, болеть нечему. Нет видимых причин. Очевидного изъяна или воспалительного процесса, за который можно зацепиться медицинскими терминами. Направить шар догадок в диагностическую лузу. Пока шар лишь отскакивает от бортов после сильного, но не точного удара. Вызывая сомнения то ли в профессионализме бьющих, то ли в соответствии диаметра шара размерам отверстий стола.

С точки зрения меня, как осознающего механизма внутри тела – боль есть. А вот состояние, именуемое отсутствием боли – я не испытываю, кажется, целую вечность. Боль не становится сильнее, чем я могу вынести физически. Не становится слабее того уровня, чтобы забыть о ней хотя бы на время. Я пребываю в своеобразном чистилище. Когда обычная человеческая жизнь недоступна, но и до полного отторжения привычных функций ещё далеко.

Так или иначе, представление продолжается. Оно либо обернётся трагедией, либо триумфальным возвращением героя. Новые знания требуют второго шанса для применения. Вероятность возникновения этого шанса зависит от результата падения монетки. А та, судя по всему, способна зависнуть в воздухе, отрицая законы физики. И висеть в этом положении очень долго. Из хороших новостей: если нас всех ждут тяжёлые времена, то я готов к худшему лучше, чем остальные люди.

Хронический болевой синдром мало изучен. За него не полагается никакой инвалидности или неограниченного доступа к препаратам. Ты оказываешься один на один с суровой реальностью, а дальше обычно происходит трагичная развязка. Люди теряются, люди спиваются. Люди превышают дозы прописанных препаратов, чтобы спокойно уйти. Я же решил искать свой способ исцеления.