За горами, за лесами... Сборник сказок. Часть 4

Сказка про купеческого сына и боярскую дочь

В стародавние, не помню точно, времена,

Далеко за синем морем безо дна,

И, конечно, это было на земле,

Однозначно, не в крестьянском-то селе,

Знатный жил купец-то в городе большом,

От богатства процветал его уж дом.

У него была хорошая семья

И о ней он говорил всегда, любя.

Купец ездил и по сёлам, городам

И по странам, куда плавал по морям.

Жена верная всегда его ждала,

Дом родимый уж всё время берегла.

Дочка старшая на выданье была,

Мать давно-то жениха уж ей нашла:

Жених тоже из купеческой семьи,

Пришло время – обвенчалися они.

Фёдор со Светланою, своей женой,

В город жить поехали совсем другой,

А у Фёдора в том городе был дом.

Родила Светлана сыновей потом.

У Петра с Настасьей был ещё сынок,

Шёл ему в то время лишь восьмой годок.

Алексей у матери рос на глазах,

Муженёк-хозяин был всегда в делах.

Баловала часто матушка его,

А отец пока не видел ничего.

Незаметно время шло, за годом год,

За закатом приходил всегда восход.

И прошли не в спешке целых восемь лет,

Никогда с Алёшей не случалось бед.

Жил парнишка в удовольствии, без дел,

А работать и учиться не хотел.

«Алексей, пора тебе мне помогать,

Что-то стал без помощи я уставать,» -

С сыном начал Петя разговор с утра, -

Ведь шестнадцать лет тебе, пришла пора!» -

«Не хочу работать, всё же есть у нас,

На всю жизнь, отец, ты сделал нам запас.

Слуги есть, они трудиться уж должны,

Для другого в жизни больше не нужны.» -

«Мать, послушай, что сынок наш говорит,

От таких-то слов и сердце заболит!..» -

«Алексей, ну, как же будешь жить?» -

«Припеваючи, не буду я тужить!»

Брались уж за голову отец, и мать -

Не сумели вдвоём сына воспитать,

Хоть пыталися они увещевать -

Алексей не собирался уступать.

И родители молились день и ночь,

Может сам Господь-то сможет им помочь...

Алексей вот стал из дома уходить,

Не известно стал с кем время проводить.

А купец от дум тяжёлых заболел,

Только одного от жизни он хотел:

Чтоб его сынок единственный родной

Не мотался по углам, а шёл домой.

Матушка послала к дочери гонца,

Чтоб приехала, проведала отца.

Не дождался дочери, внучков отец,

И отмучился бедняга наконец.

Дочка с зятем бросили-то горсть земли:

«Вы б сказали, мама, может помогли...» -

«Что же, видно такова судьба у нас,

Радуюсь тому, что есть семья у вас!» -

«Матушка, переезжайте теперь к нам,

Может приобщиться Алексей к делам.» -

«Это крест мой, дочка, мне его нести,

И другого нету для меня пути!»

По отцу сынок чуть-чуть погоревал,

И на время даже «шёлковым» он стал,

С зятем же когда уехала сестра,

Стал опять он пропадать аж до утра.

Вот Настасьюшка за дело принялась,

И откуда-то сноровка уж взялась:

С управляющим собрали-то товар,

И отправили обозы на базар.

За моря не посылала мать его,

Здесь хватало уж товара своего,

Отвлекалася от мыслей-то она,

Не сидела день-деньской уж у окна.

Настя по Петру скучала по ночам -

Торговать-то женщине не по плечам.

К дочке изредка, но ездила она,

Родным внукам всё же бабушкой была.

Не могла Настасья дом оставить свой:

Сын хоть непутёвый, всё же он родной.

Мать-то знала - виновата лишь она,

От соблазнов сына не уберегла.

За работой забывала обо всём.

Неприветливым-то стал родимый дом,

Никуда уж от себя не убежать,

Только с горем ей придётся доживать.

Вот четыре года уж прошло с тех пор,

Помнила все годы давний разговор,

Лишь отогревалась в дочкиной семье -

Не было всё же покоя на земле.

Стала часто уж Настасьюшка болеть,

Не хотелось раньше срока умереть.

Настя пригласила знахарку к себе -

Баба снадобьем лечила на траве.

Становилось Насте лучше иногда,

Всё же у неё была одна беда:

Алексей совсем-то к ней не заходил,

Через слуг он деньги каждый день просил.

К дочери отправила гонца зимой.

Дочь с детишками примчались в дом родной.

Настя попросила слуг всех одарить:

«Все-то годы уж старалися служить.

Подготовь им дарственные на дома,

Их, конечно, подпишу потом сама.

Приглядишь кого, так забери себе,

Будут верно уж служить они тебе.

А вот этот сундучок твоей семье,

Будете, родные, помнить обо мне!

Всё, что нужно, дочка, заберёшь потом,

Алексею лишь оставь родимый дом,

Надо ж бедному ему уж где-то жить,

Может быть научится своё ценить,» -

Все распоряженья матушка дала.

Через семь деньков бедняжка умерла.

Не пришёл проститься с нею Алексей,

Спал мертвецки пьяный в горнице своей.

Дочь исполнила, о чём просила мать -

Добром будут её люди поминать.

Няню старую Светлана забрала,

До сих пор она любовь к ней сберегла,

Девочку, что приютила мать её,

У сиротки не было-то никого,

Взяла сани крепкие, ещё коней

И сложила вещи матушки своей.

Поклонились дому до земли родной,

И потом они отправились домой.

Алексей очнулся – в доме никого,

Не поверил, что оставили его:

Люди рассказали – мать-то померла,

До последнего его она ждала.

Вот один совсем остался Алексей,

Тут же своё горе залил поскорей.

Думы тяжкие он стал уж разгонять,

Ну, а сердце-то стучало – не унять.

Нечестивцами стал заполняться дом,

Да с которыми был вовсе не знаком,

Язык зелья Алексей лишь понимал,

С ним вставал теперь и с ним же засыпал.

Алексей за года два всё промотал,

А потом-то за долги и дом продал

И пошёл бродить с протянутой рукой,

По дворам ходил с поникшей головой.

Вспомнил город, где жила сестра его

И с трудом уже добрался до него.

Про её семью услышал от людей,

Из последних сил направился он к ней.

Нищий как-то постучался в дом к купцу.

Не узнала сестра брата по лицу:

Был он грязный, тощий и совсем без сил,

Кусок хлеба он у женщины просил.

Тут Светлана вынесла ему поесть,

На крылечке нищий смог уже присесть.

«Вот, сестрица, мы и свиделись с тобой!

Долго шёл к тебе дорогой не простой.

Ты, Светлана, уж прости за всё меня!

Ты позволь, сестра, погреться у огня...» -

«В баню ты сперва сходи-ка, братец мой,

А потом я приглашу тебя домой.»

Слуги его в баню сразу отвели,

Все лохмотья брата в баке-то сожгли.

Сестра чистую одежду принесла,

После бани-то и в дом уж позвала.

Не утаивая, всё брат рассказал:

«Не задумываясь, жизнь я потерял!

Я готов теперь трудиться день и ночь,

Ну, пожалуйста, не прогоняйте прочь!»

Две недели вот здоровье поправлял

До тех пор, пока он на ноги не встал.

По хозяйству начал братец помогать

И ранёхонько со всеми стал вставать.

Вот зима холодная уже пришла,

Все дороги и тропинки замела.

Брат стал ездить с зятем и товар скупать,

Чтоб весною было чем уж торговать.

Фёдор Лёшу постоянно обучал,

Мелкую торговлю даже поручал.

С управляющим его он отпускал,

Под его доглядом тот и торговал.

Зять всегда старался парня отвлекать,

Чтобы мог он пред соблазном устоять,

И Светлана помогала-то всём,

Забывать семья уж стала о плохом.

Вот пришла и долгожданная весна,

С собой радость и заботы принесла.

Фёдор стал свои телеги проверять,

Скоро ведь придётся в путь их отправлять.

«Алексей, решил я плыть уж за моря,

Но тебя готовил тоже я не зря.

Ты пройдёшь с обозами по городам,

Тебе в помощь управляющего дам.

Алексей, ты с ним советуйся всегда,

Яков проработал многие года.

По дороге, брат, ты всё запоминай,

И людей труда совсем не обижай.» -

Лёд-то уж давно сошёл с реки большой,

И на судно погрузил товар он свой,

Подготовил все обозы для людей,

Те, с которыми поедет Алексей.

Фёдор Лёшу по-отечески перекрестил,

В путь по городам и весям проводил,

Сына старшего купец-то-взял с собой,

Попрощался: «Ждите, милые, домой!»

Начал Алексей с поддержкой торговать,

Яков наблюдал, старался не мешать.

Заезжали они в сёла, в города,

С нетерпеньем ждали люди их всегда.

Две недели пролетели словно миг,

К кочевой-то жизни Алексей привык,

У него в душе «заёрзал червячок»,

И пытался задавить его, как мог.

Как-то не успели в город уж войти,

Что им встретился на долгом-то пути,

А ворота уж закрылись на засов

Поздним вечером, порядок был таков.

Вот обозы сбили в кучу, ночь пришла.

Алексею совсем было не до сна.

На груди его мешочек был с казной:

«Не представится мне случай уж другой. -

Часть казны-то хитрый Яков схоронил,

Управляющий о прошлом не забыл!.. -

Прокучу, авось меня простят потом,

И с обозами вернусь обратно в дом!» -

С этой думкой он промаялся всю ночь,

А под утро стало уж совсем невмочь!

Алексей уже покой свой потерял,

К городской ограде быстро побежал.

Тут из-за ограды бросили мешок:

«Вот ворота бы открыли только в срок.

А тяжёлый-то мешок, видать с добром,

Заживу я припеваючи потом!»

В город Алексей с мешком уже зашёл.

На окраине жильё себе нашёл,

Чтоб подальше быть-то от знакомых глаз,

Чтоб не отыскали, не ровён-то час!

Он за месяц за жильё уж заплатил

И в свои покои сразу поспешил.

Парень сперва запер дверь-то на замок,

А потом уж стал развязывать мешок.

Туго скрученный в мешке ковёр лежал,

Он его по полу сразу раскатал.

В него девица завёрнута была,

Чуть дышала, но пока ещё жива.

«Что же делать? – Алексей спросил себя -

Обвинить во всём-то могут ведь меня!

Надо знахаря скорее уж найти,» -

В лихорадке думал парень по пути.

Вскоре к знахарю уж указали дверь:

«Добрый человек, спаси! Поверь,

Девицу израненную я нашёл...» -

Алексей всё рассказал, к себе повёл.

Знахарь девицу лечил потом тайком,

Каждый день он к парню приходил в тот дом,

С того света всё же вытащил её,

Алексей молился только за неё.

Всё богатство на лечение спустил,

Алексей давно уж о себе забыл.

«Ты прости, но нечем мне тебя кормить,

Я не знаю, как мы дальше будем жить!

Ты б сказала имя, как тебя мне звать?» -

«Можешь ты меня Гордеей величать.

Не грусти, придумаю я что-нибудь.

Потуши-ка ты свечу, уж не забудь.»

Парень тут уснул, она – вон из окна

И вернулася с ларцом уж до утра.

Как проснулись, дева изумруд дала.

«Ты, Гордея, где ж его взяла?» -

«Схоронила, отправляйся за едой,

Да возьми же в лавке не абы какой:

Купишь в лавке, что на площади стоит,

Осмотри там всё. Пусть Бог тебя хранит!»

Алексей в задумчивости вот пошёл,

И указанную лавку он нашёл.

Там работник за прилавком-то стоял,

Алексей ему свой камень показал:

«Вкусную еду сейчас же подавай,

А хмельного зелья ты не наливай.

Ты – хозяин лавки, или есть другой?» -

В дверь вошёл тотчас мужик-то молодой:

«Я – хозяин, да меня Степаном звать.

Ну, а Вас, скажите, как мне величать?» -

«Я – купец, вот Алексеем все зовут.» -

«Где нашли Вы в нашем городе приют?» -

«В доме для приезжих я покои снял,

От людей о лавке Вашей я узнал.

Прикажите, чтоб доставили еду.

Не волнуйтесь же, Степан, ещё зайду!»

За ним следом и еду уж привезли,

Алексей с Гордеей хот поесть уже смогли.

Девица про лавку расспросила всё,

Алексей и рассказал тут про неё.

«Утром ты узнаешь про семью его

От людей, иль от Степана самого.

Посоветуйся, где платье мне купить,

Мне ведь тоже нужно что-нибудь носить.

Новую одежду и себе купи,

Не скупись же и два камня отнеси.» -

Утром всё успел и о семье узнал,

А придя, Гордее снова рассказал:

«Неожиданно Семён разбогател,

И никто не знает, как это сумел,

И купеческую дочь он в жёны взял.

Говорят, что к тёмной силе прибегал!

А жену Степана Евдокией звать,

Помогла она наряды подобрать.» -

«Утром приведёшь ты мужиков ко мне,

Хочу дом построить я на пустыре,

Но не спрашивай меня ты ни о чём,

Придёт время – расскажу тебе потом.»

Пролетела ночь, и утро уж пришло,

Заглянуло солнышко и к ним в окно.

Приодевшись, уж Гордея расцвела,

Наряжаться будто сызмальства могла,

И забилось сердце парня-то в груди,

Не загадывал, что ждёт их впереди.

Мужиков он по совету отыскал

И в покои за собою их позвал.

Тут Гордея стала с ними говорить,

Не давая мужикам и рта раскрыть:

«В две недели вы построите мне дом,

Чтоб уютно и просторно было в нём.

Не из дерева, из камня чтобы был,

На купеческий чтоб дом он походил.» -

«В городе один у нас-то есть такой.

Да располагаете ли Вы землёй?» -

Речь прослушав, тут один мужик спросил,

Поняла Гордея, он здесь старшим был.

Дарственную грамоту тут подала -

Согласились, ведь отказ не приняла.

Две недели мужики не знали сна,

И за всем следила девица сама.

Не забыли про сараи и склады,

И для живности построили хлевы.

Девица заставила колодец рыть,

За водою чтоб далёко не ходить.

Сделали забор – заезды с двух сторон,

И дороги видны были из окон.

Щедро заплатила дева мужикам,

Разошлись они уж по другим делам.

Тут Гордея Алексея позвала:

«Завтра ты на поиски пойдёшь с утра:

Всё про знахарей узнаешь, где живут,

Расспроси людей, они-то назовут.

А сегодня можешь ехать в новый дом,

Слуг, Алёша, наберёшь уже потом.»

Поисками парень занялся с утра:

Он ходил-то от двора и до двора.

Тут Степана Алексей уж увидал -

Он о знахаре ему всё рассказал:

«Этот знахарь от любой беды спасёт,

С разной просьбой обращается народ!

Мы хотим к себе Вас в гости пригласить,

Может в будущем вот станем мы дружить.» -

«За внимание отвечу Вам добром,

И приду я в Ваш гостеприимный дом!» -

В доме уж его красавица ждала,

Алексей ей рассказал, всё поняла:

«Степан, значит, знает знахаря того,

Пользовался уж советами его.

В гости ты пойдёшь, там ничего не пей,

Я тебя предупреждаю, Алексей.

Уж беды бы не случилося с тобой!

Вот сосуд, питьё ты принесёшь домой.» -

«Без подарка неудобно мне идти...»

«Ты жене вот этот камень подари,» -

И Гордея парню камень подала, -

Для такого случая вот берегла.

Алексей, из дома выйду на чуть-чуть,

Ты в своих покоях можешь отдохнуть.»

Алексей прилёг и сразу задремал,

Как вернулася Гордея, не слыхал.

Степан к знахарю знакомому пошёл,

В дом какой-то неприветливый зашёл,

А Гордея следовала по пятам,

Подошла потом подслушивать к дверям.

Поняла, Степан отравы попросил,

Знахарю он хорошо уж заплатил,

После девица вернулася домой.

Алексей ушёл вечернею порой.

Он хозяйке дома камень подарил.

За столом-то парень ничего не пил:

Незаметно зелье он в сосуд сливал,

А хозяин-то всё время подливал.

Распрощался парень и пошёл домой.

Шли хозяева невидною тропой.

«Гости» увидали сразу же ларец:

«Ну, теперь разбогатеем наконец!» -

Стал Степан тут свои руки потирать

И камнями стал мешок свой заполнять.

Тут Гордея вышла уж на яркий свет:

«Вот пришло и время, вам держать ответ!» -

Степан ахнул: «Разве ты не умерла?» -

«Ну, как видите вы, всё же я жива!

Что вы выберите: плаху, нищету?» -

«Прояви же к нам, Гордея, доброту!..» -

«Подпишите дарственные вы сейчас. -

Подписали. – Вон из города тотчас! -

К страже. - «Не пускайте этих никогда,

Пусть о них забудут навсегда!

Остальные отправляйтесь-ка за мной!..» -

И Гордея повела их за собой.

К дому знахаря тут стражу привела

И с собою сосуд с зельем принесла:

«Плаха ждёт тебя, иль зелье выпей сам,

Ты поверь, злодей, сейчас моим словам!» -

Выпил зелье – сразу замертво упал. -

Всё сожгите здесь, чтоб он не воскресал!»

А с утра Гордея стала говорить:

«Алексей, скажи, как дальше мыслишь жить?» -

«Я тебя, Гордея, сильно полюбил

И не знаю, как до этого-то жил!..» -

«Мы сейчас с тобой покаемся во всём,

Чтоб неправда не всплыла уже потом!» -

Парень рассказал, что дом родной пропил,

У сестры потом прощенье заслужил;

Спустя месяцы казну уже украл,

Да её уже, красавицу, спасал.

«Что же, расскажу теперь я о себе.

Алексей, всё должен знать ты обо мне.

Больше мне таиться-то уже невмочь:

Знай же, Алексей, боярская я дочь.

Я ведь очень своенравною была,

Да понятно, что без матери росла.

Баловали меня няня и отец,

Да разбаловали уж потом в конец.

Полюбила я Степана своего

И вокруг не замечала ничего.

Он о Евдокии лишь всегда мечтал,

Но как деньги заработать он не знал.

Стал вытягивать богатства у меня -

Отдавала всё, не глядючи, любя.

Евдокию взял он в жёны-то тайком,

Донесли всё слуги мне уже потом.

Я пришла в глаза Степану поглядеть -

Поджидала там меня лишь только смерть.

Мне налили зелья, знахарь им продал,

А потом в меня вонзили и кинжал.

Повезло мне, что меня ты отыскал

И ухаживал за мной, ночей не спал.

Алексей, Степан всё отписал тебе

И пошёл с женой скитаться по земле.

Знахарь отравился, уж сожгли его,

Даже прах-то не остался от него.

Всё узнал ты, Алексей, тебе решать,

С кем теперь ты будешь жизнь-то продолжать!» -

«Я с тобой, Гордея, очень хочу жить

И, поверь мне, буду я тебя любить!..

Только нет теперь достатка у меня,

Как же я, Гордея, прокормлю тебя?..»

«У тебя же есть две лавки, милый мой,

Будем мы трудиться вместе, дорогой!»

Батюшка вернулся и согласье дал,

В скором времени детей он обвенчал.

А на свадьбу батюшка гостей созвал,

Со Светланой Фёдор тоже приезжал.

Алексей с Гордеей долг вернули свой:

«Лёша спас меня, рискуя головой.

Не ругайте, Фёдор, мужа моего,

В мыслях не было плохого ничего!» -

Две семьи уж породнилися потом,

Вскоре, почти рядом, зять построил дом.

Получилась у них дружная семья -

У Гордеи родилися сыновья:

Первенца-то окрестили уж Петром,

А второго Фролом нарекли потом.

Тёзки походили на дедов своих,

Счастлив был боярин, глядючи на них.

Вот и кончился ребята, сказ-то мой.

Поведёт вас сказка дальше за собой.

«До свидания!» теперь я вам скажу,

Может быть и к новой сказке провожу.

Сказка о крестьянском сыне и дочери хозяина леса

Сказку эту я давно уже узнал,

Мне мой дедушка когда-то рассказал

Длинной и холодной зимнею порой,

За окном-то слышен был метели вой,

Видно было, как огонь свечи дрожал.

Дедушка наш старенький хоть и устал,

Стал рассказывать он сказочку свою

Про детей, природу, доброту, семью:

«А случилось это уж давным-давно,

Не скажу где, но стояло там село,

Жили в нём крестьяне испокон веков,

И немало было вложено трудов.

Два соседа жили рядом в том селе,

С семьями трудились на родной земле.

У Назара было пятеро детей:

Дочки две и трое старших сыновей.

У Сафрона было четверо всего,

Да и то «кружили» голову его:

Сына два, даст Бог, всегда продолжат род,

Скажу, больше их ценил простой народ.

У Сафрона Федот самым старшим был,

Только он работать очень не любил,