Потенциальное сотрудничество России и Европы в области прав и свобод. Актуальность. Проблематика. Перспективы

В настоящее время последствия хрущёвской оттепели и «гласности» Горбачёва хорошо известны своим эффектом либерализации, однако вплоть до избрания в 1985 году М. С. Горбачёва генеральным секретарём ЦК КПСС и провозглашения им основ перестройки распространение европейских либеральных ценностей, политических убеждений и общих культурных традиций и черт носило скрытый характер, хотя и в обществе уже давно существовала потребность в сотрудничестве с Европой и Америкой.

Именно М. С. Горбачёв стремился создать условия для благоприятного взаимовыгодного сотрудничества с Европой, указывая на то, что Россия – это Европа, а русские – европейцы и что связь русской и европейской культур куда глубже, чем географически близкое расположение. Как отмечал Михаил Сергеевич, «мы – европейцы. <..> История России – органическая часть великой европейской истории»[10]. Приверженность Горбачёва либерально-демократическим ценностям выражалась и практически. Серьёзная работа была проведена в сфере экономических прав и свобод, в частности, была легализована индивидуальная трудовая деятельность[11], кооперация[12] и провозглашено право собственности на средства производства[13]. Также была проведена колоссальная реформа деятельности СМИ, 12 июня 1990 года был принят соответствующий Закон СССР «О печати и других средствах массовой информации»[14], в соответствии с которым запрещалась цензура. В целом законодательная деятельность в эпоху президентства М. С. Горбачёва осуществлялась в различных направлениях общественной жизни, что создало не только концептуальную, но и юридическую основу для дальнейшей либерализации законодательства.

Если Горбачёв придерживался принципа «общего европейского дома»[15], не стремясь при этом интегрировать Россию в международные европейские институты, то его преемник Б. Н. Ельцин не раз прямо высказывал мысль о членстве не только в ЕС[16], но и в Североатлантическом альянсе – НАТО[17]. Первый президент РФ действительно видел будущее российского народа в европейской цивилизационной семье, не стремясь изолировать его[18]. Следует отметить, что главы ведущих стран ЕС в то время ещё не считали Россию угрозой, хотя подразумевали её, говоря в кулуарных переговорах о возможной постепенной евроинтеграции новой России: «“Франция и Германия несут особую ответственность за политику ЕС и хотят сделать всё, чтобы ни у кого – в мире или в Москве – не возникло впечатления, что происходящие в Европе процессы ведут к изоляции России”. Коль и Ширак – как гаранты внутриевропейской стабильности – хотели предупредить какие-то мои резкие шаги. Я же во время первой встречи с журналистами акцентировал мою идею “большой Европы”»[19]. В 1997 году во время встреч с Б. Клинтоном и главами европейских государств Б. Н. Ельцин заявил: «Россия работает над окончательным признанием в качестве полноценного европейского государства, и мы также готовы присоединиться к Европейскому союзу».

Риторика Ельцина сопровождалась активной государственно-строительной деятельностью. Прежде всего, важным шагом на пути к демократическим стандартам являлась реорганизация политической власти в стране. После подписания Беловежских соглашений особое внимание Б. Н. Ельцин уделял демонтажу советских порядков и внутриполитической борьбе с левыми силами, которые, по мнению президента, не просто тормозили реформы, дестабилизируя общество, но и желали политического возрождения коммунистической идеологии[20]. Эта борьба велась прежде всего в законодательной сфере и ярко выразилась в процессе принятия Конституции Российской Федерации в 1993 году.

С принятием Конституции в 1993 году были заложены основы современной российской правовой системы, и, хотя полного понимания даже у законотворцев в тот период не было, было ясно, что гармоничное развитие государственных институтов и общества невозможно без традиционного (для европейцев) правового баланса государственной власти и гражданской воли. К этому же добавлялся и тот утяжеляющий беспристрастное государственное строительство фактор в лице неоднозначного социалистического прошлого, с которым новоизбранная власть должна была не просто разобраться, осмыслить, но и гармонично внедрить в официальную политическую риторику государства; социалистическому движению же требовалось также предоставить права и свободы, что и другим политическим силам. Таким образом складывалась внутриполитическая ситуация новой становящейся России, которая в то же время должна была уметь себя представить на международной политической арене и правовом поле.

Конечно, важнейшим шагом в процессе возвращения России в «демократическую семью» стало реформирование международного политического образа и риторики, сопровождавшейся расширением международных организаций, в которых Россия принимала членство[21]. После распада СССР Россия как правопреемница продолжила членство в таких международных организациях, как ООН и ОБСЕ. Однако региональное международное сотрудничество (вне государств бывшего СССР) началось естественным образом с европейских организаций – Совета Европы (СЕ) (Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) и Парламентской ассамблеи СЕ (ПАСЕ)) в 1996 году и G7 в 1997–1998 годах. Помимо этого, отдельно следует упомянуть и взаимодействие России с НАТО, в частности, по программе «Партнёрства во имя мира» с 1994 года, что производило значительный политический эффект на европейские государства, поскольку в рамках данной программы диалог переходил из русла общих политических консультаций в область военного сотрудничества. Впоследствии по результатам взаимодействий в 1997 году было достигнуто соглашение Россия – НАТО. Позднее, в 2002 году, на саммите в Риме была подписана декларация «Отношения России и НАТО: новое качество», в соответствии с которой учреждался Совет Россия – НАТО для военного сотрудничества и взаимной координации. Тем не менее постепенное развитие не завершилось обоюдным пониманием государств своих ролей в европейской политике, на что также повлияла и сменяемость политического руководства европейских государств, которые со становлением российской политической идентичности воспринимали её как латентного агрессора.

Конечно, процесс интеграции России в семью европейских демократий не мог ограничиваться лишь социально-экономическим и правовым сотрудничеством. После развала СССР и завершения холодной войны Россия всё ещё представляла собой серьёзного противника. Это мотивировало европейских лидеров искать баланс между признанием национальной государственно-строительной деятельности России с одной стороны и её западноориентированного курса при Ельцине с другой. Именно по этой причине основным проблемным вопросом российско-европейских отношений являлась региональная безопасность и международная стабильность.

Примечания