- -
- 100%
- +
1
– Неужели у великих воительниц совсем нет чести? – разводит руки в стороны мужчина в воинских доспехах.
Его окружили с дюжину вооружённых женщин. Заточенные клинки смертоносным остриём направлены прямо на него. Как и пернатые стрелы длинных луков, удерживаемые тонкими пальцами.
В честном бою шансов на победу или право на жизнь не было. Он оставался жив лишь благодаря острому языку, обращенному к предводительнице амазонок. Что возымело куда больше успеха, нежели продолжи он бессмысленно орудовать мечом.
– О какой чести ты имеешь право говорить? Жалкий разбойник, посмевший напасть на нашу деревню!
Пока остальные следили за любым малейшим движением чужеземца, самая высокая из вооружённых воительниц вышла вперёд. Оказавшись на пару шагов ближе к мужчине. Она опустила свой излюбленный лук к ногам, демонстрируя бесстрашие перед последним, оставшимся из банды.
– Вы вторглись ночью, рассчитывая, что в темноте мы не отобьём атаку. Как трусы попытались поджечь наши дома и застать врасплох, – женщина говорила громко.
Её голос был пронизан властью и ненавистью к стоящему перед ней человеку. Он пытался погубить их племя, разграбить дома, изнасиловать девушек. Такое невозможно простить. Осмелившемуся на подобный поступок полагается лишь одно наказание – смерть.
И лишит головы предводителя шайки разбойников женщина прямо сейчас. Отомстит за пострадавших этой ночью сестёр.
– Я остался один, – бородатый немолодой брюнет бросил свой меч на землю и поднял вверх обе ладони, демонстрируя безоружность. – Ты вправе убить меня. И будешь, несомненно, права.
Амазонка тряхнула копной длинных волос и перехватила лук поудобнее.
– Но я предлагаю тебе сделку. Дуэль, – мельком глянул на количество направленных на его клинков и стрел. – Если я одолею тебя, то заберу ценности вашего племени и никто не посмеет ударить меня в спину. Если же победишь ты…
На сухих губах проскользнула усталая улыбка.
– То я погибну честном бою от рук величайшей Евриномы! И пусть об этом заговорит не только вся Эллада, но и царство Аида!
Та рассмеялась в ответ. Огрубевший взрослый голос вибрировал в предрассветной тишине. Лук заскрипел под хваткой сильных и ловких женских пальцев. Тетива натянулась и меньше, чем через миг у сапог человека красовалась прямая стрела с любопытным зелёным оперением. Никто не услышал даже звука полёта, как смертоносная пика воткнулась в землю у его ступней.
Мужчина не дёрнулся. Амазонки не отпустят его победи он хоть трижды предводительницу. Грек прекрасно это понимал, но заговорить их, значит, выиграть время для следующего манёвра.
– Смеешь предлагать такую чушь. У тебя нет ни единого шанса против меня, – на удивление, наглое предложение разбойника развеселило славную воительницу. – Таких побед на моём счету слишком много. И радости это уже не принесёт.
Выхода нет. Из оцепления ему не вырваться даже с воли Богов. Почитательницы Артемиды не отпустят своего врага ни при каких условиях. Не согласятся отправить его к остальным мужчинам на большой земле, чтобы он разнёс о них весть. Об амазонках и их жестокости знал даже новорождённый младенец.
И стоило только мужчине невольно прикрыть глаза, приготовившись упасть замертво от следующей бесприцельно пущенной стрелы, как женщина решила, вдруг, продолжила говорить.
– Я бьюсь давно, о славе моей ходят легенды. А вот моим девочкам не помешало бы лишний раз попрактиковаться на мужчине, – она обвела взглядом своих соплеменниц. – Я даже предоставлю тебе право выбора, гадёныш. В своих воительницах я не сомневаюсь.
– Выбирай сама. Ты лучше знаешь своих сестёр, – обрадованный такой перемене в настрое собеседницы, грек сделал шаг вперёд. – Пусть я и, как ты говоришь, жалкий разбойник, но выбирать, кому из женщин предстоит умереть от моих рук – слишком бесчестно.
Каблук сапога задел стрелу. Раздался треск.
Свет восходящего солнца озарил небольшую поляну, где происходило действие. У мужчины возникла идея, стоило оглядеть осветившиеся лица настороженных женщин.
– В прочем, если они все равны, то я решил, – будто отказавшись от своих слов, мужчина указал пальцем в молодую девушку, стоящую дальше всех.
Симпатичную юную шатенку он приметил ещё тогда, когда отряд разбойников только вторгся на территорию одного из старинных лагерей амазонок. Красавицу поставили в качестве дозорной, а она так некстати решила прикорнуть этой ночью.
– Я буду биться с ней.
На красивом женском лице промелькнуло удивление, но девушка быстро взяла себя в руки и под воинственные подбадривания сестёр вышла в центр, сверкнув длинным клинком в лучах нежного раннего солнца.
2
Днём ранее
Поселение амазонок
о. Полиегос
Погода будто бы издевалась. Бесконечные, непривычные для южной местности летом ливни не прекращались неделю. И хотя в поселении амазонок не было ни одной женщины, кто мог бы струсить перед бесчинствующей стихией, некоторые дела пришлось отложить. В частности, они касались судьбы самой юной амазонки из племени.
– Ия, скоро ливни спадут, и ты отправишься в Милос.
Милосом именовался соседний остров, который в отличие от Полиегоса считался населённым. На Милосе амазонки предпочитали выбирать себе мужчин на одну ночь. Исключительно ради зачатия.
– Чего голову опустила? Ты молодая. Самое лучшее время, чтобы рожать.
Глава их племени относилась к этому делу с полным спокойствием. Традиция существовала всегда. И каждой женщине племени нужно было ей следовать. За крайним исключением. Лишь самые блистательные воительницы имели либо отсрочку, либо право не рожать, чтобы не отвлекаться от тренировок и битв. Таких было немного. И Ия к ним не относилась.
Её физические показатели и потенциал к нагрузкам хоть и превосходил возможности практически каждой гречанки, однако не были настолько выдающимися, чтобы глава амазонок разрешила ей никогда не сходиться с мужчинами.
С гадкими и грязными мужчинами.
Взрослые соплеменницы искренне ненавидели «сильный» пол. Рассказывали истории, в которых мужчины были представлены исключительно ужасающими злодеями, творящими произвол и бесчинство везде, где только появлялись.
Они загрязняли всё вокруг себя, объявляли войны всем подряд, лгали и крали, и что самое худшее, со слов сестёр, ни во что не ставили женщин, отняв их свободу в городах.
В племени же девочки могли увлечь себя, чем хотели. Кто-то оставался заниматься бытом, животноводством и ремеслом, кому-то нравился азарт охоты, некоторые же посвящали себя служению Артемиде. Однако преобладающее большинство имели крайне волевой характер, предпочитая провести всю жизнь до самой смерти с оружием в руке, отдавшись тренировкам и славным военным походам. Возвращалась они несомненно с трофеями, на которые и существовало всё поселение.
Все члены общины были при деле, соответствующем их желанию и возможностям.
Ию же интересовала география. Путешествия и природа были её главной страстью. Каждый новый поход с сёстрами или охота на неизвестной ранее земле воспринимался ею, как невероятное приключение. Вызов, к которому юная амазонка стремилась с горящими глазами. Невиданные растения, животные и рельеф – всколыхали в девушке страсть и некую нежность. Её мечта была недостижима – посвятить себя странствиям и детальному изучению земель. Прочитав всевозможные трактаты и писания, находившиеся у них в деревне, обученная базовой грамоте девушка явственно представляла себя на месте этих самых писарей-путешественников, домом для которых являлась палатка и верная лодка.
К сожалению, покинуть семью было непросто. Да и назад дороги уже не было бы.
– Молись Богине, чтобы девочка родилась, тогда, видит Зевс, второй раз не отправлю тебя к ним, – Евринома похлопала Ию по плечу. – Не грусти, все мы через это проходим. А в нашем поселении уже давно не было детей. Всё никак не везёт. Но в тебя я верю, дева. Ты подаришь нам величайшую воительницу, каких ещё не видала вся блистательная Эллада.
С этими словами предводительница оставила Ию затачивать ножи к предстоящей переправе на соседний остров.
Ие предстояло провести ночь с тем, кто покажет себя достойным для появления наследника.
Зачем это было нужно мужчинам?
Все оказались в выгодном положении. Если у Ии родится мальчик, то его непременно отдадут городу, даже не назвав и не дав испробовать молоко матери.
Если же девочка, то её будущее – это стать величайшей воительницей и наращивать молву и славу собственную и семейную.
– Завтра погода улучшится, – к девушке подошла полуслепая старуха. – Готовься к отплытию. Затягивать не будем.
Ия поцеловала дряблую протянутую кисть и понуро отправилась в свою хижину.
По дороге она надеялась, что завтрашний день не наступит. Либо в
новь хлынет непогода. Да что угодно лишь бы её не коснулся грязный мужчина!
Привыкшая к окружению женщин, она побаивалась непосредственной близости с противоположным полом. До этого Ие встречались лишь редкие отшельники, охотники да рыбаки в портах. Взаимодействовали с ними только старшие амазонки. Но даже это не уберегло Ию от пошлых брошенных фраз и сальных взглядов. Мерзкие мужики вожделели юное тело и, даже зная, что между ними ничего не получится, не могли сдержать своё гнилое нутро.
И завтра ей самой придётся пойти на близость с… этим?
Сестры настолько не любят её, что готовы подложить под кого попало? Того, кого сами презирают всем естеством?
Пройдя мимо неприметного дозорного поста в отвесной скале, Ия решила поздороваться с сестрой.
– Слыхала завтра тебе предстоит зачатие, – кинула вместо приветствия девушке молодая женщина.
– Да, сестра, – Ия ковырнула ногтем каменную стену.
Маленький камушек откололся и упал к её ногам.
– Посоветуй что-нибудь. Ты же бывала там несколько раз.
Припоминать такое считалось неприличным, но Ия была близка к отчаянию, мысленно закопав и похоронив себя во время предстоящего соития и последующих родов. А если мальчик? Она выкинет своего ребёнка, которого носила под сердцем столько месяцев?
– Ты знаешь, что на меня Евринома махнула рукой, – та пожала плечами. – Богиня противится, чтобы я подарила поселению девочку. Да и не только я…
И, правда, поселение амазонок постепенно вымирало. Воительницы либо теряли плод, не успев его выносить, либо рождались исключительно мальчики.
– Надежда только на тебя, Ия, – женщина потрепала её за щёку. – Только ты ещё не пыталась. Провидица возлагает на тебя большие надежды.
Сама же Ия чуть ли не мечтала возложить на себя руки.
– Всё пройдёт. Заживёт, как рана и забудется. А теперь иди, отдыхай перед дорогой, – она звонко шлёпнула младшую по щеке. – Не плачь только, воительница! Выглядишь, будто тебя химера заживо сжигает! С тобой поплыву завтра. А сейчас пойду готовить лодку.
Женщина начала выпроваживать Ию с дозора. И сама заспешила к бухте.
– Сейчас на смену заступит Доротея.
Оказавшись на воздухе, Ия вскинула голову к нему и прошептала беззвучную молитву Богине.
– Вечная дева, прошу, помоги мне!
И простояв на одном месте добрые полчаса, девушка вернулась на дозорный пост. Доротею же она развернула обратно, сославшись на приказ Евриномы.
Сама заступила на пост, зная, что в эту ночь Морфей к ней не притронется. Пусть хоть другие выспятся.
3
Перед нападением
Лагерь разбойников
– Интересно, а девственницы там есть? – подкинув веток в разгоревшийся костёр, поинтересовался у своих товарищей разбойник.
Вечерело. Группа мужчин разбили временный лагерь на берегу спокойного лазурного залива.
– Я бы лучше попробовал их предводительницу, – увесистый котёл с варевом отправляется в центр костра. Второй разбойник помешивает водянистую пищу деревянным черпаком. – Девственниц везде хватает. Они все одинаковые.
– Эту безгрудую старуху, что ли? – восклицает первый и заливается хохотом.
Треск горевших головёшек прерывается общим гулом весёлых голосов.
– Не безгрудую, а одногрудую! Да и она ещё вполне ничего! – поджав губы, попытался оправдаться лысеющий грек. – Кто из вас таким может похвастаться? Одно дело мантикору тупомордую завалить, а совсем другое известную своим нравом амазонку Евриному!
– Ну и затейник, – самый взрослый из разбойников хлопнул лысого по плечу – Даже имя её запомнил. Влюбился, что ли?
Новый приступ басистого смеха сотряс прибрежный воздух. Игривый бриз подхватил шутку, унося её в бескрайнее Эгейское море.
Как бы эти слова не долетели до самой обсуждаемой амазонке, находящейся в своё доме на соседствующем острове. Она точно не простит подобную грубость в свой адрес.
Поговаривают, что стрела Евриномы способна перелететь всю Грецию и попасть точно в намеченную цель.
– Не влюбился, – фыркнул лысый. – Люблю пробовать новое, неизведанное такое.
– Да она сама тебя попробует, салага. И трахнет тоже сама. Не удивлюсь, если у них члены вместо дырок, – подал голос главарь группы.
Он восседал на бревне, закинув ногу на ногу и лениво точил свой короткий меч – ксифос. Верное, никогда не подводившее, в отличие от людей, оружие всегда было при нём. И к заточке любимого клинка листовидной формы, брюнет относился всегда крайне трепетно. Не доверял это дело ни одному кузнецу с их кривыми точильными камнями, ломающими любое оружие. Нет. Он тщательно полировал, чтобы одна сторона клинка была ровно такой же острой, как и вторая.
– Да они рожают же как-то, – бросил фразу в свою защиту лысый, продолжая помешивать походный суп.
Из котелка доносился отчётливый запах молодой козы. На островах этих животных пасётся много. Мужчинам даже особо не пришлось стараться, чтобы добыть пищу. И по карману не сильно ударило. В городе закупились лишь овощами, злаками и козьим сыром, чтобы побаловать себя местным деликатесом.
– А ты это видел? Как рожают-то?
– Нет…
– Вот, я тебе и говорю! Мужики они в юбках! А ты дурак лысый! Нарвёшься на такую и сам станешь «девочкой»! – главарь нещадно издевался над своим товарищем на потеху толпе.
Все понимали, что это были шутки. Никто, включая лысого, не воспринимали ругательства всерьёз и конфликтовать не собирались. Общение в разбойничьих кругах, в целом, никогда не было миролюбивым и высокоинтеллектуальным.
– Да ты, Леонт, сам смотрел на девицу из их отряда, – взмахнул черпаком, указывая всем, собравшимся в свете костра товарищам, на вожака. – Видел я, видел, как ты на молодоё тело облизывался.
– Суп мешай, а то пригорит всё – в город ногами потопаешь за свежими харчами, – главарь поглядел на своё размытое отражение в острейшем клинке и вложил меч в кожаные ножны, украшенные слоновой костью. Искусная работа прославленного мастера.
– Приглядывался я ко всем. Как думаешь, прознал об их гнезде на том острове? Разговоры слушал, втирался в доверие, думал, чего не умеешь ты, – хлопнув по ножнам, располагавшимся высоко на левом боку, Леонт привстал с места и прошёлся вдоль костра, заглядывая в глаза каждому из своих разбойников.
– Мы искали ценную добычу очень долго, не забывайте. Грабили простой люд на дороге, нападали на избушке вдоль мрачных троп, – перечислял пока что скромные достижения их маленького отряда. – Настала пора проверить наши силы в настоящем бою. Я узнал у городских про этих дев. Их поселение немногочисленно, зато есть несколько опытных воительниц, не пострашащихся пустить нам кишки, едва заметив.
У них был план под покровом ночи высадиться в неприметной бухте на острове, где проживали амазонки. Разграбить поселение, забрать деньги, трофеи и ценности, а девиц…
– Насиловать и убивать разрешаю. Но будьте бдительны, если решаете оставить их в живых. Они опасны даже связанные.
На слове «связанные» кто-то засмеялся, за что получил хлёсткую пощёчину. Предводитель был сосредоточен и серьёзен перед наступающим сражением. Всё должно пойти строго по плану, учитывая их слабые и сильные стороны.
– Построение не нарушать, своевольностей не допускать, – подытожил Леонт и забрал у лысого черпак, чтобы опробовать суп. – Сносно. Ужинаем, но не переедаем. Сбор лагеря через полчаса и отплываем.
Добрался отряд мужчин тихо и без происшествий. Тёмное, непроглядное море подчинилось опытному бойцу, привыкшему к любым неприятностям в своих странствиях. Ветер и воды сегодня благоволили его победе.
Леонт сам того не ожидая от себя, желал встречи с амазонками не только ради достойной по своим навыкам добычи. Образ юной, напуганной обилием городских жителей, девчонки не выходил из головы. Разбойники шутили про девственниц, а Леонт был уверен, что девушка была не тронута мужскими ласками.
«Не часто встретишь такое красивое и правильное лицо у южанок», – раздумывал предводитель во время недолгого морского пути. – «Надо бы оставить её в живых и попробовать эту красоту».
На тонких губах проявилась злая усмешка. Девчонка-то чем-то зацепила этого старого цепного пса и, возможно, это позволит ей пережить нападение. Её сестёр же Леонт щадить не собирается. Уже однажды имевший дело с могучими воительницами, разбойник знал, что шутить с ними себе дороже. А вот юная прелестница, стесняющаяся мужчин и любопытно разглядывающая архитектуру, точно окажется самым слабым звеном во всём отряде. На этом можно и сыграть.
4
Ия шагнула в центр открытой площадки. Окружённая вооружёнными сёстрами, она не была сильно напугана. Её защитят, если что-то пойдёт не так. Она доверяла каждой присутствующей женщине.
Однако толика сомнения, словно крохотный червячок, терзала душу. А если сёстры не вступятся, приняв правила игры? Или упустят момент, когда разбойник убьёт её?
Этот человек не выглядел, как гнусный оборванец, которых они встречали на островах, в поисках славной битвы. Мужчина казался опытным и даже немного благородным в своих странных действиях.
Их мечи скрестились молниеносно, оглушая противников звонким лязгом. Металл об металл.
Для Леонта это был лишь очередной дуэль из тысячи. Ничем особым не выделяющийся среди прочих. Мастеровитой девушку назвать было сложно, всё-таки отсутствие опыта и лёгкая женская рука слишком хорошо чувствовались. Намётанный глаз сразу опознал в ней лёгкую добычу.
Леонт мог закончить бой в пару неизящных движений, но дал амазонке возможность проявить себя перед старшими.
Для Ии этот бой оказался настоящим испытанием. Лёгкая и воздушная амазонка ловко орудовала своим трофейным гладиусом. Выпад, пируэт, выпад, остриё чуть не пронзает дёрнувшийся мужской кадык.
Она была крайне напряжена и не уверена в своей победе. Движения получались не такие красивые, как на тренировке, а более короткие и рваные. Противник их легко предугадывал.
Ия успела лишь мысленно попросить Богиню о помощи, как короткий клинок рассёк кожу на её щеке. Девушка совершила ошибку и дёрнулась назад, попадая в ловкий мощный захват.
Мужчина, прижав молодую амазонку к своей груди, впечатал остриё кинжала в её артерию.
– Дёрнешься, и мой клинок разрежет артерию, – таким медовым, намеренно ласковым голосом прошептал разбойник в маленькое ушко.
От издевательски приторного тона по телу девушки побежала дрожь.
– Что ж, великая Евринома, – куснув нежную мочку, Леонт, наконец, распрямился и объявил уже звонко, чтобы слышали все. – Твоя воительница добротно сражалась, но… сама видишь, юность уступила мастерству.
Девушка сглотнула, перестав дышать. К смерти в бою её готовили чуть ли не с рождения, однако в реальности она оказалась совсем не готова умирать. Глаза заслезились. Из ослабленных от ужаса рук выпал меч, едва не отрубивший палец на ноге.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.