Колород старой королевы - Влады

Глава 1

- Ну, что там? Не отошла ещё?

- Нет, всё так же. Вроде дышит. А там не понять. Трогать я её боюсь. Бррр… Вдруг она уже холодная, а я её трону. Дух же испущу от страха!

- Ты ж говоришь, что дышит ещё. Тогда не холодная значит. Так дышит или нет? Ты как проверяла?

- Да никак я не проверяла! Не думаешь же ты, что я моё зерцало к ней поднесу! Да и нету его у меня с собой.

- А откуда тогда знаешь, что дышит?

- Так хрипы были слышны этой ночью, значит дышит.

- Ночью? Уже давно утро! Если сейчас ничего не слышно, значит отошла она уже. Иди проверь.

- Ты что! Я боюсь! Ты вот зачем сюда пришла? Вот иди сама и проверь!

- Я пришла тебя сменить. Это ты мне должна сказать, нужно ли тебя сменять или сразу лекаря звать.

- Зачем лекаря?

- Так… Чтобы он сам посмотрел и сказал, отошла она или ещё нет. Он-то не забоится.

- Ну, раз это я такая пужливая, то оставайся тут, а я пойду. Вот я и позову его, а ты тут сама одна побудешь. Я целую ночь глаз не сомкнула, а теперь твоя очередь.

- Ой, глаз она не сомкнула! Спала тут всю ночь, поэтому и не знаешь отошла наша влада или ещё нет.

- Да не спала я! Как тут уснёшь, если рядом почти покойница. Вот и сидела всю ночь, глаз не сомкнула.

- Глаз она не сомкнула! Ага, конечно! Чем же ты тогда занималась всё это время, если глаз не сомкнула?

- Так, думала я. Всё время думала.

- Ты и думала? Ага, верю, верю. А о чём, скорее, чем?

- Как это чем? Тем же, чем и все – головой. А думала обо всём. О себе, обо всех нас, о нашей Земле Роков… Как мы теперь будем? Старый влад отошёл в том году, влада вот тоже … А наследный владёнок ещё мал. Что теперь будет с нами со всеми?

- А что будет? Будем жить, как и раньше. С больших земель к нам не пойдут. Раньше не смогли захватить, а теперь-то и подавно. Наш командар пока жив никому не даст пройти сюда к нам без ведома влады, да и сатамарры рядом.

- Вот именно, что пока! Сюда-то не пройдут, а вот тут как будет? Кто станет нами управлять ещё почти лет пять, пока владёнка владом не посадят?

- Как кто? Соберут сговорподвладов и выбирут совлада.

- Выберут! Как же. И так всем известно, кто станет совладом - подвлад Каруний.

- Что? Почему это сразу он, а вдруг командор?

- Да он, я тебе говорю, что он. Не просто же так он с самой кончины старого влада от влады не отходит. И днюет, и ночует при ней. Считай, что он этот год и правит Земрокой. И что он только нашёл в этой старухе! А она так совсем дура, если верит, что такой красавец на неё просто так полезет. Ой, и дура она… Да, теперь-то уже и ладно. Только б спокойно жили б, как и раньше.

- Что нашёл, что нашёл? А то же, что и все красавцымолодые да не глупые находят с такими старухами как наша влада. Она-то, конечно и старая, и страшная, но всё же влада, вот он и при ней. Всего-то год перетерпел, а теперь вон глядишь и станет тут всем управлять, хотя и не влад.

- Эх, старый влад у нас был хорошим, а вот эта влада… Ни ума, ни гляда. И как влад только её в жёны взял?

- Как взял? Как все влады до него брали, так и он взял. Она младшая дочка самого властителяСатамаррии! Хоть и поздно влад её взял, но зато она ему владёнка родила и теперь мы спокойны. А то четыре влады так и не разродились. А эта хоть и страшная как лесной мох, но зато на третий год нам владёнка свет принёс. Вот и будем жить спокойно, как и раньше, а Каруний хоть и мерзкий гад, но свой. А там уже он пусть как хочет со своей старухой или без неё – нам-то, что с того.

- Нам-то есть что. Кому мы теперь будем служить?

- Так Каруниной усладе. Она, конечно, не такая как влада, но… Потерпим.

Какая странная радиопостановка… Да ещё и почему-то шёпотом, а не нормальными голосами. Такое ощущение, что обо мне говорят. Или так кажется, потому что я тоже Влада? Неужели я забыла установить таймер и выключить на ночь радио? Видимо старею… Вот и приходится слушать всякий бред вместо того, чтобы спокойно спать ночью. Ага, в тридцать-то лет! У меня свадьба через неделю, какая старость! Это все от волнения перед важным в жизни событием. Я даже и не надеялась, но и я буду невестой в белом платье. Ну и что, что на коляске, но невестой же!

Так, надо попытаться подняться, найти пульт и выключить этот бред.

Глава 2

Не открывая глаз, я медленно повела левой рукой в направлении тумбочки, на которой должен был находиться пульт. Рука всё двигалась и двигалась, а я так и не могла нащупать свою удобно расположенную и привычную помощницу, словно она отодвигалась по мере приближения руки. Но тут, к моей великой радости, трескотня двух куриц-наседок затихла. Видимо, закончилась постановка, а может и какие помехи в эфире. Радио заглохло. Значит, можно не спешить с поисками пульта, и ещё хоть минутку полежать, а потом уже можно и вставать.

- Сссммотри, двигается, - зашипело справа.

Странно, но новая цифровая теле-радиосистема, по которой я смотрю фильмы, выхожу в интернет и слушаю радио находится слева. Там же на прикроватной тумбочке должен быть и пульт, который я так и не нащупала, как и саму тумбочку. Я левша, поэтому всё необходимое всегда находится под рукой с привычной для меня стороны. А тут справа… Странно.

- Что это двигается?

- Не что, а кто! Она! влада двигается! Смотри! Вон рука уже где!

- Ой, и правда! Я побегу за лекарем, а ты тут пока присмотри.

- Стой! Куда ты?! Я тут одна не останусь! Сама присмотри, а я за лекарем! Скажу, что влада задвигалась.

- Да, заглохни ты уже! Что за бред выпускают в эфир с самого утра! - произнесла я раздражённо и повернула голову в сторону голосов. – Вот зачем и кто передвин…, - открыв глаза, я замолчала буквально на полуслове, потому что увидела двух женщин, хотя, скорее девушек, стоявших примерно в паре метров от меня, прижавшись друг к дружке от страха. Это выражение на их симпатичных лицах нельзя было ни с чем перепутать.

Странным было то, что в комнате царил полумрак и, если бы они не находились так близко, то я бы вряд ли их рассмотрела.

Это были две довольно-таки молодые девчушки, лет пятнадцати-шестнадцати на вид или около того, одетые они были в широкие серые платья из грубой ткани с длинным рукавом, поверх платьев были надеты странные не то передники, не то лёгкие удлинённые безрукавки, чуть светлее, чем цвет платья, которые завязывались по бокам. На голове у девушек были плотно повязаны светлые, скорее всего белые, не то платки, не то шарфы, полностью скрывающие их волосы.

- Что вы здесь делаете? - прохрипела я странным сиплым, совсем не похожим на мой голос и разразилась вырывающим грудь и все внутренности кашлем…

- Мы это… Пыпырисматриваем за вами, ввлада, пока вы тут хвворраете, - заговорили наперебой девчонки, немного заикаясь.

- А что за мной присматривать? Справлялась же я как-то раньше без присмотра, а сейчас что изменилось? И кто вам сказал, что я хв… Что? Какое ещё хворает? – я по привычке потянулась и, покрепче оперевшись на руки, села в кровати.

Странным показалось то, что я почувствовала боль в спине, пояснице и даже чуть ниже. И это было не просто очень странным, а совсем уж необычным, потому что после того несчастного случая я ничего не чувствовала ниже поясницы. Врачи даже не давали никаких прогнозов, безапелляционно заявив, что это навсегда.

Не веря в своё счастье, я попыталась согнуться, наклоняясь вперёд и это у меня довольно-таки легко получилось. Естественно чувствовалась боль во всём теле, что было для меня не просто радостным, а, скорее, сродни чуду.

Резким движением сбросила с себя одеяло, даже не обратив внимания, на то, что это было совсем не моё одеяло, как, впрочем, и кровать. Я начала суматошно себя ощупывать и прекрасно чувствовала, когда мои руки прикасались к бёдрам, ногам… Я всё чувствовала! Абсолютно всё! Чувствовала, но словно ничего не замечала вокруг, так радуясь вернувшейся способности ходить. А зря.

Осторожно пододвинувшись к краю кровати, я опустила ноги, поставила их на пол, чувствуя его холод, и аккуратно встала, придерживаясь за край кровати.

- Ой! Что же это делается! – громко произнесла одна из девушек. – Беги за лекарем! Влада ожила!

Послышался звук упавшего тела, и я увидела, как одна из девушек валяется на полу, а вторая с визгом и воплями о ожившей владе, то есть обо мне, вылетает из комнаты.

- Что значит ожила? Я и не умирала. Кто вообще пустил сюда этих двух сумасшедших из косплея? Я прибью Влада, если это он или его пришибленная, хотя, скорее отбитая на всю голову, сестрица.

Глава 3

Оставшись в помещении с лежавшей на полу девицей, я медленно обвела его взглядом. То, что это точно не моя комната, у меня возникли подозрения, ещё когда я себя ощупывала, лежа в кровати. Теперь же я в этом не просто убедилась, а можно сказать уверовала.

Я жила в удобном деревянном доме, специально построенным и подаренным мне моей семьёй сразу на восемнадцатилетие. А вот это каменное нечто с грубой серой обработкой стен, которую и штукатуркой-то не назовёшь, да ещё и тёмным зевом камина напротив… Нет! Не было это моим домом и точно не могло находиться у меня дома. А если это так, то Влад, видимо, устроил мне предсвадебный сюрприз и каким-то непонятным способом перенёс меня спящую в не пойми куда.

Это странное помещение, обставленное в стиле века так…, Да какого века – древности глубокой! И где только отыскал средства? Он, видимо, всё подготовил заранее, чтобы разыграть этот средневековый косплей. Надо же, даже и приодел меня по тогдашней моде, напялив какую-то грязную хламиду длиной до пола. Я просто уверена, что эту идею ему подкинула его безбашенная сестричка.

- Влад! Я оценила твои старания. Игра актёров правдоподобна. Верю! Спасибо, сюрприз удался! Можешь выходить. Где ты там прячешься?

- Влада, что ж вы никак не успокоитесь-то. Вашего влада уже почти год как нету. Отошёл он и теперь живёт в небесном свете при храме самого светлого, - произнесла пришедшая в себя девица, уже сидевшая на полу и даже напугавшая меня своей внезапной потерей потери сознания.

- В смысле отошёл? – у меня подкосились ноги, и я опять хлопнулась на кровать.

Так, стоп! Ноги! Я же только что стояла на своих ногах! Но как? Я на них с тринадцати лет больше никогда не стояла и никакие врачи, обследования и все существующие способы лечения не смогли ничего изменить. Вот поэтому мы теперь и живём в деревне, куда вся наша семья переехала из миллионника, продав там всё, что можно было продать и купив здесь небольшое фермерское хозяйство у почти разорённого местного фермера.

Сейчас-то оно процветает, потому что папа с братьями привели все дела в порядок, отстроили тут всё и теперь мы живём в деревне, пусть и не богато, но и не бедно. Очень даже небедно. А главное, мне здесь хорошо, потому что они сделали всё так, чтобы я могла свободно перемещаться в инвалидном кресле и в доме, и во дворе, и в саду, и даже немного по улице недалеко от дома. В городе такое вряд ли было бы возможно, а здесь они всё сделали сами – для меня.

Повезло мне с семьёй. Два старших брата уже женаты и у них свои семьи, с которыми они живут поблизости. Младший ещё учится, ему не до женитьбы пока, и он приезжает на каникулы в дом родителей. А я вот к своим тридцати годам нашла себе хорошего парня, с которым мы познакомились в сети.

Мы с ним почти тёзки, потому что его зовут Влад, а меня Влада. Вот так пообщались мы с ним пару месяцев и… Не знаю, возможно ли это или нет, но я влюбилась. И он тоже. Он, кстати, первый мне признался и не побоялся приехать сюда ко мне в деревню. Ему было наплевать на то, что я колясочница и никогда не смогу ходить. Он сразу предложил замуж и я, конечно же согласилась… Как я могла ему отказать? Он такой… Я ещё не встречала таких красивых и обаятельных, а ещё и добрых, и заботливых. И вот у нас и свадьба уже на носу, а тут такое…

Я опять оглядела комнату, большую старомодную кровать, правда, не очень чистую и с явно идущем от неё запашком. Такая опочивальня точно могла принадлежать какой-нибудь знатной даме, живущей где-нибудь в средние века, судя по убранству вокруг. В наши дни всё это можно увидеть разве что в музее, ну, или в какой реконструкции или косплее. А ещё я обратила внимание на добротную деревянную мебель с искусной резьбой, высокий массивный подсвечник, стоящий почему-то между двух больших стрельчатых окон в пол. Хорошо, что хоть догадались его потушить. А то как-то странно зажигать свечи, когда из окон льётся яркий свет. Так, что это?

Я опять осторожно встала, откашлялась, непонятно откуда появившимся булькающим кашлем, перевела дух и медленно подошла к окну.

Я даже забыла тот факт, что я передвигаюсь на своих собственных ногах, потому что то, что я увидела, посмотрев в окно, застеклённое каким-то странным мутным пузырчатым стеклом, через которое хоть и не очень хорошо, но всё же было видно и покрывающийся зеленоватой дымкой сад с появляющейся на ветках молодой листвой, и первую весеннюю траву, уже хорошо пробившуюся сквозь рыхлую влажную землю, накрывая её ярко зелёным ковром.

Ранняя весна. Невероятно!

- Чой-то невероятно! Так-то конец марта уже. Вы когда захворали холодов почти уже не было, а теперь-то уж совсем теплынь, - опять влезла в мои мысли девица.

Видимо я, обалдев от увиденного, произнесла своё удивление вслух, вот она и сочла нужным высказаться.

Просто невероятно! Только вот, если нанять косплейщиков или артистов и обставить комнату Влад и смог бы, то поменять осень на весну вряд ли, как, впрочем, и вылечить меня за одну ночь и сделать ходячей. А я точно хожу и даже чувствую небольшую боль при передвижении, а ещё и холод. Такие ощущения я и не припомню. Уже давно забыла, как это передвигаться на своих ногах, а не на коляске.

Что же все-таки со мной произошло? Я сплю и это сон? Не похоже. Всё ощущается, чувствуется, видится, слышится и выглядит очень реалистично. Тогда что это и где я?

Глава 4

- Влада! Вы уже даже поднялись?! Рановато вам ещё самой вставать, - строго произнёс быстро вошедший в комнату невысокий полноватый дядечка на вид за пятьдесят.

Я недоумённо посмотрела на мужчину, одетого в удлинённый тёмно-серый пиджак, из-под которого виднелась светлая рубаха навыпуск чуть короче пиджака. Она была подвязана широким поясом, к которому непонятно каким способом и как крепились или цеплялись маленькие не-то бутылочки, не то колбочки, закрытые разноцветными пробками. Видимо, они были сделаны из какого-то метала, потому что, когда он ко мне шёл, они, покачиваясь и касаясь между собой, немного позвякивали. На нём были широкие брюки такого же цвета, как и пиджак, из-под которых виднелась тёмно-коричневая обувь, чем-то похожая на мокасины.

- Влада Медьяна! Как хорошо, что вы уже оправились и, как я вижу, кризис миновал. Только вот рано вы встали с кровати, да ещё и босой по комнате расхаживаете, - обратился он ко мне, укоризненно глядя на меня своими большими добрыми серыми глазами.

Затем он аккуратно взял меня под руку и проводил до моего покинутого ложа, помог лечь в него и укрыл одеялом, потрогал мой лоб и взял руку за запястье.

На чистоту его рук я старалась не обращать внимание, хотя и не заметила явной неухоженности. Но, в сравнении с качеством постельного белья, на котором я лежала, руки его были почти стерильно чистыми.

Я уже было хотела запротестовать, потому что мне совсем не хотелось находиться в кровати с явно не первой свежести постельным бельём, как в комнату вихрем влетел высокий русоволосый мужчина с длинными, скорее всего подвитыми и хорошо уложенными волосами ниже плеч.

- Несравненная, моя л… Медьяна! – сбился он в приветствии, но, быстро сориентировавшись, продолжил:

- Влада Медьяна! Какое счастье видеть вас в добром здравии! – с неимоверно спорой прытью приблизился он ко мне, дотронулся до руки, немного сжал её и так же быстро, как и подскочил, отскочил на приличное расстояние, поближе к двери.

Заразиться, что ли боится? Лекарь вон не испугался, а этот кузнечик припрыгнул на шаг, а отпрыгнул на все пять. Тогда чего он сюда прискакал, да ещё и без маски, если так боится заразиться?

- Ну, тут я с вами не согласен, уважаемый подвлад Каруний. До доброго здравия владе ещё нужно подождать и оставаться в постели как минимум с неделю.

- Неделю? А вы не преувеличиваете, уважаемый лекарь Ведикар? – презрительно посмотрев на стоящего у моей кровати мужчину, спросил новый участник этого представления актёров погорелого театра.

Я внимательно посмотрела на недовольного поскакуна. Высокий, кареглазый, с длинными пушистыми ресницами, прямым аристократическим носом, чувственным ртом с хорошо очерченными словно накрашенными губами, аккуратным подбородком…

Интересно, вот это вот всё «достояние республики» накладное и нарисованное или своё?

Если своё, то…

Ну, что сказать – красив! Просто писаный красавец! Прямо весь такой сладко-медовый, что просто невозможно к нему не прилипнуть. Женщины всех возрастов на таких конкретно залипают. И не просто как мухи в меду, а ещё и засахариваются, типа в любви к своим медовикам.

Хорош-то он хорош, только таким обычно и цена грош. Мёд я люблю, но на таких залепух не залипаю. У меня есть жених, почти муж. И пусть Влад не такой красавчик, но зато он меня любит! Так что этот кузнечик пусть и скачет дальше к своим мухам, да от меня подальше.

- Ну, думаю, что нужно помочь владе сменить одежду, перестелить постель и выпить сытный наваристый мозох. Этим займутся её адалиски, а нам с вами тут сейчас не стоит оставаться, - обратился лекарь к красавчику, выводя его из комнаты.

И это всё? А таблетки или… что там должны давать больным по сценарию? Ну что ж, подождём чего-то наваристого.

Глава 5

Не успела за ними закрыться дверь, как она вновь распахнулась и в неё буквально влетели две девушки. Одну из них я уже тут видела.

Интересно, когда это она уже успела выйти? Наверное, когда меня осматривал доктор или как там его назвали… Лекарь? Разве так сейчас называют врачей? Какие-то слабо подготовленные артисты. Или это они так хорошо отыгрывают средневековье?

- Влада, давайте я вам помогу одеться и перейти к гутэнну. Пока вы выпьете больюмозоха, Аксья вашу постель перестелит, а вы потом в чистую вернётесь отдыхать, - говорила одна из девушек, та, которая так правдоподобно изображала обморок и валялась у моих ног.

Она помогла мне встать с кровати, накидывая на плечи меховой халат, сделанный из не понятно какой зверюшки и надевая на ноги мягкие под цвет халата тоже меховые полусапожки.

Скорее всего вся эта одежда сделана из заменителей или искусственного меха. Я ещё ни разу не видела такого голубовато-серебристого оттенка ни у одного зверя. Красивый. Смотрится как настоящий.

А девчонка всё это время так и продолжала говорить непонятно что. Или, скорее, девушка? Не будут же нанимать для такого представления несовершеннолетних?

Из произносимой ею абракадабры я мало что поняла, но, посте того, как она подвела меня к небольшому чайному столику, на котором уже стояла широкая чашка с ручками по обеим сторонам чем-то похожая на пиалу, я предположила, что это и были гутэнн с болью или мозохом. Правда догадаться что было мозгом, а что болью у меня так и не получилось. Столик, кстати, был просто невероятно красивым. И где только отыскали? Это ж сколько нужно было заплатить за столь правдоподобный антураж? Влад что, почку продал? Так-то он не был богатым… Обычным… Да и какая разница, если мы любим друг друга.

- Вот, аккуратно берите болью. Мозох очень горячий – не обожгитесь. Пейте маленькими глоточками. Выпить нужно всё пока он ещё горячий. Он и сил вам придаст, и хворь прогонит, и накормит, и напоит.

Ну вот, хоть какая-то ясность – узнала целых два новых слова!

Я сначала принюхалась к странному золотистому на вид напитку от которого исходил рыбный запах и какой-то ещё, который я так и не смогла определить.

Надеюсь, хоть повар у них тут настоящий, а то и травануться не долго.

Опасаясь за качество предлагаемой здесь еды, я сделала маленький глоток обжигающего губы напитка. На вкус он был очень странным, но… вкусным. Это чем-то напоминало куриный, а судя по запаху, ещё и рыбный бульон с какими-то неизвестными мне специями.

Мысленно плюнув на опасения быть отравленной, я подула на бульон и начала его пить маленькими глоточками, как и говорила девушка. Видимо, они с подружкой играют роль моих служанок.

Ту, что перестилает кровать она назвала… Каким-то странным именем… Акса? Асья?

Что за эпоха такая с такими зубодробительными названиями и именами?

- А ты у нас кто будешь? – решила я не миндальничать.

- Так… Ласья я. Адалиски мы с Аксьей ваши, - ответила она мне, удивлённо выпучив глаза.

Я кивнула головой, давая ей понять, что поняла, кто они. На самом-то деле я ничего не поняла. Кто такие адалиски я знать не знала. Слово такое уже где-то слышала, а вот что оно означает… Какие-то не очень хорошие ассоциации у меня с ним.

- Вы что ж нас забыли пока хворали? Мы ж вам уже третий год служим. Нас ещё сам влад подбирал для вас. Сразу как тринадцать исполнилось, так нас и привезли на отбор для влады. Вот влад и отобрал, а потом год обучал, и мы вам с тех пор и служим, - выговаривала мне моя, видимо, служанка, словно упрекала в том, что я их не помню.

Стоп! Какая служанка!? Какой помню!? Как это Влад смог их нанять три года тому назад для меня, если мы с ним совсем не так недавно только познакомились и встретились.

Что за бред тут творится?! А ещё и эта весна и … Я же теперь могу ходить! Тут точно что-то не то. Надо всё спокойно обдумать. Вот отдохну в чистой кровати после боли мозоха и подумаю, что делать дальше.

Глава 6

Заканчивалась первая неделя моего нахождения или попадания в новую реальность, которая называлась владарец. Как я поняла владарцом тут называли местный дворец или резиденцию правителей Земроки.

Земрока или Земля Роков – это небольшое островное государство, находящееся на северо-востоке в восточном океане. Внутри острова располагается холмистая местность, а по краям неприступные скалистые берега. Их, кстати и называли роками. Попасть на остров можно было только через две бухты, одна из которых находилась на севере, другая на юге. Северную почти никто никогда не использовал, потому что для этого нужно было или обогнуть практически весь остров или проплыть через весь восточный океан, что было и невероятно сложно, и опасно. С юга довольно близко к острову находился большой материк или главная земля, отделяемая от острова не очень широким проливом. Сразу за этой водной границей, разделяющий остров и большую землю, начиналась земля самой большой страны данного материка, которая называлась Сатамаррия.

Земрока – это остров, принадлежащий семье владов. Это островное государство разделёно на семь областей – подвладств, во главе каждой стоит назначаемый владом или владой подвлад.

Владами здесь называли местных царей или королей, в общем правителей, которые и владели, и властвовали над этим островным государством с давних времён. Почему его никто так и не захватил было непонятно, хотя, судя по тому, что моя предшественница Медьяна была дочерью правителя Сатамаррии, вопрос был скорее риторическим.

Я, как оказалось, и была теперь этой самой владой Медьяной Земрок-Сатамаррийской – вдовствующей правительницей тридцати пяти лет от роду, а не Владой Ждановой почти тридцати лет, которая стала колясочницей после аварии, случившейся семнадцать лет тому назад и которая собиралась выйти замуж за Влада Ракитского.

Всё это я узнала пока отлёживалась в своей опочивальне, выздоравливая после сильной простуды, полученной из-за купания в океане. С какого перепугу влада вдруг решила искупаться ранней весной в ледяной воде, если она и летом была совсем не летней, оставалось и для меня, и для теперь уже моих подданных большой загадкой. На данный момент это была почти вся информация, полученная мною, где из подслушанных разговоров, где из прямых вопросов моим адалискам и лекарю.

Он, кстати, заходил ко мне два раза в день, проверял моё состояние и давал выпить какую-то горькую гадость из своих бутылочек. Как выяснилось, он был моим личным лекарем, приехавшим со мною из Сатамаррии, и все лекарства делал сам лично. А чтобы «ничего такого не вышло», все свои настои и носил с собой в специальных металлических бутылочках.

Это мне показалось и странным, и подозрительным, но развивать теорию отравления я пока не стала, потому что меня на данный момент волновало совсем другое.