Я вижу вас насквозь

Пролог

Холодный свет ламп наполнял анатомический зал ровным, безэмоциональным сиянием. Металлические столы, стерильные инструменты, легкий запах формалина и резины – эта обстановка была мне странно комфортна. Мой рабочий день только начинался, но я знала, что до вечера останусь наедине с тем, что уже давно ушло из мира живых. И это меня устраивало.

Я аккуратно натягивала латексные перчатки, обдумывая план работы на сегодня. Сначала судебно-медицинский случай – мужчину нашли на окраине города, причина смерти неясна. Затем несколько плановых вскрытий для уточнения клинических диагнозов. Стандартная рутина, лишённая спешки. Я любила свою работу за отсутствие суеты.

Скальпель лёг в мою руку привычно, как будто слился с ней. Я замерла на мгновение, вслушиваясь в мягкий гул вентиляции, и невольно улыбнулась. Тишина здесь была иной – она не давила, не требовала ответа. Это было как раз то, чего мне не хватало в шумном, кипящем мире живых.

“Вот поэтому я здесь”, – подумала я.

Я всегда знала, что интроверт, хотя мои родители, друзья, а позже и муж настаивали на обратном. Мою уравновешенность часто принимали за общительность. Я умела выслушивать, отвечать, даже шутить в нужный момент. Но этот “социальный танец” изматывал меня. Мне было легче с мертвыми, чем с живыми. С ними не нужно было поддерживать разговор, бояться сказать что-то лишнее или казаться не той, кем я была.

Скальпель начал свою работу. Моя рука двигалась уверенно, почти механически. Мышечная память делала свое дело. Во время учёбы я поначалу волновалась: смогу ли выдерживать день за днем такой контакт с неизбежностью смерти? Но оказалось, что сама процедура, сосредоточенность на деталях – это словно медитация. Смерть здесь была не ужасом, а задачей для решения. И я была тем человеком, кто помогал найти ответы.

Я не считала себя странной или больной из-за выбора специальности, как многие думали. У меня нет профессиональной деформации или я еще не успела ее заработать, ведь я только недавно защитила специализацию.

Я выросла в потомственной семье врачей и у меня не было сомнений, какой путь выбрать. Единственное, что повлияло на меня, это фраза как-то сказанная дедушкой. Не знаю кому она принадлежала изначально, но это и не важно. “Врачи мало знают и мало могут, хирурги мало знают, но много могут, а патологоанатомы много знают, но уже ничего не могут.” А так как я всегда любила учиться, то конечно же мне хотелось оказаться в рядах тех, кто много знает.

– Гематома… – пробормотала я тихо, фиксируя первые выводы. Мой голос эхом отразился от кафельных стен.

“Интересно, когда я вообще последний раз разговаривала с кем-то всерьез?” – промелькнуло у меня в голове.

Последний серьёзный разговор был, пожалуй, с Антоном. Мой бывший муж был хорошим человеком – добрым, понимающим, но, как оказалось, слишком живым для меня. Он любил путешествия, громкие компании, разговоры за бокалом вина. И хотя в начале наших отношений эта разница казалась нам обаятельной, через три года всё превратилось в молчание. Не комфортное, а натянутое. Мы разошлись без скандалов, почти с благодарностью друг другу.

– Ты просто другой человек, Инга, – сказал он мне в последний вечер, собирая вещи. – И это нормально. Я просто не могу быть с тобой, когда ты так далеко от всех.

Я не стала спорить. Он был прав. Мне действительно проще одной.

Я сделала пометку в журнале и поставила новый образец на гистологию. Пожалуй, единственное, о чём я жалела, это о том, что никогда не имела настоящих подруг. Знакомства, коллеги – да, но чтобы кто-то, кому можно было позвонить посреди ночи? Таких людей в моей жизни не было. Я винила себя за это. Неужели нельзя было найти хотя бы одного человека, который бы разделял мой мир? Или это я сама никого не подпускала?

Я отложила скальпель и стянула перчатки. На часах было почти полдень. В анатомическом зале стало теплее от солнечных лучей, пробивавшихся сквозь матовые окна. Я сделала несколько шагов в сторону раковины, чтобы помыть руки, и вдруг остановилась. На мгновение я почувствовала тяжесть в груди – не физическую, а что-то вроде тоски.

“Мне почти тридцать, и я одна. Совсем одна”, – подумала я. Но затем мой взгляд упал на лежащие на столе медицинские записи. Вспышка эмоций угасла так же быстро, как и появилась. Работа всегда спасала меня.

Я вернулась к столу, надев свежие перчатки. Ещё один скальпель, ещё один надрез. В зале снова воцарилась моя любимая тишина.

Спустя несколько часов продолжительной работы, выйдя с работы, я медленно брела в сторону дома. Я часто преодолевала путь на работу и обратно пешком, если погода позволяла. Всего полчаса пешком, но это помогало привести мысли в порядок и найти решение назревшего вопроса или проблемы.

Зайдя в свой двор я вдруг заметила странный эффект: когда я смотрела на тень многоэтажного дома, казалось, что она слишком чёрная, как будто за ней ничего нет. Из любопытства я протянула руку, и мои пальцы исчезли в темноте. В панике я отдернула их назад – они на месте, целы.

Я почувствовала, как в груди что-то проваливается.

Я медленно шагнула назад, боясь сделать лишнее движение… но вдруг кто-то толкнул меня вперёд.

Глава 1

Нет ощущения удара. Или падения. Просто тишина.

Пространство вокруг – вязкое, тёмное, без горизонта. Я парила, не чувствуя веса.

На миг мне показалось, что я слышала голоса, обрывки фраз, словно кто-то говорит сразу на всех языках мира.

– Инга, 29 лет, не замужем, детей нет, врач по призванию. Все верно? – услышала я громкий голос. По этому голосу сложно было что-то понять, ни пола, ни возраста.

– Да. Кто вы? Где я? И что происходит? – зачастила я с вопросами.

– Как много вопросов. Но у нас мало времени, поэтому отвечу на самые часто задаваемые. Я демиург мира Люксар. Мой мир и твой соприкасаются примерно раз в сто лет. В это время в наш мир попадают такие как ты. Не всем удается выжить при переходе, а также многие не справляются с новой жизнью в новом мире.

– То есть я попаданка? Никогда не любила этот жанр литературы, – в шоке сказала я.

– Называй себя как хочешь, от этого ничего не изменится. Не перебивай меня, сначала дослушай, – устало произнес голос. – Мой мир магический, без магии там жить очень сложно. Ваш мир технологический, поэтому шанс не велик, что у тебя раскроется какая-либо магия. А мои создания совсем не великодушные и не хотят особо помогать новоприбывшим. Поэтому я решил раздавать дары, это даст вам небольшой шанс лучше устроить свою новую жизнь. Независимо от того раскроется у тебя магия или нет, дар останется с тобой.

– У меня будет какая-то миссия? – задала я самый глупый вопрос.

– Никакой миссии. По сути, вы там не нужны, вы попадаете в мой мир по воле случая, вам никто ничем не обязан, как и вы никому ничего не должны.

– Что насчет языка?

– В моем мире один язык, ты получила его знания автоматически при переходе. Выбирай дар, – поторопил голос.

– Я могу выбрать любой дар? – спросила я, лишь бы спросить, так как в голове мало что укладывалось.

– В пределах разумного.

– А… – начала я.

– На вопросы нет времени, ты не одна. Выбирай дар.

– Хочу видеть людей насквозь, – сказала я первое, что пришло на ум.

– Принято, – услышала я в ответ.

Потом – резкий выброс. Вспышка.

Не успела я ничего понять, как почувствовала, что стою в тишине. Открыв глаза, я увидела пустую комнату с безликими серыми стенами, в ней были только деревянная дверь и одинокая кушетка. Подойдя к кушетке я обнаружила серый балахон и что-то напоминающее балетки.

Еще плохо соображая, я медленно опустила взгляд на свои ноги. И мне сразу стало понятно, зачем нужен балахон. Я была абсолютно голая. Все мои вещи – сумка, одежда – исчезли. Зато отпал еще один стереотипный вопрос про попаданство. Да, это было мое тело. Этот шрам на коленке я не спутаю ни с чем.

Медленно надевая балахон, я пыталась привести мысли в порядок.

Итак, на данный момент мы имеем:

Я случайно попала в другой мир, где такие как я никому не нужны. И мне придется очень сильно постараться, чтобы наладить свою новую жизнь.

Я в своем теле, что очень радовало, так как я считала, что мне очень повезло с внешностью. Не красавица, но довольно милая особа с каштановыми длинными волосами, зелеными глазами и курносым носиком. Ростом не вышла, но все мои 160 сантиметров идеальны для меня.

У меня теперь был дар. Как им пользоваться? Хоть бы инструкцию приложили! И почему я попросила именно это? Видимо, моя жажда лучше понимать людей и найти близких друзей давала о себе знать.

Закончив с балахоном, я медленно подошла к двери. И что теперь? Было очень страшно открывать ее. Как будто после этого весь этот бред станет реальностью, а пока я находилась в какой-то прострации и мне казалось, что это всего лишь глупый сон.

Но долго мне мучиться в раздумьях, открывать или не открывать эту дверь, не позволили. Раздался стук дубового кулака по хлипкой двери. Ну или мне так показалось от страха.

– Ты там оделся? Выходи давай, – грубо крикнули за дверью.

Поняв, что долго прятаться в комнате совсем не вариант, я осторожно приоткрыла дверь. Выглянув в образовавшуюся щель, я увидела крупного мужчину в необычной для моего мира одежде. Брюки и рубашка были довольно привычны, но вот высокие кожаные сапоги и мантия явно выдавали человека из другого мира. У него были длинные седые волосы, но на лице ни единой морщинки, что затрудняло определение возраста.

– Иди за мной, – приказал мужчина, развернулся и ушел дальше по коридору.

Я решила не спорить и засеменила следом.

Шли мы долго, подходили к каким-то дверям, где этот мужчина выманивал таких же как я серобалахонных и мы все вместе продолжали путь.

Наконец, он привел нас в большой зал и сразу скрылся за другой дверью. Каменные стены, каменный пол, небольшое возвышение, видимо, для ораторов. Нас собралось около двадцати человек, женщины, мужчины, в возрасте от 25 до 40 лет, и никаких детей или стариков. Такое чувство, словно какой-то отбор попадавших все-таки был. Или дети и люди постарше попали в другой зал?

Мы стояли в молчании и оглядывали друг друга. Почему-то никто не хотел начинать разговор, стояла довольно гнетущая тишина.

Наконец раздался звук открываемой двери.

В зал медленно вошла женщина в возрасте примерно 50 лет, в строгом брючном костюме. Остановившись на возвышении, она внимательно нас оглядела, презрительно сжав губы. Я сразу вспомнила слова демиурга и поняла наше нынешнее положение в этом мире. Мы никто, мы по сути низшие, нас не ждали, но вот мы здесь и с нами нужно что-то решать.

Единственная позитивная мысль была при взгляде на эту женщину, что судя по одежде нет никаких корсетов, кринолинов или других пыточных устройств. То есть сильно себя ломать не придется в плане одежды.

– Меня зовут Энтера Вэйлис. Вы будете обращаться ко мне – магистр Энтера, – величественно начала она. – Сегодня я отвечу на несколько первоочередных вопросов. От вас я не хочу услышать ни звука.

Она сделала многозначительную паузу и пробежалась по нам глазами.

– У меня нет времени с вами возиться. Поэтому слушайте внимательно и не смейте переспрашивать. Да, вы оказались в новом мире. После того, как я закончу, вас отведут в общежитие для “прибывших”, распределят по комнатам по 2 человека. Сегодня вы отдыхаете и приходите в себя, в дальнейшем всяческих истерик и требований с вашей стороны я не потерплю.

Я стояла немного в стороне от остальных и все больше чувствовала ту глубину ямы, в которую угодила.

– Нам не нужны ваши новаторства и изобретения. Поэтому завтра вы принесете клятву на магическом артефакте, в которой сказано, что вы не будете привносить в наш мир знания и изобретения вашего мира. Сразу предупреждаю, что нарушение клятвы грозит мучительной смертью, что послужит наглядным примером для следующих “прибывших”.

В рядах моих товарищей по несчастью поднялся недовольный ропот. Видимо, многие надеялись, что прогрессорство им тут поможет.

– Нам наплевать кем вы были в прошлой жизни. Здесь и сейчас вы никто, – продолжила магистр Энтера. – В общежитие вы получите комплект самого необходимого на первое время. После клятвы начнутся занятия, на которых вам будут рассказывать об основах нашего мира, нашего общества. Обучение продлиться около полугода. После этого вы пройдете экзамен и по результатам получите направление на работу. Сразу предупреждаю, что учитывая ваш новый статус, вся работы для черни. Что-то получше, что-то похуже.

“А она умеет втаптывать в грязь всякую надежду на лучшую жизнь”, – подумала я.

– В течении последующих пяти лет, вы будете получать минимальный доход, с которого 70 процентов будете выплачивать нашей империи за потраченное на вас усилие.

Перспективы все больше ужасали. Но я не позволю себе сломаться, я справлюсь, я сделаю все, чтобы жить и жить достойно.

– Когда вы выплатите долг империи, вы сможете получить статус поданных нашей империи, – недовольно продолжила она. Словно сама мысль, что мы сможем стать подданными, равными ей, ее возмущала.

– Все остальное вы узнаете на занятиях, а теперь следуйте за провожатым, – закончила магистр Энтера.

В зал вернулся наш провожатый. Он поманил нас рукой и не дожидаясь вышел в коридор. Мы не торопясь двинулись за ним.

Выйдя на улицу мы все, не сговариваясь, остановились, чтобы оглядеться. Большая огороженная забором территория с несколькими постройками, самые высокие из них в пять этажей. Больше рассмотреть не удалось, так как в этом мире была уже глубокая ночь.

Нас завели в одну из построек, судя по всему, в общежитие. И стали распределять по комнатам, без лишних слов и объяснений, просто останавливались около двери, наш провожатый тыкал пальцем на определенных людей и выбранные заходили в комнату.

Настала и моя очередь, провожатый ткнул в меня пальцем, а следом и в симпатичную полноватую девушку лет 25.

Зайдя в комнату я увидела все те же серые стены, две кровати и две тумбочки, один стол, видимо, для учебы. Ванной комнаты или уборной нет. На столе был скудный набор еды в виде хлеба и вареных овощей, а также какой-то травяной отвар.

Обернувшись на новую соседку, я увидела, что она двинулась в сторону правой кровати, и мне ничего не оставалось, как выбрать левую. На кровати лежал сверток, развернув его, я нашла пару брюк, две рубашки и один набор белья. Видимо, это и есть минимальный набор на первое время.

– Может познакомимся? – решила нарушить тишину я.

– А смысл? Ты не поняла? Здесь каждый сам за себя. Не тешь себя напрасными надеждами, мы не друзья по несчастью, здесь все мы конкуренты, – злобно ответила моя новая соседка.

Я понимала, что скорее всего она права, но все же надеялась на более уважительные отношения. Не хотелось бы каждый день, каждый час ждать удара в спину, но стоит сказать ей спасибо, что она сразу высказала свою позицию, а не играла в друзей и ждала подходящего момента.

Я развернулась и пошла в сторону стола, неизвестно, когда нас будут кормить в следующий раз, поэтому не стоит пренебрегать даже таким рационом. Я медленно ела свою порции и наблюдала за соседкой. Рыженькая девушка с милыми веснушками и объемными формами. Она лежала на кровати и смотрела в потолок, с каким-то злобным выражением лица.

Мне было жалко ее, с таким настроем она долго не протянет. Но я не стала лезть к ней в душу, мне бы самой справиться и выйти из данной ситуации победителем.

Закончив с едой, я отправилась на поиски уборной. Выйдя в коридор, я ожидала увидеть хоть кого-нибудь, услышать хоть какие-то разговоры, понять общий настрой в нашей компании пострадавших. Но меня встретила мертвая тишина.

Я медленно побрела вдоль коридора, так никого и не встретив, и нашла уборную. Никакого разделения на женский и мужской туалет. Несколько закрытых душевых кабинок и таких же закрытых уборных. В каждой душевой кабинке лежали общие средства гигиены.

Судя по обстановке, нас действительно считали за низших существ, на нас сильно экономили, всего по минимуму и все безликое. Я надеялась, что хотя бы кормить нас будут лучше, чем то, что нам оставили в комнатах, но выбирать не придется.

Вернувшись в комнату, я решила укладываться спать, вся эта гнетущая обстановка сильно влияла на меня, что мне очень не нравилось. Решив ни о чем не думать и еще больше себя не накручивать, я стала читать детские стишки в своей голове, чтобы быстрее заснуть. Ведь утро вечера мудренее, лучше оценить обстановку и продумать свой план действий на свежую голову.

Глава 2

Резко подскочив с кровати, я не сразу поняла, откуда этот неутихающий пронзительный вой. Оглядев обстановку, я вспомнила где нахожусь и что произошло накануне. А этот вой, судя по всему, местный будильник.

За окном было раннее утро.

Посмотрев на соседку, я увидела все ту же картину. Она лежала в той же позе на кровати и смотрела в потолок. Видимо, она всю ночь не сомкнула глаз.

Быстро приведя себя в порядок и посетив уборную, я решительно вышла из комнаты. Спустившись на первый этаж, я увидела дверь, ведущую в большую комнату, что больше напоминала общую комнату-гостиную. Я смело зашла в нее, села за первый попавшийся стол и стала изучать обстановку. Несколько рабочих столов, две софы, большой шкаф скудно заставленный потрепанными книгами. Наличие книг меня очень сильно обрадовало, я надеялась, что нам предоставят доступ к хорошей библиотеке, но даже это небольшое количество книг вселяло в меня надежду.

Пока я разглядывала шкаф с книгами, в комнате медленно увеличивалось количество человек. Все заходили по одному, видимо, не только у меня не заладилось с соседкой.

Когда появился наш сопровождающий, все уже собрались в комнате.

Он отвел нас в ритуальный зал. Вокруг стояло много свечей, на полу было начертано что-то смутно похожее на пентаграмму. Вдоль стены стоял стол, на котором мы увидели подготовленные чаши и ножи по количеству человек.

В зал вошла магистр Энтера с двумя сопровождающими молодыми парнями, которые несли рукописи.

– Итак, – начала магистр. – Сейчас вы все принесете клятву по очереди. Истар определит вашу последовательность, – указала она на нашего сопровождающего. – Каждый из вас подходит ко мне, выпивает содержимое предоставленной чаши, произносит клятву, написанную в рукописи, далее с помощью ритуального ножа делает надрез на руке и ставит отпечаток крови на рукописи. Начнем.

Все происходило быстро, буквально пару минут на человека. Я была шестой.

Медленно подойдя к столу, я взяла чашу и быстро выпила, не почувствовав вкуса. Передо мной развернули рукопись и я начала читать.

– Я, Инга Светлая, – подставила я свое имя. – Стоя перед лицом новых земель и чужих законов, даю нерушимую клятву. Я отрекаюсь от мыслей о переменах, что несет за собой знание моего мира. Я не протяну руку, чтобы вплести чуждые механизмы в ткань здешней жизни. Я не буду возводить башни из идей, что не принадлежат этому месту. Клянусь не давать знаний, что опередят время, и не менять ход судеб, что сплели сами боги. Пусть мои шаги будут легки, а слова – не слышимы там, где могут породить смуту. Если же я нарушу этот обет, пусть тело мое будет изломано, разум растерзан, а душа предана вечным мукам. Да станут боль и смерть моей наградой за предательство. Да будут свидетелями этой клятвы те, кто стоит передо мной. Я клянусь.

Я пребывала в какой-то прострации, взяла поданный кинжал, аккуратно надрезала внутреннюю сторону ладони и поставила отпечаток крови. При этом в моей голове не было ни одной связной мысли. Я ничего не замечала и не воспринимала.

Очнулась я уже в столовой, когда передо мной поставили тарелку с какой-то серой массой.

Медленно оглянувшись по сторонам, я поняла, что вся наша компания сидела за одним длинным столом. Судя по виду моих коллег по несчастью, я тоже была бледная и без какого-либо следа интеллекта на лице. Заторможенные движения, отсутствующий взгляд, все говорило о том, что нас накачали какой-то дрянью для притупления сознания.

Не знаю сколько прошло времени, когда мы начали немного оживать, но в столовую вошел наш сопровождающий, кажется Истар, так его назвала магистр Энтера.

– Все поднялись и за мной, – приказал Истар.

Мы не спеша встали и поплыли за ним. А что еще оставалось делать?

Он привел нас в помещение больше похожее на аудиторию для лекций. Много столов с писчими принадлежнастями, кафедра для преподавателя и большая доска для записей, ну а вдоль стен аудитории стояли шкафы с книгами и свитками.

Я заняла место у окна, вид которого показывал парк и несколько невысоких зданий. Отсюда было хорошо видно, что территория обучающего комплекса была обнесена высоким забором.

На столе лежали скоросшитые тетради и простые карандаши черного цвета, что не могло не радовать, так как с перьями я бы не справилась.

Через минут десять, когда все уже давно разместились на своих новых местах, в помещение зашли три человека – магистр Энтера, Истар и еще одна женщина пожилого возраста в строгой рубашке и юбке в пол.

Магистр Энтера разместилась на кафедре, а остальные встали за ее плечами.

– Итак, сегодня у нас будет лишь вводная лекция, которую проведу я, – начала она. – Сначала хочу представить вам ваших преподавателей. Начнем с магистра Истара, – указала она на нашего провожатого. – Он будет преподавать вам введение в магию. Поможет раскрыть и научиться пользоваться вашим приобретенным даром, а также если у вас проснется магия, то поможет с ней справиться.

Магистр Истар склонил голову в знак приветствия и вышел из аудитории.

– Магистр Анари, – указала она на новое лицо. – Будет преподавать вам этикет, особенности общества и поведения с разными представителями сословия нашего мира.

Магистр Анари обвела нас всех взглядом, кажется, сразу определила себе любимчиков и проблемных лиц. Также как и магистр Истар, склонила голову в приветствии и удалилась.

– Напомню, если вы забыли, меня зовут магистр Энтера, я буду вам преподавать законы империй, географию, а также общие сведения о нашем мире.

Она встала и начала медленно ходить вдоль кафедры.

– Сегодня я дам вам основную информацию об этом месте. Как вы уже заметили, территория находится за высоким забором, но не для того, чтобы вы не могли сбежать, а для вашей защиты. Пока на вас нет браслетов о прохождении первичного обучения, вы никто. И такие существа бесправные в нашем мире. Вы в любой момент можете попасть в рабство и никто не будет вам помогать. Если вы хотите уйти, то вас никто не держит, дальнейший ваш путь будет зависеть только от вас. Мы снимаем с себя всю ответственность.

Мы все начали оглядываться друг на друга в поисках реакции на ее слова. Судя по лицам, никто не торопился бежать, каждый понимал, что нужно получить хоть какие-нибудь данные об этом мире, а уже потом строить планы. Здесь хоть с нами и обращались не очень приветливо, но хотя бы был ночлег и еда.

– Далее, каждый день у вас будут три занятия, по одному у каждого магистра, которые будут длиться по три часа каждое. Все необходимые писчие принадлежности вы найдете на этих полках, – указала она на стеллажи. – Оставшееся время вы будете тратить как хотите. Но советую изучить хотя бы те книги, что находятся в общей гостиной у вас в общежитии. Более прилежным сообщаю, что у нас есть библиотека, которая находится в соседнем здании, ей вы можете пользоваться без ограничений, но опять же, советую сначала изучить то, что есть в общей гостиной.

Тут уж я возликовала. Книги! В открытом доступе! Теперь я знала, где буду пропадать в свободное время.

– Напоминаю, что в течении полугода не будет никаких проверок ваших знаний. Будет лишь итоговый экзамен по окончанию обучения, по результатам которого вам будут предложены три вакансии на выбор. Если же вы провалите экзамен, то вас ожидает бесправное существование в качестве раба. И обещаю, вам это очень не понравится.

Она задумалась на несколько минут, словно собираясь с мыслями.

– Продолжим. В нашем мире проживают только люди. Сразу уточню, никаких эльфов, демонов и еще не пойми каких рас, так что не задавайте глупые вопросы, – скривилась она. – Есть драконы, но это не какие-то оборотни, как вы привыкли думать. Это звери, очень умные звери. Других рас нет.

Кажется, ей уже успели надоесть одни и те же вопросы от наших предшественников.

– Итак, пройдемся по статистике. Примерно тридцать процентов нашего населения обладают и даром и магией, еще тридцать обладают только магией, и еще тридцать только даром. И лишь десять процентов обычные люди. По продолжительности жизни… Я знаю, что у вас в мире люди живут в среднем восемьдесят лет. Также живут обычные люди в нашем мире. Люди с даром живут до ста пятидесяти лет, люди с магией до двухсот пятидесяти, люди и с магией и с даром до пятисот лет. Вы же при переселении получили дар, поэтому жить будете примерно до ста пятидесяти, ну или до пятиста, если откроете в себе магию.