Информационная война против России

1.1. Что такое информационная война?

В середине 1970-х годов, когда противостояние социалистического и капиталистического лагерей было в самом разгаре, появился новый термин – «информационная война». Его придумал ученый-физик Томас Рон, который не только первым понял, но и научно обосновал, что именно информация является самым слабым звеном любой армии[1].

Приемы и методы, используемые для ведения такой войны, похожи на атомную энергию, которая может служить людям, а может быть использована для их массового уничтожения. Технологии информационных войн – это еще одна «палка о двух концах», поскольку они могут применяться как во зло, так и на благо. Все зависит от того, с какой целью ведется информационная война: для самозащиты или для подготовки враждебных действий против другого государства. В первом случае механизмы информационной войны помогают обществу и каждому отдельному человеку стабильно развиваться, становясь его надежной опорой в жизни, а во втором – приводят к полному социальному упадку и разрухе[2].

Информационные войны ведутся давно, однако к XXI веку их приемы стали намного изощреннее, а потому опаснее. Ведь сегодня те, кто планирует и осуществляет информационные атаки, вооружены современными знаниями в области психологии. Это позволяет им воздействовать на подсознание и таким способом управлять нашими поступками. На смену прямолинейной пропаганде приходит массовый гипноз, которому поддаются целые страны и народы. Методы, позволяющие достигать подобных результатов, возникали и совершенствовались на протяжении всей истории человечества, становясь все более эффективными. Так, от шаманских плясок мы перешли к психотехнологиям, с помощью которых осуществляется скрытое влияние на поведение человека. Подвергнувшись подобному воздействию, вы даже не осознаете не только его цель, но и то, что оно вообще происходит.

Главная отличительная особенность современных психотехнологий – они действуют на психику, минуя сознание. Из-за этого мы лишаемся возможности принимать взвешенные, логически обоснованные решения, а значит, теряем свободу воли. В результате вся наша жизнь, включая поведение, желания, эмоции и даже здоровье, оказывается под чужим контролем.

Добиться этого можно двумя основными путями. Первый из них предполагает введение человека в состояние измененного сознания (подобно сеансу гипноза). В другом случае соответствующая информация внедряется напрямую в подсознание. Однако мы этого не замечаем из-за многочисленных отвлекающих сообщений, а потому не можем осмыслить ее содержание. В нужный момент по условному сигналу (определенный звук или картинка, показанная по телевизору), который можно сравнить с компьютерным паролем, эта информация всплывает из подсознания. Человеку кажется, что это не чужое внушение, а его собственные мысли и убеждения. Активизировавшись, такая скрытая психологическая программа начинает целиком и полностью определять ваши поступки.

В результате скрытого информационного воздействия человек может превратиться в настоящего зомби, который безотказно выполнит любые требования своего повелителя. При этом внешне такой человек не будет отличаться от окружающих, а сам не осознает, что подвергся «программированию». Выполнив задание в ответ на ключевую команду, человек-«зомби» тут же забудет об этом или просто не поймет, что он сделал. При желании в подсознание можно заложить сразу несколько спецпрограмм.

В том, что это реальность, а не научная фантастика, убеждает известный случай. В 1967 году в столице Филиппин Маниле был арестован агент ЦРУ Луис Кастильо, которого обвинили в подготовке убийства местного президента Маркоса. Чтобы «расколоть» опытного сотрудника американских спецслужб, использовали специальное психотропное средство, известное как «сыворотка правды», а также провели ряд гипнотических сеансов. В результате выяснилось, что этот человек ощущал себя сразу четырьмя разными агентами со своими «легендами». Самое интересное, что каждая из личностей даже не подозревала о существовании остальных. Добиться этого можно было только благодаря сложной предварительной обработке с применением специальных препаратов и многоступенчатого гипноза. Так в одного человека заложили сразу несколько различных программ, каждая из которых представляла собой отдельное задание. Для «включения» новой личности, скорее всего, использовался особый код[3].

Ученые предполагают, что еще в недавнем прошлом определенная категория советских чиновников подвергалась массированной обработке подсознания, направленной на их безоговорочное подчинение приказам извне. Это подтверждается таинственными событиями, когда в конце советской эпохи более полутора тысяч высокопоставленных представителей партийной номенклатуры совершили похожие самоубийства (после провала ГКЧП большинство из них выбросилось из окон своих квартир с августа по октябрь 1991 года)[4]. Остается только гадать, применяются ли подобные технологии в наше время.

XX съезд КПСС, 1956 год

Манипулирование сознанием людей невозможно без знания и использования общественной психологии. Данная научная дисциплина изучает такие важные процессы, как общение, убеждение, внушение, подражание, а также психические состояния, которые присущи большим социальным группам (включая возбуждение, подъем, спад, энтузиазм и стрессы, решимость и растерянность)[5].

Что же такое современная информационная война? Ее главная цель состоит в том, чтобы с помощью специальных технологий влиять на идеологического противника и при этом надежно защищать свои собственные информационные ресурсы от любого враждебного воздействия[6]. Иными словами, смысл информационной войны заключается в нанесении населению определенной страны тяжелой культурной травмы. Это «насильственное, неожиданное, репрессивное внедрение ценностей, остро противоречащих традиционным обычаям и ценностным шкалам», что приводит к разрушению культурного времени-пространства, а значит, и тех духовных основ, на которых держится любое общество. Русский философ М. М. Бахтин называл данное явление «временем гибели богов».

Информационная война – это, прежде всего, нашествие определенных идей, которые разрушают национальное самосознание целого народа. Именно в этом заключается ее стратегия. Тактических приемов, уловок, способов, ухищрений в информационной войне даже больше, чем на войне обычной, где лишь стреляют и взрывают[7]. Действительно, «информационная бомба взрывается в самой гуще людей, осыпая нас шрапнелью образов, в корне меняя и восприятие нашего внутреннего мира, и наше поведение»[8].

Не следует думать, что информационные войны появились только в ХХ веке. На самом деле они ведутся с того момента, когда возникло человечество. Из глубокой древности до нас дошли сведения о попытках дезинформировать противника, запугать его и подорвать тем самым боевой дух. Искусство управлять мыслями и поступками людей развивалось и использовалось как секретное оружие правителями Шумера, Вавилона, Древнего Египта, Китая, Древней Греции и Рима. В трудах Геродота, Плутарха, Юлия Цезаря можно встретить описание некоторых приемов, которые позволяют подорвать волю к сопротивлению, вызвать предательство или спровоцировать панику. Для этого распускались слухи о преобладающем числе своих войск и их непобедимости; о наличии нового мощного оружия; об измене, пленении или бегстве командования; о хорошем обращении с пленными и др.[9]

Отдельные успехи в таких информационных войнах даже сейчас поражают воображение. Так, с помощью XI Олимпийских игр, проведенных в Берлине в 1936 году, А. Гитлеру удалось создать во всем мире положительный образ нацистской Германии и завоевать немалую личную популярность. Даже несмотря на вызывающие политические действия, почти пять тысяч городов присудили фюреру звание почетного гражданина. К 1939 году 1133 улицы и площади по всему миру носили его имя[10].

Показателем успешности информационной войны, развернутой А. Гитлером против человечества, является и распространенность его главного произведения. До 1945 года книга «Майн кампф» была переведена на 16 языков, а ее общий тираж составил 10 миллионов экземпляров. На тот момент с этим «бестселлером» могли соревноваться по популярности разве что Библия и «Капитал»! Еще в начале 1930-х годов «Майн кампф» издавалась огромными тиражами в США, Дании, Швеции, Италии, Испании, Японии и т. д. В 1933 году книга вышла в Англии: всего за пять лет было раскуплено почти 50 тысяч экземпляров. Успешная пропаганда своих идей по всему миру дала А. Гитлеру широкие возможности для привлечения союзников – новых врагов СССР.

«Майн кампф» – «библия» пропаганды

Информационная война – это сложная система, которая состоит из нескольких взаимосвязанных элементов. В нее входят:

• контроль над ситуацией;

• защита информации и распространение своих идей;

• информационный терроризм (хакерские атаки);

• информационная блокада;

• война в средствах массовой информации;

• промышленный и экономический шпионаж;

• другие методы и приемы.

Благодаря новым техническим средствам сегодня можно охватить пропагандой миллионы людей одновременно. Появились и организации, способные ставить невероятные ранее по масштабам политические спектакли в виде массовых зрелищ или кровавых провокаций. Возникли странные виды искусства, оказывающие сильное воздействие на психику (например, перформанс, превращающий обыденную реальность в завораживающий спектакль). К ведению информационных войн сегодня активно привлекаются Голливуд, CNN и тому подобные «медийные монстры».

Если сравнивать информационную войну с другими ее видами, то сразу становятся очевидными выгодные отличия.

1. Такие войны, как правило, ведутся на чужой территории. Для них не существует ни границ, ни моральных ограничений. Из-за этого информационные атаки способны проникать даже в самые запретные тайники психики, поражая разум противника.

2. Информационная война не оставляет после себя следов. Человеку (или даже целому обществу) кажется, что он принимает самостоятельные решения, хотя на самом деле на него оказывается скрытое воздействие. По этой причине информационная атака становится особенно опасной: отразить ее очень трудно, не говоря уже о том, чтобы заранее к ней подготовиться.

3. Информационная война очень выгодна с экономической точки зрения. Для ее ведения не требуется больших материальных и людских ресурсов. Чтобы влиять на общественное мнение, достаточно минимального объема информации. Если она будет грамотно подана, это даст прекрасные результаты.

4. Особенности информационной войны определяются тем объектом, на который она направлена. В данном случае речь идет о человеческом мышлении. Если разрушение моста требует «жестких» методов, то в случае с информацией вполне можно обойтись и «мягкими» подходами.

5. Для информационной войны характерна определенная «мимикрия», подражание тому объекту, на который направлено ее основное воздействие. Это означает, что одна и та же информация может быть подана по-разному для специализированных учреждений и для конкретного человека. Благодаря этому достигается «незаметность» целенаправленного информационного влияния, которое удачно «маскируется» под правду, а потому его трудно обнаружить.

6. Одни и те же факты и общественные явления по-разному воспринимаются в различных ситуациях. Например, массовое дезертирство солдат с точки зрения противника будет рассматриваться как благо, а с точки зрения собственного командования – как преступление.

7. Информационная война ставит перед собой цель изменить мировоззрение большой социальной группы или целого общества. Чтобы это произошло, «нападающая сторона» должна вникнуть в представления о мире своего противника, стать на его уровень мышления[11].

На сегодняшний день развитые страны все успешнее осваивают технологии информационной войны, которая получила еще одно название – «сетевая». Ее главная цель – установить контроль над важными процессами (политическими, экономическими, социальными, духовными), протекающими в другой стране, и поддерживать его как можно дольше. Продуманная, хорошо организованная пропаганда и координационная работа, развернутая в обществе, помогают в случае необходимости быстро мобилизовать массы и начать революцию[12].

Стратегия сетевой войны, называемой также «войной шестого поколения», официально взята на вооружение Пентагоном. Она позволяет захватывать чужие территории и устанавливать над ними американский контроль без использования обычных вооружений. Поэтому сетевая война – это именно война, следовательно, воспринимать ее нужно со всей серьезностью[13].

Одним из приемов информационной войны является создание общественных организаций, которые пропагандируют в обществе ценности западной культуры. Именно такой процесс сегодня активно происходит на постсоветском пространстве. Таким образом иностранные спецслужбы расшатывают общенациональные духовные ценности. На определенном этапе именно сеть подобных организаций превращается в двигатель «цветных» революций[14].

В результате администрация США получает возможность манипулировать целыми странами в своих интересах. В американской военной доктрине заложен непрерывный и нескончаемый характер сетевой войны. Это означает, что со временем данному государству удастся установить тотальный контроль над всеми силами человечества. Для достижения этой цели используются самые разные инструменты: неправительственные организации, благотворительные фонды (например, фонд Сороса), националистические, религиозные и другие радикальные движения, криминальные группировки, СМИ, сайты в Интернете. Отдельные элементы одной системы не всегда знают о том, что они единым фронтом участвуют в информационной войне против России[15].

Сам ее характер зачастую мешает правильно оценить происходящее даже специалистам, не говоря о рядовых гражданах. Современный исследователь В. М. Коровин так пишет об этом:

«Сетевая война никогда не ведется прямым образом. Заказчик никогда напрямую не связан с исполнителем. И даже если провести линию через множество посредников от исполнителей к заказчику – прямой не получится. И кривой не получится. Совокупность проведенных линий образует сеть. Если у вас получилась прямая или даже кривая – то перед вами не сетевая операция, а обычная, классическая операция эпохи модерна, в которой связь между заказчиком и исполнителем, даже при отсутствии некоторых промежуточных элементов, вполне установима. Конечно, между США и многими событиями по всему миру возможно установить связь, недвусмысленно определив заказчика того или иного процесса. Но эта связь будет сугубо умозрительной. Современный информационный контекст таков, что Америке можно предъявить все, что угодно, начиная от „оранжевой“ революции на Украине и заканчивая разрушительным цунами в Юго-Восточной Азии. И даже если все факторы будут в пользу предъявленных версий, вам в лучшем случае рассмеются в лицо или отправят в дурдом, ибо у вас не будет ни одного прямого факта, а все улики и цепочки будут уводить вас в бесконечные дебри сетей, переплетаясь, сходясь и расходясь в произвольном порядке. Сетевая война ведется на более тонком уровне, с использованием информационных технологий, дипломатических сетей, неправительственных организаций, с подключением журналистов, политиков, СМИ. Это многоуровневая операция, в которой обычному оружию нет места, но тем не менее результатом ее становится отторжение территорий – конкретная „военная“ победа»[16].

В качестве яркого примера того, насколько успешными могут быть информационные войны, принято рассматривать так называемые «бархатные» революции, которые происходили в странах соцлагеря на закате советской эпохи. «Нет формальных оснований утверждать, что события 1989–1990 годов, вошедшие в историю под названием „бархатных“ революций, были инициированы из-за рубежа. Однако ход событий, лозунги, тактика, применяемая в данных событиях, удивительно напоминают то, что имело место в период движения „Солидарности“. В последующем сценарии, ведущие к смене власти, были успешно реализованы в Сербии, Грузии и Украине. Нельзя не обратить внимание на то, что все эти события развивались по одному и тому же сценарию, словно под копирку. Очевидно, в недалеком будущем будут известны достоверные факты, раскрывающие подлинных инициаторов всех „бархатных“ и „цветных“ революций, но известно, что события в Тбилиси и Киеве финансировал фонд Сороса»[17]. В этом смысле достаточно информативно признание «старого курьера холодной войны», британского ученого Марка Алмонда относительно модели «оранжевой» революции на Украине: «Любая политика стоит денег, а ежедневно передаваемые из Киева сцены с участием толпы стоят больших денег. Рыночная экономика, быть может, и восторжествовала, но если бы Милтон Фридман (Milton Friedman) напомнил тем, кто на площади Независимости задаром получает еду и напитки, что „не существует такой вещи, как бесплатный ланч“, его, несомненно, окрестили бы сталинистом. Кажется, очень немногие задаются вопросом, чего хотят люди, которые платят за „власть народа“ в обмен на спонсирование всех этих рок-концертов.

Памятник Бархатной революции в Праге

Будучи старым курьером холодной войны, который перевез десятки тысяч долларов диссидентам советского блока, а также и куда более уважаемым ученым, я, пожалуй, смогу пролить свет на то, что один мой румынский приятель называл „нашим тайным периодом“»[18].

Сегодня мы можем найти в Интернете названия таких фондов, как американский «Национальный фонд за демократию» (National Endowment for Democracy, или NED) и еще множество подобных ему организаций, которые финансируют украинское движение «Пора» или украинские «независимые» средства массовой информации. Но разве это что-нибудь скажет вам, если только вы не знаете, что Джеймс Вулси из фонда NED 10 лет назад был шефом ЦРУ?

На протяжении 1980-х годов и в период подготовки к «бархатным» революциям 1989 года небольшая армия добровольцев – и, давайте уж быть откровенными, шпионов – совместно работала над подготовкой того, что впоследствии стало именоваться «властью народа». Бурно расцвела сеть взаимосвязанных фондов и благотворительных организаций, которые взяли на себя переправку диссидентам многих миллионов долларов. Эти деньги давали в подавляющем большинстве страны Организации североатлантического договора (НАТО) и их тайные союзники вроде «нейтральной» Швейцарии[19].

Вполне объективными можно считать характеристики тех политических лидеров, которые пришли к власти с помощью западных политтехнологий: «И Ющенко, и Саакашвили, и Карзай в Афганистане, и нынешний формальный глава Ирака – отнюдь не самостоятельные политики, ставшие президентами благодаря собственным усилиям. Они агенты, менеджеры – называйте, как хотите, – которых продвинули на президентские посты („демократическими“ предвыборными сценариями или военной силой – уже технические детали). Работа этих персонажей – точно и беспрекословно выполнять полученные инструкции, иначе тот же сценарий, который привел в президентские кресла их самих, будет запущен вновь, но уже против них»[20].

Справедливость этих слов наглядно подтверждают результаты, которых эти политики достигли, находясь у власти. Они не показали ни стремления к самостоятельности, ни желания реформировать свою страну на благо ее населения. Это достаточное доказательство того, что настоящие руководители находятся за рубежом и только «дергают за нитки», управляя марионеточными режимами. Конечно, никто из официальных лиц в этом не признается. В оправдание они будут ссылаться на второстепенные моменты: мировой экономический кризис, отсутствие в стране настоящих профессионалов, «отсталость» народа и т. п. Несмотря на это, нельзя закрывать глаза на отсутствие каких-либо положительных изменений в странах, переживших «цветные» революции.

Информационная война – слишком общее понятие. На международном уровне основной причиной противостояния между странами является борьба национальных и глобальных сил. Первые лежат в основе национального самосознания и воли к сопротивлению, которую вторые стремятся сломить и насадить рабское самосознание. Конечной целью информационной войны, развернутой США против всего человечества, является создание нового мирового порядка. В этом случае на Земле останется только один управляющий центр, которому будет принадлежать монополия на власть. Так начнется эра абсолютного подчинения, которую можно назвать духовным рабством[21].

Однако информационная война ведется не только одними государствами против других. Иногда политическая элита поворачивает это оружие против собственного народа. Показательным примером являются выборы в России. С их помощью правящим кругам удается сохранять политическую власть и одновременно проводить политику, которая прямо противоречит интересам большинства населения. Этот парадоксальный результат достигается за счет использования самых разнообразных средств: от разрушительных политических технологий до пропаганды в средствах массовой информации. Сознание, а значит, и политический выбор российских избирателей подвергается настоящей информационной атаке. Для достижения благоприятного результата применяются даже методы нейролингвистического программирования (НЛП), позволяющие воздействовать на подсознание, минуя разум. Так, шаг за шагом нормальное мышление российского избирателя вначале блокируется, а потом и полностью разрушается. Люди теряют возможность объективно оценивать политическую жизнь и адекватно реагировать на происходящее в ней.

В подобных условиях ни о каком свободном выборе не может быть и речи, а избирательный процесс превращается просто в ширму. Разрушительный информационный прессинг, усиленный с помощью СМИ, постепенно приводит к тому, что рядовые россияне теряют доверие к политическим деятелям, перестают верить в справедливость и стремиться к позитивному. Если так пойдет и дальше, у большинства российских граждан могут возникнуть угнетенное состояние духа, депрессия, различные психические расстройства[22].

Однако многие исследователи старательно не замечают этот факт, убеждая общественность, что «выборы в нашей стране перестали быть фиктивной процедурой. Постоянной практикой стало наличие нескольких кандидатов на выборные посты и реальная борьба между ними»[23]. Налицо сознательный обман – еще один элемент информационной войны.

Именно отстранение россиян от реального управления своей страной является особым достижением правящей политической элиты, и оно стало возможным благодаря технологиям информационной войны. Государственными деятелями данный факт превозносится как исторический прорыв. При этом они забывают о национальной Конституции, которая устанавливает, что Россия является демократическим федеративным правовым государством с республиканской формой правления, а вовсе не монархией. Согласно ст. 3 Конституции Российской Федерации носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Высшим непосредственным выражением власти народа являются свободные выборы и референдум. Таким образом, без выборов невозможно построение в нашей стране правового государства и гражданского общества.

Превращение выборов в фиктивную процедуру свидетельствует о том, что в России произошел скрытый незаконный захват власти. Удивительно, что данный факт даже не отрицается представителями правящей верхушки. Россиянам пытаются преподнести это как полезное завоевание. В качестве примера достаточно привести слова первого вице-премьера С. Иванова: «Благодаря тому, что я неплохо знаю иностранные языки, я иногда читаю, что о нас пишут на Западе. Про выборы – все подтасовано, все скучно, отсутствие интриги. Отсутствие интриги – признаю. Но кому хочется интриги – пускай в другом месте эти интриги ищут или создают. Да, политтехнологи лишились больших денег. Ну и что? Почему вся страна должна по этому поводу страдать? Это их проблемы, пускай зарабатывают на выборах в других странах. То, что все было предсказуемо… Ну возьмите Европу, там что – непредсказуемые результаты выборов? <…> Но бывает и такое, что по десять-двадцать лет ничего непредсказуемого нет. А возьмите Японию. Что, она не демократическая страна? Шестьдесят лет у власти была одна партия. И исход выборов заранее понятен всем. Да, премьер меняется, а политика – нет. Вот и я, как в деревне говорят, об том же. Люди должны меняться, а политика – быть стабильной и предсказуемой»[24].