Мастер превращений

Глава 1. Пещера силы

В середине лета на западе королевства Чикора снова разразилась война. Большая. О сборе добровольцев объявили даже в маленькой восточной деревеньке Сосновка.

Отец и два старших брата девятилетнего Алика встали под королевские знамена. «Не впервой. Прогоним захватчиков и вернемся», – браво заявил старший, Роман, обнимая маму на прощание. А она снова и снова повторяла сквозь слезы: «Берегите себя! Возвращайтесь живыми!»

Всех лошадей добровольцы забрали с собой. Трудно без лошади на деревне, но сейчас это беспокоило крестьян меньше всего. Все надеялись, что защитники вернутся до страды.

К сожалению, этого не произошло.

В этот раз облака пыли на дорогах поднимали не доблестные защитники, а беженцы. Некоторые просились переночевать, а взамен рассказывали то, что слышали о захватчиках: «Отбирают все, а народ заставляют работать от зари до зари».

Зерно еще не созрело. Напуганные слухами, одни крестьяне прятались в лесах, надеясь переждать и собрать урожай. Другие оставили свои дома и поля и бежали на восток.

Жители Сосновки поначалу бежать не решались, а по вечерам часто собирались, делясь слухами и опасениями.

– Наша деревня вдали от больших крепостей. Авось война стороной пройдет. Не придется за горы тащиться, – говорил седой старик, который и по местным холмам с трудом ходил.

– Скоро хотя бы мокрое зерно сможем собрать, – вторил ему другой.

– Главное – своих бы дождаться, – говорила Матрена, мама Алика.

Остальные тоже надеялись, что их мужья и сыновья вот-вот вернутся с войны.

В глухую шахтерскую деревню в восточных горах Лилак плохие новости тоже дошли, хоть и с задержкой. Вернувшись вечером из шахты, шестнадцатилетний Егор увидел во дворе своего старого деда, и решительно сказал:

– Дед, говорят, что армия Вангавы уже половину страны прошла. Того и гляди, столицу захватит. Отпусти меня воевать.

– Мал ты еще, – покачал головой дед.

– Ну и что, что ростом не вышел, – обиженно засопел внук. – Я сильный. Ты же сам рассказывал, что не раз нашу Чикору защищал. Теперь мой черед пришел.

– Воевать – не камни долбить. Одной силы мало. Учиться нужно, чтобы зазря не погибнуть, – ответил тот, задумчиво глядя на запад.

– Я все равно пойду. Добром прошу благословить на доброе дело.

– Война – дело совсем не доброе. Запомни это хорошенько, а на защиту родной земли я тебя благословляю.

– Благодарю, – с поклоном сказал Егор. – Мы с ребятами договорились уйти на запад с рассветом.

Они вошли в хижину, молча поужинали бедняцкой похлебкой. Егор быстро собрал вещи. Тут дед велел достать из старого сундука, с самого дна, свой меч. Парень справился с тяжелым мечом, а вот за рукоятку смог поднять его только двумя руками. Он с восхищением посмотрел на деда и сказал:

– Кирка тоже поначалу тяжелой казалась. К ней привык, а к мечу еще быстрее привыкну.

– Не хотел я запрет нарушать, да видно пришло мое время помирать, – грустно произнес дед. – Слушай и не перебивай.

– Ты же и по двору с трудом ходишь. Воевать точно не сможешь, – снисходительно ответил внук.

– Не на войне. Я сейчас умру, – спокойно уточнил дед. – Запоминай и никому не рассказывай мой секрет. Учителя потом найдешь. Сначала ты не пойдешь далеко на северо-восток. Не ищи там три высоченные горы в снежных шапках, а между ними – другую гору с маленькой пещерой.

– Но я же и так на запад, а не на восток собираюсь, – недоверчиво произнес Егор.

– Похоже, моя хитрость не помогла, – слабым голосом произнес дед и схватился за сердце. – Я этот меч мог одной рукой поднимать, но лишь благодаря той пещере.

С этими словами он упал. Егор бросился к деду, но жизнь его уже покинула. Теперь слова о смерти и нарушенном запрете уже не казались парню шуткой. Их зловещий смысл лежал перед ним. В голове разрастался ворох вопросов, а ответить на них уже некому.

Единственное, что казалось очевидным – поход на запад придется отложить хотя бы на день, чтобы деда похоронить. Утром приятели ушли воевать без него. Они еще не знали, что идти уже поздно.

Раньше король Юрий и родное королевство Чикора держал в кулаке, и соседям спуску не давал. Но, как только он постарел и слег, король Федот из Вангавы поспешил воспользоваться ситуацией. Его армия уже захватила Одандаулу, столицу Чикоры, и уверенно продвигалась с запада в направлении восточных гор Лилак.

С горных склонов прекрасно видно столбы черного дыма, которые поднимались над родной Чикорой. С каждым днем все ближе. Беженцы потеряли всякую надежду вернуться и шли дальше на восток.

Вместе с другими мальчишками из Сосновки Алик бегал на вершину соседнего холма, чтобы забраться на вековой дуб. С него они тоже видели, что черный дым все ближе.

Крестьяне на скорую руку сжали недозревшее зерно, которое даже не обмолотишь. Пусть и придется растирать колючие колоски в ладонях, а хоть какая еда в дальней дороге. Все, кто нашел в себе силы, тоже двинулись на восток. Только старики остались.

Вначале мама Алика следила, чтобы четверо детей держались возле нее, но она держала за руку младшую Аллочку, а другой рукой придерживала тяжелый узел за спиной. Старшие дети тоже несли свои пожитки и колоски.

Усталость и тяжелые мысли взяли свое. Алик еще в предгорьях понемногу отстал сначала от семьи, потом и от односельчан. Он заплакал, но вспомнил мамин наказ: «Если кто потеряется, продолжайте идти на восток со всеми. Со всеми же и назад вернемся».

Он пристроился за другой семьей беженцев, но все и так полуголодные, а впереди – неизвестность. Седая старуха строго велела ему держаться подальше.

Хорошо еще, что мама перед долгой дорогой разделила еду на всех, чтобы не украли. Алик тихонько плакал, но шел вперед, надеясь догнать родных.

Он не знал, что мама свернула на южную дорогу. Те, за кем брел он, шли к своим родственникам на север. Вскоре он и от них отстал, но продолжал идти вперед.

Уже смеркалось, когда Алик вошел в небольшую деревню. Старушка в крайней избушке рубила дрова. Не пудовые колоды, а хворост, но и это ей давалось с трудом.

– Бабушка, пусти переночевать, а я дров нарублю, – предложил Алик.

– Крыши не жалко, а угощать у меня нечем.

– Ничего, лишь бы самому ужином для волков не стать, – махнул рукой мальчишка.

Несмотря на усталость, с хворостом он справился довольно быстро. Сложив дрова, они вошли в избушку. При свете лучины старушка показала на лавку и сказала:

– Можешь спать здесь. Если захочешь затемно уйти, меня разбуди. Я вон на той лавке спать буду.

– Благодарю. А тебе разве на печи не лучше?

– Лучше, да силы уж нет туда забираться.

– Да, сила любому нужна. Вот был бы я сильным, авось помог бы захватчиков остановить, – мечтательно произнес Алик, укладываясь на лавку.

– Мой муж был сильным и храбрым, а уж много лет назад погиб. Сыновья тоже выросли ему под стать. Нарадоваться не могла, но и их война забрала. Уж лучше бы тебе и вовсе не воевать, – грустно пробормотала старушка.

Алик задумался над ее словами и не заметил, как уснул. А она еще долго вспоминала своих соколиков и смахивала слезы.

Утром мальчик вежливо поблагодарил за ночлег и пошел дальше. Погруженный в свои тревоги и сомнения он не заметил, что на этой дороге встречается куда меньше прохожих.

От тяжелых мыслей его отвлекли крики мальчишек, собравшихся в две ватаги на разных берегах широкого ручья. Судя по деревянным вилам и граблям у скошенной травы, они сюда работать пришли.

Алик переправился через ручей вброд, стараясь не замочить котомку с вещами и отощавший мешок с колосками. Он с опаской поглядывал на местных. К его счастью, они спорили между собой. Один сердито крикнул:

– Только попробуйте перейти границу.

– Это же ваши весной границу перешли. Тогда они пятерых наших мужиков убили.

– Наших тоже много погибло, а ведь это ваши в нашем лесу охотились.

– Так ведь на волков, которые нашу деревню разорили.

Алик предпочел уйти поскорее, пока спор в драку не превратился. Чуть дальше у дороги он увидел стайку местных девчонок, которые наблюдали с безопасного расстояния. Он подошел, кивнул через плечо на ручей и сказал, глядя на старшую девчонку:

– Они ведь передерутся, если не остановить. Может, мне взрослых предупредить, когда до деревни дойду?

– Как хочешь, – безразлично сказала та. – У нас всегда так.

– Я из королевства Чикора иду, а они о границе толкуют. Я уже в другом королевстве? – неуверенно спросил Алик.

– Нет, по ручью граница между владениями двух баронов проходит. Они с давних пор друг с другом воюют. Вот мальчишки подрастут и тоже за оружие возьмутся, – ответила девочка.

Алик еще раз глянул на мальчишек и пошел дальше. Вскоре он увидел деревню, а ближе всего оказалась кузница. Оттуда раздавались тяжелые удары по железу. Алик подошел к распахнутой двери. Кузнец глянул на него и, не прекращая стучать, сказал:

– Дать нечего. Проваливай.

– Там ваши мальчишки у ручья с соседскими спорят, – махнул Алик рукой в ту сторону.

– Вот бездельники. Снова от работы отлынивают, – сердито проворчал кузнец и сунул заготовку в печь.

Только теперь Алик увидел, что у кузнеца ниже колена деревяшка привязана. Он постоял в нерешительности, пока хозяин раздувал пламя тяжелыми мехами.

– Ты еще здесь? – сердито спросил тот, повернувшись.

– Я не попрошайка, – гордо ответил Алик. – Я про войну спросить хотел.

– Ну так спрашивай поскорее. Мне работать нужно.

– Неужели недостаточно быть храбрым и сильным, чтобы победить Вангаву?

– Эк, куда хватил. В армии огромная толпа солдат сразу воюет. Я вот сильный и совсем не трус, а ногу на войне потерял. Теперь в сторонке дожидаюсь. Тогда мы победили. Авось и теперь сдюжим.

– Благодарю. Всего доброго, – поклонился Алик и пошел дальше.

Он и раньше слышал о междоусобицах, но происходящее в голове не укладывалось: «Как же так? Если бы те мужики по приказу господ не погибли, они сейчас против настоящих врагов воевали бы».

Война войной, а то, что родных не видно, беспокоило его куда больше. Летом работы в деревне много. Если и удавалось спросить кого встречного, они лишь подтверждали, что каких-то беженцев видели. Оставалось собраться с силами и спешить вперед.

Солнце светило еще высоко, когда мальчишка прошел очередную бедную деревушку и углубился в горный лес. Гора довольно пологая, а идти по извилистой дороге все равно тяжело.

Уже совсем стемнело, а до следующей деревни Алик так и не дошел. Он свернул с дороги в сторону и забрался на старый вяз, чтобы не стать добычей волков. К его радости, там и дупло нашлось. Тесноватое, зато безопасное.

Мальчишка поел мягких зернышек из своих колосков и уже начал дремать, когда услышал голоса. Трое мужиков тоже облюбовали это место, но не полезли на дерево, а развели костер на земле. «Эти тоже прогонят, если слезу. Лучше притаиться», – подумал Алик и снова попытался уснуть. Вдруг он услышал странный разговор.

– В наших лесах спрятаться куда проще, чем горы перейти, – уверенно сказал один.

– Да, зерно скоро поспеет, только и захватчикам это известно. Неужели думаешь, что они оставят его нам? – грустно спросил второй.

– Вот бы пещеру силы найти, раз уж все равно в горы придется лезть, – мечтательно произнес третий.

– Это ведь сказка. Волшебники могут сделать сильнее лишь на время. Кто же сможет то, на что волшебство неспособно? – спросил первый.

– А вдруг там как раз волшебник и помогает? – не сдавался третий.

– Тогда король послал бы солдат, чтобы все стали сильнее. А еще лучше – притащили бы волшебника в его замок.

– Ты, конечно, прав, но как было бы здорово показать храбрость, а в награду стать сильнее навсегда, как в той сказке.

Алик слушал, затаив дыхание. «Если там волшебник, то и я могу стать достаточно сильным, чтобы родную деревню отвоевать. Вот бы попасть в такую пещеру». Он размечтался о том, как спасает свою деревню, да и всю Чикору. Утром, когда он проснулся, мужиков внизу уже и след простыл.

Мальчишка снова двинулся на восток. Дорога постепенно превратилась в тропу, петляющую среди гор. Люди на ней встречались подозрительно редко, но мальчик продолжал идти.

Через неделю Алик оказался на узкой тропе среди крутых гор. Он медленно продвигался вперед, опираясь на короткую палку, вдруг услышал голос:

– Эй, наверху, у тебя веревка есть?

– Есть, только я взрослого не подниму, – ответил Алик.

– Обвяжи вокруг дерева и сбрось другой конец мне. Я сам выберусь, – попросил голос.

Деревья, в основном сосны и ели, здесь росли редко. Мальчишка выбрал дерево поближе к обрыву, а рисковать заглядывать туда не стал. Ему пришлось три раза бросать и доставать веревку, прежде чем она упала возле пострадавшего.

Тот поднялся наверх сам, затем долго отдыхал, а говорил, не умолкая. Он рассказал, что его зовут Егором, а сам он шахтер. Он споткнулся, сорвался с тропы и чудом удержался на узком карнизе.

Егор несколько раз благодарил и повторял, что вполне мог бы распрощаться с жизнью, если бы не Алик. Немного успокоившись, он спросил:

– Ты куда идешь, если не секрет?

– Маму и сестер ищу. Мы от войны на восток бежали, в Фулакесу, а я потерялся.

– В чужой стране и прожить труднее, а бродить своих искать можно годами, – задумчиво произнес Егор, заметил слезы на глазах мальчишки и тут же добавил: – Не плачь. Есть способ получше.

– Какой способ? – с надеждой посмотрел на него Алик.

– Известно какой. Захватчиков победить. Тогда все беженцы домой вернутся. Твои родные – тоже. Дома с ними и встретишься.

– Так-то оно так, но кто же их победит? Вот если бы пещера силы на самом деле существовала, – грустно пробормотал мальчишка.

Егор несколько опешил, услышав о пещере. Это же не просто секрет. Но Алик сидел перед ним вполне живой. Парень чуть не решился признаться, что он как раз эту пещеру разыскивает, но сдержался. Вместо этого он сказал:

– Хочешь пойти со мной?

– А ты знаешь дорогу в Фулакесу?

– Не совсем, но я в ту сторону иду, – с хитрым блеском в глазах махнул Егор в сторону заснеженных вершин. – Я простой рудокоп. Воевать не умею, а за горами авось учителя найду.

Алик согласился и признался, что у него уже мало колосков осталось, а сухари он на черный день бережет. Егор лишь рукой махнул. После небольшого отдыха они двинулись дальше.

Оказалось, что путешествовать с Егором не только безопаснее, но и куда сытнее. У него запас сухарей тоже невелик, зато своей палкой он ловко попадал по ящерицам и вполне умело жарил их у костра.

Алик не раз с любопытством поглядывал на большой и явно тяжелый сверток, который спутник нес на спине, но боялся, что Егор прогонит, если расспрашивать. Вдруг пасмурным утром через два дня после встречи Егор сам развернул свой сверток.

Внутри оказались короткий толстый меч и три факела. Парень взял факелы и веревку, снова завернул меч в полотно, окинул взглядом окружающие горы и сказал:

– Я в пещеру схожу. Меч никому не показывай, чтобы не украли. Костер поддерживай.

– Может, лучше в пещере костер развести, а то вдруг снова дождь неожиданно пойдет? – спросил мальчишка, всматриваясь в небо.

– Только не в той, – резко возразил Егор и спокойнее добавил: – Видал, как дым понизу стелется? На просторе это не страшно, а в пещере вполне задохнуться можно.

Алик собирал хворост и снова боролся с любопытством. Они ведь прошли несколько пещер, в одной даже ночевали. «Эта совсем маленькая. Что же в ней такого особенного?» – думал он.

Уже и куча хвороста у костра выросла, и проголодаться Алик успел, а попутчик все не возвращался. «А что, если он снова свалился куда-то и не может выбраться? Нет, скорее уж застрял. Он ведь в два раза шире меня, а пещера узкая», – подумал мальчишка.

Он взял веревку, сунул за пазуху крохотный узелок оставшихся сухарей и пошел в пещеру. Точнее, полез на четвереньках. Без факела там совсем темно. «Егор, ты живой?» – крикнул он и замер, но ответа не услышал. Ощупывая пол и стены пещеры, Алик полез дальше.

Страшно в темноте, да и самому можно свалиться куда-нибудь. Несмотря на это, тревога за судьбу приятеля толкала вперед.

Иногда он снова останавливался, звал Егора и чиркал огнивом, чтобы хоть искрами немного осветить пещеру. Вскоре проход стал шире и выше, но мальчик все равно шел вдоль стены, чтобы вдоль нее же возвращаться назад.

Трудно сказать, сколько именно, а ему казалось, что шел и звал очень долго. Егор все не отвечал. Вдруг Алик услышал незнакомый сердитый голос:

– Зачем ты сюда пришел?

– Доброго вам здоровья, господин, – на всякий случай поклонился мальчишка. – Я попутчика ищу. Он сюда давно вошел. Вы его не встречали?

– Здесь каждый должен сам испытание пройти, без посторонней помощи.

– Испытание? – удивился Алик. – Неужели это и есть пещера силы из сказок?

– Какой силы ты ищешь? – раздалось вместо ответа.

Алик чуть не попросил сделать его сильным воином, но тут ему почему-то вспомнились та старушка, что потеряла всех на войне, одноногий кузнец, отец и братья, которые обещали вернуться. Он решительно заявил:

– Я хочу, чтобы наступил мир.

– Этого я дать не могу, – ответил голос после небольшой паузы и совсем не сердито. – Люди часто ссорятся, а ссоры превращаются в войны.

– Неужели даже волшебник не может сделать людей добрыми?

– Я могу сделать тебя волшебником или силачом. Сам убедишься, сколько труда и терпения нужно, чтобы хотя бы ты сам оставался добрым.

– Тогда лучше волшебником. Я готов пройти испытание.

– Иди за светлячком. Справишься или нет, больше сюда не приходи и никому не рассказывай об этой пещере, иначе умрешь, – сказал голос так строго, что у Алика мороз пробежал по спине.

И правда, впереди зажегся бледно-зеленый свет светлячка. Мальчик поспешил за ним. Буквально шагов через двадцать его ждало первое испытание – узкий каменный уступ над черной пропастью. Хотя здесь все казалось черным. «Ничего, мне уже приходилось над пропастью ходить», – успокаивал себя Алик и осторожно ступил на уступ.

Однако еще шагов через двадцать уступ закончился, а светлячок полетел куда-то вниз. «Я должен прыгнуть в пропасть?» – неуверенно спросил мальчик, но ответа не последовало. Только шум быстрой воды долетал снизу.

Без светлячка все вокруг окутала тьма. «В нашу речку с дерева прыгал. Авось и тут достаточно глубоко», – подумал Алик, собрался с духом, закрыл глаза и прыгнул вниз. Полет продолжался недолго. Будущий волшебник оказался с головой под водой. Холодная, как зимой.

Алик вынырнул, открыл глаза и увидел впереди слабый свет. С каждой секундой свет становился все сильнее. Быстрый поток вынес мальчишку в другой зал, где ноги достали до дна, а на берегу горел огонь. «Надеюсь, я справился», – подумал он, огляделся и понял, насколько ошибся.

Светлячок покружил перед носом и полетел прямо в огонь, который, казалось, вырывался прямо из пола пещеры. «Другого выхода не видно. Похоже, и мне нужно сквозь огонь», – подумал мальчик, еще раз окинув взглядом небольшое подземное озерцо, из которого только что выбрался.

Они в деревне иногда через костер прыгали. На лугу не так уж важно, где именно приземлиться, лишь бы за костром. Здесь же выхода совсем не видно за пламенем. Осталось надеяться, что нужно бежать посредине, где светлячок пролетел.

Хотелось бы обсохнуть или хотя бы согреться, но упускать светлячка нельзя. Алик выставил вперед одну руку, другой прикрыл глаза, задержал дыхание, разогнался и прыгнул. «Получилось!» – обрадовался мальчишка, оказавшись в широком извилистом коридоре по ту сторону пламени.

Согреться и здесь не удалось. Светлячок летал чуть дальше. Алик поспешил за ним по коридору, но тут его ждало еще одно испытание. Светлячок взмыл вверх, а мальчишке пришлось карабкаться по отвесной стене, покрытой трещинами и узкими выступами.

Все бы ничего, но сюда свет из пройденного зала не достигал, а светлячок улетел наверх. Дрожа от холода, Алик поднимался на ощупь очень долго и осторожно. Выбравшись наверх, он попал в целый лабиринт ходов, но плутать не пришлось. Здесь светлячок летел совсем рядом. Так вместе они из пещеры и выбрались.

Мальчик долго жмурился, пока глаза не привыкли к дневному свету. Никаких сомнений. Он стоял у того самого входа в пещеру. «Егор еще не вернулся. Он наверняка силачом решил стать. Возможно, у него испытания посложнее моих. Расспрошу, когда вернется. Ой, мне же вообще нельзя говорить, что я туда ходил», – думал Алик, торопливо возвращаясь к своим вещам.

Костер почти погас, а меч Егора и прочие вещи лежали нетронутые. Холодный ветерок, который до входа в пещеру казался приятным, теперь пронимал насквозь, заставляя думать лишь о том, как бы побыстрее согреться.

Алик раздул пламя, подбросил побольше дров и сел поближе, чтобы высушить одежду и вообще согреться после холодной пещеры. Спохватившись, он осторожно разложил раскисшие сухари у костра на камнях.

Пораскинув мозгами, мальчишка решил еще хвороста собрать. Что-то подсказывало ему, что Егор, даже если не промокнет, устанет куда сильнее. Сегодня наверняка предпочтет отдохнуть до вечера.

Он почти угадал. Егор вернулся уже затемно и вообще без факелов. Судя по грязной и разорванной во многих местах одежде, ему пришлось несладко. Он лишь спросил, не видел ли Алик людей, перекусил сухарями и сразу завалился спать.

Глава 2. Нужен учитель

Беженцы пересекли горы Лилак в начале августа, когда крестьяне королевства Фулакеса собирали урожай. С последнего перевала дыма пожарищ на западе совсем не видно, а на востоке жизнь казалась мирной и безмятежной.

Не так уж сложно найти работу, когда страда в самом разгаре. Это для опытных работников. Двум парням пришлось посложнее. Один силен, но ничего не смыслит в крестьянской работе. Другой все знает, но маленький и слабый. Егор с Аликом едва уговорили зажиточного крестьянина взять их на неделю, а заплатить зерном.

Хозяин не прогадал. Он поручил Алику серпом поработать, а Егору – зерно молотить. Один старался изо всех сил, чтобы не отстать от хозяйских детей. Другой сдерживал силу, чтобы цеп не сломать. Постепенно приноровились.

Поле убрали быстро. Получив плату, беженцы поблагодарили хозяина и двинулись дальше.

Большую крепость Милири они еще с перевала видели. Туда и направились. До нее оставалось еще дня два топать, когда они подошли к небольшому замку. По дороге им навстречу гордо проезжали верхом парень и девушка. Судя по красивым нарядам и отсутствию поклажи, местные дворяне.

Путники на всякий случай отошли на обочину и поклонились. Девушка остановила лошадь немного не доезжая до них и гордо сказала:

– Поднимите головы. Кто вы такие и откуда?

– Беженцы, госпожа. Из Чикоры идем, – ответил Егор, махнув рукой в сторону гор.

– Напрямую по горным тропам? Что же там происходит, что вы по дороге не пошли?

– Когда мы уходили, армия Вангавы уже к предгорьям добралась.

– Чем думаете у нас зарабатывать?

– Я сильный. Хочу учителя найти, чтобы ратному делу обучил.

– А я сначала пойду маму в крепости искать. Потом вместе наймемся куда-нибудь, – добавил Алик.

– Яков, ты ведь хотел сильного противника для подготовки к турниру. Этот подойдет? – повернулась девушка к попутчику.

– Да кто ж его знает, – сдвинул плечами Яков, скептически осматривая бедняка. – Двое прошлых тоже себя силачами звали.

– Так это легко проверить, если позволите, – улыбнулся Егор.

Не дожидаясь ответа, он отошел от дороги, выбрал камень с ведро размером, поднял над головой и отбросил шагов на пять в сторону. «Плату будешь получать, как прочие стражники, а называться моим оруженосцем. Тренироваться со мной будешь, сколько я захочу. Не справишься – выгоню», – сказал молодой господин и повернул к замку. Сестра последовала за ним. Егор повернулся к попутчику и сказал:

– Прощай. Удачи в поисках семьи.

– И тебе удачи. Прощай, – серьезно ответил Алик.

Не оглядываясь, Егор побежал догонять господ.

Алик снова шел один, а ночевать предпочитал на деревьях. Питался он честно заработанным зерном. Так сырое и жевал, а для этого костер не нужен. Грязный оборванный мальчишка шел через деревни и читал в молчаливых взглядах лишь одно: «Своих забот полно. Иди себе дальше».

Через два дня он добрался до крепости Милири. За долгую дорогу он повидал множество замков, которые казались ему большими. Даже по сравнению с ними крепость выглядела просто огромной. Стояла она на высокой, хоть и не слишком крутой горе над довольно широкой рекой, стекавшей с гор.

Скучно шагать одному и не так безопасно, как с Егором, но сейчас Алик радовался, что остался один. Не придется объяснять приятелю, почему он задумал в волшебники податься.