Забыть всё, кроме друзей

Глава 1

Московский студент-художник Василий проснулся от холода. Вместо теплого одеяла рука нащупала холодную мокрую траву и он сразу сел на кровати. Хотя нет. Это была совсем не кровать, а твердая земля. «Где я? Что случилось?» – были его первые мысли.

Он постарался осторожно оглядеться. Светало. Сквозь легкий туман со всех сторон можно было увидеть только темные кусты и стволы деревьев. Как раз под одним из них он и сидел. Рубаха и штаны не очень защищали от утренней прохлады. Какая-то накидка, то ли сшитая, то ли сплетенная из травы, была единственной теплой вещью.

Он с надеждой протянул руку к остаткам костра и почувствовал слабое тепло. К счастью, кто-то подготовил рядом кучку дров и сухой коры. Василий разворошил угли, покрошил на них кору и начал раздувать костер. После долгих усилий огонь появился. У костра сразу стало теплее.

Василий уже спокойнее осмотрелся и вдруг увидел рядом в траве хвост в желтую и оранжевую полоску. «Тигр», – со страхом подумал он, медленно взял из костра по горящей палке в каждую руку и оглянулся. Сзади был только толстый ствол дерева. Он оглянулся в другую сторону – та же картина. Он медленно встал и повернулся. Хвост мягко обвился вокруг ног, но тигра нигде не было.

Не веря в свою догадку, Василий переложил палку из левой руки в правую и осторожно ощупал спину. Затем он медленно опустил руку вниз и в отчаянии сел снова на землю. Никаких сомнений. Это был его хвост. Он бросил палки назад в костер и схватился руками за голову. Он сразу почувствовал, что что-то не так, но из-за шока не сразу понял, что именно: «У меня и уши не там и не такие, как раньше!»

Парень долго сидел неподвижно, не отваживаясь ощупать лицо. Наконец, решился. Медленно провел руками сверху вниз и облегченно вздохнул. С лицом сюрпризов не было.

«Итак, я в странном месте и в странном виде. Это должно быть сном», – решил Василий и ущипнул себя за руку. «Больно, значит, не сон. А что же тогда делать?» Ответ пришел неожиданно быстро. В костре мелкие ветки уже прогорели, остались только небольшие язычки пламени. «Надо срочно собрать дров, пока огонь не потух», – решил он.

Парень принялся шарить вокруг в поисках хоть каких-то веток. Уходить далеко от костра он не то, чтобы очень боялся, а остаться в холоде без огня не хотелось. Он долго возился, пока насобирал охапку хвороста. Пришлось снова раздувать пламя. Стало теплее да и в лесу уже посветлело.

Василий устроился поудобнее и подумал: «Теперь можно спокойно разобраться, в чем тут дело. Точно помню, что вчера лег поздно, но в свою кровать. Может, сестра решила разыграть, прицепив мне уши и хвост из своего костюма?» Он еще раз осторожно пощупал и подергал уши. «Даже если они приклеены, мои собственные она спрятать не смогла бы. Значит, настоящие, – грустно решил он. – А если так, то все остальное – тоже. Надо бы найти еду».

Подул легкий ветерок и быстро развеял туман. Василий еще раз внимательно осмотрелся. Только теперь он заметил на земле у дерева сумку из грубого полотна, лук и стрелы. В сумке было только два камня. По-видимому, именно ими развели костер. Еще небольшой нож с деревянной ручкой был закреплен на поясе. Ни еды, ни воды поблизости видно не было. Вокруг валялось много желудей, но без тумана Василий и так увидел, что сидит под могучим дубом. «Был бы я кабаном, уже наелся бы», – подумал он и усмехнулся, представив эту картину.

Он обошел вокруг дуба. Тропинок нигде не было. Чтобы решить, куда идти, оставалось лишь сбросить теплую травяную накидку и залезть на дерево. Дуб вырос очень высоким. Парню пришлось пару раз отдыхать, пока он добрался почти до вершины. Отсюда открывался чудесный вид на зеленые лесные просторы, которые ранняя осень лишь кое-где разукрасила бурыми и желтыми красками. Солнце только поднялось над горизонтом. По небу плыли редкие облака всевозможных оттенков желтого и сизого.

Художник невольно залюбовался пейзажем, но голод быстро напомнил, зачем он здесь. Ни дорог, ни жилья, ни края этого леса, ни съедобных плодов он не заметил. Он еще раз все осмотрел, пытаясь выбрать, куда же податься. И тут его осенило: «Лес дома за окном уже почти весь пожелтел, некоторые деревья вообще без листьев стоят, а здесь это только начинается. Выходит, я намного южнее Москвы». Это открытие заставило его всматриваться вдаль еще внимательнее.

Наконец, где-то далеко на западе появилась тонкая струйка дыма и тут же развеялась ветром. «Не знаю, смогу ли я найти запад внизу, но я в этом лесу не один», – подумал Василий и начал осторожно спускаться вниз. Это было легче, чем подниматься, но отдыхать все равно пришлось.

Он снова закутался в накидку и сел у костра. Чуть позже он легко нашел восток по блеску Солнца среди листьев. «Это тело не мое, так что я не знаю, принадлежат ли ему эти вещи, но не похоже, чтобы здесь ночевал кто-то еще», – задумался парень на мгновение, а затем решительно разгреб опавшие листья и палкой процарапал на земле большую стрелку на запад. Получившейся землей он засыпал костер. «Если это чужие вещи, хозяин меня по стрелке и следам найдет, если уж он охотник», – подумал Василий. Травяная накидка легко порвалась бы о ветки по дороге, поэтому он аккуратно смотал ее и сложил в сумку, еще раз осмотрел место ночевки, чтобы ничего не забыть, и поспешил на запад.

Кроны были не слишком густыми. Василий по солнечным лучам легко находил, куда надо идти, а вот как туда пройти – это уже посложнее. У него сразу же промокла одежда из-за росы, а идти приходилось напролом. Хотя подлесок был совсем не густой, идти без тропы было неудобно.

Пару раз споткнувшись, путешественник понял, что с палкой идти будет легче. Все, которые валялись под ногами, были кривые, короткие или прелые. Пришлось постараться, чтобы вырезать ножом достаточно толстую и длинную ветку какого-то кустарника. С палкой парень не стал меньше спотыкаться, но ни разу не упал.

По дороге Василий встречал много грибных мест, вот только ни одни из этих грибов не были похожи на те, которые продают в супермаркете. Зато он хорошо знал, что многие ядовитые грибы очень похожи на съедобные. «Жаль, что в деревне у бабушки так и не научился съедобные от ядовитых отличать», – подумал он на очередной грибной поляне. Невольно вспомнилось, как они с бабушкой и сестрой ходили по грибы прошлым летом, как бабушка подшучивала, что найденные им большие красивые грибы можно попробовать только раз в жизни.

Наконец путешественнику повезло. Он вышел на малиновую поляну. Большая часть ягод уже высохла или их съели животные, но для голодного и горсть сушеных ягод – большая радость. Попался даже с десяток запоздалых сочных ягодок, а немного сушеных он положил в карман про запас.

Солнце поднялось довольно высоко, роса осталась только в густых местах, а до цели было еще далеко. Василий пошел дальше и прямо за малинником наткнулся на тропу. Она вела чуть в сторону, примерно на юго-запад, но идти по тропе намного быстрее. Парень почти не сомневаясь пошел по ней, надеясь выйти к людям. Если бы он умел читать следы, то знал бы, что это – звериная тропа. Но он этого не умел, хотя в настоящем лесу был не впервые.

У бабушкиной деревни лес был березовым. Он выглядел совсем по-другому – светлый, весь в тропинках. До лесопарка за Пятницким шоссе от дома было вообще рукой подать, но они с сестрой для пробежки выбрали не его, а просто бегали по удобным дорожкам вокруг собственного квартала. Конечно, Василий не раз ездил рисовать лесные пейзажи, но обычно располагался возле автобусной остановки или хотя бы у дороги.

Тропа свернула на юг на поляну с густым зарослями папоротника. Парень остановился, сомневаясь, идти дальше на запад или по тропе на юг. Из сказок-то он знал, что тропы в лесу не такие ровные, как хотелось бы, но это немного сбивало с толку. Он сделал пару шагов в папоротник и отодвинул палкой листья. Тропа почему-то была еле заметна. «Без тропинки все равно заблужусь. Уж лучше идти на запад, как задумал», – решил он и пошел дальше на запад по бездорожью.

Василий очень устал. «Полдня по лесу на голодный желудок это тебе не три круга по ровным тротуарам вокруг квартала», – подумал он и присел отдохнуть на живописный ковер разноцветных кленовых листьев. Вверху картина тоже была очень красивой. Могучие ветки старого клена только начали терять листья. На фоне ясного голубого неба они выглядели очень здорово. «Вот бы сфотографировать, – подумал художник, – такое и для конкурса можно нарисовать».

И тут неожиданно в его голову пришла мысль, от которой похолодела спина: «Кто сказал, что люди будут дружелюбны ко мне? Даже если каким-то чудом я знаю их язык, меня вполне могут в клетку посадить и в зоопарк отдать или еще куда похуже». Надо было что-то срочно придумать. «Хвост можно под одеждой спрятать, а для ушей надо из чего-то шапку сделать и побыстрее», – решил он.

Из всего, что встречалось в этом лесу, папоротник подходил лучше всего. Василий встал и пошел на запад. Скоро он набрел на небольшие заросли папоротника. Шляпа или нет, а веник, который у него получился, вполне неплохо скрывал уши, только за ветки цеплялся и постоянно падал. Пришлось нести его в руке.

После долгого перехода Василию повезло еще раз. Он увидел впереди на земле небольшие гнилые яблоки, а вверху на ветках краснели хорошие. Вот только яблоня росла в тени и ее тонкий ствол сильно вытянулся вверх, а внизу веток не было. Залезть без сноровки нельзя и палкой сбить вряд ли получится, зато можно потрясти. Голодный путешественник крепко ухватился за ствол и тряхнул дерево изо всех сил. Штук пять яблок сорвались с веток и упали вниз.

За кустом раздалось приглушенное: «Ай», – и шипение. Поднялось облако дыма, а затем раздался грозный бас: «Кто здесь?». Василий не успел обрадоваться тому, что добыл еду и понимает местный язык. Он быстро надел свою шапку и громко ответил:

– Извините, я вас не заметил.

– Иди сюда. Полюбуйся, что натворил, – уже спокойнее, но еще недовольно ответил тот же бас.

Василий на ходу подобрал с земли добытое яблоко и зашел за куст. Сначала он не понял, что именно здесь происходит. Через мгновение из-за облака дыма появилась фигура мужика с котелком. В котелке лежало что-то странное, отдаленно напоминающее птицу.

Богатырская фигура и начавшие седеть волосы, кожаная куртка и добротные сапоги, лук и стрелы намного лучше и красивее, чем у Василия. Шляпа попроще, но тоже не нищая. Это был явно успешный опытный охотник. Он подошел поближе и протянул котелок парню:

– Вот. Твое яблоко о край котелка так ударило, что и утка, и большая часть супа в костер вылилась. О том, которое на ногу упало, я уж промолчу.

– Извините, я же не специально. У меня немного сушеной малины есть и вот яблоко только что подобрал. Больше еды нет. Еще грибы видел неподалеку, но я в них не разбираюсь.

– Спасибо, яблок мне на сегодня хватит, а грибы я не ем после того, как чуть не отравился ими. Ты же вроде бы охотник. Следы какие свежие видел по дороге?

– Птица наверняка съедобная, если подгоревшее обрезать. Животных не видел, а в следах я не разбираюсь, – ответил Василий, не отводя голодного взгляда от котелка.

– Чего же тебя в лес понесло, если ни в чем не разбираешься? – строго спросил охотник.

– Так вышло. Позвольте узнать, где вы воду для супа взяли?

– Как-то ты слишком странно выражаешься для бедного охотника. Ты вообще кто?

– Василий.

– Чем на жизнь зарабатываешь, кроме охоты на яблоки?

– Вот, пытаюсь охотником стать, – решил не говорить лишнего парень, – только за день не то что дичи, даже ручья попить не нашел.

– Сам откуда будешь? – спросил охотник и с сожалением отставил котелок в сторону.

– С востока. Утром с дерева дымок на западе увидел, вот сюда и пришел. Думал, здесь деревня.

– Я утром костра не разводил, но это не важно. Ручей в той стороне, – показал охотник, – тут рядом.

– Спасибо.

Василий поспешил к воде, придерживая шапку рукой. Ручей оказался очень близко, но почти скрыт густой травой и кустарником. Если бы не палка, парень легко мог в него угодить. Вода там текла не очень быстро и была холодной, зато берег совсем невысокий. Достаточно было присесть, чтобы напиться. «Вода, конечно, не кипяченая, но кипятить все равно негде. Не просить же котелок у сердитого охотника», – подумал Василий.

Утолив жажду, парень раздвинул траву и внимательно всмотрелся в ручей, затем достал лук и стрелу. Он прицелился и выстрелил в воду. В рыбу не попал, зато едва не свалился в ручей, пытаясь выловить стрелу, которую чуть не унесло течение. Василий немного подумал, срезал кору у ближайшей ветки прибрежного кустарника и привязал стрелу к своей палке. Получившимся копьем он долго тыкал в воду, пока наконец попал в довольно крупную рыбу.

Охотник сидел у своего костра, пытаясь пообедать подгоревшей уткой без супа. Треск кустов приблизился и из них появилось сначала довольное лицо парня, а затем он пошел к чужому костру, как к себе домой. Он гордо заявил прямо из кустов, помахивая рыбой на копье:

– Вот моя добыча. Если не возражаете, я за водой схожу и уху можем сварить. Если мало, могу еще поймать, наверное.

– Таких еще штуки две и уха будет знатная, – согласился охотник, смерив орудие придирчивым взглядом.

Ответа не последовало. Парень испуганно замер на месте с широко раскрытыми глазами, как будто волка увидел. Охотник осторожно взял свой лук и оглянулся, но позади никого не было. Все еще не выпуская лук из рук, он тихо спросил:

– Ты чего там увидел?

– Ваши уши, – так же тихо ответил тот.

– Мои? А что с ними не так? – успокоился охотник и отложил лук в сторону.

– Выходит, я не один такой, – и парень снял свою папоротниковую шапку. – А хвост у вас тоже есть, как у меня? – вынул он хвост из-под рубахи.

– Ты серьезно?

– Если бы это было игрой, то или сразу, или после выполнения первого задания вы бы мне рассказали, кто здесь главный злодей, как его победить и где найти волшебника, чтобы вернул меня домой.

– Ты с дуба не падал случайно?

– Нет. Я очень осторожно с него слезал. А что, он волшебный?

– Пойдем к ручью вместе. Я погляжу, как ты рыбу ловишь, а ты все мне расскажешь, – поднялся охотник, подхватил колчан, котелок и пошел к парню.

– Хорошо. Зовут меня Василий. Я живу в большом городе и учусь на художника. Утром проснулся здесь в таком виде, а вчера все было нормально. И хвоста не было, и уши нормальные, человеческие. По большому счету я вообще первый раз в таком густом лесу.

– Ты хочешь сказать, что вчера был бесхвостым человеком? – остановился охотник у ручья, осматривая окрестности в поисках дичи.

– Не только вчера, а всю жизнь. Для развлечения, конечно, можно прицепить хвост и уши, а по-настоящему таких существ, как мы с вами, там вообще не бывает. Я даже не знаю, как вас, то есть нас, правильно называть.

– Меня зовут барс Борис. А ты ни с каким волшебником перед этим не ссорился?

– Их у нас тоже не бывает. Только в играх или сказках, – грустно признался Василий. – Скажите, у меня имя нормальное для этого места?

– Нормальное, но маловат ты для него. В деревне котом Васькой называли бы или Рыжиком, поскольку ты – рыжий кот.

– Мне такое имя не очень нравится. В детстве часто дразнили. Уж лучше Рыжик.

Они подошли к ручью и парень показал, как охотится на рыбу с копьем. Не очень успешно, но еще три рыбы поймать смог, пока барс ему рассказал, что это за место. Василий очень огорчился, когда охотник подтвердил его догадку, что это не розыгрыш, а он не просто южнее Москвы. Это вообще другой мир.

Они сейчас в королевстве зверолюдей Кенрадия, хотя иногда здесь и птицелюди встречаются. Весь мир состоит из множества островов. На севере живут бесхвостые люди, на юге – ящеролюди и змеелюди. У каждого из народов много королевств, которые иногда воюют между собой. Язык у всех один. От бесхвостых людей остальные отличаются только хвостами и ушами. Каждый народ считает себя лучше других, но это не мешает им общаться и торговать, когда войны нет.

Василий не перебивал и не задавал вопросов, пытаясь поверить в услышанное. На обратном пути они молчали. Борис спросил, когда они вернулись на поляну:

– Рыжик, ты уху варить умеешь?

– А что там уметь? Только рыбу почистить и варить, пока мягкой не станет. На столе я справился бы, а здесь как ее чистят? – спросил парень.

– Ладно, ты ловил, а я почищу, пока вода закипит, – согласился Борис.

– Я помогу, только покажите, как, – он взял одну из рыбешек. – Вы ничего не рассказали о волшебниках. Я правильно понял, что они здесь есть?

– Есть, но их мало и с ними лучше не связываться.

– Так ведь другого способа вернуться домой у меня нет. Был бы я из другого королевства – можно и пешком, а в другой мир без волшебника никак не попадешь.

– Слишком много ты о волшебниках знаешь для того, кто слышал о них только из сказок. Ты меня, часом, не разыгрываешь?

– Любой вписанный в окружность треугольник, одна из сторон которого – диаметр, будет прямоугольным.

– Это что за заклинание? – недоверчиво посмотрел на него Борис и как-то напрягся, даже рыбу чистить перестал.

– Это не заклинание, а теорема из геометрии. Я много таких знаю.

– И зачем они тебе? – снова расслабился охотник и вернулся к работе.

– Мне для тренировки ума, а вообще строители, инженеры, программисты и многие другие специалисты их используют, чтобы что-то рассчитать или измерить.

– Тогда, может, ты на строителя учился, а не на охотника?

– Тогда как вам это, – Рыжик продекламировал отрывок стихотворения на английском.

– И это тоже не заклинание? – на этот раз Борис выглядел поспокойнее.

– Нет, это просто язык другой страны. В нашем мире много стран и у большинства языки разные.

– Как же вы торгуете?

– Кто-то сам учит, другие нанимают тех, кто язык знает.

– Ладно. Будем считать, что я тебе поверил. Сейчас поедим и пойдем волшебника искать.

Василий поблагодарил и надолго замолчал, чтобы вдруг не разозлить охотника. Пока уха варилась, он собрал на земле все яблоки, которые были не совсем испорченными. Он сразу принялся обрезать те, что похуже, и складывать на широкий лист лопуха.

– Доставай ложку. Уха готова, – объявил Борис.

– А у меня нет ни ложки, ни тарелки. Положите мне немного рыбы на вот этот лист лопуха. Я и так справлюсь.

– Полагаю, что и воды тебе некуда набрать?

– Вы правы, но до вечера мне и яблок хватит, если другого ручья не найдем.

Барс лишь покачал головой, выложил половину рыбы парню, а себе взял оставшееся вместе с котелком.

После еды они быстро собрались, засыпали костер землей и пошли на запад. Это Василий сразу понял по тому, что полуденное Солнце светило слева. Тропинок здесь вроде бы и не было, а дорогу Борис выбирал намного удобнее, чем та, по которой утром шел Василий. Они шли не по прямой, а все же очень быстро.

Неожиданно Борис объявил привал, но вместо отдыха подошел к липе и с помощью большого ножа легко отрубил сухую нижнюю ветку. Он протянул ее парню:

– Не дело это, без ложки ходить. Отрежь с полметра, пока отдыхаешь.

– Полметра на ложку? – неуверенно переспросил Василий.

– Ты отрезай, а я на следующем привале расскажу, что дальше делать.

Все оказалось очень просто. Это была заготовка сразу на три ложки. Во время следующего отдыха Борис объяснил, как вырезать ложку. По дороге он смог подстрелить дикого голубя, так что для ужина осталось только до воды дойти и ложку доделать. У липы древесина мягкая. Василий справился не идеально, но достаточно хорошо, чтобы лечь спать с полным животом.

В ручье, у которого они остановились, рыбы водилось тоже немало. Утром Василий поймал четыре штуки и они продолжили путешествие сытыми. На привалах он делал следующую ложку, а Борис рассказывал ему о жизни в стране и особенно в лесу. На обед ни дичи, ни рыбы они не нашли. Пришлось довольствоваться оставшимися яблоками.

Василий загрустил, но охотник продолжал уверенно шагать вперед. Чуть позже они вышли к зарослям голубики, где было очень много ягод и птиц, которые ими лакомились. Жаль, что ягоды слишком нежные, зато их собирать впрок не пришлось. Заросли тянулись очень далеко, а в них Борису удалось подстрелить двух фазанов.

Путешествие длилось пять дней. За это время Василий научился определять стороны света по местным приметам, разводить огонь с помощью тех двух камней, которые были в сумке, и стрелять из лука. Правда, попасть в ствол толстого дерева он мог лишь с десяти шагов, но надо же с чего-то начинать.

Еще парень узнал, что в этом лесу водится много опасных животных, волки в том числе. Только по счастливой случайности Василий до сих пор с ними не повстречался.

На шестой день путники нашли тропу с людскими следами и по ней вышли в деревню. Небольшие поля, окруженные густым лесом, стояли пустыми. В деревне вдоль одной дороги стоял всего десяток избушек с соломенными крышами, зато одна крайняя выделялась размерами. Вряд ли стоит называть ее теремом из-за того, что она в два этажа и стены раза в три длиннее, чем у остальных, но у путешественников не было сомнений, что им надо именно туда.

Борис постучал в дверь. Ему открыл полный седой старик. Гости вежливо поздоровались и остались стоять на крыльце. Похоже, и хозяин, и гость был не рады встрече. Старик смерил обоих долгим взглядом, сухо поздоровался и все же пригласил их в дом.

– Не буду говорить, что рад видеть тебя, Борис. Если уж пришел, видно, дело важное. Рассказывай.

– Твоя правда, Федор. Не по своей воле я тут, да больше обратиться не к кому. Вот этому котенку помощь волшебника нужна, – начал барс. – Если не делом, то хотя бы советом поможешь. Говорит, что бесхвостый человек, а к нам из другого мира попал.

– Зовут тебя как? – обратился старик к парню.

– Здесь Борис Рыжиком зовет, а дома Василий.

– А почему здесь не Васькой?

– Я ведь человек, а полностью Кот Василий Иванович. Вот ребята и дразнятся котом Васькой, – неохотно пояснил он.

– Ладно, пусть будет Рыжик. Рассказывай, что знаешь и умеешь. Не спеша, со всеми подробностями.

– С подробностями слишком долго выйдет. Одиннадцать лет в школе несколько десятков предметов учили, потом первый курс института и вот только перешел на второй. Из наших предметов здесь даже биология с географией не очень пригодятся. Вообще я на художника учусь, чтобы компьютерные игры делать, но у вас такого тоже нет. Геометрию люблю, но у вас избы на глаз строят. Вряд ли такие знания вам нужны.

– Он еще на странном языке говорить может, – добавил Борис.

– Думаю, его здесь вряд ли кто-то знает, – развел руками Василий, но продекламировал тот же отрывок стихотворения на английском.

– Посмотри внимательно в зеркало. У себя дома ты похоже выглядел? – хозяин подвел его к маленькому старому зеркалу из начищенного до блеска куска меди.

– Если отбросить уши и хвост, почти так же. Только здесь мышцы посильнее и руки погрубее.

– Вот как… – задумчиво пробормотал старик и затих на время, а затем спросил: – военные навыки какие-то есть? Может, оружием каким пользоваться умеешь, пробраться куда-то тайком или еще что-то подобное?

– Только в компьютерных играх. Сам я в спорте не очень, только бегаю немного по утрам.

– Что именно ты в этих играх делаешь? Только объясни так, чтобы мы поняли, не зная правил игры, – настаивал хозяин все решительнее.

Парень огляделся в безнадежной попытке найти здесь что-то, похожее на компьютер. Даже в этой богатой избе маленькие окна были закрыты слюдой. Об электричестве и речи нет. И все же глаз художника нашел аналогию. Он положил табурет на стол, взял в руку ложку и объяснил:

– Представьте, что на этом табурете нарисованы маленькие человечки, а движением ложки я могу управлять одним из них. Другие люди управляют другими. Рисунки дерутся, погибают и появляются заново, а для людей это безопасно. Иногда один человек управляет сразу несколькими рисунками, как армиями. Тот, кто точнее и умнее управляет своим рисунком, выигрывает.

– А ты говорил, что у вас волшебства нет, – напомнил Борис.

– Это не волшебство. Это больше похоже на игру света и тени на земле в лесу, только намного сложнее, – попытался найти Василий объяснение, более близкое охотнику.

– Другими словами, это учит не воевать, а командовать воинами? – переспросил хозяин.

– Пожалуй, вы правы. Простите, мне вас тоже Федором называть?

– Да. Я так увлекся, что не представился. Филин Федор, бывший главный придворный волшебник Кенрадии.

– Ого! Очень приятно. Так вы можете отправить меня домой или хотя бы сказать, как туда попасть?

– Отправить не могу, а прежде чем что-то советовать, мне подумать надо. Предположим, мы с Борисом заперлись в этой избе, а ты снаружи и все деревенские – твоя армия. Как будешь побеждать, если можно использовать все остальное, что есть в деревне?