Сбежавшая Катарина

ГЛАВА 1

Стрела пролетела мимо девушки и вонзилась в дерево. Кэт только услышала пронзительный свист над головой в ночном воздухе. «Промахнулся!» – девушка облегченно вздохнула.

Чтобы попасть в этот сад, она проделала нелегкий путь через колючую живую изгородь, поцарапав руки и исколов ноги. И к тому же порвала платье, купленное ей мачехой. Хоть оно и было дешевым, и не соответствовало статусу графини, но другого ей никто не купит. Ванесса не очень-то хотела тратиться на падчерицу, хотя, после смерти отца детей, прикарманила все деньги, оставшиеся по наследству Кэт и ее брату Яну.

До недавних пор девушка легко добывала яблоки для Яна, так как хозяина в этом доме не было, а слуги не следили за садом.

Владелец приехал неожиданно и несколько раз она видела его, прогуливающимся по вечернему парку. Она решила лазить туда попозже – ночью, но, видимо, он не спал, и в этот раз обнаружил вора.

Герцог Фредерик Клер – владелец поместья при свете луны увидел девчонку, спрятавшуюся под деревом. Она постоянно нарушала его покой со времени его приезда, проникая в поместье самым невероятным способом, как только наступал вечер. Ему это надоело, и он решил припугнуть воришку, выпустив стрелу над ее головой.

Девушка присела около дерева, раненного стрелой, сжалась и обхватила колени ободранными руками, с выступающими на них капельками крови.

Она думала, как незамеченной вылезти из сада? Но сначала она должна взять то, за чем пришла – яблоко для своего брата. В этом саду были большие красные сочные яблоки, которые любил Ян – сильно болевший в последнее время.

Кэт притихла. Она не видела, что за ней наблюдают. Холодные серые глаза смотрели на бедняжку беспристрастно. «Эта нахалка уже начинает надоедать. Что ей здесь нужно?» – думал Фредерик. – И, главное, что с ней делать?» Ее поведение раздражало молодого герцога.

«Она не знает границ дозволенного!» – досадовал он. Всматриваясь в темноту, мужчина увидел под деревом сгорбившуюся фигурку девушки.

Ему даже стало интересно, что она предпримет, чтобы выбраться из сада. Путь назад был нелегок. Видно, что девчонка огорчена, но сдаваться не собиралась.

Наконец, девушка встала, думая, что опасность миновала, и огляделась. Мужчина едва успел укрыться в тени густого кустарника сирени.

Кэт сначала нужно было взять то, за чем пришла. Заветная яблоня была недалеко. Тихо крадучись она подошла к яблоне и стала в темноте вглядываться в густую листву, тускло освещенную луной, и вот оно – яблоко – совсем невысоко. Девушка потянулась и достала его.

Теперь нужно незаметно выбраться. Она пошла к изгороди, направляясь в сторону наблюдавшего за ней хозяина. Фредерик притаился: не хватало, чтобы она увидела, как он от нее прячется! Но девушка быстро прошла мимо, не заметив мужчину, и лишь волнистые легкие волосы, раздуваемые ветерком, коснулись его лица. От неожиданности он вздрогнул.

Пора уже было наказать эту нахалку.

– Леди не пристало лазить по чужим садам и воровать яблоки, – сказал он нарочито вежливо и громко.

Его голос прозвучал в ночной тишине, как раскат грома в тот момент, когда девушка уже готова была перелезть через колючую изгородь. Она замерла.

– Ты, видимо, не знаешь, что за воровство положено наказание!

Это было сказано таким тоном, что леди поняла – наказание будет неизбежно. Кэт с содроганием вспомнила стрелу, ранившую дерево и чудом ее не задевшую.

Из тени кустарника вышел высокий мужчина, лицо которого было трудно разглядеть, и схватил ее за руку. Девушка стояла в напряжении с опущенными глазами, но гордо поднятой головой, ожидая наказания. Как ее накажут, Кэт не знала. Возможно, ее высекут или оттаскают за волосы, как это делала мачеха. Может, ее даже убьют такой же стрелой, которая случайно пролетела мимо нее. Но, что бы с ней не делали ее враги, они не увидят ее страха и слез жалости. Она повернулась к мужчине, и презрительно посмотрела на него, прищурив глаза, сверкавшие в лунном свете.

Такое поведение воришки его озадачило. Он ожидал все, что угодно: слезы, мольбы о прощении, испуг, но только не этого. Фредерик сначала просто хотел припугнуть девчонку, довести до слез, а потом отпустить, взяв с нее обещание больше здесь не появляться.

Но что делать сейчас? Отпустить нельзя, потому что обещал наказать. Нужно что-нибудь придумать.

В темноте ночи вырисовывалась только худенькая фигурка в светлом платьице и разбросанные по спине и плечам темные густые волосы. Лицо трудно было разглядеть, только блеск ее непокорных глаз.

Недолго думая, мужчина решительно сделал шаг к ней.

– Идем, – сказал он и, потянув ее за руку, направился к особняку.

Девушка уперлась, сопротивляясь.

– Я что тебе сказал, – грозно прорычал он, еще сам не зная, что будет делать.

Девчонка неожиданно наклонилась и, больно укусив руку, державшую ее, метнулась через изгородь на волю, оставив под деревом только что сорванное яблоко.

ГЛАВА 2

Когда она уже была на безопасном расстоянии, сердце все еще тревожно и громко стучало. Единственное, о чем очень жалела, что бросила впопыхах яблоко.

Подходя к широкому крыльцу графского дома она, встретила мачеху, вернувшуюся с ночного бала в роскошной карете с графским гербом. Увидев падчерицу в разорванном платье, женщина ударила ее кнутом, вырвав его у кучера.

– Больше никаких платьев. Я покупаю обновки, а ты их рвешь! – металлическим тоном сказала Ванесса. – Будешь ходить в штанах.

Мачеха приказала платье сжечь, а девушке выдать мужскую одежду, которую носят слуги и крестьяне.

Это было несправедливо и очень обидно. Но Кэт держалась ради брата, потому что Ванесса пообещала отдать его в приют на воспитание, если девушка не будет слушаться.

Ян спал в маленькой комнатке для прислуги, которую детям выделила мачеха, на общей узкой деревянной кровати. Кэт прилегла рядом, вглядываясь в бледное, болезненное лицо семилетнего мальчика.

Удар кнута, оставивший кровавую ссадину, болью отдавался в спине девушки, но единственное, о чем она сейчас жалела, что не смогла принести Яну яблоко, которое он так просил.

Ванесса не утруждала себя заботой о детях умершего мужа, опекуном которых являлась. Единственное, что ее беспокоило, это большое состояние, которое останется ей в наследство от графа только в том случае, если его старшая дочь графиня Катарина Бланк выйдет замуж до совершеннолетия. А Кэт, урожденной графине Катарине Бланк было еще 17 лет, и в наследство она могла вступить только в свое совершеннолетие, когда ей исполниться 21 год и только в том случае, если до этого времени у нее не будет мужа.

***

Кэт и младший брат Ян жили счастливо с родителями, которые успели дать своей дочери блестящее образование. Девушка в совершенстве владела кроме родного английского еще французским языком, очень любила читать.

Кроме того, Кэт свободно разговаривала на турецком. Ее бабушка Басар – красивая своенравная турчанка, в которую по молодости без памяти влюбился дед, и, несмотря на упреки и несогласие родни, женился на ней. Впрочем, вскоре молодая жена покорила родню своей красотой и искренностью, хотя так и не смогла стать настоящей леди, как этого требовали правила этикета.

Бабка очень любила внучку Кэт, похожую на нее не только красотой, но и горделивым норовом, и строптивым характером. Она же обучила свою любимицу свободно говорить на турецком.

Басар учила девочку верховой езде в мужском седле, что у обычных леди было не принято. Но Кэт нравилось уверенно себя чувствовать верхом и быстро нестись по лугу, сливаясь с конем. Родители не стали перечить своенравной бабке, и Кэт лихо ездила на своей любимой лошади Мэри, подаренной отцом. Также девочка хорошо стреляла из лука и арбалета – граф частенько брал дочь на охоту, когда она подросла, и гордился ее меткими попаданиями в цель.

Вскоре после смерти супруги 60 летний граф женился снова на 45 летней красавице Ванессе Бейтс, но вскоре пожалел о своей необдуманной женитьбе.

Жестокая, своенравная и алчная, новая графиня Ванесса Бланк быстро навела свои порядки в доме графа, где ни ему, ни его детям места не оставалось. Не прошло и года, как граф и сам умер, оставив завещание в пользу своей старшей дочери графини Катарины Бланк, которой к тому времени исполнилось только 16 лет. Это так разозлило Ванессу, что она решила во что бы то ни стало срочно выдать Катарину замуж до совершеннолетия и избавиться от пасынка Яна любыми способами.

Последние два года после смерти сначала матери, а через год и отца, дети, предоставленные сами себе, учились выживать среди своих сверстников – детей слуг и кухарок.

ГЛАВА 3

Хозяин огромного особняка 28 –летний Герцог Фредерик Клейн приехал в свое поместье из столицы неделю назад, чтобы уладить здесь срочные дела и залечить душевную рану.

Он поссорился со своей очередной пассией капризной светской красавицей 24 летней маркизой Кэлли Ла Поль, которая назло ему закрутила роман с его приятелем графом Чарльзом Мэйсоном.

Хотя герцог был завидным женихом, связывать себя брачными узами не собирался.

Красивый, высокий сероглазый шатен очень нравился дамам. Он крутил романы и слыл дамским сердцеедом, без сожаления разбивая сердца молодых леди. Любил путешествовать и проводить время в кругу таких же богатых повес, как и он сам. Но последний его роман с маркизой затянулся, и Кэлли уже недвусмысленно намекала ему о женитьбе, что герцогу совсем не нравилось, и он решил уехать.

Чтобы немного развеяться, Фредерик, к радости отца, бросил на время Лондонское светское общество, друзей и подруг и намеревался заняться своим родовым имением недалеко от столицы.

Герцог – заядлый охотник, страстью которого были лошади. Он метко стрелял и был отличным наездником. В его конюшне в поместье было несколько породистых скакунов, которыми он очень дорожил и любил выезжать на прогулки верхом, несясь по просторам цветущих лугов так быстро, что захватывало дух. Эти прогулки его успокаивали, придавали бодрости, особенно по утрам.

Вот и в это утро после ночного приключения Фредерик ехал верхом на своем любимом скакуне Арчи. Укушенная девчонкой рука почти не болела, но на ней остался еще еле заметный след. Фреду было и смешно, и странно, что его, герцога, укусили. И это была не собака, а обыкновенная девчонка.

Он еще раздумывал, рассказать ли ему об этом приключении своим друзьям, которые обещали завтра приехать к нему в гости, как увидел несущегося по другой стороне луга всадника.

Фред остановил коня и присмотрелся. Всадник слился со своим скакуном, прижавшись к гриве, и несся так, что крестьянская рубашка сзади вздулась горбом. Герцог решил, что так лихо гарцует какой-то крестьянский мальчишка, по виду лет 15-ти, но когда конь приблизился, мужчина с удивлением увидел рассыпанные по спине темным водопадом и развевающиеся на ветру длинные волосы, которые он сначала принял за гриву лошади. «Да это же девушка!» – удивился Фредерик.

Всадник скакал по тропе с другой стороны луга и направлялся к лесу.

Герцог решил догнать наездника и тоже направил коня к лесу.

Въехав на лесную тропу Кэт немного сбавила ход коня. Незнакомца на красивом скакуне она тоже заметила. Из ее знакомых никто не ездил верхом так рано утром.

Молодая графиня любила конные прогулки, но ей приходилось договариваться с конюхом и выезжать на своей любимой лошади Мэри, пока мачеха спала.

Высокие кроны деревьев над головой успокаивали девушку и напоминали ей о тех счастливых временах, когда родители еще были живы. Она опустила поводья, ехала задумавшись, и очнулась, услышав топот приближающегося коня.

Ее лошадь Мэри, немного испугавшись, дернулась, и Кэт кое -как удержалась в седле, когда незнакомец уже на расстоянии вытянутой руки приветствовал девушку:

– Доброе утро, леди, – приветливо сказал он.

Кэт обернулась и увидела мужчину приятной наружности на черном породистом скакуне, который смотрел на нее смеющимися серебристо-серыми глазами. Судя по его дорогой экипировке, это был богатый джентльмен. Девушка смутилась: она одета в крестьянскую мужскую одежду не по размеру, которая сидела на ней грубым мешком, волосы растрепаны – вид не привлекательный для леди. Но, стараясь не показать своего смущения, она улыбнулась незнакомцу и ответила:

– Доброе утро!

– Я не ожидал увидеть кого-нибудь так рано на прогулке, тем более молодую леди, – герцог тоже улыбнулся в ответ и похвалил:

– Вы отлично держитесь в седле.

– Вы тоже. – на равных похвалила его девушка.

Она вела себя просто, но с достоинством, улыбалась искренне, смотрела открыто и не была похожа на глупых запуганных крестьянских девушек. Ее гордую осанку не портил даже этот неуместный наряд.

Что-то очень знакомое было в ее поведении, и Фредерик вспомнил ночное приключение. Подъехав поближе, он придержал поводья ее лошади, останавливая ход. Кэт вопросительно посмотрела на мужчину, очарованного взглядом огромных, ярко-синих глаз под густыми ресницами, в которых отражалась непокорность и насмешка.

– Мне кажется, – сказал серьезно герцог, – мы с вами вчера уже встречались? И, видимо, это вы меня укусили?

Кэт смотрела в его проницательно-серые глаза и тоже узнала его теперь. Взгляд мужчины был теплым и заинтересованным. Никакого намека на вражду.

– Вас укусили, сэр? – насмешливо спросила Кэт. – Вот что бывает с теми, кто хватает за руки незнакомых леди и хочет их наказать.

«Девчонка над ним еще и смеется!?» Фредерик был возмущен. Однако, почему-то сердиться на нее не хотелось. Но не успел он сказать слова примирения, как девушка выдернула поводья своей лошади из его рук и взяла в галоп.

Конечно, если бы он захотел, то догнал бы ее сразу, но пока раздумывал, она ускакала далеко вперед. Герцог все же решил догнать ее. Зачем, он пока еще не знал. Возможно, чтобы посмотреть, где она живет.

Кэт, подъехав к конюшне, быстро соскочила с лошади, отдавая второпях поводья конюху, посмотрела на него с мольбой:

– Не выдавай меня!

Когда герцог был у конюшни, леди уже там не было.

– Только что сюда заехала девушка, ваша дочь, вероятно, – обратился он к конюху.

Слуга, предупреждённый молодой графиней, недоверчиво посмотрел на дорогого скакуна и непростого наездника.

– Нет, сэр, здесь никакой девушки не было!

Герцог опешил.

– Ты врешь! Я своими глазами видел, как только что сюда въехала девушка, – он огляделся и спешился, подойдя к Мэри, – вот на этой лошади.

– Да, сэр, на этой лошади только что прискакал мой сын. Простите, сэр, хозяева не знают, что я даю ему ездить. Больше этого не повториться.

Хотя по виду гостя было видно, что он не поверил, но спорить не стал и уехал молча.

По дороге герцог все время думал об этой девчонке, которая его забавляла и… восхищала. «Ну, что ж подождем тебя в саду!» – сказал вслух Фредерик, уверенный в том, что еще встретит незнакомку и уж точно не упустит. Жизнь в имении не казалась ему уже такой скучной.

Кэт, мигом выскочив с другой стороны конюшни, помчалась в свою комнатку. Когда она легла рядом со спящим братишкой, ее сердце выпрыгивало из груди. Она вспомнила волнующий взгляд серебристых глаз незнакомца, и ее сердце заколотилось еще сильнее. Почему он так на нее смотрел? Но от этого воспоминания на душе стало как-то теплее и спокойнее.

За завтраком герцога тоже не отпускало ощущение теплоты и радости от встречи с девушкой. Он представлял обжигающий взгляд ее глубоких синих глаз и, чувствуя непонятное волнение, невольно улыбался.

На следующий день должны были приехать его лондонские друзья, и он пошел давать распоряжение, чтобы гостям подготовили комнаты.

ГЛАВА 4

Шумные гости приехали днем. Друзей было четверо. Самый младший – виконт Бэн Эртон сразу же предложил поехать на охоту или просто пострелять во время конной прогулки. Договорились поохотиться на следующее утро.

Стрелять решили из арбалетов, хотя луки тоже взяли в снаряжение.

Утром Кэт проснулась от кашля Яна. Постучалась Энни – кухарка – тайком от Ванессы она приносила мальчику целительный отвар из трав. На этот раз она принесла не только отвар:

– Графиня, – сказала Энни, – оденьте это.

Добрая кухарка жалела детей, и ей было неприятно смотреть на молодую графиню в крестьянской грубой одежде.

– Это праздничный костюм моего сына, – сказала Энни, – он уже вырос и женился, а рубашку, брюки и жилетку я подшила для вас, леди. Вот еще прекрасная шляпа с пером, – сказала она гордо, протягивая серую фетровую шляпу с узкими полями и небольшим пером.

Кэт с благодарностью посмотрела на кухарку. Слуги, действительно, любили молодую графиню и жалели ее.

Девушка переоделась. Одежда хорошо села на нее, подчеркивая тонкую талию и стройные бедра. Кэт собрала длинные густые волосы в хвост, стянула его шнурком и одела шляпу, которая очень подходила к этому наряду, в котором молодая графиня походила на красивого юношу с большими ярко-синими глазами под густыми темными ресницами и черными вразлет бровями.

После того, как кашель успокоился Ян попросил слабым голосом:

– Дай мне яблоко, Кэт.

Девушка заглянула в корзину – пусто.

Она спустилась через черный ход на задний двор, который с одной стороны выходил на хозяйскую конюшню, а с другой смотрел на дорогу. Выйдя на улицу, Кэт направилась к колодцу, чтобы умыться, но услышала по дороге топот нескольких лошадей.

Когда всадники подъехали ближе, девушка рассмотрела молодых людей, которые, судя по снаряжению, отправились на охоту.

Фредерик, проезжая мимо знакомой конюшни, обратил внимание на парня в вышитой жилетке и шляпе, который, по-видимому, собрался набрать воды в колодце. Девушка тоже заметила его и наклонила голову к ведру, чтобы он ее не узнал.

Когда охотники проехали, Кэт сообразила, что сейчас хозяин на охоте и нескоро вернется, значит, можно беспрепятственно проникнуть в сад и нарвать яблок для Яна. Ну и что ж, что светло. Главное, она точно знала, что хозяина нет дома. Не раздумывая, девушка быстро умылась и, не позавтракав, бросилась к саду.

Днем живую изгородь было видно хорошо, Кэт нашла самое безопасное место и перемахнула через колючий кустарник почти не уколовшись и не повредив одежду.

Охотники быстро доехали до ближайшего леса и приготовили арбалеты, из которых решили пострелять по мишеням, если не будет дичи. Только заехали в лес, как Дэвид Далкейт – молодой граф и не очень умелый наездник – зацепился за сучок дерева на ходу и, слетев на землю, сильно ушибся и повредил ногу. Оказав ему первую помощь незадачливому охотнику, все решили вернуться домой.

Они приехали, когда слуги накрывали большой стол на поляне возле дома, и, пока ждали обед, Фредерик пригласил пострелять по мишеням в саду, раз уж охоты не получилось.

Молодые люди, громко разговаривая и обсуждая столичных дам, направились в сад.

Кэт уже была близка к цели, когда неожиданно услышала смех и мужские голоса, которые становились все громче и громче.

Девушка растерялась на минуту, но потом сообразив, что, по-видимому, хозяин с гостями вернулся, решила спрятаться, чтобы переждать опасность. Она ловко взобралась на большое раскидистое дерево, надежно укрывшее ее своей густой зеленью.

С высоты хорошо было видно пятерых мужчин, которые направлялись в ее сторону с луками и арбалетами, по-видимому собираясь стрелять.

Кэт с презрением наблюдала за неумелыми стрелками, пускавшими мимо мишеней одну за другой стрелы. Не участвовал только хозяин дома, видимо, предоставив своим гостям возможность потренироваться и поразвлечься.

Увлекшись стрелками, Кэт выпустила из поля зрения хозяина и не заметила, как он встал возле ствола того самого дерева, в ветвях которого она пряталась.

Когда очередной стрелок промазал, девушка не выдержала и с презрением вполголоса сказала:

– Мазила!

Стрелки находились поодаль и не слышали реплику, но Фредерик услышав голос оглянулся – рядом никого не было. Но он ясно слышал: «Мазила».

Мужчина обошел дерево с другой стороны, поднял голову встретился взглядом с огромными от испуга синими, как васильки, глазами и сразу узнал ее.

– А ну, слезай сейчас же! – нарочито громко и строго произнес герцог. – Ты что делаешь в моем саду?

Его громкий голос привлек внимание друзей, которые повернули головы в их сторону.

Фред решил подшутить над девушкой и повеселить своих гостей.

– Слезай, быстро!

Но девчонка прижалась к стволу дерева, не собираясь подчиняться.

Тогда он поднял арбалет, направил его на девушку и прицелился, делая вид, что собирается выстрелить.

Кэт ловко и быстро в один прыжок соскочила на землю.

–Я же тебе запретил лазить в мой сад! Ты почему опять здесь?

Девушка стояла прямо с поднятой головой, не опустив глаз, и рассматривала присутствующих насмешливо и презрительно.

Возгласы молодых людей, уже окруживших ее, заставили Кэт покраснеть.

– О! Откуда эта грациозная лань?

– Да она по деревьям скачет, как молодая козочка, – подтрунивали друзья.

Хохот раскатывался по саду. Девушка была раздосадована и злилась на шутников. Она молча стояла, кусая свои и без того красные и пухлые, губы и смотрела на окружающих презрительно и высокомерно, как госпожа на своих слуг.

Фредерик улыбался, наконец-то он мог рассмотреть лазутчицу. Она была необыкновенно красива. Яркие выразительные глаза, маленький аккуратный носик, брови вразлет и, самое главное, эти блестящие, как спелые вишни, соблазнительные губы, которые напрашивались на поцелуй. Весь ее вид, грациозная поза повелительницы говорили о том, что она не простая девушка. Она настоящая леди, хотя одета, как простолюдинка.

Фредерик смотрел на лазутчицу пристально, не отводя взгляда, но казалось, что это ее совсем не смущало. В то же время его обжигал и волновал неукротимый огонь в ее взгляде, когда она, сдвинув брови, презрительно и свысока смотрела на него.

Ему захотелось прямо здесь и сейчас укротить эту дикарку поцелуем. Но он, обратившись к виконту сказал:

– Бэн, она назвала тебя мазилой!

– Что!? – возмутился виконт и покраснел. – Я мазила?

Он протянул свой арбалет девушке

– На, сама попробуй! Да ты его и в руках-то не удержишь.

Кэт усмехнулась:

– Удержу, не сомневайся, но дайте мне лук. Там стрелы тоньше.

Такой поворот событий был неожиданным для всех. Эта нахалка собирается им преподать уроки по стрельбе! Гости смотрели на девушку заинтересованно.

Фредерик уже не скрывал своего восхищения и не сомневался, что и здесь она будет на высоте.

– Принесите лук и стрелы, – приказал он слугам. А сам продолжал разглядывать девушку. Кажется, она прочитала в серебристых горящих глазах хозяина тайное неприкрытое желание, это ее смутило и заставило покраснеть.

А он все не отводил взгляда – все-таки она была хороша: мужской костюм подчеркивал гибкость и грациозность ее тоненькой фигурки, очень ей шел и отражал дерзость и неукротимость ее характера.

Когда принесли лук и стрелы, Фредерик спросил, протягивая оружие:

– Как тебя зовут?

– Не скажу! – отрезала она к всеобщему восторгу.

– Ну тогда, мисс «Нескажу» вот вам лук и поучите нас, как нужно стрелять, – сказал он широко улыбаясь.

Кэт взяла лук, медленно и нежно провела по блестящей тугой тетиве тонкими пальчиками, как будто договариваясь. От этой картины у Фредерика заколотилось сердце. Она, сама того не понимая, возбуждала у него сильное желание обладать ею. И, чтобы подавить свои чувства, он приказал, как можно строже:

– Ну, стреляй! А то наш обед стынет!

Кэт подняла на герцога свои небесно-синие глаза, лукаво и нежно посмотрела, как будто по-женски почувствовав его волнение, и кротко спросила:

– А что мне за это будет?

– За что? – не понял Фредерик. Ее взгляд завораживал его и заставлял волноваться, сердце гулко билось, не подчиняясь хозяину.

– Ну, за то… за то, что я преподам вам урок по меткой стрельбе. – сказала она, не опуская глаз и гипнотизируя его.

– А что вы хотите, мисс «Нескажу»? – спросил он, наперед зная, что она попросит.

– Я хочу унести с собой свой трофей! –озорно улыбнулась Кэт.

– Какой еще трофей? – встрял в разговор виконт.

– Не волнуйтесь, Бэн, в вас я стрелять не буду. Вас я не донесу, – отомстила она насмешнику, намекая на пухлую фигуру виконта.

Хохот прервал ее речь. Теперь уже смеялись над бедным виконтом.

– А что вы имеете ввиду под вашим трофеем, леди? – нарочито тихо спросил Фредерик, сдерживая страсть, когда все перестали смеяться.

Кэт продолжала сладким голосом, как это могут делать только настоящие леди, чтобы получить желаемое.