Алмаз Времени. Том I. Скитания

Звон клинков разносился над побережьем острова Кафу. Нагретый утренний воздух клубился испарениями, искажавшими очертания сражающихся фигур. Но только не для темных глаз матерого пирата Сварта Иренга.

Его узкие губы кривились в злорадной гримасе предвкушения: поединок не обещал затянуться, по крайней мере, так казалось. Рыжеволосый паренек преградил путь на одной из тропинок меж холмов, ведущих к побережью.

– Ты не победишь! – кричал мальчишка, неумело взмахивая короткой саблей, напоминавшей жалкую детскую игрушку в сравнении с двумя превосходными клинками, которые сжимал Сварт Иренг, непревзойденный капитан и великий заговорщик. Так он себя называл до этого дня.

– И кто меня остановит? Ты, жалкий сопляк? – смеялся он, парируя первый выпад, лениво, давая подобраться к себе и мгновенно уклоняясь.

– А хотя бы и я! – отвечал парнишка, и Сварт постепенно вспоминал, что знает имя нежданного противника, хотя полагал, что это лишняя информация: все равно он рассчитывал расправиться с ним в ближайшие пять минут.

Маиму-Длинноногий – так называла его одна из немолодых служанок в поместье, откуда тропа и спускалась к тихой бухте. Где город поджидал один весьма и весьма необычный сюрприз с двумя мачтами, рядами пушек и жаждущей крови командой. Оставалось только убрать возникшее на пути нелепое препятствие.

Два превосходных клинка устремились к Маиму, как две голодные змеи в жадном броске. Ноги Сварта легко оторвались от земли, чтобы обойти Маиму справа и нанести удар сбоку. Короткая сабля не защитила бы от мощной атаки сверху-вниз в живот, прикрытый только выцветшей коричневой жилеткой. Но внезапно… Противник испарился!

Исчез ровно в тот миг, когда Сварт уже предвкушал, как его окутает жаркий азарт убийства, первого за три года. Он ждал этого и с наслаждением прикопал бы мальчишку под ближайшим развесистым фикусом. Только, видимо, не в этот раз, не случилось пирату насладиться легкой победой.

Он тревожно замер, осознав, что Маиму стоит у него за спиной. Возможно, враг воспользовался густыми темно-зелеными зарослями, чтобы выскользнуть из-под удара. Но Маиму-Длинноногий уклонился и во второй раз, когда Сварт порывисто развернулся и отпрыгнул назад, выставляя останавливающий удар против выпада врага, укол сабли которого прошелся по рукаву темного камзола. Достать до плоти клинку не удалось, но Сварт ощутил леденящее прикосновение неуверенности: мальчишка оказался не тем, за кого себя выдавал, не тем, кем выглядел, когда высаживался на рассохшийся пирс из дырявой лодчонки неделю назад.

«Кто ты? Неужели это… один из «даров асуров»? Проклятье!» – подумал Сварт, когда рыжеволосый недоумок метнулся в сторону, невероятным броском уклонившись от прямого выпада, готового раскроить череп, чтобы сделать огненные волосы еще более яркими, багряно-алыми.

Но снова ничего не произошло, ничего, кроме того, что Сварту пришлось спешно обернуться, чтобы парировать удар. Две сабли всегда выручали его: одной он атаковал, вторую, более короткую, использовал для подлых приемов наподобие кинжала. Обе руки верно слушались его до этого дня, до мгновения, когда пришлось столкнуться с обладателем одного из «даров асуров».

«И принесло же тебя на остров!» – подумал Сварт, выворачиваясь из-под не слишком меткого укола с верхней линии. Сабля Маиму-Длинноногого сверкнула возле лица противника, хотя фехтовал он неумело, как обыкновенный новичок. Зато двигался быстрее, чем любой из врагов, которых за тридцать шесть лет Сварт победил немало.

«Подарки асуров» порой попадали явно не в те руки. Глуповатый парнишка лет шестнадцати-семнадцати не показался опасным при первой встрече, когда крутился возле поместья лорда Вессонов, болтая с одной из неприметных служанок средних лет. Сварт не обратил на него никакого внимания, а теперь этот рыжий остолоп вдруг встал на пути, вооруженный и разъяренный, как стая шершней.

– На кого ты работаешь? – в который раз оскалился Сварт, нанося удар.

Сабли со звоном отскочили, Маиму выставил блок, ловко вывернув руку. Снова неестественно быстро. Когда же так повезло дурному парню, которому не сиделось на месте в этот день? Определенно, кроме везения здесь содержался и какой-то хитрый план. Никак иначе.

– Ни на кого, – успел он пожать плечами, одаривая широкой улыбкой, которой Сват нисколько не верил: парень с «даром асуров» просто не мог тратить свой талант на пустое скитание по морям.

В мире паровых технологий и магии обычному человеку не так-то легко возвыситься, каждый избирал свою дорогу. Сварт прокладывал себе путь острыми саблями или шантажом. Маиму, похоже, вытянул счастливый билет: нашел где-то драгоценную жемчужину и получил – случайно или намеренно – магическую способность, которой не обладал от рождения. В его случае, как уже убедился на своей шкуре Сварт, это была невероятная скорость, возможность перемещаться за считанные секунды.

Вот он стоял на пути, словно бы всецело доступный для удара двух сабель, приглашая перерезать себе глотку или лучше рассадить точным ударом лоб, как спелый кокос. А в следующий миг – уже тыкал своей дешевой сабелькой со спины.

– Не проведешь! – прорычал Сварт. – Кого угодно, но не меня!

– Да ни на кого я не работаю!

Сражение затягивалось, песок тропы среди холмов бугрился, редкие пучки травы выдёргивались с корнем под подошвами сапог Сварта и разбитых ботинок Маиму.

– Проклятье! – воскликнул мальчишка.

Резкий финт в голову с атакой в бок ошарашил Маиму. Обманные приемы он не понимал, отчего на его одежде справа прочертилась алеющая полоса.

Сварт наступал, рассчитывая, что наконец-то устранит неприятное препятствие. Пусть какой-то доморощенный герой и решил проучить его со своим «даром асуров», но скорая смерть мальчишки могла вернуть исполнение плана капитана в нужное русло. Еще хватало времени до пробуждения города, как он считал. Но внезапно, пока Маиму отступал, выставляя блоки, раздался гулкий выстрел со стороны форта на холме, а потом город вокруг имения лорда Вессона огласил звук тревожного колокола.

– Пираты! Пираты!

И вот тогда Сварт понял, что настал конец его игре длиной в три года. Настоящий и бесповоротный конец. Лицо его исказила судорога, атака сабель на мгновение потеряла свой напор, потом обрушилась новыми ударами, еще более яростными, чем раньше, сверху, снизу, слева, справа. Батман, финт. Ни шанса на контратаку.

Но это для обычных людей. Маиму снова вспомнил о своей дрянной магии, которой, похоже, и управлять-то толком не умел. Он позабыл о глубокой борозде на боку и резко отскочил.

Тем временем, над тропическим лесом снова разнеся пушечный гвалт, как в гуще морских сражений. На этот раз бригантина отвечала, корабль Сварта, некогда любимый, ныне ненавистный.

«Бежать! – подумал он, но тут же спохватился, придумывая новый план, пусть и не слишком убедительный: – Хотя нет, убить мальчишку… И сказать, что он был пиратом. Главное, чтобы он не успел ничего рассказать Стражам».

– Проклятье! Что ты… что ты сделал? – проговорил Сварт хриплым низким голосом, сдавленным ледяной яростью.

– Привел Морских Стражей, – весело ответил Маиму, доказывая и без того очевидный факт.

– Ты… ты! – шипел Сварт.

Привел, Маиму привел, кто же еще мог. А должен был он, Сварт! Лично! В этом и состоял план – указать верное место высадки пиратов, куда он сам и направил бригантину три года назад. До этого предполагалось устроить небольшую панику в городе, а потом выйти великим героем острова Кафу и пробиться в мэры города.

Но Маиму все испортил. Хотелось бы узнать, каким образом. Вскоре мальчишка и сам поспешил рассказать, уклоняясь от очередного удара и выставляя стремительный блок, вывернув запястье.

– Я видел тебя вчера. Подумал, что будущему мэру незачем выходить через тайную калитку в стене ночью, да еще идти куда-то к морю. Вот и пошел следом. А там пиратский корабль. Сперва я думал, что тебе надо помочь! Что ты решил сам разобраться с пиратами. Ну, мало ли… Я бы помог, честное слово. А ты! – Маиму тараторил, даже не сбивая дыхания. Он выпятил крупную нижнюю губу, точно его обидели в лучших чувствах.

Сварт ему, конечно, не поверил: не мог обычный парень, чужак, прибывший на остров Кафу, оказаться таким наблюдательным и даже не знать, что в поместье лорда Вессона поселился разыскиваемый на всем восточном побережье пират. Паршивый наймит уж точно не собирался помогать, он наверняка выслеживал исчезнувшего три года назад кровавого капитана по старым ориентировкам на досках объявлений, пока тот затаился на Кафу под чужим именем.

«Я не заметил его, потому что он передвигался слишком быстро. Слишком бесшумно», – понял свой промах Сварт. Никто из горожан ни за что не проследил бы за ним тайно, не заметил бы те скрытые знаки, которые он оставлял себе на тропах в лесу, чтобы ночью бесшумно и стремительно спуститься к тихой бухте. Накануне Сварт там встретился с командой.

– Ты готов, Облезлый Сэм? – спрашивал он у старпома, который верно руководил кораблем все три года. И даже вернулся в назначенный день. Себе на беду.

– Готов как никогда, капитан! – воодушевленно отзывался старпом.

– Хорошо. Завтра город будет наш, – сладко врал Сварт. – Будем править, установим свои порядки на Кафу, а ты останешься моим первым помощником. Как тебе такое, а, Сэм?

– Прекрасно, капитан, прекрасно, – вздрагивал от нетерпения старпом, теребя полы синего камзола.

И Сварт ухмылялся, представляя, как этот глупый пес, подобострастно скулящий у ног обретенного хозяина, отправится к праотцам и Змею Морскому после удара сабель.

Сварт собирался провести пиратов в самое сердце Кафу, все так же – незаметно, под видом новых слуг поместья, чтобы они уничтожили сперва всех недоброжелателей будущего мэра. Адреса он уже указал. Оставалось подать условный сигнал. Но Маиму-Длинноногий каким-то образом разгадал его план.

– Кто тебя нанял? Отвечай! Работаешь на торговые компании? – допытывался Сварт, размахиваясь смертоносным оружием.

– Не-а… – протянул Маиму, встряхивая огненными вихрами и нанося удар по руке снизу.

Сварт отбил клинок, легко разгадав маневр. Хотя он задыхался от возмущения. План потерпел крах, чему Сварт не желал верить, отражая удар за ударом. Коротенькая сабелька с каждым мигом незримо удлинялась, обретая сокрушительность тяжелого палаша. Каждая новая атака заставляла отступать на шаг вниз по тропе, к берегу, буквально загоняя в котловину противостояния с Морскими Стражами.

– Лжешь! – крикнул Сварт, обрушивая на Маиму удар обеих сабель, одной разя сверху, второй стремясь пропороть брюхо парнишки снизу.

Но клинок задел только оливковый камзол без рукавов, выношенный, явно с чужого плеча. Еще одна дырка на старой ткани не особо изменила его облик, а хотелось, чтобы вместо лоскутов одежды на ветру колыхались пласты свежесрезанной плоти врага.

– Не лгу! Случайно наткнулся, – фыркнул Маиму, но потом лицо его потемнело, нахмурился он уже по-взрослому сурово, беспощадно: – Но теперь я не прощу того, что ты хотел сделать с этим островом!

И Маиму накинулся с яростью бешеного медоеда – столь же бессмысленно и неотвратимо. Сварт едва не пропустил обычный прямой укол этой глупой коротенькой сабли, которая теперь вращалась в руке мальчишки со скоростью мельничных лопастей под порывами ураганного ветра.

Удар пришлось ловить обеими саблями, их плоской частью, отводя и переворачивая вражеский клинок, а заодно подло пнув противника ногой по колену, но тот отскочил, утробно шипя, превращаясь на короткие мгновения из беззаботного веснушчатого разгильдяя в настоящее чудовище.

Сварту почудилось, что широко раскрытые синие глаза парнишки затянулись черной пеленой, белки пропали, а из алеющей бездны посмотрела сама тьма. Кто-то другой, кто-то, кем не являлся Маиму. Именно он наносил яростные удары, слившиеся в единый вихрь парирований и блоков на пределе человеческих возможностей. Человеческих, а не твари с «даром асуров».

Сварт при всем желании оставался просто человеком, натренированным и уверенным в себе фехтовальщиком. Но ни обманные финты, ни две сабли не помогали против монстра, чей праведный гнев обрушился на него в этот день.

Только вился туман над тропинкой между холмов, только в джунглях разносился лязг клинков. И пыль под ногами клубилась, сливаясь с душащим маревом.

– Это он! Сварт Иренг! Капитан Две Красные Руки! – крикнули внезапно из зарослей, и раздался новый пушечный выстрел со стороны побережья.

– Он здесь! – ответил Маиму, приходя в себя и как будто замирая. Неконтролируемая ярость вымотала его, он едва не напоролся на клинки и неловко споткнулся, опрокинувшись на спину.

Добить врага Сварту не дали. Он вздрогнул, давя неразборчивый рык, проклятье всем неземным силам, в которые он не верил: Морские Стражи окружали с обеих сторон тропы. На него нацелилось с полдюжины длинных винтовок – одного из лучших изобретений последних лет с перезарядкой при помощи рычага-спусковой скобы и с подствольным трубчатым магазином.

Они грянули единым хором, призванным изрешетить ненавистного пирата, державшего в страхе на протяжении более десяти лет все торговые суда, курсировавшие в местной акватории, как пугливые утки. Теперь уткой пытались выставить непревзойденного капитана Сварта. Какие-то недотепы в зеленых френчах вообразили себя лучшими охотниками.

«Бежать, к кораблю», – понял Сварт, кидаясь напролом и срубая голову одному из Стражей. Сабли сработали как топор палача: взвились единым порывом, забрызгали кровью мясистые листья, под которые и нырнул спасавшийся бегством пират. За ним по крутому склону последовали противники.

Теперь-то он уж понял, что на острове оставаться никак нельзя, кто-то навел на него и сдал с потрохами. Проклятый Маиму его узнал, или мальчишке помогал один из многочисленных недоброжелателей Сварта. Или Стражи отловили и раскололи какого-нибудь слюнтяя из команды – все это не имело значения, когда листья и ветки царапали лицо, путались в коротких черных волосах, впивались колючками в подошвы сапог и раздирали одежду.

Его гнали, словно дикого зверя, как он порой любил гонять жертв по пустынным островам, объявляя, что опальный член команды или пленник совершенно свободен. А потом с наслаждением настигая его за считанные секунды или же наблюдая, как незадачливый беглец губит себя, ломая шею на острых скалах. Иногда они заканчивали свои дни в пасти речного крокодила или акулы, заплывшей в мангры. И это казалось беспощадно веселым.

Но вот полюса поменялись, все перевернулось из-за какого Маиму-Длинноногого, мальчишки с «даром асуров».

«А если они уйдут без меня? Треклятый сброд! Я их найду и по одному расчленю! Они и так готовили против меня бунты, так с чего же решили вернуться через три года? Все ради Облезлого Сэма, его они ценили больше», – подумал Сварт, но над головой в дерево вонзилась пуля, он пригнулся и буквально съехал на спине к берегу по отвесному утесу. Камзол и рубашка порвались в нескольких местах, в кожу впились камни, наждаком прошелся глинистый песок. Ничего, и не такое переживал, главное, что сабли остались при нем.

– Проклятье! – выругался Сварт, когда пуля чиркнула по плечу и обожгла короткой болью, потонувшей в приливе новой ярости.

– Он там! Там! – кричали вслед Морские Стражи, а перед ними несся Маиму.

К счастью, поросший деревьями склон мешал ему воспользоваться «даром асуров».

Впоследствии Сварту Иренгу, опальному кровавому капитану, предстояло не раз и не два вспомнить этот день, омытый лучами жаркого тропического солнца. О нет, далеко не раз! Этот день въелся в память навечно. День, когда тощий рыжий мальчишка украл у него победу. И он бы все отдал, чтобы повернуть время вспять и незаметно убить Маиму на неделю или хотя бы на сутки раньше.

Но пока он выкатился на песчаную косу, где уже шел бой, а всюду лежали тела пиратов и военных. Сварт, спешно раскидывая встающих на пути Морских Стражей, кинулся к кромке прибоя: на волнах покачивалась ожидавшая его шлюпка, где Облезлый Сэм яростно отбивался саблей и отстреливался из револьвера от противников.

Внезапно какой-то парень в зеленой форме догнал Сварта, неловко выпрастывая перед собой оружие. Вернее, скорее налетел на него. Сварт буквально насадил незадачливого врага на клинки.

Сотни раз он вонзал сабли в тела перепуганных врагов или мирных жителей, вот так, оба лезвия, входящие в горячую плоть, как раскаленный нож в масло. Обычно после нападений корабля Сварта Иренга не оставалось никого – работорговлей он не промышлял, только контрабандой товаров, грабил быстро и уверенно. А потом отправлял на корм рыбам всех уцелевших. Так длилось больше пятнадцати лет, пока Морские Стражи не разорили его своим преследованием, пока он не понял, что пора бежать в новую жизнь. Но теперь он вынужденно стремился на свой старый истрепанный корабль, к своему старому имени, чтобы унестись в неизвестность. Отнюдь не к прекрасным горизонтам и захватывающим приключениям.

«К Пустым Островам, да, пойдем к Пустым Островам, пристанищу всех проклятых, далеко на северо-востоке, так далеко, что нас не достанут», – решил про себя Сварт, устремляясь к качавшейся на волнах шлюпке.

Со стороны форта донесся новый выстрел. Мортирный заряд вспорол морскую гладь стеной брызг в нескольких метрах от борта уже порядком потрепанной бригантины: паруса ее изорвались, носовую фигуру и вовсе разнесло в щепки. Но корабль еще оставался на плаву.

– Капитан! На борт! – кричал из лодки Облезлый Сэм, размахивая мятой широкополой шляпой.

Команда еще не догадывалась, что их бросили, что их подло отринул собственный капитан. Они еще стремились спасти его, наверное, надеялись, что он снова поведет их верным курсом, снова награбит несметные богатства.

Если бы Сварт сам знал этот курс, то не сошел бы на Кафу три года назад под видом жертвы кораблекрушения с торгового судна, которое сам же и потопил. Мир менялся слишком быстро, и на освоение новых правил не хватало злобы и изворотливости. Морские Стражи просто негласно объявили, что пираты обязаны исчезнуть, истлеть высушенными на песке водорослями. И он решил исчезнуть, но иным путем: втерся в доверие к лорду Кафу, старому Вессону, который недавно отдал концы. Даже убивать его не пришлось, оставалось только захватить единоличную власть в городе. Но ничего не вышло. И вот Сварт снова бежал и сражался.

– Сдохни! – крикнул он на ближайшего Морского Стража, снова замахиваясь саблями.

Одним трупом меньше, одним больше – уже не имело значения, уже не надо было носить маску добропорядочного гражданина.

– Нет! – крикнул Маиму и внезапно кинулся вперед, нанося сокрушительный удар.

Сварт не отследил очередное перемещение носителя «дара асуров». Мальчишка обрел невероятную прыть, он буквально вырос рядом в двух шагах.

Сварт выставил бы блок, но не успел даже развернуться, только задушено взвыл: клинок рассек затылок, не до конца, но ощутимо, вспахивая кожу, точно стремясь срезать скальп. Сварт выгнулся, подавившись воздухом.

В своей жизни он терпел много боли, разной, острой и тупой, обычно перенося все испытания с крепко сжатыми зубами. Но теперь он едва не закричал, не от мучительного жара, обжегшего голову – от изумления, от колоссального потрясения. Этот рыжий сопляк все-таки достал его.

«Да на кого ты работаешь? Чей ты наемник?» – только и подумал со злостью Сварт, пошатнувшись и едва не налетев на саблю одного из Морских Стражей. Над ухом просвистело несколько пуль, берег усыпали тела пиратов. Выстрелы гулко отозвались в ушах, как удары штормовых волн о рифы.

На прощанье Сварт наугад ткнул клинками вперед, борясь с мутью перед глазами. Он надеялся, что достанет Маиму, но сабли только пропороли зеленый китель случайного Морского Стража, неловко попавшегося в общей свалке.

Брызнула кровь, раздался предсмертный хрип, но не того, кого хотелось бы. Хотя это отвлекло Маиму: он, как и полагается всем паршивым доморощенным героям, кинулся к умирающему в тщетной попытке зажать рану.

И только это спасло от преследования, потому что следующий удар маленькой сабельки почти наверняка оказался бы для Сварта последним. Но он уже потерпел поражение. Его, матерого пирата, уничтожил рыжий мальчика с «даром асуров».

– Капитан! – крикнул еще раз Облезлый Сэм, но уже откуда-то издалека.

Сварта втащили в лодку. И все поглотила тьма. Но не полное забытье: в этой тьме зародилось нечто новое, невообразимое и страшное, точно раскроенный череп открыл прямой канал для связи с другими мирами, наподобие жуткого телеграфа.

С того дня Сварт начал слышать в голове отчетливый голос, который шептал и шептал, изводя бессонницей долгими сырыми ночами в каюте потрепанного корабля. Сварт вздрагивал в полубреду, хватался за клинки, поначалу не помня, что его так терзает.

Вскоре он начал различать слова, которые складывались в предложения, короткие реплики и целые посулы: «Я знаю, как все исправить. Я помогу тебе. Ты достоин большего, большего – всего мира. Только достань мне Алмаз Времени. И весь мир станет твоим, весь мир зайдется криком смерти. И Маиму будет первым, ты умоешься его кровью. Мой ключ к свободе. Ты слышишь меня, Сварт? Слышишь?»

Глава 2.

– Еще один испорченный свиток… Капитан Сварт Иренг. Его «работа». Снова этот пират?

Древний дракон зимы застыл на вершине Большого Дерева. И хотя длился не его месяц бодрствования, он листал свитки судеб. Чувство неразгаданной угрозы укололо под сердцем и заставило внезапно очнуться от крепкого сна. Но пока все вокруг дышало покоем. Мягко шелестела свежая листва. Над Деревом сияло летнее небо, клубились легкие облака, а внизу расстилался необъятный мир со всеми скорбями и радостями. За ним-то и наблюдали хранители свитков.

Вытянутую узкую морду дракона скрывала тень пышного оперения, которое белой короной обрамляло сизые рога, поросшие мхом. За многие века духи-хранители Дерева, неизменной оси мироздания, почти слились с ним. Не осталось различий, где заканчивалась память дракона и начиналась великая летопись всего мира. Свитки судеб сменялись один за другим, янтарные глаза задумчиво бегали по строчкам – хранитель искал тот, что заставил его пробудиться.

Некоторые истории обрывались, не находя завершения. Многие заканчивались спокойно, плавно и казались безыдейными, скучными. Но каждая несла неповторимые черты, особенно для хранителя.

Двенадцать драконов с начала времен следили за созданиями, что населяли благословенный Мир Большого Дерева. Свитки ткались из нитей жизни и сами записывали деяния людей, магов, джиннов – всех, кто обладал разумом, чтобы выбирать свою судьбу.

– Какой же из них? Что не так? – устало вздыхал дракон зимы, и из узких ноздрей вырывался морозный иней. – Неужели снова…

Он был очень стар, хотя серебристое оперение змеевидного тела скрывало любые морщины. Только глубокие шрамы, перепахавшие скулы и вытянутый нос, напоминали об участии во многих битвах с асурами. Он не желал новых сражений ни для себя, ни для собратьев.

Посланники тьмы исстари стремились заполучить и исказить свитки, вписать свою злую волю, искалечить умы миллионов. Асуры питались бурлящими страстями метущихся душ – болью, отчаянием, страхом и гневом. За ними во все миры следовал хаос. Хранители Дерева сражались за порядок, чтобы не начиналось войн во имя чужой жажды разрушения.

Но он, древний дракон, ставший живой легендой, ушел на покой с израненными телом и душой. Битвы и поиски преступных асуров, проникших в их мир, ложились на остальных одиннадцать хранителей. Он лишь следил за свитками во второй месяц зимы. И с каждым годом все больше убеждался, что люди и джинны не нуждаются в присмотре, даже тяготятся им.

С развитием технологий их сердца все охотнее открывались для ядовитых «подарков асуров». Страсть к опасным знаниям и быстрому процветанию – отрава для души. Возможно, и теперь кто-то тянулся к дару асуров, таящемуся в глубинах моря, к источнику магии и непредсказуемой силы. Какой-нибудь жадный пират, бороздящий океаны на быстром паровом корабле.

Или же старый дракон просто увидел дурной сон. Постепенно предчувствие обрастало сомнениями, как днище лодки – ракушками.