Биза. Мир без магии. Часть 1

Ни искры

Массивное здание приюта-интерната стояло почти посередине между зажиточным районом и трущобами. Крытая галерея огибала заднюю половину громадного здания. От обоих районов его отделяла полоса зелени, немногочисленные деревья, мелкие хозяйственные постройки и черный кованный забор. Прутья забора стояли редко и ученики достаточно ясно видели, как они могут жить в обоих случаях- если провалят обучение и окажутся на улице, или если закончат школу и смогут стать… да почти кем угодно. Навыки, получаемые в школе позволяли вступить в любую из существующих мастерских учеником, за что уже платили достаточно, чтобы жить не зная голода. А если ты учился прилежно и разбирался в магических дисциплинах, то даже вступить в местную гильдию артефакторов. О них в обществе говорили немного, и, сказать по правде, немного побаивались: ведь они были теми избранными, кто по статусу, да и возможностям, стоял куда выше заурядного жителя Сикоры, или Семицветья, как её ещё называли.

Колокольня стояла неподалёку от главного здания школы и её звон не только будил всех обитателей интерната и окрестностей, он также оповещал учеников о времени приёма пищи двумя ударами колокола. Уроки начинались, когда колокол звучал трижды. Сегодня Биза проснулась раньше первого звонка.

 -Ни искры,– раздосадовано подумала она, по привычке щёлкнув пальцами.

Каждый раз, когда она просыпалась до звона колокола она мечтала, что станет одним из артефакторов, или даже магом, если вернётся магия и она, непременно будет первой, кто обнаружит её возвращение. Ей очень хотелось совершить что-то великое и доброе для всего народа Сикоры.

В инструкции, которую она получила, когда стала ученицей первого класса, было сказано, что в случае, если магия вернулась- должны вспыхнуть искры. И всем ученикам школы вменялось в обязанность каждое утро проверять, не вернулась ли магия. Но она проделывала этот ритуал каждый день с первого класса и до сих пор ни малейшего признака возвращения магии.

– Доброе утро, – прозвучал привычный голос с прикроватной тумбочки.

– Доброе, – протянула Биза.

– Ты опять вчера допоздна читала книгу?

– Да… – задумчиво отозвалась Биза и подняла с одеяла книжку, которую вчера не досмотрела.

– Не надоело? Долго ещё будешь пытаться?

– Надоело, – честно призналась Биза, – буду пытаться дальше.

– Что ты хочешь найти в этих старых пустых книгах?

– Они вовсе не старые. И не должны быть пустыми. Буду, пока не пойму хоть что-то.

Квашня посмотрел на неё с сомнением, прополз прямо по одеялу к Бизе на грудь и, вытянувшись вверх, помахал частью себя, где в этот момент были глаза:

– Алё! Они же пустые! Из всех учеников был ли хоть кто-то, кто смог прочесть эти книги?

Биза, надувшись, буркнула:

– Да. Не ученик, наставница – главный библиотекарь. Зовут её Трунда, и многие книги были восстановлены только благодаря её дару. Она до сих пор видит свет книг.

Она резко встала с кровати, откинув одеяло, вместе с Квашнёй. Взяла гребешок и подошла к окну.

– Ну или делает вид, что видит, – скептически заметил Квашня, выбравшись из-под одеяла.

– Перестань. Я ей верю. Ведь запомнить несколько тысяч книг просто невозможно…—Было видно, что Квашня выводит её из себя по тому, как взгляд карих глаз девочки стал колким, а движения гребешка были слишком уж резкими. Её чёрные волосы не особо нуждались в расчёсывании потому как не спутывались. Биза объясняла себе это тем, что во-первых, волосы прямые, а во-вторых всего лишь до плеч.

– Может, ты хотя бы, для разнообразия, сегодня возьмёшь что-то из видимого чтива? Желательно с картинками.

– Возможно… – многозначительно протянула Биза.

Она с шести лет брала книги в библиотеке, как только научилась читать. Квашня каждый вечер просил её почитать ему на ночь, а иногда сразу после уроков. Друзей, кроме него у неё не было, а может, поэтому и не завелось, что она каждый день много времени проводила за чтением.

Со временем простенькие детские истории ей наскучили, и она начала брать книжки посложнее, всё чаще касающиеся учёбы. А когда в начале прошедшего уже лета узнала, что есть книги, которые никто, кроме главного библиотекаря Трунды, прочесть не может, – начала брать их для изучения. Настоятельница Трунда Ведающая, узнав об увлечении Бизы, сначала отнеслась с неодобрением, но позже почти каждый раз выходила из своего кабинета (где всё время слышался скрип перьев от усердного переписывания наставниками мудрых истин), справлялась у неё, получилось ли в этот раз. Биза принимала это близко к сердцу и не теряла надежды однажды прозреть.

– Знаешь, что интересно? – спросила Биза у Квашни, делая наклоны в утренней зарядке.

– Хм? – вопросительно взглянул на неё Квашня.

– Все пустые книги, имеют одну схожую черту. У всех можно прочитать корешок и название, но в остальном они совершенно пустые.

– И что из этого следует?

– А то, что их названия переписывались обычными чернилами.

Послышалась мелкая дробь в дверь и оклик:

– Завтрак!

Это была девочка-полуэльф из соседней комнаты по имени Удаша. Её отличали тонкие черты и хрупкое телосложение. Несмотря на её эльфийское происхождение, кожа у неё была смуглая и тёмно-рыжие волосы сильно кучерявились. Её фамильяр Кукунту, похожий на пернатую шестиногую канарейку с двумя парами крыльев сидел по обыкновению у неё на плече.

Это было ещё одно правило школы: у каждого должен быть фамильяр, то есть животное-спутник. Всем рекомендовалось заводить магическое существо или их прямых потомков. Ведь они были отличными индикаторами возвращения магии. Только в случае, если не было других вариантов, разрешалось брать обычное животное. Удаша была из богатой семьи Центрограда, и родители постарались дважды: во-первых, чтобы их дочь попала в школу, а во-вторых – достали ей максимально магическое существо. Та не скрывала гордости за питомца, но характер у последнего был прескверный. Он любил жевать волосы Удаши, сидя у неё на плече, а когда засовывал их слишком глубоко – выплёвывал их вместе с искрами огня и едкого дыма с запахом палёного волоса. При этом сам он извергнуть пламя был не в состоянии. Именно поэтому родители Удаши вскоре прислали ей новенький костюм с защитой от возгорания и несколько заколок, чтобы волосы всегда были аккуратно убраны.

Удаша частенько заходила за Бизой, и они вместе шли в столовую перед уроками. Хоть Биза обычно и не выносила Квашню напоказ, Удаша знала, что у неё есть питомец. Про своего она любила рассказывать, ведь это была не просто канарейка, а потомок змеевидного летающего дракона, который после исчезновения магии родился таким. Биза же не знала о Квашне ровным счётом ничего – сколько ни проводила времени за книгами, про разумные лужи нигде не было написано. Особенно тяжко было слушать интересные факты, которыми Удаша охотно делилась после очередного похода в библиотеку. Больше всего её интересовал, конечно же, змеевидный летающий дракон, но она заодно читала всё, что хоть как-то относилось к драконам. Например: наиболее редким видом дракона является разновидность горынычей – больших многоголовых драконов; в мире раньше насчитывалось более пятидесяти видов; некоторые из ящеров, как, например, настоятельница Нура, могли произойти от бескрылых драконов; у драконов был самый мощный из известных животных магический потенциал1 и ещё много других – значимых и не очень – фактов.

Новое расписание

Несмотря на постоянное пребывание в интернате для магически одаренных детей, Биза толком не касалась магии. Первые два года обучения прошли за основами Торгового дела, которое включало чтение, письмо, математику и географию; Мастерства, где детей учили трудовой дисциплине, работе руками и истории; Травничества на базовом уровне – какие растения существуют поныне, есть ли у них какие-то свойства и стоит ли их опасаться; а также базового уровня Зверей – изучали самых обычных животных, учились основам приручения и выживания. Дисциплина «Звери» очень нравилась Бизе, и в третьем классе должно было начаться самое интересное: изучение основных видов домашних магиков и фамильяров.

Магия на уровне третьего класса ограничивалась защитными чарами и азами рунописи. В последующем добавлялись заклятья нападения, превентивная магия, руническая магия и предсказания по рунам, хотя этим, конечно, вся магия не ограничивалась. Биза даже брала как-то в библиотеке книгу с переписанным корешком, на котором значилось «Магия на каждый день», но она, как и большинство книг, оказалась пустой.

Но самое интересное было на перстовании: в этом году им предстояло узнать основные виды магических изделий, основные виды зачарований и методы их наложения.

Сгорая от нетерпения, Удаша и Биза подошли к дверям столовой, где их должен был ждать праздничный завтрак по случаю начала учебного года.

По традиции, всех построили и распределили по классам. К удивлению Бизы, несколько её одноклассников, в том числе Удаша, остались на второй год. Что её ещё больше удивило, так это то, что её всё-таки перевели. Ну и неприятной новостью стало, что ВэЧе – Великолепная Четвёрка, как себя сами называли Мари, Инга, Десса и Виталик – осталась на второй год, и её определили с Бизой в один класс.

Мари, дочь одного из советников в администрации Центрограда, возможно, имела в предках демонов: при насыщенном красноватом оттенке кожи она была очень красивой. Волнистые светлые волосы обрамляли тонкие черты лица, а карие глаза придавали её взгляду неприятную чёткость. Инга – высокая и спортивная – выделялась бледно-зеленоватым оттенком кожи и чёрными густыми прямыми волосами. Многие, кто недолюбливал её, считали, что она орк, но в отличие от оркорожденных, у неё не было нижних клыков с выпирающей нижней челюстью, что было характерно для всех орков. Виталик, или Виталиарий Илорианский, был парнем видным за счёт своего роста и копыт, которые лишали его возможности неслышно подкрасться к кому бы то ни было, но комплекция делала скрытность практически ненужным навыком, так как он был уже выше многих настоятельниц и учителей. При всём этом он мог поладить с кем угодно, если этого хотел. А хотел, как оказалось, только с другими участниками ВэЧэ. Десса на фоне остальных участников группы был самым невзрачным, ибо был обычным человеком. Чёрные волосы до плеч с блеском вороньих крыльев придавали его бледному лицу особую выразительность, а зелёные глаза делали образ сильным и немного пугающим.

Управляющая настоятельница МоДун стояла перед распределёнными учениками и вещала:

– В этом году всем надо постараться, чтобы сдать экзамены для перехода в следующий класс, потому что наш бургомистр очень недоволен смертью пяти выпускников прошлого года, поступивших к нему на службу…

«Бла-бла-бла», – подумала Биза. – «Она весь день говорить собирается?» Голос МоДун и впрямь звучал дряхло и монотонно. Говорила она о важных вещах, но даже среди настоятельниц её слушали далеко не все.

«Это не могло случиться просто так, как все четверо остались на второй год, ведь Мари – та ещё всезнайка… И почему все в один класс… Видимо, кто-то приложил к этому руку», – размышляла Биза про ВэЧэ.

Наконец-то речь директора закончилась, и все расселись на лавках за столами, которые уже были сервированы. Праздничный завтрак не особо отличался от обычного, разве что каша была сварена на разбавленном мамонтовом молоке, что приятно порадовало детей, а потом отдельно подали каждому по куску свежеиспеченного хлеба, а на нём – ароматный пластик мамонтового сыра2.

Биза половину десерта съела, а половину бережно завернула в тряпицу для Квашни.

Она забежала в комнату, развернула угощение на прикроватной тумбочке и, взяв учебники и тетради, подошла к двери, где у неё висело расписание занятий. Сегодня предстоял трудный день: Звери, Рукопашный бой, Торговое дело, отдых два часа, а затем Перстование и Магия, которые Биза выбрала как дополнительные занятия. Все уроки, кроме магии, были общими, а это значит, ВэЧэ будет мешать ученикам почти весь день.

– Почитаешь мне после уроков? – Квашня вырвал Бизу из раздумий.

– Постараюсь, Квашунь. На обеде если успею всё сделать, тогда часов в шесть начнём. Выбери пока, что хочешь почитать, – сказала Биза, обуваясь у двери.

– Уже, – с набитым ртом, если так можно сказать, произнёс Квашня, внутри которого начал пениться сыр. – Вот эту, с картинками, – он подполз под книгу и ловко приподнял её за корешок, памятуя о запрете трогать страницы. Биза боялась испортить книги, в которых могли содержаться важные знания в единичном экземпляре. В этой книге было нарисовано что-то похожее на серую палку.

– Хорошо, но сначала уроки, – сказала Биза и выскользнула за дверь.

Звери

Первый урок по дисциплине «Звери» в этом году назначили в полузаброшенном крыле здания, где не проводилось других занятий. Биза, пришедшая одной из первых, поднялась на возвышенность ростом с человека по одной из двух ведущих наверх лестниц и огляделась. Этот класс больше походил на маленький амфитеатр, разделённый бортиком-коридором. Один конец коридора упирался во входную дверь, откуда постепенно появлялись ученики, а второй уходил в противоположный конец зала, откуда, как оказалось, тоже можно было подняться на парапет. На парапете, с обеих сторон за деревянными перилами, в один ряд стояли парты. На нижнем этаже вдоль стен ютились ниши с полками, заставленными чучелами и другими предметами не столь очевидного назначения.

Настоятельница Элисиф в строгой чёрной тренировочной форме стояла у дощатой кафедры в центре круга. Когда все наконец собрались, она хотела поздороваться, но, как только начала говорить, подпрыгнула, испугавшись громкости своего же голоса. Затем, просмеявшись вместе с учениками, всё-таки поздоровалась и с улыбкой продолжила:

– Сегодня мы можем заочно познакомиться с вашими фамильярами. Каждый может рассказать про своего питомца, и я уверена, что вам есть о чём нам рассказать. – И она обвела детей взглядом. – Отлично, Зари. Можешь встать на место между партами, но помни, здесь очень хорошая акустика!

Зари, прежде житель одного из окрестных городов, конопатый паренёк с длинными ушами, прочистил горло и начал:

– У меня – скифетр3. Я назвал его Урр. Кто не знает, это зверёк, похожий на выдру или ласку. Говорят, что раньше они могли питаться ложью! Мой, например, крайне любит яйца, но от жареного мяса или молока тоже не отказывается. А ещё они одни из немногих, кто не изменился внешне после исчезновения магии. Честно говоря, мой отец за это его и недолюбливает: не доверяет и старается в его присутствии говорить правду.

Ребята хихикнули, оценив удачную шутку. Зари слыл умелым рассказчиком, хотя вне уроков был немногословен.

– Отлично, Зари, – похвалила Элисиф.

Следующей стала Алюра с рассказом о своей гарпии Хлупе, которая, несмотря на размер, относилась к хищным птицам, чей успех в охоте был очевиден благодаря бесшумным крыльям.

–Биза, – обратилась Элисиф к девочке, – расскажи нам про своего питомца».

Биза проявила себя знатоком животных на уроках по дисциплине «Звери», но в данном случае ей нечего было сказать. Она встала на место между партами и попробовала собраться с мыслями:

–Моего питомца зовут Квашня. Он… Честно признаться, я не знаю, к какому виду он относится и какие у него особенности.

–Ха… Начинается стандартная история! – громко заявила Инга со своего места. Но, благо, акустика зала подавила её замечание, и Элисиф не услышала, а Биза – да. Она споткнулась в своём несуразном повествовании. Участники ВэЧэ, сидевшие рядом, переглянулись. Мари громким шёпотом, чтобы было слышно только своим, сказала: «Ну наконец-то её выпрут за полный идиотизм».

–Он выглядит как фиолетовое желе или лужа…

–Да нет у неё никого! – крикнул в зал Виталик и загоготал.

Элисиф одёрнула его, но остальные дети тоже, видимо, с недоверием отнеслись к такому рассказу.

Среди общеизвестных бегунков, птахов, крыс-охотниц и берлингов затесался нюхль Демиты, змеехвост Мари, дубовик Агаста, грифн Амиза и вампал Р'Ари4. Но никто не слышал про фиолетовые лужи.

После знакомства со всеми животными Элисиф поставила на кафедру потёртый фолиант с золотым тиснением «Прирученные животные-спутники», открыла его на странице с яркими иллюстрациями и зачитала выдержку: «При активной магии многие фамильяры обретали защитные доспехи из панциря, крылья для полёта и ядовитые шипы для отпугивания хищников». Затем, развернув рисунок панцирного льва, показала и рассказала, что у него «Воспоминания хозяина активировали боевой режим». Биза поймала себя на мысли, что её пальцы дрожат, предвкушая, как когда-нибудь Квашня обретёт подобные способности.

В конце урока Элисиф обратилась к расписанию у двери: «На следующем занятии мы перейдём от теории к практике дрессировки фамильяров». Она начертила на доске три столбца с заголовками «Имя», «Жест», «Лакомство» и прокомментировала: «Для начала нам необходимо понимать, какие команды понимает и уже знает каждый магик. А для этого вам необходимо выполнить задание: встать рядом с фамильяром, назвать его по имени и дать команду. Затем дождаться реакции и предложить лакомство. Если не сработало, то коротким жестом помочь животному. Повторить три раза для закрепления».

–Например, – она продемонстрировала на игрушечном медвежонке, как мягко прижать ладонь к спине при команде «Сидеть», и добавила— Не повышайте голос. Он должен быть спокойным, но твёрдым.

Биза наклонилась над тетрадью, аккуратно перечертив табличку и записывая каждое слово. В этот момент ей было даже любопытно, как отреагирует Квашня на приёмы дрессировки. Она так увлеклась, что даже не заметила, как Мари и Инга перешёптываются, глядя в её сторону и предвкушая новые поводы для насмешек.

Первые неприятности:

У Бизы с самого утра было предчувствие, что день не кончится без приключений, однако она не ожидала, что они начнутся со второго урока.

Настоятельница Бригга, их учитель по рукопашному бою, была высокой и подтянутой. Её рыжие волосы умудрялись виться, несмотря на то, что были стянуты в тугой узел на затылке. Это, наверное, был единственный учитель, которого дети видели без головного убора. Свободные штаны и рубаха для тренировок не могли скрыть изящество и силу, сквозящие в её движениях. Она была требовательной, но мягкой.

После разминки и освоения приёма «скрытный удар» и его контрприёма детей разбили по парам, и Бизе попалась Инга. Высокая и злая. Инга пыталась бить со всей силы, но из-за своего размера и неповоротливости всё время оказывалась медленнее Бизы. Биза же не могла заставить себя причинить ей боль в ответ, когда пришлось поменяться ролями. Инга тут же отозвалась издевательскими насмешками:

– Это и есть твоя полная сила? Меня муракан5 вчера сильней укусил и другими.

Настоятельница Бригга часто говорила, что во время поединка нужно быть сосредоточенным на противнике, независимо от всего остального, и не пресекала неспортивное поведение Инги. Бизу это не задевало. Но вот пришло время спарринга, и тренер решил не менять пары.

Инга шла на Бизу, несмотря на наносимые точно в цель удары. И тут из рядов наблюдающих Мари крикнула:

– Инга, дай ей уже хорошего пинка!

Биза отвлеклась на голос на долю секунды, которой Инге хватило для проведения нового приёма. В итоге Биза упала как подкошенная, но тут же подскочила на колени и, крутанувшись, оказалась за спиной Инги, схватила её за голени и повалила, закончив бой, удержав Ингу в лежачем положении 5 секунд.

Инга рычала и тихо ругалась. Биза всё слышала и поняла, что ей стоит держаться от ВэЧэ подальше дня три, до того как Инга хоть немного остынет.

Надежда поделиться с Удашей своими злоключениями после уроков не оправдалась. Она не открыла на условный стук, видимо, уже спала после двойного спорта. Соседка всегда жаловалась Бизе, что очень устаёт от спорта, но без него ей сложно заснуть, потому что она до сих пор не привыкла к местным матрасам. Зато Квашня радовался ей как настоящий домашний питомец. Он поднимал волну своим телом-лужей, так как не мог прыгать, на гребне волны всегда были глаза, от этого зрелище было преуморительным. Биза устало улыбнулась и начала рассказывать ему про свой день. Квашня уже заполз на кровать и стал ползать по ней, грозно причитая, что он, хоть и маленький, готов, пожертвовав собой, кинуться на лицо каждому из обидчиков с целью утопить негодников. И так разгорячился, что не заметил, как нарезает круги по уже завернутому в воронку покрывалу кровати.

– СТОП! – резко и как будто напуганно шикнула Биза.

– Что? Только не говори, что так нельзя и тебе жалко этих наглецов?! – возмутился Квашня.

– Квашня, ты на книге!

Квашня было испугался, когда Биза, взяв его двумя руками, резко подняла с книги, глядя не на Квашню, а сквозь него. На мгновение ей показалось свечение от книги.

– Я видела то, чего видеть не должна! – Биза вновь поглядела на книгу сквозь Квашню. «Показалось», – устало подумала она.

Затем Биза честно попыталась выполнить домашнее задание, которое дала Элисиф. Но Квашня наотрез отказался от любых действий без угощения, когда увидел таблицу Бизы.

– Ах ты хитрец! – возмутилась Биза. – Значит, я ему читаю, а он уже сам умеет. Ей показалось, что на секунду Квашня от стыда почернел.

Сегодня они читали бестиарий голубого предела под названием «Твари воздуха, земли и тверди». К воде, видимо, гномы не хотели иметь никакого отношения. Квашне очень хотелось прочитать про серые палки, которых Биза увидела утром.

Речь шла о железных червях. Кроме того, что это были почти неубиваемые твари и главные враги горняков, некоторые из них достигали поистине исполинских размеров.

Внизу была приписка: «Возможно, размер зависит от потребления манной руды».

– А… – разочарованно протянул Квашня. – Не сказка значит. Я думал, тут про рога единорогов или что-то вроде того. Неинтересная книга.

– А вот это ты зря. Интересно, если магия пропала, изменились ли как-нибудь эти черви? Может, стали гораздо мельче, а может, и вовсе вымерли, как феи?!

– Может быть, – согласился Квашня.

***

И всё-таки ожидания Бизы не оправдались. На следующий день, после обязательных уроков, Биза несла Квашню на улицу погулять на перерыв между уроками. Квашня, свернувшись клубочком в сумке, лениво моргал глазами и время от времени, словно игривый кот, дергал за подвеску, которая выпала внутрь, забавляя этим Бизу. В момент, когда Биза тянулась к ручке двери, чтобы отворить её, дверь резко подалась наружу, и перед ней возникла ВэчЭ в полном составе. Виталик шёл сзади остальных и ещё над чем-то глупо хихикал. Остальные уже молчали. Инга наклонила голову вперед и угрюмо сопела. Бизе показалось даже, что Инга – потомок горного тролля, настолько она казалась большой и угрожающей в этот момент. Четверка не могла пройти мимо худощавой и невысокой Бизы, тем более после столь позорного поражения в зале. Но рядом были учителя: на крыльце, как обычно, дышала чакрами странная сестра Глициния-медик в школе Бизы. Рядом с ней стояла главная настоятельница Модун и о чём-то ворчала.

– Эй, ты чего здесь делаешь? Даже дверь не трогай, у тебя ведь из рук валится всё, чего не коснёшься.

– Зато у меня хоть руки прямые, – не могла смолчать Биза.

– Ой-ой-ой, Инга, ты слышала? С какой это поры можно гордиться прямыми руками, если они не из того места растут?! Ты же, мало того, что ходячее несчастье, за два года только про Зверей что-то выучила, а так ни одного вопроса не ответила. Вот вчера и по Зверям настал момент истины. Всё мычишь у доски, как заколдованная…

Инга решила добавить от себя:

– Мари, ну что ты такое говоришь? Ведь всем известно, что магии больше нет. Она просто настолько глупая, что не знает, как и что отвечать надо… Э! Да ей даже этого не понять! – воскликнула Инга, видя, что её слова задели Бизу за живое.

Биза почувствовала, как горячая волна стыда поднималась в её груди. Она молча прошла мимо на улицу, шагая всё быстрее. В итоге сорвалась на бег и в слезах бросилась в ближайший переулок, ведущий в трущобы. Ей вслед заулюлюкали Виталик с Дессой и ещё пара аболтусов.

– И-ДИ-О-ТЫ!!! – орал Квашня из сумки, трясясь в такт быстрым шагам Бизы и напрочь позабыв, что его может слышать только Биза.

Самое обидное было то, что все их наговоры были правдой. Что-то мешало Бизе свободно отвечать на вопросы наставниц в классе, даже если она знала ответ. Она даже не могла сделать больно Инге, когда была такая возможность: била будто вполсилы, а потом просто держала её за ноги. Каждый раз на уроке она краснела, пыхтела, в общем, не сдавалась. Но собраться с силами, чтобы выйти к доске или ответить на вопрос, с каждым разом становилось всё труднее. Среди всего приюта не было ещё ни одного такого ученика.