Сказка – явься! Чудо – здравствуй!

Волшебная Матрешка. Русская народная сказка

Ох, как же мне было скучно в тот дождливый майский день! Десять лет – это возраст, когда скука просто невыносима. Мама велела прибраться на чердаке, а мне так не хотелось. Но именно там, под слоем пыли и стопкой старых газет, я нашла её – старинную, потрёпанную книгу без названия, с золотистым узором на обложке. Она будто светилась изнутри! Я стряхнула пыль – и на обложке проявилось тиснение: «Сказки народов мира».

Я открыла её, и первое, что бросилось в глаза, – выведенная тонкими линиями, почти невидимая фраза на титульном листе. Там было написано: «Если в сказку ты стремишься, сердцем в ней ты растворишься, трижды вымолви заветное: “Сказка – явься, чудо – здравствуй!”». Мои глаза загорелись! Неужели это правда? Я ведь обожаю сказки! И вот, набравшись смелости, я громко, с замиранием сердца, произнесла:

– Сказка – явься, чудо – здравствуй! Сказка – явься, чудо – здравствуй! Сказка – явься, чудо – здравствуй!

И тут же комната словно растаяла! Я ощутила запах хвои, влажной земли и свежего ветра. Открыв глаза, я увидела вокруг себя не стены чердака, а гигантские сосны, могучие кедры и нежные берёзки, у которых кора будто бы светилась белизной. Над головой проплывали пушистые облака, а где-то вдалеке слышалось глухое рычание – кажется, бурый медведь! «Вот это да! – пронеслось в моей голове. – Я в Сибири! В настоящей русской сказке!»

Я шла по лесной тропинке, удивляясь каждому листочку, каждому мху. Вдруг из-за огромной коряги выскочил Ле́ший* – весь покрытый мхом, с глазами-угольками! Он начал смеяться, топать ногами и кружить меня, чтобы я заблудилась. «Ага, старый хитрец!» – подумала я, вспомнив бабушкины сказки. Я тут же расстегнула свою курточку, вывернула её наизнанку и надела обратно*. Леший замер, удивлённо моргая.

– Что за чудеса? – пробормотал он. – Так меня ещё никто не обманывал!

Я улыбнулась ему самой доброй улыбкой и сказала:

– Дедушка Леший, не пугай меня, я ведь заблудилась. Покажи дорогу к людям добрым, пожалуйста.

Леший почесал затылок, засмущался и махнул корявой рукой:

– Ладно уж, смелая девчонка! Иди прямо, к избушке, что на курьих ножках стоит, там Баба-Яга́* живёт. Она хоть и вредная, но иногда готова помочь, если с ней по-хорошему. Да передай ей, что беда случилась-приключилась в народе. Она поймет…

Я пошла, куда указал Леший. Вскоре сквозь деревья показалась та самая избушка. Древняя, деревянная, с резными наличниками. А вокруг – берёзы и рябины. Я подошла поближе и вежливо постучала.

– Кто там ещё стучится?! – проворчала Баба-Яга, высунув из окошка свой крючковатый нос.

– Это я, Варя, бабушка Яга, – ответила я. – Заблудилась я в лесу, да и беда стряслась в округе, слышала я. Могу ли я помочь чем-нибудь?

Яга прищурилась.

– Беда, говоришь? А, знаю я твою беду! Коще́й Бессме́ртный*, паразит этакий, да мои Кики́моры* ему помогали. Похитил царских детей – царевича Ивана и царевну Василису – из самого их терема, что у Кремля стольного, древнего, возвышается! И забрал он с собой Матрёшку волшебную, в которой вся радость Руси хранилась. С тех пор и печаль на земле, даже балала́йки* замолчали…

Яга вздохнула.

– Ладно, вижу, не глупая. Вот тебе клубок, он тебя к Кощею приведёт. А от меня – добрый совет: Кощей радости боится, она его, аки солнышко тучку, прогоняет. А Матрёшка* та в его сокровищнице, под охраной одной из Кикимор. Держи, вот тебе пирожок, угости Кикимору, они сладкое любят.

Я поблагодарила Ягу и пошла за клубком. Долго ли, коротко ли, клубок привёл меня к глубокой пещере, заваленной камнями. Я пролезла внутрь и увидела огромный сундук. Рядом с ним сидела Кикимора – маленькая, вредная, с зелёными волосами.

– Кто здесь?! – зашипела она.

– Это я, Варя. Вот, пирожок тебе принесла, угощайся!

Кикимора, увидев пирожок, аж запрыгала от радости. Она быстро его слопала и стала добрее.

– Ну, спасибо, Варенька! Давно мне никто сладостей не приносил. Что хочешь?

Я указала на сундук.

– Мне нужна Матрёшка, которая в нём.

Кикимора вздохнула.

– Ну ладно, бери. Только знай: Кощей не просто так её спрятал. Он ненавидит радость. Его смерть не только в яйце, в игле, в утке и зайце, но и в самой радости людской. Чем больше радости вокруг, тем слабее он становится.

Я открыла сундук, и там, среди золота и драгоценностей, лежала она – большая, расписная Матрёшка! Как только я взяла её в руки, по всему телу разлилось тепло, а в сердце заиграла такая радость, что захотелось петь и плясать! Матрёшка словно бы светилась. И тут я услышала голоса, слабые, но полные надежды. Царевич Иван и царевна Василиса! Они были заперты в дальней части пещеры.

Я пошла на голоса. И там, в сумрачной пещере, восседал на троне сам Кощей Бессмертный, худой, костлявый, в золотых цепях. Рядом томились бледные царские дети.

– Ха-ха-ха! – проскрипел Кощей. – Кто это к нам пожаловал? Ещё одна жертва моей печали?

Я подняла Матрёшку.

– Это не печаль, Кощей! Это радость! И я принесла её!

Тут Матрёшка засветилась ярче – и Кощей зашипел, словно змея, и начал таять! Он уменьшался, уменьшался, пока не превратился в маленькую, сморщенную косточку. Оказывается, Кикимора не соврала: радость была его настоящей погибелью!

Царевич Иван и царевна Василиса были свободны! Я помогла им выбраться из пещеры. А тут, словно по волшебству, послышались топот коней и звон доспехов! Это были богатыри: Илья Му́ромец, Добрыня Ники́тич и Алёша Попо́вич*! Они давно искали царских детей, а вспышка радости указала им путь.

Мы все вместе отправились обратно, к стольному граду, к древнему Кремлю, который виднелся вдали. Когда мы вошли в город, люди ликовали! Печаль ушла – и на улицах снова заиграли балалайки. В честь спасения царских детей устроили великий пир! Было столько вкусного, особенно борща – горячего, наваристого, с пампушками*! После пира начались танцы: водили хороводы, плясали перепля́с*, а потом и удалую тро́йку*. Я стояла, смотрела на этот праздник жизни, и сердце моё пело от счастья.

Меня благодарил сам Царь, а царевна Василиса подарила мне маленькую, резную матрёшку – такую же, как та, что спасла их.

И тут я почувствовала лёгкое покачивание. Я открыла глаза – и вот я снова на своём чердаке, книга лежит передо мной, и лёгкое свечение исходит от неё. В руках у меня не было матрёшки, но в сердце осталась та самая радость, а в памяти – вкус борща, звон балалайки и вид древнего Кремля.

Я улыбнулась. Это было невероятное приключение. И я поняла главное: добро всегда побеждает зло, даже если кажется, что оно совсем маленькое, как десятилетняя девочка. Ведь главное – это смелое сердце, добрые намерения и вера в то, что даже самый большой страх можно разогнать светом и радостью. И тогда даже медведь покажется тебе добрым, а Леший – старым другом.

*Ле́ший – это дух или хозяин леса в славянской мифологии. Представь себе сказочного человечка, который может менять свой рост – то быть маленьким, как травинка, то высоким, как деревья. Он защищает лес и животных, которые в нём живут. Иногда леший может путать путников, заводя их в чащу, но, если к нему относиться с уважением, он не причинит вреда. Можно сказать, что леший – это как сторож леса в сказках.

*«При встрече с Лешим я тут же расстегнула свою курточку, вывернула её наизнанку и надела обратно» – В старинных сказках люди верили, что леший может путать дорогу и морочить голову. Расстегнуть и вывернуть одежду наизнанку считалось способом обмануть лешего, сбить его с толку и защититься от его чар. Как будто говоришь ему: «Смотри, я уже запутанный, тебе не нужно меня путать». Это как секретный код или волшебное действие из сказки. Конечно, на самом деле лешего не существует, но эта традиция показывает, как люди раньше относились к лесу и его загадкам.

*Баба-Яга́ – это сказочный персонаж, живущая в избушке на курьих ножках. Представь себе старушку с костяной ногой, длинным носом и взлохмаченными волосами. Она летает в ступе, погоняя её пестом и заметая следы помелом. Баба-Яга может быть как злой, так и доброй. Иногда она помогает героям сказок, давая им советы или волшебные предметы, а иногда, наоборот, пытается им навредить.

*Коще́й Бессме́ртный – это злой волшебник из русских сказок, худой и очень старый. Он славится своим бессмертием, но его жизнь спрятана в нескольких волшебных предметах, вложенных один в другой: игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в сундуке, а сундук висит на высоком дубе. Если разрушить иглу, Кощей умрёт. Он часто похищает принцесс и прячет их в своем замке.

*Кики́мора – это маленький, вредный дух в славянских сказках. Представь себе крошечную, лохматую старушонку, которая живёт за печкой или в подполе дома. Она любит шалить: путать нитки, пряжу, бить посуду и шуметь по ночам. Кикимора – не очень злой дух, скорее проказница, но её шалости могут сильно надоесть.

*Матрёшка – это деревянная расписная кукла, внутри которой спрятаны другие, точно такие же куклы, только поменьше. Они вставляются одна в другую, как по волшебству! Самая маленькая матрёшка – цельная, её уже нельзя открыть. Матрёшки бывают разного размера и с разными рисунками, но чаще всего это девушки в ярких сарафанах и платках.

*Илья Му́ромец, Добрыня Ники́тич и Алёша Попо́вич – это самые известные русские богатыри, герои былин (старинных сказаний). Они невероятно сильные и смелые воины, которые защищали свою землю от врагов и спасали людей от разных бед. Илья Муромец самый могучий из них, Добрыня Никитич известен своей мудростью и хитростью, а Алёша Попович – смекалкой и ловкостью. Представь себе команду супергероев из древней Руси!

*Борщ – это очень вкусный и сытный суп ярко-красного цвета. Его варят из мяса и овощей: свёклы, капусты, картошки, моркови и лука. Пампушки – это маленькие, мягкие булочки, которые едят с борщом. Их обычно посыпают чесноком и зеленью. Представь, как аппетитно макать ароматную пампушку в горячий, наваристый борщ!

*Балала́йка – это русский народный музыкальный инструмент. Представь себе деревянный треугольник с длинной ручкой, на котором натянуты струны. На балалайке играют, перебирая струны пальцами или специальным треугольным медиатором. Звучит она звонко и весело, часто используется в народных песнях и плясках.

*Перепля́с – это весёлое соревнование в танце! Это почти как в спорте, только вместо бега или прыжков – крутые движения, кто кого перетанцует! Выходят танцоры и по очереди показывают, на что способны: кто лучше импровизирует, у кого движения зажигательнее. Победитель получает всеобщее восхищение!

*Тро́йка – это весёлый, задорный танец, в котором танцуют сразу три человека. Представь себе быструю русскую тройку лошадей – так же быстро и лихо двигаются танцоры! Часто в тройке есть один главный танцор, а двое других ему «подтанцовывают», выполняя похожие движения. Получается очень красиво и энергично!

Волшебная флейта. Ирландская народная сказка

Ох, с каким же нетерпением я ждала этого момента! После русской сказки, когда я вернулась на чердак, сердце у меня прямо-таки горело. Я знала, что волшебная книга зовёт меня снова. На этот раз я открыла её на странице с кельтскими узорами, которые словно танцевали на пожелтевшей бумаге. На иллюстрации был изображен маленький человечек в зелёном одеянии, с золотым горшком, и подпись внизу: «Ирландские сказки».

Я закрыла глаза, вдохнула поглубже, и, помня предыдущее приключение, громко, чётко, с чувством произнесла: «Сказка – явься, чудо – здравствуй! Сказка – явься, чудо – здравствуй! Сказка – явься, чудо – здравствуй!»

Мир вокруг меня поплыл и растворился в зелёном тумане. Я почувствовала запах свежескошенной травы и влажной земли. Открыв глаза, я увидела бескрайние зелёные холмы, тянущиеся до самого горизонта. Над головой расстилалось лазурное небо, а под ногами колыхались поля клевера и папоротника. Где-то вдалеке послышались звуки ирландской арфы, но это была какая-то грустная, минорная мелодия. Не такая, как в фильмах, где все весело танцуют джигу.

«Что-то не так», – подумала я. Ведь мне всегда казалось, что Ирландия – это страна веселья, танцев и звонкого смеха! Я пошла по узкой тропинке, чувствуя, как мягкий мох щекочет ноги. И тут я увидела его! Под огромным древним дубом сидел лепреко́н* –маленький, в зелёном кафтанчике и смешной шляпе, но он не улыбался. Он сидел, подперев щёку кулачком, и казался очень печальным. Рядом с ним не было золотого горшка, только пара одиноких монеток.

Он вздрогнул, поднял на меня свои проницательные глазки и вздохнул.

– Здравствуйте, дедушка лепрекон, – вежливо сказала я.

– Здравствуй, дитя. Только радости в этих холмах не осталось. Дана Ши*, древняя ирландская Банши, похитила Сердце Эйре – наш самый главный кристалл радости, что светился на холме Тара. Она его заточила в своем сумрачном логове, и теперь наша музыка звучит печально, танцы позабыты, а золото не приносит счастья. Даже Кентерви́льское привидение*, что веками пугало людей, теперь лишь грустно стонет в старом замке, потому что никто больше не пугается. Оно само в тоске.

Я опечалилась.

– А что же делать?

Лепрекон вздохнул.

– Нужна чистая душа, которая не боится печали. Сердце Эйре питается радостью. Если его не вернуть, вся Ирландия погрузится в вечную грусть. Некоторые фе́йри* и Сидх* уже почти исчезли.

Я подумала: «Я же Варя, и я не боюсь!»

Моя бабушка всегда говорила, что доброе сердце и смелость – единое оружие.

Он с сомнением посмотрел на меня, но потом кивнул.

– Дедушка лепрекон, покажите мне путь к этой Банши!

– Ладно. Возьми вот эту подкову. Она принесет тебе удачу. А ещё помни: чтобы победить тьму, нужно найти свой собственный свет.

Я взяла подкову и пошла по тропинке, которая становилась все темнее и вела к мрачным скалам. Внезапно из-за куста лесного папоротника выскочил огромный, лохматый ирландский волкода́в*! Он не зарычал, а лишь жалобно заскулил и лизнул мою руку.

– Ты заблудился? – спросила я. Я погладила его по голове, и он, виляя хвостом, пошёл впереди меня, будто показывая дорогу. Какой же он оказался добрый!

Вскоре мы вышли к древнему, полуразрушенному замку. Он выглядел очень старым, с кельтскими узорами на обветшалых камнях. Внутри было сумрачно. Из одного окна донеслось громкое, но какое-то безнадёжное завывание. Это было Кентервильское привидение!

Оно висело в воздухе и пыталось напугать меня, но у него получалось так грустно, что мне стало его жалко.

Привидение перестало выть и удивлённо посмотрело на меня.

– Эй, мистер Привидение! – крикнула я. – Что вы так унываете? Пожалуйста, покажите мне, где Банши держит Сердце Эйре!

– Ты меня не боишься? Наконец-то! Дана Ши там, за этой стеной, в потайной пещере. Она сделала так, что мои собственные цепи стали тяжёлыми, а я сам стал невидимым для всех, кроме таких чистых душ, как ты. Меня никто не слышит, не боится. Какая же это жизнь для привидения?!

– Не переживайте, – сказала я. – Когда я верну Сердце, вы сможете снова пугать всех как следует!

Привидение фыркнуло, но в его глазах промелькнула искорка надежды. Он указал на потайную дверь, скрытую за старым гобеленом.

Мы с волкодавом вошли в мрачную пещеру. В самом центре, на возвышении из черных камней, висел огромный кристалл, окруженный темной и мерцающей аурой – это было Сердце Эйре!

А рядом, раскинув свои тёмные волосы, сидела Дана Ши – её глаза были полны вечной печали. Она протянула ко мне костлявые руки – и я почувствовала, как меня окутывает холодная волна отчаяния.

– Что тебе здесь нужно, дитя? – прошипела она. – Ты принесла мне новую порцию тоски?

– Нет! – громко сказала я, пытаясь отогнать печаль. – Я принесла тебе надежду и свет!

Я вспомнила всё, что знал Лепрекон и что он рассказал о Кельтском Пантеоне, о мудрости А́онгуса*, бога любви и красоты, о доблести Куху́лина*, героя Ирландии. Они говорили, что истинная сила не в битвах, а в свете сердца.

Я вытащила из кармана маленькую деревянную флейту, которую нашла утром под клевером (наверное, оставили фейри). Я не умела играть, но я попробовала извлечь из неё самый радостный, самый звонкий звук, который только могла. Я просто дула в неё, представляя весёлые ирландские танцы, звонкую джигу и дружный ке́йли*. Я думала о смехе, о тёплом солнце, о зелёной траве, о счастливых рыбках, играющих в море, и о вкусном ирландском рагу, которое я видела однажды на картинке.

Мой писклявый, но искренний звук не был мелодией, но он был полон надежды. А подкова в моей руке начала светиться! Свет от подковы и моя «музыка» стали разгонять мрак. Тёмная аура вокруг Сердца Эйре начала рассеиваться. Дана Ши зашипела, но не от злобы, а от боли. Казалось, свет обжигает ее. Она начала уменьшаться, а её чёрные волосы превращались в лёгкий туман. Она не исчезла полностью, но стала лишь маленькой, одинокой тучкой, которая улетела прочь, потеряв свою тёмную силу. Она больше не внушала страх, а лишь лёгкую, безвредную грусть.

Как только Дана Ши исчезла, Сердце Эйре вспыхнуло ярким, изумрудным светом! Он наполнил всю пещеру, выплеснулся наружу и разлился по всем зелёным холмам. Мгновенно всё вокруг ожило! Я вышла из пещеры, и меня встретил радостный лай волкодава. Вдалеке зазвучала настоящая, весёлая ирландская арфа, и я увидела, как из-под холмов стали выходить лепреконы, Сидх и фейри – они смеялись и хлопали в ладоши.

Позже, на большой поляне, где трава сияла изумрудом, устроили праздник. Все танцевали: лепреконы отплясывали джигу, фейри кружились в хороводах, а люди, которых я до этого не видела, но которые, видимо, тоже вернулись, начали большой Кейли! Я тоже присоединилась, и мы кружились, смеялись, а потом я попробовала самое вкусное ирландское рагу, которое только можно было представить! Кентервильское привидение радостно завыло, и я поняла, что теперь оно снова будет пугать людей, но уже без своей печали.

И тут, как в прошлый раз, я почувствовала лёгкое покачивание. Я открыла глаза и снова оказалась на чердаке. Книга лежала передо мной, а на её обложке мерцал слабый изумрудный свет. В руках у меня не было моей флейты, но в душе продолжала играть весёлая мелодия, а сердце было полно радости и тепла.

Я улыбнулась. Это было еще одно доказательство того, что добро, даже в лице маленькой девочки, всегда побеждает зло. И что самый сильный свет – это тот, который исходит из доброго и храброго сердца.

*Лепреко́н – это маленький, озорной человечек из ирландских сказок. Он похож на гнома, но очень любит прятаться и обманывать. Главное, что у него есть – это горшочек с золотом, который он всегда тщательно охраняет! Найти лепрекона очень сложно, а если и найдешь, то он скорее всего обманет и укажет на ложное место, где спрятано золото. Так что будь осторожен, если вдруг встретишь лепрекона!

*Да́на Ши – это древний ирландский дух, похожий на женщину. Она считается предвестницей смерти. Если кто-то услышит её печальный, пронзительный крик или плач, это значит, что скоро кто-то из близких людей умрет. Дана Ши – не злобная, а скорее грустная и печальная, и её крик – это предупреждение.

*Ке́йли – это традиционный ирландский танец. Представь себе быструю, энергичную музыку и танцоров, которые двигаются очень точно и синхронно, часто выстраиваясь в линии или круги. Они почти не двигают руками, зато ноги выписывают замысловатые узоры! Кейли может быть как групповым, так и сольным. Это очень весёлый и захватывающий танец, который часто можно увидеть на ирландских праздниках. Если увидишь – обязательно посмотри, это очень красиво!

*«Кентерви́льское привидение» – это очень смешная история про привидение, которое живёт в старом замке. Это привидение пытается пугать новых жильцов (кричит, ухает и бренчит цепями, в которые закованы руки привидения) – американскую семью, но у него ничего не выходит! Семья оказывается очень весёлой и находчивой, и привидению приходится очень трудно. В итоге привидение даже становится немного… добрым! В общем, это веселая история про неудачливое привидение и смешных людей.

*Ирландский волкода́в – это очень большая и сильная собака из Ирландии. Они выглядят как настоящие великаны, с длинной шерстью, часто серого или пшеничного цвета. Раньше их использовали для охоты на волков, отсюда и название. Сейчас же это добрые и ласковые гиганты, которые очень любят своих хозяев, хотя и требуют много места и заботы из-за своих размеров.

*Фе́йри – это волшебные существа из сказок, похожие на маленьких людей. Они могут быть добрыми и помогать людям, а могут быть злыми и проказливыми, устраивая всякие шалости. Они живут в лесах, полях и других диких местах, и часто обладают магическими способностями. Встреча с феями – это всегда что-то необычное и волшебное. Но остерегайся их, потому что они могут очень капризными!

*Сидх – это волшебный народ из ирландских и шотландских сказок. Представь себе скрытый мир, похожий на наш, но населённый волшебными существами! Сидх – это как их королевство, и его обитатели – красивые, но таинственные люди, которые умеют колдовать и жить в гармонии с природой. Они могут быть не только добрыми, но и опасными, если их разозлить. Они живут под холмами и в скалах, и иногда их можно увидеть, если очень повезёт!

*А́онгус – это ирландский бог любви и красоты! Он очень молодой и красивый, и помогает людям найти свою любовь. Он часто изображается с красивыми крыльями и управляет прекрасными птицами. Аонгус может быть немного шаловливым, но всегда стремится к счастью и радости.

*Куху́лин – это герой из ирландских мифов, что-то вроде супергероя! Он невероятно сильный и храбрый воин, который защищал свою землю от врагов. В бою он превращался в настоящего берсерка – становился огромным, с искажённым лицом и нечеловеческой силой. Представь себе Халка, только из древних легенд! Несмотря на свою ярость в бою, в обычной жизни Кухулин был добрым и благородным. Его история полна захватывающих приключений и подвигов.

Волшебный аккордеон. Немецкая народная сказка

Коротая время глубоко в мягком кресле, где я обычно прячусь от маминых дел и школьных забот, у меня всегда под рукой была она – та самая, старая, потрёпанная книжка со сказками народов мира с пыльного чердака. Это была не просто книжка. Она была волшебным порталом, и я, десятилетняя девочка Варя, знала это наверняка. Достаточно было трижды произнести особые слова «Сказка – явься, чудо – здравствуй!» – и ты оказывался внутри, среди героев и злодеев, где добро всегда сражалось со злом, а конец был непредсказуем, пока не наступит победа.

Сегодня мой выбор пал на Германию. На страничке была иллюстрация с тёмными силуэтами елей и шпилями, похожими на замок Нойшванштайн, про который рассказывала мне бабушка. Я прошептала трижды заветные слова – и мир вокруг меня закружился, а когда остановился, я оказалась… в настоящей немецкой сказке!

Холодный, влажный воздух ударил мне в лицо. Вокруг раскинулся Чёрный Лес – не тот, что на картинках, а настоящий, жуткий, с вековыми дубами и колючими елями, чьи ветви переплетались над головой, не пропуская ни лучика света. Тишина, прерываемая лишь шорохом невидимых существ, была такая, что звенело в ушах. Мне стало страшно по-настоящему, но я знала: в настоящих сказках всегда сначала бывает жутко.

Вдруг из-за старого, замшелого пня выскочила… да-да, та самая Красная Шапочка! Только она была не такой румяной и беспечной, как я думала. Её корзинка была пустой, а глаза были заплаканными и испуганными.

– Ох, горе мне, горе! – всхлипнула она, заметив меня. – Злой карлик, этот проклятый карлик, украл Волшебный Аккордеон! Его вёз на ежегодный праздник Ла́длера* мой дедушка, самый лучший аккордеонист во всем Шва́рцвальде*! Теперь никто не сможет танцевать, никто не сможет петь! Кукушка в старых часах замолкла, а дикие кабаны рыщут по лесу, озлобленные отсутствием музыки!

Моё сердце ёкнуло. Аккордеон! Без него Чёрный Лес погрузится в вечную печаль!

– Я помогу! – решительно сказала я, хотя внутри меня всё дрожало от страха.

Мы брели по лесу, продираясь сквозь колючие кусты. Нам встретился Братец Кролик*, который, по обыкновению, что-то хитроумно замышлял. Услышав о злобном карлике, он скрипнул зубами.

– Этот злыдень! Он однажды пытался подсунуть мне вместо морковки сушёную шкурку! Я знаю его избушку – она глубоко в чаще, под старым кривым дубом, а путь к ней охраняют озлобленные дикие кабаны, которые без музыки стали совсем неуправляемыми!