Измена. Я (не) вернусь, дракон

9. Временное пристанище

- Сейчас я тебе помогу, маленькая, - старушка проворно снимала с Милинды капор и тёплую шаль из овечьей шерсти. – Давай сюда свои сапожки, поставлю их ближе к огню, чтобы к утру просохли.

Видно было, что она очень соскучилась по общению с детьми, и не переставая что-то рассказывала малышке, старалась её погладить, приласкать. Милинде хозяйка дома тоже очень понравилась, и спустя совсем немного времени моя дочь полностью расслабилась и вовсю рассказывала старушке про свою жизнь.

- А знаете, - загадочно огласила она, сидя за столом и запивая сладким горячим чаем пышный пирожок с картошкой, - мы с мамой завтра пойдём в волшебный дом!

- Прямо так и в волшебный? – с интересом переспросила её старушка, которая представилась Агатой.

- Да, представляете, у нас всё случилось как в сказке: сначала мы с мамой заблудились, потом нам встретился добрый дядя Джеф, а теперь мы нашли волшебный дом, - Милинда возбуждённо ёрзала на стуле, готовая хоть сейчас сорваться и бежать в то место, про которое рассказывала.

- А с чего ты решила, что он волшебный? – хитро прищурилась Агата, видимо желающая выведать у ребёнка всё.

- Потому что он невидимый, - дочка сказала это с таким серьёзным видом, что я не выдержала и рассмеялась.

Агата перевела взгляд на меня, и мне показалось, что она знает что-то про этот дом, но рассказывать не хочет.

- Хорошая у тебя девочка, - сказала она мне одобряющим тоном, - такая фантазёрка, не соскучишься.

Я слегка кивнула, и почувствовала, что Агата пытается меня прочесть, словно умеет, заглядывая в глаза, угадывать мысли. Её внимательный взгляд натолкнул меня на то, что она, возможно, знает историю этого места, и я решила задать ей несколько вопросов. Джеф к этому времени удалился, видимо с непривычки устав от бесконечного детского щебетания. Мы остались втроём, и я наконец-то озвучила давно мучавший меня вопрос.

- Агата, скажите, пожалуйста, вы давно здесь живёте? Знаете что-нибудь про дом на развилке?

– Так нет там никакого дома, раньше был, а сейчас нет, - неохотно ответила она, а во мне укрепилась уверенность, что она что-то умалчивает.

– А когда он был? Давно?

– Давно, я бы даже сказала, что очень давно, мне про него только рассказывали, сама я его уже не видела, - на лице у старушки отразилась лёгкая задумчивость.

– А что про него рассказывали? - не унималась я.

– Вот ты любопытная, старая я уже, не помню всего, говорили, что там селились на время одинокие женщины, а потом пропадали.

– Как пропадали? Уезжали? Или вообще?

– Да не знаю я, может это всё пустая болтовня, одно точно - дома на развилке больше нет, пусто там, сама же видела. Только зачем ты ребёнку про него насочиняла, непонятно? - старушка старалась скорее закончить этот разговор, было видно, что тема ей неприятна, и она начала собирать со стола посуду, оставшуюся после чаепития.

Я предложила ей свою помощь, но она только отмахнулась:

– Успеешь ещё, мне эти заботы в радость, а ты иди в комнату, посмотри, удобно ли вам там будет переночевать, - и она указала мне своей сухой, как веточка, рукой на левое крыло дома. - В первой сплю я, дальше Джефри, ну а вы можете занять третью или четвёртую, какая больше понравится.

Я, поблагодарив её кивком за гостеприимство, направилась в указанную сторону, и Милинда весело поскакала за мной, забавно напевая детскую песенку.

– Давай выбирать, - предложила я принять решение ей, - Агата разрешила нам занять либо третью, либо четвёртую комнату, какая тебе больше нравится?

Дочь распахнула дверь сначала одной спальни, потом другой, и остановила свой выбор на последней по коридору.

– А можно посмотреть остальные комнаты? - ожидая моего ответа, она нетерпеливо подпрыгивала то на одной, то на другой ножке.

– Нет, Милинда, это будет невежливо, - запретила я.

– Хорошо, мамочка, - расстроилась дочь, - тогда давай ночевать здесь.

Я вошла за ней в спальню и не увидела ничего интересного. Две кровати по разным сторонам, стол и пара стульев. Всё было укрыто чехлами от пыли, и я аккуратно сняла серые простыни на пол, стараясь их случайно не встряхнуть. В дверь заглянула Агата, и протянув мне чистое постельное бельё, начала проворно собирать пыльные тряпки в большую корзину, принесенную с собой.

– Надеюсь вам здесь будет хорошо, мы с Джефом ложимся рано, если будет необходимо, кухня там, вдруг малышка захочет перед сном ещё перекусить, а уборная прямо напротив вас. Спокойной ночи, милая, - сказала она уже Милинде.

– Спокойной ночи! - помахала ей в ответ девочка. - Мамочка, но я ещё не хочу спать, - сказала она уже мне.

– Можем немного поиграть, подмигнул а я ей, я взяла с собой твои любимые мемори карты.

Дочь при упоминании игры сразу же оживилась, и остаток вечера пролетел очень быстро. Уложив свою малышку в постель, я нежно поцеловала её в лобик и пожелала хороших снов.

– Мама, - полусонным голосом обратилась она ко мне, - а папа скоро к нам приедет?

– Скоро, Милли, скоро, - самопроизвольно вырвались у меня слова утешения.

Милинда быстро заснула, а я ещё долго сидела на постели, обдумывая наше положение. Завтра ближе к вечеру Райдос приедет за нами к моим родителям и будет неприятно удивлён нашим отсутствием. Хорошо, что я не рассказала о своих планах матери, зная её, я уверена, что она непременно бы выдала Райдосу моё местоположение. А так, есть надежда, что он нас подольше не найдёт.

"А чего вас искать, сами скоро вернётесь, не вечно же вам жить в гостях у Джефа и Агаты", - спорила со мной одна моя половина, вторая же надеялась на то, что увиденное на развилке здание мне не показалось.

"А вдруг дом всё таки существует? Может его не видят только другие, а нам с Милиндой он снова покажется", - я понимала, что надеюсь на чудо, но отпускать сейчас эту мысль совершенно не хотелось.

"Давай-давай, намечтаешь себе разного, падать больнее будет", - разговаривала я сама с собой.

"А вдруг получится?"

На этом предположении я решила заставить себя поспать. Будет плохо, если дочь, как всегда подскочит ни свет, ни заря, а я буду совершенно невыспавшейся. Силы мне теперь нужны, чужие люди не обязаны присматривать за моим ребенком, теперь я могу рассчитывать только на саму себя.

В таком решительном настрое я закрыла глаза и поворочившись с боку набок, наконец то погрузилась в приятную негу сна. Утром нас с дочерью ждало интересное приключение, от успеха которого многое будет зависеть.

10. Отпусти обиду

Открыв глаза после ночи кошмаров, я не сразу поняла, где нахожусь. Всю ночь меня донимали видения , в которых я не могла найти выход в буквальном смысле слова. Я шаталась по каким-то длинным коридорам, ломилась в запертые двери, кричала со страху и звала на помощь. Вспомнив состояние во сне, меня снова передёрнуло от ужаса.

В нашей спальне было подозрительно тихо, хотя за окном уже рассвело. Я посмотрела на кроватку дочери и тихонько выругалась, вот же баловница, наверняка сейчас ходит по чужому дому и трогает всё без спросу. Спустив ноги вниз с кровати, я надела домашние тапочки, которые мне вчера любезно предложила Агата, быстро просунула тело в платье и, наспех пригладив распушившиеся за ночь волосы, поспешила искать свою дочь.

Милинда вместе с Агатой на кухне лепили что-то из теста.

- Мы делаем печенье, - с восторгом в голосе оповестила меня малышка, как только я шагнула на порог.

- Надеюсь, мы тебя не разбудили? Милинда встала рано и прибежала в холл, там я её и поймала. Она всё пыталась пойти тебя будить, да, внученька? – Агата не прерывая своего занятия объяснила мне обстановку.

- Надеюсь, она не слишком надоела вам своими бесконечными вопросами, - в свою очередь побеспокоилась я.

- Нет, что ты? У тебя такая милая девочка, она мне столько всего интересного рассказала, и про себя, и про своих родителей, - на этих словах Агата оторвала свой взгляд от теста и перевела его на меня, внимательно прищурившись. – У вас похоже идеальная семья, почему же вы здесь?

Я опустила голову, показывая, что не хочу говорить об этом, но в глазах предательски защипало.

- Милли, девочка моя, - привлекла внимание малышки старушка, - помнишь ту музыкальную шкатулку в холле, ты всё хотела её завести?

- Да-да-да! – дочь восторженно захлопала в ладоши.

- Теперь можно, твоя мама уже проснулась и музыка больше никому не помешает, иди!

- А как же печенье? – удивлённые глаза девочки уставились на покрытое морщинами лицо Агаты.

- А печенье я сейчас поставлю в печь, и через три четверти часа оно будет готово, ты как раз успеешь наиграться, беги!

Милинда вытерла руки об полотенце и быстро выбежала с кухни, на её лице было радостное нетерпение, видимо та музыкальная шкатулка, про которую говорила хозяйка дома, очень ей понравилась. Я хотела помочь убрать кусочки теста со стороны стола, за которым сидела моя дочь, но Агата меня отстранила.

- Не пачкайся, сейчас налью тебе чай, утром нужно сперва завтракать, - заботливо направила она меня на стул. – А выпьешь бодрящего напитка, тогда и за работу принимайся.

Я послушно кивнула, сложив руки на коленях, а старушка захлопотала с чайником и чашками. По кухне разнёсся ароматный запах трав, я поглубже вдохнула и вдруг ощутила в горле подкатывающую волну тошноты. Этого ещё не хватало. Извинившись, я стрелой вылетела в уборную, и вернулась лишь тогда, когда мой итак пустой желудок закончил сокращаться в рвотных позывах.

- Можно мне воды, пожалуйста, - обратилась я к старушке и получила от неё заветный стакан с жидкостью.

- Я так понимаю, чай вам не понравился?

Я сидела за столом, пила маленькими глотками прохладную воду и боялась поднять глаза. Почему-то мне казалось, что эта добрая старушка уже всё про меня поняла и сейчас начнёт, не разобравшись до конца, учить жизни. Если не отвечать ей и не смотреть в её сторону, то этот момент можно немного оттянуть.

- А покушать ты чего-нибудь хочешь?

Во рту явно материализовался вкус печёных яблок, он так отчётливо мне представился, что от лёгкой кислинки я поморщилась и сглотнула заполнившую рот слюну.

- Нет, спасибо, что-то не хочется, - вопреки своему желанию я озвучила совершенно другой ответ.

- Понятно, - задумчиво произнесла Агата. – Ты знаешь, я тебе ни в коем случае не осуждаю, я же не знаю, что у вас произошло, но сейчас мне кажется, что ты делаешь большую глупость, да-да!

Она качала головой, а я вспыхнула от негодования. Вроде бы она сделала это аккуратно, но надавила сейчас на самое больное. В моей голове постоянным фоном шли эти мысли о совершаемой мною ошибке, прошлые разговоры знакомых подтверждали то, что с изменой можно жить, а некоторые даже умудрялись сделать себе выгоду. Но я не могла так, у меня в голове даже не укладывалось, как я буду продолжать отношения с мужчиной, который предпочёл мне другую.

- Милинда говорила, что скоро папа найдёт вас, и всё будет как прежде, а судя по твоему лицу, ты этого очень не хочешь, но это неизбежно.

- Простите, пожалуйста, что мы отняли у вас время. Я заплачу за ночлег и еду, которой вы нас накормили. А сейчас мы уйдём, - не в силах вынести ещё один голос, который пытается сбить меня с принятого решения, я уверенно встала и уже хотела позвать дочь, но старушка меня остановила.

- Да подожди ты, вот упрямая. Я же вас не гоню и даже не осуждаю, а уж денег за ночлег тем более не возьму. Мне просто хочется, чтобы у вас всё наладилось, а чувствую, что ты идёшь не в ту сторону. У тебя же не только дочь? Под сердцем тоже ребёнок?

Она была так проницательна, что мне захотелось бежать отсюда ещё быстрее, но её слова опередили меня.

- Ты сейчас можешь идти куда угодно. Уйдёшь отсюда, придёшь в другое место, но покоя ты не найдёшь нигде, потому что ты ещё сама с собой не примирилась, тебя же изнутри всю рвёт, неужели я не права? И дитя мучиться будет, а когда второе родится, что делать будешь?

Я поджала губы и медленно подняла глаза на старушку. Я ожидала увидеть взгляд полный назидательности и превосходства, прикрытого мудростью лет, но с удивлением увидела в светлых, выцветших от времени глазах Агаты безграничную доброту и сострадание.

- Я тебе помочь хочу, глупая. Расскажи, что произошло у вас, поделись, сразу почувствуешь, как на душе легчает. А выход он всегда есть, просто не всегда он быстро находится. Иногда нужно подождать, подумать. Ну? Расскажешь?

У меня будто с плеч свалилась огромная гора, освободив разом все эмоции, которые я старательно сдерживала внутри. Слёзы брызнули из глаз, а когда солёная влага смыла первый слой обиды, я начала рассказывать свою историю. Я сбивалась, путалась, пыталась полнее передать все свои чувства, хотела донести боль от обиды, мне было важно, чтобы Агата встала на мою сторону, я снова и снова обвиняла Райдоса, выставляя его только в чёрном свете, а она просто слушала и не перебивала.

Когда поток откровений закончился, я почувствовала глухую отрешённость, будто во мне кончилось всё. Ничего не осталось. Ни любви, ни ненависти. Пустота.

Видимо мой взгляд тоже поменялся. Агата подошла ко мне ближе и положила обе руки мне на плечи:

- Ну вот и отплакала, это нужно делать, обязательно нужно. Обида как камень на душе, жить и дышать мешает, никогда не копи, отпускай, а боги рассудят, без платы из этого мира ещё никто не уходил. Всем воздаётся по делам и помыслам. И тебе зачтётся. Давай я тебя всё-таки накормлю, а то уже утро позднее, а ты ещё совсем ничего не ела.

Этой фразой про завтрак Агата подвела черту под тем, что я сейчас на неё выплеснула. Чай она мне больше не предлагала, достала вчерашние пироги и налила ещё тёплой воды. Видимо от того, что я высказала всё, что так давно в себе носила, пища заходила легко. Кислый привкус ягод в пироге отдалённо напоминал кислинку печёных яблок. Я успокоилась, внутри появилась сытость, желудок больше не пытался отвергнуть содержимое, и мне даже захотелось сделать что-то хорошее этой старушке, за то, что она проявила ко мне столько терпения и доброты. Чем ей угодить я не знала, поэтому предложила пойти с нами на прогулку.

- А почему бы и нет, - улыбнулась Агата, - давненько я из дома не выползала, но сил у меня ещё много, до развилки точно дойду, вы ведь туда пойдёте гулять?

11. Он меня пугает

Слава Богам, ночью не шёл снег. Оставшаяся со вчерашнего вечера колея от саней была крепкой и под нашим весом не проваливалась. Милинда весело бежала впереди, то и дело спотыкаясь и падая в сугроб, конечно же, она делала это специально, ноги у неё были крепкими и шустрыми, а мягкие белоснежные шапки снега так и манили в них поваляться.

Я шла за ней, постоянно одёргивая и журя за такое легкомысленное поведение, она могла промокнуть гораздо раньше, чем я рассчитывала, и тогда это уже опасно заболеванием.

- Мамочка, ну пожалуйста, последний разик! – этот взгляд я выдержать не могла, и последний разик становился совсем не последним.

Сзади нас медленно шагала Агата, опираясь на свою клюку. При каждом падении мили, она охала, а потом смеялась над тем, как отряхивается этот маленький снеговичок.

От дома до дороги дошли достаточно быстро, потом небольшой поворот и уже за ним должна быть видна развилка. Внутри меня всё сжалось от нетерпения, было ли наше видение правдой, или это был просто мираж? Вот уже и поворот, пушистая ель мешает, нужно пройти чуть дальше, ещё несколько шагов и…

Моему взору открылся вид на огороженный невысоким забором двухэтажный деревянный дом. Издали было видно, что в нем давно никто не живёт, но само строение выглядело крепким и достаточно осязаемым. С каждым шагом, приближающим меня к развилке, я с замиранием в душе молилась, чтобы это видение не исчезло, а потом раздался пронзительный крик дочери, которая наконец-то тоже увидела цель нашей прогулки.

- Это он, смотрите, точно он! Скорее, скорей, пока он снова не исчез!

Она побежала в направлении дома так быстро, что я невольно тоже ускорилась, а потом, вспомнив про Агату, обернулась. Старушка стояла на дороге, оперевшись обеими руками на клюку и удивлёнными глазами смотрела перед собой.

- Вам помочь? – обратилась я к ней.

- Иди дочку догоняй, смотри куда эта егоза ускакала. А за меня не волнуйся, доковыляю потихонечку.

Я не стала с ней спорить и ускорила шаг, чтобы быстрее добраться до Милинды, которая уже практически добежала до забора. Пару раз я поскользнулась, в спешке чуть не завалилась в сугроб, но, наконец, догнала проказницу.

Мы стояли рядом и смотрели перед собой. Забор был деревянным и чуть выше моей талии. Я взглядом прошлась по нему в разных направлениях и увидела калитку.

- Нам туда, - жестом указала я на неё Милли, и дочь, совершенно не боясь провалиться в сугроб, хохоча во весь голос, поползла туда, куда я её направила. – Милинда, вернись обратно!

Я звала её назад, а сама осторожными шагами протаптывала узкую дорожку к входу. Чтобы открыть дверь, мне пришлось сильно поднатужиться. Снег с той стороны пружинил и с трудом давал себя двигать. Наконец на входе образовалась щель, в которую бы мы все смогли пройти. Милинда, не смотря на мои окрики, первой ринулась к крыльцу. Я пошла по её следу, сейчас зайдём и посмотрим, возможно, там есть лопата, чтобы хоть немного расчистить дорожку для Агаты.

Я нащупала в кармане конверт и вытащила из него ключ. Сердце начало биться быстрее, дочь торопила, а Агата всё ещё стояла на дороге в том месте, где я её и оставила. Неужели ей плохо? Мелькнула быстрая мысль в голове, но увидев, как старушка сделала пару шагов, я успокоилась.

Ключ идеально подошёл к личине, а вот провернулся с трудом, видимо этого давно уже никто не делал. Я раскрыла дверь, и меня окатило волной тёплого воздуха, будто здесь кто-то жил и жёг дрова в камине.

- Есть кто дома, - на всякий случай крикнула.

- Мама, он же был запертый, значит, здесь никого нет, - сделала логичное заключение моя дочь.

- Но внутри тепло, зимой не может быть тепло в доме, где никто не живёт, - возразила я ей.

- Это же волшебный дом, мамочка! Я же тебе говорила, говорила!

Поражаясь смелости дочурки, я зашла в дверь за ней следом. Большой холл с горящим возле стены камином поразительно напомнил мне планировку нашего с Райдосом замка.

«Замок Райдоса, а не ваш», - тут же мысленно поправила я сама себя.

Милинда уже скинула с себя заснеженное пальто, я по привычке подняла его и, скользнув взглядом влево, увидела на привычном месте вешалку и щётку, очень похожую на ту, которой мы обычно стряхивали снег с одежды.

- Милли, иди сюда, я отряхну тебе сапожки, - позвала я её, а она уже стояла возле камина и грела свои озябшие пальчики.

Я тоже разделась и прошла вперёд. Ощущение от нахождения здесь было совсем неоднозначным. Вроде бы мы вошли в совершенно чужой дом, а оказались в нашем семейном замке. Заглядевшись на огонь и Милинду, стоящую рядом, мне показалось, что я краем глаза заметила какое-то движение. Резко обернувшись, я оторопело замерла. Рядом с камином стояли два больших кресла с тёмно-бардовой обивкой бархатом. Их только что здесь не было, откуда они взялись?

- Дочь, нам пора идти, - позвала я свою малышку, чувствуя, что если мы сейчас же не уйдём, то будет поздно.

- Куда, мамочка? Здесь так хорошо, давай побудем ещё немного.

- Нас ждёт Агата, нужно быть вежливыми и пригласить её в дом.

На самом деле, мне хотелось скорее покинуть это жилищу, которое непонятным образом подстраивалось под мои воспоминания и реализовывало их с поразительной точностью.

- Сходи сама, пожалуйста, я подожду вас здесь, - малышка уже стягивала с себя сапожки и устраивалась в уютном кресле, прикрыв ноги полосатым шерстяным пледом.

- Я не могу оставить тебя здесь одну, пойдём скорее, - попыталась я на неё надавить строгим голосом.

- Со мной ничего не случится, я буду здесь и никуда не уйду, - заверила она меня и мило улыбнулась.

- А тебе разве не страшно оставаться здесь одной?

Обычно Милли не любила быть дома одна, и всегда ходила за мной хвостиком, куда бы я не вышла, а тут в чужом месте спокойно решается побыть без никого?

- Нет, не страшно, мне здесь очень даже нравится, иди, мамочка, - беспечно ответила она мне, и я увидела в её руках тряпичную куклу в красивом розовом платье.

Я помнила точно, что этой игрушки с нами не было, когда я собирала вещи, значит, она нашла её здесь? Неужели слова дочери про волшебный дом оказались правдой? Волна мурашек пробежала по мне с головы до ног, оставив после себя неприятное чувство липкого страха. Я много раз видела магию, но всякое волшебство ассоциировалось у меня с магами и ведьмами, а тут дом.

Я несмело повернулась к двери, в планах было с порога позвать Агату, чтобы не уходить далеко от дочери, и онемела от увиденного. Входная дверь была задрапирована тяжёлыми бардовыми гардинами именно так, как было в нашем доме. Может я схожу с ума? Буквально пять минут назад их здесь не было. Сделав ещё один шаг к двери, я почувствовала под ногами мягкий ворс ковра. С замиранием сердца я опустила взгляд на пол и увидела знакомый до боли орнамент. Нет, этого не может быть. Стало действительно очень страшно. Одну я здесь дочь не оставлю.

Решительно повернув назад, я пошла за Милиндой, чтобы насильно вывести её из этого дома, но девочка резво соскочила с кресла и вихрем помчалась на второй этаж. Провожая её взглядом, я понимала, что она бежит в детскую, и я даже знала, где она находится. Увидев, как дочь сворачивает влево и скрывается в коридоре, во мне прочно укрепилась уверенность в том, что этот дом непростой. Единственное, что очень смущало: почему он так нравится Милинде и отчего он меня так сильно пугает?

12. Чудеса

Бежать за дочерью или позвать Агату? Я стояла практически рядом с входной дверью, поэтому выбрала второе. Выглянув на улицу, я ожидала увидеть, как старушка хоть и медленно, но идёт к дому, или хотя бы стоит на дороге и смотрит на здание, но на улице внезапно поднялась метель, и дальше десяти метров ничего не было видно. Ни дороги, ни забора, я наблюдала лишь белые сугробы и вихри кружащего снега.

Я немного постояла на пороге, вглядываясь в снежную пургу, и закрыла дверь. Надеюсь, Агата пошла к себе домой. Внутри меня разрывала ужасная противоречивость: с одной стороны, я должна была бы помочь старушке, которая была так ко мне добра, с другой - оставить дочь в чужом доме одну я тоже не могла. На всякий случай я ещё раз раскрыла дверь пошире и изо всех сил крикнула: "Агата, вы здесь?"

Ответом было завывание ветра и ворох колких снежинок, тающих в тепле холла. Пусть я сто раз не права, но Милли мне важнее. С такими гнетущими мыслями я пошла наверх за дочерью, отмечая по дороге, что этот дом уже полностью подстроился под мои воспоминания, я будто попала обратно к Райдосу.

"Это только дом, Райдоса здесь нет, ты ушла от этого предателя, найти он тебя не сможет, во всяком случае сегодня точно", - мысленно убеждала я сама себя шагая по ступеням широкой лестницы.

На втором этаже голова привычно повернулась вправо и я увидела приоткрытую дверь нашей с мужем спальни. Неужели там будет тоже как дома?

Усилием воли я заставила себя повернуть налево и пойти в детскую. Дверь в неё была распахнута, а из комнаты доносился весёлый смех Милинды.

Заглянув внутрь, я увидела дочь сидящей на толстом ковре и играющей с огромным чёрным котом.

– Мама, посмотри какой он милый, он прибежал ко мне ласкаться, мурчал, а теперь играет.

– Он тебя не поцарапает? - незнакомый кот размером превышающим обычный в два раза, вызвал у меня беспокойство.

– Он очень хороший, погладь его, - позвала меня присоединиться к игре дочка.