В сердце моем

Глава 5

– Мои волосы уже высохли, Мэри. – Александра спрятала медальон за корсаж. – Так что можешь заняться своими делами, а мне нужно попасть в музей.

– Вам бы следовало поторопиться, миледи. – Камеристка уложила волосы Александры в пышный узел на затылке. – Его сиятельство уже дважды заходил сюда, чтобы поговорить с вами.

– Да, я знаю.

Лорд Уэр пытался поговорить с ней накануне вечером, перед тем как Александра скрылась в своем убежище в бывшем каретном сарае, и сегодня, до ее утреннего купания. Они едва перекинулись десятком слов с тех пор, как она уселась в карету, мокрая и грязная, как будто ее только что выловили из реки. Александра объяснила, что попала под дождь, а Кристофер был настолько галантен, что подвез ее до музея. Ей хотелось бы добавить, что при расставании он попел себя отвратительно дерзко и нагло, как самый настоящий предатель, одним словом, крыса, но она воздержалась. Отец тоже промолчал – он лишь бросил на нее подозрительный взгляд, откинулся на подушки и до конца поездки не сказал ни слова, что ей вовсе не понравилось.

Но что он мог сказать? Он не вправе распоряжаться ни сердцем, ни будущим дочери, если она сама этого не захочет.

Александра не находила себе места, ее мысли вертелись вокруг последних событий. Она почти не спала и никак не могла успокоиться. Необычайное волнение, охватившее ее, когда она решилась принять предложение Кристофера, не позволяло ей думать ни о чем другом, так что в конце концов она послана ему записку.

Итак, Кристофер доверяет Брайанну ее заботам и попечению. Теперь ей необходимо найти Ричарда Атлера и попросить его сопровождать их на открытие художественной галереи в конце месяца. Легче всего заглянуть в музей и найти Ричарда на рабочем месте в отделе антропологии.

– Мэри! – Александра критически осмотрела себя в зеркале, обратив особое внимание на практичное платье из серого муслина, а затем потянулась за плащом. – В этом сезоне я собираюсь часто выезжать и бывать в обществе.

– Вы, миледи? – Мэри выбежала за своей хозяйкой в коридор.

– В салоне леди Уэллзби по четвергам проходят литературные вечера. – Александра набросила на плечи меха. – Думаю, я могу появиться там, не нарушая приличий.

– Ну конечно, миледи. Всем известно, как вы любите читать.

Александра спустилась по лестнице в отделанный мрамором холл. Где-то в глубине дома распахнулось окно, и она почувствовала прохладное дуновение ветерка. Огоньки свечей в изящной хрустальной люстре мгновенно затре-петали. Ее взгляд поспешно переместился на старинные напольные часы. Хорошо бы Альфред распорядился подать экипаж до того, как отец заметит ее в коридоре!

– Да провались все пропадом! – невольно воскликнула она, убедившись, что стрелки часов не сдвинулись с места со вчерашнего вечера. – Они опять встали. Как же теперь узнать, опаздываю я или нет?

– Эти часы не ходят аж с прошлого года, когда его сиятельство пытался их завести и подтянуть гири, – услужливо сообщила Мэри.

– Ты права, маятник абсолютно неподвижен.

– Лучше вам не трогать их, мэм, – вздохнула Мэри. – Вы ведь знаете, как может обидеться его сиятельство.

– Это отличные часы, – резко возразила Александра, – и они должны работать исправно.

Однако ее попытки запустить часы не увенчались успехом, стеклянная дверца оказалась заперта. Она внимательно взглянула на циферблат.

– Скажи Альфреду, если он сам не сможет починить часы, то пусть вызовет часовщика. Я не желаю видеть эту прекрасную старинную вещь в таком безобразном состоянии.

Мэри удивленно раскрыла рот, когда ее хозяйка стремительно повернулась и вышла.

– Да, миледи, – только и успела она сказать вслед.

В последние пять лет Александра появлялась в музее каждое утро, когда двери для посетителей были еще закрыты, но сегодня она пришла поздно и, поздоровавшись с охранником, быстро скользнула в двери служебного входа. Поднимаясь по ступенькам, она раздумывала, где сейчас может быть Ричард. Миновав собственный кабинет, Александра заметила, что он не заперт, широко распахнула дверь и заглянула внутрь. На ее счастье, за ее столом оказался именно тот, кто был ей нужен.

– Миледи! – Молодой Атлер мгновенно вскочил на ноги, и вьющаяся прядь белокурых волос упала ему на лоб. Для ученого, посвятившего себя работе с древностями, Ричард всегда имел вид несколько вызывающий. Сейчас на нем была щегольского вида сорочка со стоячим воротничком, шелковый галстук и синие клетчатые брюки. – Ты сегодня восхитительно поздно. Это так по-светски. – Ричард уставился на серебряные часы с цепочкой. – Ты что, заболела? Может, мне позвать врача?

Не обращая внимания на его слова, Александра обошла комнату и внимательно огляделась. Если бы какой-нибудь предмет вдруг оказался не на своем месте, она бы это сразу заметила.

– Что тебе здесь нужно и почему ты не у себя в башне, Ричард?

Атлер задумчиво склонил голову набок.

– Может, я волновался за тебя.

Александра быстро стянула перчатки. Комнатка была довольно тесной, и резкий запах одеколона, который исходил от Атлера, страшно раздражал ее. Она не раз предупреждала Ричарда, чтобы он держался от нее подальше, раз уж ему нравится подобное благоухание, от которого она сама начинала громко чихать.

– Я думаю, что ты, скорее, ждал меня, чтобы услышать о том, какие подлые делишки творятся в этих стенах, – с деланной веселостью сказала она.

Ричард присел на краешек стола.

– Разве я требую слишком многого от своей будущей невесты? – Глаза молодого Атлера насмешливо блеснули; он встал и почтительно поклонился. – Скажи, где еще ты найдешь такого мужа, как я, который станет сносить все твои выходки и терпеть твое пренебрежение?

– Ричард, – оборвала его Александра, – спрашиваю еще раз: что ты здесь делаешь в такое время?

Ричард сделал вид, что тщательно изучает свой рукав.

– Вообще-то мне нужна была твоя помощь там, в хранилище. Понимаешь, привезли много новых экспонатов...

Александра выпрямилась и взволнованно всплеснула руками, ее сердце учащенно забилось.

– Доставили груз из Каира?

– Еще прошлой ночью. – Ричард кивнул на фотографии на столе. Александра уже успела о них забыть и теперь недоверчиво провела по ним рукой – они до сих пор еще пахли свежими реактивами.

– Только что из лаборатории?

– Я подумал, ты захочешь взглянуть на них. Экспонаты просто великолепны, но те парни, которые паковали их, оказались не слишком аккуратными. Мне нужен специалист-антрополог, который помог бы подготовить сопроводительные документы для экспозиции. Но ты, кажется, слишком занята... – Он направился к выходу.

– Подожди. – Александра закусила губу.

Ричард обернулся – вид у него был разочарованный, как будто он ожидал увидеть ее распростертой у своих ног в надежде вымолить прошение. – Я не привыкла, что кто-то проявляет интерес к моей персоне. Если я обидела тебя, то... – Она откашлялась и торопливо добавила: – Извини, ну пожалуйста...

Ричард изумленно вытаращил глаза.

– Она извинилась! – воскликнул он, задрав голову к потолку. – Господь всемогущий, я должен документально заверить этот факт!

– Надеюсь, тебе все еще нужна моя помощь?

– Я всегда интересовался твоей персоной, и твоей работой тоже.

Не собираясь развивать эту скользкую тему, Александра решила сразу перейти к делу:

– Тебе нравится живопись? Я подумала, может, ты собираешься на открытие выставки в академии?

Брови Ричарда поползли вверх.

– Речь идет о сугубо платонических отношениях, учти. – Александра постаралась придать себе как можно более серьезный вид. – Мы будем на людях.

– Ты хочешь сказать, что собираешься использовать меня, чтобы без помех встретиться с этим новым музейным попечителем? – В ответ на вопросительный взгляд Александры Ричард невозмутимо скрестил руки на груди; при этом ярко-голубая ткань его сюртука натянулась, четко очерчивая плечи. – Отец говорил мне, что Донелли привез тебя вчера к музею, и вид у тебя при этом был довольно плачевный. Об этом уже начали судачить.

– Посмотрела бы я на твой вид, если бы ты попал под проливной дождь.

– А, так он просто разыгрывал из себя джентльмена...

Александра села и сложила руки на коленях.

– Я согласилась ввести в общество его сестру, стать ее наставницей, если можно так выразиться.

– Ты? – Ричард рассмеялся. – Да что ты знаешь о светской жизни, дорогая?

Самоуверенность Атлера начинала не на шутку раздражать Александру.

– Превосходно! До сих пор мне как-то удавалось жить и дышать, и я вовсе не претендую на тот воздух, которым ты предпочитаешь наполнять свои легкие.

– Неужели ты и в самом деле думаешь, что сестру этого ирландца Донелли станут принимать в обществе?

– Ее нельзя не полюбить, Ричард. Она непременно должна всем понравиться.

– Это еще почему? Не потому ли, что ее старший братец нравится тебе?

– Это не имеет никакого отношения к Кристоферу.

– О, так он уже Кристофер? – Ричард медленно подошел к двери и с задумчивым видом прислонился к косяку. – Да, для того, кто хочет наблюдать захватывающую драму лондонского света во всем его грандиозном величии, лучше места в мире не найти, чем торжественное открытие экспозиции в Академии искусств. Каждый, кто хоть что-то собой представляет, непременно будет там. Это зрелище достойно твоего внимания. – Он усмехнулся. – А я – я каждый вечер буду ждать тебя в хранилище. Мне нужна твоя помощь, чтобы внести в каталог каирские экспонаты. Может, мы даже как-нибудь пообедаем вместе?

Когда дверь резко захлопнулась за Атлером, Александра невольно вздрогнула. Поморщившись от боли, она потерла пальцами виски. Перед глазами у нее вновь возникла широкоплечая фигура нового попечителя Британского музея, и пульс ее немедленно участился.

Ричард не прав. Она взялась опекать Брайанну вовсе не ради Кристофера. Это нужно в первую очередь ей самой. Кристофер поможет ей найти похитителя или похитителей, а там будет видно.

Повернувшись к столу, Александра попыталась сосредоточиться на работе. По плану каирская экспозиция должна быть выставлена в конце месяца. Разложив фотографии на столе и достав из ящика увеличительное стекло, она внимательно принялась их рассматривать. Энтузиазм Ричарда оказался заразительным. Потрясающее собрание костей, образцы пыльцы и семян, множество погребальных урн и скульптур – все эти сокровища занимали три огромные скамьи.

Александра перешла к следующей пачке рисунков и фотографий. Она полностью погрузилась в работу и не сразу откликнулась, когда раздался стук в дверь.

– Леди Александра! – донесся до нее робкий голосок секретарши.

– Что там, Салли? – спросила Александра, не поднимая глаз от стола.

– Утром сюда заходил профессор Атлер, – он искал вас и просил, чтобы вы обязательно спустились к нему в кабинет, когда придете. Вас хочет видеть констебль.

– Констебль? – Александра отложила лупу.

Профессор Атлер явно ничего не знает о том, что «Белый лебедь» исчез, у него просто не было возможности провести проверку.

– У вас неприятности, мэм?

– Никаких неприятностей, – заявила Александра, вставая и оправляя юбку. Но острое лезвие страха уже вонзилось в ее сердце, напоминая о том, что она ступила на довольно зыбкую почву. Кража остается кражей, даже если украденная ценность – всего лишь подделка.

Через несколько минут Александра уже стучала в кабинет директора музея.

– О, моя дорогая! – Профессор Атлер встретил ее в дверях и взял под руку, как будто сама она ни за что не смогла бы найти черное деревянное кресло напротив стола. – Я рад, что вы наконец смогли сегодня добраться до работы. – В голосе Атлера звучало необычное оживление.

Окинув взглядом стоявшего рядом незнакомого мужчину, Александра села в свободное кресло. У нее возникло такое чувство, что она наконец предстала перед судом святой инквизиции.

– Миледи! – Констебль, высокий худой человек в темно-синей форменной одежде, слегка наклонил голову, затем назвал свое имя. Одной рукой он сжимал блокнот, другой придерживал болтавшийся на цепочке монокль.

– Так в чем, собственно, дело? – спросила Александра.

– Вы знакомы с женщиной по имени Бриджетт О'Коннелл – она приходила убирать на вашем этаже?

– Бриджетт? – Александра смущенно взглянула на профессора Атлера. – До недавнего времени я встречала ее каждый вечер.

– Уже почти неделя, как она пропала, миледи. Мы допрашиваем всех, кто работает на вашем этаже.

– Пропала?

– Когда вы видели ее в последний раз?

Александра нервно сжала в руках сумочку.

– В прошлый понедельник вечером, перед тем как покинуть музей.

– В котором часу?

Александра закашлялась.

– Примерно в семь.

Полицейский заглянул в свои записи.

– Вы были в музее так поздно?

Александра не решилась поднять глаза на профессора Атлера, поскольку не только ослушалась его распоряжения, но и похитила инвентарные описи и не сдала ключи.

– Я слышала из кабинета, как Бриджетт разговаривала с охранником. По-моему, она называла его Дикки.

Констебль просмотрел длинный список имен в конце своих записей.

– Дикки? – Он бросил вопросительный взгляд на профессора: – Мы кого-то пропустили? Я не вижу ни одного охранника с подобным именем.

Атлер пристально взглянул на Александру:

– Вы уверены, что слышали именно это имя?

Профессор вновь усомнился в ее словах, и Александра невольно почувствовала досаду.

– Абсолютно уверена.

Констебль закрыл свой блокнот.

– Итак, она разговаривала с этим Дикки... «И их разговор был более чем дружеским».

– Было похоже, что они хорошо знакомы. Вы думаете, с ней что-то случилось?

– Мы должны рассмотреть все возможные версии, миледи, но если хотите знать мое мнение, она будет не первой и не последней женщиной, которая попросту сбежала. Вот и все. – Он повернулся к профессору. – Будем надеяться, что пропавшая достаточно быстро даст знать о себе своим родным.

Полицейский направился к выходу, и Александра проводила его насмешливым взглядом. Все-таки мужчины самоуверенные недоумки. Да что они знают о женском сердце?! Может, семья этой женщины терпеть не могла ее избранника. Александра рассеянно побарабанила пальцами по подлокотнику кресла. Если Бриджетт действительно сбежала, то она желает ей всего наилучшего.

Профессор закрыл дверь в кабинет, и комната внезапно как будто уменьшилась вдвое. Атлер вернулся за свой стол, покрытый царапинами и заваленный всевозможными бумагами и экспонатами. Его лицо хранило выражение холодного спокойствия; что же касается Александры, то ее пульс выбивал барабанную дробь и болезненно отдавался в ушах.

– Вы не поставили свою подпись, уходя из музея в прошлый понедельник. Почему?

– Должно быть, просто забыла.

Профессор медленно сложил руки на животе.

– А во вторник вы были в хранилище?

– Я много времени провожу в хранилище, поскольку работаю именно там.

Щеки Атлера вспыхнули.

– Я намерен пригласить группу экспертов из университета, чтобы они провели необходимое исследование. – Карие глаза профессора смотрели устало и печально. – Искренне надеюсь, что вы не стали подделывать доказательства своей правоты. Хочется верить также, что вам не чужды кое-какие этические нормы. И поверьте, для меня не важно, кем является ваш отец.

Александра стиснула зубы. Ее взгляд не отрывался от тонкой полоски кружева на рукаве платья. Что бы ни происходило между ней и отцом, лорд Уэр безоговорочно верил в ее талант. Но ведь он уважаемый член палаты лордов, и громкий скандал способен его погубить...

Власть профессора Атлера над ее жизнью и судьбой внезапно показалась Александре беспредельной. Затаив дыхание, она едва удержалась, чтобы не броситься в пламя с головой и не признаться Атлеру в том, что все похищенные ценности прошли через ее отдел. Вскоре он и сам обо всем узнает и сделает свои выводы.

– Я перевожу вас на работу в читальный зал до окончания расследования, – строго сказал профессор. – Это касается и ваших помощников.

– Мои помощники ни в чем не виноваты, – прошептала Александра. – Это всего лишь студенты. Пожалуйста, прикрепите их к другому отделу – ведь иначе может пострадать их карьера...

– Не раньше, чем все окончательно выяснится. – Атлер опустил глаза и принялся рассматривать свои руки. – Мне нужен ваш ключ – тот, который вы должны были вернуть еще в понедельник.

Александра плотно сжала губы и раскрыла сумочку. Несмотря на внешнее спокойствие, она еле сдерживала гнев и даже не потрудилась извиниться за то, что ключ по-прежнему находился у нее. Внезапно, к своему стыду, она почувствовала, как горячие слезы, готовые вот-вот пролиться, обжигают ей веки.

– Полагаю, мне еще предстоит беседа с вашим отцом, – донесся до нее голос Атлера.

Не обращая внимания на предупреждение профессора, Александра встала и швырнула ключ на стол.

– Я не меньше вашего заинтересована в скорейшем расследовании этого дела и не собираюсь наблюдать, как мой отец очертя голову бросается мне на помощь. Но и из себя не позволю сделать козла отпущения. – Когда профессор поднялся, чтобы открыть дверь, Александра продолжила: – Я не ошиблась в своем заключении. Кто-то в музее виновен в воровстве. Этот «кто-то» уже долгие месяцы ежедневно бывает здесь и расписывается в журнале, отмечая свое присутствие. Вам бы следовало отправить в читальный зал всех хранителей, без исключения, пока не закончится расследование.

Покинув кабинет Атлера, Александра поспешила найти своих помощников и сообщить им неприятные новости. Помощников было трое: секретарша Салли, мать троих детей, и два молодых человека из университета, которые предпочли выбрать мисс Маршалл своим научным руководителем, несмотря на то, что она женщина. Александра также стала свидетелем того, как охранники запирали дверь в ее кабинет. Стоя в одиночестве посреди мраморной галереи с огромными окнами, она чувствовала, как ее охватывает отчаяние.

Строгая красота музейной архитектуры и великолепие интерьеров, всегда восхищавшие Александру, сейчас были бессильны разогнать ее мрачные мысли. Опустив голову, она прошла мимо экспозиции с жирафами и спустилась по мраморным ступеням, а затем, накинув на плечи накидку, вышла из музея. Чувствуя странное оцепенение, охватившее, казалось, не только ее тело, но и мысли, Александра заставила себя идти медленно. Вспомнив, как недавно чуть было не потеряла сознание из-за тесного корсета, она поймала себя на мысли, что само присутствие Кристофера значило для нее неизмеримо больше, чем волнующее переживание, когда он почти раздел ее в заброшенной конюшне. И он был единственным, кто согласился помочь ей.

На улице царило оживление, но Александра не обращала внимания на громкий цокот лошадиных подков. Она шла, не разбирая дороги, мимо маленьких магазинчиков, торгующих всякой всячиной, мимо антикварных лавок и пекарен, мимо девочек с букетами весенних цветов на продажу. Наконец в ноздри ей ударил резкий тошнотворный запах. Подняв глаза, она обнаружила, что вышла к Темзе.

Александре еще никогда не доводилось бывать в этой части Лондона. Царившая здесь нищета заставила ее содрогнуться от отвращения. Тем не менее она продолжила свой путь. Пытаясь укрыться от похотливых взглядов, и не желая слушать грязные шуточки, которые так и сыпались ей вслед, она постаралась двигаться подальше от пакгаузов и огромных фургонов, пока наконец не добралась до большого кирпичного особняка на окраине деловой части Вестминстера.

Войдя в здание, Александра нашла лестницу, а затем подхватила тяжелые юбки и принялась подниматься наверх. Преодолев три лестничных пролета, она увидела дверь с матовым стеклом и выгравированной на нем надписью «Донелли энд Бейли стил энд инжиниринг».

В конторе кипела работа. Слева за столом сидел человек с волосами цвета кукурузы и внимательно читал какие-то бумаги. При появлении Александры он пристально посмотрел на нее поверх очков.

– Могу я вам чем-нибудь помочь? – вежливо спросил он.

Сразу почувствовав, что ее появление здесь вызывает всеобщее любопытство, Александра осторожно закрыла за собой дверь. Она намеренно не стала снимать капюшон плаща, и ее лицо оставалось скрытым в тени.

– Я бы хотела видеть мистера Донелли.

– Он сейчас на совещании. Простите, а вы договаривались о встрече заранее?

Из коридора донесся звучный низкий голос Кристофера, и Александра обернулась на звук.

– Мадам? – переспросил человечек за столом.

– Я...

Александра никогда еще не бывала в подобных местах. Казалось, сам воздух здесь был наэлектризован. Во всем чувствовалась кипучая энергия Кристофера, все носило следы его присутствия. Она окинула взглядом фотографии на стене. Мосты в процессе строительства, люди с кирками и лопатами в руках – картины мира, совершенно ей незнакомого. Оно и неудивительно – люди, подобные Кристоферу Донелли, всегда строят свои собственные миры.

Александра повернулась к секретарю:

– Пожалуй, я лучше зайду в более подходящее время.

Шум голосов в коридоре, где располагался кабинет Кристофера, внезапно смолк; дверь распахнулась, и в холл вышел Кристофер в сопровождении двух мужчин.

– Чертежи в полном порядке, сэр Донелли, – сказал тот, что повыше, надевая на голову коричневый котелок. – Я буду ждать с нетерпением, когда ваши предложения рассмотрит комиссия.

В этот момент Кристофер заметил посетительницу, и его глаза прищурились. Александру бросило в дрожь, ее лицо вспыхнуло. На Кристофере был черный жилет, брюки того же цвета и серый галстук. Высоко закатанные рукава белоснежной сорочки открывали загорелые руки.

Взглянув на второго мужчину, видимо, собиравшегося покинуть контору, Александра тут же его узнала. Это был лорд Сомерсет – время от времени он играл в вист с ее отцом и не раз бывал у них в доме.

Александра поспешно повернулась к стене с фотографиями.

– Мы встретимся с вами в следующем месяце, – сказал лорд Сомерсет. – Когда решение уже будет принято.

За спиной у Александры прозвучали последние слова прощания, затем раздался шум шагов. Краем глаза она заметила, что входная дверь закрылась, и облегченно вздохнула. Она едва держалась на ногах от слабости.

Кристофер подошел к ней и встал рядом.

– Что ты здесь делаешь, Алекс?

Взгляд Александры затравленно метнулся в сторону. Только что она была абсолютно уверена, что у нее достаточно причин для того, чтобы явиться в эту контору; но неожиданно у нее возникло чувство, будто она вторглась туда, где ей вовсе не место.

– Тебе благоволят два весьма влиятельных человека, – нерешительно сказала она. – Что ж, это только полезно для дела.

Кристофер удивленно нахмурил брови:

– Ты одна? – Оглядев холл, он тут же получил ответ на свой вопрос. – Как же ты добралась сюда?

Александра с хмурым видом скрестила руки на груди.

– Я шла пешком.

– Как, черт побери, всю дорогу от Блумсбери?

Понимая, что Кристофер по-настоящему зол на нее, Александра бросилась в атаку:

– Тебе удалось заняться моим делом и найти какие-нибудь следы преступника?

– Пока нет.

– Но почему?

Этого просто не могло быть! Он должен был приступить к осуществлению их плана: она ведь еще вчера послала ему записку!

Внезапно Кристофер взял ее под руку и повел к лестнице. Их разговор действительно привлекал к себе излишнее внимание в конторе. Сквозь ткань плаща Александра чувствовала тепло ладони своего спутника, и это мешало ей собраться с мыслями.

– Так в чем, собственно, дело? – спросил Кристофер, когда они спустились вниз.

Александра устало прислонилась к стене.

– Ты получил мой ответ еще вчера.

Он громко рассмеялся:

– Совершенно верно, Алекс!

Александра бросила на него убийственный взгляд:

– И ты очень занят.

– Собственно говоря, да, но дело не в этом. – С улицы раздался грохот пронесшегося мимо фургона, и Кристофер сделал паузу. – Тебе придется довериться мне: такие вопросы не решаются за одну ночь.

Александра прекрасно понимала, что ведет себя неразумно. Она сделала попытку взять себя в руки и не поддаваться панике, но в голосе ее звучала тревога: