Истинная для Бога Драконов

Глава 1. Разбойники

Рианна

Крики. Звон стали. Женский визг.

Звуки доносились издалека, словно бы сквозь толщу воды, но я откуда-то знала, что всё это имеет отношение ко мне.

Открыв глаза, я увидела лишь темноту. Вязкая чёрная мгла обволакивала меня плотным коконом, давила со всех сторон, мешая дышать. Я рванулась сквозь этот морок, вложив все свои силы. И тугая плёнка лопнула с противным чавкающим звуком.

Меня ослепил яркий солнечный луч. И только в следующее мгновение пришло осознание, что он отражается от клинка, занесённого надо мной.

– Простите, барышня, ничего личного, – произнёс равнодушный мужской голос.

Кинжал взлетел вверх в замахе для смертельного удара.

Но опуститься он не успел. Перед лицом мелькнула рука, облачённая в белое, перехватила убийцу за запястье и выдернула его через открытую дверь. Раздался душераздирающий крик, тяжёлое тело ударилось о землю. Карета качнулась.

Стоп! Какая ещё карета?

Только теперь я увидела перед собой обитую зелёным сукном стенку и лавку с высокой спинкой. Отметила мимоходом лежащую на лавке шкатулку, инкрустированную разноцветными камнями.

Точно – карета. Всегда терпеть не могла способ передвижения в закрытой коробке.

Но как я тут оказалась? И что это сейчас было?

Однако размышлять и вспоминать было некогда.

Пришлось просто принять: я – в карете, меня только что чуть не убили, в карете я не одна.

В проходе между лавками, придавив мои ноги, неподвижно лежала девушка в тёмно-синем платье. Светлые волосы разметались по полу, широко открытые глаза смотрели в никуда. Тёмный плащ, наброшенный поверх платья, скрывал большую часть фигуры.

Комок подступил к горлу. До сих пор мне не приходилось видеть мёртвых, но я как-то сразу поняла, что девушка мертва. Справа от меня, со стороны напротив входа, слышалась какая-то возня. Повернувшись, я увидела искажённое ужасом лицо ещё одной незнакомки, а за её спиной – мужчину в чёрной маске, который сидел верхом в проёме окна, перекинув одну ногу внутрь. Волосы перепуганной девушки были в захвате одной его руки, кинжал, который убийца держал в другой руке, острой гранью касался её шеи.

Несчастная обеими руками цеплялась за предплечье мужчины в попытке отодвинуть от себя орудие убийства. Но я всем своим существом поняла, что сил у неё не хватит, и уже следующее движение мужчины станет для неё смертельным.

Перед моим лицом снова мелькнуло нечто белое, но на этот раз с красными пятнами. В прорезь маски, прямо в глаз негодяя, вошла металлическая штуковина, похожая на толстую проволоку.

Несостоявшийся убийца выпустил волосы своей жертвы и с жутким воем вывалился из кареты. Только мелькнула на фоне деревьев туго обтянутая чёрной тканью нога.

Рука с металлической штуковиной отдёрнулась обратно и исчезла, но я успела разглядеть кровь на острие оружия – кровь убийцы.

Самого спасителя увидеть не получилось. Но, скорее всего, это был тот же мужчина, который защитил меня от кинжала. Зато я услышала его низкий рычащий голос.

– Окно закр-ройте!

Приказ неизвестного прозвучал жёстко и властно.

По спине пробежала волна – отклик на мощную энергетику незнакомца. Я не слабохарактерная овечка, но не подчиниться этому голосу было невозможно. К тому же он был прав.

Немедля я бросилась к окну, возле которого, прижав руки к шее, скулила незнакомка. Вот только сразу не получилось. Сдвинув тело, я запуталась в складках тёмно-синего платья – точно такого же, как на мёртвой девушке. Рёбра сдавливала жёсткая конструкция, а непривычная тяжесть юбок сковывала движения.

Что это на мне? Всё очень походило на страшный ночной кошмар, когда ты чувствуешь, что опасность приближается, а убежать не можешь, потому что всё тело опутано паутиной сна. И всё же я добралась до окна.

Выглянула наружу. Прямо под окном стонал и корчился мужчина в чёрном. Часть лица, не прикрытая маской, была залита кровью.

Сон? Всё не так, всё чужое и непонятное.

Но одновременно внутри меня всё кричало о том, что опасность реальна.

Инстинкт самосохранения поторопил меня как можно скорее закрыть окно. Я быстро захлопнула ставни и накинула крючок.

Только после этого повернулась к уцелевшей спутнице, не выпуская из виду и распахнутую дверь, за которой шёл бой. Яростные крики, звон клинков – всё это было очень близко, но прежде всего я должна была помочь раненой.

– Руки убери, – скомандовала я, глядя в распахнутые глаза, полные страха, и уже мягче добавила: – Я осмотрю.

Незнакомка сразу же подчинилась. И я выдохнула с облегчением, оценив порез. Так, – царапина. Девчонку спасло то, что она пыталась отвести руку убийцы, а тот, получив смертельную рану, уже не думал о том, чтобы довести дело до конца.

Схватив с сиденья какой-то шарфик, я подала пострадавшей.

– Всё в порядке. Прижми плотно, кровь сама остановится.

Девушка, или скорее девочка – я бы дала ей не больше пятнадцати лет, попыталась что-то ответить, но губы её задрожали и изо рта раздался только тихий скулёж.

– Успокойся, – уже мягче сказала я, – ничего серьёзного. И шрама не останется, целитель уберёт.

Судорожный всхлип был мне ответом.

Ладно, с ней потом. Судя по звукам снаружи, схватка продолжалась.

Не в силах оставаться в неведении, я переместилась к открытой двери и осторожно выглянула наружу.

При виде происходящего я застыла.

Может, это всё-таки сон?

На земле лежало несколько неподвижных тел. А прямо перед ступенями кареты спиной ко мне танцующей походкой двигался мужчина в чёрных штанах и белой рубашке.

К танцам это, разумеется, не имело никакого отношения. На него, выстроившись полукругом, одновременно нападали четверо мужчин в чёрной одежде, с лицами, прикрытыми масками, такие же, как тот, кто несколько минут назад вывалился из окна кареты. Четверка в масках пыхтела, но подобраться ближе не могла.

Несколько мгновений я просто бездумно смотрела на эту сцену. В моей голове не складывалось… всё! И не сочеталось тоже всё.

Карета, я в карете, нападение в центре Империи… Стоп!

Я наморщила лоб, пытаясь осознать, о какой Империи я сейчас подумала. В голову ничего не приходило, поэтому эту мысль я отбросила, как несущественную в настоящий момент.

Хватало других странностей.

Грация и скорость движений нашего защитника совершенно не сочетались с его заплетенными в косу седыми волосами. Хотя и эта мысль была не жизненно важной.

Оружие… Странное оружие всех пятерых меня поразило. Тонкие металлические стержни или прутики вместо привычных взгляду мечей, и не только взгляду… У меня даже кисть правой руки невольно сжалась вокруг воображаемой рукояти. Тело говорило о том, что с оружием оно знакомо не понаслышке. Но не с таким, какое я видела перед собой.

Как. Этим. Можно. Сражаться?!

Однако мужчина в белой рубашке своим прутиком владел виртуозно.

Вместо привычных рубящих ударов он наносил быстрые, точные уколы. Его рука работала от запястья легко и изящно, словно держала не оружие, а кисть художника. Шаг вперёд – укол, шаг назад – парирование, перемещение в сторону и неожиданное сближение.

Я невольно залюбовалась.

Незнакомец двигался плавно, завораживающе, словно большой ленивый кот, и моё сердце начало невольно подстраиваться в такт его шагов. А затем следовал выпад, и каждый раз это было для меня неожиданностью. Я невольно задерживала дыхание и вспоминала, что пора делать вдох, только когда лёгкие начинало жечь.

Всего на миг я прикрыла глаза и тряхнула головой. Открыла. Ничего не изменилось. Почти. Мужчина со странной причёской и смертоносным жалом в руке был всё там же, а вот число его противников уменьшилось на одного.

– Донна Анна, – всхлипнула за спиной девица, о которой я совсем забыла. – Как же так? Они убили донну Элен. Они и нас убьют!

– Что? – вырвалось у меня.

– Убь-ю-ют, – повторила девица с подвыванием.

Вообще-то, мой вопрос относился к «донне Анне». Это ведь она меня так назвала?

Мороз пробежал по коже. Кто же я? А-а-а-а… к хангу, потом разберусь.

И на цвет волос плевать. Я этому мужчине жизнью обязана.

Тем временем седоволосый уложил ещё одного негодяя, проткнув его словно жука, молниеносно выдернул своё оружие и начал теснить двоих оставшихся к деревьям. Металлическая штуковина в его руке двигалась с такой скоростью, что даже я оказалась не в состоянии отследить нюансы. Это «даже я» вызвало новый прилив тревоги. Ощущение было такое, словно с памятью я потеряла важную часть себя и стала… беспомощной? До боли сжав пальцами край скамьи, на которой сидела, я могла только смотреть.

И я смотрела.

Двое уцелевших врагов отступали быстрее, чем наступал седоволосый. Чувствовалось, что, если им удастся хотя бы чуточку увеличить разрыв, они просто бросятся наутёк.

Боковым зрением я уловила движение. Одно из тел, которые я считала мёртвыми, пошевелилось. То ли разбойник притворялся, то ли только что пришёл в себя, но он явно решил вмешаться. Мужчина приподнялся, в его руке появилась чёрная трубка, которую он направил в спину нашего защитника. Никогда ничего подобного не видела. Однако реагировать нужно было немедленно.

В отчаянии я огляделась. В пределах досягаемости была только шкатулка на лавке напротив. Я охнула, приподняв её. Тяжёлая. Однако выбирать было не из чего.

С криком «Сзади!» я двумя руками замахнулась и швырнула шкатулку в голову разбойника.

Попала в спину, негодяй рухнул, но перед этим, видимо, успел активировать артефакт. Трубка в его руке полыхнула огнём, и раздался чудовищный грохот.

Возле ног седоволосого взметнулся столбик пыли.

Мужчина молниеносно сместился в сторону и развернулся вполоборота. Этой заминкой моментально воспользовались двое разбойников. Нет, они не напали, а правильно ухватились за шанс остаться в живых: рванули через кусты, с треском ломая ветки.

– Дьявольщина! – Мужчина было подался вслед за убегающими, но тут же остановился, прокрутился вокруг своей оси, окидывая оценивающим взглядом открытое пространство, и направился к карете.

А я… я просто смотрела, как он приближается, расширенными от изумления глазами.

Первая странность разрешилась. Моему спасителю едва ли было больше тридцати лет. А возможно, и не больше двадцати пяти. До тридцати его старила седина.

Молод и опасен. Очень опасен. От него даже на расстоянии чувствовалась хищная энергетика, спровоцировавшая пляски ледяных мурашек на моей спине. Только сейчас я сообразила, что защитивший меня мужчина играючи разделался с полудюжиной убийц.

А не попала ли я в ещё большие неприятности? Я содрогнулась. Но тут же постаралась взять себя в руки. Напомнила себе: «Он меня спас!»

Незнакомец остановился у распахнутой дверцы кареты, и я задержала дыхание.

– Как я мог оставить в тылу живого врага? – процедил он с досадой, разглядывая оглушённого мной разбойника, и тут же хмыкнул: – Ловко… и неожиданно.

Это явно относилось к раскрывшейся шкатулке, из которой высыпались украшения.

Затем мужчина ногой отбросил в сторону чёрный артефакт, лежащий рядом с негодяем, и только после этого поднял на меня бездонные синие глаза.

Волна холода внутри меня сменилась волной жара.

– Кажется, я вам обязан жизнью, донна…

От низких завораживающих нот в голосе незнакомца мне перестало хватать воздуха. А он… похоже, он терпеливо ждал, что я назову своё имя? Имя, о котором я не имела ни малейшего представления. Я беспомощно открыла рот и тут же закрыла его, не произнеся ни звука.

Я просто тонула в синих глазах своего спасителя и молчала.

На чувственных губах мужчины появилась понимающая усмешка. Он не мог не знать, как действует его взгляд на слабый пол. Он явно к этому привык.

Передо мной был не просто хищник. Передо мной был пожиратель женских душ. Я прямо-таки увидела картинку: что-то вроде булыжной мостовой, вместо камушков вымощенной пульсирующими сердцами.

И это меня отрезвило.

Я моргнула.

Хорош! Очень хорош! Но не настолько, чтобы я растеклась перед ним лужицей.

Я собралась. Всё внутри меня кричало, что я в опасности, что надо как-то выкручиваться.

Словно издалека услышала собственный голос.

– Жизнью? Это я… то есть мы вам обязаны жизнью.

Мужчина слегка поклонился, прижав на мгновение руку к сердцу.

– Рад, что выбрал эту дорогу.

Его голос стал ещё ниже, почти на грани слышимости. В нём появились хрипловатые нотки, запустившие в моём теле ещё одну волну жара. При этом взгляд незнакомца, оторвавшись от моего лица, скользнул вниз. И это было так бесцеремонно, что щёки опалило огнём. Но я уже взяла себя под контроль. Мало ли как реагирует моё тело. У меня к нему ещё и голова прилагается.

– И всё же, – продолжил мужчина, – не скромничайте. Именно ваше предупреждение спасло меня от выстрела в спину. Простите, я не представился. Граф Адриан де Сен-Реми.

Я замялась. Как там меня назвала девушка?

– Моё имя…

– Донна Анна, – очень своевременно врезался мне в спину рыдающий голос моей спутницы. – Я не могу больше находиться здесь. О! Бедная донна Элен!

– Она права, донна Анна. – Мужчина протянул руку. – Вам лучше выйти на свежий воздух. Я удивлён, что вы до сих пор не лежите в обмороке.

Я пожала плечами.

– Некогда было.

Граф закашлялся, но мне почему-то показалось, что он скрывает смешок.

Не подумав, я приняла предложенную руку. Ладонь графа оказалась сухой и горячей. Вот только обжигающая нить, пронизавшая мою руку, и сладкий спазм, скрутивший низ живота, были полной неожиданностью. Я попыталась отдёрнуть руку, но граф уже накрыл её второй ладонью. И всё стало ещё хуже. Ноги стали ватными. Не хватало ещё свалиться со ступеньки прямо на него.

Стиснув зубы, я сделала шаг, затем второй. Ступала осторожно, стараясь не запутаться в складках платья. И мне бы удалось преодолеть эти несчастные три ступеньки, если бы запаниковавшая девушка не рванула следом за мной. Карету качнуло, и я, потеряв равновесие, рухнула в объятия мужчины.

Незнакомый пряный аромат заполнил лёгкие. Щекой я почувствовала под тонкой тканью рубашки литые мышцы. А прижатое к груди ухо уловило не только стук сердца, но и что-то вроде мурчания довольного сытого кота.

Всего на миг я замерла, но затем возмущённо фыркнула и упёрлась обеими ладонями в грудь мужчины. Однако выворачиваться мне не пришлось.

Граф меня отпустил. Хотя не совсем так. Прежде чем я сообразила, что происходит, он крутанулся, ставя меня на землю и задвигая за спину. Блеснуло знакомое оружие. Оно больше не казалось мне несерьёзным. А затем с глухим стуком на землю рухнуло нечто тяжёлое.

– Дьявольщина! – рявкнул мой спаситель.

А ещё через мгновение завизжала девица. Её визг и последующие причитания подействовали на меня как бадья холодной воды.

Честное слово, её истерическое состояние уже начало мне надоедать. Нашему спасителю, очевидно, тоже, потому что он резко прикрикнул на неё:

– А ну, тихо!

Девчонка сразу замолчала.

– Надо же, – сердито проворчал граф и покосился на меня. – Вторая ошибка за последние полчаса. Не иначе это вы на меня так действуете, донна Анна.

Это что он сейчас имел в виду? Что я виновата в его невнимательности?

И хотя моя благодарность никуда не исчезла, появилось желание взять в руки какой-нибудь тяжёлый предмет вроде шкатулки.

А вот нечего отвлекаться. Спас? Поблагодарили. А теперь держи руки при себе. Я нервно выдохнула.

Граф бросил на меня заинтересованный взгляд, перевёл его с моего нахмуренного лба на плотно сжатые кулаки, и его губы растянулись в улыбке.

– Вы удивительная девушка, донна Анна. В обмороки при виде мёртвых тел не падаете, в преступников швыряетесь драгоценностями. И у меня на миг появилось ощущение, что вы сейчас не прочь были бросить ещё одну шкатулку – на этот раз в меня. Я бы не рискнул доверить вам шпагу, когда вы в таком настроении.

Он меня воспитывать собрался? Я с трудом удержалась, чтобы не огрызнуться.

Не время и не место демонстрировать характер. Я изо всех сил попыталась изобразить вежливую улыбку.

– Простите. Я всё-таки действительно не привыкла к таким зрелищам. Просто в обмороки я не умею падать. И споткнулась случайно.

«А не для того, чтобы некоторые меня облапали». – Последнее я добавила мысленно.

Ехидство с лица мужчины исчезло, и он серьёзно кивнул.

– Я просто пытался вас немного отвлечь. А сейчас надо заняться делом. Я попытаюсь разобраться, куда исчез ваш кучер, а вы пока поручите девице собрать украшения. Ей лучше заняться хоть каким-нибудь делом. Кстати, это ваша служанка или вашей спутницы?

Нет, ну это никуда не годится. Мне нужна хотя бы малюсенькая передышка для того, чтобы осмыслить, что происходит. А меня из одной ловушки перегоняют в другую. Не специально, конечно, но от этого не легче.

Я посмотрела на девушку, пытаясь увидеть хоть какую-нибудь подсказку, но мой взгляд скользнул дальше, и я застыла изваянием. Я никогда не видела животных, подобных тем, которые были запряжены в карету.

Именно в этот момент я и поняла окончательно, что попала в другой мир.

Глава 2. В пути

Рианна

При виде неизвестных животных, запряжённых в карету, я поспешила разочаровать своего спасителя и сымитировала обморок. Мне нужно было время для размышлений, ну и заодно это был способ избежать остальных расспросов.

Граф Адриан поймал меня и аккуратно уложил на травку. Оставив меня на попечение служанки, он вынес из кареты несчастную донну Элен, а затем перенёс меня внутрь. Это оказалось тем ещё испытанием.

Я очень старалась, чтобы мои ресницы не дрогнули и ни одна мышца на лице не напряглась.

И как же это было сложно!

Этот наглец, уложив меня на лавку, неожиданно наклонился к моему лицу и втянул в себя воздух – ну точно хищный зверь, обнюхивающий жертву. Горячее дыхание коснулось губ.

Моё сердце на несколько мгновений замерло, а затем пустилось вскачь. Казалось, его можно было услышать даже снаружи. Странно, что граф не заметил. Он отстранился и, постояв немного, вышел.

Я перевела дыхание. Вот ведь гад! Ещё миг, и я бы себя выдала.

И всё-таки моя хитрость удалась. Дверь кареты осталась приоткрытой, и мне удалось собрать о себе, то есть о той девушке, чьё место я заняла, хоть какие-то сведения.

Бетина, так звали девушку, оказалась моей служанкой и охотно сообщила графу не только своё имя, но и то, что меня зовут Анна ди Ровере, что я баронесса, которая едет к отцу на каникулы из какого-то там пансиона при монастыре. Ну а донна Элен, которой повезло меньше, чем мне, – дочь виконта Монтефиоре и моя подруга. Бедная девушка воспользовалась моим приглашением, чтобы ехать не в почтовом дилижансе, а со всеми удобствами. Кто же знал, что это приведёт её к гибели?

Я с трудом удержала печальный вздох. Моей вины в этом приглашении не было. Но перед родителями несчастной Элен мне, скорее всего, придётся оправдываться, если только…

Может, всё же случится чудо и тот, кто забросил меня в этот чудовищный мир, опомнится и вернёт меня домой?

– Донна Анна, – чирикнула возле самого уха Бетина, неслышно пробравшаяся в карету.

Я вздрогнула и была вынуждена перестать притворяться.

– Нам пора ехать, госпожа. Попьёте водички?

Я села и приняла чашу из рук служанки. Только теперь я почувствовала, как пересохло в горле, и с жадностью осушила всю чашу. Ещё, несмотря на ситуацию с убийствами, мне хотелось есть. Но для этого точно было неподходящее время.

Карета дёрнулась и тронулась с места.

Я огляделась.

– А где?..

– Украшения ваши все собрала, всё до последней жемчужинки.

Я поморщилась. Вот мне сейчас дело до чужих драгоценностей…

– Где… – Движением головы я указала на место, где ещё недавно лежала девушка.

– Ох, нам так повезло, донна Анна, – защебетала Бетина, – так повезло, что его сиятельство проезжал мимо. Он всё решил. Нашего Марко, к счастью, не убили, а только оглушили, но управлять лошадьми он не может. Его сиятельство велел ему сесть туда, где ваши сундуки, и… – Она всхлипнула, – …и несчастная донна Элен. Он завернул её в плащ и покрывало.

Губы Бетины задрожали, на глазах появились слёзы. У меня тоже защипало в носу. Нас с Бетиной, конечно, тоже могли убить, но мы всё-таки живы. А воспоминание о погибшей девушке вызвало у меня острую жалость.

Судорожно вздохнув, я попыталась сменить тему:

– Сколько нам ещё ехать?

– До ближайшего постоялого двора доберёмся только к вечеру. Помните, мы прошлый раз там останавливались? Он на окраине Сан-Джованни. Его сиятельство сказал, что привяжет своего коня к нашей карете, а сам сядет вместо Марко. О! Он такой благородный!

Я кивнула, приняв к сведению два новых слова: «лошади» и «конь». Насчёт благородства у меня, однако, появились сомнения. Слишком уж вызывающе вёл себя наш спаситель. Может, причина в том, что на меня его чары не действуют? Не привык он к такому. Вот и задело за живое.

Но вслух я подтвердила:

– Да, повезло. А… до дома далеко? Мы же должны доставить Элен к родным?

– Как же далеко? Должны были прибыть завтра днём. От Сан-Джованни до Римини рукой подать, вот только его сиятельство сказал, что придётся задержаться в городке. Про разбойников сообщить и священника пригласить к донне. Оттуда и гонца пошлют к родне.

Бетина снова всхлипнула и замолчала.

А я, прикрыв глаза, откинулась на спинку сиденья.

«Священник» – ещё одно слово. Если у них так называют целителя, то донне это едва ли поможет.

Вопросы я задавать опасалась, не зная, как тут относятся к иномирянам. А их у меня осталось много.

Но на самый главный ответить было некому. Я больше не слышала свою драконицу. Пока лежала в фальшивом обмороке, я это проверила. Нет, Рейя не исчезла. Пустоты не было. Я её чувствовала, но так, словно она уснула.

Магия тоже не откликалась.

Я влипла и влипла всерьёз. О том, что попадание в чужие миры не сказка, я знала с детства.

В конце концов, моя бабушка была из другого мира. Это было тайной для подданных, но в семье об этом знали. Бабушка погибла в огне пожара в другом мире, и её шень переселилась в принцессу Алексу в тот момент, когда та была на грани жизни и смерти. Соединение двух душ в единое целое спасло обеих*.

А вот Алия, мой предок по материнской линии, была самой древней из воздушных драконов, и она путешествовала по десяткам миров в своём собственном облике. Её называли Скользящей между мирами.

Я сама Алию никогда не видела, но вот мои родители были с ней знакомы. И от них я знала, что бывают миры, где не стоит рассказывать, кто ты и откуда: сожгут на костре или отдадут алхимикам для изучения.

Поэтому мне стоило быть осторожной. И, прежде всего, хотелось понять, к какой категории отношусь я.

Мысль о том, что я могла погибнуть в своём мире и, словно рубашку, надеть на себя чужое тело, вселяла в меня ужас. Меня в моём всё устраивало.

То, что Бетина видела во мне свою прежнюю госпожу, говорило в пользу этой версии. Но то, что я по-прежнему ощущала, пусть и через преграду, свою драконицу Рейю и все четыре стихии, давало надежду на то, что мы с Анной были просто похожи.

Сидеть и бездействовать я не могла, тем более что рядом была разговорчивая служанка. А значит, следовало за время пути выудить из неё побольше сведений.

– Бетина, – начала я, – напомни мне, когда я последний раз навещала отца?

Лицо девушки стало несчастным. Губы задрожали.