Чужая невеста для огненного дракона

Глава 1. Лира. Знакомый незнакомец

– Лира, стой, я тебе всё объясню, – голос Асмунда уже совсем близко.

Этот мерзавец вот-вот появится из-за поворота.

Дрожащими пальцами выплетаю заклятие. Убраться скорее, куда угодно, только отсюда. Пусть объясняется с Маурой.

Слёзы обиды затуманивают глаза. Быстро смахиваю их с ресниц. Не хватало ещё, чтобы этот предатель увидел мою слабость.

Сосредоточиваюсь на последнем витке рисунка, который закроет за мной портал так, чтобы нельзя было пройти следом, и активирую плетение.

Асмунд всё-таки успевает увидеть меня и открывающуюся в пространстве дверь.

– Что ты творишь? – зло кричит он, срываясь на бег. – Остановись. Гости уже съехались. Наша помолвка…

– Спасибо за сюрприз, – кричу я и с разбега шагаю в наспех созданный портал.

Мне всё равно куда, лишь бы побыстрее стереть из памяти голый зад Асмунда и извивающуюся под ним мою бывшую подругу. Да и жених теперь бывший.

В следующий миг я вскрикиваю, падая в бассейн. Но, прежде чем погрузиться в него, успеваю заметить стоящего на бортике полностью обнажённого мужчину.

Выныривать не спешу, несколько мгновений сосредоточенно разглядываю прожилки на зелёных мраморных плитах, которыми выложено дно бассейна. Но всё перекрывает слишком яркий образ голого незнакомца. Он прямо-таки отпечатался на сетчатке глаза. Мамочки, куда я попала?

Ну что ж, что просила, то и получила: картинка с неверным женихом и бывшей подругой напрочь смыта из памяти тёплой солёной водой и вытеснена… м-м-м, а вот об этом лучше не думать.

Повезло ещё, что хозяин купальни в момент моего прилёта был спиной ко мне. Явно только что вылез из бассейна. Память услужливо подкидывает видение: как прозрачные струи воды сбегают с тёмных мокрых волос незнакомца по его рельефной спине, устремляясь вниз к тому месту, которое видеть невинной девушке не положено. Как же много я успела разглядеть! Нервное хихиканье приводит к тому, что вода попадает в рот и в нос. Да и воздух в лёгких заканчивается: пора выныривать. На всякий случай разворачиваюсь лицом в противоположную от незнакомца сторону и начинаю грести в этом направлении и вверх.

Небольшую преграду на поверхности проламываю головой:

«Ауч», – тонкая корка льда с хрустом ломается, оставляя на щеке болезненную царапину.

Похоже, с перепугу я успела поставить ледяной щит.

Оказавшись среди плавающих обломков льда, чихаю и отплёвываюсь, стараясь не сильно дёргаться, чтобы не поцарапаться ещё больше. Морская соль щиплет ранку на щеке. В ушах – вода, и поэтому слышу только последние слова, сказанные насмешливым мужским голосом:

– … хаоса вас занесло ко мне?

На мгновение мне кажется, что этот голос я уже когда-то слышала. Но уверенности нет, и не до того сейчас.

Бормочу невнятное: «Простите», продолжая энергично отплёвываться, и плыву в противоположную от голоса сторону. Но едва хватаюсь руками за бортик, босые ноги владельца купальни оказываются передо мной.

Ой, надеюсь, он догадался занавеситься какой-нибудь тряпочкой. Должен же понимать, что упавшая в бассейн прилично одетая девушка всяко не на горячий приём рассчитывает.

На всякий случай глаз не поднимаю. Мои волосы, которые мадам Ралинэ ещё не успела сложить в причёску перед эпохальным событием, расплелись и мокрыми прядями закрывают лицо.

Оно и к лучшему. Может, получится остаться неузнанной. Хотя мало кто в Айсгарде не видел моих портретов.

Эх, мне бы смыться отсюда побыстрее, высохнуть и разобраться, куда меня забросило.

– Я жду вашего ответа, юная леди, – голос возвышающегося надо мной незнакомца приобретает бархатные нотки, и в моём теле появляется приятная вибрация, если только я не путаю её с дрожью из-за резко остывшей воды.

– Я случайно, – мой голос чуть хрипит из-за того, что я всё-таки наглоталась воды.

– Оч-чень интересно, – растягивает слова мужчина, и тон его голоса становится ещё ниже. – Какая случайность могла вам помочь пробить защитные барьеры Академии?

Оу! Так я в одной из Академий? Вот бы не в своей. После бегства с собственной помолвки мне бы лучше отсидеться где-нибудь хотя бы недельку. А лучше сдать заново экзамены, написать родителям покаянное письмо и пропасть на несколько лет из светских салонов. Из Академий замуж против воли не выдают.

– Вы не могли бы отойти и дать мне полотенце? – робко прошу я. – Я только высохну и быстро уйду.

– Отойти?

Незнакомец хмыкает, а потом быстро наклоняется и, подхватив меня подмышки, легко вытаскивает из воды. Спасибо, что не за шкирку, как нашкодившего щенка. С облегчением отмечаю, что он успел обернуть свои бёдра полотенцем. Главное, чтобы оно не сползло, пока его руки заняты мной. Но то, что выше полотенца, повергает меня в шок.

Разве бывают такие кубики пресса? Не поднимая головы, скольжу взглядом выше по рельефным грудным мышцам. Прямо тянет обрисовать их пальцами. Мысленно бью себя по рукам и отвожу глаза. Но не думать не могу. В сочетании с первой картинкой – с видом со спины – я понимаю, что передо мной совершенный мужчина и, скорее всего, не привыкший к отказам. Это немного отрезвляет, но ненадолго.

– Так я жду, – мурлычет незнакомец, обвивая одной рукой мою талию, а пальцами другой касается подбородка и настойчиво тянет его вверх.

Очень трудно противостоять. В его руках я чувствую себя хрупкой игрушкой. Самое ужасное, что древесный аромат его парфюма и жар, исходящий от тела, размягчают мой мозг до состояния: «Делайте со мной, что хотите!»

С трудом собираю мысли в кучку. Этого ещё не хватало. Моей семье скандалы не нужны. Хватило разговоров после бегства моей сестры-близнеца в Морскую Академию. Еле успели со всеми договориться и объявить, что это с согласия родителей.

И, если уж разрыв помолвки утаить не удастся, то хотя бы моё появление в купальне голого мужчины хотелось бы скрыть. Отец не переживёт.

Моего лица незнакомец всё ещё не видит из-за прилипших к нему мокрых прядей. Вот бы так и осталось. Решаю сопротивляться до последнего. Дёргаю головой, высвобождая подбородок, и шиплю рассерженной змеёй:

– Пустите. Что вы себе позволяете?

– То есть это я пробрался к вам в спальню? – насмешливо говорит мужчина, вжимая меня в своё литое тело.

– Это не спальня, – возражаю я, пытаясь оттолкнуться ладонями от его груди и понимая, что хочется-то как раз обратного.

– Спальня за дверью, – вкрадчиво сообщает незнакомец и неожиданно шумно втягивает воздух: – Как же вкусно ты пахнешь, незнакомка. Я просто обожаю малиновое варенье.

– Пустите, – сейчас в моём голосе звучит отчаяние.

Мне страшно, страшно от того, что хочется забыть обо всём и самой прижаться к постороннему мужчине. Но он неожиданно подчиняется. Правда, напоследок стискивает меня в объятиях, запуская в моём теле волну жара, а затем неохотно разжимает руки.

– Отпущу, – говорит незнакомец, и голос его звучит ещё более хрипло, чем раньше. Он словно борется с самим собой. – Но сначала узнаю, кто вы, и как прошли через поставленные на эту комнату барьеры.

Обманувшись предоставленной мне свободой, я упускаю момент, когда мужчина быстрым и решительным движением отводит волосы от моего лица и заставляет взглянуть себе в глаза. А в следующий момент, словно обжёгшись, отдёргивает руки и делает шаг назад.

– Лирианна? – в его голосе больше нет соблазнительных бархатистых ноток, из-за которых я не смогла узнать его раньше.

Его лицо сейчас – застывшая маска. И меня в моей мокрой одежде пробирает дрожь.

Стою, опустив глаза. Сквозь ресницы я продолжаю видеть его неприлично красивое тело. Надо бы зажмуриться, потому что от этой картины и всей ситуации в целом холод вытесняется горячей волной. Мои стихии пришли в хаотичное движение.

Тело сотрясает крупная дрожь, которую магистр Вальгард, а это именно он, воспринимает в лучшем для меня варианте.

– Замёрзла? – спрашивает он и тут же обвиняюще уточняет: – И ведь сама воду мне заморозила в бассейне.

– Я с-случайно, – хрипло оправдываюсь я. Похоже, я успела простыть.

– Жди, – от холодного голоса мороз снова пробирает меня до костей.

Он выходит из ванной.

Вот это я попала. Все прошлые мои проделки кажутся детскими шалостями.

Как я могла не узнать его? Магистр Вальгард и по совместительству ректор Академии, куда я неделю назад поступила, конечно, редко бывает у нас в замке.

М-м-м, я даже не помню, когда он появлялся в последний раз.

Да и вообще я не особо обращаю внимание на друзей своего отца. И к тому же не видела его с этой стороны. Перед глазами снова неприличная картинка. И снова меня бросает в жар. Как есть, простыла.

Магистр возвращается. На нём по-прежнему только полотенце, которое он придерживает одной рукой. На миг вскидываю глаза. В лицо смотреть не рискую, а вот на том, что ниже шеи, взгляд залипает.

Как!? Как у дракона, который старше моего отца, может быть такое красивое и молодое тело? Так не должно быть.

Судорожно выдыхаю.

– Лирианна, ты меня слушаешь? – по-моему, он уже сердится.

Сглатываю и киваю, не поднимая глаз.

– Это всё, что я нашёл, – свободной рукой магистр протягивает мне какую-то одежду и сухо добавляет: – Как ты понимаешь, платьев у меня нет. Переодевайся и выходи. Свою одежду оставишь здесь. Слуги приведут её в порядок

Я снова остаюсь одна. Фух. Дрожащими руками разворачиваю вещи, которые он принёс: широкие мужские штаны из простой, но дорогой ткани, холщовая рубашка. Я во всём этом утону. Но выбирать не из чего. Стягиваю липнущее к коже мокрое платье вместе с нижней рубашкой. Бельё тоже? Придётся. Если штаны промокнут из-за трусиков, может получиться ещё более неприятная ситуация.

Заворачиваю нижнее бельё в рубашку и в платье так, чтобы не выпали. Хватит с меня конфуза на сегодня.

Разглядываю себя в зеркале. Штаны прихватываю пояском от висящего тут же халата, верх заворачиваю так, чтобы точно не соскользнули. С рубашкой всё оказывается ещё сложнее. Она не хочет держаться на обоих плечах, норовит съехать то с одного, то с другого. Придётся придерживать её руками. При мысли о том, какие широкие плечи у хозяина этой рубашки, по моей коже разбегаются мурашки. А ещё я чувствую запах.

Не сомневаюсь, что вещи чистые, но древесный аромат, кажется, въелся в ткань. Вдыхаю: узнаю любимые нотки сандала и кедра, а ещё примешивается горчинка, и именно она тревожит больше всего. Это что-то личное.

Жуть какая, просто жуть. И это я не про свой внешний вид. Как я теперь в глаза ему смотреть буду? Понял ли магистр, что именно я успела заметить? Хотя, он же спиной ко мне стоял, а потом в полотенце завернулся. Будем считать, что я ничего не видела. Угу. Миг, всего лишь миг, а как впечаталось в память.

Это какая-то насмешка богов, и жаловаться не на что. Что просила, то и получила. У меня вырывается нервный смешок. День, что ли, такой сегодня? Сначала одна обнажённая мужская задница, навалившаяся на мою сладко стонущую подругу.

А потом… Я всего лишь хотела развидеть ту картину, когда шагала в портал. И вот результат.

Теперь что? Снова в портал с мечтой забыть о том, что было здесь? Ещё неизвестно, куда вынесет на этот раз. Ну уж нет. Сегодня явно не мой день. Лучше не рисковать.

Из хорошего: я всё-таки оказалась в своей собственной Академии. Так что выше нос, Лира. Твои переживания – это только твои проблемы. Магистр прекрасно понял, что это всё нелепая случайность, и даже не подозревает о твоих терзаниях.

Собираюсь с духом и покидаю ванную. Оказываюсь в большой светлой спальне. В глаза бросается огромная кровать с наспех наброшенным на неё покрывалом. Странно, но при виде неё смущение возвращается.

В принципе это понятно. Юные девушки не должны посещать мужские спальни.

Перевожу взгляд на хозяина комнаты. Он стоит у окна спиной ко мне.

Магистр уже одет: на нём брюки, плотно облегающие крепкие бёдра, белая рубашка, скроенная по фигуре. Мой взгляд скользит по его широким плечам, длинным каштановым волосам, собранным в хвост. Руки в карманах, ноги широко расставлены. Мне кажется, что он заполняет собой всё пространство и из-за этого трудно дышать.

От всей его фигуры веет спокойной уверенностью, а ещё силой. Это ректор, друг моего отца, один из могущественнейших Огненных магов. А всё остальное лучше выкинуть из головы и забыть.

– Магистр Вальгард, – зову я.

Он поворачивается. Окидывает меня чуть сощуренным взглядом. Губы его плотно сомкнуты, а брови нахмурены. Всем своим видом магистр говорит о том, что вот только проблем ему сейчас и не хватало. И я начинаю чувствовать себя мелким недоразумением, отвлекающим серьёзного взрослого человека. Жду резкого замечания, нотации.

– Есть хочешь? – неожиданно спрашивает он.

И я понимаю, что взрослый дяденька видит во мне прежнюю маленькую крошку, которую прежде всего надо накормить, ну и при необходимости носик вытереть. И почему-то от этого становится обидно.

Но есть и правда хочется то ли после всех переживаний, то ли после купания.

Киваю, закусив нижнюю губу.

– Так, сейчас ты сядешь вон в то кресло и будешь молчать, чтобы не разрушить иллюзию, которую я на тебя наложу, – строго говорит он. – Слугам не обязательно знать, кто у меня в гостях, надеюсь, ты это понимаешь. Поговорим потом.

Подчеркнул слово «в гостях», спасибо, что не уточнил, что в незваных.

Лёгким движением кисти магистр Вальгард формирует личного магического вестника: у него это крошечный иллюзорный дракончик.

Мелкая рептилия, трепеща крылышками, зависает в воздухе перед лицом магистра. Они общаются мысленно.

А я, пользуясь случаем, разглядываю магистра Вальгарда так, словно впервые вижу. Наверное, так и есть. Я слышала от Мауры, что почти все адептки за время учёбы успевают пережить период влюблённости в ректора. И, кажется, я понимаю почему. Он безукоризненно красив: высокие чётко очерченные скулы, прямой нос, чувственные губы. Про фигуру молчу. Магистр стоит вполоборота ко мне, две верхние пуговицы рубашки расстёгнуты, и я снова нервно сглатываю, потому что мне не надо к верхней части грудных мышц дорисовывать воображением те, которые ниже. Я их и так уже видела. И не только их.

Упускаю момент, когда исчезает вестник, и ректор поворачивается ко мне. Он перехватывает мой взгляд, устремлённый на него. Я снова допустила оплошность. Кровь приливает к моим щекам. Облизываю пересохшие от волнения губы. Глаза магистра темнеют, между бровями появляется вертикальная складка. Похоже, я начинаю бесить его. Но, как ни пытаюсь, отвести глаза не могу. Я словно под гипнозом.

Выручает стук в дверь. Магистр реагирует на него первый. Он отворачивается, а я понимаю, что он так и не прикрыл меня иллюзией. Поэтому делаю единственное, что мне доступно: съёживаюсь в большом, не по моему размеру кресле, обхватываю руками колени и прячу в них горящее лицо.

Глава 2. Лира. Как трудно уберечь репутацию

– Сядь прямо, – негромко, но властно говорит магистр. – Посмотри на меня.

Я поднимаю голову. Он по-прежнему стоит вполоборота, но теперь его взгляд обращён на меня.

– Мой личный камердинер не болтлив, но, чтобы привести в порядок твои вещи, потребуется кастелянша. Главное, не смотри тем, кто заходит, в глаза. Иллюзия нестойкая. Поняла? Готова?

Киваю.

С ладони магистра срывается голубой шарик, подплывает ко мне и расплетается, как клубок с нитками для вязания. Голубая полупрозрачная сеть окутывает меня, мигает и становится невидимой.

– В глаза не смотри, – напоминает магистр.

Да поняла я, поняла.

Всё проходит как по маслу. Мне, конечно, любопытно, но не настолько, чтобы рисковать. Сижу и, как истукан, смотрю прямо перед собой.

Но боковое зрение никуда не денешь. Заходят мужчина и женщина.

На столике перед моим креслом появляется поднос с разными вкусностями, его принёс камердинер, а женщина проходит в ванную и выносит оттуда свёрток с моими вещами. Я чувствую её заинтересованный взгляд. Я бы даже сказала: она ест меня глазами. Пытается запомнить, чтобы потом рассказать остальным? Мне самой интересно, как я выгляжу. Читала о таких иллюзиях. Бывает вариант, когда внешность остаётся твоя собственная, но в памяти у тех, кто на тебя посмотрел, не задерживается, а бывает и полная смена черт лица, не говоря уже о цвете глаз и волос.

– Эти вещи нужны через полчаса, – рявкает Вальгард, тоже заметивший настойчивый взгляд кастелянши.

Женщина вздрагивает и рысцой спешит на выход.

– Вирт, кто бы меня ни спрашивал, я уехал. Меня нет. Понимаешь?

– А одежду для… леди?

– Естественно, принести. Меня нет для всех остальных. Я ушёл порталом к князю Айварсу.

Теперь вздрагиваю я.

– Да, я понял, вы в Южном пределе.

И мы остаёмся одни. Магистр делает шаг ко мне, и я настороженно смотрю ему в лицо. Еле слышный щелчок, и от меня разлетаются голубые искорки. Иллюзия слетела.

– Да, вот так это и происходит, – он опускается в кресло напротив меня и без дальнейших экивоков спрашивает: – Догадываешься, куда я сейчас спешу?

Закусываю нижнюю губу. Ой, как догадываюсь.

– На твою помолвку. Ты, кажется, есть хотела? Ешь и рассказывай.

Хотела, но из-за треволнений чуть не забыла. Подцепляю вилкой кусочек поджаристого творожника, кладу в рот, и аппетит возвращается. Я даже глаза прикрываю от удовольствия. Но хриплый голос магистра выводит меня из состояния эйфории.

– Итак. Как ты сюда попала? Вы там, что в прятки заигрались?

В прятки? Я чуть не подавилась вторым кусочком творожника. Он что, издевается? Я сразу чувствую себя маленькой девочкой, которую отчитывает взрослый дядька.

Кладу вилку и отвечаю односложно:

– Нет.

Магистр хлопает ладонью по подлокотнику, словно подчёркивая: всё, что он скажет дальше, уже решено, и моя задача выполнять.

– Скоро тебе принесут одежду. Учёба в Академии начнётся через неделю, в коридорах пустынно. Все маги, которые могли бы проникнуть под иллюзию, в отпусках. А для людей её вполне хватит. Поэтому к вашему семейному порталу я выведу тебя без проблем. Сам отправлюсь через академический.

Это звучит безапелляционно, он даже мысли не допускает, что я могу быть против. Но я-то помню, из-за чего оказалась здесь. И для меня ничего не изменилось.

– Вы не поняли, магистр, – тихо говорю я. – Я не вернусь в замок ни с вами, ни без.

– Я обязан доставить тебя к отцу. После того как твоя сестра…

– Нет.

Магистр прожигает меня глазами. Подозреваю, что за всю его жизнь он не слышал столько раз слово «нет», сколько я сказала ему сегодня.

Сама удивляюсь, как у меня получается противостоять его напору. А может, я всё-таки выросла?

Он встаёт и делает несколько шагов по комнате. Потом возвращается к столу, обходит его и оказывается перед моим креслом.

– Лирианна, – магистр нависает надо мной, опираясь на подлокотники.

– Что? – подняв лицо вверх, с вызовом спрашиваю я. – Скрутите мне руки? Волоком потащите? Добровольно не пойду.

– Нужно будет, и скручу, – цедит он раздражённо.

Чёрные глаза магистра так близко. Запах сандала и кедра обволакивает меня. И я непроизвольно глубоко вдыхаю, впитывая этот аромат.

А ещё я ярко представляю, как его огромные ладони с длинными пальцами обхватывают мои запястья и фиксируют над головой. Хаос меня побери, картинка, возникшая перед моими глазами, далека от того, что я имела ввиду. Сердце ускоряет бег. Огненный смерч, родившийся внизу живота, проносится по всему телу и закручивается в голове, обдав жаром мои щёки.

Несколько мгновений мы смотрим глаза в глаза.

Облизываю пересохшие от волнения губы. И взгляд магистра останавливается на них.

Не знаю, о чём подумал он, но у него нервно дёргается кадык. Магистр вздрагивает, словно приходя в себя, и отступает. Отворачивается и отходит к окну.

Тишина. Судорожно собираю разбежавшиеся мысли. Что это я себе сейчас представляла? Лгать кому-то можно, лгать себе – сложно. Я, правда, хотела, чтобы он меня поцеловал? Какой ужас! Моё тело реагирует на него, как на мужчину. Да так, что я готова уступить этим желаниям. Я в своём уме? Сколько ему лет и сколько мне?

Магистр снова опускается в кресло напротив меня. Спокойный, холодный. И я опять съёживаюсь, словно замерзая. Смотрит чуть мимо меня:

– Ты поссорилась со своим женихом, – не спрашивает, утверждает.

В голове проносится уже почти забытое утреннее происшествие. Мне начинает казаться, что это было в прошлой жизни и не со мной.

Отрицательно качаю головой.

– Я бы не назвала это ссорой. Я не выйду за него замуж.

Левая бровь магистра поднимается вверх:

– Отцу ты сказала?

– Не успела.

Он хмыкает:

– То есть ты сгоряча, на что-то обидевшись, рванула в неизвестном направлении. И хочешь убедить меня в том, что это было взвешенное решение взрослого человека?

Начинаю понимать, к чему он клонит.

– А вы хотите сказать, что родители вот так сразу, за несколько часов до помолвки, когда от гостей уже ломится замок, стали бы меня слушать?

– Ещё раз, Лирианна. Всё это говорит о том, что твоё решение импульсивное. И я почему-то не удивлён, достаточно вспомнить твою сестру.

– Моя сестра здесь ни при чём, – цежу сквозь зубы. – Она предпочла учёбу, и я её понимаю. Я остаюсь в Академии, и на ближайшие пять лет ни замужество, ни помолвки меня не интересуют. Закон, принятый ещё моим прапрадедом, вам известен. Браки адептов только с их согласия.

– Если только я не решу тебя отчислить.

А вот это он зря сказал. Я буквально взлетаю в своём кресле. Опираясь ладонями на стол, наклоняюсь вперёд и рявкаю:

– Не посмеете. Это самодурство. Экзамены я сдала честно.

В тёмных глазах появляется смешинка. Магистр смотрит на меня так, как, наверное, мамин Йорг* смотрел бы на мышку, которой вдруг пришло бы в голову с ним поспорить.

– А дисциплина? – вкрадчиво интересуется он.

Его взгляд опускается ниже моего лица, и я только сейчас замечаю, что просторная рубашка сползла, обнажив моё плечо, да и декольте из-за того, что я наклонилась вперёд, углубилось до… хаос побери. Я отшатываюсь назад, почти падая обратно в кресло, и пытаюсь привести рубашку в приличный вид.

– А я не буду нарушать, – бормочу по инерции.

Отмечаю, как сжались руки магистра, вцепившиеся в подлокотник, даже пальцы побелели. Похоже, я всё-таки бешу его.

– Лирианна, – его голос стал ещё ниже, и, хотя он на меня злится, мурашки снова начинают свои танцы по всему моему телу.

Совершенно ненормальная реакция. Меня отчитывают, а я… поддаюсь его чисто мужскому обаянию? Извращение какое-то. Стоп, Лира, если ты немедленно что-то не придумаешь, он возьмёт тебя за шкирку и отправит к папе с мамой, а они уж сумеют надавить на чувство долга перед королевством.

– Лирианна, – повторяет магистр, – ты уже нарушила. Ты прорвалась через завесу защитных заклинаний, через которые даже я пройти не могу. То есть через те, что я сам установил на свои покои, я, конечно, могу, но вот в саму Академию попасть можно только через два портала: ваш семейный и второй, хорошо охраняемый. Ты же плюхнулась прямо в мой бассейн, да ещё и заморозила его. Кстати, очень напоминает твою мать, которая при первом появлении здесь сожгла мой кабинет. У вас это фамильное?

Помню я эту историю. И отец, и мать любят её рассказывать.

– В купальне гореть нечему, – пытаюсь увести разговор в сторону, но магистра не провести.

– Какое заклинание ты применила? Мне необходимо знать, чтобы перепроверить систему безопасности.

И вот тут у меня появляется идея:

– Это очень древнее заклинание, магистр Вальгард. И я, так и быть, поделюсь с вами, но только после того, как начнётся учёба, и только в том случае, если вы не отправите меня сегодня домой.

Стук в дверь. Видимо, принесли мою одежду. Снова магистр почти незаметным движением отправляет магический шарик, и меня опутывает голубая сеть заклинания. Но на пороге не кастелянша, а камердинер.

– Простите, магистр, – говорит он неуверенно. – Я пытался сказать, что вас нет, но противостоять вашей жене сложно. Она уверена, что вы здесь.

Как я могла забыть о госпоже Делине? Она ведь подруга матери ещё со времён войны с хаосом. Знать-то я знала, что она жена ректора, но я почти не помню их вместе. А сегодня у меня вообще проблема с головой.

– Проводи её в кабинет, Вирт, – отрывисто говорит магистр.

– Я не уверен, Ваша Светлость, что она послушает. Её придержали у портала, но она рвётся именно сюда, убеждает стражей, что время нерабочее, и вы наверняка здесь.

Украдкой поглядываю на ректора, вижу, как ходят желваки на его скулах, и испытываю горечь, правда, ещё не очень понимаю, что именно мне не нравится в этой ситуации.