Дитя трёх стихий. Щит истинной любви

Глава 1. Возвращение

– Почти приехали, – приблизившись на своём ящере вплотную к дверям кареты, Роу обхватил меня рукой и перенёс к себе так легко, словно я была пушинкой.

Всё, как несколько месяцев назад, когда я впервые здесь оказалась, только тогда была глубокая осень и почти вечер, а сейчас ясный день, и всё вокруг кричит о том, что природа приготовилась к цветению. Ветерок, долетающий с гор, ещё прохладный, но солнце греет почти по-летнему.

Роу снова, как тогда, усадил меня перед собой на ящера и закутал в тёплый плащ.

Чтобы лучше видеть, я подобрала под себя ноги и повернулась к нему спиной, с удовольствием ощущая, как он зарывается носом в мои волосы, вдыхает запах. Я слышу, как сбивается его дыхание и ускоряется ритм сердца. Жар, исходящий от него, начинает затапливать моё тело. Ночь не скоро, а наши мысли опять текут в одном направлении.

Но пока мы сдерживаемся, разглядывая родовую крепость чампов с вершины холма.

Пять стен и пять высоких угловых башен, три из которых принадлежат братьям, вождям кланов чампов, и две пустующие. Возможно, одну из них в будущем займёт наш с Роутегом сын.

В центре крепости, над крепкими каменными строениями, возвышается озарённая полуденным солнцем пятигранная пирамида Асхара. В ней уже тысячу лет спит Великий Земляной дракон, которого по какой-то там легенде должен разбудить тройной брак вождей на трёх дочерях короля Хорнии. Так мы с Мирой и попали сюда. Её мужем стал старший брат Вихо, а мне повезло найти своё счастье, выйдя за Роутега.

Я не очень верила в сказку, но пять месяцев назад, во время нашего с Роу бракосочетания, когда по обычаю чампов прямо в храме проходила консумация, спящий зверь издал такой рык, что пирамида закачалась, и на людей, стоящих снаружи слишком близко к краю рва, выплеснулись потоки воды.

Кто его знает этого дракона. Может, и правда, он возьмёт, да и проснётся, когда наша младшая сестренка Алекса выйдет за третьего брата, Токелу.

При воспоминании о драконе внутри потеплело. И малыш зашевелился. Большая отцовская ладонь в то же мгновение легла на мой округлившийся живот оберегающим жестом.

– Вот мы и дома, родная, – Роу коснулся губами моего виска.

По спине знакомой волной пробежали мурашки. Мы уже столько времени женаты, а я по-прежнему чувствую трепет от каждого его прикосновения.

Я невольно теснее прижалась к мужу, ощущая лопатками крепкие грудные мышцы, а поясницей, хм… его крепнущее желание. Впрочем, после слияния наших стихий я даже на расстоянии чувствовала, когда мысли мужа устремлялись в этом направлении. И что меня до сих пор смущало, он точно так же улавливал мои.

Так и есть, Роу мурлыкнул, обдав моё ухо горячим дыханием:

– Кажется, моя девочка не доедет до дома.

Его рука сместилась ниже, а вторая нырнула под тунику и обхватила грудь. Я закусила губу, чтобы не застонать. За нами терпеливо ждали воины Роу, и вряд ли мои стоны были бы уместны. А в карете Лера – моя свекровь. Она у меня, конечно, замечательная и многое понимает, но устала от долгого пути и сейчас, скорее всего, недоумевала, почему мы остановились, вместо того чтобы поспешить добраться до ванных с ароматной водой и тёплых мягких постелей. Вот только мужа моего это всё не очень волновало:

– Они стали такие большие, – шепнул он, нежно сминая мою грудь. – Уже не помещаются в ладони. И такие отзывчивые, – потеребил он пальцами затвердевшую бусину.

– Роу, – рвано выдохнула я. – Может, всё-таки сначала доберёмся…

Он тихо рассмеялся и легко коснулся губами виска:

– Такая горячая и такая стеснительная.

С явной неохотой убрав лапищи из неприличных мест, Роу повернулся к ожидающим и позвал своего хольда:

– Ивар! Давайте вперёд. Пусть там всё подготовят к встрече. Надеюсь, на этот раз в спальнях не будет неприятных сюрпризов.

Обе кареты, моя и Лерина, тронулись с места в окружении всадников.

А я после слов про «неприятные сюрпризы» вспомнила випру*, подброшенную мне в спальню в честь первого приезда. Настроение резко испортилось. Домой ли мы сейчас вернулись?

– Всё-таки мне было спокойнее в твоих землях, – вырвалось у меня.

Объятия Роу стали крепче, мне даже показалось, что он вздрогнул. Не иначе тоже вспомнил обо всех покушениях, из-за которых мы вынуждены были уехать.

– Ты же знаешь обычай, – он направил своего ящера вниз, вслед за отрядом. – Наш первенец должен появиться на свет на землях храма, там, где сильнее магия дракона. Вихо провёл расследование. Свою мать он отправил в дальнее владение, а всё её ядовитое окружение…м-м-м…тебе лучше не знать, как он с ними расправился. Главное, здесь больше нет никого, кто хотел бы нам навредить.

Я тихонько вздохнула, а Роу, развернув меня боком к себе, наклонился и нежно коснулся уголка рта.

Может, и правда, я зря себя накручиваю? Вихо на Стеле Истины поклялся, что ничего не злоумышлял против своего единокровного брата. Родовой артефакт это подтвердил.

И Роу рядом: он не допустит, чтобы со мной, нет, с нами – я улыбаюсь, почувствовав внутри движение малыша, – что-нибудь случилось. А ещё там в крепости я наконец-то увижу свою сестру. За то время, что мы объезжали владения Роутега, всего два раза пришли от неё весточки. Несколько сухих строчек, единственное, что я узнала из которых, – Мира тоже ждёт ребёнка и чувствует себя нормально.

Ладонь Роу снова заняла своё законное место на моём животе. Ящер мерным шагом заскользил вниз по склону. И я задремала, доверчиво прижавшись к мужу, позабыв обо всех тревогах.

Открыла глаза под бешеный стук собственного сердца. Надо мной – свод въездных ворот в крепость, откуда мы вынуждены были почти что сбежать несколько месяцев назад. Снова неосознанный страх удавкой стянул грудь.

Надеюсь, Вихо действительно со всем разобрался, и больше нам здесь ничего не грозит.

*****

Знакомое крыльцо. На этот раз нас встречают скромнее. Управляющий Джаг, пара служанок, начальник стражи Дарт, ну и неизменные стражники на посту у двери.

Роу спрыгивает на землю и аккуратно снимает меня с ящера. Полы плаща расходятся, и управляющий моментально подмечает главное – мой округлившийся живот. В его голосе появляются заботливые нотки:

– Госпожа Лисса, как вы перенесли дорогу?

Я непроизвольно улыбаюсь:

– Хорошо, Джаг. Спасибо.

Он бросает строгий взгляд на служанок, и они моментально подбегают ко мне.

– Госпожа, позвольте вас проводить.

– Осторожно, ступенька.

Роу смотрит на суету с сомнением.

– Мы приготовили вашу спальню, – щебечет одна из девушек.

– Какую ещё спальню? – не выдерживает Роу.

– Отдельная, справа от вашей, джахт Роутег, – в голосе управляющего недоумение.

Я прямо чувствую, как в горле Роу начинает клокотать возмущенное рычание:

– Какая ещё отдельная спальня? – рявкает он, и служанки испуганно застывают.

Небрежный жест кистью, отсылающий прислугу прочь:

– Я сам провожу мою жену.

Ну, конечно, проводит он. Я улыбаюсь, когда Роу собственнически подхватывает меня на руки. И тут же сквозь окутавшую меня радость чувствую чей-то колкий, неприятный взгляд. В окне второго этажа, мелькает силуэт. Я не успеваю рассмотреть, кто это, но точно знаю, что взгляд был именно оттуда. Всё блаженное состояние сметается холодным потоком моей воздушной стихии.

Странно, что Роу этого не чувствует, он в этот момент отдаёт какие-то распоряжения управляющему.

Знакомый холл, и лестница, ведущая наверх. Каменные барельефы на стенах с драконами, жрецами, пирамидами.

– Что случилось? Из-за чего ты встревожилась? – спрашивает Роу, когда мы оказываемся на втором этаже.

Всё-таки он почувствовал. У меня теплеет внутри.

– Наверное, я просто вспомнила тот свой приезд, – выкручиваюсь я, пытаясь поверить самой себе.

Вполне вероятно, так и есть. Мало ли кто мог выглянуть в окно. Ну вот хотя бы эта служанка, которая низко присела при виде нас и тут же юркнула в одну из малозаметных дверей, ведущих в коридоры для прислуги. А настороженность просто вынырнула из прошлого.

Стражники распахивают дверь в покои Роу. Ну почему я не удивлена? За эти месяцы мы привыкли делить одну постель, и мой муж пока не готов от этого отказываться. Когда-нибудь у нас, как у всех, будут разные спальни, но лучше не думать о таком неприятном будущем.

– Ты очень напряжённая, – мурлычет Роу, садясь на кровать и устраивая меня у себя на коленях. – Тебе надо расслабиться.

– Роу, – вырывается у меня стон, – можно я сначала приму ванную? Я так соскучилась по тёплой воде.

– Больше, чем по мне?

Я фыркнула:

– Кто о чём, а ящер о лягушках. Ты не поверишь, я ещё и есть иногда хочу, причём сейчас за двоих.

– Какая прожорливая жена мне досталась, – с притворным огорчением вздыхает Роу и прихватывает зубами кожу на моей шее, вынуждая меня ёрзать в опасной близости от края.

Я пытаюсь отодвинуться, но он прижимает меня к себе, позволяя почувствовать, как каменеют его мышцы, наливаясь желанием.

– Ты меня провоцируешь, – в его голосе появляется хрипотца, а я не могу подобрать слов, чтобы достойно ответить.

Это я, значит, провоцирую.

– Ты… да ты…– возмутиться не получается, с моих губ срывается стон.

А Роу, довольный произведённым эффектом, пересаживает меня на кровать и дергает шнур звонка.

– Алиту позови, – бросает он через плечо появившемуся в дверях слуге.

Я тихонько фыркаю, понимая, почему он не разворачивается лицом ко входу. Моему гордому независимому мужу нужно время, чтобы остыть. Ни к чему слугам видеть, как велик его интерес ко мне. Но я рано почувствовала себя победительницей.

Прежде чем уйти, Роу наклоняется ко мне, и я уже подставляю губы для поцелуя, но мой коварный муж уворачивается и, придерживая меня за затылок, зарывается носом в мои волосы:

– Ты пахнешь мёдом и пчёлами. Сейчас Лита сделает тебе ванную с травами, и я всю ночь буду искать в облаке ароматов настоящий запах моей жены. До самого утра…

Он проводит носом по моей шее, по ключицам, показывая, как именно он собирается вести поиски.

Моя стихия откликается: мурашки веером разлетаются из солнечного сплетения и забираются во все чувствительные уголочки тела. Может, ну её ванную и еду. Но Роу, чувствуя моё растущее желание, уже направляется к двери, не скрывая довольную улыбку. Отомстил провокатор. Ар-р-р!

– А почему пчёлами? – спохватываюсь я.

– Потому что только злая и кусачая девочка может думать о еде, оставив мужа голодным. Я пойду поздороваюсь с братьями.

– Мира! – успеваю крикнуть я.

– Узнаю, – кивает он.

– Как же он вас любит, госпожа, – томно вздыхает за моей спиной Алита и добавляет. – Ванна готова. Я добавила в неё вашу любимую вер…бену.

Голос звучит медленно, ещё медленнее. Я отрываю взгляд от двери, за которой скрылся мой муж, и с удивлением оборачиваюсь. И в этот момент, закатив глаза, моя камеристка, словно подкошенная, падает на пол.

Через несколько минут в комнате возникло столпотворение. Над лежащей Алитой склонился целитель. Удивительно, что на этот раз он появился так быстро. Меня бьёт крупная дрожь. Не сразу соображаю, что стиснувшие меня руки, от которых исходит тепло, принадлежат вернувшемуся Роу.

– Тише, ничего страшного. Дорога была длинная, твоя Литочка устала, – шепчет он, подхватывая меня на руки.

Комната переворачивается, я бездумно смотрю на быстро плывущий потолок. Мой муж несёт меня куда-то.

Прихожу в себя, поняв, что сижу на коленях Роу в смутно знакомых покоях, и он гладит меня по голове.

– Успокойся, всё будет хорошо. Целитель сейчас приведёт её в чувство. Это просто обморок.

– Ты забыл… – начинаю я просевшим голосом.

– Что именно? – он изображает удивление.

Надо сказать бездарно изображает.

– Ты забыл, что с некоторых пор нам с тобой трудно обманывать друг друга, – я вымученно улыбаюсь.

Он хмурится. Наверное, для мужчины это тяжело, не суметь скрыть опасность от своей любимой женщины.

Роу молча прижимает мою голову к своей груди. А я, понимая, как ему сейчас трудно, отправляю тёплую волну, показывая, что уже пришла в себя.

– Как же мне повезло, – вздыхает он. – Ты такая сильная.

Да уж, приходится. Если Роу будет постоянно чувствовать все мои переживания – ничего хорошего не выйдет для нас обоих.

Что-то где-то и когда-то я слышала о защитном барьере. Помню лишь, что его выстраивают не только против ментальных атак, но и чтобы не отвлекать в сложные моменты своих истинных.

Задумываюсь, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь. Никогда не думала всерьёз об истинной связи, хотя, как все девушки, мечтала о ней. И в итоге упустила важное. А ведь нам рассказывали что-то о том, как можно закрыть свои эмоции даже от пары. Или я это где-то прочла?

Когда возвращается способность размышлять, волнения сами собой стихают, и я чувствую, как успокаивается Роу. Слава Асхару, он хотя бы мои мысли не читает.

А их так просто не остановить. Насколько я помню, в крепости есть библиотека и не где-нибудь, а именно в этой башне. Мать Вихо, расширяя свои покои, в своё время убедила сына избавиться от книг. Не совсем, конечно, избавиться, а просто убрать подальше. И именно Лера и Роу предоставили новое сухое и удобное жильё древним манускриптам. Если бы не они, книги могли перекочевать в сырые подвалы.

И в этой библиотеке я, возможно, найду кое-какие ответы. Должны быть способы закрываться друг от друга у истинных пар. Кажется, такая магическая связь называется эмпатией. Так, надо послать Алиту на поиски. Прошлый раз именно она…

Мысль поручить важное дело Алите была такой привычной и естественной, что я не сразу вспомнила о том, что случилось. Сжав зубы, пытаюсь не думать о плохом. Она жива, и ей помогут. А мне надо решить новую задачу. Ханг побери, придётся теперь самой найти способ, как пробраться в библиотеку. Сначала вспомнить, у кого ключ…

– Та-а-к, – протянул Роу, и на его лбу появилась вертикальная складка. – Я прямо-таки чувствую проснувшуюся решимость. Что ты задумала?

Я судорожно вздохнула. Ну вот опять. Нет, с этим надо что-то делать. Мужчина не может сидеть всё время рядом со мной, пытаясь вычислить, что я выкину в следующий момент.

– Мне стало легче. Но я волнуюсь из-за Алиты.

– Я бы мог взять с тебя обещание никуда не выходить, но я тебе не верю.

Я возмущённо засопела носом, а Роу продолжил:

– А поскольку мне надо идти, придётся позаботиться о твоей безопасности.

Ясное дело – приставить ко мне охрану. Значит, сегодня добраться до библиотеки не судьба.

Из соседней двери в сопровождении камеристки вышла Лера. Только сейчас я сообразила, в чьи покои меня принёс Роу. Ещё одно подтверждение, как близки мать и сын. Я улыбнулась Лере, но она, глядя мимо меня на Роу, спросила с тревогой в голосе:

– Что-то случилось? Опять змеи?

– Нет, на этот раз не випры.

– А что?

– Ещё не знаю. Могу я попросить тебя… – он указал подбородком на меня.

– Чтобы эта непоседа никуда не сбежала? – Лера наконец-то перевела взгляд на меня, улыбнувшись уголками рта.

– Охрана будет в коридоре у двери, – Роу поднялся и пересадил меня с коленей на кровать.

– Ну есть шанс, что справимся, – с задумчивым выражением протянула Лера. – Может, лучше связать?

И они оба рассмеялись.

Я хотела было обидеться на шутку, но в глазах Леры было столько тепла, что я начала таять. Всё-таки мне повезло дважды: и с мужем, и со свекровью.

– Я буду слушаться, – складывая руки на коленях заявила я, заслужив сразу два недоумённо-недоверчивых взгляда.

Вот обидно, честное слово. А тем временем в голову закралась новая идея, точнее замаячила на краю сознания. Но я быстренько загнала её поглубже. Подумаю об этом позже. Пока Роу рядом, он может её учуять.

Роу покачал головой, бросил ещё один многозначительный взгляд на мать и вышел.

__________________

* Випры – змеи, укус смертелен. Живут парами. Если мёртвую змею подбросить жертве, то вторая приползёт и отомстит. В первой части дилогии Лиссу пытались убить таким способом.

Глава 2. Защитный барьер

– Ну, а теперь говори, – едва за Роу закрылась дверь, с лица Леры исчезла улыбка, – что случилось?

Чтобы рассказать про Алиту хватило пары фраз. Лера кивнула и подозвала свою камеристку. Та выслушала, присела в реверансе и скрылась за неприметной дверцей в коридоре для слуг. Лера устроилась в кресле напротив меня.

– Думаю, она быстрее моего сына всё разузнает. Когда вернётся, поможет тебе принять ванную. Ты, наверное, и есть хочешь?

Я помотала головой. Не то, чтобы я не хотела, но это вполне могло подождать. При мысли о тёплой воде и мыле меня начинало потряхивать, и все прочие желания отступали. А Лера тем временем ступила на скользкую для меня почву:

– Теперь главное – что ты задумала?

– Ничего.

– Ой ли, как будто я не вижу, как забегали твои глазки.

Ну вот что ты будешь делать? Как объяснить? А ведь вряд ли мне кто-нибудь сможет помочь в моих изысканиях лучше Леры. Может, стоит ей довериться? Я закусила губу.

«Лера, мне нужно срочно в библиотеку», – нет, так начинать нельзя. Первое слово, которое у неё вырвется, будет «нет». А нас когда-то учили, если хочешь чего-то добиться, надо вести собеседника по лабиринту из слов так, чтобы он как можно чаще говорил «да».

Пришлось начать издалека:

– Я тревожусь за Роу. Сейчас ему нужны все силы, а из-за нашей связи, – я протянула руку, позволяя рукаву соскользнуть до локтя, обнажая браслет истинной пары, – он ловит все мои переживания. И я боюсь, что в какой-то момент мой испуг или волнение могут его отвлечь.

На лице Леры появилось досадливое выражение. Я даже удивиться не успела, как она почти слово в слово озвучила мои мысли:

– Защитный барьер. Ну что мне стоило быть внимательнее на занятиях, когда нам в Академии рассказывали об истинных парах? Я была уверена, что истинная связь – сказки, и мне никогда это не пригодится, – она вздохнула. – Ну мне и не пригодилось.

Некоторое время Лера в задумчивости постукивала ноготками по подлокотнику кресла:

– Есть одна мысль.

Я затаила дыхание.

– Библиотека, – продолжила Лера.

Во-о-от!

– Была в ней одна книга, – сейчас на лице моей свекрови проступило отвращение. – Мемуары рыжеволосой дряни – Теи. Эта выскочка решила войти в историю. Не успела занять… трон, как сразу начала диктовать свои бесценные воспоминания.

Вот это новость!

– Разве они с императором Румером истинные? – вырвалось у меня.

До сих пор я столько слышала от Леры про интриги Теи. И решила, что та рвалась к власти всеми правдами и неправдами. Но если Тея и Румер были истинной парой, то вся суть истории менялась.

– Ну, по крайней мере, в книге так написано, – неохотно ответила Лера. – Она даже уверяла, что совсем не стремилась к власти. Ни она, ни красавчик Рум. Но это чистое кокетство.

– А что про барьер? – вернула я её к главной проблеме.

Лера тяжело вздохнула:

– У неё получилось закрыться от Румера во время состязаний, – Лера споткнулась, её глаза расширились, словно она вспомнила что-то очень важное. И она тут же подтвердила. – Алия!

– Что? – я не поверила своим ушам.

– Там, на состязаниях, была Алия, твоя родственница. И именно она подсказала рыжей, как создать барьер.

– Тётя Алия?

– Значит, вас должны были этому учить, хотя бы в теории, – Лера вопрошающе уставилась на меня.

А я почувствовала, как мои щёки заливает краска:

– Я… мне и в голову не приходило, что когда-нибудь эти знания мне пригодятся, – жалобно сказала я, чувствуя, как подрагивают мои губы.

– Ясно, ты такая же бездельница, как и я, – хмыкнула Лера, и тут же её голос стал ласковым. – Ну-ну, не расстраивайся.

– Ой, – почему-то шёпотом сказала я. – Сейчас опять Роу услышит. Он стал такой чуткий.

Пришлось заняться дыхательными упражнениями под одобрительным взглядом Леры.

– Да, девочка, нам срочно надо найти всё, что возможно о барьере. Не хотелось бы, чтобы Роу при Вихо вёл себя так, словно сам вынашивает младенца.

Я фыркнула. Но сдержать смех не получилось, потому что Лера меня поддержала. Отсмеявшись, мы снова вернулись к разговору о защитном барьере:

– Есть две книги, которые могут быть полезны: про одну я уже сейчас говорила, – Лера опять поморщилась, похоже бывают раны, не заживающие никогда. – И мемуары твоей достопочтенной родственницы.

– Достопочтенной? – не поняла я.

– Ну, Алии.

Несколько мгновений я пыталась соединить в голове слово «достопочтенная» с образом лёгкой, словно ветерок, Алии. Так и сидела, разинув рот, не зная, как объяснить, что долгоживущие маги потому и живут долго, что меньше всего похожи на достопочтенных матрон.

В этот момент вернулась камеристка, и я захлопнула рот, так ничего и не сказав.

– Госпожа, – она присела перед Лерой и покосилась в мою сторону, испрашивая разрешения говорить при мне.

Сердце пропустило удар.

– Алита жива? – с трудом шевеля губами, спросила я.

Камеристка быстро закивала. – Жива, жива!

Я выдохнула с облегчением:

– Что ты выяснила? Не бойся, говори. Раз жива, остальное меня не испугает.

Камеристка ещё медлила, но Лера ободряюще ей кивнула.

– Отрава была в настойке вербены, которую так любит госпожа Лисса, Лита надышалась, ну и на руки попало. Целитель сказал, что перестарались, слишком много добавили. Если бы меньше, то на Литу не успело бы подействовать.

Я содрогнулась.

– Ты говорила с самим целителем? – недоверчиво спросила Лера.

– Что вы, госпожа, с его учеником.

Кровь отлила от моего лица:

– И что со мной было бы, если бы я села в эту ванну?

Должно быть я сильно побледнела, потому что в глазах камеристки появилось испуганное выражение, а Лера сделала ей знак молчать.

– Я н-не знаю, госпожа, – пробормотала она. – Возможно, вам стало бы просто плохо.

Она врала, я видела это по её глазам. Просто плохо? Если Алите хватило запаха и погрузить руки, чтобы потерять сознание. А что случилось бы с моим малышом? Инстинктивно я положила руки на живот. Перед глазами поплыло.

Пришла в себя, почувствовав неприятный запах нюхательной соли, которую заботливо поднесла к моему носу Лера.

– Успокойся, Лисса, ничего ведь не случилось.

– В который раз уже, – помертвевшими губами пробормотала я.

– Асхар бережёт тебя и моего внука, – ладонь Леры легла поверх моих рук. – Всё хорошо.

Дверь с грохотом впечаталась в стену. Даже не поворачивая головы, я знала, кто ворвался в комнату.

– М-да, – донеслось до меня тихое Лерино. – Придётся мне самой покопаться в библиотеке.

*****

Роу быстро обвёл глазами комнату, убедился, что нет никакой опасности, и я почувствовала, как напряжение медленно его отпускает. Что-то было не так во всём этом. Связь была и прежде, с того дня, как дракон принял наш брак, но не такой же сильной. Раньше я не чувствовала мельчайшие оттенки его настроения столь остро.

Может, причина обострившейся чувствительности в приближении к средоточию чампийской магии, к спящему дракону? Надо будет подумать, как это проверить.

– Что здесь случилось? Тебе плохо? – Роу всё-таки успел заметить пузырёк с нюхательной солью в руке матери, прежде чем она его спрятала за спину.

Я закатила глаза:

– Роу, не поверишь, я беременна. У меня просто закружилась голова.

Взгляд мужа стал подозрительным, и я поняла, что допустила ошибку. О чём я должна была спросить в случае, если бы ничего не узнала от Лериной камеристки? Я поспешила исправиться:

– Как Алита?

– Пришла в себя. Разбаловала ты свою камеристку. Чуть что – в обморок, как благородная дама, – у него получилось сказать это всё небрежно.

Мы с Лерой переглянулись. Вот ведь врун. Но, кроме того, в её глазах появилась тревога. Она уже жалела, что не скрыла от меня правду. Нужно будет ей объяснить, что лучше знать об опасностях, чем нарваться на них неожиданно.

Но раз Роу так скрытен, любопытно посмотреть, как он будет выкручиваться дальше:

– Тогда мы можем отправиться в твои покои? Я так и не успела принять ванную.

– Не стоит, – поспешно ответил муж. – Думаю, мать уступит тебе свою камеристку на сегодняшний вечер? – он вопросительно посмотрел на Леру. – Через нашу спальню прошло столько людей, что её будут прибирать до завтра. Я приказал подготовить на сегодняшнюю ночь одни из гостевых покоев.

Мне показалось, или он подмигнул матери? Я вздохнула. Вечный заговор всех против всех. У нас с Лерой тайны от Роу, у него с ней же от меня. Такая уж у нас семейка, все друг друга берегут. Наверное, это неплохо. Но никогда не знаешь наверняка, что происходит.