(Не) могу быть твоей, Дракон

Глава 1. Пять лет вперёд.

Айви

– Ты абсолютно бесполезна, – гневно рычит Рон, мой муж, мой истинный. – Как могли Драконьи Боги связать меня с таким никчёмным существом, как ты?

Мощь разъярённого дракона давит на меня, но я не опускаю голову. Все обвинения в мой адрес отлетают как шелуха. Сейчас самое главное – другое. Сын. Только Рон может его спасти. И я с мольбой смотрю в пылающие глаза с вертикальным зрачком.

– Отвлеклась на шмотки, др-рянь, – падают на мою голову жестокие слова мужа. – Магии в тебе не больше, чем в этой столешнице, – Рон стучит костяшками пальцев по дереву. – Но я надеялся, что в тебе есть хотя бы материнский инстинкт. Я дал тебе защитный перстень. Нужно было всего лишь не спускать глаз с Арвена и при опасности активировать артефакт. В нём достаточно заряда, чтобы прикрыть и тебя, и моего сына хоть от целой армии драконов.

«Нашего сына», – думаю я, но вслух сказать это не рискую. Я виновата. Я так привыкла к безопасности за эти пять лет в родовом гнезде Ардэнов, что непозволительно расслабилась.

Не в первый раз мы отправились на ежегодную ярмарку в соседний город. Прошлый раз Арвена так впечатлили приезжие акробаты, что он целый месяц говорил только о них. Потом подзабыл: в трёхлетнем возрасте память короткая. Но я предвкушала, как Арвен опять будет радоваться цирковому представлению. А я буду радоваться вместе с ним. У нас в замке так мало развлечений. А Рон, ректор самой престижной Академии Аэртании, навещает нас очень редко.

И сначала всё было как всегда, пока мы не зашли в швейную лавку. Охрана осталась снаружи, заблокировав все входы и выходы, а Лина, няня Арвена, вместе с моим сыном ждали меня в гостиной, пока портниха снимала мерки.

– Весь дом был под защитой, – лепечу я в своё оправдание.

– Молчи, Айвира, – рявкает муж.

Он прав. Какие уж там оправдания? На его месте я бы меня убила. Сын, мой маленький Арвен, похищен. Сердце сжимается от боли.

Когда я вернулась в гостиную, нашла там только мёртвую няню. Сын исчез. Маги проверили каждый миллиметр дома, но не нашли ни малейшего признака портала, через который могли бы уйти похитители. Но Арвен ведь жив? Всхлипываю, вспоминая безжизненное, высушенное тело Лины, откуда магией вытянули жизненные силы. Светлая магия на такое не способна. Что если Арвен понадобился им для тёмных ритуалов?

Что если прямо сейчас…

Только не думать о худшем. Не притягивать несчастье. Слёзы безостановочно текут по моим щекам, и, похоже, моё горе только ещё больше бесит Рона. Он отворачивается, сжимая кулаки. По его коже пробегает чешуйчатая волна. Да, у меня метка, и я его истинная, но магии во мне почти нет, и мне не дано чувствовать того, с кем связала меня судьба. Однако и без этого я понимаю, что его дракон разъярён и рвётся наружу.

– Ваше сиятельство! – В комнату без стука врывается начальник охраны Дагар. – Есть след.

– Иду. – Забыв о моём существовании, муж делает шаг к двери.

– Рон, – торопливо говорю я, – возьми меня с собой. У меня иногда получается почувствовать Арвена, если расстояние небольшое. Я всё-таки мать.

– Ты плохая мать, – рычит он. – Когда я найду сына, ты больше к нему не подойдёшь.

– Сейчас главное – найти его, – упрямо настаиваю я. – Не оставляй меня здесь, я могу быть полезна.

– Нет, – отрезает Рон, даже не повернув головы в мою сторону.

– Ваше Сиятельство, – неожиданно вмешивается Дагар. – Леди Айвира права. Я видел, как она играла с сыном в прятки. Она действительно способна почувствовать его на расстоянии метров двести как минимум. Там, куда мы отправимся, сложная система пещер…

Рон удостаивает меня ледяного взгляда.

– Посади её на любого из драконов, Даг, – бросает он.

Мне слышится отвращение в его голосе. Сегодня я потеряла не только сына, но и мужа.

– Вам нужен тёплый плащ, леди Айвира, – тихо говорит Дагар. – Мы полетим высоко и быстро.

Отрицательно мотаю головой. Драконы и маги собираются в центре двора. Здесь много лиц, которые я вижу впервые. Вот-вот прозвучит команда к взлёту. Кто меня будет ждать? Да и не до того мне, чтобы беречь себя.

Но Дагар настойчив:

– Превратившись в лёд, едва ли вы будете полезны в наших поисках.

Меня выручает управляющий, с поклоном подав плащ из меха снежного вигра. Замечаю косой взгляд Рона и его лёгкий, почти незаметный кивок. Неужели это он позаботился? Хотя о чём я? Как только мы найдём Арвена, он выкинет меня из своей жизни. А пока он, видимо, как и Дагар, надеется, что я хоть чем-то могу быть полезна в поисках.

А была ли я в его жизни все эти годы? Во рту появляется привкус железа. Кажется, я до крови закусила щёку изнутри. За эти пять лет Рон едва ли полгода провёл с нами. Мой удел был ждать, ждать и ждать. Хуже всего, что и Арвен тосковал по отцу. Ему тоже его не хватало. Но Академия была важнее нас.

Драконьи Боги, о чём я думаю? Разве важны сейчас наши отношения, когда сын в опасности?

О плохом стараюсь не думать. Мы найдём его обязательно. Рон спасёт Арвена. Сейчас я согласна даже на то, что он мне его не доверит, лишь бы знать, что сын рядом с отцом и в безопасности.

Тёплый плащ окутывает мои плечи. Машинально киваю Дагару. Замечаю прищуренный взгляд мужа. Ярость в нём разгорается сильнее. Ощущение, что он вот-вот полыхнёт пламенем. Опускаю взгляд, чтобы не злить его ещё больше. Я должна увидеть сына, убедиться, что он в безопасности, а потом… хоть на костёр, хоть в обитель.

Один за другим драконы переходят во вторую ипостась, по очереди отталкиваются от брусчатки и взмывают вверх. Небо темнеет от обилия крыльев, перекрывающих солнечный свет. И эти тени усиливают зловещий мрак, воцарившийся в моём сердце.

– Даг, доверишь мне леди Айвиру? – раздаётся за спиной незнакомый голос. – Буду осторожен.

Поворачиваюсь. Рядом с нами стоит высокий и широкоплечий мужчина, которого я вижу впервые. Один из прилетевших на зов Рональда? Судя по его обращению к начальнику охраны, не знаю его только я.

Внешне мужчина выглядит лет на тридцать-сорок, как и большинство собравшихся здесь магов-драконов. Но что-то его отличает от всех.

Не сразу понимаю, что именно… Глаза? Да, пожалуй… Они старше, чем у всех когда-либо виденных мной драконов. Меня даже дрожь пробирает при мысли о том, сколько ему может быть лет. Пятьсот, тысяча?

Светлые волосы лежат на плечах, сливаясь белизной с цветом камзола из дорогой ткани. Возможно, они даже седые. Драконы не прячут седину.

Взгляд доброжелательный, но я чувствую себя букашкой рядом с его мощной аурой.

– Великая честь, лорд Микель, – почтительно склоняется перед гостем Дагар. – Но удобно ли будет?

– Вполне.

Взгляд лорда окутывает меня теплом, и это столь неожиданно, что я еле удерживаюсь, чтобы не всхлипнуть.

Мне так нужна поддержка, хотя и понимаю, что я её не заслужила.

Лорд отходит в центр площадки для взлёта, и я стряхиваю с себя флёр его обаяния. Мне нельзя расслабляться и жалеть себя. Я должна быть собрана. Ради сына.

Оборот происходит мгновенно, без промежуточной стадии. Вот только что посреди двора стоял элегантный мужчина, и уже весь центр занимает белоснежная громадина.

Крыло дракона приглашающе касается моих ступней. Дагар поддерживает меня под локоть, и я осторожно, стараясь не потерять равновесие на прогибающихся эластичных перепонках, добираюсь до гребня.

В последний момент едва не спотыкаюсь, ощутив спиной тяжёлый взгляд. Оборачиваюсь, ожидая увидеть мужа, но позади никого. Пробегаюсь глазами по окнам. Вроде в одном шевельнулась занавеска. Скорее всего, показалось.

Возможно, это моё собственное чувство вины. Только теперь понимаю, что до сегодняшнего дня я гневила Богов, считая свой брак не самым счастливым.

Если бы только можно было отмотать время назад к тому моменту, когда я решила заглянуть к портнихе, а ещё лучше к той минуте, когда мы с Арвеном только собрались покинуть замок…

Я бы всё изменила и больше никогда не роптала бы на судьбу.

Я даже глаза прикрываю, словно это может помочь мне вернуться в недавнее прошлое.

Сильный толчок, и огромный зверь взмывает вверх. Судорожно цепляюсь за шип впереди себя. Не падаю только потому, что сильный воздушный поток вжимает меня в спину дракона, быстро набирающего высоту.

Под плащ, как я ни стараюсь в него завернуться, забирается холод, пальцы рук начинают замерзать. Надеюсь, что мы долетим прежде, чем я окоченею и свалюсь с облачной высоты.

Опасения напрасны: едва полёт дракона выравнивается, меня окутывает тёплый воздушный кокон. Лорд Микель помнит, что на его спине пассажир. Более того, протянув руку в сторону, я нащупываю упругую прозрачную преграду. Так что упасть мне в любом случае не грозит.

Драконы один за другим приземляются на каменистой площадке рядом с горой, испещрённой дырами, подобно куску сыра.

Лорд Микель совершает оборот, и, охнув, я словно в яму проваливаюсь, когда опора подо мной исчезает.

Сильные мужские руки подхватывают меня и почти сразу же ставят на ноги. На всякий случай лорд Микель придерживает мой локоть. И это не лишняя мера: с непривычки я с трудом удерживаю равновесие.

Ловлю на себе злой взгляд Рона, вижу, как раздуваются его ноздри. Ему даже смотреть на меня неприятно. И чувство вины под его давящим взглядом разрастается до удушающих размеров.

– Спасибо, лорд Микель, – благодарю я, высвобождая свою руку.

А в следующее мгновение я забываю обо всём из-за нахлынувшего знакомого ощущения. Он здесь, совсем рядом.

– Арвен! – кричу я, бросаясь ко входу в ближайшую пещеру.

– Ты хоть иногда головой думаешь? – Рон догоняет меня уже в пещере и, схватив за плечо, разворачивает к себе.

На фоне светлого входа не вижу его лица, но и голоса достаточно. Как же я его бешу! Но мне сейчас не до этого.

– Пусти, – пытаюсь вывернуться. – Я уверена, он там.

– Это может быть ловушкой, – начинает Рон, и его фразу почти сразу же обрывает грохот падающих камней со стороны входа.

Испугавшись, в первое мгновение я инстинктивно прижимаюсь к мужу в поисках защиты, но тут же отшатываюсь.

– Стой спокойно, – рявкает Рон, и я замираю.

Сверху сыпятся мелкие камешки, но на меня почему-то не попадают. Я лишь догадываюсь об этом по дробному стуку и по тому, что, ударяясь о пол, часть из них отлетает, задевая мои ноги. Похоже, Рон прикрыл меня щитом.

«Мог бы и не тратить магию на такое никчёмное существо, как я», – мелькает горькая мысль.

А потом воцаряется тишина и темнота. Ненадолго. Рон создаёт на своей ладони небольшой огненный шар. Света достаточно, чтобы осмотреться.

Вход завален огромными булыжниками. При виде этого на лице Рона появляется настороженность. Он расслаблен и одновременно собран, как хищник, чувствующий опасность. Быстро оглядевшись, Рон освещает начало ведущего вглубь горы прохода.

– Ты всё ещё чувствуешь Арвена? – спрашивает Рон, и я киваю. – Идём, – сердито говорит он. – Не стоять же на месте, пока раскопают завал. Только вперёд не забегай. Добегалась уже.

Что тут ответишь?

Рон ныряет в проход, и я молча следую за ним. Буквально метров через двадцать он резко останавливается, и я утыкаюсь в его спину.

– Пришли, – цедит Рон сквозь стиснутые зубы и поднимает выше руку с огненным шаром.

Выглядываю из-за его плеча: перед нами пространство размером с небольшую комнату, и ни намёка на проход.

Но самое ужасное, что Арвена я больше не чувствую.

Что если мне показалось? Может, я выдала желаемое за действительность? Я ведь слабый маг. С чего я вообще взяла, что способна на подобное магическое чутьё? Возможно, в наших играх с сыном срабатывала обычная интуиция, а я себе возомнила. И вот теперь из-за меня мы оказались запертыми в пещере.

До боли сжимаю переплетённые пальцы.

– Успокойся, Айви, – сдержанно говорит Рон. – Только в истерику не скатись. Нам надо выбираться отсюда.

Я, вообще-то, хоть раз в жизни скатывалась в истерику? Все эмоции всю жизнь держала при себе. Только при Лине и позволяла себе расслабиться, да рядом с Арвеном мне было легко.

Арвен. Хоть бы с ним ничего не случилось! Я сейчас даже Хаосу готова молиться.

– Может, обвал – случайность? – робко предполагаю я. – Ты, правда, думаешь, это ловушка?

Рон хмыкает, но ответить не успевает.

– Как же вы предсказуемы, – низкий голос, в котором отчётливо слышится насмешка, отражается от стен пещеры. Есть в нём что-то знакомое, но из-за многослойного эха не могу определить, где я его слышала. – Именно ловушка, детка, и заманить вас обоих в неё ничего не стоило.

– Где мой сын? – вырывается у меня. – Это ты…

– Айви! – обрывает меня Рон на середине фразы и спрашивает в пустоту пещеры: – Что тебе нужно?

– То, что мне нужно, я уже получил. И в принципе твоя жизнь мне не нужна. Ты мог бы заделать своей жене ещё пару детишек. Но ты ведь не успокоишься, Рональд Ардэн, верно? Будешь искать Арвена. Всё это растянется на годы. А я бы хотел теперь, когда приз почти у меня в руках, сосредоточиться на главном деле моей жизни без всяких помех вроде тебя и твоей недалёкой жены. Ты мне не соперник, но к чему лишние проблемы? Лучше я устраню их все сейчас.

– Зачем тебе мой сын? Какая-то застарелая кровная вражда, о которой я не знаю, лорд Микель?

Я давлюсь воздухом. Так вот почему голос показался знакомым. Этот дракон, на котором я сюда летела, и есть тот, кто украл моего сына?

Но зачем?

– Вражда? – удивлённо хмыкает невидимый лорд. – Нет, Рональд, всё гораздо серьёзнее. Это ты, пусть и случайно, отобрал у меня то, что должно было принадлежать мне.

– Уж не мою ли жену ты имеешь в виду? – бровь Рона изгибается. – Так это не моя прихоть. Это Боги определили её мне как истинную.

– Сочувствую. Нет, она, конечно, хорошенькая, но убереги меня Хаос от пары, почти полностью лишённой магии, – Микель презрительно фыркает.

А я чувствую себя униженной и не теми словами, которыми лорд сейчас размазывает меня, а собственной доверчивостью. Мне хочется сгореть от стыда, что я поверила в кажущееся сочувствие лорда после того приступа гнева, которым обжёг меня муж.

– Ты, Рон, сам не ведая того, отнял у меня сына.

– Что? Я. Отнял. Твоего. Сына? – От оскорблённого рёва Рональда с потолка падает ещё несколько камешков.

А я вскрикиваю от боли, потому что пальцы мужа сжимают моё предплечье с такой силой, что, кажется, кости плавятся и превращаются в желе.

– Рон, – спешу оправдаться я. – Я сегодня видела этого лорда впервые в жизни.

Хохот негодяя заполняет небольшое пространство пещеры.

– Не в этом смысле, Рональд. Плоть от плоти он твой сын, но его дар должен принадлежать мне. Моей истинной должна была стать Лиара, мать твоей жены. Я сделал всё, чтобы у неё появилась метка, надеялся, что она принесёт мне сына. Но она сбежала к пустому и родила девчонку без магии. Смешно, да? Лиара родила пустышку.

Смешно? Ну да, обхохочешься.

– А может, она правильно сделала, что сбежала от вас? – взвиваюсь я.

– А ты способна дерзить, леди Айвира. Это делает тебя интереснее. В любом случае теперь всё это неважно. Ребёнок с нужным мне даром родился, хоть и через поколение. И тебе, Рон, не повезло, что родился он у тебя. Но я это исправлю. Считай, уже исправил. Арвен – мой. Я выращу его как собственного сына и сотру в его памяти все воспоминания о вас.

За мгновение до того, как потолок пещеры обрушится на наши головы тоннами камней, Рон совершает оборот, закрывая меня собой.

Глава 2. С чего начиналось.

Айви

– Айка! – пронзительный голос вырывает меня из забытья.

Из-за резкого перехода между сном и явью я не сразу соображаю, где нахожусь. Сердце гулко стучит в груди, словно ему не хватает места, и оно рвётся наружу до боли в рёбрах. Воздуха ничтожно мало. Втягиваю его с усилием.

Сон, похожий на душную чёрную тучу с неясными очертаниями, медленно и неохотно отползает и начинает развеиваться.

Но на его место приходит странное ощущение, будто именно там, в ночном кошмаре, осталось что-то настоящее и дорогое. А вот реальность в виде голоса сводной сестрицы скребёт по сердцу наждаком.

– Айка! – верещит Паэлла. – Сколько можно спать?! Уже матушка вниз спустилась.

Морщусь. Желание заткнуть рот надоедливой крикунье заставляет меня сесть на кровати и спустить ноги на пол. И, только коснувшись босыми ступнями холодных досок, я начинаю приходить в себя.

Я дома, в своей каморке под самой крышей. По полу гуляет прохладный ветерок, леденящий ноги. Дом, принадлежавший моим родителям, каменный, и только чердачная надстройка, которую мачеха отвела мне после смерти отца, построена из плохо пригнанных друг к другу корявых досок. Щели такие, что затыкай не затыкай, а ветер и холод найдут лазейку. То ли дело в нашем замке.

Что?

Промелькнувшее видение светлой комнаты с искусной лепниной, пылающим камином и подогревающимся полом настолько яркое, что я трясу головой. Где это мне могло такое привидеться? Я и в замках-то не бывала. Разве только во сне. И только после чтения романов, строго-настрого запрещённых мне мачехой.

А книги-то мамины. И сама госпожа Фецилия любит поваляться с романом на диване в жарко натопленной гостиной, пока я выполняю роль прислуги.

– Где наш утренний кофе? – ярится сестра у основания чердачной лестницы, когда я наконец выхожу на площадку.

Она в розовом пеньюаре, щедро отделанном кружевами и рюшечками, что делает её больше, чем обычно, похожей на поросёнка.

– До скольких ты спать собираешься?

– А спросить, не заболела ли я, в голову не приходит? – срывается у меня с языка.

– Что-о-о?

Щёки Паэллы стекают вниз из-за отвисшей челюсти, а глаза выпучиваются. Оказывается, они карие. Надо же, не замечала.

– Ма-а, Айка дерзит.

Из гостиной раздаётся гортанный голос мачехи.

– Пришли её ко мне.

– Слышала? – победно улыбается Паэлла, и её толстые щёки, подпрыгнув вверх, снова превращают глаза в щёлочки. – Иди давай. Мама объяснит тебе, как надо вести себя с господами.

– Кофе принеси с выпечкой, – приказывает мачеха, едва я появляюсь в дверях гостиной.

Госпожа Фецилия возлежит на оттоманке с очередным любовным романом в руках.

Никаких иллюзий о том, что выговор отменяется, у меня нет. Вот сейчас принесу ей кофе, и мне всё объяснят: и что кормят меня из милости, и что я должна быть благодарна.

Спускаюсь на кухню, не сильно торопясь.

Меня окутывает тепло от печи. Запахи корицы и ванили щекочут нос. На столе – почищенные и нарезанные на дольки яблоки, рядом – большая деревянная миска, накрытая белым полотенцем. Судя по горке над ней, тесто уже поднимается.

Возле плиты хлопочет Лина. При виде неё у меня неожиданно перехватывает дыхание. В голове возникает жуткая картинка, на которой моя Лина лежит на полу в смутно знакомой комнате, высушенная, словно мумия.

– Что с вами, госпожа? – ласково спрашивает самый родной для меня человек. – Вы словно привидение увидели.

А я даже ответить сразу не могу: так сжалось горло. Откашливаюсь.

– Всё в порядке, а ты как? Здорова?

Не могу удержаться, делаю шаг вперёд и обнимаю Лину. Мне необходимо почувствовать её тепло, то, что она живая. Что за бред? С чего ей не быть живой? Она ещё совсем не старая.

– Ну что вы, госпожа, – растроганно шепчет Лина, стоя с разведёнными в стороны руками и стараясь не испачкать меня мукой. – Не ровён час, увидят да госпоже Фецилии доложат. Не положено вам со слугами фамирья… фамильяр… ну вы поняли.

Я отстраняюсь и шмыгаю носом.

– Я и сама могла ей кофию наверх подать, так ведь вы опять голодной останетесь. Вот скушайте. Только поджарила.

Лина ставит на стол тарелку с горкой пышных, исходящих паром творожников. У меня слюна выделяется.

Присаживаюсь на край табуретки, поглядывая на дверь: не хотелось бы попасться на глаза вездесущей сводной сестре, беру рукой горячий кружочек и откусываю. Под хрустящей корочкой обжигающая нежная творожная масса.

Наблюдаю за руками Лины, как они ставят на поднос чашку, кофейник и сливочник из тончайшего фарфора.

С этими тёплыми руками связано моё детство.

Мама умерла родами. И Лина стала для меня всем. Кормилицей, няней. А когда отец женился второй раз, Лина вытирала мои детские слёзы и тайком подкармливала, если мачеха в воспитательных целях лишала меня ужина. Совсем тяжело стало, когда и отец умер. Но Лина всегда была со мной. И сейчас она тоже со мной. А жуткое видение, скорее всего, продолжение ночного кошмара. Не стоит о таком думать, чтобы не навлечь беду.

Когда-нибудь я вырвусь родительского дома, ставшего мне чужим, и обязательно заберу Лину к себе.

Есть у меня план, который я тщательно от всех скрываю, даже от неё. То есть Лина, конечно, знает, что ещё в подростковом возрасте у меня начала просыпаться магия, но о своей главной задумке я пока молчу.

Вот-вот в магических академиях разных миров начнутся вступительные экзамены. А наш Шарден – это особенный город. Он связан порталами практически со всеми известными академиями. Эти порталы расположены в самом центре города, на центральной площади.

Главное – раздобыть пропуск. А для этого нужно попасть в мэрию, когда будет объявлен очередной набор абитуриентов, и показать хотя бы минимальные способности к магии. Основные экзамены будут уже в самой академии. В конце концов, даже если не поступлю в первый год, можно попытаться устроиться на работу в той же самой академии.

Вот только как вырваться из дома? Быть может, когда мы с Линой в очередной раз отправимся на рынок за продуктами? Лина всегда была на моей стороне. Она мне точно поможет.

– Айка! – верещит Паэлла. – Ты хочешь, чтобы мама умерла от голода?

Быстро дожёвываю и проглатываю последний кусочек творожника, подхватываю поднос. В дверях обхожу сводную сестрицу.

– Какая же ты нерасторопная, – шипит она мне вслед. – Скорее бы мама от тебя избавилась.

Что-то новенькое. Это она просто так ляпнула или…

На меня накатывает странное ощущение. Словно такое уже было: и эта фраза, и эта моя мысль. Мне становится жарко. Может, я и впрямь заболела?

На подносе в дрогнувших руках звякают друг о друга сливочник и кофейник. Не хватало ещё разбить баснословно дорогой фарфор. Да меня со свету сживут.

Отбрасываю странные мысли. Осторожно поднимаюсь по ступеням, стараясь думать только о том, чтобы не оступиться.

Уф, благополучно добралась до двери. Сейчас выслушаю очередную нотацию. Вот что мне не молчалось?

Сколько раз уговаривала себя не огрызаться. Нет ведь смысла сопротивляться там, где ты ничего не можешь изменить. Ничего, вытерплю. Открываю дверь гостиной, но, прежде чем я успеваю шагнуть внутрь, внизу раздаётся звон дверного колокольчика.

Кто может прийти с визитом в такую рань? Это по крайней мере невежливо.

И снова на меня накатывает ощущение узнавания. Дрожащими руками расставляю на столе перед мачехой всё необходимое для завтрака.

– Встань в центр комнаты и слушай, – приказывает мачеха.

Но я уже знаю, что на этот раз нотации не будет, потому что, как только госпожа Фецилия принимается за еду, раздаётся осторожный стук в дверь.

Вид у дворецкого ошарашенный.

– Госпожа Фецилия, – говорит он. – К вам…

За несколько мгновений до того, как старый Альгис произнесёт имя посетителя, оно уже звучит набатом в моей голове.

– Его Светлость Лорд Рональд Ардэн с частным визитом.

Госпожа Фецилия застывает с открытым ртом, из которого выпадает кусочек творожника.

А у меня внутри всё холодеет.

Судорожно сжимаю пальцами пустой поднос. Мысли мечутся. Я что, с ума сейчас схожу? Так не бывает. Невозможно настолько чётко знать то, чего ещё не было.

У меня что, открылся дар предвидения? Если так, то надо бы радоваться. Любая Академия примет меня с таким редким даром. Но почему-то на сердце словно тяжёлый камень лёг.

Чернильная тьма… Падающие камни… дракон.

– Зови. – В голосе мачехи испуг. – Айка, быстро убрала тут всё. Что застыла, как дура?!

Вздрагиваю от резкого окрика и бросаюсь к столу. Вспышка нового видения меня останавливает. Едва я прикоснусь к посуде, мачеха в тот же момент вскочит на ноги, и драгоценный фарфор разобьётся. Виноватой буду я.

Замедляюсь ровно настолько, чтобы оказаться хотя бы немного в стороне от стола.

Мачеха вскакивает. Мелодичный звон столкнувшихся в воздухе кофейника и сливочника. Глухой звук при падении осколков на ковер. Запах кофе становится ярче. Светлый ворс окрашивается в коричневый цвет жижи.