Как управлять рабами

Замечательная вещь случилась со мной в саду моей виллы несколько месяцев тому назад. Это было событие настолько странное и наводящее на размышления, что оно подвигло меня написать эту книгу. Мне довелось развлекать гостя из одного германского племени – алана, если быть точным. Вам может показаться странным, что человек моего ранга принимал у себя какого-то ничтожного варвара, но это был не обычный варвар. Это был выдающийся деятель, который прибыл в наш великий город Рим к императору с посольскими полномочиями. Утомившись от попыток вести светскую беседу о достоинствах брюк и прочих пустяковых вещах, наш великий правитель попросил меня разместить этого иностранного визитера – до поры его возвращения в то грязное болото, которое он называет своим домом.

Мы совершали обычную прогулку по цветнику, раскинувшемуся за виллой, и я объяснял гостю простым языком, чтобы не затруднять его, каких мифологических героев изображают мраморные статуи. Тут это и произошло. Сосредоточив свое внимание на статуе, я не заметил небольшую мотыгу, лежащую на тропинке. Когда я наступил на металлический конец, деревянная рукоятка ударила меня по ногам так, что я вскрикнул – скорее от неожиданности, чем от боли. Некий раб, который стоял рядом (это был именно его инструмент), фыркнул, увидев меня скачущим на одной ноге. Естественно, я был возмущен, что этот идиот, это «говорящее орудие» дерзает смеяться над злоключением своего хозяина. Я воззвал к управляющему:

– Этот раб думает, что рана на ноге – это смешно. Давайте сломаем ему ноги и посмотрим, как он будет смеяться.

Улыбка мигом исчезла с его лица. Игнорируя жалостные мольбы, к которым рабы всегда прибегают, лишь дело доходит до наказания, управляющий и два его крепких помощника сбили непочтительного раба с ног, а четвертый подбежал с тяжелой железной болванкой. Но едва он замахнулся ею, как мой варвар вдруг вскрикнул:

– Нет!

Обернувшись к нему, я увидел, что он побелел, как мел.

– Что такое?

Он медлил с ответом. Я подсказал:

– Вы ведь обращаетесь с рабами так же?

Ответ его был неожиданным:

– У нас нет рабов.

Можете себе представить? Общество без рабов! Слыхано ли дело? Как же оно функционирует? Кто же выполняет грязную тяжелую работу, недостойную даже самого низкорожденного свободного человека? И что делать с захваченными в плен во время войны? Как вообще продемонстрировать окружающим свое благополучие? В голове моей роились все эти вопросы, но гнев мой пошел на убыль.

– Хозяин, умоляю вас, – скулил раб.

– Ладно уж…

Я приказал управляющему остановиться и отпустить раба, после того как он будет для порядка слегка высечен розгами. Знаю, знаю, я слишком мягок. Но сегодня так много тех, кто жестоко наказывает рабов за малейшую провинность. А всегда ведь лучше сосчитать до десяти, прежде чем что-то делать.

Ведя моего расстроенного гостя обратно к дому, я вдруг подумал, что этот германский варвар, вероятно, не одинок в своем отказе от владения рабами. При том что ныне столь многие привержены идеям вульгарного равенства, остается допустить, что люди перестали понимать, как следует обращаться с рабами и прочими подчиненными. Я решил поэтому сформулировать принципы, при помощи которых любой свободный человек может обеспечить эффективное управление своим персоналом.

Это жизненно важная задача. Человек, который всерьез занимается личностным развитием и ростом через приобретение власти и богатства, должен знать все, что может помочь ему в этом начинании. Я не перестаю удивляться тому, сколь часто ныне люди, облеченные властью, не имеют представления, как обращаться с теми, кто имеет счастье прислуживать им. Вместо этого они отчаянно стремятся снискать расположение тех, чья лояльность должна быть несомненной и безусловной; они заискивают и встают вровень с людьми низшего сорта. Я даже видел, как ведущий политик тепло улыбался женщине, работающей на улице, в жалкой попытке заручиться ее бесценной поддержкой! В противоположность этому, знание того, как обращаться с людьми из социальных низов, приобретенное путем тщательного изучения моей работы, поможет обеспечить все необходимое для триумфального шествия к успеху и славе. Моя книга раскроет средства достижения цели в семье и хозяйстве, а цель эта состоит в согласии всех с желаниями хозяина. Книга обеспечит надежную опору, позволяющую подниматься вверх по общественной лестнице. Она поможет приобрести социальные навыки, необходимые для управления теми, кто создает вашу репутацию. Поэтому любой заботливый хозяин, намеревающийся быть главой в собственном доме, должен найти время и силы для изучения моей книги, которая является плодом труда одного из наиболее опытных руководителей прошлого.

Я уверен, что существует наука о том, как быть хозяином, которая докажет, что управлять хозяйством и держать в подчинении рабов – то же самое, что быть лидером в обществе. Нет точного ответа на вопрос, являются ли качества руководителя и хозяина врожденными. Некоторые греки утверждали, что все люди отличаются друг от друга по своей внутренней природе. Те, кто занят физическим трудом, – рабы по своей природе, и для них же будет лучше, если они поступят под управление таких людей, как я, обладающих качествами высшего сорта. Ибо человек, который способен принадлежать другому, – раб по природе, вот почему, говорят греки, он принадлежит кому-то. Природа устроила так, – утверждают они, – что души и тела свободных людей отличаются от душ и тел рабов. Рабы имеют сильные тела, хорошо приспособленные к физическому труду, которым они и должны заниматься. Их души менее способны к рассуждениям. Свободные люди, напротив, держатся прямо и не используются для выполнения физической работы. Зато их души способны к обучению. Они подходят для целей участия в жизни общества, политического или военного. Конечно, природа иногда допускает ошибки, и случается противоположное – рабы получают тела свободных людей, а у свободных людей «правильными» оказываются только души, но не тела. Но в целом, говорят греки, природа к ошибкам не склонна. Она обеспечивает то, что каждый получает качества, соответствующие его судьбе.

Однако большинство римлян с этим не согласны. Они уверены, что подчинение другого человеческого существа противно природе. Столь многие из нас, римлян, которые продолжают управлять великой империей, происходят от рабов, что смешно было бы верить, будто рабы по своей природе ни к чему не пригодны. Римские мыслители утверждают, что только общественное соглашение приводит к тому, что один человек владеет другим как рабом. Они говорят, что нет естественных природных различий между тем и другим. Это просто несправедливость, и основана она на применении силы. Они также справедливо замечают, что многие рабы проявляли храбрость и благородство во времена великого кризиса, а это показывает, что они вовсе не имеют рабской природы. И если рабство не является естественным, то и быть хозяином неестественно. Это стоит запомнить!

Рим полон рабов. Я слышал, что один из трех или четырех жителей итальянского полуострова является рабом. Даже на обширном пространстве всей империи, население которой насчитывает не менее 60–70 миллионов человек, один из восьми является рабом. При этом рабов можно найти не только в сельских областях. Город Рим кишит всякого рода рабами, количество их здесь столь же велико, как и в других местах. Возможно, миллион рабов живет в столице, а некоторые утверждают, что по меньшей мере треть ее населения составляют рабы. Хотя подобные оценки являются не более чем допущениями людей с богатой фантазией, они в то же время свидетельствуют о том, как важен институт рабовладения для мира римлян. Нам, римлянам, нужны наши рабы.

Вы можете спросить, как эта ситуация возникла. Каковы были преимущества использования рабского труда по сравнению с трудом свободных людей? Сейчас объясню. В прошлом, во времена республики, всякий раз, когда римляне завоевывали какой-то регион Италии, они забирали часть земли себе и населяли ее римскими колонистами. Они ожидали, что эти колонии станут гарнизонными городами (военными городками). Но в результате боевых действий много земли осталось пустой и неиспользуемой. Так получилось потому, что владельцы ее либо были убиты, либо бежали в составе побежденных армий. Сенат объявил, что любой, кто хочет обрабатывать эту землю, может делать это в обмен на выплату 10 % ежегодного урожая зерновых культур и 20 % урожая фруктов. Цель состояла в том, чтобы увеличить численность населения Италии, которое будет своим трудом производить больше пищи для городов, а также поставлять Риму солдат в военное время.

Такие прекрасные намерения! Но результат был противоположным ожидаемому. На самом деле богатые люди прибрали к рукам бóльшую часть земли, которая была «ничьей», и как только они привыкли к обладанию этой землей и почувствовали, что никто ее у них не отберет, они убедили бедных крестьян, владевших по соседству небольшими участками, продать свои участки им. А если те отказывались, они порой попросту захватывали эти участки насильственным путем. Бедный фермер был не в состоянии защититься от сильного соседа, часто потому, что сам он находился далеко, отбывая воинскую повинность. Постепенно крупные участки превращались из простых хозяйств в обширные поместья. Владельцы недвижимости не хотели полагаться при обработке своей земли на тех самых фермеров, которых они обездолили, а также не желали использовать для этого свободных людей, потому что тех наверняка в какой-то момент призовут в армию. Поэтому они покупали рабов и опирались на них. Это оказалось очень выгодным делом, в частности потому, что рабы плодились, производя множество детишек. Еще одним преимуществом было то, что рабы не призывались на военную службу, поскольку армия, естественно, не может полагаться на рабов при защите государства. Владельцы недвижимости чрезвычайно разбогатели. В то же время число рабов быстро росло. Но число итальянцев уменьшалось, да и оставшиеся становились все беднее, неся бремя налогов и длительной военной службы. И даже в то время, когда они не были на военной службе, свободнорожденные не могли найти работу, поскольку земля принадлежала богатым, а они использовали труд рабов, а не свободных людей.

Естественно, Сенат и народ Рима все больше проявляли обеспокоенность тем, что в подобных условиях невозможно формировать достаточное количество итальянских войск, а также тем, что такая масса рабов просто истребит своих хозяев. Но они также понимали, что отнять теперь эти огромные поместья у их владельцев будет столь же нелегко, сколь и несправедливо – ведь этими поместьями они владели уже в течение нескольких поколений. Как вы лишите человека права владения деревьями, которые своими руками посадил его дед? Некоторые из народных трибунов пытались законодательно ограничить размер таких поместий и заставить крупных землевладельцев нанимать на работу определенный процент свободных людей. Но никто не обращал внимания на такие призывы. Что же касается угрозы, исходящей от рабов, беспокойство вызывало не столько то, что они могут восстать, сколько то, что они могут на корню уничтожить свободнорожденных крестьян, на которых опиралась римская элита, ожидавшая от них, что они будут служить в армии и защищать ее интересы. Поэтому было принято постановление: ни один гражданин в возрасте от 20 до 40 лет не должен служить в армии за пределами Италии более трех лет подряд. Тем самым крестьянам был дан шанс сохранить контроль над своими небольшими участками у себя дома.

К счастью, сегодняшнего владельца рабов такие проблемы больше не волнуют. Армия ныне профессиональная, а со времени последнего крупного восстания рабов миновало очень много лет. Сегодняшнему рабовладельцу следует беспокоиться только о сохранении контроля над своим хозяйством и своими рабами. Это я впитал с молоком матери. Приобретению влияния и власти я обучался с детства, направо и налево раздавая команды обслуживающему персоналу: «Принесите мне мой плащ!», «Вымойте мне руки!», «Подай мне мой завтрак, мальчик!». Это было обычной, повседневной практикой. Еще зеленым юнцом я прошел школу своего отца, учившего меня, как добиться уважения даже у самых непокорных рабов.

Семья и хозяйство – вот краеугольный камень общества и, в конечном счете, всей человеческой жизни. Никакое цивилизованное существование невозможно без усвоения тех необходимых вещей, которые может дать домохозяйство. Но домохозяйство – это просто дом, если в нем нет рабов. Чтобы иметь настоящую семью, нужно иметь жену и детей. Да, их труд приносит определенную пользу. Но основную часть работы по хозяйству выполняют рабы. Это особенно выгодно, поскольку означает, что хозяин домовладения не должен опираться на посторонних лиц для получения нужных услуг. Все мы знаем, как унизительно просить помощи и как скучно и утомительно привлекать к работе сторонних исполнителей. Они никогда не являются в оговоренный срок, могут запросить завышенную плату за услуги и, не имея потребности гордиться своим трудом, выполняют задания кое-как. Если же у нас есть рабы, мы можем быть уверены, что работа будет выполнена именно так, как мы этого пожелаем. Рабы, таким образом, превращают семейную ячейку в некую более значительную структуру – домохозяйство.

Домохозяйство – это государство в миниатюре: оно имеет собственную структуру, иерархию, управление, собственное чувство общности. Муж/жена, отец/сын, хозяин/раб – это основные строительные блоки социальной жизни. Таким образом, рабство является одним из ключевых принципов социальной организация. Раб находится в полном распоряжении хозяина домовладения, таким же образом гражданин повинуется требованиям государства. Но рабство – это состояние абсолютного подчинения. Раб не имеет родственников, он не может взять на себя права и обязанности брака, сама его идентичность определяется владельцем, дающим ему имя. В этом отношении рабство есть то же, что социальная смерть. Оно предполагает полное и безусловное подчинение. К сожалению, рабов иногда приходится принуждать к послушанию, используя жесткие методы. Необходимо сломить дух раба. Именно из-за присутствия духа некоторые гордые племена отказываются сдаваться, потерпев поражение в бою. Так, кантабры в Испании после подавления их восстания предпочли смерть порабощению.