Сказ о мире, где магия превыше всего

© Денис Топузлеев, 2022

ISBN 978-5-0059-2643-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Попал

Я был обычным студентом университета, что находился в соседнем от моего родного дома городе. Моей семье не хватало денег на то, чтобы снимать квартиру, а сам я работу найти никак не мог. Не понимаю, как другие студенты смогли найти себе работу. Услышав, что я студент и мне нужен гибкий график, работодатели сразу отскакивали, как демоны, увидевшие святой крест.

Но, в целом, это было не так уж и плохо. Мой путь всегда начинался от дверей дома. Пешком я шёл два километра до станции. Признаться, первоначально я просто боялся ездить на маршрутках, потому что был крайне стеснительным. Просто боялся крикнуть «На остановке, пожалуйста!». Сейчас это звучит как глупость, но я не испытываю стыда, скорее мне просто забавно вспоминать себя прошлого. В скором времени страх пропал, и я свободно ездил на маршрутках если на улице бушевал холод, но если погода была относительно нормальной, то я продолжал ходить пешком.

Это доставляло мне удовольствие, ведь я мог подумать о многом. Нет, не о такой глупости как смысл жизни, а о чём-то более простом. Например, я часто размышлял об устройстве граммофона. Думал о том, как человек вообще мог догадаться, что звук можно записать на валики или диски. Ведь это не может просто присниться, человек каким-то образом сам должен догадаться, что звук – это вибрация воздуха, и его можно хранить в бороздах на пластинке.

Или, например, оружие. Я могу понять, как додумались до современных пуль, но как можно было придумать такой сложный с первого взгляда механизм как автомат. Причём между самозарядными винтовками, между выстрелами из которых нужно было отдёргивать затвор, и пулемётами с автоматами прошло не так много времени. А ведь до этого почти пять столетий люди носились с огромными и неудобными мушкетами и аркебузами и тут раз – золотой век оружейной мысли. Хотя, конечно, жаль, что человечество с всегда первым делом начинало развивать именно оружие.

Вот за такими мыслями и проходили мои маленькие походы до автостанции, где я садился на нужный автобус и он довозил меня чуть ли не до дверей моего универа.

Но в тот день всё было по-другому. Сначала не было ничего необычного. Погода стояла хорошая. Я, занятый своими мыслями, благополучно добрался до автостанции и сел в автобус, который спокойно катился по дороге. Я в это время просто смотрел в окно на проплывающие мимо пейзажи. Деревья, машины, поля, маленькая речушка, которая шла параллельно дороге, но потом резко уходила вбок, чтобы скрыться за горизонтом.

Путь занимал всего двадцать минут, и это время я всегда проводил, смотря в окно автобуса. Было во всём этом пейзаже что-то таинственное и притягательное. Но если обычно я мог сполна насладиться видом, пока всю эту красоту не сменит застройка давно сгинувшей страны, то в этот раз всё моё внимание в один момент привлёк водитель, который вдруг резко начал ругаться матом и кричать. После этого было столкновение. Из-за него меня дернуло, и я налетел головой о поручень, который встретил её с гулким звуком удара.

В глазах потемнело, в одно мгновение автобус перевернулся, и я полетел на стекло, в котором был виден асфальт.

После этого было ещё одно столкновение. Видимо, один из водителей со встречной полосы зазевался и врезался в оголившееся днище автобуса, из-за чего внутри начался сущий кошмар. Людей было немного. Несколько успели вцепиться в поручень так, как будто они немедленно умрут, если хотя бы немного ослабят хватку. Мне, к сожалению, не повезло. Я о поручень только приложился головой, после чего принялся летать по салону. Всё это продолжалось несколько секунд, пока автобус не вылетел с дороги. Я потерял сознание буквально на пару минут, а когда очнулся, пожалел о том, что ко мне вернулись чувства. Всё тело болело. Я никогда себе ничего не ломал, но уверен, что перелом рёбер ощущается именно так. Было настолько больно, что встать я не мог. Сил хватало только на то, чтобы не отключаться лёжа на потрескавшемся окне.

Люди, те, что отделались парой синяков, пытались разбить стекло. Обычно это нужно делать специальным молоточком, но их почему-то очень любят забирать как сувениры всякие школьники. Так что приходилось пользоваться ногами.

Дальше всё было как в рваной киноплёнке. Вот я открыл глаза – в автобус забираются МЧСники. Моргнул – меня грузят в машину скорой помощи. Моргнул – вот я уже в операционной. Моргнул – передо мной плачет мать и сёстры. А я даже ничего сказать не могу. Могу просто на них смотреть. Даже жалкую улыбку не могу из себя выдавить. Как будто я вообще не управляю своим телом.

Но вот я снова моргнул и они исчезли. Все исчезли. Осталась только темнота и свет в конце. Честно признаться, я никогда не верил во всю эту хрень со светом в конце тоннеля или богом, который отправляет тебя в ад, если ты плохой или в рай – если хорошей. Я считал, что когда мы умираем, то просто всё. Больше ничего не происходит. Ведь сознание умирает вместе с мозгом. А рай и ад люди выдумали, чтобы не думать о том, что твой любимый человек просто превращается в корм для червей после смерти.

Но в любом случае, мне даже не дали выбор – идти на свет или нет. У меня и ног то не было. Как будто от моего тела остались одни глаза, которые медленно двигались в сторону света. И вот, я оказался в этой весьма непростой ситуации.

Если честно, то если бы мне дали выбор – переродиться или просто исчезнуть, то я бы выбрал не умирать. Но раз выбора мне не дали, как и желанного третьего варианта, то приходится смириться со своей печальной судьбой. А судьба у меня по истине печальная.

Я переродился. Прямо как в этих книжках, которых полно на просторах интернета. Я их сам время от времени почитывал, хотя некоторые из них казались мне крайне странными. Главный герой сильный, потому что он главный герой. Главного героя любят девушки, потому что он главный герой. Это же глупо.

Но на самом деле я был рад, потому что родился я в далеко не бедной стене. Хотя началось всё не очень приятно. Первым делом, что я увидел после перерождения – это темнота. И также я услышал биение сердца.

После этого начался настоящий ужас. Раздавались приглушённые крики и потом меня просто начало выталкивать из этой темноты. Оказалось, что я не вспомнил кто я уже после того, как вылез из материнской утробы. Нет, всевышние силы, видимо, решили, что будет смешно, если у меня появится психическая травма от того, что я увижу, как проходят роды от лица ребёнка.

Крики, плач, меня выталкивает куда-то, тело неудобное, я постоянно за что-то цеплялся, а, в конце концов, меня начало выталкивать через маленькую дырочку. Господи, да это не женщине тяжело при родах, а ребёнку. Хорошо, что в прошлой жизни я этого момента не помнил.

Однако после начался настоящий ужас. Девушка в типичном костюме горничной, держала меня на руках и смотрела на меня с застывшими глазами. В комнате были слышны только тяжёлые вздохи, судя по всему, моей новой матери. Служанка явно чего-то ждала. А я всё не понимал чего.

После этого мне стало не хватать воздуха, как будто я дыхание задержал. Тогда я и вспомнил уроки биологии. Младенец после рождения начинает кричать, чтобы лёгкие раскрылись. Ведь до этого лёгкие ему были не особо нужны, всё нужное он получал от матери. Да и вообще, как можно дышать, находясь в чьём-либо животе?

А я вылез в полной тишине. Становилось понятно, почему я не могу нормально дышать, а служанка смотрит с таким ужасом. Ведь если ребёнок не кричит – значит, он может быть мёртвым. В итоге закричал я машинально и после, наконец, смог нормально вздохнуть. Я услышал как моя «мама» начала плакать, а горничная натянула на лицо улыбку как у знаменитого злодея из комиксов.

события я, как недавно переродившийся, не понял. В комнату вошёл бородатый человек в богатом наряде. Он аккуратно забрал меня из рук горничной, после чего положил на лоб ладонь и держал её так несколько секунд. После этого он сделал недовольное лицо и посмотрел на жену, прокричав:

– Куру се ла ха каше! Дуре карахулуса?!

«Мать» посмотрела на «отца», с непонимающими глазами, после чего ответила:

– Ла ха каше? Неруду!

Я не понимал в чём конкретно проблема. У них же родился ребёнок. При этом родился живым, почему они не довольны?

«Отец» в ответ на слова «матери» только зло на неё посмотрел, затем перевёл взгляд на меня, в котором прямо было видно… отвращение. Что я тебе сделал?!

Если честно, в тот момент я подумал, что он просто сломает мне шею. Это, наверное, было бы самым коротким перерождением в истории. Однако вместо этого «отец» просто брезгливо всучил меня служанке, взгляд который тоже стал брезгливым. После он бросил:

– Ки. Торе се, – и быстро ушёл.

«Мать» же начала плакать. Служанка быстро засеменила к выходу и в конце я смог посмотреть на плачущую женщину, что лежала на кровати. Оказалось, она смотрела на меня. Вот только материнского инстинкта в её взгляде не было. Это читалось что-то вроде «Я придушу его в колыбели». Господи, надеюсь, что со мной всё будет в порядке.

Горничная, к её чести, хоть и смотрела на меня с презрением, но смогла нормально доставить меня до колыбели. При этом она меня спокойно уложила и ушла. А я же остался один в тёмной комнате с зашторенными окнами, через которые не пробивался солнечный свет.

***

С момента моего перерождения прошло пять лет. Поначалу, когда я был младенцем, всё было более-менее нормально. Разве что несколько раз моя «мать», пьяная в стельку, пыталась придушить меня в колыбели. Однако горничные всегда были наготове. Они даже ухаживали за мной. Памперсы меняли, кормили молоком.

Однако когда в три года я начал нормально ходить, то заботы стало в разы меньше, если она не исчезла совсем. К этому времени я уже более-менее стал понимать их язык, хотя выучить его было очень сложно. В моём мире детей, как правило, учат понимать язык. Это не заложено в генах. Если перед младенцем показывать яблоко и постоянно говорить, указывая на него, что это яблоко, то рано или поздно он поймёт. И вот так, получив первый толчок при помощи папы, мамы, бабушек и дедушек, он начинает учить язык. Однако здесь такого не было, по крайней мере, со мной. Первое моё слово было не «папа» или «мама», а «ешь». Это слово постоянно повторяли служанки, когда приходили кормить меня.

И вот, наконец, я понял, почему ко мне было такое отношение. Оказалось что «отец» трогал мой лоб после рождения не просто из прихоти. В этом мире есть магия, мощь которой зависит от уровня маны. Уровень маны определяется с самого рождения. Приложив руку к моему лбу, он проверял уровень маны в моём теле и поэтому так разозлился. Ведь, как оказалось, я аномалия в этом мире. Ведь у меня маны нет от слова совсем.

А теперь немного неравенства общества. На самой вершине пирамиды общества сидит король и его семья. У них уровень маны просто запредельный, поэтому они правят. Ниже находятся дворяне, коих разделяют на герцогов, маркизов, графов и баронов. Титул зависит от твоего уровня маны. Они правят землями на территории королевств и подчиняются своему королю. Дальше идёт духовное сословие. Это священники, клирики и прочие саны в церкви. По идее они подчиняются верховному священнику, этакому Папе Римскому иного мира, у которого уровень маны на уровне с маркизом. Ещё ниже находятся рыцари. У них уровень маны, в большинстве случаев, как у простолюдинов, так что тут различие уже именно в статусе. В самом низу пирамиды находятся крестьяне и простолюдины. Они вообще бесправные существа, которые должны слушаться тех, кто стоит выше их по силе. При этом они не имеют право на собственное мнение.

Самое грустное, что у самого слабого простолюдина уровень маны около пяти. Этого не хватит, чтобы сотворить даже самое простое заклинание. Однако у меня уровень маны ноль. То есть я в этой иерархии я нахожусь на самом дне. Об меня могут вытирать ноги все кому не лень. И это, собственно, причина такого отношения ко мне со стороны семьи герцога и его прислуги.

Я попал капитально, ведь родился в семье герцога. Мне вообще повезло, что меня сразу после рождения не выкинули за ворота.

Всё это я узнал из библиотеки дворца, в которую семье герцога путь открыт. Хоть я и нахожусь на самом дне пищевой цепи, но я всё ещё сын герцога. Так что не всё так плохо.

Сама библиотека просто огромна. Под неё выделено целое здание и кажется, что одной жизни не хватит, чтобы прочитать все книги со всех стеллажей. Сама библиотека изнутри выглядит довольно бедно. Видно, что её пользуются не так часто. Внутри убранство в разы лучше. Стеллажи из красного дерева, мраморный пол и колонны. Стены как будто сделаны из янтаря. На самом деле мне сразу вспомнилась Янтарная Комната с фотографий. Я очень хотел её увидеть, но в нашем мире она была утеряна во время Второй Мировой.

Все книги в библиотеке были написаны от руки, показывая, что это штучные экземпляры. Ведь чтобы размножить книгу без печатного станка понадобится очень много времени.

Там я вычитал ещё одну очень важную вещь – летоисчисление здесь похоже на то, что было в моём мире. Только там наша эра начинается с рождения Христа, а здесь – с развала Великого Царства. Несколько тысячелетий это царство продержалось, но, в конце концов, развалилось под собственным весом. Мир другой, а проблемы те же.

Однако больше всего меня удивило не сама система летоисчисления, а дата. Сейчас идёт 1835 год нашей эры. Если прибавить к этому 5 тысяч лет Великого Царства или Великой Империи, то получается что этот мир в более или менее цивилизованной эпохе уже пять тысяч лет. При этом из исторических книг видно, что у них уже прошёл аналог Античности, в примерно том же временном промежутке. Период Великого Царства можно считать за Античность. Расцвет культуры, научные открытия об устройстве мира – всё это по большей части было во время Царства. То есть у них уже должно было пройти Средневековье и Возрождение, а в данный момент в полном разгаре должна проходить Индустриализация. Так почему здесь только чёртовы рыцари в латах?! Почему здесь до сих пор в ходу луки?! Почему нет даже банальных арбалетов?!

Тысячи почему крутилось у меня в голове пока я не нашёл ответ. И ответ был там же, в библиотеке, в книги некого маркиза Разильда. Оттуда я узнал, что прогресс в этом мире тормозился искусственно. Конечно, прямо об этом в книге не говорится, но здесь изобретателей называют или «предателями», что посмели «бросить тень сомнения на могущество магии, а, следовательно, и короля, своими нелепыми поделками», или «еретиками, отвернувшихся от богов, что даровали нам великую силу магии». Самое печальное, что книга эта была написана в 1828 году, то есть совсем недавно.

Это объясняет, почему все книги в библиотеке написаны от руки – изобретателя печатного станка убили, а изобретение сожгли. Также понятно, почему нет даже банальных ружей. Ведь если бы здесь было огнестрельное оружие, то маги бы перестали быть единственной значимой силой. То есть, сейчас не просто не началась Индустриализация. Сейчас в этом мире даже не закончилось Средневековье.

При этом стоит отметить, что поступает знать крайне хитро. Они устроили тотальную слежку за всеми людьми, чтобы они не придумали ничего, что могло бы заменить мага. Чёрт, уже недолго до маразма, ведь тут нет даже ветряных и водяных мельниц! Вокруг замка герцога одно сплошное поле до горизонта и ни одной мельницы, притом, что это идеальное место для них – пустой холм, где постоянно дует ветер.

Я надеюсь, что я ошибаюсь и не всё так плохо, как я себе вообразил, и всё же тут не за все изобретения полагается смертная казнь, но… чёрт, вот это я встрял!

Глава 2. Средство самозащиты

Я сидел в библиотеке и читал книги по культуре и истории этого мира. Вся эта литература была больше похожа на фантастические романы из моего мира. Герои, что борются со злом при помощи меча и магии – это действительно больше похоже на фэнтези.

А вообще культура этого мира крайне интересная. Если не считать того, что изобретение «заменителей» магии здесь – это табу, нарушение которого наказывается смертью, то культура действительно интересна. Даже во времена Великой Империи было множество разных культур, которые были объединены в одно государство. Похоже на Россию. А вот государственное устройство было больше похоже на США – у каждого народа был собственный «штат», где они могли принимать собственные законы, подходящие для данной местности. Правда, если в США законы не должны были перечить конституции, то в Великой Империи законы не должны были конфликтовать с «Волей Императора». Самая настоящая самодержавная конституция. Например, если император сказал, что за убийство положена смертная казнь, то за убийство всегда должны казнить. И нельзя было как-то уменьшить наказание до тюрьмы или каторги. За несоблюдение «Воли Императора» была положена казнь через пытки.

Я сидел и поглощал всю эту информацию. Я был удивлен, когда увидел, что большая часть книг была покрыта толстым слоем пыли. Что, раз вы дворяне, то учиться не надо?

Увлечённый чтением я не заметил, как в библиотеку вошла горничная.

– Господин Ранп, вас вызывает Его Сиятельство герцог.

– Спасибо. Я немедленно иду к нему.

Да, теперь меня зовут Ранп. На мой слух звучит довольно странно, но хотя бы не назвали «позор семьи» – и на том спасибо.

После моих слов горничная не ушла. Она просто смотрела на меня этим своим неприязненным взглядом. Видимо, ей строго приказали привести меня и её это злит. Проблем бы не было, если бы я родился в семье барона, где все слуги и горничные – это простолюдины. В культуре этого мира есть очень приятная для моего внимания деталь – здесь нет политических браков. Точнее, они есть, но две дворянские семьи не могут просто взять и поженить своих дочь и сына. Брак будет заключен, только если согласие на это даст будущий жених, как будущий глава семьи. При этом он может руководствоваться как своими чувствами, так и выгодой.

Девушки дворян должны выходить замуж в 16 лет, однако это не всегда удаётся. Первых и вторых сыновей в семье это не касается, а ведь именно они являются желанными женихами, как наследник и его дублёр. Третьи и далее по счёту сыновья остаются за бортом. Прибавить к этому не вышедших замуж девушек, и получается целая толпа никому не нужных людей.

Что же со всей этой толпой делать? Местные дворяне придумали выход – отправлять своих детей в качестве слуг в дворянские дома повыше статусом. Единственные кто не может себе позволить слуг-дворян – это бароны. Они могут нанимать только простолюдинов. Дети баронов могут быть слугами в доме графов, дети графов – в доме маркиза, а дети маркиза – в доме герцога. Дети герцога же могут прислуживать самим королям. Хотя нет закона, согласно которому дети баронов не могут прислуживать маркизу и наоборот. Однако есть негласные правила, согласно которым дети баронов должны принимать за честь быть слугой у графов.

Для всех дворян репутация на первом месте, а несоблюдение негласных правил может её подорвать. Кстати, меня не выкинули из дома тоже из-за негласных правил. Вроде как если выкинуть своего ребёнка из дома до его совершеннолетия, 16 лет, то на семью будет наслан позор. У моей «семьи», герцогов Рупиль, много врагов, и они будут рады поводу для нападок на неё. При этом им будет глубоко наплевать на меня, возможно, они даже будут меня ненавидеть больше чем мой «папаша».

Обо всём этом я думал пока шёл по просторным коридорам дворца. Вообще я не думал, что действительно когда-то существовали люди, которые жили в таких замках. Да, тут всё дорого богато, повсюду мрамор да янтарь с драгоценными камнями и металлами, но размеры слишком большие. Этот дворец больше подходит для принятия важных гостей, чем для места жительства. У владельца, видимо, в роду были сороки, страдающие гигантизмом.

Шёл я минут десять, и всё равно до нужной комнаты было ещё далеко. Этот дворец действительно слишком большой и больше подходит для того, чтобы показывать всем гостям богатство семьи Рупиль. Однако по пути я встретил того, кого бы ни при каких обстоятельствах не хотел видеть.

– Эй, ты. Остановился.

Это был мой «старший брат», Лука. Несмотря на своё «благородное происхождение» он больше походит на гопника-аристократа с чувством неполноценности. Всего у меня два брата, и Лука был младшим из старших. Второй, самый старший брат и наследник герцога, Лирк, сейчас был в отъезде в королевском дворце. Вроде как ему было приказано свататься к принцессе.

Лирк вообще, как я слышал, был весьма способным и добивался успеха во всём. Из-за этого Луку всегда с ним сравнивали, а он при этом не обладал способностями брата. Так что он выплёскивал весь свой негатив на мне.

Он светловолосый высокий парень с голубыми глазами. Лицо у него было хорошо сложено, как и всё тело. Сказывались тренировки с мечом. На самом деле так можно описать всех в семье герцога кроме «матери» и меня. У меня почему-то глаза были зелёными, как в прошлой жизни.

– Что тебе надо, брат?

– Просто хотелось посмотреть на тебя, чтобы понять, каким мне быть не положено.

На самом деле я вообще не понимаю логику всех этих людей. Они цепляются ко мне без видимой причины, просто из-за того что у меня нет маны. Разве не было бы правильнее просто сделать вид, как будто я никогда не рождался? Вместо этого они просто придираются ко мне, придумывая повод на ходу.

– Я надеюсь, ты увидел всё что хотел?

– Как ты смеешь так со мной разговаривать?

Стоит признаться – в прошлой жизни я хотел иметь братьев. Однако у меня были только сёстры. Сейчас же у меня есть братья, и мне теперь снова хочется иметь сестёр. Девочки же вроде должны быть мягче, чем эти аристократические гопники?

– Прости, брат, но я не могу задерживаться. Меня ждёт отец.

– Да, отца лучше не заставлять ждать. Так что сейчас можешь идти.

Я только собирался идти дальше, как Лука перегородил мне путь и сказал:

– И ещё – не называй меня братом.

После этого он отошёл с пути, и я продолжил путь.

Спустя 15 минут, наконец, я оказался перед нужной комнатой. Мне не очень нравится общаться со своим «отцом». У него просто подавляющая аура. А ещё он слишком властный и прямо помешан на количестве маны. Тут, конечно, все аристократы на этом помешаны, но у «отца» это уже на грани фанатизма. Он меня до сих пор не убил только потому, что убийство своего ребёнка, если он не предатель королевства, считается позором.

Постояв немного перед дверью, я всё же решился и зашёл внутрь.

Атмосфера внутри была как всегда давящая. Кабинет «отца» был обставлен дороже, чем остальной замок. Огромное кожаное кресло было предназначено для хозяина комнаты. Параллельно, на другой стороне стола, находятся два стула, которые были украшены не так богато. Видимо, чтобы показать кто тут главный. Было бы интересно посмотреть, что будет, если к нам приедет король.

И всё вокруг было или позолочено, или сделано из золота. Нет, серьёзно, это совершенно точно ненормально. Даже самый поехавший олигарх столько золота бы не извёл.

Как только я зашёл отец оторвался от бумаг, в которых что-то сосредоточенно писал. Смерив меня взглядом, он сказал:

– Садись.

Я повиновался. Этот человек не терпел, если что-то шло не так, как он хотел. Один раз ему подали не то блюдо, которое он хотел, и тогда он приказал выпороть и уволить повара. Нет, почему я попал в семейку с психопатами и гопниками? Или эта страна прогнила, и я всё равно бы попал к сумасшедшим аристократам, или я просто самый невезучий человек во всех мирах.

– Итак, я слышал, что ты часто наведываешься в библиотеку. Ты ищешь что-то?

На самом деле я большую часть своего времени провожу в библиотеке. Во-первых, мне нужно узнать об этом мире всё, что только возможно, а во-вторых, мне просто нравиться там находится. Однако напрягает, что отец заинтересовался этим. Что же ему сказать?

– Да. Я ищу способ повысить уровень маны.

Это была наглая ложь. Конечно, сначала я искал способ, однако единственное что мне удалось узнать – это то, что увеличить уровень маны можно только с помощью артефакта героя в королевском дворце. Но к нему никого не подпускают, да и он всё равно для меня бесполезен, так как умножает силу в три раза. А если ноль умножить на три – всё равно получится ноль.

У «отца» мой ответ вызвал один негатив. С его стороны мои изыскания были лишь попыткой проломить головой бетонную стену.

– Я надеюсь, ты понимаешь насколько это глупо? Повысить уровень маны самому нельзя.

– Да, отец. Но попытаться я обязан.

– Хорошо. И ещё: ты часто трёшься вокруг кузни. Что ты там делаешь?