- -
- 100%
- +
– А клятва дословно трактуется? – крутя в голове намётки нового плана, уточнила я.
– Именно, слово в слово, – обрадовалась Элина.
– Не так уж и плохо, во всяком случае, меня никто не обязывает отдавать свыше необходимого минимума для купола, научиться бы только этот процесс контролировать.
– С этим я помогу, – вступила в разговор Мира, – очень хочу посмотреть, как будут беситься драконы, когда поймут, что сил Сэлиму хватит только на купол и не заклинанием больше.
– А сам-то он поймёт? – ну да, не создаёт он впечатление умственного одарённого индивида.
– Поймёт, он несколько лет питал купол в одиночку, пока Оливия не подросла, научился до капли распределять силы, чтобы хватило, а за последние двадцать лет привык к хорошей жизни, расслабился, опустошая истинную.
– Сколько? – опешила я. Ну ничего себе, я думала, этому насильнику лет тридцать максимум.
– Питает тридцать, а живёт уже больше двухсот, – непонимающе нахмурилась Мира. – Ты не знала? Оливии, если что, было сорок четыре.
– И все такие долгожители? – в голове не укладывалось, что Оливка была старше меня прежней. Сколько же она тут прожила-то, бедняжка.
– Нет, драконы делятся долголетием и здоровьем с истинными, а они с ними магией, – пояснила Элина. – Драконы живут в среднем тысячу лет, истинные тоже способны прожить столько.
– А если Сэлима кокнут? Я просто стареть начну нормально или умру с ним в один момент?
– Постепенно начнёшь стареть. А смерть в один миг бывает только в сказках, – немного грустно произнесла богиня любви. Какая всё-таки романтичная особа эта богиня.
– А Одарн, случаем, не это ли долголетие мне впарил? – вот ни капли не сомневаюсь, что чешуйчатый бог, именно так и сделал.
– Скорее всего, пытался, но клятва не даст. А ты решила поспособствовать смерти Сэлима? – удивилась Мира.
– А я никому и не обещала оберегать этого дракона, только помогать питать купол несколько лет, а вот если его случайно свои же подданные на виселицу притащат, то я же тут не при делах? Одарн, захотел разыграть меня втёмную, что ж, будет ему сюрприз, я при желании могу быть очень въедливой и дотошной. А существование Сэлима меня вообще не трогает. Раскается, признает публично, какой он кусок говна, и может быть свободен, – абсолютно искренне ответила женщинам.
Нет, сам факт, что у меня появились эмоции – это чудесно. Ведь, по сути, единственное, что смогли добиться врачи в стационаре и позднее психиатр на индивидуальных консультациях – это осознание мною, что я больна и что желание себя умертвить ненормальное, и что надо искать путь из этой мрачной западни. Путь я не нашла, хотя и научилась механически имитировать вполне сносную жизнь, а тут вот оно, решение, сидят, чаёк попивают, и ведь без лекарств даже разве это не замечательно, разве не этого я добивались последние годы? Ну а то, что попутно надо отомстить толпе драконов, дак и пусть, не будет повода расслабляться и опять в уныние впадать.
– Давай приступим к уроку, да я пойду, смерти, знаешь ли, некогда отдыхать, – коротко хохотнула Мира, вызвав в очередной раз толпу мурашек. Саркастичная смерть – это перебор.
Предстояло мне научиться ни много ни мало, а чувствовать, сколько в драконе уже есть магии, и влить в него ровно столько, сколько хватило бы для отмеренной Мирой планки.
Никогда особо не интересовалась фантастикой, поэтому мои представление о магии оказались в корне неверны. Нет такого, что желание загадал, волосок из бороды выдернул, заклинание сказал – и хоп, всё готово.
Вливать более или менее дозированное количество я научилась, ну, во всяком случае, хоть как-то перекрывать краник с магией. А то, эти хитрые драконы, просто подчистую вытягивают магию из истинных, создавая условия внутри себя, наподобие работы вакуумного насоса. Ну, и чётко запомнила, какой объём требует купол.
– Неплохо, пусть и с излишком пока, но хотя бы не весь резерв тратишь, Сэлим в любом случае будет очень огорчён, – подвела черту нашим занятиям Мира. – Если совсем будет невмоготу, можешь укрыться в любом из моих храмов, я смогу гарантировать тебе полную неприкосновенность на моей территории. А пока буду наблюдать, когда придёт моё время, я приду.
И, не прощаясь, испарилась в воздухе. Потрясающая всё-таки женщина, одновременно внушает и трепет, и безграничное уважение, и просто звериный страх.
– Потренируешься потом с одним из моих последователей, ты же не собираешься тут сидеть до следующего ритуала? – спросила очевидное Элина, а я даже не нашлась что ей ответить, чтобы не оскорбить, только кивнула, надеюсь, выглядело благодарно.
– Пока не появился Одарн, предлагаю потренировать магию иллюзий, тем более сейчас тебя Мира настолько напитала магией, что того глядишь, лопнешь.
Элина начала с теории и одновременно готовила мне еды про запас, рассказывала о магических потоках, их концентрации в нужном направлении. С одной стороны, вроде и трудно, особенно всё, что касалось действий, пока не попробую, не узнаю, насколько в действительности всё эти, почувствуй, усиль, направь, и прочие указания выполнимы, но, а с другой стороны, хотя бы понятно: надо представить, на какой объект и что наложить и какими свойствами наделить, ну, вроде будет ли двигаться, будет ли отбрасывать тень, будет ли колыхаться на ветру, и закрепить всё это порцией магией, предварительно рассчитав, сколько каждое свойство будет потреблять и на какое время требуется эффект.
Теорию-то я поняла буквально за полчаса, а вот с практикой явно так быстро не справлюсь, тут горбатиться и горбатиться. Садиться за расчёты, анализы, рисовать графики, и пробовать, пробовать и ещё раз пробовать, тщательно и скрупулёзно отмечая все результаты. Помочь Элина особо больше ничем не могла, учебников по такому виду магии нет, таблиц готовых тоже. Ведь у каждого мага свой конечный расход получается, фантазию-то не стандартизируешь. И вообще, магов иллюзии того уровня, что презентовала мне богиня давно уже не встречалось, даже учителя не найти.
А когда богиня исчезла, оставив после себя полный стол разнообразной еды, любезно накрытой куполом, чтобы не портилась, я осознала, что не попросила даже банальной тетрадки и карандаша.
Глава 4.
Одарн появился через две недели. За это время я научилась накладывать полноценные неподвижные иллюзии. Например, могла из кружки сделать яблоко. Кружка не только внешне и на ощупь становилась яблоком, но и пахла им, а если ковырнуть шкурку, то появлялась сочная, источающая одуряющий аромат, мякоть.
Не знаю, похвалила бы Элина меня или нет, но для себя я считала это успехом. По правде говоря, на этом мои достижения и заканчивались, но я рада была и этому. Хотя план мести драконам такими темпами откладывался на неопределённый срок. Но я ведь теперь долгожитель, куда спешить?
– Решила пойти по стопам Оливии? – угрюмо спросил Одарн, застав меня на каменном балконе.
– Даже не будете делать вид, что не в курсе, что Элина мне рассказала о последних мгновениях Оливии? – хмыкнула я, не отводя взгляда от дна ущелья.
– Зачем мне это? – возмутился прозрачный гость.
– Как зачем? Воспользоваться в очередной раз моей неосведомлённостью и обманом надавить или устрашить, в надежде получить дополнительные преференции.
– Я, по-твоему, настолько ничтожен? – взревел драконий бог. – Мне нет нужды принуждать и обманывать смертных.
Ну да, ну да. Куда уж нам, недостойным, до гения отдельно взятых чешуйчатых интриганов.
– Мне сложно судить о моральных качествах божеств, в моём старом мире боги нереальны, – придав голосу почтительности и не поднимая глаз, ответила ему.
Мне, конечно, много чего хотелось ему сказать, но переходить черту я благоразумно не собиралась.
– Боги не могут быть нереальными, – не поверил мне Одарн.
– Если бы они были реальны в моём мире, то от мира не осталось бы ничего. Слишком много разных верований, слишком много богов и божков.
– Так не бывает, – стоял на своём прародитель драконов. Но, собственно, кто я такая, чтобы вести теологический диспут с божеством, пусть лучше свято верит в свою исключительность.
– Мне не ведомо, я всего лишь смертная, а в вашем мире кроме богов и не видела никого, а в своём видела миллионы людей, но не одного бога, – и в надежде перевести разговор в более полезное и безопасное русло спросила: – Как там Повелитель поживает? Ещё не в курсе своего фиаско с содержанием истинной и выбором любовниц?
– При чём тут любовницы? – опешил Одарн.
– А, так вы не в курсе, по чьей вине Оливка приобщилась к местному пейзажу? Хочу бонус за рассказ, – сощурилась я, не упускать же такой шанс?
– Что ты хочешь? – подобрался дракон.
– Я хочу знать, как сюда попала Милита Олти. Зачем, и так ясно, а вот как интересно.
– Милита?! – заорал Одарн и вдарил уплотнившимся кулаком по каменному парапету так, что кладка еле выдержала, осыпав меня мелким крошевом.
– И даже не подумаю смолчать, – скрестив руки на груди, покачала головой, когда злой Одарн, оценив силу своего удара, перевёл взгляд на меня.
– Она дочь моего верховного жреца. Будущая главная жрица. Я всё равно узнаю, но будет проще, если хотя бы часть ты сможешь мне прояснить, – мрачно процедил бог, хоть и явно не горел желанием откровенничать.
– Избавиться от истинной её Повелителя, – едко выделив в манере самой Милиты, принадлежность дракона, нажаловалась я богу.
Низко? Подло? Не без этого, но совесть молчала. Девица сама напросилась, и кляуза богу, ещё лёгкая расплата за доведение до суицида, и только начало. Ни на йоту не поверю, что она по великой наивности тут шоу устраивала. Расчёт, холодный и безжалостный, вот что это было за представление. Да и не удивлюсь, если эта пухлая прелестница годится мне в бабушки.
– Кстати, Оливка её предупреждала о куполе, но Милита сказала, что у неё всё схвачено. Вам бы с заговором разобраться, а то мои, пока так и неоплаченные услуги могут и не понадобиться.
Одарн смерил меня презрительным взглядом, и под ноги мне посыпались звенящие мешочки. Сверху легли несколько кожаных папок, а в руки мне впихнули два больших кристалла. Ой, какие мы злые-то.
– Я надеюсь, на вещах нет каких-нибудь меток или следилок? – открывая верхнюю папку, оказавшуюся скудным жизнеописанием Оливки, равнодушно спросила я.
– Не веришь? – заорал в очередной раз бог, на что я только пожала плечами.
– Это будет нарушением клятвы. Заметьте, я даже сейчас помогаю, хотя могла промолчать и с чистой совестью испариться.
Драконий бог пошевелил руками в воздухе и обиженно насупился, когда я проигнорировала его подвиг. Детский сад какой-то.
– Документы и инструкции к магиям бы, – проверив содержимое второй папки, что предсказуемо содержала информацию на Сэлима, и не найдя главного, постучала легонько по обложке.
Ох, какой взгляд, какая экспрессия. Вот только не пугали они меня, то ли настолько в поддержку богинь уверовала, то ли в принципе чувство самосохранения давно атрофировалось, но мне доставляло какое-то болезненное удовольствие его злить. Может и аукнется потом, но сейчас он зависел от меня намного больше, чем я от него, что и сам тоже понимал и злился от этого ещё сильнее.
За две недели вынужденного одиночества я чуть опять не отправилась в серое царство беспросветного отчаяния, а тут такие эмоции, пусть и с налётом грядущих неприятностей, так что устоять было практически невозможно.
– Инструкции, документы и ответ о Милите, – напомнила я о себе разъярённому богу. Вот интересно, а он бывает в другом настроении?
Передо мной опять упали две папки, ну и ладно, мы негордые, спина не сломается. Подняв папки и даже не став в них заглядывать, выжидательно рассматривала бога, что злился пуще прежнего.
– Она вашим бонусом каким-то воспользовалась, да? Вот вы и злитесь? – предположила я, добавив в голос сочувствия. Он, конечно, холерик ещё тот, но сейчас явно раздосадован и, что радует, не по моей вине.
– Или прилетела, что маловероятно, или личным порталом Сэлима, что я ему даровал, когда он нашёл Оливию, – выдавил из себя драконий бог.
Оу, дак Одарн, непосредственный виновник заточения бедняжки.
– А скажите мне, как в голову драконам пришло настолько угнетать истинных? Ну, не любишь ты девочку, ну, используешь её, так, отплати ей хотя бы уважением, тёплой одеждой, вкусной едой, – я почему-то даже не злилась, Одарн и так себя поедом ест. – Для чего эти унижения?
– Это не за один день произошло, – как-то сдувшись, ответил бог. – Возможно, когда-нибудь, я расскажу, или твоя покровительница просветит.
– А вам ни капли не жалко Оливию? – тихо поинтересовалась у Одарна, пока минутка доверительного перемирия не иссякла.
– Никогда не задумывался, – отвёл от меня взгляд Одарн. О боги, ему же стыдно!
Не став давить ещё больше, я углубилась в чтение инструкций по магиям, пока первоисточник не упорхал. Пролистав часть про бытовую магию и прочитав по диагонали, вдумчиво начала вникать в тему о перемещениях. Много всего, часть понятна, часть не очень, но конец просто убил, это уже даже для драконов, с их маниакальным желанием запихнуть девушек куда подальше, чересчур.
– Серьёзно? Что за конспирация? – недоумённо изогнула бровь, дойдя в тексте до божественных откровений.
– У Сэлима слишком много недоброжелателей, чтобы даже узкий круг лиц знал о его слабости, – невозмутимо ответил мне Одарн.
– То есть, поместив девочку в этот адский санаторий, вы оба её так спасали от возможных, прошу заметить, возможных козней?! – зарычала я, не уступая в ярости самому Одарну.
– Да, – упёрся дракон.
Он ведь бог, почему тупой-то такой?
– С такими друзьями и врагов не надо, – ошеломлённо заметила я.
Можно не пытаться больше искать даже зачатки душевного тепла внутри этих ящериц. Не знаю, какая уж там неземная любовь у Сэлима с Милитой, на мой взгляд, подобное в принципе невозможно у этих созданий, но к людям они точно относятся, как к расходному материалу. А Оливка для них, вообще, батарейка и инкубатор в одном флаконе. Интересно, почему именно сейчас активизировалась сама Милита? Уж не испугалась ли потерять тёплое место матери драконьих наследников.
– А скажите мне, Одарн, дракону любая женщина способна родить ребёнка, или у вас проблемы с зачатием?
– Может, но ребёнок даже от драконицы будет слабым. Только истинная может подарить дракону сильного наследника, и только такого ребёнка примут остальные драконы, – я аж скривилась от такого количества пафоса и от сквозящего лицемерия. Как для дела, так «подарить», а в остальное время стандартное: «принеси, подай, пошла на хрен, не мешай».
– Вам бы Милиту эту, к гинекологу сводить, – загадочно протянула я, но уловила только непонимание в голубых глазах.
–Это пытка какая-то? – осторожно уточнил он и я прыснула от смеха.
– Почти, женский доктор, повитуха, акушер, лекарь, – перечисляла я все варианты, что приходили в голову, давая Одарну самому додумать причину моего предложения.
Мужчина хмурился, явно не понимая намёков, пока не услышал про лекаря. Вот когда божественное чело отразило всю степень осознания, он взял и испарился, а я так и осталась в гордом одиночестве. Хоть бы попрощался, чурбан невоспитанный.
Подхватив увесистые мешочки и документы, я поспешила уйти с пронизывающего ветра. Вот чего-чего, а тёплой одежды Оливке не полагалось, от слова совсем, и даже два балахона, надетых друг на друга, не особо спасали положение. Стоило, наверное, начать эксперименты с иллюзиями именно с одежды, но с другой стороны, Одарн ничего подозрительного заметить не успел. Вот выберусь в большой мир, первым делом устрою шопинг, а пока горячий чай и тонкий плед – мои единственные средства обогрева.
Разместившись со всеми доступными удобствами в скромной библиотеке, я погрузилась в изучение инструкций. С бытовой магией всё оказалось примерно ясно, тренироваться придётся долго, но сводилось всё к определению желаемых действий и конечных свойств, ну и вливания нужного количества магии. Хочешь, чтобы посуда очистилась, надо посчитать, сколько сил потребуется на удаление загрязнения и куда эти загрязнения поместить, хочешь, чтобы одежда была чистая и выглажена – считай магию и на удаление загрязнений, и на приятный запах, и на удаление складок. Короче, местные маги, те ещё калькуляторы.
А вот с магией перемещения было уже труднее. Существовало два типа перемещения: на дальние расстояния и на короткие, и оба в корне отличались друг от друга. Самый простой – это прыжки на короткие дистанции, в пределах видимости, для этого даже не нужно открывать порталы, и даже о чудо, ничего толком считать не надо, просто чётко представить, что ты появляешься в намеченном месте. Предметы, стены и прочие препятствия, естественно, таким способом не обойти, только в пределах прямой видимости, поэтому и прыжки, что прыгаешь, как козлик, от точки до точки, но зато без особых затрат магии. А на дальние расстояния, вернее, даже не так, до невидимой точки высадки, уже нужно открывать портал, а вот для этого, помимо привычного уже расчёта, требуется маяк. То есть, нельзя просто взять и представить, что ты находишься на берегу океана, если ты там не просто никогда не был, но и не запомнил специфические координаты, но воспользоваться можно и чужими портальными маячками. Количество таких маячков условно не ограничено, всё упирается в память мага. Для облегчения существуют специальные накопители, в которые можно вносить данные, а при необходимости считать с них. А имея маяк, дальше уже привычный расчёт с учётом расстояния, диаметра портала, времени его открытия и даже пропускной способности.
Особо скрупулёзные маги, имеющих дар именно перемещения, создают портальные артефакты, одни из самых трудозатратных видов артефактов, это ведь не разбитая тарелка, а выплюнутый куда-нибудь в вулкан или вообще застрявший в портале клиент, в случае закравшейся ошибки, что, естественно, целостности организма не способствует. Опасная, довольно редкая магия, но очень ценящаяся. Причём редкая именно из-за того, что развить её до безопасного уровня, получается не у каждого.
Ну, и отдельной строкой, личные порталы богов, которыми они одаривают по своей великой милости. Эти игрушки способны перемещать к кому-то, и что важно, безопасно. И вот такой-то портальный артефакт, настроенный только на Оливку, и стащила Милита, подставив не только себя, но и Сэлима, потому что Одарн, ну очень просил, а пообщавшись с ним всего-то полчаса, легко представить, в какой он это манере делал, не раскрывать тайну существования этого портала вообще никому. А всё почему? А потому что Оливки официально не существовало.
Собственно, факт отрицания существования Оливки меня и выбесил, они не просто же её скрывают, они обманывают и подданных, и другие страны, впаривая им идею, что вот появится у Повелителя истинная, и станет он всемогущим, ведь и сейчас, посмотрите-ка на него, какой сильный у нас правитель, а станет совсем о-го-го. А люди верят, соседние государства активно присылают невест к такому-то одарённому дракону. А он в это время обкрадывает и насилует Оливку, пользует Милиту и выбирает будущую жену среди принцесс. Вот такой душка, а не Правитель.
И вот этому козлу мне и предстоит мстить. Жаль, что перемещаться к нему я не смогу, только если у Элирмы выклянчить прямой портал или маяк на него. Не к Одарну же идти с такой просьбой, впрочем, вопрос с порталом с ним тоже стоит прояснить, с целью блокировки его щедрого дара Сэлиму. Не хватало мне только появления монаршего дракона в неподходящий момент. У меня там новая жизнь впереди маячит.
Жить мне предстояло под именем Ойлиты Кридс, незаконнорождённой дочери маркиза Ортима Кридса, двадцати шести лет от роду. Почему именно незаконнорождённая? Одарн даже на пояснения расщедрился: моя новая личность получалась вроде и аристократкой, но при этом достаточно независимой, ведь денег, титула и жениха с детства таким детям не полагалось. Хочешь работай, хочешь в содержанки иди, хочешь мужа окольцовывай, короче, полная свобода волеизъявления.
Надо отдать должное, то ли самому богу, то ли его последователю, подготовившему бумаги, но придумал он хорошо. Вообще, переданное мне добро было подготовлено на славу, монет много и разного номинала, несколько полезных артефактов, включая накопитель для портальных маячков, подробные инструкции. Оставалось только ознакомиться с судьбой предшественницы и её мучителя, надеюсь, и там таинственный исполнитель не поскупился.
Жизнь Оливки уложилась на один лист. Один лист рукописного текста, и не сказать, что очень уж убористо написано. Родилась в семье рыбака и кухарки, в три года её вместе с родителями насильно переместили в эту крепость, а на десятилетие Оливки появился дракон и забрал родителей, которых она больше не видела. Судьбу родителей угадать нетрудно, но мотив неясен абсолютно. Кто мешал оставить девочке хотя бы родителей, если уж и они стали заложниками чёртовой метки?
Какая-то неоправданная жестокость в каждом действии драконов. Садисты? Психопаты?
Про самого дракона информации было на порядок больше, хотя читать её после скупого описания жизни Оливки, было откровенно противно, но всё-таки с основными событиями я ознакомилась. Пресмыкающемуся гаду, двести двадцать девять лет, из них он чуть более тридцати – сирота. Ах, бедняжечка, сироточкой маленького в двести годиков оставили. Фу. В общем, корона и трон ему достались по наследству, особых каких-то усилий, кроме поддержания купола, он для удержания власти не предпринимает, ибо считается, что он такой весь из себя замечательный и любого врага прихлопнет, как мушку. Хотя реноме поддерживает и периодически выступает на показательных боях, демонстрируя свою мощь и силу, предварительно, видимо, выпив Оливку досуха. Никто ведь не знает, что фарс это чистой воды. Ну а в остальном, как я и предполагала. Праздное существование, балы, охоты, любовницы, пьянки-гулянки. Раз в пару лет воротит чешуйчатую морду от очередной принцессы и продолжает окучивать Милиту. Может, действительно любовь там? Ну, какая нормальная баба, пусть и драконица, стала бы терпеть шестьдесят лет завтраков, измен и смотрин невест?
Додумать мысль о великих чувствах мне не дал печальный голос Одарна:
– Милита не в тягости.
– И? – даже интересно стало, в чём глубинная проблема и почему бог настолько угнетён.
– Род чёрных драконов прервётся, – угрюмо констатировал Одарн.
Ну, понятно, бог расстроен, бог в печали. Любимые детки плодоносить перестанут. Только вот неясно, в чём проблема-то, ну не беременна Милита сейчас, так время ещё у них есть, или с любой другой, или род будет продолжаться, только, если меня уговорят? А до Одарна только сейчас дошло, что этого не будет ни при каких условиях?
– Ага, ещё и будущей главной жрицы не станет, – поддакнула я.
– Не пожалеешь её? – с надеждой спросил мужчина, но прозвучало всё равно обречённо.
– На счёт жизни не знаю, мне кажется, что если она лишится своего положения и привычных почестей и проведёт остаток дней в тюрьме, вроде этого милого местечка, то это будет страшнее, чем просто казнь, – пожав плечами, высказалась я.
– Это жестоко, – покачав головой, постарался пристыдить меня дракон.
– Серьёзно? Это вы мне будете рассказывать о жестокости? – изумилась я.
Охренеть, не встать! Знала, что совести у него ни грамма нет, но насколько же он меня тупой или наивной считает, уму непостижимо. Совсем за гранью было бы, предложи он мне матку в аренду сдать, для продолжения рода чёрных гадов.
– Прости, я не подумал, – неожиданно повинился бог, а у меня аж челюсть отвалилась. Он осознал свой промах? Он извинился? Вероятнее всего, банально пытается манипулировать, но всё равно внезапно.
– Проехали, – замялась я. – Они оба заслужили свои судьбы.
– Моя вина, распустил последователей, положился на верховного жреца, – сокрушённо прошептал Одарн.
Интересно, а он в принципе тугодум или карту жалости пытается со мной разыграть? Не рассчитывает же он, что я брошусь его переубеждать, соглашаясь заодно на все сомнительные авантюры?
– Никто и не спорит, – согласилась с богом, даже не подумав притворяться. Опасно, конечно, совсем уж на рожон лезть, но ведь соглашаться, не то же самое, что и обвинять.
Одарн поджал губы, но смолчал. То ли понял, то ли не хотел из себя меня выводить ещё больше. Печёнкой чую, не отстанет он от меня. Но рычаги давления на меня у него кончились, только если измором взять. Может, ещё попробовать разжалобить, но сильно сомневаюсь, что я вдруг проникнусь состраданием к его любимым деткам.
О, кстати, у меня же есть ещё одно крайне важное и нерешённое дело. И пока драконий бог не испарился, я вытребовала с него изменения в настройках портала, чтобы конечной точкой была только эта крепость. Он сопротивлялся, пытался увещевать, что всё ради безопасности и в случае моей опасности, Сэлим непременно явится меня спасать, но этот довод, наоборот, сыграл мне на руку.