Время между нами

1 Жажда справедливости/Синдром спасателя

– Я пошел, – сказал Нордис, в очередной раз уходя в школу рано утром.

– Удачи, – пожелала ему мама, закрыв за ним дверь.

Нордису было шестнадцать лет и он был единственным ребенком в самой обычной семье, но самого его назвать обычным было сложно. Он был одиноким и замкнутым по своей натуре ребенком, не понимающим всех развлечений в большой компании.

На улице была весна и все вокруг постепенно начинало обретать краски после холодной и понурой зимы. Но, несмотря на это, Нордису не нравилось куда-то идти, в то время как все остальные спокойно спят. Он делал это потому что “надо” и совсем не понимал зачем.

Он отсидел шесть уроков, как обычно особо не отсвечивая и ни с кем не общаясь, после чего к нему подошел один из одноклассников – Эрвин. Это был худой высокий парень с черными короткими волосами в школьной форме.

– Эй. Пойдешь гулять после уроков?

– Н-ну…

– Там будет Элина, – подойдя ближе, прошептал он ему на ухо.

Элина была самой красивой девушкой в их классе, с которой каждый хотел дружить или встречаться, но то, что у нее было на уме не знал практически никто. Она была также замкнута как Нордис и не желала раскрываться ни перед кем.

– Л-ладно…

– Вот и отлично. Тогда, увидимся на выходе у школы!

Все как можно быстрее собирались домой и уходили, но не Нордис. Он медленно собирался в своем темпе и, тогда когда собрал все свои вещи и уже стоял на выходе, повернулся к классу и осмотрел его. Это было довольно старое и безжизненное помещение с кучей деревянных парт и стульев перед ними.

– Натуральный загон, – ухмыльнулся Нордис, направившись прочь.

В его сторону шел одноклассник. Нордис, не заметив его, столкнулся с ним лбами и тот упал.

– Ай, – сказал Дрейм, взявшись за голову. – Смотри куда идешь, а не витай в облаках!

– Мне, между прочим, тоже больно, – Нордис показательно взялся за лоб, комично улыбнувшись. – Так что не надо тут из себя строить жертву.

– Строить жертву?! – переспросил Дрейм, который от одного неправильно сказанного слова мог выйти из себя.

– Угум, иди куда шел, – Нордис продолжил идти как ни в чем не бывало.

– Не забудь, в следующий раз дежуришь ты, – напомнил ему Дрейм, так как Нордис почти никогда не занимался этим.

Нордис ушел не оборачиваясь и не отвечая ему. Он вышел из школы и увидел Эрвина с Элиной. Элина была невысокой девушкой с каштановыми волосами и карими глазами, одетой в синюю юбку, белую рубашку и черные туфли.

– Ну и долго же мы тебя ждали… – сказал Эрвин, негодуя.

– Долго это десять минут? Я просто столкнулся с Дреймом пока уходил, поэтому и подзадержался.

– С Дреймом? – удивилась Элина, ибо также как и другие считала его довольно вспыльчивым человеком, способным накинуться на других без каких-либо на то причин.

– Ну да, но все нормально, так что пойдем уже, – успокоил их Нордис и затем они вместе пошли гулять.

– Через три месяца уже экзамены… – взволнованно сказал Эрвин, будучи самым взволнованным по поводу них из этой тройки, пусть и учился чуть лучше Нордиса, но на порядок хуже Элины.

– Три месяца это не так мало как ты думаешь, – ответил Нордис.

– Может и так… Вы это, мороженое, случаем, не хотите? Я могу сходить для вас по быстрому за ним, – предложил он, показывая пальцем на огромную вывеску “ПРОДУКТЫ” над ним.

– Я не против, – сказала Элина.

– Я тоже, только мне без шоколада. Подойдет даже самый обыкновенный белый пломбир.

– Л-ладно… А тебе не принципиально? – спросил Эрвин у Элины.

– Непринципиально.

– Тогда я быстро! – Эрвин мигом рванул в магазин, словно участвовал в несуществующем соревновании по самой быстрой покупке мороженого. Нордис с Элиной принялись ждать, пока он вернется, но вскоре Элина начала куда-то уходить.

– Э-эй, ты куда?

Она не отвечала и лишь продолжала идти вперед.

– Ну подожди же ты! – он разозленно догнал ее и схватил за плечо. – А как же Эрвин?

– Не страшно, он уже не в первый раз за мной ухлестывает, – она убрала его руку и продолжила движение.

– Ухлестывает? – Нордис пошел вслед за ней.

– Ну да, он снова предложил мне погулять под предлогом того, что там кто-то будет…

– Кто-то будет?

“Неужели речь обо мне?”

– В этот раз он сказал, что ты тоже будешь.

– Н-но почему тогда ты согласилась, если знала все наперед?

– Потому что мне было интересно с тобой пообщаться.

Нордис удивился и засмущался одновременно.

– В-вот как… – он тут же покраснел от стеснения.

– И ты даже не спросишь почему?

– Я бы мог, но не думаю, что ты бы мне ответила.

– Потому что мы с тобой похожи. Оба ни с кем не общаемся и постоянно витаем в облаках, думая о чем-то своем. Нам чужды компании даже из трех человек и нам всегда приятнее общаться с кем-то наедине или же не общаться вовсе, оставаясь наедине лишь с самим собой и своими мыслями.

– П-пожалуй, так и есть… А-а, кстати, куда мы идем?

– В парк, – Элина показала на большущий парк перед ними.

Он был круглой формы с множеством дорог и выделяющимся памятником по центру. По бокам от дорог же все было засажено разными деревьями: клен, рябина, ясень и ель. Они перешли дорогу, разделяющую их от парка и зашли в него, присев на ближайшую скамейку.

Нордис чувствовал себя некомфортно с того момента, как они остались наедине, ведь не смотря на возможные сходства с ней, он не ладил даже с парнями, не говоря уже и о девушках его возраста.

– Ради чего ты живешь? – Элина посмотрела ему прямо в глаза.

– Р-ради чего? Наверное, чтобы не огорчать своих родителей.

– Только ради этого? – спросила она так, будто бы ее не устроил этот ответ.

– Ну, это все, что сразу пришло на ум… А ты?

– Я не знаю, поэтому и хотела кого-то спросить об этом, чтобы, возможно, найти смысл жить и для себя.

– А как же родители?

– Я живу с приемными родителями, ибо у моих кровных родителей отобрали родительские права…

С каждой секундой диалога Нордис удивлялся все больше, но продолжал слушать и старался не подавать виду.

– Они постоянно пили и избивали меня, поэтому вскоре соседи пожаловались на них в полицию.

– Вот как…

Слова в голове Нордиса не складывались в предложения. Он совсем не понимал, что говорить и как поддержать этот ужасно мрачный и унылый диалог.

– Надеюсь, твои нынешние родители куда лучше прошлых…

– Ничуть, – она расстегнула левый рукав рубашки и стянула его к локтю.

Вся ее рука от запястья до локтя была покрыта множеством синяков. Некоторые из них уже практически прошли и были еле заметны, а некоторые как будто бы появились там совсем недавно.

Нордис был шокирован увиденным и не мог оторвать глаз от ее избитой руки.

– Почему ты никому не рассказывала об этом?!

– Потому что они платят за мое обучение в этой школе и покупают мне все нужное, в отличие от прошлых. И потому что я не хочу снова попасть в детдом.

– Н-но это же ненормально!

– Я никогда не жила в рамках нормальности в привычном ее понимании, Нордис.

– И ты готова оставить все как есть, не пытаясь что-либо поменять?

– А как я могу что-то поменять? Мне пока еще даже шестнадцати нет и я не получила даже среднего образования.

– Например, ты можешь стать моделью.

– Моделью? Я? Ха-ха-ха-ха! Ну ты шутник! – она положила руку на правое плечо Нордиса.

– Я, вообще-то, серьезно… – тихо и с небольшой обидой в голосе ответил он.

– Сочту это за комплимент, – Элина встала со скамейки. – Мне пора идти, а то родители будут ругаться или даже хуже…

– Я провожу тебя.

Элина молчаливо улыбнулась в ответ и они направились к ее дому. Нордис осматривался по сторонам и замечал, как все вокруг медленно, но плодотворно начинало зеленеть и излучать самые разные краски после холодной и тусклой зимы. Все это делало его настроение чуть лучше, но то, что он только что увидел и услышал никак не давало ему успокоиться. Он хотел как-то помочь ей.

– М-может стоит рассказать об этом другим?

– Об этом?

– О том, что творят твои родители.

– Нет. Это мое дело и только я в праве решать, что мне с этим делать.

– Как скажешь… – не стал противиться Нордис, но на самом деле отступать он не планировал.

– Вот и славно, – Элина немного улыбнулась. В ее улыбке не было и доли искренности, скорее только молчаливая просьба о помощи. Именно так тогда показалось Нордису.

Они шли до ее дома толком не разговаривая друг с другом.

– Мы пришли. Если хочешь – можешь пройти и дальше, – Элина показала рукой вперед.

– Угум, – кивнул Нордис, продолжив идти с ней.

Следующие несколько минут он осматривал невиданное им ранее место, а затем спросил ее:

– Здесь твой дом?

Это была большая закрытая территория с кучей машин внутри и двором, усеянным самыми разными развлечениями на любой вкус: турники, брусья, песочницы, качели и карусели.

– Не-е-ет, мой чуть подальше, идем.

Вскоре она оповестила его прямо перед своим подъездом:

– Мы дошли. Спасибо, что проводил меня, – Элина подошла к Нордису и обняла его.

– Да не за что. Можем еще как-нибудь погулять.

– Может быть, – она направилась к подъездной двери и открыла ее магнитным брелком. – Ну… Пока.

– Пока, – попрощался Нордис, переключив свое внимание на ее дом.

Здание, в котором она жила было богатой и привлекательной новостройкой. Когда он смотрел на него снизу вверх, ему казалось, будто бы у него нет ни конца ни края, хотя на самом деле этот дом был в двадцать этажей.

Нордис все еще переживал за нее и никак не мог переключиться на что-то другое, несмотря на то, что до этого момента он с ней толком-то и не общался. Нордис шел, практически не смотря на дорогу и по сторонам, будучи погруженным в свои мысли.

“Как я могу помочь ей? Ведь я не могу оставить все как есть… Может, рассказать об этом полиции?”

Он понимал, что у Элины есть причины, по которым она остается в этой семье и никому не жалуется на них, но банальное сопереживание и жажда справедливости брала верх над всяким пониманием.

Нордис дошел до дома, не думая ни о чем кроме этого.

– Я вернулся.

– Привет, как в школе? – спросил его папа, выйдя в гостинную.

– Нормально, – в общении с родителями о своей школьной и социальной жизни Нордис был как всегда хмурым и безэмоциональным.

– Я же вижу, что тебя что-то беспокоит. Расскажи мне об этом.

– Н-ну…

– Пойдем, – папа потянул Нордиса за собой на кухню.

Они прошли на кухню и сели за стол.

– Ну, рассказывай, – по доброму и с улыбкой на лице попросил его отец. – Мамы все равно пока нет.

Он уточнил, ведь у них с Нордисом отношения были не сахар. Они никогда не понимали друг друга, так как она все время обесценивала проблемы Нордиса, считая, что он слишком много думает и создает себе проблемы на пустом месте.

– А где она?

– Она в магазине, за продуктами пошла. Ты зубы-то мне не заговаривай, – отец смотрел прямо ему в глаза.

– Понятно… В общем, сегодня я узнал, что Элину избивают ее родители…

– Элину? Ее родители?

– Да. Я почти никогда не общался с ней раньше, но сегодня мы с ней немного погуляли и она рассказала мне обо всем.

– Она вроде бы из приличной семьи и я никогда даже подумать не мог о чем-то подобном… В таком случае, поедем в полицию прямо сейчас?

– Т-ты поможешь мне?

– Конечно. Даже если у нее все в порядке, лишняя предосторожность еще никому не мешала, – отец начал собираться в дорогу.

– Я говорю правду! У нее вся рука от запястья до локтя была в синяках! – Нордис начал одеваться вслед за ним.

– Это весомое доказательство, Нордис, – они с отцом вышли из дома, закрыв за собой дверь.

Сын молчал и лишь надеялся, что скоро они прольют свет на темную сторону семьи Элины и тем самым помогут ей.

– Лучше, чтобы ты сам им обо всем рассказал, сынок. Справишься? – они вышли из подъезда и сели в папину машину.

– Справлюсь.

Нордис осмотрел автомобиль, в котором бывал не так часто, потому что в школу, в магазины и в другие места он всегда ходил пешком. Это была небогатая, но и не самая дешевая машина черного цвета. Золотая середина, не хватающая звезд с неба и при этом не находящаяся на самом дне.

Они поехали в полицейский участок.

– О-она говорила так… Будто все хорошо и мне не стоит о ней беспокоиться… – Нордис совсем не скрывал своего волнения от папы. – Оправдывала все тем, что, в отличие от прошлых, они платят за ее учебу и покупают ей все нужное, н-но это же ненормально, правда? – он посмотрел на папу, ожидая подтверждения его слов.

– Правда… – подтвердил папа, не зная, что и ответить. – Именно поэтому мы едем туда, куда мы едем.

Машин на улице почти не было, в связи с чем они доехали до полицейского участка спустя каких-то десять минут и вышли из машины. Это был ничем не примечательный полицейский участок в жилом доме практически без каких-либо опознавательных знаков. Они зашли внутрь.

– Здравствуйте, вы что-то хотели? – спросил их здешний работник.

– Да, нам нужно рассказать о родителях Элины Вельтман. Вернее, моему сыну, – ответил отец, показав на Нордиса.

– Сейчас позову полицейского и он опросит вас, – сотрудник тут же куда-то отошел

Прождав пару минут, он вернулся в компании какого-то полицейского.

– Здравствуйте, пройдемте в мой кабинет, – предложил он им и они последовали за ним.

– Элина Вельтман? – спросил полицейский, когда они присели в кабинете и Нордис рассказал им из-за кого они к ним пришли. – Что не так с ее родителями?

– Они избивают ее! – выкрикнул Нордис.

– У вас есть доказательства на этот счет?

– Прямых доказательств нет, – вмешался папа.

– Только то, что вся ее левая рука была покрыта кучей синяков, – добавил сын. – В-вы сможете что-то сделать?

– Мы можем проверить ее родителей в ближайшее время, но, сами понимаете, пока у вас нет прямых доказательств – ваши слова не стоят ничего.

– Мы понимаем, – отец встал со стула, а Нордис встал вслед за ним. – В любом случае, спасибо, – он открыл дверь и вышел из кабинета вместе с сыном. – Ну что, теперь тебе спокойнее? – Эрнест посмотрел на Нордиса.

– Теперь я хотя бы верю в то, что смог как-то ей помочь, а не сидел в стороне, зная всю правду ее семьи, – ответил Нордис, укрепляя свою веру в правильность своих действий.

Они вышли из полицейского участка и затем куда более спокойно поехали домой, почувствовав небольшое облегчение после всего этого.

2 Гопники/Новое начало

На следующий день Нордис с неохотой проснулся от громко звенящего будильника и потянулся к нему. Он был настолько громким и противным, что легко мог дойти до родителей, спящих в другой комнате.

“В этом, наверное, и была вся суть будильников, иначе как бы он будил всех без этого резкого и противного звука?”

Нордис встал, приоткрыл шторы и увидел ослепляюще яркое солнце, окончательно разбудившее его и давшее понять, что пора идти в школу. Оперативно позавтракал бутербродами, лежащими с прошлого дня в холодильнике, а затем, одевшись, вышел из дома.

Идя до школы он практически ни о чем не думал: будто бы совершенно забыл о вчерашнем дне и оставил все позади. Не зря говорят “новый день – новая жизнь”, ведь порой даже самые важные моменты люди забывают, продолжая жить как ни в чем не бывало.

Нордис остановился у пешеходного перехода и начал ждать зеленого света вместе с кучей таких же школьников как он. Все они были разные, но, в то же время, были чем-то друг на друга похожи.

Он смотрел на маршрут, пройденный им уже тысячу раз и на все те же потресканные плиты, некоторые из которых вообще отсутствовали на своих местах. Нордис дошел до школы в своем медленном темпе, переобулся и зашел в класс, присев за свою парту.

– Э-эй! – подошел к нему радостный Эрвин. – Как вчера с Элиной погулял?

– Чего это ты такой радостный? Неужели даже не разозлишься на меня за то, что вчера вместе с Элиной оставил тебя одного и ушел гулять вместе с ней? – Нордис совсем не понимал его радости.

– Да я уже привык к этому, – он легонько улыбнулся.

“Значит Элина была права”.

– Ну так что? – продолжал Эрвин, нагнувшись к нему. – Подкатил к ней? – сказал он тихо, чтобы никто другой не услышал.

– И не пытался.

– Что, серьезно? – опечалился его одноклассник – Такой шанс, между прочим, не так часто выпадает… Ну, дело твое, – он отошел от него и ушел в коридор.

“Неужели отвязался” – Нордис выдохнул с облегчением.

Он осмотрелся, увидел Элину на последней парте среднего ряда и внезапно вспомнил их вчерашний разговор.

“Может, подойти к ней?” – подумал он, четко ощущая, как беспокойство за нее перевешивало его замкнутость и страх социума.

Нордис встал и подошел к ней, в то время как его одноклассники внимательно наблюдали за ним.

– Ты как?

– Нормально, – Элина подняла свою голову и посмотрела на него. – Почему спрашиваешь?

– А-а, н-ну… – Нордис не решался говорить напрямую.

– Я поняла. Не переживай ни о чем.

В ее словах чувствовался фальш, но Нордис не хотел ставить ее слова под сомнения и расспрашивать ее в такой неудобной обстановке.

– Л-ладно, тогда я пойду, – он медленно вернулся к своей парте.

– Сам Нордис заговорил с Элиной, – перешептывались одноклассники неподалеку.

– Всем тихо! Урок начался! – громко сказал учитель, войдя в кабинет. Все, поприветствовали его стоя и затем сели на свои места.

Прошло три урока и Нордис хотел выйти в коридор, чтобы перевести дух. Он вышел из кабинета и пошел налево, как вдруг чья-то нарочно выставленная нога помешала ему сделать шаг и он упал.

– Что ты творишь? – Нордис снизу вверх посмотрел на Рейнарда – виновника произошедшего.

– Ты про что?

Он поднялся и подошел к нему ближе.

– Не строй из себя дурака, – сказал Нордис, взяв его за воротник. Такая ситуация происходила уже не первый раз и он был уверен в том, что тот делает все это специально, но никак не мог понять почему.

Рейнард резко оттолкнул от себя Нордиса одной рукой и тот столкнулся с проходящим мимо школьником, сбив того с ног.

– Ай… – сказал он, взявшись за левую руку.

– Простите, меня толкнули, – сказал Нордис незнакомцу.

– Все нормально… Не страшно, – неловко ответил он, вставая.

Нордис посмотрел в глаза Рейнарду, показательно ухмыльнувшись, после чего обратно вернулся в класс.

“Ради чего ты живешь?” – внезапно вспомнил он вопрос Элины, пытаясь найти более подходящий на него ответ. Подумав об этом несколько минут, он так и не смог найти наиболее подходящего ответа чем тот, что он дал ей тогда.

“Наверное, здесь даже и не нужна как таковая причина, потому что после черной полосы рано или поздно появится белая, – продолжил размышлять Нордис. – Многое в этой жизни можно изменить, пока ты жив и, надеюсь, что ситуация Элины в этом плане не будет исключением”.

Уроки закончились и все потихоньку ушли, в то время как Нордис единственный остался в классе из-за своего дежурства и сразу же ощутил, как тихая и безжизненная атмосфера кабинета съедала его с каждой секундой нахождения здесь. Он как можно быстрее закончил с уборкой, собрался и вышел из школы, желая побыстрее дойти до дома, ибо он итак потерял достаточно времени на “никому ненужную фигню”.

На выходе стояло несколько человек, среди которых Нордис краем глаза заметил Рейнарда, но не предал этому особого значения. Он быстро шел, совсем не смотря по сторонам, как вдруг кто-то встал перед ним и остановил его.

– Что ты делаешь? Дай пройти, – сказал Нордис толком не смотря на его лицо, ибо не желал тратить свое время на него.

– Это я у тебя должен спросить, – ответил ему Ройк, выйдя вперед. Это был парень на год старше, о котором ходили слухи, что он любит Элину и никого к ней не подпускает. Нордис об этом тоже знал.

– Вы про Элину? Че ж вы все так помешаны на любви, я просто хотел ей помочь! – сказал Нордис, не дождавшись ответа на свой вопрос.

– Помочь? С чем? У нее вроде все в порядке и она ни на что не жалуется.

– Да? Это все потому что вы слепые дураки и принимаете ее каждое слово за истину! – не стал сдерживаться Нордис.

Ройк тут же замахнулся на него и ударил его по лицу. Удар был сильным и он даже упал на землю, почувствовав как кровь потекла из его носа. Они смотрели на него свысока, не ожидая от него никакого ответа, ведь их было много, а Нордис один. Не говоря уже о том, что большинство из них было выше и сильнее его.

Он резко встал и, разбежавшись, ударил со всей силы Ройка в ответ, свалив того с ног.

– Держите его! – приказал Рейнард, после чего окружавшие Нордиса парни быстро схватили его за руки. Он пытался вырваться, но сладить с четырьмя более сильными парнями в одиночку было физически невозможно.

– Ты ответишь за это, паскуда… – сказал Ройк с явной злостью в глазах, медленно вставая.

Он встал и подошел к ним, после чего замахнулся и ударил Нордиса в живот. Тот скрючился от резкой боли, но удары все продолжались. Ройк чередовал удары по лицу и по животу, пока ему не надоело.

– Все, отпустите его, – сказал он своей компашке. Они тут же его отпустили и Нордис обессиленно упал на землю.

– Если еще раз увижу тебя с Элиной – пеняй на себя.

– Ты серьезно думаешь, что после такого Элина полюбит тебя? – спросил Нордис, переводя дух. – Даже у какого-нибудь Эрвина куда больше шансов с ней чем у тебя. Кстати, почему вы не пристаете к нему? – внезапно спросил он из чистого любопытства, не желая ничего плохого Эрвину.

– Потому что у него ничего не выйдет, – ответил ему Ройк на удивление спокойно. – А у тебя, в отличие от него, есть шансы.

– Вот оно как… – удивился Нордис от тупости его слов.

– Надеюсь ты меня услышал, – Ройк повернулся к нему спиной и уходил вместе с остальными.

“Вот же идиоты. Почему у них абсолютно все сводится к любви? Я просто хотел ей помочь и ничего более… Они же живут в своем манямирке, думая, что у Элины все хорошо и не хотят видеть так тщательно скрывающуюся от них правду. Да и даже если бы я хотел с ней отношений, что с того? Неужели он думает, что таким образом делает ей лучше?”

Нордис хотел уже было уходить, как вдруг увидел Дрейма, направляющегося к нему.

– Эй, кто это тебя так?

– Рейнард, Ройк и остальные из их гопниковской компашки.

– Т-тебе помочь? Можешь опереться на меня.

– Да, пожалуй… Если не сложно, доведи меня до моего дома.

Они пошли, а Нордис молчал, желая побыстрее дойти до дома и упасть наповал, но впереди его ждал еще один квест: объяснение всего произошедшего родителям.

– За что это они?

– Из-за Элины, как я понимаю. Ройк ведь любит ее и следит за всеми, кто к ней приближается.

– А ты?

– В смысле “а я”?

– Любишь ее?

– Нет, конечно, я просто хотел ей помочь.

– Помочь с чем?

– Я не знаю могу ли об этом говорить… Да и не хочется, чтобы ты всем вокруг об этом разболтал.

– Пфф, ну и ладно!

Так они и дошли до дома Нордиса в молчаливой и не самой приятной обстановке.

– Спасибо тебе. Дальше я сам, – поблагодарил его Нордис.

– Да не за что.

Нордис открыл входную дверь и зашел домой.

– Поздновато ты сегодня, Нордис, – сказала мама, выходя к нему в гостинную.

– Что с твоим лицом? – она быстро подошла к нему ближе и начала рассматривать его увечья.

– Подрался.

– К-кто это сделал? – она повела его к себе в комнату и усадила на их с отцом кровать.

– Не важно, мам, все нормально, – Нордис попытался свести весь этот разговор на нет.

– Да у тебя все лицо в синяках! – она начала обрабатывать его раны. – Это уже не шутки.

– А что ты мне предлагаешь сделать?

– Пожаловаться на них в полицию!

– Ага, и чтобы меня после этого еще сильнее избивали и чмырили за ябедничество. Мам, я уже не такой маленький как раньше и сам разберусь со всеми своими проблемами.

– Мое дело предложить, но, впредь, будь аккуратнее, хорошо?

– Я постараюсь.

– С ранами я закончила, так что можешь идти

– Спасибо, – Нордис уже было собрался уйти, но она его остановила.

– Но пожалуйста, постарайся без драк. Все ведь можно решить мирно и без применения грубой силы.

– Не все, мам. К сожалению, далеко не все…

3 Расследование/Поиски правды

На следующее утро Нордис как обычно собрался в школу и ничего не предвещало беды. Он зашел в класс, сел за свою парту и осмотрелся. Последняя парта второго ряда, за которой сидела Элина, пустовала.

“Может она заболела? Ну или просто опаздывает…”