Вариант Фрунзе. Великая Отечественная война и мировая история войн

Знали все, и все готовились

«Путь – это когда мысли народа одинаковы с мыслями правителя. Поэтому народ готов вместе с правителем умереть или жить; когда народ не боится риска и не знает страха». (Сунь-цзы. Трактат о военном искусстве. Пер. Е. И. Сидоренко Е. И. М., 1955. С. 7).

Все без исключения крупные политики первой половины Двадцатого века сразу после окончания Первой мировой войны знали, что Парижская мирная конференция 1919 – 1920 годов, на которой были выработаны и приняты окончательные условия мирных договоров с Германией и ее союзниками, является лишь промежуточным финишем не завершившейся Мировой войны. И все крупные государственные деятели, и государства Земного шара просто обязаны были готовиться к очередному этапу Мировой Войны Двадцатого века! И они готовились.

В Советской России подготовка к будущей войне началась в 1921 году, когда еще не были погашены все очаги Гражданской войны. В этом может легко убедиться любой заинтересованный человек, прочитав труды М. В. Фрунзе, датируемые 1921 – 1925 годами.

Михаил Васильевич Фрунзе

«Полководец – это мудрость, справедливость, гуманность, храбрость, строгость». (Сунь-цзы. Указ. Соч. С. 37).

«…Кто еще до сражения предварительным расчетом побеждает, у того много шансов на победу; кто еще до сражения предварительным расчетом не побеждает, у того мало шансов на победу; тем более не побеждает тот, кто не имеет предварительных расчетов». (Там же. С. 38).

Михаил Васильевич Фрунзе родился в 1885 году в городе Пишпеке (в современной Киргизии) в семье молдаванина, фельдшера, и русской крестьянки. В 1904 году поступил в Петербургский политехнический институт, вступил в РСДРП, примкнул к большевикам и вскоре за участие в рабочем движении был исключен из института, сослан из Петербурга. В начале 1905 года Фрунзе перешел на нелегальное положение и стал профессиональным революционером, проявив незаурядный организаторский талант, упорство и волю. Его дважды приговаривали к смертной казни, и оба раза заменяли ее под давлением общественности каторгой. В 1915 году он бежал из Верхоянска, прибыл в Читу, продолжил революционную работу. Затем под фамилией Михайлов он по заданию партии отправился на Западный фронт, работал в Минске…

Если внимательно прочесть хотя бы хронологию основных событий и практических дел этого выдающегося революционера, то можно сделать опрометчивый вывод о том, что М. В. Фрунзе был своего рода «партийной лошадкой», тянувшей беспрекословно то один воз, то другой, то есть гением практических дел. Но Фрунзе еще с юных лет много и целенаправленно читал. Когда? – Ночами. Больше читать ему было некогда. Все остальное время он работал, а лучше сказать, служил партии. В августе 1918 года М. В. Фрунзе возглавил в Минском районе борьбу с корниловщиной. Мало кто в те дни мог догадаться о его полководческом даровании. Слишком много было суеты, напряженных ежеминутных дел… А затем опять партийная работа, разные должности, проблемы, задачи. И книги по ночам, и осмысление прочитанного.

В последний день января 1919 года он вступил в командование четвёртой армией и в кратчайшие сроки создал из отрядно-партизанских формирований регулярную боеспособную армию. Уже весной, возглавив Южную группу Восточного фронта, он одержал во время контрнаступления несколько прекрасных побед над главными силами адмирала Колчака, приведя в изумление офицеров Белой армии оперативным мышлением и тактическим чутьем. То был полководец! Он одержал еще ряд побед, он за 10 дней освободил в 1920 году Крым от войск барона Врангеля (Перекопско-Чонгарская операция).

Последующие четыре года М. В. Фрунзе занимал ответственные посты на Украине, затем в Красной армии. В 1924—1925 годах он разработал и провел военную реформу. И 31 октября 1925 года Михаил Васильевич Фрунзе умер.

Его смерть (а некоторые специалисты считают – гибель) до сих пор таит в себе загадки. Сорокалетний, сильный, до последних месяцев жизни здоровый человек умер, не выдюжил, в принципе, несложную операцию. Тайна. А может быть, и не тайна: устал человек от постоянного напряжения, от нервных перегрузок и умер. Кто прав? Разрешить этот вопрос должны люди молодые. Должны. Хотя бы потому, что М. В. Фрунзе своей титанической работой в последние 4—5 лет жизни заложил основы военной доктрины СССР, доктрины, которая выдержала испытание величайшей войной и которая являлась фундаментом и стержневой опорой строительства вооруженных сил страны три четверти века.

Чтобы не быть голословными, я процитирую некоторые мысли из теоретических работ М. В. Фрунзе.

«Одним из основных условий обеспечения максимальной мощи Красной армии является превращение ее в единый организм, спаянный сверху донизу не только общностью политической идеологии, но и единством взглядов на характер стоящих перед республикой военных задач, способов их разрешения и методов боевой подготовки войск» (Реорганизация Красной армии. М. В. Фрунзе. Избранные произведения. т.2., М., 1957, стр.3).

«Войны текущего исторического периода в сравнении с предшествующей эпохой имеют целый ряд характерных особенностей. В то время, как прежде исход боевых столкновений зависел от сравнительно небольших групп населения, или образовавших постоянные отряды, считавшие войны своей профессией, или же временно привлекавшихся в ряды войск для этих целей, теперь участниками войны являются почти поголовно целые народы, сражаются не тысячи или десятки тысяч людей, а целые миллионы, – самые войны втягивают в свой круговорот и подчиняют себе решительно все стороны общественного быта, затрагивают все без исключения государственные и общественные интересы. Театром военных действий теперь являются не узко ограниченные пространства, а громадные территории с десятками и сотнями миллионов жителей; технические средства борьбы бесконечно развиваются и усложняются, создавая все новые и новые категории специальностей, родов войск и т. д. и т.д.» (Там же, стр.6).

«…Государство должно заранее определить характер общей и, в частности, военной политики, наметить соответственно с нею возможные объекты своих военных устремлений, выработать и установить определенный план общегосударственной деятельности, учитывающий будущие столкновения и заранее обеспечивающий их удачу целесообразным использованием народной энергии» (Там же. С. 6).

«Анализируя вероятную обстановку наших грядущих военных столкновений, мы заранее можем предвидеть, что в техническом отношении мы, несомненно, будем слабее наших противников. Обстоятельство это имеет для нас чрезвычайно серьезное значение, и мы, помимо напряжения всех сил и средств для достижения технического совершенства, должны искать путей, могущих хотя бы до известной степени уравновесить эту невыгодную для нас сторону» (Там же. С. 18).

«Некоторые средства для этого имеются. Первым и важнейшим из них является подготовка и воспитание нашей армии в духе маневренных операций крупного масштаба.

Размеры наших территорий, возможность отступать на значительное расстояние, не лишаясь способности к продолжению борьбы, и пр. представляют благоприятную почву для применения маневров стратегического характера, т.е. вне поля боя. Наш командный состав должен воспитываться преимущественно на идеях маневрирования…» (Там же. С. 18).

«Роль и значение крепостей в будущих наших операциях будут совершенно ничтожны» (Там же. С. 19).

«По нашему глубокому убеждению, в будущих операциях красной коннице будет принадлежать чрезвычайная роль, а посему забота о ее подготовке и развитии должны являться одной из первейших задач» (Там же. С. 20).

Здесь нужно сделать оговорку. Эти слова М. В. Фрунзе написал в 1921 году. Но уже в 1924 году и, особенно, в 1925 году, после парада созданной им новой Красной армии, на котором были продемонстрированы самые современные образцы бронетанковой техники, он понял, что времена конницы уходят, что танковые соединения должны заменить конные армии.

«Современные армии обладают колоссальной живучестью… Даже полное поражение армий противника, достигнутое в определенный момент, не обеспечивает еще полной победы, поскольку разбитые части имеют за собой экономически и морально крепкий тыл. При наличии времени и пространства, обеспечивающих новую мобилизацию людских и материальных ресурсов, необходимых для восстановления боеспособности армии, последняя может легко воссоздать фронт и с надеждой на успех повести дальнейшую борьбу» (Там же. С. 133).

Между прочим, эту мысль через 10 с лишним лет повторил в художественной форме замечательный советский писатель Аркадий Гайдар, подарив читающему миру поэму о «Мальчише-Кибальчише» в 1934—1935 годах. Почему писатель решил вставить эту поэму в одно из своих произведений? Потому что фашисты уже пришли к власти в Германии, открыто заявив о своих захватнических намерениях, а значит, нужно было, хотели того советские люди или нет, готовиться к серьезным испытаниям. М. В. Фрунзе дал Аркадию Гайдару «путевку в литературу», одобрив первые произведения молодого писателя, прошедшего в юном возрасте Гражданскую войну. К началу Великой Отечественной войны Гайдар станет маститым детским писателем, любимым десятками миллионов мальчишек и девчонок. Здоровье у него к этому времени ослабло. Он мог бы принести огромную пользу стране и в тылу. Он не мог остаться в тылу. Он ушел на фронт защищать всех Мальчишей-Кибальчишей, всех детей, которые его так любили, которые его так любят, и погиб.

«При столкновении первоклассных противников решение не может быть достигнуто одним ударом. Война будет принимать характер длительного и жестокого состязания, подвергающего испытанию все экономические и политические устои воюющих сторон. Выражаясь языком стратегии, это означает переход от стратегии молниеносных, решающих ударов к стратегии истощения» (Там же. С. 133).

«Второе средство борьбы с техническими преимуществами армии противника мы видим в подготовке ведения партизанской войны на территории возможных театров военных действий. Если государство уделит этому достаточно серьезное внимание, если подготовка этой „малой войны“ будет производиться систематически и планомерно, то и этим путем можно создать для армий противника такую обстановку, в которой при всех своих технических преимуществах они окажутся бессильными перед сравнительно плохо вооруженным, но полным инициативы, смелым и решительным противником» («Единая военная доктрина и Красная армия», (Там же. С. 4).

Эту идею М. В. Фрунзе советские руководители разных рангов, командиры партизанских отрядов, соединений и все партизаны осуществили, на мой взгляд, в полной мере. Да так, что из «малой войны» партизанское движение выросло уже на рубеже 1941—1942 годов в большую войну, и гитлеровцы почувствовали это на своих шкурах.

Уже из процитированного ясно, что Фрунзе знал наверняка, что война будет и что будет она еще страшнее Первой мировой войны. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что многие советские руководители полностью разделяли точку зрения М. В. Фрунзе. Они уже в 1921—1925 годах знали, что война будет. В конце концов, они не с Луны свалились в чиновничьи, высокие кресла, они прошли суровую школу профессиональных революционеров, они не питали иллюзий по отношению к фашистам и к тем, кто их поддерживал.

Это нужно понять всем, желающим разобраться в мирных и военных тайнах, в политических хитросплетениях «междувойния» и Второй мировой войны.

Чудовищный вопрос

«С захваченными воинами обращайся хорошо и проявляй заботу о них. Это означает победить противника и увеличить свои силы». (Сунь-цзы. Указ. Соч. 40).

Добрый человек, прочитав цитаты Фрунзе, может задать себе и автору данных строк жесткий и страшный вопрос: «Если советские руководители разделяли точку зрения Фрунзе, значит, все было сделано специально: то есть фашистов заманили на советскую территорию, и стали их мощь потихонечку крошить – так выходит? Но ведь это значит, что советские руководители, зная все заранее, знали заранее и то, какой огромной ценой будет достигнута Великая Победа? Так это или нет?»

Действительно, чудовищный вопрос. Действительно, страшная тема.

О том, как готовились и готовились ли к войне вообще советские и партийные руководители, спорят многие умные люди. Но автор данных строк пока еще не слышал такой прямой постановки вопроса: «Если в Советском Союзе, в руководстве ВКП (б) пусть негласна была принята „Доктрина М. В. Фрунзе“, если все было спланировано, то… как же относиться и к Фрунзе, и к тем, кто принял его идеи, и вообще верна ли была эта доктрина? Может быть, военный гений-самородок ошибся? Может быть, подобное кощунственное отношение к согражданам, к военному делу не верно принципиально?»

Для того, чтобы ответить на перечисленные и другие аналогичные вопросы, я предлагаю читателям совершить небольшое путешествие в мировую историю войн, убедительно попросив всех заинтересованных в познании отечественной и мировой истории людей помнить процитированные выше мысли Фрунзе.

Царь Кир и царица Томирис

«Если ведут войну и победа надолго задерживается, то оружие притупляется и острия обламываются; если долго осаждают крепость, силы истощаются; если войско находится в длительном походе, средств у государства не хватает». (Сунь-цзы. Указ. Соч. С. 39).

В 558 году до н. э. Кир II, правитель Парсы, исторической области в современном Иране, и Аншана, области и города в Северном Эламе, древнем государстве на юго-западе современного Ирана, стал во главе союза персидских племен, поднял в 553 году восстание против царей Мидии, одержал победу в нелегкой борьбе, захватил Мидию в 550 году. Не давая опомниться врагам, основатель державы Ахеменидов в течение трех лет покорил все страны, завоеванные мидянами, затем – Лидию в 546 году до н. э., а также греческие города-полисы, расположенные на западе Малой Азии. В 539 году до н. э. персам подчинились почти все народы этого большого полуострова. В 538 году до н. э. Кир II овладел Вавилоном. Но и этого ему было мало!

Согласно легендам царь персов решил подчинить скифские племена массагетов, кочевавшие в Средней Азии. Правила ими царица Томирис. О жизни этих племен сохранилось мало сведений. И это породило много споров. До сих пор ученые не могут прийти к единому мнению о происхождении слова массагеты. Кто-то считает, что оно означает «рыбоеды» (от слова «masyo» – рыба), кто-то – «большая скифская орда», кто-то – «великие геты». Греческий историк Геродот называл массагетов кочевниками. Воевали они в пешем строю и на конях. Защитное вооружение делали из меди и золота. Коней защищали латами.

Царю Киру почему-то казалось, что он легко справится с «рыбоедами», возглавляемыми женщиной, и он смело повел крупное войско в долину реки Окс (Аму-Дарьи). Блистательный полководец, одержавший десятки побед над лучшими армиями стран Передней Азии, мудрый Кир, не зря получивший имя Великий, не оценил по достоинству врага, царицу Томирис, умную, хитрую женщину.

Она бросила навстречу персидскому войску небольшой отряд. Захватчики разгромили его, двинулись вперед. Кир гнался за противником день, два, не замечая, в какую игру играет с ним Томирис. Конница персов приближалась к войску скифов, приближалась, но… настичь врага никак не могла! Вскоре Кир и его воины почувствовали недоброе: отступавшие скифы засыпали колодцы, сжигали траву. Далеко от огня разбегалось зверье. Кир гнал коней, злился, злились персы – как хотелось им поскорее настичь массагетов и разгромить их, и отомстить за дерзость, жажду и голод!

Персидская конница считалась лучшей в мире. Победить ее в открытом бою, в широкой степи было невозможно. Томирис бежала от врага. Но… не бежала скифская царица! Рассчитав свои возможности, она, отступая, заманивала врага в западню. Ей не очень-то хотелось воевать. Она хотела миром закончить дело. Но Кир убил ее сына, и теперь у матери был только один исход: убить Кира, отомстить ему за смерть любимого сына.

Царь персов увлекся погоней и не заметил, как его войско, заметно потрепанное, уставшее, очутилось в тесном ущелье. Скифы были тут как тут. Началось сражение. Персидская конница, стесненная скалами, топталась на месте. Кир лишился главного козыря – маневра и лихих атак. А со скал летели в персов стрелы, камни. А тыл был наглухо закрыт узкой горловиной ущелья… Томирис одержала полную победу. Кир II Великий погиб в бою.

Хороший урок получили персы. Но он их мало чему научил!

Где могилы предков

«Никогда не имелось случая, когда бы война продолжалась долго и это было бы выгодно государству». (Сунь-цзы. Указ. Соч. С. 39).

В 522 году до н. э. власть в Персии захватил Дарий. Сначала он занимался мирными делами: провел налоговую и административные реформы, строил города, украшал их роскошными храмами. Но и о войне не забывал.

В 512 году он отправился с армией в Северное Причерноморье, где обитали скифские племена, родственные тем, с которыми воевал 17 лет назад в Средней Азии Кир.

Царь Дарий переправился через Геллеспонт и Истр и смело пошел на врага.

Скифы под руководством царя Идантирса стали отступать на восток. Придерживая персов на расстоянии одного-двух переходов, они шли двумя колоннами: одна продвигалась южнее армии Дария вдоль Понта Евксинского (Черного моря), другая – севернее. Армии степняков кусали громадного персидского зверя, распластавшегося длинной тушей по степи, вечерними и дневными атаками, дразнили врага, сжигали перед ним траву, засыпали колодцы, а персы шли за скифами по пятам к Меотиде (Азовскому морю). Дарий форсировал Борисфен (Днепр), не замечая, как тает войско, падает боевой настрой даже у бывалых воинов, как голод и жажда изматывают животных и людей. А время шло.

Царь персов послал Идантирсу ультиматум: сражайся или покорись, все равно разобью тебя. Скиф спокойно ответил: всему свой срок.

Дарий через посла упрекнул противника в том, что тот постоянно уходит от сражения, боится схватки. Скиф возразил, сказав, что он никого не боится, а отступает по давнему обычаю скифов на войне. Они – кочевники. Все их имущество в стадах и легкой поклаже. Отступая, скифы ничего не теряют и ничего не дают врагу. Но если персам хочется сразиться, пусть они пойдут туда, где находятся могилы предков Идантирса: там найдется, кому дать бой любому врагу.

Персы возмутились, но скифы, продолжая отступать, покоряться не думали. Дарий, понимая, что осень не за горами, приказал разведчикам отыскать могилы предков Идантирса. Легко сказать-приказать да трудно сделать. Слева-справа от маршрута персидского войска лежала выжженная скифами степь, шныряли отряды врага – где могилы? На востоке – туда отступают скифы, решил Дарий, продвигаясь к Танаису (Дону).

Персы дошли до могучей реки, но скифов след простыл!

Идантирис осуществил бросок на север, затем круто повернул на запад и оказался в тылу у персов: опять же на расстоянии одного перехода! Скифов вновь нужно было догонять! Но теперь в обратном направлении, на запад. А где же могилы их предков? Между Танаисом и Оарой (Волгой)? Или на берегу Меотиды? Где будет битва?

«Нигде, Дарий. Войско измотано переходами и атаками скифов, приближается осень, пора домой», – подсказывали советники, но не хотелось персу домой!! Когда еще удастся собрать такую армию!

Скифы, чтобы удержать врага в степи, измотать его, подбрасывали персам, словно бы случайно, скот с пастухами, оставляли то тут, то там не засыпанные колодцы – не лишали Дария надежды. И он гонялся за врагом до тех пор, пока противник не прислал ему странную посылку: птицу, мышь, лягушку и пять стрел. Дарий спросил у мага: «Что это значит?» Тот ответил:

– Если мы не улетим отсюда, как птицы, не скроемся, подобно мышам, под землей, или, как лягушки, не ускачем в озеро, то нас убьют этими стрелами.

Дарий остудил свой пыл и решил бежать из Северного Причерноморья, пока цел…

Территория

«Имеется пять условий, определяющих победу:

– Побеждает тот, кто знает, когда можно сразиться и когда нельзя;

– Побеждает тот, кто умеет руководить и большими и малыми силами;