Любовная западня

– Это тогда у твоей матери… – Лиза не знала, как сформулировать вопрос.

– Да, тогда у матери случился инфаркт. Проблемы с сердцем у нее начались в юности после ревматической атаки. – Он отошел в сторону и снял пиджак. – Мечтаю о душе… Может, хочешь первая пойти?

Типичное поведение мужчины, который привык думать о себе как о центре вселенной. Эта мысль заставила Лизу улыбнуться.

– Нет-нет, иди ты первым, я распакую вещи. Мне кое-что надо достать.

Кто такая Фелиция Мур? Над этим вопросом Лиза размышляла, глядя в спину удаляющемуся мужу. Брэд, видимо, полагал, что Фелиция сама объяснит свою причастность к семье Нортон, а та не сочла нужным это сделать. Что ж, придется Лизе провести расследование. Ее точило беспокойство, интуиция подсказывала ей, что эта сильфида может помешать расцветающему счастью молодоженов.

Через несколько минут раздался стук в дверь и вошла женщина, полная, ясноглазая, с приятными чертами лица. Ее возраст определить было трудно: может быть, пятьдесят пять, а может, и шестьдесят пять.

– После такого путешествия вам необходимо попить чайку, – приветливо сказала она и поставила поднос на маленький инкрустированный столик. – Прошу прощения, миссис Нортон, я не смогла вас поприветствовать, когда вы прибыли. Я, конечно, должна была, но завозилась с делами. Я так рада, что у Брэда теперь есть жена, да еще такая хорошенькая. Я уверена, вы будете счастливы.

Лиза улыбнулась, радуясь такому дружескому участию.

– Спасибо, Банни, обязательно будем.

Пожилая женщина расцвела от умиления:

– Брэд, стало быть, говорил обо мне. А он рассказал, что я стала его няней, когда он был совсем крошкой?

– Да, – ответила Лиза, решив не уточнять, когда она об этом узнала. – Он сказал, вы здесь служите так давно, что стали членом семьи. Вам не кажется, что «миссис Нортон» звучит слишком официально? Я буду рада, если вы будете называть меня просто Лизой.

– С удовольствием. – Голос Банни звучал особенно мягко. Было ясно, что просьба новой хозяйки ее покорила. – Вам налить чашечку или дождетесь мужа? Он в ванной?

– Уже нет, – проговорил Брэд, возвращаясь в комнату. На нем был махровый халат, волосы влажно поблескивали. – Ну, Банни, что скажешь о моей жене?

– Она потрясающая красотка. – Экономка, отбросив чопорную сдержанность, заговорила своим обычным ярким языком. – На редкость славные получатся у вас малыши Нортоны, Брэд!

Мужчина ухмыльнулся, взглянув на свою юную жену:

– Осторожно, Банни, сбавь обороты, она не привыкла к таким речам. Здесь, на севере, все такие прямолинейные и неотесанные. Не правда ли, дорогая?

Брэд первый раз так ласково к ней обратился, Лиза почувствовала, что у нее сердце зашлось от нежности к нему. Ее лицо расцвело улыбкой.

– Надеюсь, скоро привыкну.

– Я ухожу, попейте чайку спокойно вдвоем, – проговорила Банни, посмеиваясь над молодоженами. – И не забудьте, ужин у нас ровно в семь тридцать, Брэд Нортон! Второй раз разогревать не буду. – Банни решительно покинула комнату.

Наступило короткое молчание. Лиза внезапно почувствовала невероятное смущение: она осталась наедине с мужчиной, который стал ей мужем. Подойдя к столику с чайными принадлежностями, она нерешительно спросила:

– Два кусочка?

– Да. – Казалось, Брэда что-то безмерно забавляет, Лиза внутренне напряглась, готовясь отразить новые проявления северной прямолинейности. Ни один мужчина не смог бы понять, что с ней происходит. О чем в этот момент думал ее муж, осталось неизвестно, он молча взял у нее из рук чашку и сел в кресло.

– Как вкусно. – Он пригубил ароматного напитка. – Банни всегда хорошо заваривает чай.

Лиза с чашкой в руках села на подлокотник его кресла.

– Брэд, – спокойно обратилась она к мужу, – кто такая Фелиция?

– Разве она тебе не сказала? – удивился он.

– Она назвала лишь свое имя.

– Понятно. – Он задумался. – Она моя кузина, очень дальняя родственница.

– Она постоянно живет здесь?

Брэд нахмурился:

– Нет, – она живет в Лидсе, здесь лишь в гостях, дольше ей, наверно, оставаться не захочется. Почему ты спрашиваешь?

Лиза простодушно ответила:

– Мне кажется, я ей не нравлюсь.

Можно было бы посмеяться над подобным нелепым предположением, но Брэд только пожал плечами:

– Наверно, не нравишься. Фелиция не умеет дружить с женщинами. Но ей придется привыкнуть к тебе.

Брэд забрал у Лизы чашку и поставил ее рядом со своей на пол. Не успела девушка понять, что происходит, как он схватил ее за талию и притянул к себе на колени. Его глаза подозрительно сверкали.

– Ты не можешь все время избегать меня, чем быстрее ты это поймешь, тем лучше. Ты боишься меня?

Быстро последовал ответ:

– Конечно нет.

– Докажи!

Она заглянула в бездонные серые глаза, сердце ее мучительно затрепетало. Лиза натянуто рассмеялась:

– Ладно!

Склонив голову, она мягко, целомудренно поцеловала мужа и невольно ахнула, когда он резким движением крепко прижал ее к себе. Лиза пыталась воспротивиться такому жесткому натиску, но всепоглощающий жар его ласки растопил остатки сдержанности, и она горячо ответила на его поцелуй.

– Так-то лучше, – проговорил он, разжимая объятия. – Намного лучше. По-моему, у нас никаких проблем не будет. Как ты думаешь, Лиза?

– Не будет, – согласилась она, зарывшись лицом ему в плечо. Проблем вообще не будет, раз он обладает даром разжигать в ней такой пламень. Неужели так зарождается любовь, превращая чисто физическое влечение в теплое свечение, которым наполняется все ее существо? Прежде ни один мужчина не вызывал в ней таких острых ощущений.

Брэд пошевелился, нежно прикоснулся губами к ее виску, прижимая ее к себе, встал сам и помог ей подняться на ноги.

– Иди переоденься, пока я еще в состоянии думать об ужине. У нас впереди целая жизнь.

Целая жизнь… Как восхитительно это звучало! Здесь, в Фарли, у нее будет все, о чем она мечтала.

В семь пятнадцать они с Брэдом спустились по чудесной старинной лестнице в зал. Находясь в приподнятом настроении, Лиза не замечала признаков упадка дома, о которых говорил ее муж. Она огляделась по сторонам и представила, что здесь происходило много-много лет назад: слышались голоса, раздавались торопливые шаги: это слуги накрывали огромный стол для вечерней трапезы. В старые времена зал был центром жизни всего поместья, здесь ели, пили, развлекались и просто проводили время. Одна картина прежней жизни сменялась другой. Лиза вспомнила, что когда-то существовал обычай устилать пол тростником. Нижний слой порой не меняли лет по двадцать, и он вбирал в себя бесчисленные крошки, остатки пиршеств… Лиза скептически хмыкнула: иногда знания могут приносить разочарование.

Фелиция была уже в гостиной. Она выглядела восхитительно в простом шелковом платье терракотового цвета, и Лиза пожалела, что не выбрала более изысканный наряд, отдав предпочтение голубому льняному костюму. Она пыталась быть милой с этой женщиной, но явная антипатия последней мало способствовала миротворческому процессу.

Из гостиной двустворчатые двери вели в столовую. Заняв свое место во главе длинного стола из красного дерева, Брэд с улыбкой смотрел на свою жену, сидевшую справа от него.

– Если бы здесь распоряжалась Банни, ты бы сидела на другом конце, как и положено хозяйке Фарли. Но так лучше, правда?

Она засмеялась:

– Конечно, представляешь, как сложно было бы передать соль.

Лиза подняла глаза и встретила насмешливый взгляд Фелиции, устремленный на нее. Веселье угасло. О, как было бы хорошо, если бы эта белокурая красавица, заставляющая ее так нервничать, исчезла из Фарли как можно быстрее!

Банни вкатила уставленный блюдами сервировочный столик с подогревом. Это было необходимо, пояснил Брэд, поскольку кухня находится в другом конце дома. Он планирует переоборудовать одну из прилегающих комнат в современную лабораторию по приготовлению пищи.

– Ты сам проведешь подготовительные измерения и расчеты? – увлеченно расспрашивала Лиза, совершенно забыв о присутствии другой женщины. – А когда начнутся непосредственно сами реставрационные работы?

– Через неделю-другую. Я уже закончил общий осмотр дома, исторические и архитектурные изыскания, подготовил все планы.

Фелиция недоуменно вскинула брови:

– Твои вопросы, Лиза, звучат вполне профессионально. Удалось почитать специальную литературу?

– Лиза имеет профессиональную подготовку в той же области, что и я, – быстро вставил Брэд.

Удивлению Фелиции не было предела:

– Еще и умненькая! Брэдли, дорогой, да тебе несказанно повезло!

Эти слова оказали на мужчину странное воздействие, какое именно, Лиза не могла определить, Фелиции же вся сцена доставила массу удовольствия.

– Но ты всегда был счастливчиком, – медовым голосом проговорила она. – Свались ты хоть в сточную канаву, все равно выберешься оттуда чистеньким, благоухая фиалками.

– Ты на удивление вульгарна сегодня, Фелиция, – ответил он суровым тоном. – Прекрати, пожалуйста, Лизу удивляет твой юмор.

Вовсе не обескураженная, Фелиция примирительно похлопала его по руке:

– Мои шутки похожи на твои, дорогой. А ты, Лиза, не обращай на это внимания. Мы с Брэдом всегда при встрече пикируемся, так скрещиваем шпаги, что только искры сыплются.

Сколько здесь злобы, неприязни! Лиза ушла в себя, склонившись над тарелкой. Что было между этой женщиной и Брэдом, чему помешала женитьба последнего? Волна ревности буквально затопила Лизу, но здравый смысл подсказывал, что бесполезно негодовать по поводу того, что было до их встречи. Это ее, Лизу, полюбил Брэд и на ней женился, остальное не имело никакого значения.

Остаток ужина прошел без инцидентов. Как только они закончили, Брэд попросил Лизу пройти вместе с ним к матери.

– Устала? – участливо спросил он, когда они шли по галерее. – Такой длинный день.

«Да, – подумала девушка, – очень длинный и такой замечательный».

– Немного, – промурлыкала она.

Он обнял ее за плечи, нежно прижимая к себе.

– Надеюсь, что не очень, – мягко сказал он, заглядывая ей в глаза. – Это наша первая ночь, моя любовь, и мне бы хотелось, чтобы ты ее запомнила.

Тут он постучался в одну из дверей и отступил, пропуская Лизу вперед.

Комната тонула в мягком свете. Несмотря на то что на улице стоял теплый летний вечер, синие бархатные шторы были опущены, а в камине горел огонь. Пламя освещало лицо женщины, лежавшей в огромной кровати, точной копии их собственной.

Внешность Алисии Нортон полностью соответствовала описанию, данному Брэдом. У матери и сына похожими были лишь серые глаза.

– Лиза, – вздохнула пожилая женщина. – Если бы ты только знала, как долго я ждала, когда же мой сын приведет в Фарли жену. – Она протянула руку и тепло улыбнулась, когда Лиза взяла ее в свои ладони. – Ты прелестна, моя дорогая… и, я вижу по глазам, добра. Очень хорошо для Брэда, сам он частенько забывает о существовании такой добродетели. – Она снова улыбнулась, на этот раз сыну. – Он весь в отца – упрямец. Как ты думаешь, милая, ты справишься с ним?

Лиза непроизвольно взглянула на мужчину, который стоял по другую сторону кровати, и поймала внимательный взор устремленных на нее глаз.

– Я попробую. А с его отцом вам удавалось справляться?

Алисия от души рассмеялась:

– Обычно да. Но не всегда это было легко. С мужчинами из рода Нортонов надо обращаться очень умело и бережно.

– Им также не нравится быть объектом обсуждения, да еще когда это происходит в их же присутствии, – спокойно добавил Брэд. – Все, хватит, наговорили столько всего за один вечер! Банни скоро придет и устроит тебя на ночь.

– Вот видишь? – В глазах миссис Нортон вспыхнул веселый огонек. – Озорники они, все без исключения!

Поддавшись внезапному порыву, Лиза наклонилась и поцеловала свекровь в лоб:

– Надеюсь, завтра вам станет лучше.

Выйдя из комнаты матери, Брэд остановился:

– Не возражаешь, хочу побыть с ней наедине. Хочешь – иди вниз… или в свою комнату. – Его глаза задорно блеснули. – Надо лечь пораньше – это нам не повредит.

Лиза вспыхнула. Сердце гулко и тревожно забилось.

– Хорошо, я только захвачу свою сумочку из гостиной, – сказала она.

– Я присоединюсь к тебе через пару минут, – пообещал Брэд и вошел в комнату к матери.

В гостиной сидела Фелиция. Она удивилась, увидев Лизу в одиночестве.

– Брэд уже тебя покинул? Как ему не стыдно!

Лиза постаралась не реагировать на издевку:

– Я спустилась за сумочкой.

– Ты хочешь сказать, что уже собираешься отдыхать? Так рано? Дорогая, еще нет и девяти! Разве следует новобрачной проявлять такое нетерпение? – Она вытянула руку и принялась лениво разглядывать свои покрытые лаком ногти. – И все-таки я считаю, четверть миллиона делает мужчину более привлекательным.

Прижав сумочку к груди, Лиза медленно выпрямилась и с отвращением посмотрела на собеседницу:

– Ты намекаешь на то, что я вышла замуж за Брэда из-за денег?

Золотистые глаза с любопытством уставились на разгневанную девушку.

– А почему бы и нет? Что годится одному, должно подходить и другому.

Совершенно сбитая с толку, Лиза растерянно взглянула на Фелицию:

– Что все это значит?

Внезапно вся притворная мягкость и ленивое равнодушие покинули белокурую красотку, ее глаза хищно сверкнули.

– А то, моя маленькая, невинная овечка. Похоже, тебя ловко провели. Ты действительно думаешь, что Брэд влюблен в тебя? Естественно, он сказал тебе о наследстве, но, готова побиться об заклад, он ни разу не упомянул о самом важном пункте завещания.

Она зловеще замолчала, внимательно наблюдая, как мертвенная бледность заливает лицо стоявшей перед ней девушки.

– Он может получить деньги, лишь будучи женатым. Если по достижении тридцати пяти лет он останется холостым, то автоматически теряет право на наследство.

Лиза сжалась в комок, как подстреленная птица. Она была в смятении.

– Ты не хочешь мне верить, но ты уже поняла, что это правда. Для ясности я тебе еще кое-что расскажу. Не так давно Брэд просил меня выйти за него замуж. Получив отказ, он был в отчаянии. Он был готов пойти на что угодно, лишь бы не упустить эти деньги.

Это правда, отупев от боли, думала Лиза. Ее поразила невероятная превратность судьбы. Она вышла замуж из-за суммы в пятьсот фунтов, которая казалась ей целым состоянием. На сколько же выше были его ставки!

Оглядываясь назад, Лиза поняла, что все было совершенно ясно с самого начала. Надо отдать ему должное, он не стал лицемерить и говорить, что любит ее. Этот человек просто не мешал ей, наивной, бесхитростной глупышке, верить в то, во что ей так хотелось верить. Он точно определил, что даже ради брата девушка не согласилась бы на брак по расчету.

Фелиция права – он счастливчик. Ему повезло найти такую, как она, да еще в самый последний момент. Ее кандидатура полностью отвечала его требованиям, а внешние данные обещали интересные перспективы.

Оцепенение сменилось чувством глубокого отвращения. Одно Лиза знала точно: она не позволит использовать себя. С этой пародией на брак надо заканчивать. Всегда найдется какой-нибудь выход. Он получил свое, остальное его не должно касаться.

– Приятных сновидений! – ехидно проворковала Фелиция, не поднимая глаз, и выплыла из комнаты.

В спальне Брэда еще не было, Лиза закрыла дверь и в изнеможении прислонилась к ней спиной. Внезапно она вздрогнула, увидев приготовленную на ночь постель. Девушка отвела взгляд от призывно белеющих простыней. Подойдя к туалетному столику с зеркалом в позолоченной раме, она опустилась на табурет и замерла, уронив голову на руки. Наверно, то же самое чувствовал Рик, поняв, что грядет проверка: безнадежное отчаяние человека, попавшего в ловушку.

Лиза подняла голову и увидела в зеркале свое отражение: бледное как смерть лицо, темные, наполненные болью глаза, в которых не было ни жизни, ни света.

Так она и сидела, когда появился Брэд.

– Ты только что пришла? – удивился он.

– Да, – сдавленным, чужим голосом ответила она не оборачиваясь. – Я разговаривала с Фелицией.

Глядя на его отражение в зеркале, Лиза заметила, как внезапно и враждебно застыло его лицо.

– Понятно, – сухо проронил он.

– Тебе понятно?! – Лиза развернулась на табурете, чтобы видеть его лицо. – Это все, что ты можешь сказать?

– А что ты хочешь услышать? – равнодушно поинтересовался Брэд.

– Хочу, чтобы ты мне ответил на один вопрос, просто «да» или «нет». В ту ночь, когда ты делал мне предложение, ты любил меня?

Повисла мучительная пауза. Он смотрел ей прямо в глаза, его лицо оставалось бесстрастным.

– Нет, – последовал ответ.

Вплоть до этого момента у Лизы теплилась надежда, что Брэд отвергнет обвинения и сумеет убедить ее в своей любви и преданности. Если бы он так сделал, девушка поверила бы ему. Ей страстно хотелось верить в его любовь. Холодное «нет» обрушилось на нее как удар. Она в ужасе отшатнулась – в лице ни кровинки, огромные глаза устремлены на мужа, помертвевшие губы пытаются что-то сказать…

– Похоже, больше и говорить не о чем, – только и смогла выговорить она.

– Ну и какой вывод я должен сделать? – Его голос даже не дрогнул. – Что именно ты решила, Лиза?

– А ты как думаешь? – Она отвернулась от него, пытаясь овладеть собой. – Я хочу аннулировать брак.

– Нет, – холодно и безучастно прозвучал отказ.

Лизу охватил ужас.

– Ты получил все, что хотел. Или ты боишься, что у тебя все отнимут, если брак будет расторгнут?

– Это важный довод, – согласился он. – О нем я и не подумал. Как ни странно, но есть другая причина, по которой я буду настаивать на сохранении брака.

– Какая же?

– Моя мать. Потрясение убьет ее. – Он наблюдал за девушкой, нахмурившись. – Видишь, я тоже умею страдать.

Лиза прикусила губу, поняв, что о матери Брэд говорил искренне. Как же ей теперь принять правильное решение, если от ее выбора зависит чья-то жизнь? Если она покинет Фарли прямо сейчас, пожилая женщина может не выдержать удара. Во что превратится ее существование после этого?

– Как ты мог! – гневно воскликнула она. – Неужели деньги значат для тебя так много?

Он пожал плечами:

– Насколько я помню, для тебя деньги совсем недавно играли решающую роль.

Меткий удар! Брэд попал в больное место.

– Но я была честна с тобой, – резко возразила она. – Я никогда не притворялась, что люблю тебя. Я ни за что не согласилась бы выйти за тебя, если бы знала об этом пресловутом пункте. Ты обхитрил меня, Брэд, я в тупике и вынуждена смириться с таким положением дел… пока, по крайней мере. И в определенных границах. Теперь у нас… деловое соглашение, не более того.

– Не будь ребенком! Не важно, как и почему, но ты моя жена, – заметил он хладнокровно.

Что-то в его словах насторожило Лизу, заставив быстро повернуть голову: он возвышался над ней, суровый, безжалостный.

– Ты не собираешься… – Лиза запнулась, язык прилип к гортани.

– Настаивать на исполнении супружеского долга? – закончил Брэд за нее. – Собираюсь не только настаивать, но и закрепить свое право!

– Нет! – И хотя он даже не двигался, Лиза вскочила с намерением бежать, сама не зная куда. – Ты не имеешь права!

– У меня есть право на все! – В его голосе звучали стальные нотки. – Я мужчина, ты моя жена. А это значит, что ты кое о чем забыла.

– Брэд, – умоляюще проговорила она, знаю, мужчине не нужна любовь, чтобы заниматься сексом, но для женщины, для большинства женщин, все по-другому. Мне надо… я должна… – Лиза замолчала, наткнувшись взглядом на его ледяной взор.

– Сегодня днем такая перспектива не вызывала в тебе отвращения, – вдруг сказал он. – Я ведь не изменился с тех пор. Я именно тот самый мужчина, который целовал тебя. А ты отвечала мне. – Он решительно выпрямился. – Я могу пробудить в тебе чувства, Лиза.

Господи, как ей достучаться до него? Лиза была в отчаянии, наблюдая, как он медленно приближается к ней. Она собралась с духом и сделала последнюю попытку:

– Брэд, не заставляй меня ненавидеть тебя!

Это не остановило его.

– Ненависть? – Он положил руки ей на плечи. – И тебе никто не говорил, что от ненависти до любви тоже один шаг?

Брэд поднял ее на руки и отнес на кровать. Он был близко, совсем близко. Прижав Лизу к кровати, он силой повернул к себе ее голову. Лиза лежала тихо-тихо, глядя в бездонные серые глаза, в глубине которых разгорался пламень.

– Ладно, – спокойно сказала девушка, – осуществляй свои законные права, если тебе это нужно, Брэд. Я не буду драться с тобой. Не доставлю тебе такого удовольствия. Если хочешь заниматься любовью с куском льда, пожалуйста, вперед!

Он улыбнулся, пристально глядя ей в глаза.

– Даже лед можно растопить, – проговорил мужчина, склоняясь к своей жене.

Эти слова эхом отдавались у Лизы в голове, пока она пыталась обуздать собственные эмоции и наглядно продемонстрировать железную выдержку и ледяное спокойствие. Брэд накрыл поцелуем ее нежный рот, и она поняла: ничего не изменилось. Его руки и губы разжигали в ней безумный огонь страсти, тело готово было сдаться на милость победителя.

В затуманенном мозгу билась одна мысль: это не любовь. Он, видимо, испытывал мимолетное влечение, какое может возникнуть у любого мужчины к любой женщине. Эти размышления не позволили Лизе отдаться потоку чувственности, она оставалась холодна и неподвижна.

Брэд, наконец, оторвался от нее. В диком напряжении, на грани ярости он вскочил с кровати.

– Высший бал за выдержку! – поздравил он свою молодую жену. – Желаю насладиться одиночеством сегодня ночью!

Дверь за ним захлопнулась.