Паутина Вселенной

Благодарность

Я выражаю свою благодарность «товарищам», особенно тем, у кого я позаимствовал слова для данной книги. Всем тем, кто помогал мне на моем пути. Донье Сильвии и дону Мельчору, моим учителям. Также я благодарю Карлоса Кастанеду за то, что он познакомил меня с этим магическим миром. Я также благодарю Хуана Йолилизтли за его поддержку в публикации данного произведения.

Предисловие

В течение многих лет у меня не было никаких сведений об Армандо, и я сомневался насчет визита к нему, ведь в последнюю нашу встречу он сказал: «Не ищи меня, я сам тебя найду».

Мне пришлось смириться с ожиданием, и я долгое время делал все возможное, чтобы выполнить его требование. Однако после многих лет без каких-либо вестей я все же решил отправиться в старый город, где он раньше жил. Несмотря на то, что шанс встретиться с ним был ничтожно мал, я все равно надеялся, что, по крайней мере, найду кого-то из его знакомых. В одном из домов, где жили целители, мне посоветовали повидаться с Педро. Я знал, о ком шла речь – он жил в глиняном доме на окраине города.

Добравшись туда, я встретил жену Педро, и она сообщила, что у ее мужа для меня есть кое-что, но его самого пока нет дома, он ушел на кукурузное поле. Мне нужно было подождать.

Дом, который я помнил с прошлого визита, изменился: к маленькой глиняной комнате была пристроена кухня из бетонных блоков. В ожидании Педро я присел под лимонным деревом. Его жена, поглощенная работой, внезапно зашла в комнату, схватила увесистую курицу, которая едва успела лишь прокудахтать, как она положила ее в раковину и без малейших колебаний в считанные секунды отрезала ей голову. Я был шокирован, но промолчал.

Мы поболтали с женой Педро на отвлеченные темы вроде погоды, моды и стиля одежды местных индейцев. Когда я попытался завязать разговор об Армандо и его друзьях, она предложила дождаться ее мужа и поговорить об этом с ним.

Когда Педро, наконец, вернулся, он радостно поприветствовал меня, затем пригласил войти, сказав, что у него для меня кое-что есть, и ушел на время в другую комнату. Я слышал, как он что-то ищет. Мое любопытство не знало границ, когда он вернулся с сумкой из джинсовой ткани, в которую были вдеты ремень для переноски и петля, закрывавшая ее.

Протягивая мне сумку, он сказал, что ее оставил для меня Армандо. Когда я спросил его о содержимом, на лице Педро отразилось явное незнание. Он только сказал, что хранил сумку для меня все эти годы, но никогда не открывал ее.

(Интересно отметить, насколько современные люди утратили уважение к личному пространству и жизни других. Подобно тому, как киноиндустрия подорвала моральные ценности, Интернет подорвал ценность неприкосновенности частной жизни и уважение к ней. В недавнем прошлом тайна переписки была своего рода священной, никто даже не смел задумываться о возможности открыть письмо, которое ему не предназначалось).

Переполненный любопытством, я открыл сумку, внутри которой обнаружил эту рукопись, его новую книгу. Когда я спросил о самом Армандо, Педро сказал, что тот ушел со своими друзьями. Я знал, о чем он говорит, но сделал вид, что не понимаю, и спросил его только о том, живут ли они сейчас в Веракрусе или где-то еще. Однако Педро не желал вдаваться в подробности и сменил тему.

Армандо никогда не перестает меня удивлять. Однажды он явился ко мне в сновидении и рассказал мне то, что на самом деле произошло позднее. Я не верил, что он решит еще что-нибудь опубликовать после своей последней книги «Секрет Пернатого Змея», а потом он внезапно оставляет эти новые загадочные откровения. Читая рукопись, листы которой были расположены в хаотичном порядке, я обнаруживал темы, потрясшие меня до глубины души. Основная трудность заключалась в том, что рукопись в действительности была частью нескольких незавершенных работ.

В своем произведении Армандо делает мир нагвалей гораздо более понятным, раскрывая подробности их поведения, убеждений и традиций. В этом месте я хотел бы упомянуть одну из наших бесед с Армандо много лет назад. Тогда я утверждал, что традиции, будучи зачастую полезными, также могут стать большим препятствием на пути – я сказал ему это тогда, и верю в это и по сей день.

На мой взгляд, все традиции, какими бы они ни были, существуют в качестве ментальных, энергетических и даже физических оков, поскольку во многих случаях они заставляют людей вести себя самым глупым образом. Если вы мне не верите, обратите внимание на то, как разные традиции принуждают своих приверженцев одеваться определенным образом.

Есть много религиозных иерархий – Христианство, Иудаизм, Буддизм, Ислам и другие. Каждая из них защищает свой флаг. Они убивают друг друга из-за своих идеологических споров. Думаю, что было бы неправильно с моей стороны, если бы в этот клубок я не включил бы также магов и шаманов. Я помню, как Кастанеда иногда насмехался над пением шаманов и открыто говорил, что они все – сборище придурков. Зная их и видя, что они делают, понимаешь, что они в ловушке своих традиций и ритуалов, равно как и все остальные.

Как решить эту проблему? Как объективные исследователи, мы можем только быть честными с самими собой и применять метод исключения посредством распознавания и сравнения. Через некоторое время я решил отдалиться от всех традиций. Возможно, единственное, что я позаимствовал – это метод экспериментирования. Я верю лишь в то, что могу подтвердить на собственном опыте, все остальное – истории силы.

Это правда, что некоторые традиции помогают поддерживать человека в хорошей физической форме, заботиться о своем здоровье, находиться в душевном и физическом равновесии, но мой аргумент здесь заключается в том, что можно сделать то же самое и самостоятельно. Благодаря дисциплине и силе воли, из каждой системы можно извлечь только то, что нам подходит, и избежать идеологических обязательств. Таким образом, мы будем свободны.

Традиции требуют от нас высокую плату в обмен на «руководство и выгоды», которые они даруют: они крадут нашу свободу. Следовательно, в соответствии с этими структурами или традициями у нас остается только закостенелый способ мышления и действия. Как я уже говорил, кто-то даже выходит провозглашать свою веру, нарядившись в нелепую одежду и украшения.

«Как что-либо может быть значимым, если оно ничего не дает и не создает, и не делает тебя счастливым?»

Тем не менее, мы должны не промолвить ни слова, уважая путь других, даже если мы не согласны с их идеями. «В этой гонке каждый делает ставку на свою лошадь». В игре верований и методов на кону наша жизнь и свобода, поэтому так важно сделать мудрый выбор. Поскольку мы ставим все на все, уважение к борьбе других – это единственный достойный способ поведения не только для воинов, но и для всех остальных.

Я очень уважаю простоту Армандо и его друзей, хотя некоторые из них, по мне, оказались чересчур фанатичными. На мой взгляд, из фанатизма не может выйти ничего хорошего. Я знаю это, потому что сам видел, как многие набожные люди обращаются в нагвализм, как если бы это была очередная религия. Они придерживаются тех же самых шаблонов, которым когда-то научились: прося, обсуждая и провозглашая свою новую веру.

Как будто им необходимо утвердиться в своих верованиях через убеждение других. Печально видеть, как эти фанатики делают так много шума на форумах и в социальных сетях. Я слышал комментарии и серьезно настроенных людей, и новичков, которые пытались искать более подробную информацию о нагвализме. Когда они сталкивались со скандалами и безобразными «дискуссиями» в Интернете, то принимали все это за истинный нагвализм и в итоге решали прекратить поиски.

Фанатики, действуя подобным образом, даже не осознают, что подобные действия не только очерняют имя, которое им досталось от предков, но и отдаляют их самих от духа. Реальность такова, что, желая привлечь к себе внимание, эти фанатики устраивают публичные демонстрации своего чрезмерно раздутого эго, что со стороны выглядит как переполох в курятнике, именно их поведение останется в памяти потомков.

Когда я прокомментировал Армандо эти аспекты поведения некоторых его друзей, он сказал, что нельзя судить других за их стремление быть максимально безупречными. Мне не понравился его ответ, но я ничего не сказал. Я долго молчал. Это правда, что судить других действительно нет причин. Тем не менее, я не был удовлетворен ответом и все еще размышлял над этим вопросом, ощущая почти нестерпимое желание спорить. И в тот момент я почувствовал щелчок в голове, и меня вдруг осенило.

Я осознал, что перестать беспокоиться о том, что делают или не делают другие – это самый эффективный способ сэкономить тонны энергии. C того момента я максимально безупречно практиковал это и проверил на собственном опыте, что это работает. Однако я также обнаружил, что данная практика имеет побочный эффект.

Армандо подтвердил, что если эту практику довести до крайности, то она неизбежно приводит к социальной изоляции, что подразумевает одиночество. Но с другой стороны плюс в том, что это ускоряет процесс потери человеческой формы. Он предупредил меня, что, когда бы это ни произошло, лучше забыть о прежнем мире, потому что становится еще сложнее иметь или поддерживать отношения с другими людьми.

При следующем удобном случае я высказал свое мнение, сообщив ему, что маг, решивший опубликовать свой опыт, как это сделал Карлос, должен быть готов к враждебной критике и травле и служить объектом насмешек со стороны тех, кто ничего об этом не знает. Для тех, кто не пережил этот опыт, истории могут показаться ложью.

Он кивнул в знак согласия и добавил, что по-настоящему понять это может только тот, кто сумел хоть на чуть-чуть отбросить образ самого себя и достичь момента внутренней тишины. Он добавил, ссылаясь на книги, что никакие усилия не были напрасны. Конечно, многие семена упадут на каменистую землю, но некоторые упадут на плодородную почву. И если послание призвано помочь хотя бы одному человеку, то все усилия того стоят.

Другой темой наших с ним бесед было то, как одним повезло стать частью группы магов (или семьи, как они ее называют), в то время как другие обречены быть одинокими птицами, возможно, вечно. Я сообщил ему об этом с оттенком скрытой жалобы, даже некоторой обиды. Он засмеялся и пригрозил меня стукнуть. Я прекрасно понял смысл его шутки. Думаю, что именно потеря человеческой формы делает магов такими, какие они есть. Я даже написал стихотворение, чтобы попытаться выразить это чувство:

Скитающаяся и одинокая птица

Следует за несбыточной мечтой.

Каким бы ни было расстояние, она продолжает свой путь …

Это случилось, когда я, было, решил, что потерял возможность принадлежать к миру нагваля. Именно тогда Армандо посоветовал мне принять на себя ответственность за свою собственную борьбу. Это и помогло мне с тех пор начать контролировать мою жизнь. Однако знаки не появились, и я продолжил следовать своему пути, подобно одинокой птице.

Как я и говорил, я вложил свои собственные ресурсы в публикацию всех этих книг. Я честно пытался сделать из этого профессию, благодаря которой мог бы безбедно существовать, но это было безуспешно. Кроме того, эта работа подвергла бесконечным нападкам: появилось много людей, искренне считающих, что я обязан отдавать труд и работу авторов просто так.

Возможно, в прошлом издание книг и было выгодной профессией, но сегодня, по причине распространения множества нелегальных копий, многие авторы буквально голодают. Большое количество издательств закрылось; пиратство фактически поставило книжную индустрию на грань исчезновения. Если эта тенденция сохранится, то будет в точности так, как однажды предсказывал Кастанеда:

«В ближайшем будущем у нас останутся лишь поверхностные, примитивные книги, написанные компьютерами, которые будут продаваться, как горячие пирожки, в аэропортах и магазинах самообслуживания».

Я считаю, что только те, кому удается достичь определенного уровня осознания, не принимают пиратство.

В последнее время, вдохновленный книгами, которые я опубликовал, я посвятил себя чтению лекций и курсов для тех, кто интересуется экспериментами. Похоже, это оскорбляет некоторых; возможно, они считают, что я это должен делать бесплатно. Правда заключается в том, что я делаю то, что делаю, в стремлении оставаться связанным с миром нагваля. По своему опыту знаю, как легко заблудиться в лабиринтах жизни. Мы принимаем на себя обязательства, которые могут отвлечь нас от поиска свободы. И когда человек осознает это, он уже погряз по шею в болоте повседневной жизни, с семьей и собаками, о которых нужно заботиться, безо всякой надежды выбраться.

Отсутствие необходимого контроля на разных этапах этого пути влечет за собой большой недостаток – риск умереть во время какого-то очень интенсивного опыта. Я узнал об этом, заплатив очень высокую цену. Опасность реальна. Если человек идет по этому пути, он должен осознавать, что вероятность смерти очень реальна.

С другой стороны, однако, есть преимущество в том, что поиск информации и знаний самостоятельно (то, что я называю принятием ответственности за свой собственный путь) освобождает человека от влияния «учителей», которые во многих случаях требуют, чтобы к ним относились как к божественным существам, – и все та же история повторяется снова. Я знаю, что многое можно сделать самостоятельно. Все, что нам нужно, это те самые «стальные яйца», о которых Карлос упоминал неоднократно. Это вопрос принятия решений. Если вы хотите, вы можете учиться с помощью книг или других средств, а затем принять решение действовать.

В значительной степени я отвернулся от многих людей, потому что мое желание помогать другим не раз влекло за собой серьезные проблемы. Моей ошибкой было то, что я не осознавал, что то, что хорошо для меня, не всегда хорошо для других. И если подумать об этом, в большинстве случаев мое желание помочь было лишь отражением моей личной важности.

Я осознаю, что мне еще предстоит пройти долгий путь, и чувствую, что у меня больше нет времени. Наступает старость, а ты все еще находишься посреди пустыни. Иногда я веду себя как идиот, как будто у меня есть все время мира. Именно тогда чувство срочности, о котором говорит Армандо в этой книге, становится особенно сильным.

Внутренняя работа никогда не заканчивается, ведь когда одна цель достигнута, сразу появляется новый вызов. Я надеюсь, что эта книга поможет друзьям, которые находятся на пути, заразиться чувством неотложности, унаследованным от нагваля, и суметь принять решение действовать, и, таким образом, преодолеть себя.

По-моему, все мы получили великолепный подарок от духа в виде новой книги Армандо Торреса.

Хуан Йолилизтли

Вступление

Для тех, кто не знаком с моими предыдущими работами – меня зовут Армандо Торрес. Я посланник и свидетель. Моя задача – рассказать все, что мне удалось узнать за годы общения с группой магов-целителей и их потомков. Во время нашей первой встречи они жили в маленьком городке в горах Центральной Мексики.

Моя встреча с этими целителями вовсе не была случайной: в то время я занимался поисками себя и больше всего на свете хотел отыскать философию, которая послужила бы мне дальнейшим руководством к жизни. Именно тогда мне представилась возможность принять участие в серии встреч с известным антропологом Карлосом Кастанедой.

Согласно моим записям, я впервые встретился с Карлосом, когда он приехал в Мексику, чтобы поспособствовать распространению свою последней книги «Огонь изнутри». По этому случаю он прочитал публичную лекцию, о которой я узнал только на следующий день. Я давно ждал этой возможности и сожалел, что упустил ее. Однако, к счастью, меня пригласили принять участие в эксклюзивной встрече в доме одного моего знакомого, где Карлос собирался выступить с речью. В тот день, благодаря знаку, мы с Карлосом стали друзьями и впоследствии встречались не один раз.

В своей речи, которую он произнес вскоре после сильного землетрясения, Карлос был очень воодушевлен; он упомянул, что в тот же день донья Флоринда покинула этот мир. Он вспомнил, какой импозантной особой она была, назвав ее «женщиной-Тольтеком» и рассказал нам, как она держала всех в железном кулаке. Хотя он и заявил публично, как сильно любит ее, у меня сложилось впечатление, что в глубине души он тайно радовался тому, что она, наконец, ушла.

В другой раз он сказал нам, что Кэрол Тиггс вернулась из иного мира, и это было потрясением для всех, потому что никто не ожидал увидеть ее снова. Он сказал, что ее присутствие среди них создало новое движение. С этого момента он начал открываться публике. Я всегда считал, что упражнения для больших групп было стратегией женщины-нагваля.

В следующий раз, благодаря предзнаменованиям, Карлос поведал мне о правиле трехзубцового нагваля и избрал меня в качестве посланника. Он сказал, что я должен сообщить об этом только через четыре года после того, как он уйдет. Так я и сделал в своем манифесте под названием «Правило Трехзубцового Нагваля», книге, давшей начало этой серии работ.

Так, через знаки и предзнаменования и развивались наши отношения. Однажды, когда мы сидели на скамейке на площади, Карлос сказал, что нашел «именно то, что мне было нужно». Он объяснил, что посылает меня навестить древних видящих, «некоторых злых магов», чтобы я мог побеседовать с силой. Я беспокоился о своей безопасности и ждал инструкций, но они так и не поступили, и Карлос никуда меня не направил. На самом деле, я уже стал забывать об этом, пока однажды, в качестве части плана, он не взял меня с собой в кафедральный собор Мехико, где он представил меня местному магу.

Некоторое время спустя, одним ранним утром Карлос позвонил мне. Он приехал в Мехико, но чувствовал себя очень плохо и спросил меня, смогу ли я принести кое-какое лекарство, «единственное, что могло бы ему помочь». Это лекарство приготовил для него травник, живший в соседнем городе. Я выполнил просьбу Карлоса, а поездка в этот город навсегда изменила мою жизнь. Тогда-то я и познакомился с целителями.

Случилось так, что в силу обстоятельств дух захотел, чтобы я отправился в поход вглубь холмов на поиски лекарственных растений. Там меня чуть не убила группа сборщиков трав, которые объявили эту территорию своей. Они избили меня и оставили умирать.

Волей судьбы это не был мой конец – меня нашла целительница. Она вылечила мои раны и взяла меня в свои ученики: это была женщина-нагваль донья Сильвия Магдалена.

Только с течением времени я смог понять, как маги играют с линиями, которые формируют вещи, так, что то, на что они хотят воздействовать, получается так, как они этого хотят. Поэтому я не могу утверждать, что Карлос все заранее подготовил таким образом, что события произошли именно так. Однако я уверен, что это было его намерение, потому что оказалось, что маг, которого он представил мне в тот день в соборе Мексики, был не кто иной, как мой бенефактор дон Мельчор Рамос, лидер группы целителей.

Я не могу сказать, что эти целители следуют той же традиции, которую Карлос описывает в своих книгах, но конечная цель, безусловно, та же. Я упоминаю об этом, потому что в Мексике существует большое разнообразие потомственных линий тех, кто ищет силы и мудрости множеством различных способов, и причины которых не всегда просветление и свобода.

Часть 1