Алхимики

Глава 5

Рейнард уселся на полу, прислонившись спиной к стене, и прикрыл глаза. Подумал, что надо бы обзавестись широкополой шляпой. Удобно: хочешь, надвинул на глаза и отгородился от света, хочешь – подглядывай тихонько из-под полы. Но ведь всё равно, поди, стражники отобрали бы. Но в планы на будущее надо будет себе записать.

Девчонка пыталась расхаживать по камере, что при размерах помещения было затруднительно. Полтора шага в одну сторону, полтора в другую, ещё и перешагивая через ноги Рейна каждый раз. Но одёргивать её он не стал, и без того бесится. Хотя было бы, о чём волноваться. Будто первый раз под арестом…

А может, вправду в первый? Ну, у всех когда-то бывает первый раз. И этот – далеко не самый болезненный. Привыкнет, потом ещё и понравится. На суде можно знатно развлечься, особенно если заседание будет открытым, при всём честном народе. При зрителях выступать всегда веселее. Да и беспорядки создать проще.

Главное – добраться до сумки, а там уж что-нибудь из запасов зелий под руку подвернётся. Кажется, там завалялась пара порций средства от мелких вредителей, дым от него столбом и жутко вонючий. Разбегутся не только жуки и крысы, но и вся стража – так что на крупных вредителей оно тоже действует. Хотя местные привыкли к вони рудника. Но ничего, как известно, даже если вас съел грифон – у вас всё равно остаётся как минимум два выхода.

Стоило бы подумать, чего это ректору спустя полвека от него понабилось. Но какая разница? Идти на аудиенцию, чтобы это выяснить, Рейнард точно не собирался. К тому же, тут прямо под боком куда более интересная загадка. Деревенская ведьмочка-то оказалась совсем не проста. Мало того, что убийца, это ладно, кто без греха. Но зелье личины… Состав-то не из простых, особенно такой, чтоб эффект несколько дней держался, а не пару часов. Но и тут пустые догадки строить нет смысла. А чтобы задавать вопросы – сперва надо выбраться на свободу. Значит, прямо сейчас делать вообще нечего, остаётся только ждать.

Но ждать долго не пришлось. Или так показалось Рейнарду, всё-таки сумевшему задремать. Разбудили его пинки в бедро носком некачественного дамского башмачка.

– Он что, вправду дрыхнет? – послышался чей-то на удивление знакомый мужской голос. – Вот уж неожиданно. Тут такая девушка под боком скучает, а он храпака даёт. Старость, видать, никого не щадит.

– Может, его копьём потыкать? – предложил уже незнакомый голос, видимо, стражника.

– Да, потыкай, и посильней! – с энтузиазмом поддержала предложение Даниэлла.

Рейн чуточку приоткрыл глаза, осматриваясь из-под век. Ага, голос опознал правильно. Хотя вот уж кого не ждал тут встретить. Впрочем, это наверняка не случайность и связано с объявлением о розыске.

– Магистр Лофтус, – поднимаясь, поприветствовал посетителя Рейн. – Какими судьбами?

– Шёл в женское крыло общежития и немного заблудился по дороге, – ухмыльнулся Лофт, пожимая плечами. – А ты откуда о моём повышении слыхал?

– Уж если б ты за полвека так и не стал магистром, я бы сейчас даже разговаривать с тобой не стал, – зевнул Рейн. – Так чего тут забыл? Или надо спросить – зачем меня искал?

– Он спросонья всегда такой раздражённый, – повернувшись в Даниэлле, громким шёпотом сообщил Лофт.

Он кивнул стражнику и тот принялся ковыряться в замке двери камеры, подбирая ключ из большой связки.

– У нас возникли… кой-какие затруднения, – неопределённо пробормотал Лофт, обращаясь уже к Рейнарду. – Ректор хотел бы с тобой поговорить. По очень важному делу. С большим вознаграждением. И интересным бонусом.

На последних словах он хихикнул.

– А если я не хочу? – осведомился Рейн.

– О, уверяю, ты захочешь, когда узнаешь про бонус. Да и само задание… небезынтересно.

Стражник, наконец, разобрался с замком, хотя, судя по тому, как при этом вспотел, это потребовало всех его физических и умственных сил. Рейн толкнул дверь, так что ключи вылетели, а как только стражник за ними наклонился, немедля получил пинка под зад и растянулся на полу.

– Рейн, – с притворным осуждением протянул Лофт. – Ну что за агрессия.

– Я же не превратил его в жабу. Хотя, кажется, кто-то это сделал задолго до меня, просто жаба получилась крупной и оделась в форму.

Стражник издал звук, подозрительно похожий на кваканье, так что Лофт не сдержал насмешливое фырканье.

– Ладно, твои поиски уже влетели Академии в сотню золотых, так что поехали, прокатимся. Даже если откажешься, получишь в виде компенсации за беспокойство ещё сотню, я договорился. Но ты точно не откажешься, если я тебя хоть чуточку знаю.

Рейн кивнул. Кое-как поднявшийся с пола стражник обошёл его стороной, спиной по стенке, и собирался уже снова запереть камеру.

– Эй! – возмутился Рейнард. – Она со мной! Или я никуда не еду!

Лофт пожал плечами и махнул рукой стражнику. Но тот мялся, не торопясь снова открывать дверь.

– Она это… того, – промямлил он. – Убивца она. Полтыщи монет дают.

Лофт скривился, посмотрел на Рейна. Тот упрямо поджал губы и непреклонно кивнул.

– Ладно, – протянул магистр. – Выпускай. А насчёт награды… Напишите запрос в секретариат Академии. Ответ получите в установленные нормативами сроки. Не забудьте заверить прошение печатью начальника стражи, подписью городского головы, приложить показания трёх свидетелей, опознавших преступницу, протокол ареста, копию обвинения, протокол заседания по делу, копию заключения о смерти того, в чьём убийстве она подозревается… ну и всякие-прочие необходимые документы, подтверждающие то и это, – махнул рукой Лофт. – Сами знаете, чего там положено.

Стражник смотрел на него с открытым ртом, из уголка которого по подбородку медленно стекала слюна. Отодвинув его в сторону, Рейн забрал ключи и сам отпер дверь.

– Ну, ты идёшь или тут понравилось?

– Да, эта камера мне уже почти как дом родной, – фыркнула Даниэлла. – Тем более что мой-то дом по твоей милости сгорел!

– А вот теперь я узнаю старину Рейнарда, – хохотнул Лофт. – С ним приключения всегда просто огонь. Вот помню…

– Давай не будем предаваться воспоминаниям юности, – перебил его Рейн. – Подавай карету, и валим из этого вонючего городишки. По пути расскажешь, по какому такому поводу ты мне веселье испортил. Дважды.

Из здания тюрьмы они вышли беспрепятственно. Хотя стражники и косились с удивлением на Даниэллу, насчёт освобождения которой уговора не было, но остановить не пытались. Если представитель Академии что-то делает, мешать не в их компетенции, пусть начальство разбирается. А то ведь может в жабу превратить, а то и чего похуже. Если поссориться с магом-одиночкой ещё можно рискнуть, то со всей Академией уж точно не стоит.

Карета затряслась по неровной дороге, удаляясь прочь от жалкого городишки. Заколдованные кони могут скакать без устали хоть несколько дней подряд, но наверняка маги в Академии сейчас готовят обратный портал, не мог же Лофт добраться обычным путём за несколько часов. Оставался только вопрос, из-за чего такая спешка и суета.

– Ну и что случилось? – осведомился Рейн.

Даниэлла забилась в угол, делая вид, что сосредоточенно смотрит на унылый пейзаж за окном, но наверняка внимательно прислушивалась к разговору.

– Если кратко, то глава кафедры алхимии напортачил, а исправлять придётся тебе, – вздохнул Лофт. – А ещё ректор обещал в качестве вознаграждения отрезать бороду, привязать к чреслам и пробежаться так по двору. Ну и денег. Подробности нужны или подождёшь разговора с ним самим?

– Да без разницы, – усмехнулся Рейнард. – Ради такого зрелища можно сделать почти что угодно.

– Ну вот, я так и знал, – закивал Лофт. – Эх, жаль я с тобой пойти не смогу, жена не пустит.

– Ты женился?

Лофт тут же принялся во всех подробностях излагать историю знакомства с женой, а Рейн только иногда кивал в нужных местах. Рассказывать о своих делах ему совершенно не хотелось, по крайней мере, в присутствии Даниэллы. Так что пусть старый приятель поболтает, тем более девчонке будет полезно немного узнать о нравах и порядках Академии.

***

– Достать Магистериум Ребис? – вскинул брови Рейнард. Такого поручения он не ожидал. Хотя с учётом заявления про бороду, стоило догадаться, что потребуют совершить невозможное. – Да ты спятил, старый дурак! Может, ещё луны с неба снять и пожонглировать ими?

– Прекрати строить из себя первокурсницу, Лис, – отмахнулся ректор. – Я прекрасно знаю, что ты согласишься. Не набивай цену, а просто назови. Сам понимаешь, положение у нас…

– Не у нас, а у тебя, – поправил Рейн, вспоминая вид главы кафедры алхимии. К счастью, этот комок слизи уже вывели из кабинета и смотреть на него больше не требуется. – Философский камень за каких-то несколько тысяч золотых и твой позор? Маловато, маловато будет!

– Несколько тысяч? – чуть не поперхнулся ректор, но вздохнул и взял себя в руки. – Ладно, чего ты хочешь? Место в Академии? Моё место? Статую в два роста во дворе?

– Статую – это неплохая идея, – протянул Рейн. – Только не во дворе, а на площади в столице. И не в два, а в пять ростов. И из золота.

– Мы возьмёмся за это дело, – внезапно вмешалась Даниэлла. Рейн в пылу спора уже почти забыл, что она тоже присутствует в кабинете. – За место в Академии. Для меня. Должность нового главы кафедры алхимии вполне подойдёт.

Рейнард и ректор переглянулись и синхронно рассмеялись. Но тут же оба одёрнули себя – не хватало ещё в чём-то быть солидарными.

– Девочка, ты… – начал было ректор.

– Ты мне должен! – перебила его Даниэлла, обращаясь к Рейнарду. – Раз уж всё равно собирался взять с собой, если мы найдём или создадим Магистериум Ребис, то, как думаешь, после этого я буду достойна должности главы кафедры?

– А в этом что-то есть… – задумчиво протянул Рейн.

Создать! Ну конечно, вот и ответ! Найти то, чего не существует в природе, нельзя. Но вот создать – почему бы и нет? И, возможно, помощь даже дилетанта, хотя бы в качестве непредвзятого взгляда, не помешает. А может, не такая уж и дилетантка эта сельская ведьма. Учитывая эликсир личины…

– Ладно, мы берёмся, – кивнул Рейн. – Готовь деньги и точи ножницы. Но если дело затянется на пару лет… Ну, сам понимаешь.

– Понимаю, что у меня нет выбора, – скрипнув зубами, согласился ректор. – Но без пригляда я тебя не отпущу! А то засядешь в кабаке, пропивать казённые денежки! Знаю я тебя.

– Лофт не сможет…

– С вами отправится магистр Керн! – отчеканил ректор.

Рейн скривился, пожал плечами, встал и направился к двери. Про Керна он уже успел наслушаться от Лофта по дороге и путешествовать с этим типом совершенно не желал.

– Эй, ты куда собрался? – окликнул ректор. – Мы договорились или нет?

Рейнард, не оборачиваясь, снова пожал плечами и вышел, хлопнув дверью. Пусть старикашка помучается. Может, всё же передумает насчёт приставленного надзирателя. А если нет – что ж, согласиться всё-таки придётся. Не упускать же такую возможность. А болвана-попутчика всегда можно случайно потерять где-нибудь в толпе в большом городе. Или скормить грифонам.

Глава 6

Даниэлла стояла перед золочёным зеркалом, усердно расчёсывая длинные волосы. Комната, которую выделили ей на этот раз, отличалась кричащей роскошью. Помнится, в годы обучения ей отводилась койка в общей спальне на шесть человек. Никакого уважения к будущим светилам всея магичества.

Даниэлла усмехнулась, вспоминая дни, проведённые здесь.

За двадцать лет тут ничего не изменилось. Да и что такое двадцать лет в магическом мироисчеслении? Так, мелочь. Ничего не значащая мелочь. Золотой шпиль за это время не истончился. Башня архимага не облупилась. Канцелярия не дала ни одного сбоя в отлове юных дарований и запудривании им мозгов. Весь механизм магического порабощения работал чётко и слаженно. Только она, вот уже двадцать лет, не была его частью.

Всю дорогу до Академии Даниэлла ждала, отзовётся ли где-нибудь в дальнем уголке её души что-то щемящее и тревожащее. Но то ли души у неё совсем не было, то ли уголки были заняты чем-то другим. Вид ажурных кованых ворот с вензелями из чистого золота и драгоценными камнями, две такие же золотые горгульи по бокам от врат и дорожка, вымощенная самым дорогим песчаником в Империи. Всё это вселило лишь уныние и скуку. А уж вид здания самой Академии, подобно толстой жабе распластавшейся в разные стороны, так и вовсе заставил алхимичку скривиться, словно от зубной боли. К счастью ни магистр, ни Лис этого не заметили. А значит, она сможет избежать ненужных вопросов.

Карета подъехала к тайному входу, отчего девушка усмехнулась. Старый дурак не хотел светить таких гостей перед юными дарованиями. И её это вполне устраивало. Чем быстрее она окажется вне досягаемости, тем будет лучше для всех.

Разговор Лиса и ректора она слушала вполуха. Её мало интересовало, для чего одному недоразумению понадобилось второе. Правда, идея создать философский камень заставила её пересмотреть свои планы. Но, в общем и целом, тоже вполне укладывалась в её собственный порядок действий на пути к лучшей жизни. Оставалось решить вопрос с убедительностью, но и тут проблем не возникло. И Лис, и ректор оказались весьма сговорчивыми, чтобы проглотить её маленький спектакль. Один считал её слишком глупой, второй – вот уже более сотни лет веровал в то, что Академия – дар Всетворца и нет большей благости, чем быть её частью.

Стук в дверь заставил Даниэллу вздрогнуть. Два длинных и три коротких удара. Не веря собственным ушам, она развернулась и уставилась на дверь. Та отворилась с противным скрипом.

– Маленькая Дана вернулась в родные стены и даже не зашла поздороваться, – на пороге стоял высокий мужчина. Лицо скрывала тень, но даже посреди чистилища Даниэлла узнала бы этот голос.

– А если закричу? – сквозь зубы процедила девушка.

– И что? Сюда прибежит твой Лис? Ты ему пожалуешься на моё плохое поведение? Или, может быть, поведаешь историю своей внеземной любви?

– Заткнись!

Даниэлла оглянулась в поисках чего-нибудь тяжёлого. К несчастью, единственный канделябр стоял как раз возле входа. Сжав кулаки от ярости и бессилия, Даниэлла попыталась успокоиться.

– Ай-яй-яй, никакого уважения к магистру! А я хотел сделать комплимент. Сказать, что годы пошли тебе на пользу, – лениво протянул мужчина и шагнул внутрь. – Я бы не отказался повторить наше маленькое приключение.

– Вместе с его финалом? – едко поинтересовалась Даниэлла.

– Увы, – картинно развёл руки тот. – Все, что ты теперь можешь – стрелять глазками и мысленно желать мне мучительной смерти.

– Вашими стараниями, магистр Керн.

Мужчина рассмеялся, упиваясь её беспомощностью и злостью. Но в бледных, голубых глазах не было и искры веселья.

– Выкладывай, что тебе нужно и проваливай. Я спать хочу!

– Да уж, малышка Дана всё такая же сообразительная. Это не может не радовать.

– Что тебе нужно? – повторила свой вопрос Даниэлла, старательно игнорируя все его подначивания.

– Фу, какой скучной ты стала. А где же твой задор? Помнится, в былые времена искры так и летели!

– У тебя проблемы с памятью! И с головой.

Её начинало утомлять это хождение по кругу. Видимо, Керн понял, что сегодня явно не сможет вывести её из себя, потому перешёл к делу.

– Ты в курсе, что папаша-ректор заставил меня плестись за вами неведомо куда?

Даниэлла в ответ пожала плечами. Ей было глубоко безразлично, кто, куда и кого послал.

Керн раздражённо откинул светлую прядь со лба и продолжил.

– Так вот, малышка. У меня к тебе маленькая просьба. Сделай так, чтобы этот придурок либо забыл, кто он и куда идёт, либо потерялся где-нибудь в самом начале пути.

– Все, что я могу – мысленно тебя проклинать, забыл? Я уже двадцать лет, как под блоком живу, – мило улыбнулась Даниэлла, радуясь тому, что может хоть как-то расстроить его планы.

– Так потребуй у папаши снять его! – воскликнул тот. – Сделай что-нибудь, чтобы я побыстрее вернулся в родные стены. Если надо – прикончи Лиса. Тебе же не привыкать!

В голосе прозвучал явный намёк на события, о которых она вот уже десять лет старалась забыть.

– Я этого не делала! – против воли вырвалось у неё.

Керн несколько мгновений молчал, рассматривая. После развернулся и шагнул к выходу.

Уже через плечо он бросил:

– Я в курсе. Был на месте, это была не твоя магия.

Перед глазами всё потемнело от подступившей ярости.

– Но ты же знаешь, как я не люблю наш финал.

Дверь захлопнулась раньше, чем Даниэлла подскочила к канделябру, чтобы опустить его на блондинистую голову Керна. Из коридора она услышала его смех.

Значит, эта белобрысая скотина с самого начала знал, что она не виновна. И не сделал ничего, чтобы снять с неё обвинения.

Ярость, и без того клокотавшая в груди, превратилась в абсолют. Где-то в подсознании Даниэлла даже порадовалась, что сейчас лишена всякого доступа к магии. Иначе она не ручалась бы за безопасность обитателей этого змеиного логова. С каждым новым ударом сердца в сознании всё отчётливее проступал план мести. И Керну, и ректору, и этому косорукому соплелову. Представляя, какое счастье она испытает, когда всё закончится, Даниэлла забралась в постель и постаралась заснуть.

Утро наступило внезапно, ворвавшись в комнату жуткой какофонией звуков. Даниэла вскочила, с трудом понимая, где она находится и что происходит.

Проклятья, сорвавшиеся с губ напугали служанку, раскладывающую одежду на мягкой банкетке.

– Что за дрянь?

Служанка испуганно вскинулась и отшатнулась.

– Простите, госпожа, я уже ухожу.

– Да я не про тебя, – махнула рукой Даниэлла. – Я про этот ужас.

Она кивнула куда-то неопределённо вверх.

– Вы про оду ректору? – осторожно поинтересовалась девушка, видимо, боясь вызвать новую волну негодования.

– Что-что? – Даниэлле показалось, что она ослышалась.

В воздухе тем временем гремело нестройное:

– Да будет в веках и легендах воспет,

Наш гений магических таинств.

– Тому, кто когда-то родил этот бред, наверно, от жизни досталось, – не сдержалась Даниэлла. Служанка хихикнула, но тут же испуганно прикрыла рот ладошкой.

– Оду ректору поют каждое утро, когда его магичество шествует на завтрак, – пояснила девушка. – Вот уже десять лет.

– Как же вовремя я отсюда свалила, – пробормотала Даниэлла. – И что? Все поют?

– Все. Все студенты в своих комнатах. А заклинание разносит песнь по всему зданию. А магистры и профессора приветствуют одой ректора, когда тот входит в трапезный зал.

– Постой. То есть они все стоят сейчас там и тоже поют этот бред?

Служанка снова хихикнула и утвердительно кивнула.

Перед глазами Даниэллы тут же встал Керн, распевающий эту ерунду. И настроение моментально улучшилось.

Позволив служанке одеть себя, причесать и забить голову всевозможной информацией о нравах современной Академии, к моменту выхода из комнаты Даниэлла была во всеоружии.

Немного пропетляв по коридорам, она всё же вышла в центральный. Там её уже ждал Лис. Удостоив её оценивающего взгляда, он нагло усмехнулся и с напускной вежливостью поинтересовался, как прошла ночь.

– Явно получше твоего, – рассматривая изрядно помятого Рейна, ответила Даниэлла.

– Сколько укора в твоём взгляде, кудряшка. А между тем, вчера состоялось воссоединение двух старинных друзей!

– Ты бы поосторожней со своей стариной носился. А то того и гляди отвалится в один прекрасный день. И ни один магик не поможет.

– Скажи, а ты всегда такая раздражительная по утрам? – ничуть не смутившись, продолжил Лис.

– Нет, только когда вижу твою наглую физиономию!

– Ну надо же, я начинаю входить у тебя в привычку! Это определённо хороший знак!

Даниэлла сделала глубокий вдох и пошла вперёд, не обращая внимания на болтовню соплелова. Сегодня ей предстоял важный разговор с ректором. А к этому делу надо было подходить с холодной головой.

К моменту, когда Даниэлла и Лис добрались до обеденного зала, тот заметно опустел. За главным столом всё ещё восседал ректор, потягивая настой липы из хрустальной чаши. В парадной золочёной мантии он мог бы выглядеть величественно, если бы она не висела на его костлявом теле, как на вешалке. Редкие седые волосы вокруг лысины на макушке тоже не добавляли благообразности. И даже длиннющая седая борода стала какой-то куцей, будто старик в припадках то ли ярости, то ли отчаяния регулярно драл из неё волосы.