- -
- 100%
- +
Корректор Татьяна Ивановна Игнатович
© Мария Тович, 2020
ISBN 978-5-0051-7578-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1. Шептуньи
– Теперь можно не торопиться домой и дождаться десерта, – радостно потёр руки Егор, возвращаясь к столу.
В зале становилось всё теснее и теснее. Подкрепившись, гости отправлялись танцевать под звуки жизнерадостных дудок и трепетных скрипок.
– Что расселся? Иди, пригласи Рату, – Егор подтолкнул Тиму в бок. – Стесняешься?
Тима не успел ответить, как музыку прервало странное шипение. Инструменты жалобно пискнули и замолкли. Затем раздался пронзительный смех. Все, как один, посмотрели вверх. Под высоким каменным сводом, вокруг массивной люстры со свечами кружили два тёмных силуэта. Ещё одно существо сидело в проёме открытого окна и заливалось визгливым смехом. С виду оно походило на крылатую змею с когтистыми лапками. Его длинное тело было покрыто мелкими чешуйками, которые блестели как чёрные жемчужины. Приплюснутая голова с отливающими золотом глазами, окружённая широким капюшоном, скалилась и высовывала тёмно-фиолетовый язык.
– Шептуньи! Что они здесь делают? – королева Мариэлла бросила гневный взгляд на Азария, командира дворцовой стражи.
– Вы приказали выпустить всех волшебных существ. Начальник тюрьмы…
– Начальник тюрьмы – болван! – резко оборвала его Мариэлла. – Этих тварей нужно срочно вернуть за решётку! Немедленно!
– Сейчас исправим, – покорно наклонил голову Азарий и вынул из ножен короткий меч, с которым никогда не расставался.
В этот момент все три шептуньи мягко спланировали вниз, опустились на стол и превратились в прекрасных девушек.
Тима и Егор открыли рты от удивления. По залу как ветром пронеслось общее «Ах!». Насколько шептуньи были уродливы в своем змеином обличье, настолько они были прекрасны в образе девушек. Их хрупкие плечи прикрывали упругие локоны, а янтарные глаза смотрели нежно и немного лукаво. Гибкие и тонкие, в полупрозрачных легких платьях девушки грациозно ступали прямо по дубовому столу, небрежно пиная кружки и блюда. Те с грохотом и жалобным звоном падали на пол.
Женщины провожали юных красавиц испепеляющими взглядами, а мужчины, наоборот, жадно рассматривали их.
Тима искоса посмотрел на Тессу. Стражница схватилась за рукоятку меча и была готова ринуться в бой.
«Наша воительница их явно недолюбливает».
Ему очень хотелось посмотреть на девушек ещё, и одновременно с этим Тима чувствовал, что вид красавиц рождает внутри него какое-то странное чувство.
Тогда он перевел взгляд на Егора, который не сводил глаз с шептуний, бессовестно разглядывая тех и ухмыляясь.
«Этот безнадёжен».
– Эй! – затормошил его за плечо Тима. – Ещё пару минут назад они были мерзкими крылатыми змеями.
– Отстань, – отмахнулся Егор и, не оборачиваясь, прошептал – клёвые тётки.
Тима вздохнул и снова искоса посмотрел в сторону девушек, приблизившихся к трону, на котором сидела королева вместе с дочкой. Мариэлла нервно схватила за руку растерянную Рату.
– Ты думаешь, тебе всю жизнь удастся обманывать окружающих, Мариэлла? – замурлыкала одна из шептуний.
– Изменщица. Предательница. Но вот-вот всё раскроется, – присоединилась к ней вторая и толкнула изящной ножкой большую серебряную тарелку. Та со звоном отлетела прямо в голову Феодонию. Охранник машинально отмахнулся и продолжал глупо улыбаться, даже не замечая растущей на лбу шишки.
– Скоро он придёт! Скоро он придёт! – заголосила третья шептунья. – Скоро он придёт… за ней! – указала она острым длинным ногтем на королеву.
– Азарий! – умоляюще вскрикнула Мариэлла.
Командир охраны замотал головой, как будто стряхивая с себя налипшую паутину, и замахнулся мечом.
Девушки тотчас обернулись крылатыми змеями и вылетели в окно, оставив после себя только эхо насмешливого хохота.
Зал наполнился беспокойными перешёптываниями. Королева поднялась со своего места, гордо вскинула подбородок и объявила:
– Не бойтесь, жители Исседонии. Как известно, шептуньи давно изгнаны из наших краев. А эти – будут пойманы и снова помещены в тюрьму. Пусть наше торжество ничто не омрачает. Моя дочь Рата, наконец, снова с нами. И мы благодарны её друзьям из далёкой человеческой страны, которые помогли ей вернуться домой, – Мариэлла указала рукой на Тиму с Егором и снова обратилась к залу: – Это праздник для нас, для всех жителей нашей любимой страны Исседонии. Веселитесь, друзья.
Затем королева торопливым жестом подозвала Азария и что-то горячо зашептала ему на ухо, не сводя глаз с Раты. Командир коротко кивнул.
Гости продолжили трапезу. Зазвучала бодрая музыка, танцующие пары снова заполнили зал.
– Что это за шептуньи? Почему их изгнали? – повернулся Егор к Тессе, которая сидела, уставившись перед собой неподвижным взглядом.
– Потому что ни одна нормальная женщина не потерпит соседства с этими… —охранница перевела дух в поисках подходящего слова.
– Завидуете, – ухмыльнулся Егор. – Конечно, такие красотки рядом.
– Знал бы ты, сколько горя они принесли! Сколько семей оставили без отцов! – взорвалась Тесса. – И моего отца они украли. Бесстыжие девки! «Красотки»… Рыщут по земле в поисках чужих мужей. А те, глупые, как будто разум теряют, увидев их. Бросают всё. Ничего слышать не хотят. Последнее готовы отдать, лишь бы с этими змеями быть.
«Наверное, мой отец тоже к такой „шептунье“ ушел, когда оставил нас с мамой», – горько вздохнул Тима, вспомнив осунувшееся лицо своей матери.
– Но это еще не всё… – Тесса продолжала уже тише. – Наигравшись со своими жертвами, шептуньи превращаются в крылатых змей и улетают в горы. Там, на большой высоте у них обустроены гнезда. Там же появляются на свет их уродливые птенцы – полуисседонцы, полузмеи, полуптицы. Рассказывают, что это редкостные уродцы. Хотя кто знает, как они выглядят на самом деле. Птенцов шептуний никто никогда не видел…
– Прямо никто-никто? – спросил Егор.
– Нет. Как только птенцы появляются, – Тесса сделала паузу, – шептуньи тут же их съедают. Чтобы не потерять способность превращаться в юных девушек. Иначе они останутся крылатыми змеями и уже никогда не вернутся к прекрасному облику. Это их плата за неувядающую красоту.
– Аж противно, – скривился Егор.
– Говорят, эти горе-матери видят будущую смерть своих детей. Это знание помогает заглушить их материнский инстинкт. Они верят, что избавляют свое чадо от заготовленных страданий.
– Бред какой-то… – покачал головой Тима.
– Поэтому этих тварей изгнали из наших мест, оставшихся держали взаперти. Аппетиты у них неуёмные: шептуньи постоянно кружат в поисках новых приключений.
Музыка внезапно снова оборвалась, потому что ворота парадного входа резко распахнулись. Гости расступились, пропуская троих людей. Впереди шёл невысокий моложавый мужчина с рыжими волосами и косматой бородой. В каждом энергичном движении его на первый взгляд щуплого тела чувствовалось бурлящее негодование. За ним следовали юноша и девушка.
Рыжий бородач остановился в центре зала и в упор поглядел на побледневшую королеву.
– Мариэлла, ты обвиняешься в измене трону и покушении на жизнь короля. Ты поплатишься за то, что сделала. Это обещаю тебе я, король Гоба. Стража, арестуйте её.
Глава 2. Король Гоба
В зале повисло изумленное молчание, которое нарушили лишь гулкие шаги четырех стражников, направившихся к хрупкой фигуре королевы.
– А где твой преданный пёс? Где этот верзила Азарий?! – властно выкрикнул Гоба.
Тима и Егор завертели головами. Азария нигде не было видно. Рата тоже исчезла удивительным образом.
– Ты их не найдешь, – холодно ответила Мариэлла, к которой вернулось самообладание. – Азарий позаботится о Рате.
– Рата? Так ты её назвала? – сверкнул глазами король. – Как только я отыщу их, Азарий ответит за всё. А… Рата…
– Не смей к ней даже прикасаться! Я не позволю… – дёрнулась Мариэлла, но охрана тут же преградила ей путь.
– Посмотрите на неё. Да она сумасшедшая! Хочет спрятать от меня мою собственную дочь. Она, вообще, моя? Или я чего-то не знаю?
Презрительно взглянув на него, Мариэлла отвернулась и ничего не ответила.
– Уведите её, – скомандовал король страже и обратился к застывшей публике:
– Уважаемые исседонцы! Это я, король Гоба из рода Гельвакоров. Тринадцать лет назад вас обманули, сообщив, что я погиб. Всё это время меня держали в заточении по приказу королевы Мариэллы. Сегодня я возвращаю себе законный трон. Королева и её подельник Азарий Мерцоха будут наказаны за свое злодеяние. А принцесса… Ещё неизвестно, является ли она настоящей принцессой и наследницей трона. Как вы уже поняли, королеве Мариэлле на слово верить нельзя.
– Что происходит, Ирениус? – Егор дёрнул за широкий рукав оказавшегося рядом волшебника.
– Я не понимаю. Мы думали, что король Гоба погиб, – забормотал старик.
Король продолжал:
– А это мои почётные гости: Тельтан и Кассия, – Гоба посторонился и указал ладонью на сопровождавших его подростков.
Тельтан выглядел чуть старше Егора, лет на шестнадцать. Он был достаточно высок и хорошо сложён. Вытянутый и крепкий, как профессиональный пловец. Со смоляными волосами и длинными прямыми ресницами. Его по-женски миловидное лицо делали строже лишь острые скулы и уверенный взгляд тёмных глаз.
Нежная, как водяная лилия, Кассия отличалась бледной кожей, персиковым румянцем и длинными тёмными волосами. Она застенчиво смотрела в пол, не поднимая глаз на присутствующих.
Оба подростка были одеты в серые тюремные робы из грубой ткани.
– Благодаря моим друзьям, я сумел не потерять рассудок в заточении. Если бы их не поместили в соседнюю камеру, я бы сошел с ума. Дружеские голоса за стенкой – единственное, что поддерживало меня все эти годы. Мариэлла, видимо, окончательно обезумела, заперев их в тюрьму ещё детьми. Вот какая королева правила Исседонией, моим народом! Вот, кто довел вас до угнетённого, жалкого существования. Но теперь всё изменится.
Король обвёл уверенным взглядом присутствующих. Тут кто-то из толпы крикнул:
– «Да здравствует король Гоба!»
Радостным приветствием отозвались все собравшиеся. Музыканты заиграли какую-то бравурную музыку.
Егор и Тима переглянулись. Вокруг бурлил народ. Истеричные звуки скрипки и неистового барабана оглушали. Невнятные возгласы, обрывки песни, тосты за короля – всё смешалось в один сливающийся шум.
«Как-то слишком они усердствуют, изображая радость от возвращения своего правителя», – подумал Егор. Не разделяли всеобщего веселья только Тесса и Ирениус. Воительница в замешательстве молчала, а волшебник обмахивался ладонью, как будто ему было очень жарко.
– Ирениус, тебе плохо? – обеспокоенно спросил Тима.
Тот согласно закивал:
– Мне нужен глоток свежего воздуха.
Старик с помощью Тимы и Егора протиснулся сквозь массу веселящейся публики и вышел в боковую дверь. За пределами замка было тихо и темно. Уютная тёплая ночь встретила мальчиков и волшебника приятным ветерком и россыпью мерцающих звезд на небе.
– И что это было? – повернулся к волшебнику Егор.
– Я пока не могу придти в себя, – погладил свою бороду Ирениус. – Королева Мариэлла всегда была всеобщей любимицей. А тут – «предательство»… «измена»… Какие-то двусмысленные намёки. И от кого? От самого короля Гобы. Уважаемого и столь же горячо любимого мной правителя. Который восстал из мертвых. Ух, голова идёт кругом.
– А Рата? Что с ней теперь будет? И где она? – взволнованно проговорил Тима.
– Видимо, она с Азарием…
– Которого король Гоба назвал «преступником», – добавил Егор. – Везёт же нашей умнице …в «хорошие» компании попадает. То псих Туреску забрал в свой замок, то вот теперь Азарий – предатель в бегах. Кстати, что он натворил?
– Король пообещал их найти, – вздохнул Ирениус. – А вы, ребята, возвращайтесь домой. Это не ваша история.
– Мы не можем сейчас вернуться обратно, – негромко, но твёрдо сказал Тима. – По крайней мере, надо удостовериться, что с Ратой всё в порядке. Егор, ты как?
– Слушай, я только «за». Волшебные акварели у нас. Нарисуем дом, вернёмся, когда захотим. Пара дней погоды не сделает. Только у меня есть одно условие – найди мне кровать помягче. А то на соломенных подстилках спать надоело.
– Ты же сам сказал: «Акварели у нас». Будет тебе кровать с периной, принцесса на горошине. Нарисую, как в сказке, – подмигнул ему Тима и достал из широкой холщовой сумки альбом с красками. – Тебе какую создать? С розовым балдахином? А пододеяльник – с нарисованными мармогами?
Тима уверенно взмахнул кистью. С помощью волшебных красок он легко и быстро сделал рисунок, поставил инициалы, лист вспыхнул, и через несколько мгновений посреди королевского сада появилась широкая кровать с подушками и пуховым одеялом.
– Угодил, так угодил, – Егор уселся на пружинящий матрас. – Только ещё крышу над головой забыл нарисовать, фея-крёстная. Хотя, так даже круче. Звёзды видно, – мальчик откинулся на подушки и мечтательно заложил руки за голову.
– Значит, решено. Остаёмся. Да и разве можно сбежать вот так, даже не попрощавшись?
– Конечно! Как же ты отчалишь без прощального взгляда Раты? – ухмыльнулся Егор.
«Надо было не рисовать ему рот, когда воскрешал, чтобы не молол глупостей», – ворчливо подумал Тима. Но ничего не ответил и повернулся к задумавшемуся о чём-то Ирениусу:
– Расскажи нам про короля, пожалуйста.
– Король Гоба, – начал волшебник, – образец мужества и доблести. Таких справедливых правителей у нас давно не было. Он относился к своему долгу с честью, никогда не обманывал ожиданий народа и с особой щепетильностью чтил традиции королевского рода.
– В общем, крутой чувак, – прервал его Егор. – Значит, всё, что он говорит, правда? А Мариэлла – ненормальная.
– Перестань, Егор! Не называй так мать Раты! – осёк его Тима. – Пока ничего не ясно. Наверное, тут какая-то ошибка.
– Не знаю, не знаю, – покачал головой Ирениус. – Раз король Гоба жив, значит, Мариэлла действительно всех обманула.
– Кстати, а что случилось с королем? Как он умер-то? – поинтересовался Егор, рассматривая на пододеяльнике морды крылатых коней-мармогов.
– Это произошло, когда Мариэлла вот-вот должна была родить. А точнее, за два дня до появления на свет принцессы. Со слов Мариэллы, с королём произошёл несчастный случай в этом самом саду, где мы сейчас находимся.
Егор напрягся и стал озираться по сторонам.
«Да, пожалуй, в том густом бурьяне вполне может сидеть какой-нибудь вурдалак. Но ничего, пусть только выскочит. Покажу ему пару приёмчиков».
Тима тоже вгляделся в фиолетовый мрак: «А ведь я никогда не рисовал ночные пейзажи, надо будет попробовать».
– Королева рассказывала, что ночью ей стало нехорошо, и она вышла на свежий воздух в сад. Там она нашла короля уже бездыханным, лежащим под старым дубом. У нас не было причин не верить Мариэлле, тем более, что на собрании она показала нам доказательство – рыжего кролика.
– Какого ещё кролика? – удивленно спросил Егор.
– Ах, да. Вы не знаете, – потер виски Ирениус. – Гоба – из семьи Гельвакоров. Это старинный уважаемый род. Каждый Гельвакор имеет тотемного зверя, кобонга – духа волшебного существа, оберегающего своего избранника.
– Кобонг? Никогда не слышал. Это обезьяна, что ли, такая? – поинтересовался Егор.
– Почему сразу «обезьяна»? Тотемный зверь у каждого свой. Это может быть и лис, и орел, и мармог. Обычно юному Гельвакору является видение, от которого он узнаёт о своём тотемном звере. Тогда же кобонг просит об услуге. И если наследник рода исполняет это желание, то не умирает, как обычные исседонцы, а воплощается в образ своего тотемного зверя, – Ирениус шумно вздохнул. – Король Гоба никому не говорил, какой у него кобонг. И когда Мариэлла преподнесла нам того вислоухого кролика и объяснила, что Гоба стеснялся столь безобидного крохотного тотема, все ей поверили. А оказалось, зря…
– Да, пока всё – не в пользу королевы, – сухо констатировал Егор.
– Худшие догадки посещают мою седую голову, – поникшим голосом произнес Ирениус.
Тима ещё раз обвел глазами сумеречный сад:
– Когда, ты говорил, исчез король?
– Тринадцать лет назад…
– А точнее не помнишь?
– Так, так… Принцесса родилась пятнадцатого числа пятого месяца… – нахмурился волшебник, вспоминая точную дату.
– Отнимаем два дня. Выходит: «13.05.2002», – воодушевлённо произнес Тима. – Ночь.
– Ты это к чему? – не понял Егор.
– Мы отправимся туда, в ту самую ночь, когда «погиб» Гоба, и узнаем, что произошло на самом деле.
– Тебе же ясным языком говорят: Мариэлла, – обманщица, – упёрся Егор.
– Надо убедиться, – не отступал Тима. – Ты что, боишься?
– Я? Ещё чего! Никого я не боюсь. Рисуй свою картину!
– Хорошо, что натура перед глазами, – Тима радостно огляделся по сторонам и жадно втянул ртом ночную прохладу. – Сделаю сразу два рисунка. Туда и обратно. Сегодня какое число? А то назад надо тоже как-то вернуться.
Когда изображения сада были готовы, Ирениус, который не проронил ни слова, пока Тима рисовал, предупредил:
– Только ничего не трогайте там. Это прошлое, его менять нельзя. Просто посмотрите и всё. И постарайтесь остаться незамеченными. Я буду вас тут ждать.
Мальчики кивнули, Ирениус отошел в сторону, и Тима вывел в углу листа дату и инициалы. Рисунок вспыхнул белым светом.
Глава 3. Тринадцать лет назад
Над головами мальчиков с уханьем пронеслась сова. Егор и Тима пригнулись. Сад в прошлом мало чем отличался от того, где они только что были. Те же невысокие гибкие деревья с пышными кронами. Кусты роз, разросшиеся повсюду. Старая полуразрушенная кладка стены. И луна, всё так же нехотя раскрашивающая сад голубыми бликами.
– Спрячемся там, – Тима указал на небольшое углубление в каменной ограде. В густой тени, за сеткой веток кустарника их убежище казалось надежным.
– Что теперь? – Егор нетерпеливо ёрзал, и никак не мог удобно примоститься.
– Будем ждать.
– А ты уверен, что король появится здесь? Сад во-он какой большой. С чего ты вообще взял…
– Тссс, – Тима прижал палец к губам и замер. Егор прислушался.
Послышался треск веток. Кто-то к ним приближался.
Мальчики вгляделись в темноту. Наконец, на тускло освещенной поляне появилась фигура. В крепком невысоком мужчине они узнали Гобу. Он кутался в широкую мантию, отороченную мехом. На голове поблескивала корона. Сейчас он действительно походил на королевскую особу.
Егор и Тима затаили дыхание. Но за королем следили не только они.
Вдруг из-за ветвей ивы, как из-за кулис, выпрыгнула огромная тень. Она повалила короля на землю. Корона слетела с его головы и с тихим бряцаньем откатилась в сторону. Король не успел крикнуть, как массивная пятерня зажала его рот кляпом. Черная фигура сорвала с Гобы мантию и нахлобучила на его голову мешок. Король извивался, мычал и брыкался, взрыхляя землю ногами.
Тима и Егор с ужасом наблюдали за этой возней.
– Надо что-то сделать, – озабоченно прошептал Тима.
– Ирениус сказал «только наблюдать».
– Наблюдать, как похищают человека? Так нечестно, на него напали со спины. Надо помочь королю.
– Тише ты! Нас сейчас заметят! – шикнул Егор.
– Вот и хорошо! – решительно заявил Тима и закричал. – Эй! Короля бьют!
Нападавший вздрогнул от неожиданности и ослабил хватку. Улучив момент, Гоба вырвался из его рук и бросился вглубь сада, на ходу стягивая мешок с головы.
– Что ты наделал? – сдавленно произнес Егор, вжимаясь в стену.
Тёмная фигура всё еще стояла к ним спиной. Потом незнакомец резко повернулся, и его суровое лицо осветила луна. Это был Азарий. Он огляделся по сторонам и бросился в погоню за королем.
– Молодец! Спас Гобу от нападения! – язвительно произнес Егор. – Хорошо, что Азарий нас не заметил.
– Не знаю, как ты, а я не могу спокойно смотреть на такое, – попытался оправдаться Тима и замолк, прислушавшись.
Вдалеке показалась мужская фигура. Кто-то снова подбирался к поляне.
– Это Азарий! Он вернулся за нами, – горячо прошептал Егор. – Давай назад, ставь скорее свои каракули на рисунке!
***
Когда они вернулись, кровати на траве уже не было. Ирениуса тоже.
– Ты хоть правильную дату поставил? – засомневался Егор.
– Да. Может быть, Ирениус вернулся в зал?
– И кровать мою уволок? – не поверил Егор.
Мальчики направились к замку. Сад уже не казался погружённым в сон. То тут, то там раздавались причудливые звуки. Еле различимый треск, мелодичные трели птиц, тихий шорох, напоминающий перешептывание.
– Что это там? – внимание Егора привлекло необычное свечение. Мальчик быстро подбежал к источнику света. Над торчащими из-под земли корнями большого дерева, прямо в воздухе висело полупрозрачное существо, излучающее флуоресцентный свет.
– Смотри. Летающая медуза! – хохотнул Егор.
– Какая красивая! – Тима залюбовался переливающейся «медузой».
– «Красивая»! – тоненьким голоском повторила она.
– Ещё и разговаривает! – удивился Егор.
– «Разговаривает»! – скопировало его интонацию существо и плавно двинулось в сторону мальчиков. Пролетая мимо закрытого бутона розы, оно вдруг приняло форму цветка. Только распустившегося.
– Какая необычная!
«Необычная!» – отозвалась колокольчиком «медуза» и зависла в воздухе возле дупла дуба. Тут же роза потеряла свои очертания и превратилась в фигурку белки. Мерцающий зверек с пушистым хвостом короткими прыжками по ветке дерева приблизился к Егору. Тот протянул руку, чтобы погладить.
– На твоем месте я бы к ней не прикасался, – раздался скрипучий голос.
Мальчики обернулись. У них за спинами стоял какой-то коротышка.
– Один удар током – и от тебя останется только горстка пепла. Спорим, ты растворишься в воздухе быстрее, чем я скажу «мимикра»?
Егор быстро отдернул руку.
– Не хочу я спорить.
– Вы что, раньше мимикр не встречали? Вы из какой деревни?
– Мы издалека, из Красноярска, – буркнул Егор.
– «Издалека», – важно повторил коротышка. – Чужаки, значит. Ничего про мимикр не знаете. Их у нас «милыми чудовищами» называют. Они только повторять за всеми умеют. А сами бестелесные и глупые. У этих мерзавок одна цель – сжечь исседонца, а потом его прахом поживиться. Помню, бывало, мы обольём их водой на морозе, мимикры застынут – такие фигурки красивые получались. Как хрустальные. Жалко, что потом ледяная корочка таяла. И уж тогда держись – били током первого попавшегося им на пути. Ну да это давно было… Пшла, пшла отсюда, – коротышка замахал тоненькой тросточкой в воздухе, и мимикра с недовольным урчанием скрылась в листве дерева. – Обычно на их удочки только малые дети ловятся. А вы вон какие кабаны… неразумные.
«Чего о тебе не скажешь», – подумал про себя Егор и рассмотрел незнакомца повнимательнее.
Тот был ростом примерно по колено мальчишкам. Миниатюрные ручки. Тоненькие ножки в деревянных башмачках. Лысая голова, глубоко посаженные глазки. Одно было несуразно большим – массивная, торчащая вперед челюсть с выпирающими нижними клыками.
– Так вы кто?
– Я – Егор, это Тима.
– А меня зовут Вердум. Я – великан. Живу тут, под этим самым дубом.
– Постой! Кто ты? Великан?! – поперхнулся от смеха Егор. – Ты, скорее, гном.
– Сам ты – гном! – обиделся Вердум. – Я – великан.
– Но великаны… – замялся Тима, подбирая слова, – они же большие.
– Большие, – подтвердил Вердум. – Конечно. Огромные, как горы… Если захотят такими быть. И я тоже могу стать выше дома. Думаете, великаны свои размеры контролировать не умеют? Ещё как умеют. Да только сейчас большим быть непрактично. Попробуй, прокорми себя, когда ты величиной с кита. А так… орешки насобирал, ягоды всякие – и не голодный. Да и без надобности мне сейчас большим-то быть. Войн ни с кем не ведём. И великанши все давно тоже смекнули, что маленькими они выглядят привлекательнее. Никто «толстухами» не обзывает. К-хе… Если не верите, давайте поспорим. Я сейчас стану величиной с этот дуб и раздавлю вас одной левой.
– Не надо. Мы верим, верим, – успокоил его Тима.
– Да уж, – озадаченно проговорил Егор. – То шептуньи, то мерцающие медузы, то великан размером с кошку. А тебя, наверное, тоже недавно из тюрьмы выпустили?
– Молодой человек, вы меня сегодня оскорбить решили? Я вам вообще-то жизнь спас! – возмутился маленький великан. – Какая ещё тюрьма?