- -
- 100%
- +
Глава 1
Полуденное солнце раскаляло дерево паркета, высвечивая в воздухе частички пыли. Я перемещала взгляд от обитого зеленым бархатом дивана к камину, украшенному резным камнем, потом к распахнутым бежевым шторам, пускающим в комнату слишком много света, который слепил меня. Потом глядела на свои простые коричневые туфли и подол поношенного изумрудного платья, на дорожный багаж, стоявший под ногами, в общем, куда угодно, только не на Дракона, не на Райана Келбера.
– Трейсил Вилберг, – в его устах мое имя прозвучало как оскорбление, – как вы посмели заявиться сюда?
– По вашему приказу и с одобрения Академии классических искусств, – отчеканила я холодно, все же осмелившись поднять взгляд на аристократа.
Его светлые волосы в солнечных лучах горели, как расплавленное золото, в карих глазах сверкали яркие искры. Казалось, он готов испепелить меня на месте.
– Убирайтесь отсюда немедленно, я ни за что не доверю вам свою сестру! – почти прорычал он, острые скулы напряглись, на них начали проступать золотые чешуйки.
Я вздрогнула, но не отступила. Я не могу уйти, по крайней мере без очень веской на то причины. Если покину поместье раньше, чем через год, оговоренный в контракте, то обязана буду выплатить Академии огромную сумму в качестве компенсации. Ни у меня, ни у моей семьи таких денег нет, такой долг пустит меня и мою бабушку по миру. И хоть оставаться в доме злейшего врага моего рода – почти самоубийство, мне придется рискнуть.
– Согласно правилам Академии, вы выбрали меня на должность гувернантки для своей младшей сестры. Контракт заключен, вы не имеете права выгнать меня без серьезной на то причины, – я очень старалась, чтобы голос звучал ровно, но в нем все же слышались нервозные нотки. Я редко теряла самообладание, но сейчас, глядя на напряженную фигуру дракона, который и в человеческом облике выше меня едва ли не на пол метра, мне впервые за долгие годы стало действительно страшно.
– Это обман! Академия не предоставляет полных имен кандидаток, только их характеристики! – голос Райана уже больше походил на рык.
– Вы вправе обратиться с претензией в совет Академии, но до тех пор я обязана выполнять свою работу, – смотреть в карие с золотыми искрами глаза, которые пытались меня испепелить уже целую минуту, оказалось очень сложно, но я сжала ручки чемодана покрепче и выдержала это испытание.
Мы боролись взглядами лишь несколько мгновений, но мне казалось, что я целый год стояла под обжигающей рекой лавы, едва выдерживая ее напор. Спорить с драконом огня – то еще удовольствие.
– В случае, если вы все же выгоните меня, вам придется объяснить свои действия совету Академии и комитету по трудоустройству, – тихо добавила я, не опуская взгляда.
– Ладно, – наконец, прошипел сквозь зубы он. Звук вышел такой, будто на пылающие угли вылили ведро с водой. Затем на его лице появилась ядовитая улыбка, обнажившая совершенно нечеловеческие клыки. – Так уж и быть, исполняйте свои обязанности. А я посмотрю, как быстро появится достаточно весомый повод, чтобы избавиться от вас.
Райан произнес это так, что сомнений не оставалось: повод он найдет. Но первый раунд все же оказался за мной, меня не выгнали с порога и появился хотя бы крохотный, но шанс избежать выплаты компенсации за неисполненный контракт.
– Проводи нашу гостью в комнату, откуда недавно выехала мисс Детри, – окончательно успокоившись, бросил Райан Келбер одной из горничных. Девочка присела в столь низком поклоне, что юбка ее коричневого платья коснулась раскаленного солнцем паркета, и, пролепетав «прошу, следуйте за мной», двинулась к неприметной лестнице в дальнем углу холла.
Я откланялась Келберу по всем правилам этикета и последовала за служанкой. Буквально затылком чувствовала, как хозяин особняка пытается проделать во мне дыру обжигающим взглядом, но усилием воли заставила себя не оборачиваться и прямее держать спину. Пусть я теперь почти прислуга в его доме, но это не значит, что буду вести себя как забитая, запуганная девчонка. Я не опозорю род Вилберг.
Я, конечно, не ожидала, что мне выделят просторную гостевую, но по крайней мере надеялась на сносный прием и не подозревала, что отведенный мне угол будет настолько маленьким. Старая узкая кровать, жестяной таз с кувшином на табуретке, зеркало над ним, деревянный шкаф и маленькое окно – вот все, что мне предназначалось. Негусто.
Отослав горничную, я поставила чемодан у входной двери и опустилась на кровать, она противно скрипнула. Дотянулась до шторки на окне и задернула ее – яркий свет утомил меня еще в холле, хотелось немного прохлады, но спрятаться от всепоглощающего зноя предгорий было негде.
Осознала, что плачу, только когда слезинка упала на ладонь. Крепче стиснула зеленую ткань платья, но тут же выпустила – ни к чему мять одну из немногих приличных вещей. Пыталась остановиться, успокоиться, но слезы все катились и катились, я только сейчас, немного расслабившись, в полной мере прочувствовала всю отчаянность своего положения.
Нестерпимая жара – меньшая из моих проблем. Куда хуже, что я не где-нибудь, а в доме дракона из рода Келбер. Из рода, который уничтожил репутацию моей семьи и стал причиной того, что мои родители оказались на грани нищеты. Теперь огненным драконам принадлежит наше поместье, наш капитал и большая часть наших активов в королевском банке, мне же и моей бабушке после смерти родителей остались только долги и старое здание, которое моя единственная оставшаяся в живых родственница оборудовала под трактир.
При мыли о том, как сильно мне не повезло, сами собой сжались кулаки. Ну почему, почему из всех кандидаток на роль гувернантки для его сестры этот дракон выбрал именно меня?! Академия, предоставляя кандидатуры девушек, указывает только их личные достижения, оценки и опыт, оставляя за скобками имя, чтобы наниматель мог оценить заслуги выпускниц беспристрастно. У меня множество талантливых сокурсниц, он мог выбрать любую из них, так какой же злой рок или демон заставил его указать на меня?!
Самое мерзкое, что и я не заподозрила подвоха. Мне сказали только, что я буду работать в поместье Перроу в предгорьях. Семья Келбер, видимо, завладела им недавно, и новость об этом не успела достичь столицы, когда я отправилась в путь. Судя по тому, насколько необжитые здесь коридоры и комнаты, похоже, и сам Райан перебрался сюда не больше месяца назад.
Наверняка Келбер сделает все возможное, чтобы побыстрее выставить меня с отвратительной рекомендацией. А если я не справлюсь с работой, то вряд ли уже найду другую. Меж тем долг за свое обучение перед Академией мне придется закрывать самой, а как я смогу это сделать, если никогда больше не устроюсь в приличное место? Бабушка будет в ярости, если я вернусь ни с чем. Ее заведение едва сводит концы с концами – она все же аристократка и торговка неважная. Наверняка пристроит меня подавальщицей и предложит побольше улыбаться, чтобы получать чаевые.
При мысли о сальных улыбках завсегдатаев бабушкиного трактира меня передернуло от омерзения. Нет уж, либо я сумею отработать этот год, либо умру здесь! Что угодно, но не уеду по собственной воле. Разве что за ворота выбросят мой труп!
У самого хозяина поместья я не в чести, значит надо заручиться поддержкой его младшей сестры.
Приободрившись, я поднялась с кровати и открыла чемодан, полная решимости сделать эту комнату если не уютной, то хотя бы сносной. Пока развешивала в шкафу старые, но еще вполне приличные платья, вспоминала, что мне известно о сестре Райана Келбера.
Выходило плачевно мало. Знала я только, что «сестрой» он ее именует для простоты, на самом деле девочка – дочь какой-то дальней родственницы, рожденная вне брака. Ее мать умерла, обстоятельства трагедии мне неизвестны, но в тот же день у девочки пробудился дар огня. А так как родные младшие братья и сестры Райана даром не обладают, он решил воспользоваться этой возможностью и обучить девочку. Назвал ее сестрой и приблизил к себе, очень беспокоился о ее безопасности, поэтому о «маленькой огненной госпоже» мало что известно. Информация, которой владею я – не более чем слухи, которые моей бабуле стали известны от недоброжелателей рода Келбер. К их кругу она, разумеется, и сама принадлежала. Если смогу сделать так, чтобы меня полюбила девочка, Райан наверняка будет вынужден оставить меня при ней. По крайней мере на год.
Закончив с платьями, я добралась до дна чемодана, где лежали несколько памятных вещиц: носовой платок с родовыми инициалами, расшитыми на шелке зелеными нитками, и серебряную монету – результат моего первого в жизни успешного опыта подчинения магии. Их я решила оставить на дне сундука.
Последняя мелочь – янтарная статуэтка в форме змеи, обвивающей тонкий девичий стан – фамильная реликвия, которая почти ничего не стоит на рынке, зато хранит в себе отголоски могущества моих предков. Ее я решила поставить на чемодан, который будет служить мне чем-то вроде прикроватной тумбы за отсутствием оной.
Распаковав нехитрые пожитки, я подошла к тазу с водой. Попыталась смыть с лица дневной зной, но влага лишь ненадолго помогла избавиться от противного чувства, будто я плавлюсь от духоты. Да уж, бабушка предупреждала меня, что маги камня и металла плохо переносят теплый климат, но я не думала, что будет настолько трудно.
Тем не менее, я немного освежилась к тому моменту, как в дверь постучала горничная.
– Господин Келбер хочет видеть вас, чтобы познакомить с юной госпожой, – отрапортовала худенькая девица с длинной черной косой, поглядывая на меня с опаской. – Мне велено вас проводить.
– Идем, – глянув в зеркало, чтобы убедиться, что с моей прической все в порядке, я тут же поднялась и направилась за служанкой, полная решимости во что бы то ни стало понравиться своей воспитаннице.
Горничная провела меня длинной чередой полупустых проходных комнат, во многих из которых мебель еще была накрыта пропыленной тканью, в более-менее обжитой уголок. Маленькое помещение перед дверьми в столовую, которые сейчас оказались наполовину распахнуты, выглядело куда лучше, чем весь остальной дом: здесь уют создавали несколько мягких диванчиков, распахнутые бархатные шторы впускали яркий свет, который пятнами оседал на пушистом ковре. На низком столике в беспорядке лежали яркие книжки с картинками, и судя по ним, а также по куклам, которые нестройным рядом сидели в одном из кресел, сегодня именно здесь проводила время маленькая леди Келбер.
Ее саму – златовласую девочку лет семи в голубом платье с мятым подолом – я разглядела не сразу из-за обилия ярких цветов и тканей. Она сидела на диване спиной ко мне, и, судя по нахохленному виду, злилась. Райан устроился напротив нее и тихо что-то говорил, пока я в сопровождении служанки приближалась к их компании.
Мы подошли достаточно тихо, но от Келбера наше приближение не укрылось. Он поднял взгляд и на миг мне показалось, что у него очень усталое лицо. Но спустя мгновение я уже готова была думать, что у меня галлюцинации – Райан выглядел собранным и спокойным. Под его презрительным взглядом мне захотелось поежиться, но что самое печальное – пренебрежение старшего брата не укрылось от его маленькой сестренки, и уже в этот момент я поняла, что с ней будут проблемы: зачем малышке уважать меня, если пренебрежение показывает ее опекун и нынешний глава ее рода? Она наверняка последует его примеру.
– Лорд Келбер, леди Келбер, – я присела в не слишком низком реверансе.
Услышав мой голос, златовласка обернулась, скользнула по мне заинтересованным взглядом, и увидев что-то, что ей не понравилось, надула щеки.
– Луиза, знакомься, это мисс Трейсил Вилберг, она будет преподавать тебе историю, математику, теорию искусств, музицирование, танцы, а также этикет, – в голосе лорда сквозило отчетливое презрение и даже издевка. Он назвал меня «мисс», и тем самым пренебрег древностью моего рода, показал, что мое происхождение теперь ничего не значит!
Я почувствовала, как щеки заливает краска от возмущения, но сдержалась. Сейчас не время скандалить. Напомнила себе о долге за неисполнение контракта, из-за которого могу оказаться либо в борделе, либо побирушкой в порту, и медленно выдохнула.
Тем временем Луиза сползла с дивана и неуклюже поклонилась, растянув руками края юбки. На реверанс ее жест не походил абсолютно. С ней что, тут вообще никто не занимался? Или может, просто предыдущая гувернантка не успела ничего сделать? Келбер ведь взял девочку в семью совсем недавно, не больше шести месяцев назад, если я не ошибаюсь. Что ж, значит, работы предстоит много.
Судя по насупленному личику девочки, учиться она совершенно не хотела. В отличие от брата, который маскировал свою неприязнь под вежливость, она глядела волчонком. Да уж, непросто нам будет.
– Прежде, чем я позволю вам войти в классную комнату вместе с моей дорогой сестрой, хочу, чтобы вы ответили мне на несколько вопросов, – улыбка лорда показалась мне змеиной, хищной. Мне стало не по себе, но опасений я не выказала. Лишь кивнула, показывая, что согласна побеседовать.
– Итак, вы закончили Академию классических искусств по целевой программе обучения. Объясните-ка мне еще раз ее суть, – начал он.
Я сглотнула. Сразу поняла, к чему он клонит: хочет подробнее разузнать об условиях, чтобы найти в них лазейку и избавиться от меня.
– Целевой контракт предполагает обучение в долг. После получения диплома я обязана устроиться на ту работу, которую мне предложат в академии, чтобы частью своего заработка или, если это возможно, его полной суммой, покрыть затраты на свое обучение. Трехсторонний контракт, который заключается между академией, работодателем и студентом, предусматривает защиту всех сторон сделки: студент получает гарантированную работу на год, работодатель может отказаться от него в случае, если обнаружит какие-либо явные нарушения со стороны исполнителя, академия же назначит большие проценты на долг в случае, если контракт будет нарушен. Выплачивать его будут частично студент, частично – работодатель, – протараторила я, делая особенный акцент на последние слова. – Помимо этого, лица, нарушившие контракт, обязуются лично объяснить ситуацию совету Академии и могут понести наказание в случае, если это предусмотрено законом.
Я позволила себе едва заметно улыбнуться. Заметив мое торжество, Райан сжал зубы так, что желваки заходили. Злись сколько угодно, дракон, но я точно знаю, что тебе не нужны проблемы с законом. Ты – глава рода и просто не можешь позволить себе запятнать честь фамилии Келбер какими-то мелкими дрязгами.
– Что ж, ваше положение мне понятно, – очевидно, найдя какие-то свои выгоды в ситуации, Келбер снова улыбнулся. – Теперь я хочу проверить, достаточно ли хорошо вы знаете историю.
Я вся подобралась и напряглась. Судя по тому, как елейно вдруг зазвучал голос лорда, вопрос он придумал не из приятных.
– Расскажите мне в общих чертах, что произошло во время третьего раскола Империи в три тысячи шестьсот семидесятом году после ее основания?
Я сжала зубы от досады. Вот подлец! Именно в эти годы, тридцать лет назад, мой род оболгали и лишили всяческих привилегий. Но очевидно, Келбер хотел услышать от меня официальную версию событий, выгодную его семье. Что ж, я его не разочарую.
– Согласно данным официальной хроники Империи, ровно тридцать лет назад род Вилберг был уличен в попытке отделить свои территории и вывести их из-под власти Империи. Предотвратить предательство удалось главе рода Келбер, после чего враги короны были лишены имущества и титула, – тихо и спокойно ответила я. Именно так написано в учебниках, именно эту версию знают все, кто презирает меня и мою бабушку. Вот только я уверена, что мою семью оклеветал лорд Рейнольд Келбер – отец того, кто с таким упоением сейчас испытывает мою выдержку. И быть может, раз я здесь, мне удастся найти доказательства обмана? Может, мое появление тут – не злой рок, а благосклонность судьбы?
Мысль о возможном восстановлении чести, вероятно, преобразила мое лицо, потому что Келбер нахмурился. Я подготовилась к очередному вопросу, но к лорду подошел дворецкий. Он что-то тихо сказал своему господину, тот беспристрастно кивнул, не сводя с меня полного подозрений взгляда.
– В остальных ваших знаниях я не сомневаюсь, о них красноречиво говорит ваш аттестат, мисс Вилберг, – процедил он сквозь зубы. – Теперь прошу вас, продемонстрируйте свои навыки столового этикета и составьте нам компанию за обедом.
Райан кивнул маленькой сестренке и направился в сторону столовой. Девочка скривилась, но все же последовала за ним. Заинтригованная этой странной сценой, я подалась вперед, но перед распахнутыми створками остановилась. Мысль о том, что мне придется делить не только кров, но и стол с врагом моего рода, неприятно резанула по сердцу. Но отказывать я по-прежнему не имела права.
Усаживаясь на услужливо отодвинутый пажом стул, я думала о том, что лучше бы Келбер вовсе не позволил мне трапезничать с ним, лучше бы выгнал. Так мне не пришлось бы наступать на горло гордости уже и не счесть в какой раз за этот проклятый день! Могла бы ведь и в своей комнате перекусить, или вечером на кухне.
Но теперь я вынуждена, как дрессированная обезьянка в цирке, демонстрировать все, чему меня научила не столько академия, сколько строгая и придирчивая бабушка. От напряжения кусок в горло не лез, и я даже не чувствовала вкуса мяса и тушеных овощей. Жевала механически, следя не столько за вкусом, сколько за тем, правильно ли держу локти и ту ли вилку взяла для следующего блюда. Обычно проблем с поведением за столом я не испытывала, но сейчас, под пристальным взглядом Келбера, который целенаправленно искал любые изъяны в моих манерах, я всерьез начала сомневаться в собственной воспитанности.
Впрочем, пытка не продлилась долго. Наблюдать за моими точно выверенными, идеальными движениями Райану вскоре надоело, и он погрузился в собственные мысли. Я же, выдохнув с облегчением, стала наблюдать за маленькой леди, которую мне предстояло учить.
Девочка ела не слишком аккуратно, и, хотя старательно выбирала нужные приборы, необходимость прижимать локти к телу и общая скованность, которую предполагал столовый этикет, явно ей мешали. Несколько капель жира уже попали на лиф пышного платья, когда она откусывала очередной – слишком большой – кусок мяса, и когда неловко орудовала ножом, дважды едва не выронив его. Келбер в ответ на ее неуклюжесть лишь вздыхал, качал головой и отводил взгляд, от этого малышка еще сильнее смущалась и допускала все новые и новые ошибки. Недовольство лорда усиливалось, златовласка нервничала еще больше и круг замыкался.
После второй смены блюд щеки Луизы уже раскраснелись от напряжения, в глазах стояли слезы. Я ждала, что малышка вот-вот разревется, но вместо этого она вдруг вскочила, опрокинув тарелку. Дорогой фарфор разлетелся вдребезги с мерзким звоном, я едва успела поджать ноги, но часть сырного супа все равно плеснула на подол платья. Великолепно!
Когда я подняла взгляд, маленькая леди уже неслась из столовой, прикрывая личико ладошками. Мне стало ее жаль, но я не решилась подняться вслед за малышкой.
Разочарованный вздох Келбера вывел меня из ступора. Хотелось обругать этого мужлана и научить манерам в первую очередь его: ну разве можно смотреть на ребенка с таким давлением? Девочка наверняка еще не успела адаптироваться, а тут он со своими вилками-ножами! Но свое мнение я пока решила придержать при себе.
– Разрешите спросить, ваша светлость, – тихо обратилась я, отложив столовые приборы.
– Все потом. Сейчас верните ее за стол, – Келбер кивнул в сторону двери.
Я поднялась и, едва не забыв сделать полагающийся случаю реверанс, почти бегом направилась за Луизой.
Глава 2
За те несколько секунд, которые я еще оставалась в столовой, малышка успела убежать далеко. Пришлось спрашивать дорогу у слуг. В итоге я нашла девочку под лестницей, в темном пыльном углу. Она сидела, уткнувшись лицом в серую обивку старого кресла, маленькие плечи вздрагивали, но всхлипов я не слышала.
Подходила медленно, стараясь нарочито громко стучать каблуками ботинок, чтобы оповестить девочку о моем присутствии. Рядом с креслом замерла, не зная, что сказать. Хотелось обнять малышку и погладить по голове, но боюсь, от таких проявлений нежности она может еще сильнее закрыться. Но и обращаться к ней официально – значит сразу пресечь между нами любое возможное доверие.
– Луиза… миледи, – настолько мягко, насколько позволял подрагивающий от напряжения голос, начала я.
Девочка еще сильнее вжалась в кресло, я заметила, как от него начал подниматься легкий дымок. Этого еще не хватало! Спонтанные всплески магии норма в таком возрасте, но в случае с огненными драконами они могут быть опасны.
Прошло еще несколько мгновений, в воздухе появился запах гари. Надо было действовать, причем срочно. Я осторожно коснулась плеча малышки, и убедившись, что она не собирается меня отталкивать, провела рукой по золотым волосам.
– Расскажешь мне, почему ты решила уйти? – подумав, что слово «убежала» только лишний раз напомнит маленькой леди о ее трусости, я решила подобрать другую формулировку.
Малышка всхлипнула и, прикрыв ладошками раскрасневшиеся щеки, повернулась ко мне. В том месте, где она касалась руками пыльной обивки кресла, остались темные следы, но открытого огня нет – уже хорошо.
– Его светлость злится, когда я плохо веду себя за столом, – наконец, тихо сказала она, обхватывая руками худенькие плечи.
– Ты вела себя не плохо, тебе просто нужно больше тренироваться. А как это сделать, если не есть? – ощутив, что контакт налажен, я присела на корточки и, пренебрегая всеми правилами этикета вместе взятыми, облокотилась локтями на сидение.
Малышка снова всхлипнула, ее взгляд по-прежнему оставался испуганным.
– После того, как Его Светлость так смотрел на меня за обедом, мисс Детри на занятиях била меня по рукам линейкой и связывала локти за спиной, чтобы я училась сидеть правильно, – выдала малышка, подняв на меня кристально-чистый взгляд голубых глаз. – Ты тоже будешь меня бить?
Святые боги и их порождения… да, нас всех, в том числе и эту мисс Детри, кем бы она ни была, учили этикету именно так, но разве это правильно? Разве это повод так же издеваться над другими детьми? Увы, для многих гувернанток старой школы – да.
– Не буду, – я накрыла своей ладонью маленькие ручки Луизы, которые все еще оставались очень теплыми после выброса магии и немного подрагивали.
Во взгляде малышки читалось недоверие, но слишком сильно потакать ей я тоже не хотела, так что ограничилась одним обещанием.
– Но столовым этикетом придется заниматься больше, – добавила я и продолжила наблюдать за реакцией малышки. Она скривилась – уроки правильного поведения явно не доставляли ей удовольствия. – Ты же не хочешь снова расстраивать Его Светлость? – прибегла к запрещенному приему я.
Мордашка златовласки при упоминании ее брата стала испуганной, малышка активно замотала головой, превращая в воронье гнездо и так растрепанную прическу. Ясно, именем Келбера в разговорах с ней больше не пользуемся, запугивание – не мой метод воспитания. Как бы самом лорду намекнуть, что девочка не должна его бояться? Ладно, об этом потом.
– Н-но можно сегодня без тренировок? – похоже, малышка совсем успокоилась, но мысль о возвращении в столовую ее все еще пугала. Пожалуй, сегодня ей и в самом деле лучше не браться за эти многочисленные вилки и ножи, иначе от волнения она еще больше запутается.
– Сегодня – так уж и быть. В любом случае в таком виде приличная леди не должна показываться за столом – запомни это, – с показной неохотой согласилась я. – Но с завтрашнего дня будем практиковаться.
Я прекрасно помнила, что Келбер просил вернуть девочку за стол, но какой от этого сейчас толк? Да и жалко ее – она явно боится своего «дорогого братца» и называет его даже за глаза только «Его светлостью». Не очень-то это похоже на теплые родственные отношения.
Вместе с малышкой мы вышли из закутка, я передала ее с рук на руки ее горничной – молодой пухленькой блондинке, которая дожидалась нас в коридоре, и, подозреваю, внимательно слушала наш разговор. Когда я поручила служанке отвести Луизу в спальню, прочла на ее лице явное неодобрение, но спорить она все же не стала.
А я направилась обратно в столовую, попутно составляя в уме убедительную речь о том, почему не выполнила поручение лорда. На подходе к дверям поджилки тряслись, и хоть внешне я оставалась спокойной, мысленно уже паковала чемоданы. А заодно ругала себя за жалость к малышке Луизе, но не слишком искренне. Разве могла я силком потащить ее обратно за стол или надавливать авторитетом Келбера? Нет, пожалуй, и с мечом у горла не пошла бы на такое, девочке и так нелегко тут пришлось.