Код сновидений. Магия фэнтези, или Современный коммерческий шпионаж

– Почему были? – Ева внимательно изучала выражение лица собеседника.

– Потому что «завнушенные» чужими установками, они предали свои собственные жизненные ценности.

– И кто же их «завнушал»? – спросила Ева цинично.

– Те, с кем десяток лет их связывал штамп в паспорте и уже ставший взрослым ребенок. Те, из под чьей власти пришло время вырваться. Пора начать новую жизнь. Это их единственный шанс, шанс вырваться из плена чужой женщины, чтобы найти свою. Ведь подсознательно каждый чувствует, что в это время настоящая, предназначенная небом женщина молится и ждет его.

– Вы идеалист, Рональд, – проговорила Ева. – Действительность сильно отличается от вашей идеи фикс о единственной. Тем более откуда вы знаете, что где-то есть та, кто молится и ждет вас?

– Я верю, – верю в то, что кому-то нужен, – искренне произнес Рон.

– А что ваши одноклассники, разве они совсем были не нужны тетенькам, с которыми жили?

– Вы меня невнимательно слушали, – огорченно произнес Рон.

– Если вы имеете в виду ваше замечание о том, что эти мужчины были нужны живущим с ними в одной семье женщинам только для того, чтобы выгребать из их карманов скудную зарплату и не работать самим, то я услышала это, даже если и слушала не совсем внимательно.

Рону стало немного стыдно. Но одновременно он был весьма польщен и удивлен тем, что Ева почти слово в слово повторила его высказывание и передала суть того, что и происходило в семьях его одноклассников.

– Простите, пожалуйста. Ева, я прошу у вас прощения, – эта тема для меня немного болезненна, – признался Рон. – Я не могу смириться с действительностью. Не могу принять их такими изломанными. Я, конечно, понимаю что – дети это ценность. Но ведь дети тоже страдали, когда росли в семьях, где два взрослых человека просто выкармливали их вместе по необходимости и показывали им страшную картину действительности: полное отсутствие любви. И что еще более чудовищно: у людей возникала привычка быть рядом с чужим, к тому же опостылевшим супругом или супругой, патологическая привязанность. И никто не осмеливался прекратить эту жалкую игру в семью и разорвать порочный круг, дать другому и себе самому шанс пожить в любви.

– А вы Рон, вы конечно же счастливчик, который имеет этот шанс, в отличие от всех ваших обзаведшихся детьми друзей, – как бы невзначай заметила Ева..

– Да, я встретил ту, которую я обожаю, которую я могу назвать единственной, – побледнел Рон.

Сердце Евы екнуло, и она быстро проговорила: «Поздравляю». И тут же усилием воли перешла на свой естественный темп: «Надеюсь, вы не ошиблись, предположив, что встретили свою единственную. Такая женщина, действительно клад для мужчины, ведь она понимает вас с полуслова, а не спорит с вами, как другие женщины. В ваших отношениях должна быть полная идиллия, а вот с партнерами можно, к счастью, не соглашаться, так что мы можем продолжить нашу дискуссию».

Ева надеялась, что после этих слов Рон осознает тщетность своей влюбленности. Конечно же, он порядочный, достойный, интересный мужчина, но лучше сразу же расставить все на свои места и не давать повода и надежды.

– Простите меня, – снова сказал Рон. – Я знаю, что вас подобные темы не интересуют. Но это сидит во мне, и сейчас оно просится наружу.

– Это просто психика, Рон. Вы можете легко остановить этот поток.

– Но я не хочу, потому что сейчас еще есть шанс спасти тех, кто живет прозябая, не проявляя своих даров в этом мире. А проявить такие дары мужчина может только с предназначенной ему небом женщиной или один.

– А я думала, ваша миссия состоит вовсе не в том, чтобы спасать безвольных, подчинившихся чужой дурости мужчин, – попыталась отрезвить Рона Ева.

– Мир непрерывен. И одно явление взаимосвязано со всеми другими, так что никаких противоречий нет. Мощь вырвавшихся на свободу рабов, а именно так я рассматриваю своих бывших одноклассников, позволит им проявлять себя так, как когда-то они мечтали, как велели им их сердца и от этого картина мира переменится для всех. Поверьте мне, эти ребята еще послужат Высшему, когда перестанут действовать под воздействием дури бывших подруг.

– Откуда в вас так много негатива? – постаралась остановить его Ева.

– Это психологический термин. Матрица собственной дури. Кажется, звучит именно так или очень близко. Я прочитал о нем в книге одного профессора. Кстати, он, кажется, преподает в России. Так вот его терминология очень точна. Точнее не скажешь.

– К сожалению, я пока не знакома с книгами, на которые вы ссылаетесь – сказала Ева, надеясь, что разговор пойдет по другому руслу.

– Интересное явление. У каждого человека есть матрица собственной дури. Заметил, что вы, например, называете ее психикой. Но мне больше подходит первый вариант, он более конкретный. Так вот, находясь в паре, люди вынуждены страдать еще и от дури своего партнера. – В этот раз Рон говорил совершенно беспристрастно, как бы констатируя факты и комментируя собственные наблюдения. – Вообще русский язык – это вселенское явление, – неожиданно заявил он.

«Наконец-то! – мысленно произнесла Ева, – Кажется, тема иссякла!»

– В нем очень хорошо можно проследить единство мира, эту непрерывность. Вот я вам рассказывал про матрицы собственной дури, а ведь, если быть объективным, все мои одноклассники – они ведь на дурехах были женаты. Умные бы женщины, ну те, что им на самом деле предназначены, не превратили бы их в блеклых, потрепанных жизнью слабаков. Умные женщины способствуют расцвету мужчин и их достижениям, – с энтузиазмом произнес Рон. – И я молюсь, чтобы каждый встретил своего истинного партнера.

– А что это – тоже теория профессора, что у каждого есть свой партнер? – поинтересовалась Ева с улыбкой.

– Нет, к сожалению, я прочитал пока только три страницы в одной из книг этого мастера, так что все мои сегодняшние высказывания – это скорее мои личные теории чем чьи-либо еще. За исключением мысли о матрице. – Рон помолчал несколько минут, стараясь переключиться на новый лад, на дела, потом стал вспоминать, с чего начался весь их сегодняшний разговор. «Да, мы же про Андрея говорили», – нахмурился он, заметив, как далеко ушел.

– Простите мне сегодняшнее многословие и содержание нашего общения. Я немного грузил вас сегодня. Кажется, у вас так говорят.

– К счастью, у меня своя программа стоит касательно отношений. Так что загрузить вам меня не удалось. А вообще попытка была, – засмеялась Ева.

– И чем же отличается ваша версия касательно отношений? – с нескрываемым интересом спросил Рон.

– Я вообще в эти игры не играю, – достаточно ясно выразилась женщина.

«Ладно, спрошу в следующий раз», – подумал Рон и вернул поток своих мыслей к Андрею.

– А крест с аметистами? Каким образом он связан с работой в сновидении? Носить такие крупные вещицы, да еще и с драгоценными камнями, явно не в стиле моих друзей. Такой стиль больше подходит молодым парням и девушкам, склонным к фетишизму. Для нашего поколения это, скорее, кич. Но случай с Андреем не типичен.

– Почему вы адресуете мне вопросы к Андрею? – спокойно спросила Ева.

– Андрей мне пробовал объяснить, но я толком ничего не понял.

– Вас прервали, а потом вы улетели, – процитировала Ева начало разговора.

Рон смутился: «Нас действительно снова прервали. А потом мы ведь на эту тему разговаривали в аэропорту. В последний момент. У нас вообще много осталось недоговоренного. Это – мой самый близкий друг. Я все еще надеюсь вернуть его в науку, – сообщил Рон доверительно. – Так почему же бывший кандидат наук носит огромный деревянный инкрустированный аметистами крест?»

– Во-первых, не огромный, а средних размеров, – поправила Ева. – Вы, наверное, наших батюшек давно не видели, – попробовала она очередной маневр. Теперь, когда Ева тоже относилась к Рону, как к партнеру, она стала немного мягче. Но все же не спешила посвящать его во все свои секреты.

– Давно, – честно признался тот.

– Ну да, как я могла забыть, вы же с раввинами общаться предпочитаете, – иронично заметила Ева.

– Вам доставляет удовольствие насмехаться над евреем-полукровкой? – с интересом спросил Рон, предвкушая сладость словесных баталий. Он с первых же дней сделал вывод о периодически проявляемой Евой безжалостности, но, будучи одетым в доспехи боевой готовности к атаке, он знал, что раны уже не будут глубоки. А царапины его лишь возбуждали.

– Вы бы еще сказали, что я сотрудничаю с антисемитскими организациями, – предложила Ева. – И преследую цель отправить вас вместе с вашими, – женщина сделала паузу, как бы подбирая подходящее слово, – товарищами на Землю обетованную.

– Ну, вы же отправили туда одного из наших, – многозначительно рассмеялся Рон.

– Учтите, Рон, вы сами напрашиваетесь, – весело сказала Ева.

– Без Андрея вам не обойтись, – ловко вернулся к теме Рон.

– Вы очень одаренный полукровка, – выразительно произнесла Ева. – Видя вашу изворотливость и природную смекалку, я все чаще сомневаюсь, что вы, – она тактично замолчала…

– Не чистокровный еврей, – подсказал Рон, смеясь. – Увы, не могу лгать. А иначе выдал бы себя за чистокровного.

– Вы так любите развивать эту тему, – заметила Ева, снова делая паузу.

– Сегодня это была ваша идея, – напомнил Рон.

– Сегодня – исключение, – ответила женщина. – Я имею в виду наши ежедневные беседы.

– Просто привычка. Привычка подшучивать над самим собой. Такая же, наверно, как у Андрея – носить крест с аметистами. Он его вообще не снимает. И в бар, и в театр, и в гости – везде его носит, – Рон снова плавно перешел на Андрея.

– Я уже вам говорила когда-то, но снова повторю: Вы очень целеустремленный.

– Мне приятно, что вы замечаете не только мои слабости, но и мои достоинства, – смущенно признался Рон.

– В отличие от Андрея, вам не нужен крест, чтобы напоминать себе о своей цели. Иногда вы сворачиваете с дороги, но каждый раз, когда кажется, что вы уже на другой тропе, вы неожиданно мастерски делаете поворот и возвращаетесь на свой путь. Так что вы вполне можете обойтись без путеводной звезды Андрея, – подытожила Ева.

– А если я вас очень попрошу рассказать мне об этой путеводной звезде, – обратился к женщине Рон.

– Еще один монолог? – улыбнулась Ева. – Не многовато ли?

– Ну, если вы не особенно устали от моей болтовни и в состоянии разговаривать со мной, буду весьма обязан, – мягко проговорил Рон.

– Только обещайте не перебивать и не задавать вопросов, пока я все не объясню, – предупредила Ева.

– Честное слово не буду, – согласился Рон.

Ева собралась с мыслями, вспомнила энергетику аметистов и ауру их владельца. Потом быстро выдернула себя из этих воспоминаний и начала свое объяснение:

«Вместо нарисованных и вышитых знаков можно использовать браслеты, кольца, серьги и любые другие украшения, в том числе и кресты, которые станут для вас атрибутами сновидений. Как всегда, советую купить что-то новое, с чем не связано никаких воспоминаний, предмет, который сразу же станет выполнять отведенную ему функцию – напоминать о выходе в осознанное сновидение, готовить вас к ночной работе, транслируя на вас информацию, заложенную в него при покупке (вхождение в осознанное сновидение).

Не стоит приобретать для этой цели одежду или белье, так как работа в сновидении требует бдительности и постоянства. Вы не будете носить одну и ту же одежду. А вот хорошо подобранные аксессуары можно использовать всегда.

Если вы снимаете украшение на ночь, надевайте их днем с намерением осознать себя во сне или хотя бы время от времени осознавайте, что вы используете их именно для этой цели. Кольца же и перстни можно не снимать и на ночь. С ними работать еще проще. При каждом взгляде на кольцо или прикосновении к нему, будьте осознанны. И вскоре эти вещи станут для вас предметами силы. И сами будут напоминать вам о вашей цели. Поэтому предмет-вещь должен быть не только новым, но и понравившимся вам сразу. Не экономьте, позвольте себе приобрести полюбившуюся вам вещь. Нелюбимые вещи отравляют ауру владельца. Выбранные же вами от души, усиливают ее.

Перстень или любое украшение с натуральным камнем имеют дополнительные преимущества. Кристаллы легко впитывают и сохраняют информацию длительное время. Живые создания делятся определенным сознанием и всегда поддерживают своего хозяина. Конечно же, нельзя отрицать наличие сознания и в других «неодушевленных предметах». Сознанием в какой-то мере обладают все. Но структура кристаллов, так же как и структура воды, позволяет мгновенно вписать в себя любую информацию.

Через несколько лет ваш сновидческий перстень или браслет, подаренный вами другому человеку, передаст ему еще один дар – дар осознанных сновидений. Это не означает, что вы лишитесь своего дара. Просто возросшая сила предмета будет влиять заложенной туда информацией на нового владельца. Вы должны об этом знать, прежде чем передадите его в другие руки.

– А это обязательно? – не выдержал Рон.

– Что обязательно? – переспросила Ева и прикоснулась к большому аметисту на своем перстне.

– Дарить свои личные вещи? – пояснил Рон. – И посмотрел на украшающий его запястье браслет с аметистами.

– Возможно, в настоящее время вам не хочется дарить свой предмет силы кому-то, – спокойно произнесла Ева. – Но жизнь непредсказуема. И в будущем у вас могут появиться подобные желания, вызывающие сейчас недоумение. Ведь если вы станете мастером, то обязательно захотите подарить миру как можно больше даров!

«Да не оскудеет рука дающего!» – неожиданно вспомнил Рон фразу из Библии.

– Кстати, – заметил он после тщательного размышления над новой, переданной Евой информацией, – вам не кажется странным, что на кресте Андрея, на вашем перстне и на моем браслете одинаковые камни? Неужели это просто совпадение?

– Мы договорились только на один монолог, – напомнила Ева и отвернулась к окну, всем своим видом показывая, что отвечать на какие-либо еще вопросы в данный момент она не намерена. Остаток пути оба молчали.