Тайная жизнь скромницы

AVRIL TREMAYNE

Turning The Good Girl Bad

Пер. с англ. А. Д. Осиповой

Turning The Good Girl Bad

© 2014 Belinda de Rome

«Тайная жизнь скромницы»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Глава 1

«…Одним движением он распустил пучок у нее на затылке. Шпильки полетели в разные стороны, плотный узел ослаб. Его пальцы погрузились в тяжелый каштановый шелк…»

– Кэти!

Кэтрин Норт подпрыгнула в кресле, от неожиданности прочертив ярко-красную линию через всю страницу рукописи, которую только что внимательно вычитывала.

Макс! Начальник. Вернулся раньше времени! Кэти бросила полный ужаса взгляд на экран компьютера, где во всех подробностях описывались головокружительные амурные похождения ее героя, Алекса Тейлора. Катастрофа… Потом Кэти перевела взгляд на принтер, через равные интервалы одну за другой выплевывающий полные пламенных описаний страницы «Цветка страсти».

– Кэти! Я вернулся! – нетерпеливо крикнул Макс.

От испуга у Кэтрин перехватило дыхание. Сердце так и подпрыгнуло. На лбу выступили капельки пота. Оттолкнувшись от края стола, Кэти в своем кресле на колесиках стремительно подкатила к принтеру. Ухватила свежую охапку страниц и, выставив ноги перед собой, совершила толчок от стены и на той же скорости вернулась за стол. Запихнула листы в стопку, где лежали остальные, еще не украшенные ее пометками. На секунду застыла, тяжело дыша, будто после долгого забега. Так, что еще надо спрятать?

Встрепенуться ее заставил щелчок принтера. Вот дерьмо! Надо было первым делом отменить печать! Кэтрин принялась тыкать в кнопки, пальцы порхали над клавиатурой. Черт, куда провалился этот файл?! Где он?.. Где?..

Услышав ругательство, Кэтрин сразу вскинула голову и узнала коричневый кожаный портфель Макса. Начальник как раз заворачивал за угол. Кэтрин застыла – стройная, облаченная в элегантный костюм фигура ростом метр восемьдесят семь шагала прямо к ней. Как всегда, от Макса волнами исходили раздражение и нетерпение. Времени возиться с принтером не было. Сохранять изменения – тоже. Никакой лихорадочной суеты на глазах у начальника, иначе он сразу поймет, что Кэтрин занималась чем-то недозволенным. Когда Макс остановился напротив ее стола, Кэтрин подняла голову, растянула губы в невинной улыбке и с самым невозмутимым видом затолкнула компромат под многостраничный отчет, который, по счастью, лежал на лотке для поступающих бумаг.

– Доброе утро, мистер Резерфорд.

– Хм, – то ли с утвердительной, то ли с вопросительной интонацией отозвался Макс.

В последнее время это звучавшее слегка озадаченно хмыканье вошло у него в привычку. Что Макс хочет этим сказать, Кэтрин не знала и сейчас строить догадки на эту тему уж точно не собиралась. Единственное, чего ей хотелось, – чтобы Макс удалился в свой кабинет, и как можно скорее. Однако начальник не двигался с места. Повисла пауза. Единственным звуком был шум работающего принтера, неустанно выдававшего все новые и новые страницы. Пока Макс на него не смотрел, но непременно посмотрит. Необходим отвлекающий маневр. Что-нибудь эффектное, чтобы на принтер Макс и не взглянул. И тут Кэтрин заметила, что на принтер Макс и не смотрит. Все внимание Макса поглотили ее волосы. О боже! Волосы… Кэтрин поспешно вскинула руку и дотронулась до распущенных кудрей. Брови испуганно взлетели над оправой очков. Какой ужас! Теперь понятно, в чем дело.

Вчера ночью Кэтрин так увлеклась работой над романом, что спать легла только в четыре часа и в результате проспала. Завтракать было некогда, кофе пить – тоже. Не говоря уже о том, чтобы заниматься прической. Вот Кэтрин и рассудила: ничего страшного, если один разочек она явится в офис в естественном виде, ведь Макс в отъезде. По крайней мере, так она думала. А теперь Макс стоит перед ней, и в каком виде предстала Кэтрин? Пышные рыжевато-каштановые волосы, обычно стянутые в суровый пучок, волнами спадают вдоль лица. Вместо привычной строгой белой блузки – облегающий трикотажный топ черного цвета. И унылый серый кардиган Кэтрин сегодня оставила дома.

Тут взгляд Макса опустился на уровень груди Кэтрин, и, не выдержав, она выпалила:

– Вы что здесь делаете?

– Что на вас нашло? – мгновенно отреагировал Макс.

– В каком смысле?

– Как это – что я здесь делаю? Осмелюсь напомнить: работаю! Я, между прочим, владелец!

И снова отвлекающий маневр не помешал бы. Кэтрин выгнула бровь:

– Работаете? Да что вы! А я и забыла. Давно не видела…

Они уставились друг на друга, а принтер между тем продолжал деловито жужжать и щелкать, выдавая все новые и новые страницы. Стопка росла. Наконец Макс обратил внимание на этот факт:

– Что вы, черт возьми, так долго распечатываете?

– Документ, – выговорила Кэтрин и едва удержалась, чтобы не поморщиться, – даже для ее собственных ушей ответ прозвучал слабо и неубедительно.

– Ах вот оно что. Документ. Спасибо за исчерпывающие объяснения.

– Если хотите, могу показать.

Макс склонил голову набок. Во взгляде читалось любопытство.

– А вы сами хотите? В смысле, показать?

Кэтрин открыла было рот, но не смогла издать ни звука.

– Не хотите? Хм… Вы что, подработку на стороне нашли? – поинтересовался Макс.

Пожалуй, ее занятие подработкой не назовешь, однако, раз уж зашел такой разговор, можно обернуть слова Макса против него. Кэтрин решительно выпрямилась в кресле и напустила на себя возмущенный вид.

– Да вы и сами, я смотрю, не прочь подработать.

– Что вы несете?

Изображая негодование, Кэтрин так разошлась, что даже ноздри затрепетали.

– Вы делаете работу за меня!

– Вашу?..

– Разве в мои обязанности не входит бронировать для вас билеты на самолет, номера в отелях?

– Конечно, только не понимаю, при чем тут…

– При том, что две недели назад я ничего для вас не бронировала, и переносить даты уже намеченных поездок вы тоже не просили, однако это не помешало вам уехать. Ну, и какие выводы я должна была сделать?

Кэтрин картинно развела руками, изображая беспомощность, и пожала плечами. У Макса хватило совести смутиться, хотя видеть его смущенным было весьма непривычно.

– Я просто… Понимаете, у меня неожиданно изменились планы, появилось срочное дело, вот и решил не беспокоить вас и организовал все сам.

– Мистер Резерфорд, я сюда устроилась работать, а не в потолок плевать!

– Не беспокойтесь, мисс Норт, уж я позабочусь о том, чтобы скучать вам не пришлось.

Его взгляд снова опустился на уровень ее груди. Зрачки чуть заметно расширились, и Макс поспешно поднял глаза так, что они с Кэтрин снова оказались лицом к лицу.

– В смысле, в офисе, – поспешно прибавил он.

Кэтрин от досады стиснула зубы.

– Попрошу без фамильярностей! – возмутилась она.

– Между прочим, сбавить градус формализма нам бы не помешало. Давно твержу, что пора перейти на «ты» и звать друг друга по имени. Сейчас не шести десятые. Прямо древним стариком себя чувствую, а мне ведь всего тридцать два.

Ответа Макс дожидаться не стал, и слава богу, – Кэтрин все равно не знала, что сказать.

– Хочу передать вам кое-какие бумаги относительно квинслендской сделки и обсудить еще пару рабочих моментов, так что зайдите ко мне в кабинет минут через пять. Радуйтесь – без дела сидеть не придется. Если у вас, конечно, найдется время на такие пустяки, мисс Кэтрин.

И Макс наконец-то скрылся у себя в кабинете. Опасность миновала. Кэтрин едва не рассмеялась – отчасти от нахлынувшего облегчения, отчасти при мысли, что более абсурдную сцену представить трудно. Даже учитывая тот факт, что четыре месяца, которые Кэтрин проработала в девелоперской компании «Резерфорд», вообще изрядно напоминали театр абсурда.

У них с Максом были самые странные отношения «начальник – подчиненный», какие только можно представить. Такое чувство, будто они оба выступали на сцене и играли каждый свою роль: Кэтрин – добропорядочная ханжа и синий чулок, хотя на самом деле этот образ не имел с ее характером ничего общего, а Макс – вспыльчивый начальник-тиран. Кэтрин не знала наверняка, но была почти уверена, что все его попытки изображать несгибаемого лидера с железной волей – не более чем притворство.

Макс обожал, когда люди вокруг него говорили что думают – в основном потому, что это давало ему самому возможность поступать так же. В результате обмен мнениями получался даже не честным, а попросту бестактным и бесцеремонным. Поэтому Максу и удалось проникнуть за стену, которой окружила себя Кэтрин. Трудно держать дистанцию и сохранять формальный стиль общения, когда твой начальник считает – чем непочтительнее, тем лучше.

– Кэти!

– Да-да, иду!

Снова вернувшись к образу добросовестной, расторопной ассистентки, Кэтрин вытащила из сумки пудреницу и принялась изучать свое отражение в зеркале. Жаль, что нет времени причесаться. Кэтрин решила, что завтра же компенсирует сегодняшний промах и явится в офис в таком строгом виде, что Макс решит, будто неформальный стиль подчиненной ему попросту померещился.

– Ну, и долго вас еще ждать?

Размышления Кэтрин прервал резкий оклик Макса.

– Минутку, – примирительно отозвалась она и поспешно выключила принтер. Однако принтер не слишком хорошо отреагировал на то, что Кэтрин так резко прервала его работу, – одна из страниц застряла внутри. Ругаясь себе под нос, Кэтрин принялась ее вытаскивать. Конечно, подобные выражения совершенно не к лицу строгой секретарше мисс Норт. Ну и пусть. Она тоже человек, ей, как и всем, нужно как-то снимать стресс.

– Кэтрин!!!

– Две секунды…

Она повернулась к монитору, но прежде, чем успела дотянуться до клавиатуры, за дверью кабинета раздались звуки, которые ни с чем нельзя было перепутать: Макс выругался и отодвинул кресло на колесиках. Какой же он все-таки нетерпеливый! Действуя на автопилоте, Кэтрин просто нажала на кнопку и выключила компьютер. Оставалось надеяться, что файл сохранится. Потом Кэтрин выдернула флешку и засунула к задней стенке верхнего ящика. Схватила блокнот, карандаш, поспешила в кабинет Макса… и чуть не врезалась в начальника. Внезапный контакт оказался для Кэтрин такой неожиданностью, что она даже отпрянуть не сообразила. А Макс между тем выставил вперед руки, чтобы поддержать ее и помочь сохранить равновесие. В первый раз Макс дотронулся до нее, и тот факт, что произошло это совершенно случайно, ничуть не умерил жаркую волну, которой обдало тело Кэтрин. На секунду Макс застыл. Потом опустил руки:

– Вы как… нормально?

– Сказала же – сейчас приду, – не глядя ему в глаза, ответила Кэтрин. – Вовсе не обязательно вылетать из кабинета и кидаться на меня, будто участник родео на быка.

После небольшой паузы Макс спросил:

– Почему вы так уставились на мою рубашку?

Кэтрин втянула в себя воздух, пытаясь придумать отговорку.

– Вообще-то я не на рубашку смотрю, а на галстук, – наконец ответила она.

– Что не так с моим галстуком?

– Он же розовато-лиловый. Согласитесь, не самый мужественный цвет.

Макс рассмеялся, и у Кэтрин перехватило дыхание. Каждый раз, когда он смеялся, ее так и подмывало присоединиться.

– Вот незадача! Ну ладно, сегодня вечером пойду в спортзал и буду поднимать тяжести. Надо же как-то возвращать утраченную мужественность. – И Макс снова рассмеялся.

Пальцы Кэтрин сами собой потянулись к верхней пуговице блузки. Это была ее первая линия защиты, напоминавшая, кто она такая и в чем состоят ее обязанности в этом офисе. Но сегодня пальцы Кэтрин коснулись обнаженной кожи над вырезом топа и замерли в нерешительности.

– Вижу, сегодня вы не застегнуты на все пуговицы, – отметил Макс. – И маленькие золотые сережки вы тоже не надели. Что же вы теперь будете делать?

Этого Кэтрин пока не решила, зато точно знала, чего делать не будет: обсуждать с начальником свой внешний вид!

– Думаю, работать, мистер Резерфорд, – наконец ответила она.

– Макс, – поправил тот.

Кэтрин моргнула, изображая растерянность.

– Я знаю, как вас зовут.

– Тогда не пойму, что, черт возьми, мешает вам обращаться ко мне по имени?

Упрямое нежелание Кэтрин называть начальника просто Макс уже успело послужить причиной многих споров. Но такое обращение казалось ей слишком… личным. А фамильярностей в офисе Кэтрин не любила. Если не держать ухо востро, и опомниться не успеешь, как переступишь через все границы. Но Кэтрин и так уже балансировала на краю из-за ситуации с «Цветком страсти», поэтому решила до конца дня не раздражать Макса своими «мистерами Резерфордами».

– Хорошо, – кивнула она. – Макс.

Начальник явно не ожидал, что она так легко уступит, и, оправившись от удивления, удовлетворенно кивнул.

– Только, я вас очень прошу, перестаньте выражаться, – с самым невинным видом прибавила Кэтрин.

Лицо у Макса сделалось озадаченное.

– Я и невыража… – Макс запнулся и через секунду расплылся в своей неотразимой чуть кривоватой улыбке. – А-а, вы про «черт возьми»! – Макс рассмеялся. – Иногда задаюсь вопросом, действительно ли вы такая паинька, какой хотите казаться, Кэти.

– Паинька?..

– Ну да, образцовая секретарша при всех атрибутах: кофточка-двойка, жемчужные бусы…

Кэтрин сдавленно фыркнула, и Макс сразу устремил на нее подозрительный взгляд. Кэтрин тут же приняла обиженный вид.

– Да, у меня есть кофточка-двойка, и жемчужные бусы тоже, – ответила она, изображая оскорбленную добродетель. Только ее кашемировая кофточка-двойка была ярко-красного цвета, и описать ее можно было одним словом – сексуальная. А жемчуг был черным, и жемчужные бусины перемежались с яркой бирюзой. Макс наклонил голову набок. Он всегда так делал, когда хотел посмотреть Кэтрин в глаза. А в этот раз он, казалось, мысли ее прочесть вознамерился.

– Такое чувство, будто эта тема вас забавляет, но почему? – вкрадчиво произнес Макс. – Нет, что-то вы недоговариваете.

Смешливость как рукой сдуло. Ах, этот напряженный тон, неподвижность тигра перед прыжком, пристальный взгляд… как будто Макс знал… Нет, не может быть. Начальник ничего не может знать ни о ней самой, ни о ее книге. Кэтрин была предельно осторожна – и выглядела, и вела себя, как классический синий чулок.

– Может, начнем? – резко произнесла она.

Но тут Макс опустил взгляд на ее ноги, и Кэтрин чуть не застонала. Сегодня утром она одевалась второпях и в результате проткнула ногтем последние черные колготки. Купить новые по дороге на работу не успевала, так что теперь ноги у нее были голые. Мало того – Кэтрин угораздило выбрать туфли с открытыми мысами, выставлявшими напоказ красный педикюр.

– Хм, – протянул Макс, будто говоря сам с собой.

Кэтрин чуть не покраснела:

– Ну так что? Начнем или нет?

– Я-то готов. Только вас жду, – бросил Макс и направился обратно в кабинет.

Следующий час начальник вещал в режиме монолога. Рассуждал про алмазные рудники в Африке, новый отель и торговый центр в Канаде и экологический курорт в Бразилии. Кэтрин знала, как привык работать Макс – его ритм, стиль, ожидания. Делая записи, она заранее угадывала, какие поручения он ей даст, с кем велит организовать встречу, какие документы прикажет найти. Иногда Кэтрин пользовалась своим старым диктофоном, но Макс предпочитал, чтобы, составляя письма, она изъяснялась своими словами. Поэтому дотошно переносить все на бумагу не было смысла, однако Кэтрин делала вид, будто фиксирует каждый слог. Это давало повод смотреть только в блокнот, а не на Макса. А игнорировать такого красавца-мужчину было сложно.

Высокий, но не чересчур. Под безупречными костюмами прячутся мускулы атлета. Черные волосы скорее длинные, чем короткие, и всегда в живописном беспорядке. Густые ресницы обрамляют ярко-голубые глаза. И улыбка, от которой растаяла бы даже женщина с ледяным сердцем.

В том, чтобы работать под началом сексуального мужчины, есть и плюсы и минусы. Главный плюс был в том, что женщины вешались Максу на шею прямо-таки с неприличным пылом. У него не было необходимости лапать подчиненных, заставать их врасплох и отпускать грязные намеки, чтобы самоутвердиться. Именно таков был ее ужасный предыдущий начальник Р. Дж. Хэрроу, и после него Макс казался просто идеалом босса. Но на этот плюс нашелся свой минус, и еще какой. Прошел месяц, и Кэтрин едва удерживалась, чтобы самой не начать приставать к Максу. А ведь последнее, что ей нужно, – еще один скандал на рабочем месте и следующее за ним бесславное увольнение.

Она едва не хихикнула, представив реакцию Макса, если застегнутая на все пуговицы мисс Норт начнет к нему клеиться! Еще в обморок грохнется, без дефибриллятора не обойдешься. Но лучше искусственное дыхание рот в рот…

– Вас что-то насмешило, Кэти? Ну так посмейтесь, не стесняйтесь.

Кэтрин подняла глаза:

– Да нет, ничего.

– Тогда поговорим о нашем самом проблемном детище, Курранги, курорте класса люкс в Квинсленде.

Макс указал на отчет, который до этого лежал на столе у Кэтрин, и улыбнулся. От этой улыбки сердце заколотилось как бешеное. Она поспешно опустила глаза и принялась записывать.

«Наше детище», «наш курорт». Вместе они так много сил отдали этому проекту, что казалось, будто он действительно «их» – его и ее. Две недели назад, когда они засиделись в офисе допоздна, готовя главный отчет, Макс ослабил галстук точно таким же жестом. Кэтрин по-особенному запомнился этот вечер. В офисе их было только двое, они обменивались идеями, записывали и вычеркивали… Заказали ужин в тайском ресторане и поели, не отрываясь от работы. Оба остались недовольны результатом, поэтому решили разойтись по домам и завтра все переделать – а если придется, всю ночь в офисе просидеть.

Но назавтра Макс не пришел. И послезавтра, и на следующий день, и… Короче говоря, объявился только сегодня. А пока они общались исключительно по электронной почте или через помощника Макса Дэмиена. Кэтрин это из себя выводило. А потом она решила, что в данной ситуации у нее есть два пути. Первый: скрежетать зубами, злясь на собственную глупость, – угораздило же влюбиться в начальника! Мало ей других мужчин! Вдобавок вышеупомянутому начальнику нравятся высокие худые блондинки с покладистым характером, а не маленькие брюнетки с формами, которых хлебом не корми – дай поспорить. Но есть и второй путь, гораздо более продуктивный: к возвращению Макса взять разбушевавшиеся гормоны под жесткий контроль.

В результате Кэтрин выбрала компромиссный вариант. Так родился «Цветок страсти». Изнывая от собственного бессилия, Кэтрин в красках расписывала свои тайные фантазии о Максе. Оставалось надеяться, что таким способом ей удастся выплеснуть накопившееся напряжение, пока она не наделала глупостей. Например, не кинулась Максу на шею, умоляя взять ее прямо на рабочем столе.

О-о! Рабочий стол! А это мысль! Почему бы не приписать?.. Только тут Кэтрин заметила, что Макс замолчал и теперь просто сидит, наблюдая за ней. С громким хлопком она поспешно закрыла блокнот.

– Итак, Кэти… – произнес Макс.

Голос его прозвучал хрипло, и Кэтрин сразу вспомнила про обязанности ассистентки.

– У вас, наверное, в горле пересохло, – выпалила она и вскочила. – Сейчас воды принесу.

– Хм?..

– Воды. Вы охрипли.

– Нет, не надо, – с досадой отмахнулся Макс. – Во-первых, вы не служанка, а во-вторых, я сам в состоянии налить себе воды. – Макс прокашлялся. – Итак… На чем мы остановились? Ах да, курорт в Квинсленде. Мне интересно, что вы обо всем этом думаете.

– Обо всем этом?.. – переспросила Кэтрин, снова опускаясь на стул.

– Да. Вы ведь слушали? Хотя такое чувство, будто нет. Обычно вы не сидите застывшая, будто кусок базальта.

– Кусок базальта?.. – опешила Кэтрин. Она не знала, то ли смеяться, то ли возмущаться.

– Ну да. Их еще из вулкана выбрасывает во время извержения. Но если это извержение, где лава? Разве вы не собираетесь вцепиться в меня зубами и когтями из-за… – Макс запнулся, подыскивая нужное слово, но потом просто пожал плечами. – Ну, не знаю… Из-за экологической ситуации, зверушек… Чего-нибудь в этом роде?

– За кого вы меня принимаете? – возразила Кэтрин. – Когда я на вас набрасывалась?

Макс рассмеялся:

– Да постоянно.

Тут Макс встал и обогнул стол. В каждом шаге сквозила скрытая сила. Макс замер рядом с ее стулом, потом опустился на край стола.

– Ну, так что насчет зверушек?

Макс взял из ее рук блокнот и стал перелистывать. Кэтрин чуть-чуть отодвинулась на стуле, пытаясь подавить вспышку раздражения.

– Извините, вы, наверное, устали после перелета. Вы же знаете мое мнение. Я полностью согласна с вами. Мы ведь обсуждали этот вопрос.

– Да, действительно. Обсуждали, причем всесторонне. – Макс помолчал. – Вечером, перед тем как я улетел в Канаду. Правильно?

Вечером, мысленно повторила Кэтрин. Тем самым вечером, когда она и надеялась, и боялась, что Макс все же удостоит вниманием одну строптивую миниатюрную брюнетку с формами. Однако закончилось дело сексуальной неудовлетворенностью, в попытке избавиться от которой и появился «Цветок страсти».

– Ну ладно, – продолжил Макс, так и не дождавшись от Кэтрин ответа. – В таком случае что вы думаете о мерах, которые я предпринял, чтобы решить проблему? Как по-вашему, не испортят ли предложенные мной изменения внешний вид курорта? Вот вы бы на такой курорт поехали?

– Да. Конечно, если бы могла себе позволить. А я не могу. Так что поездка, боюсь, не состоится, но будь у меня побольше денег, тогда обязательно.

Кэтрин чуть оплеуху себе не отвесила. Первый раз в жизни она несла такую чушь.

– И почему? Почему вы выбрали бы этот курорт? – поторопил Макс. – Кэти, я не требую, чтобы вы прямо сейчас решили проблему глобального потепления. Просто хочу услышать ваше мнение насчет изменений.

Глаза Кэтрин вспыхнули.

– Мне изменения нравятся, потому что, судя по диаграммам, которые любезно показал мне Карл, пока вы были в отъезде, с ними курорт более органично впишется в природный ландшафт. В результате отель приобретает неповторимый облик и становится эксклюзивным.

Макс протянул ей блокнот:

– Идеально. Будете составлять текст, напишете что-то в этом роде, договорились?

Кэтрин потянулась за блокнотом, и ее колено случайно задело ногу Макса. Это легкое прикосновение привело Кэтрин в трепет. Оказывается, сексуальная неудовлетворенность так никуда и не делась. Тут Макс небрежно бросил блокнот на стол и взял ее за руку. Целых четыре месяца избегать физического контакта – и вдруг три таких прикосновения за одно утро! Не день, а полный отстой.

– Вы дрожите, – произнес Макс. В голосе звучала искренняя тревога. – И за час почти ни слова не сказали. Что-то случилось? Вы не заболели?

– Нет, я здорова, – резко ответила Кэтрин. – Все в порядке. Просто немного устала, – нехотя прибавила она.

– Устали? Отчего?

Это что за допрос?

– Э-э… вчера поздно легла.

– А-а. Понятно. Я тут подумал… – Он покачал головой. – Неважно. Наверное, уже обеденный перерыв скоро?.. У вас, должно быть…. – Макс еще раз кашлянул, – планы?

Кэтрин проворно вскочила:

– Да, именно. Планы.

Макс устремил на нее пристальный, прямо-таки рентгеновский взгляд. Рука Кэтрин снова потянулась к отсутствующей пуговице. Макс наконец махнул рукой, давая понять, что она может идти.

– К половине второго вернетесь?

– Да, разумеется, – ответила Кэтрин и обошла стол с другой стороны, чтобы взять блокнот, не рискуя снова дотронуться до Макса. Она поспешила прочь из кабинета, а начальник между тем стал перелистывать отчет, который взял с ее стола, причем накинулся на документ с таким остервенением, будто перед ним был дикий зверь, которого необходимо укротить. Макс в своем репертуаре: другие просто берутся за дело, он же погружается с головой.

Поравнявшись со своим рабочим столом, Кэтрин машинально начала прибираться. Ее беспокоили подозрения, что сегодня утром их с Максом взаимоотношения свернули с рабочих рельсов, причем совсем не в ту сторону. Кэтрин казалось, будто ее разоблачили.

И тут из кабинета донеслось ругательство. Макс всегда ругался и запускал пальцы в волосы, когда на пути к цели вставали не зависящие от него обстоятельства. Должно быть, прочел какую-то неприятную новость в отчете. Кэтрин невольно улыбнулась, но тут же поджала губы. Если в отчете что-то не так, Макс сам виноват – взял и сбежал в Канаду вместо того, чтобы держать руку на пульсе.

Впрочем, не ее дело, куда он ездил и зачем. Даже если завтра снова туда полетит, Кэтрин и бровью не поведет. Нужно учиться проводить границу между работой и личной жизнью. И кстати, надо переписать ту сцену в «Цветке страсти», где Алекс и Дженнифер вместе трудятся над проектом и заказывают ужин в тайском ресторане. Чтобы не было сходства с реальными событиями, пусть будет… китайский ресторан. Хотя нет, пожалуй, она вообще уберет эту сцену. Ведь на самом деле вечер закончился сухим «спасибо за помощь», и главный герой преспокойно отбыл восвояси. Ну, и где тут романтика? А Кэтрин зачем-то навоображала невесть чего. У нее в романе Алекс признался Дженни, как давно испытывал к ней влечение, и герои медленно слились в нежном поцелуе. Какая же Кэтрин все-таки идиотка! И книга ее полный отстой. Кэтрин покосилась на стол, где было спрятано письменное свидетельство ее позора. Ой… вот только… вместо того, чтобы скрываться под другими бумагами, свидетельство позора красовалось на самом видном месте.