Прощение космического пирата. Шестая повесть детского фантастического шестикнижия

1

Эля, Гоша и трансивер

Эля сидела у окна и грустила. Маленькие колючие ёжики кактусов в пенопластовых ящичках с красными и синими рисунками на боках грустили вместе с ней. Даже желтый песок, из которого росли эти жалкие колючки, выглядел грустным.

Эля смотрела на знакомый с рождения московский двор, на игровую площадку детского сада, на белую бетонную коробку девятиэтажки, ограничивающей обзор из ее окна, и ей становилось еще грустнее. Картина за окном являлась совсем унылой. Еще это надоевшее серое пасмурное небо и капли дождя на оконном стекле способствовали охватившей девочку меланхолии.

– Что-то Гоша давно не заглядывал ко мне, – подумала девочка и глубоко вздохнула.

Ей минуло четырнадцать в этом году – тот самый возраст, когда девчонки становятся девушками, еще не понимая этого сами. Незаметно пропала ее немного лишняя полнота, тихо расцвела прелесть ее личика, и едва заметные штрихи то здесь, то там превратили обычного подростка в красавицу.

– Что значит давно? Он целую неделю не заходил. Прежде так подолгу он не пропадал никогда, только если уезжал на дачу. Но сейчас школа, и он никуда не может уехать. Неужели он забыл меня? Не может быть, мы дружим с раннего детства.

За окном повалил мокрый снег крупными хлопьями. Снежинки были столь огромны и так медленно падали, что удавалось рассмотреть их кружевной узор до мельчайших подробностей. Это увлекло Элю, и ее грусть нечаянно исчезла.

– Пойду-ка я во двор, погуляю, пока снег идет, а не дождь, – решила она.

Во дворе было почти безлюдно. Редкие прохожие, спеша от метро Тургеневская, пробегали, втянув головы в плечи, через проходной двор и исчезали в Костянском переулке.

– Вот меня сейчас заметет, – подумала девушка и отряхнулась.

Со стороны Уланского переулка через двор бежал Гоша. Он нес огромную сумку на широком ремне через плечо.

– Девица-красавица, привет, – закричал мальчишка, увидев свою соседку и подружку, – прости, что я давно не заглядывал к тебе. Очень некогда. Мы с Сан Санычем строили трансивер для дальней связи. Он у меня в сумке. Если хочешь, пойдем со мной, попробуем одну штуковину туда вставить.

– Конечно-конечно, пойдем. Я свободна сейчас, я просто гуляю, чтобы воздухом подышать, – радостно воскликнула девочка, а про себя подумала: «Никуда он с другой не ушел. Просто занят был чем-то интересным. Мальчишки, случается, чем-нибудь увлекаются».

С той поры, как мы с Гошей расстались на страницах книги «С космическим пиратом и другими», он заметно вытянулся и почти догнал в росте своего отца; возмужал, но по-прежнему остался тощим и угловатым. Его голос заметно погрубел и стал относиться к разряду баритонов. Он увлекся радиотехникой и к этому времени собрал уже не один транзисторный приемник, и вот в его руках вершина радиотехники: приемо-передатчик – трансивер, пригодный для радиосвязи в космосе. При помощи этого прибора можно вполне связаться с американским марсоходом и получить самую последнюю информацию о красной планете.

Но Гоша хотел пойти дальше. Дедушка Юра, профессор Московского авиационного института, подарил как-то мальчику сломанный спутниковый телефон. Такие аппараты используются для связи космонавтов, находящихся на орбите с Землей. В телефоне использовался кварц1 с гигогерцовой частотой колебаний. Вот этот кварц и хотел Гоша вмонтировать в кварцевый генератор трансивера. Но что можно услышать на таких сверхкоротких волнах, ни Гоша, да и никто другой на Земле не знал.

2

Сигнал бедствия

Гоша и Эля примчались домой. В квартире была только Гошина бабушка.

«Хорошо, что ты пришел, а то мне уже пора уходить. Нужно с одной старой приятельницей встретиться, – сказала она внуку. – Кушайте, пожалуйста, я там кое-что вкусненькое приготовила».

Бабушка ушла, а ребята вытащили из сумки прибор, поставили его на столе, где Гоша всегда готовил уроки, рисовал и вообще занимался своими мальчишескими делами. Из нижнего ящика стола он вытащил массивный телефонный аппарат, каких Эля никогда не видела, отвертку, паяльник на залитой канифолью подставке, пассатижи, пинцет и включил вилку паяльника в розетку.

«Пусть греется», – объяснил он Эли и стал разбирать телефон. В нем нашлась маленькая черненькая штучка с тоненькими проводками, которую Гоша осторожно выпаял из схемы.

«Это и есть сверхвысокочастотный кварц». Гоша нашел подобную детальку немного больших размеров в трансивере и заменил ее добытым из телефона кварцем. Он вытащил из розетки вилку паяльника и на ее место вставил вилку питания трансивера, щелкнул тумблером включения прибора и стал медленно крутить ручку верньера настройки частоты. Из динамика стали слышны хриплые улюлюкающие звуки.

«Это космические помехи», – вслух рассудил мальчик. Эля смотрела на огромный круглый стол в середине комнаты, на котором размещалась игрушечная железная дорога. Ее собрал из очень сложного и дорогого конструктора Гоша два года назад. Он иногда запускал по ней поезда, переключал стрелки и составлял маршруты при сортировке вагонов совершенно так же, как на настоящей железной дороге. Последнее время это бывало редко. Чаще железная дорога скучала в одиночестве. То, чем занимался Гоша, девочке было неинтересно, а мальчишка продолжал крутить ручку верньера и слушать хрюканье и улюлюканье космоса.

Вдруг послышался ясный голосовой сигнал бедствия: «mayday, mayday». Вслед раздалось в первый момент совершенно не на что не похожее бормотанье. Несколькими секундами позже Гоша понял, что это имбирский язык: «Мы терпим бедствие в квадрате 137С всегалактического атласа на четвертой планете звезды бета 192 туманности. Сегодня 14 февраля 2738 года шестнадцатого цикла по всегалактическому летоисчислению». Прошло несколько минут, и сообщение повторилось. Так продолжалось больше часа.

– Сигнал бедствия подает какой-то автомат. Возможно, он делает это много-много лет, – воскликнул Гоша.

– Как ты мог что-то понять в этой тарабарщине? – спросила Эля.

– Это имбирский язык – родной язык космического пирата Буль-Она, а вовсе не тарабарщина. Я его выучил, когда мы со Степой, Алисой, Дружком и Буль-Оном летали два года назад на космическом корабле на планету Имбирь. Я же тебе про это рассказывал, только ты не поверила, подумала, что это какая-то фантастическая книга, которую ты не читала. А это была правда.

– Что же ты собираешься делать?

– Попробую по электронной почте связаться с Буль-Оном.

– Ну и придумал! Может, по «Skype» поговоришь с ним? – засмеялась Эля.

– Правильно, по «Skype» скорее всего, – Гоша включил компьютер и вошел в «Skype». К счастью, Буль-Он оказался в сети и довольно быстро отозвался.

Эля обмерла от увиденного. Прямо против нее на экране монитора восседало удивительное существо и на чистом русском языке говорило с Гошей. Оно было не слишком высоко, немногим ниже Гоши, средней упитанности. Про таких говорят: «Не худой, но и не толстый». На его голове совершенно не было волос. Несколько навыкате глаза вызывали неприятные ощущения у девочки. Смешные, красные губы, похожие на большую

пуговицу, прикрывал от посторонних глаз небольшой хоботок, доходивший существу до пояса. Вся его одежда состояла из комбинезона серебристого цвета, сшитого из неизвестной на Земле ткани. Большущие черные ботинки были похожи на толстые поленья, какими топят печи.

– О том, что ты мне рассказал, я сразу и сказать ничего не могу. У нас уже двадцать лет не пользуются космическими кораблями, а просто телепортируются туда, куда нужно. Да ты и сам знаешь. Возможно, это какая-то очень древняя экспедиция терпит бедствие. Вернее, терпела бедствие очень давно и безумно далеко от обитаемых миров нашей галактики. Я просмотрю исторический справочник, раздел не вернувшихся экспедиций и свяжусь с тобой. Не уходи из сети, будь на связи, – Буль-Он встал и ушел из поля зрения веб-камеры.

Через двадцать минут он вернулся.

– Гоша, только две экспедиции с планеты Имбирь пропали безвозвратно за все времена освоения космоса. Одна – на корабле «Исследователь», сто двадцать лет назад. Еще в очень далекие времена была экспедиция «Одинокий странник», которая улетела в дальний космос в надежде открыть новые миры. Они вообще не планировали возвращаться. Это было еще во времена, когда Имбирь не входил во Всегалактическое Объединение, – сообщил Буль-Он.

– А как далеко от Земли находится звезда с координатами, что сообщаются в сигнале? – спросил Гоша.

– Приблизительно за две тысячи световых лет от твоей планеты.

– Но это же так давно, что на Имбире и жизни еще не могло быть! – воскликнул Гоша.

– Это меня более всего и смущает.

– Сравнительно недавно астрофизики-теоретики Земли предложили математическую модель пространственно-временных туннелей. По ним можно путешествовать как в будущее, так и в прошлое. Вдруг экспедиция попала в такой туннель? – вмешалась в разговор Эля.

– Я тоже что-то слышал про такие туннели, и еще про струны и черные дыры. Только это пока голая теория, не подтвержденная никакими экспериментами. Да и никакой энергии в Солнечной системе не хватит, чтобы такой опыт поставить, – рассудил Гоша.

– А вдруг и правда они попали в этот самый временной туннель? – спросил Буль-Он.

– Все равно в такое далекое прошлое никак не добраться, – грустно рассудил Гоша.

– Почему не добраться? На Планете Двух Солнц давно существует машина времени. Ей еще воспользовались дети с Земли Ваня и Соня, чтобы попасть домой. Этот факт у нас на Имбире каждый школьник знает. Его на уроках метафизики разбирают при изучении основного закона, – сказал Буль-Он.

– Я попробую связаться через интернет с Тичкой. Она нам обязательно поможет, – закричал от возбуждения, будто он горлан, Гоша.

– Я тоже попробую связаться с Планетой Двух Солнц через межгалактический канал. Возможно, это будет эффективнее, – предложил Буль-Он.

– Буль-Он, до свидания, попробую написать письмо Тичке, – попрощался с далеким, но очень близким другом Гоша.

3

В это время на Планете Двух Солнц

Планета Двух Солнц была открыта для жителей Земли благодаря чудесному путешествию группы земных детей: Вани, Сони, Славы и Маши сквозь кубок из волшебного материала – алавера. Это невероятное событие произошло вот уже около тридцати лет назад. Если вы хотите узнать об этом подробнее, то прочитайте самую первую книжку детского фантастического пятикнижия «Планета Двух Солнц и другие миры». Я надеюсь, что вам понравится.

В то самое время, когда Гоша беседовал по «Skype» с Буль-Оном, на Планете Двух Солнц готовились к чествованию столетнего юбилея знаменитого ученого метафизика, доктора метафизических наук профессора Курхана.

Курхан внес неоценимый вклад в метафизику, открыв ее основной закон и детально проработав очень важный раздел этой науки – аловероведение.

Благодаря этим знаниям, Планета Двух Солнц вышла в космос и вошла во Всегалактическое Содружество.

Несмотря на свой почтенный возраст, доктор Курхан был еще бодр и по-прежнему занимался наукой. Многие молодые ученые под его чутким руководством совершили фундаментальные открытия в области метафизики. Одним из таких открытий был временно-пространственный переход, позволивший построить машину времени. Здесь необходимо отметить, что машина времени работала в полном соответствии с основным законом метафизики, который гласит: «Энергия пространственно-временного перехода зависит от состояния души». Говоря простым человеческим языком, это означает, что пользоваться машиной могут те существа, которые безоговорочно верят в чудеса. В наше время в чудеса верят только дети. Вот им и удается путешествовать с помощью удивительной машины.

Пух, Тичка, Пуз, Шара, Хан и Кура и другие, известные вам, читатели мои, по предыдущим книжкам, горланы и оралы, активно готовили грандиозный праздник столетия Курхана. Его именем планировалось в этот день назвать новую красивую площадь в Цитире. В этот день на площади состоится открытие бронзового памятника знаменитому ученому. Не безызвестная вам Миха, выдающийся музыкант и композитор Планеты Двух Солнц, для этого случая написала кантату, и ее исполнят на гармонеане в специально построенном павильоне. Планировались поздравительные выступления бывших учеников юбиляра и многое-многое другое.

Тичка выполняла обязанности координатора-распорядителя праздника. Ей было очень некогда, но в короткие минуты отдыха она заглядывала в компьютер и проверяла, нет ли ей корреспонденции.

– Ой! Да это же письмо с Земли! – воскликнула горланка и принялась читать: «Здравствуй, Тичка! Я увлекаюсь радиоэлектроникой и собрал сверхвысокочастотный приемо-передатчик – трансивер. Сегодня, слушая сигналы космоса, я случайно наткнулся на сигнал терпящих бедствие космонавтов. Текст передавался на имбирском языке. Я его выучил во время полета на Имбирь вместе с Буль-Оном. Космонавты потерпели бедствие на расстоянии от Земли две тысячи световых лет. Это значит, что радиосигнал отправлен в космос более двух тысяч лет назад. В далекие времена освоения космоса с Имбиря отправилась экспедиция в дальний космос, не планировавшая вернуться назад. Может быть, это та самая экспедиция. Еще одна экспедиция пропала сравнительно не так давно. Возможно, это она подает сигнал.

Мы с Буль-Оном думаем, что одна из этих двух экспедиций попала случайно в пространственно-временной туннель, который, возможно, существует в космосе по расчетам астрофизиков Земли.

Буль-Он мог бы вместе со мной с помощью машины времени с вашей планеты на своей «Зазнобе» слетать туда. Его корабль – очень современный и может двигаться почти со световой скоростью.

Пожалуйста, попроси разрешения использовать вашу машину времени для спасения экспедиции. Привет всем. Гоша».

– Я немедленно отправляюсь в институт метафизики, чтобы помочь вам с машиной времени, – отправила ответ на Землю Тичка.

4

Вести из Бологое, и не только

Гоша и Эля не знали, чем заняться. За что бы они ни брались, ничего не получалось. Попробовали играть на фортепьяно в четыре руки. Гоша все время сбивался с темпа и убегал вперед. Пришлось оставить это занятие. Стали пускать поезда по железной дороге: произошло крушение. Дети так и не поняли, почему.

– Наши головы сейчас заняты другим – ждут письма с Планеты Двух Солнц, – рассудила Эля.

– Ты, как всегда, права, – согласился Гоша и стал проверять в компьютере почту.

– Есть письмо, – обрадовался он.

Действительно, письмо было, но не то, которого с нетерпением ждали наши детки.

Писал Гошин брат Степан из Бологое: « Здравствуй, Гоша! У нас в этом году не зима, а настоящая зимища! Снегу навалило столько, что дедушка не может откопать свой гараж. Он занесен выше крыши. Говорит, что весна придет, и снег сам растает, а раньше ему в гараже делать нечего. Яхта по льду плавать не может. Она не ледокол. Кроме яхты, у него в гараже никакой техники нет.

Последние дни наступила оттепель, и можно из снега катать огромные комья и лепить снеговиков. Я и Алиса в нашем дворе слепили большущего зубастого и шипастого динозавра. Стали его красить зеленой гуашью, а он получился бледно-желтый, когда краска высохла. Смотри прикрепленный file. Скоро наступят весенние каникулы, и мы с Алисой ждем тебя к нам в гости. Привет маме и папе. Твой брат Степан и сестра Алисочка».

– Мне не до Бологое сейчас. Позже брату напишу.

– Гоша, тебя по «Skype» кто-то вызывает, – заволновалась Эля.

Гоша ответил на звонок. Это был Буль-Он.

– Значит, так. Нас с тобой и твоими друзьями ждут на Планете Двух Солнц в любое, удобное для вас время. Я завтра с утра вылетаю туда на моем космическом корабле «Зазноба». Кстати, на нем заменили двигатель на сверхсветовой аппарат движения. Теперь это не просто космический корабль, а настоящая мечта. У меня для вас есть сюрприз. Но сейчас я про него не скажу. Пусть он останется сюрпризом. Через неделю, возможно, чуть больше, я буду на Планете Двух Солнц. А вы воспользуйтесь вашим кубком из алавера. До встречи, – сообщил Буль-Он.

– Хорошо, мы прибудем на весенние каникулы. Для этого нам нужно поехать с Элей в Бологое. Но пустят ли девочку со мной ее родители, пока не знаю. Я только что получил письмо от Степы. Он меня на каникулы приглашает к себе в гости. Сейчас я его обрадую, что приеду, и про предстоящее путешествие напишу. Пока, – Гоша выключил «Skype».

5

Встреча друзей

Скоростной поезд «Сапсан», проход через кубок из алавера – это все вещи для нас банальные, и не будем об этом вспоминать.

Бывший космический пират Буль-Он, Дружок – разумное насекомое с планеты Нега, Тичка и Пух прилетели встречать земных детей на лужайку для игры в кросс возле Поселка Цветущих Клумб. Ждать пришлось недолго.

Нежданно-негаданно возник на краю лужайки светящийся диск, и из него, как всегда, вышли земные дети: Гоша, Степа, Алиса и Эля. Алиса и Эля к этому времени уже успели подружиться и болтали безумолку.

– Вот это сюрприз! Среди встречающих находится Дружок, – заорал Степа.

– Да тише ты, здесь глухих нет. Пух и Тичка пока еще неплохо слышат, – утихомирила брата Алиса.

Друзья обнимались, крепко колотили друг друга по плечам и радовались встрече. Гоша познакомил Элю со всей компанией.

– Я специально подал вам модернизированный космический корабль «Зазноба», чтобы не тратить время на путешествия с экипажами строминго, – объяснил Буль-Он.

– Сижу я дома на Неге, вспоминаю наши с Буль-Оном скитания по необъятным просторам космоса, даже немного загрустил. Вдруг в полной тишине с небес опускается летающая тарелка изумительной красоты. Плавно так спускается, чтобы никому не навредить. И вот вам, здравствуйте, из нее выходит собственной персоной бывший космический пират Буль-Он.

– Привет, Дружок! Не желаешь со мной отправиться в очень далекое путешествие? На Планете Двух Солнц к нам присоединятся наши друзья с Земли, – так вот запросто говорит мне Буль-Он. Словно в соседний сад погулять меня приглашает.

– Отчего же? Вполне можно прогуляться с тобой. Я сейчас свободен, – отвечаю я, и в этот день мы улетели. Я только в дорогу приличный запас цветочной пыльцы прихватил. Волшебная пудреница – это, конечно, хорошо, но настоящая пища полезнее, – говорю я ему.– Признаюсь, я не предполагал, что «Зазноба» может быть такой резвой. Мы с Буль-Оном от Неги до Планеты Двух Солнц домчались меньше чем за два дня.

– Это действительно невероятно быстро, – согласился Гоша.

– Из-за такой скорости у нас выкроился свободный день на Планете Двух Солнц до встречи с вами. Я и Буль-Он его провели с пользой. Мы посетили музей чудес. Я нашел там регулятор гравитации. Это прибор для изменения силы тяжести по вашему желанию. О его назначении жители Планеты Двух Солнц ничего не знали. Они думали, что это какая-то головоломка. Колечки, из которых состоит прибор, никак не связаны между собой, а просто висят одно в другом, и так все двенадцать колец, а разобрать конструкцию невозможно. На самом деле нужно держаться за два разных кольца. В зависимости от их комбинации становишься тяжелее или легче, чем ты есть на самом деле, – рассказал Дружок.

– Этот прибор мог бы нам пригодиться в нашей экспедиции, – подметил Степа.

– Конечно, может пригодиться. Я его уже попросил у хранителя музея напрокат. После возвращения мы его обязательно вернем, – добавил Буль-Он.

– Вы меня простите, но я хочу вас попросить задержаться еще на пару дней. Тогда вы сможете принять участие в праздновании юбилея доктора Курхана. Ему исполняется завтра сто лет со дня рождения. Мы подготовили грандиозный праздник. Вам обязательно понравится. Тем более, что машина времени отправит вас, хотя двумя днями позже, но в то же время туда, куда вам следует попасть, – вступила в разговор Тичка.

– Попасть на праздник – это замечательно, – за всех сразу ответила Алиса. Ее поддержали остальные дети.

– Я тоже готов повеселиться, – согласился Дружок.

– Тогда остаемся на праздник, – решил Буль-Он.

Только Эля, совершенно растерявшись от огромного количества впечатлений, стояла и молчала, будто потеряла дар речи.

А в небе, таком ярком и радостном, светили два солнца: рыжий Цитр и немного грустный, фиолетовый Ир, освещая бескрайние просторы доброй, гостеприимной и радостной планеты с ее замечательными жителями: горланами, оралами, говорящими цикадо, строминго и еще многими другими чудесными обитателями.

Вся компания погрузилась в космический корабль и, бесшумно взмыв в высоту, исчезла из вида.

6

Юбилей

Цитир гудел, как пчелиный улей перед роением. Похоже, что на празднование юбилея доктора Курхана прибыли все жители Планеты Двух Солнц. В гостиницах города свободных мест не было. Даже в комнатах для приезжих института транспорта нашим друзьям устроиться не удалось. Все было занято. Пришлось по-походному устроиться прямо в космическом корабле. Он был припаркован рядышком со зданием, где находилась аэродинамическая труба, в которой когда-то испытывали упругоплан. Теперь упругопланы курсировали по расписанию по всей Планете Двух Солнц. Они стали привычным транспортом для горланов и оралов.

В космическом корабле располагаться на ночлег всей компанией было несколько тесновато, но Тичка откуда-то принесла горланские матрацы. Их хватило всем, и один остался.