Соответствия
- -
- 100%
- +
© Трешкур А. В.
Соответствия
«проникнув внутрь горы…»
проникнув внутрь горыразнообразья радиучастником игры(не вор и не украдени всё-таки…) портфельоставив у порога,берёт бобы, форельи персиков немного.орехи, виногради сыр ему приносят,и этому он рад,и большего не просит.он знает: все судына отдыхе, покудау синей бородыв пособниках иуда«выбросят змеи…»
Где они? где твои мудрецы?…
Ис. 19:12выбросят змеизубы свои,но не сумеютк богу без виз.кукол отниметстая колбасу карабаса,взявши на бас.будут в пустынемёрзнуть словано превратитсяв зад голова«вот этот: маленького роста…»
вот этот: маленького роста,хромой, он кто? а длинный? гамлет?!ну, надо же? чей это остров?какого паладина? храм листроенье это? нет?! таверна?!кто эти с длинными носами?а эти? дураки, наверно,хотя того не знают сами.а тот? он дока в деле ратном?!здесь слишком много червоточин…куда попал я? мне обратнодавно пора – уж это точно!«не носили воды, и всё же…»
не носили воды, и всё жеговорит он: «довольно стужи!»говорит он и погибает.его место займёт такой же:не имеющийни рубашки,ни штанов,ни души,ни тела«глину мне…»
глину мнепредлагаетголемя куплю еёне торгуясья собачкуслеплю из глинынаучу еёштукам разнымбудем жить –поживатьдо срокаа умру я –меняоплачет«прокричав, что лета…»
прокричав, что лета –ерунда, просто такнаучил он летатьвсех окрестных собак.выпив водки стакан,(он и больше бы смог)в небо взмыл хулиган.сохрани его, бог!«это скопище…»
это скопищеоблаковбог лесной накормил,с боковотщипнув у озёр.был милдождь:он радовалчудаков«вершители судеб – соседи…»
вершители судеб – соседи.давайте, мы к вам переедемс собаками, кошками, скарбом,гитарой, подаренной бардом.прихватим венки и вериги…всё ваше теперь, даже книги«золотое солнце эха…»
золотое солнце эха –невостребованный лист.из пещеры вышел нектоэхнатон монотеист.у него в корзине сливы,хлеб и сладкое вино.слуг оставив суетливых,он проверил неба днои сказал подруге: «нитисолнца – лишь тебе одной.нефертити, нефертити,что ты делаешь со мной!»«ветер марту не верен…»
ветер марту не верен:после поля слепого –в лес полез. лесу – лестно,и напиться есть повод«в хлебных ячейках твоих почтальоны…»
в хлебных ячейках твоих почтальоныили скитальцы почище ионы.так и живёшь: сунул руку – и нет.тени летают. в тарелках планетплавают птицы чугунные: в стаюк лету собьются они и растают«свернись клубком, укройся пледом…»
больной собаке
свернись клубком, укройся пледом…умрёшь – я за тобою следом«когда мороз пойдёт на убыль…»
когда мороз пойдёт на убыль,и снег растает сам – без соли,давай устроим праздник моли,давай ей отдадим все шубы«город встречает святого петра…»
город встречает святого петра:полчища птиц вороватых трескучихда грозовые свинцовые тучибудто приметы грядущих утрат«раз в полгода с ногтей молодых…»
С.
раз в полгода с ногтей молодыхна пленер выезжает мазила.он без города, как без воды,двое суток протянет от силы«вода соединиться с глиной…»
вода соединиться с глинойсумеет: выйдет половинаеё на свет, траву пугая,и внутрь войдёт уже другая«кто он такой из неведомой чащи…»
кто он такой из неведомой чащивывезен пусть приживается брошенздесь как сумеет и рад бы молчащийчто-то сказать но зимою лишь рожикорчить умеет и в этом порядкеможно найти беспорядок попробуйон и находит как овощ на грядкея восхищён им мы счастливы оба«змея растянута над полем…»
змея растянута над полеммы бога о несчастье молимно спит старик и мы не рады:беды мы ждали как наградыа злобный дух нам шепчет в ухочто это не старик – старуха«отрубили хвост у дня…»
отрубили хвост у дняно остались руки ногиверность времени хранядень не требует подмогиколь случится энурезу небес он не заплачетпотому что в конурезаперт с ним нельзя иначе«летают штаны и рубашки, и майки…»
летают штаны и рубашки, и майки,и звери летают, и рыб тут немало.летают по небу разбойников шайки(и била их жизнь, да видать, не сломала).летают бумага и ножницы, каменьлетает, летает вода, исчезаяв воде, и (как могут) рубли с пятаками,летают, но ангелов видит исайя«поторопись, однако не спиши…»
…строчки ложатсяв белоснежную тетрадь.А. Ахматовапоторопись, однако не спиши,что сможешь не списать, и думай, думай.сор вынося ночами из избы,производи как можно меньше шума.молчание – пособник тишины…к утру лежало восемь строк в тетради.был строй словесный взят, но не украден:он за собой не чувствовал вины,«мерзкий шпырь, слышь ты, серая воничь…»
мерзкий шпырь, слышь ты, серая воничь,я тебе говорю, недотёпа.скоро блохи на старой вороне –порожденье июльского трёпа –прилетят, и заморские дрожжи(хоть без них колоссальных размеровкомары вырастают, до дроживсех пугая, и нашим химерамне чета малохольные ваши)привезут: ты ещё половинывсех чудес не видал. вот для кашидля берёзовой прутики – спинуподставляй! что, не нравится? то-то.мы добры… мы добры, да не очень,знаешь, мучить тебя неохота –сам, давай, закрывай свои очи«разрежут (что за спех?)…»
разрежут (что за спех?)и внутренности вынут,но жаловаться – грех:уже не дышат в спину,не трогают крыла,и я доволен, ибожизнь всё-таки была.спасибо всем. спасибо«плевать, что новый год: идёт война…»
плевать, что новый год: идёт война:морковь воюет с репой, и убитыхне счесть, в озёрах красного виналежат они теперь, друг с другом квиты –пиногий пернт и сарра, и маккей,и гонзий, их обидевший когда-то…(голубку держит он в одной руке,зато в другой два или три солдата,пусть оловянных, но виновных в том,что жить хотят и умереть не могут)…преследуют снежинки общим ртоми привыкают к боли понемногу«„где ты был?“ „где я был? где была…“»
«где ты был?» «где я был? где былаты, душа, до рождения тела?»«я горела, как свет, добелараскалясь, я так долго болела.где ты был?» «где я был? со дворавышел я на минуту, не больше,и уже расставаться пора.неужели всё кончилось? боже,пастырь мой, не берись за дуду,призывая ягнёнка к ответу.пусть я нынче к тебе не приду –дай остаться хотя б до рассвета»«в квартирах старых потолки…»
в квартирах старых потолкиимеют трубы: в них долгикак в чёртов понедельник суки(над нами не дыра, а крест)текут (но крест дыры не съест)…ногами скоро станут руки,я рот открою – и комарвселенную откроет… мартсумеет, не в ущерб здоровью,питаться недопитой кровью«гамлет, пей: здесь яда нет…»
гамлет, пей: здесь яда нет,да и шпаги из картона.пьёт гораций, пьёт лаэрт –он не брал твоей короны.выпьешь – всё забудешь вдруги уснёшь… к огню приколот,не кричит в аду петух –чем он хуже богомола?«никого не жалеет сестра…»
Н.
никого не жалеет сестрабармалея, ведь сабля остра,и заряжен мушкет, и дубинкався гвоздями утыкана. свинказлобной тётки соседей кусает,послан к ним на участок жучиныйполк… сестра бармалея с усами,и одета она как мужчина«многогранен мир и многолики…»
многогранен мир и многоликибожества но он им не хозяиниз левкоя мальвы базиликатень его абсурдом осияненон невольник молодого плача(голос выбрать сам себе не волен!)а живёт он так а не иначепотому что не приучен к боли«кто и водой и солнцем трачен…»
…благодарен за всё;за куриный хрящик…И. Бродскийкто и водой и солнцем трачентот будет телом с головоюсобачьей награждён… от воянеистового из невзрачнойдуши проклюнется другаяи будет хороша (как хрящиккуриный для тебя исайя)хоть и покажется ледащей«здесь и весна красна непостоянством…»
Мосты в это утро…
Г. Аполлинерздесь и весна красна непостоянствомтепла. тщедушны дети. старики –как сморщенные листья. пиджакис наградами – не гордости, а чванствапредметы. у поруганной рекиуже полвека не зимуют раки.здесь машут кулаками после дракии лечат сумасшествие чужойтоскою. ведьмы, колдуны и магиподписывают важные бумаги,произнося ужасное «ужо».ютятся здесь сугробники в сугробах,а дворники глядят за ними в обапоскольку понимают: их уход –уход слона – всего-то хвост да хобот,но многие с пелёнок и до гробане видели его… который годв конце письма никто не ставит Vale!здесь пасюки живут в любом подвале,но кошки обленились: быть беде!сын плотника остался б здесь едва ли –его бы лицемеры доконали:здесь босиком не ходят по воде,и темнота нерастворима в шуме…я здесь родился, жил и здесь я умер,и был сожжён, как тысячи других,и помещён, как бог, в одну из комнат,но и меня когда-нибудь да вспомнятнесчастные в любви и дураки«в крестом помеченном бараке…»
…ибо смерть наступаети от укуса змеиной тени.в крестом помеченном баракеона жила в законном бракесо змеем: он без рук и ноглюбил красавицу, как мог.потом он умер, и окновступило в разговор с соседом:она его впустила следомза ветром. действие однодругим сменяться не хотело.бессмертия искало тело.в бутылке старое винодремало. утру ночь писалао мудрости его… она,нарисовав на стенке фаллос,всех бесов выставив (не малоих было), наконец однаоставшись в доме, до июняв пустой стакан пускала слюни,и доставала смех со дна«ночью ангелы с неба в каналы…»
ночью ангелы с неба в каналысеют дождь, но им этого мало,и они разжигают костры,записав несогласных в иуды…чтоб у полночи выкупить утро,брат монетку берёт у сестры.а на улице пляшут собаки,кот цепной щеголяет во фраке,лает птица, летает поэт:он готов умереть, да что толку:день вчерашний застрял, как иголка,в дне сегодняшнем, где его нет«красоты пропавший ящик…»
красоты пропавший ящик,полукруга мир бодрящий,птиц ослиные приколы,палец (вероятно, школынепорочной девы монстра)указательный, виола(от эола), коза ностра,ойстрах страха – оспин первый,бог (практически без нервов),бес деленья – ножик острый,лени зелень, та же стаяста багряных или рыжихк октябрю (что музе ближе),готлиб (смысл получая,просит водки вместо чая),лис (в лесу, как суд неистов),ливень (в местности гористойхоть и не поверит грому –хлынет, чтобы быть икристойрыбе, рыпаться паромуна реке), флажок на стуле –на футбол идти харону(с обалдуя пять оболоввзяли за билет – надули)август кончится (не лазарь –не восстанет он из гроба) –мы в сентябрь полезем обабез пальто: так легче лазать«мудрецы, герои…»
мудрецы, героиворы и галахиспят. в лесу молочномходит бродит ирод.столько ниток с мира,а всё нет рубахиголему-собаке,и не будет точно«в случившейся аварии харон…»
в случившейся аварии харонне выжил впрочем это и не важноприветствуя себя себе ротфронтрукой он сделал и нетерпеливпрошёл сквозь стену и была бумажнойстена и цербер был из крупных слив…душа моя блуждавшая во тьмеменя опять о помощи просилано я был частью неизвестной силыи находился не в своём умеона ж была добра но бесполезна…большие птицы в ящиках железныхслова глотали с чистого листамне прошептала старая звездане говори и не молчи на этомстеклянном языке найди другойи будь ему и другом и слугойдаже когда он станет сущим бредоми в слово что уже не даст приплодмеж предпоследним и последним слогомнащупав языком запретный ходне уходи: держи под мышкой сводподземных правил с корректурой бога«как нашёл потайную прореху…»
как нашёл потайную прорехув изумительных планах господнихполетел а потом и поехалпобежал он назад а сегодняпонял что по нему не завоютну да мёртвые сраму не имутсогласился бы стать и травоюесли б приняли только не примут«нет он не плох но выпущен из рук…»
нет он не плох но выпущен из руксадится в уголок возле посудытри дня немытой… яйца птицы руххотя они произведенье блудапокрепче кирпичей но кирпичиздесь не в цене и на горе печаленуже без головы герой кричиттрава у ног его кричит ночамикричат собаки кошки и волыевреи… речь брюхатая разбившисьна сотни новых им кричит малыи снова умирает не родившисьпотом земля уходит из-под ноги этому виною змей зелёныйкрепка печаль и не светла давноправоприемник каменного лонапечален… призрак своего отцанет он не плох но вот беда какаячужие губы в поисках словцаненайденного тут же отсекает«невольник: бога? сатаны?..»
невольник: бога? сатаны?живёт себе, не умирает…и, поглядеть со стороны, –посредник он между мирами:в одном, как водку, воду пьюти расточителей карают,в другом и пляшут, и поют,и с ангелами в мяч играют«я видел сад – такой едва ли…»
я видел сад – такой едва лиещё увидишь, мне поверь.коровки божьи там плясалив развеселившейся траве,вёл муравей жуков на приступкуста смородины: ониовладевали им, и быстро,в деревья превращались пни –и время шло назад, по грядкамна шестиногих паучках,помолодевшие порядкомкатались бабушки в очках«прекрасный мир, увы…»
прекрасный мир, увы,условен: плачут совы,собаки могут выть,а ты, владея словом,зверей и птиц покаупотребляешь в пищу.печаль твоя легка –другой тебе не ищут«не греет ни меня, ни вас…»
не греет ни меня, ни васзастывший ум: он, как паук,зазимовал в одной из ваз,которыми утыкан юг.он, спать ложась, давал наказпеску, что тёрся возле ног,чтоб охранял себя от нас,и тот усердствовал, как мог«но, посмотри, король: воды морской…»
но, посмотри, король: воды морской,ведущей к бунту живота, и глиныдовольно для создания семян,из коих вырастают за неделюсиреневые крепкие дубыили осока (будем ей сражатьсямы до последней капли крови)… знай:всеведущих я видеть не желаю –они для матерей устроят ад,продуманный до действия любого«война и мир атланты немцы…»
война и мир атланты немцына бовина напавший хоини роботы и персогрекизелёной крови льются реки…один с ума сошедший йорикот горя выкинул коленце:друзей оплакав после бояполы помыл он полотенцем«непокорники в старой норе…»
непокорники в старой норежить надумали но умеретьим сегодня придётся однакоибо смерть подтверждение знакачто мы все семена одногоперезревшего ангела-тении наверх выходя из негото и дело встаём на колени«пришли с прогулки палачи…»
пришли с прогулки палачисдавили комнату немножко:исчезла мышь а с ней и кошкане плачь родная не кричи«приближается день гнева…»
приближается день гнева:муравей залез на древобык плетётся по дорогеспит собака на порогеприближается день гневапахнет в воздухе бензиномчинит туфли королевагорько плачет мнемозинав миске маются пельменисправа вилка книжка слеваприближается день гнева…может быть его отменят«скоро речка пересохнет…»
скоро речка пересохнет.рыбы в сторожа пойдут.и не важно, что: песок ли,камень, глина будет тут.кто-то музыку сыграет,но зачем она ему:путь от ада и до раяне осилить одному«прощается с городом лето…»
прощается с городом летодеревья меняют наряддомашние птицы из клетоксвоих улетать не хотятздесь дом со столом и уборнойздесь всё обещает уют…клюют они досыта зёрнаи так неумело поют«для примиренья душ и тел…»
для примиренья душ и телкупили бога: был он мално нам такое зренье далчто всяк увидел что хотел«ему ржавого жалко железа…»
Крупный дождьв лесу зелёном…И. Бунинему ржавого жалко железано природа ему не близкаон не брут и уж точно не цезарьи боится речного пескаи воды и деревьев и птицычто укрылась в прибрежной травеон боится боится боитсяу него пустота в головепустотой поделиться не жалкодержит май синеву на весуне успев под чужим полушалкомспрятать всех кто остался в лесу«непризнанный – огонь в печи потух…»
Солнце светит в беспорядке…
А. Введенскийнепризнанный – огонь в печи потух,и кровь уже не покидала ранку.всё превратилось в зрение и слух,однако станет прежним спозаранку,ведь бог везде: что надобно ему,он сам не знает, то сжимаясь в точку,то расширяясь – нашему умутакое не постигнуть в одиночку.он любит всех: героев и царей,рабов, свободных… подогретый снизулетит по небу русский бог-еврейи потакает каждому капризу,снимая жатву с пустоты, при томне зная, что кругом возможно камень,он кормит птиц, он снова строит дом,и птицы его трогают руками«мышь…»
мышь:рождённаяжабой горыглина-мышьс телом богао двух…мышь горы…головах:золотых…не пускающихсловодомойчаша-мышьрана-мышьсвет –дитя –дудка –грешница –смерть –и: –восходили голубьвтороймышь –гораветкаптицесирении – мышь…«из огня вынимающий шляпу…»
из огня вынимающий шляпу,будто полдень исчезнувший, внемлеткамню, сдуру упавшему на полс потолка: всё равно ему – нем ли,глух герой, или то и другое:тьма внутри богоборца уместна.всех укроет коричневый голем:и электру, и даже ореста«съев восемнадцать пышек с пудрой…»
съев восемнадцать пышек с пудройсладчайшей, он покинул стул.в одиннадцать король уснул.была тяжёлой ночь. под утроему приснилось: он куснулту руку, что его кормила…трава, с небес спускалась вниз,ногой ступая на карниз;минуя дверь, летели вилывослед заезжему врачу,определившему безумьеу всех, кто прокричал «хочу!»из древа вылез червь – и умер.молчали птицы. древний богмелкопоместный, не из главныхих успокаивал как мог:его движенья были плавны,волы тянули с сеном воз,беззвучно лаял старый пёс…от холода король проснулся,и нос его зимы коснулся…так много бедному умуявилось в сумраке тяжёлом,что понял: страшно одномуходить по королевству голым«от дороги (небось не утонет!)…»
от дороги (небось не утонет!)вниз налево – с дубинкой в руке:так, на случай (да кто его тронет!)по болоту, а там – налегкедо пролеска – мечтая вселитсяхоть в кого: в собачонку, в кота…(всё утро вода веселится,он её не пригубит – не та)«он понимал что хуже может быть…»
он понимал что хуже может быть,но не бывает и не прибыл моремно обладая опытом ходьбыпо небу как положено героямпришёл домой хоть знал что дома неткак нет и самого его и всё жеон покидая местность из монетоставил ту что всех была дороже«вода и воздух воедино…»
вода и воздух воединосливаются. до боли тихосенний свет: под паутинойспит бог. его прекрасен лик.«картины старых мастеров…»
«картины старых мастеров,на коих фрукты и кувшиныс вином, ты мучаешь, петровглазами, ты вознёй мышинойим досаждаешь, на трубесыграть пытаясь вальс, скажи-ка,зачем они нужны тебе,когда петров ты просто жихарь?»«ну да, а ты-то, сидорук,ты сам из теста из какого?что ты потомок птицы рух,я не скажу, но ты ни словатогда не скажешь обо мне.молчи, беспечный мой приятель.иначе мы сгорим в огне»«в огне? пожалуй! но о яде.не помышляй. пусть берегахмельная омывает брага,пусть станет бабою яга,и за окном поёт собака…как я хотел сойти с ума,но не дал бог: пришла зима»«по болоту ходят птицы…»
У колодца расколоться…
В. Хлебниковпо болоту ходят птицыим невыгодно летатьхочет пьяница напитьсяа мертвец из гроба встатьдай ему покой и волюподмени его он болен«был тополь ветром обворован…»
был тополь ветром обворован,когда он воду пил с рукиу тучи. по небу коровылетали. бегали жуки.болели зубы от ирисоку зайцев. пахло табакомот волка. земляные крысымолились дружно ни о ком.больное озеро молчало,а если двигалось – с трудом.тепла и солнца было мало,и замерзали пёс с котомпечальный мир, лишённый ада,был перевёрнут кверху дноми вечности была не рададуша в узилище ночном«уродом управлял урод…»
уродом управлял урода может быть наоборотуродом управлял уродони воды набрали в ротони подняли руки к небуони сажали в землю репуони смеялись и из соскисырым огнём кормили доскии доски плакали в печи…их утешали кирпичи«время – вечности завеса…»
время – вечности завесане оно ль тому виной,что по дому скачут бесыи глумятся надо мной:то заходятся на вдохе,то рыдают второпях?..настаёт конец эпохи –дремлют кошки на цепях«его ни ветер, ни вода…»
Вот камень…
Г. Горбовскийего ни ветер, ни водане сдвинут с места никогда.топор тяжёлый лесорубаберёзы, лиственницы, дуба,сосны коснётся – не его.не станут змéи хороводводить вокруг него весною.алкаш с закускою мясноюзад на него не водрузит –на землю сядет, паразит…вот камень, и стоит за нимлишь вечность: ею он храним«чем мягче мозг тем путаней глаза…»
С.
чем мягче мозг тем путаней глазанам машет ктот четырёхпалой лапойи рады бы да некогда… но в садневмоготу уже… и тихой сапойтуда где ничего… назад… назаддороги нет и не было но воздухуже придуман и пинком под задвыталкивают… но не выйдет… поздно«режут режут по живому…»
режут режут по живомуи притом непоправимос горя с головою в омутпрыгаю мелькают мимогуттаперчевые спинысобирателей орехов…в глиняных бутылках винныхпрячут тени человеков…в октябре под мёртвой кожейсын отца не потревожит«начало сентября – не лето…»
…мой стих не блещет новизной.
У. Шекспирначало сентября – не лето,но и не осень. сотни осв трамваях ездят без билета.торгуют грозами вразносдва ветра – северный и южный,и в каждом городском дворесобаки бегают по лужам,не уступая детворе.томятся за решёткой дыни –куда как грозен стражник их…нальёшь чайку, и он остынет,пока ты правишь старый стих«жизнь, безусловно, удалась…»
жизнь, безусловно, удалась:в ней было поровну и злобыи доброты. терпима властьбыла к герою. из утробынебесной брал он, что хотел,и в срок, назначенный для тела,оно осталось не у дел:душа к другому улетела«сначала путь укажут птицы…»
сначала путь укажут птицы,а дальше – сам… пойми: ты – выбран,не зря вода твоя струитсяна эту землю. к детям выдрыиди – и будет смерть до срокадана, и ты им станешь братом…но будет нелегка дорога –она всегда ведёт обратно«псы жались к повозкам, как малые дети…»
псы жались к повозкам, как малые дети.волы не мычали, попробовав плети.деревья по лужам ходили корнями,слепой дожидался незрячего в яме,бранила жена подгулявшего мужа,хотя он ей был абсолютно не нужен.несли графомана на озеро ноги:он там написал две последних эклоги…лишь птицы учили небесное имя,что было сегодня получено ими«друг замолчит залает враг…»
друг замолчит залает врагстав раком засвистит дураки закричит шальная птицачто всем пора угомонитьсяи станет тихо… во дворедождь сотворит с испуга лужуона замёрзнет… мы от стужиумрём с тобою в ноябре«у него теперь деньжонок хватит…»
памяти Л. Г.
у него теперь деньжонок хватитна ботинки из драконьей кожисамый главный он теперь в палатеи никто его не потревожитнынче пляшет сумасшедший яцекс молодым каким-то прохиндеему него титановые яйца(коли захотим – не то сумеем!)«лишь клок дождя в моей руке…»
лишь клок дождя в моей рукеи больше ничегонавстречу тоже налегкеспешит семейка львовв ботинках мокрых семеняиду за ними вследи нет счастливее меняно и несчастней нет«больного века позади…»
больного века позадив телегу беса посадипогладь козлиное копытов глаза счастливые взглянион слаб ещё но после пытокдарует радости одни«теперь идёт по кругу время…»
теперь идёт по кругу времяи повторяет каждый часпрошедший: я мол тоже с темикто нынче выбирает нас«по дороге к безумию мы…»
по дороге к безумию мыминовали такие пределычто внезапно из тела зимыхолод вылетел облаком белымиз бог знает какой тишиныпоявились листки на деревьяхкак посланцы галактик иныхне имеющих ныне доверьяязыками слепая травапопыталась песок пробуравитьчтобы времени нити порватьна потребу небесной оравено не ей обуздать ловкачейпромышлявших продажею словаэтот воздух конечно ничейно исчезнет не будет другого