История Челябинска в свете Новой Хронологии
- -
- 100%
- +
В заключение, полагаю необходимым привести сведения, непосредственно касающиеся древней истории Урала из «неканонического», «сомнительного» с точки зрения официальной науки, исторического источника – «Ростовского летописца» А. Артынова (отредактированная им рукописная «Книга о Славянорус (c) ком народе, о Великих князьях рус (с) ких и Ростовских от коле корень их произыде на Руси Стольника Алексея, Мусина-Пушкина», датируемая 1662 г.), относительно недавно широко введённого в научный оборот авторами концепции НХ (любой желающий может ознакомиться с данным опусом на официальном сайте НХ). «Ростовский летописец», в историографическом отношении, разумеется не относится к кругу «античных» источников, которые рассматриваются нами в данном разделе, однако содержит множество ценных сведений об истории «античного» Рима, т. е. Средневековой Руси (Ордынской империи) с точки зрения концепции НХ.
Первое упоминание об Урале в «Ростовском летописце» помещено в главе «Четвертой тысячи втораго ста лет деяния». Учитывая то, что автор летописца пользуется старым способом летоисчисления – от сотворения мира по т. н. визайнтийско-христианской эре от Адама, то период 4200 лет от С.М. («четвертой тысячи втораго ста лет», т. е. исторические события в летописце «разбиты» на соответствующие столетия) должен соответствовать 1308—1208 гг. до нашей эры в соответствии с современным летоисчислением – от рождества Христова (4200 минус 5508 лет и 4300 минус 5508 лет, соответственно). Середина второго тысячелетия до нашей эры – это времена расцвета государств Древнего Египта, Ассирии и Вавилона, эпоха Троянской войны и Микенской цивилизации! Однако, с точки зрения концепции НХ, ничего удивительного в том, что Урал в этот период истории уже был плотно освоен человеком, нет. Кстати, даже официальные историки датируют знаменитую «Страну городов» на Южном Урале (городища Аркаим, Синташта и пр.) тем же периодом, что и микенскую культуру в «древней» Греции (эпоха «средней бронзы» – конец бронзового века).
Итак, давайте обратимся к «Ростовскому летописцу»: «Четвертой тысячи втораго ста лет деяния. Знаменитый витязь Асатир вел кровопролитные войны на берегах реки Нила с Египец (тс) ким фараоном Тетмодисом или Амсисом, который выгнал из земли Египец (тс) кой многих царей пастырей. Он царствовал в Нижнем Египте, оттоле Асатир ходил в землю Халдейскую и с победоносными своими воинами дошел он там до города Ула. Там дочь Асатирова прекрасная княжна Полимния во время приступа к этому городу оказала великия военныя доблести и взяла в единоборстве в плен царскаго сына города Ул по имени Салмака, сына царя Авеи, внука Серухова, с которым она и вступила в брачный союз и переселилась с ним и с родителем своим из города Ул на берега Евксинскаго Понта. Там она первая учредила огнепоклонство и устроила неугасимый огонь богопочитания, чему последовал как дом отца ея Асатира, тому же последовал и царь Серух. … Мудрый и храбрый князь Киддак, сын Асатиров имел супругу себе от племени царя Серуха, дочь царя Авии, который со всем своим домом… и домом брата своего Гектана ушел к одноплеменным себе народу „урало-россам“ и поселился там на горах Рифейских или Уральских…» (подчёркивание – авт.). Из приведенного отрывка мы можем наблюдать в этот период зарождение будущей религии, известной нам под названием зороастризма или огнепоклонничества, в настоящее время наиболее всего распространенной на территориях бывших Османской и Персидской империй, а также, отчасти, в странах Средней и Южной Азии. Следуя логике повествования, можно предположить, что в дальнейшем культ огня был занесён на Урал вместе с его носителями – в летописце это некий князь Киддак (сын Асатира, и, надо думать, родной брат Полимнии – родоначальницы зороастризма по данным «Ростовского летописца»), переселившийся к своим сородичам – народу «урало-россы», уже проживавшему на тот момент на Уральских (Рифейских) горах.
Указанные выше данные летописца вполне коррелируют с бытующим в современной исторической науке мнением о том, что жители Аркаима и др. поселений «Страны городов» исповедовали зороастризм. Мало того, отдельные исследователи утверждают, что именно здесь он и возник, а родоначальник и пророк данной религии – Зороастр (Заратустра) даже родился в Аркаиме. Впоследствии, культ огня, в результате миграций т. н. индоариев (жителей «Страны городов») был занесён в Древнюю Персию, Индию и т. д.
Автор данной книги считает, что культ поклонения огню в исторических условиях первых веков существования человечества (с т. з. концепции НХ), а также его первых, и ещё робких шагов в горном деле и металлургии, мог зародиться исключительно на Урале, но жители Аркаима и вообще «Страны городов» вряд ли имели к этому какое-либо отношение. Урал, с древности известный своими богатейшими залежами рудных пород железа, меди и золота, а также изобилующий лесами – ресурсом, жизненно необходимым в большом количестве для трудоемкого процесса металлообработки вплоть до конца 19 в., расположенный относительно недалеко от древних центров мировой цивилизации, к тому же обладающий рядом логистических преимуществ (наличие судоходных рек, текущих во всех направлениях) не мог не стать «Меккой» древних металлургов, что подтверждается как множеством археологических, так и исторических свидетельств (см., например, подробную информацию об этом в моей книге «По мотивам мифа о „Золотом Руне“: возможные следы пребывания аргонавтов в России (Был ли Ясон-Христос на Урале?)»).
Возникновение культа огня связано, скорее всего, со специфическими особенностями технологических процессов в металлургии в древности и средневековье, в частности, с необходимостью поддержания в течение длительного времени (до нескольких суток) температуры горения в первых примитивных металлургических печах (сыродутные горны) на уровне, необходимом для изготовления готового продукта – кричного железа, что было далеко не простым делом, с учётом низкого уровня технологического развития человечества в целом на этом этапе истории. При этом, несоблюдение температурного режима могло привести к печальным последствиям – браку всей партии руды, что влекло необходимость разрушения печи, её перекладку, новую закладку дров, шихты и пр. В современной металлургии для этого есть даже специальный профессиональный термин, обозначающий «незапланированное» застывание металла в каком-либо металлургическом агрегате в результате аварии либо несоблюдения технологии производства – «козёл».
В средневековье были изобретены доменные печи, которые стали работать непрерывно, в круглосуточном режиме и никогда не остывали, так как остывание могло повлечь указанные выше неприятности. Видимо, на этой почве у древних металлургов и зародилось понятие «вечного огня», переросшее впоследствии в культ поклонения ему, из чего со временем развилось мощное и массовое религиозное движение. Первоначально же это был, видимо, узкопрофессиональный, и, скорее всего, закрытый для непосвященных в тайны металлургического производства, культ, что было связано прежде всего со стратегическим характером данной продукции (железо и др. металлы), которая использовалась в первую очередь в военных целях, т. е. напрямую влияла на уровень обороноспособности племени, народа, страны и пр. В связи с этим, тайны изготовления и обработки железа и др. металлов тщательно оберегались от чужих глаз. Кстати, такой подход к вопросу о генезисе зороастризма совпадает с точкой зрения ряда альтернативных исследователей истории о том, что некоторые религиозные культы первоначально возникали в рамках профессиональных сообществ, многие из которых носили закрытый характер (например, масонство, зародившееся в цеховой среде т. н. каменщиков в Европе, иудаизм как религия профессионального сообщества финансистов (банкиров?) средневековой Ордынской империи, ислам – первоначально религия профессиональных военных (казаков?) и т.д.).
В моём представлении таким народом-«металлургом», в среде которого и зародилось огнепоклонничество (зороастризм), являлась известная по многим историческим источникам загадочная чудь – первый, автохтонный этнос, проживающий на Урале в древности, где до начала 20 в. в народной среде бытовало понятие «чудская копь», т. е. древние горные выработки, принадлежащие, по мнению местного населения, чуди. Общеизвестны многочисленные археологические находки изделий из металла (в основном, бронзы), обнаруживаемые практически по всей территории современного Урала, приписываемые этому таинственному народу и выполненные на высоком художественном уровне, т. е. высоко профессионально.
Впоследствии, чудь, в результате воздействия ряда неблагоприятных факторов внешнего характера разошлась с территории Урала во все стороны света, став известной под именем «согд» в Ср. Азии, Индии и Китае. В бывшей Персии остатки чуди – это племена курдов-езидов, самоназвание которых «дасины»/«дачины», т. е. «чудь» в обратном прочтении. Племена, ушедшие на территорию современной Германии, стали называться там «дойч», т. е. опять же «чудь» при прочтении данного слова наоборот. В Сибири остатки чуди это, по всей видимости, таинственные чалдоны – коренные сибиряки, а также остяки и т. д. (отождествление этнонимов «чудь» и «дойч» ранее сделали ФиН в своих работах). Все эти народности либо исповедовали и исповедывают до сих пор огнепоклонничество/зороастризм как согды и курды-езиды, либо знамениты своими успехами в горном деле и металлургии, как немцы. Возможно, у немцев до сих пор сохранились пережитки культа огня в виде почитания Св. Варвары – покровительницы шахтёров, артиллеристов и представителей др. профессий, связанных с работой со взрывчатыми веществами, т. е., по сути, огнём. Св. Варвара изображается на иконах в сопровождении молний – т. е. небесного огня и кубка с огнём.
Рис. 5. Св. Варвара. Взято из сети интернет.
На одном из строящихся рудников Норильского промышленного района, работы на котором производились известной немецкой горнодобывающей компанией, автору книги в 2015 году лично довелось увидеть скульптурное изображение Св. Варвары, расположенное в специальной нише с подсветкой, установленное немецкими горняками (рис. 6). Как пояснили мне местные специалисты, немцы всегда на любом объекте начинают работу с установки Св. Варвары, которая как бы «сопровождает» их весь период работ.
Рис. 6. Скульптурное изображение Св. Варвары на одном из рудников Норильского промышленного района. Фото автора книги. 2015г.
Не исключено, что древнее самоназвание народа, ранее проживающего на Урале, «чудь» – это искаженное поздними редакторами и переписчиками подлинных старых документов слово «Иудея» (данное предположение мы рассмотрим более подробно в своём месте).
Самое удивительно то, что «Ростовский летописец» тоже содержит сведения об этой народности, которая названа здесь «народом Из» или «узы». С данными этнонимами (из, узы) также перекликаются «исседоны» Геродота, что, видимо, отнюдь не случайно. Вот соответствующие выдержки из текста «Ростовского летописца»: «…Князь Тучегон был замечательной (ый) полководец. Один из блистательных походов его был на народ узы, сидящия (их) на Рифейских горах, соплеменники народу урало-россам. Он там нашел себе достойнаго противника по оружию по имени Ларю Шестака. А это произошло следующим образом… Воинственные (ый) народ узы – жители гор Рифейских. Они не дали прохода чрез свои владения князю Тучегону, идущему на Хвалинских хазар, союзников их… По смерти ея Ларя Шестак пошел странствовать по белу свету, пришел на горы Рифейския, где в это время выбирали полководца идти войной против ростовскаго князя Тучегона. Сила мышц дала ему право быть полководцем народа Из…» (глава «Шестой тысячи девятаго ста лет деяния», т. е. 14 в. н.э., подчёркивание – авт.). К проблеме, связанной с существованием на Урале полумифического народа чудь и его дальнейшей судьбе, мы ещё вернёмся в этой книге.
Средневековые источники
Средневековые исторические источники, как русские, так и иностранные (европейские и арабские) содержат множество сведений о регионах (землях), относящихся сегодня к территории Урала и Сибири, а также народах, их населяющих. В отечественной историографии за полтора последних столетия сложился целый корпус научной литературы, подробно освещающей данный вопрос (часть работ по указанной тематике указана в списке литературы в конце книги). Автор не ставил себе задачей подробный обзор средневековой историографии Урала, так как, во-первых, не является специалистом в данной научной отрасли, во-вторых, это заняло бы слишком много места, неоправданно увеличив объем книги (впрочем, это относится и к более поздним историческим периодам). Для целей данной работы достаточно будет ограничиться наиболее значимыми и известными историческими источниками, содержащими непосредственные упоминания о предмете нашего интереса. Кроме этого, мы рассмотрим некоторые источники, не признаваемые за таковые официальной исторической наукой, либо ставящей под сомнение достоверность содержащихся в них сведений. Источники в процессе их изучения я буду стараться располагать, насколько это возможно, в хронологическом порядке.
Данный раздел мы начнём с западноевропейских источников, богатых различными известиями, путевыми записками, мемуарами и пр. многочисленных европейских путешественников, дипломатов, купцов, военных, агентов и т. д., которым посчастливилось побывать в уральских и сибирских краях, либо повествующих об этих землях со слов своих российских, как правило, московских, корреспондентов. Множество таких сообщений собрано в замечательной книге М. П. Алексеева «Сибирь в известиях западно-европейских путешественников и писателей» (Иркутск, 1941), охватывающей период с 13 по 17 век, которой мы и воспользуемся в ходе нашего исследования.
Первые упоминания земель, лежащих за Уралом в европейской литературе мы встречаем в книге итальянского дипломата и францисканского монаха Джиованни дель Пьяно-Карпине или Плано-Карпини, который, как считается был главой первой европейской миссии, посланной к монголам папой римским в 1246 году (здесь и далее указываются официальные датировки событий). Повествуя о возвращении монголов из похода в Польшу и Венгрию в 1242 г., Плано-Карпини в том числе упоминает земли мордванов, т. е. мордвин, великую Булгарию на Волге (современную Татарию), а также землю Баскарт или великую Венгрию – как принято считать, нынешнюю Башкирию, также покоренные монголами. Здесь для нас наиболее ценным является первое появление в исторической литературе топонима (или этнонима, или и то, и другое вместе – из текста сообщения не совсем ясно) – Баскарт, причём в контексте великой Венгрии, из которой, по некоторым сообщениям, вышли предки современных венгров. Вот этот отрывок из книги Плано-Карпини, приведенный М. П. Алексеевым: «Возвратившись оттуда (из Европы – авт.), они (монголы – авт.) пришли в землю Мордванов, которые суть язычники, и победили их войною. Подвинувшись отсюда против Билеров, то есть великой Булгарии, они ее совершенно разорили. Подвинувшись отсюда еще на север против Баскарт, то есть великой Венгрии, они победили и их».
В этом пассаже сразу обращает на себя внимание непривычная с точки зрения официальной истории последовательность завоевательных походов «монголов» в Поволжье и на Урале: сначала нападению подверглись земли современной Мордовии, затем Булгарии, т. е. Татарии, и только потом – земля или народ Баскарт – Башкирии (древней великой Венгрии). Таким образом, по мнению Плано-Карпини, «монголы» после покорения Европы двигались строго в направлении с запада на восток, а не наоборот, как принято считать в исторической науке. Вот, что, например, сообщает о «монгольском» нашествии на Русь Википедия: «Первое вторжение на Русь было проведено монголами после победы над Волжской Булгарией, мордвой и половцами, а последнее вторжение на Русь развилось в поход в Центральную Европу вплоть до «последнего моря». Обозначенное здесь направление движения «монгольских войск» вполне укладывается в логику завоевательной политики «монголов», исходя из постулата историков о том, что последние пришли на Русь и в Европу из далёких восточных степей, покоряя по ходу движения все встречающиеся им народы, дабы не оставлять у себя в тылу противника. Однако, сообщение Плано-Карпини противоречит данной логике, зато полностью соответствует выводам НХ о том, что «татаро-монгольское» нашествие началось из центра Руси (с Волги), что мы и видим в данном случае – вначале удар был нанесён по мордовским землям, расположенным в Центральной России! (данная проблема не имеет прямого отношения к предмету нашего исследования, однако интересна тем, что подтверждает концепцию НХ в данной части).
Также обратим внимание на термин (топоним, этноним?) «Баскарт» в сообщении итальянского посланника. Считается, что так европейцы ранее называли территорию современной Башкирии, он часто встречается на средневековых европейских картах в различных разновидностях – Паскарти, Паскатир, Баскарти примерно на её территории (см. выше. Далее мы с ним ещё столкнёмся в известиях западноевропейских путешественников). Хочу напомнить, что аналогичный топоним, только в форме «Каспатир» («Пактики») мы встречали выше у Геродота при описании неких якобы индийских племён, схожих с бактрийцами, добывающих золото (см. выше). Из этого следует, что Геродот вполне мог быть современником Плано-Карпини! Скорее всего, годы его жизни падают на эпоху 13—14 вв., т.е. эпоху «античного» Рима с точки зрения НХ.
Вскоре после возвращения миссии Плано-Карпини в Европу, примерно тот же путь проделал Гильом де Рубрук – посол Людовика IX к великому хану. О землях за Уралом Рубрук сообщает следующее: «От того места, где я нашел Мангу-хана, до Катайи было 20 дней пути в направлении к юго-востоку, а до Онанкеруле…, настоящей земли Моалов, где находится двор Хингиса, было 10 дней пути прямо на восток, и в этих восточных странах не было ни одного города. Но все же там жили народы, по имени Су-Моал, т. е. Моалы вод, ибо су – значит вода… К северу также нет ни одного города, а живет народ, разводящий скот, по имени Керкисы… Живут там также Оренгаи… И еще много других бедных народов живет в северной стороне, поскольку им это позволяет холод; на западе соприкасаются они с землею Паскатир (Pascatir), а это – Великая Венгрия, о которой я сказал вам выше». Вновь видим упоминание земли Паскатир, в непосредственной близости от которой обитают некие племена Су-Моал. Возможно, первое слово в данном словосочетании – «Су» произошло не от тюркского «вода», а является искажённым словом «чудь», а «Моал» – это просто «монголы», «моголы». В таком случае этноним «Су-Моал» вполне может означать что-то вроде «Чудь-Монголы» или «Иудеи-Монголы». Кроме этого, по соседству с Су-Моал живут Керкисы, т.е. киргизы (киргиз-кайсаки?). В целом, описанная у Рубрука этническая ситуация в Зауралье вполне отвечает современным ему реалиям с точки зрения традистории.
Очень интересные мемуары о пребывании в Сибири оставил баварский солдат Иоганн Шильтбергер, в конце 14 в. – начале 15 в. более 30-ти лет проведший на чужбине в качестве пленника и побывавший за этот период (не по своей воле, конечно) в ряде стран Востока. После возвращения на родину И. Шильтбергер изложил свои воспоминания в «Книге путешествий», к которой мы сейчас и обратимся. В частности, И. Шильтбергер следующим образом описывает свой путь в свите принца Великой Татарии (Чегра, Чекре – историческая личность) из Персии в Поволжье и далее в Великую Татарию – область Астара, Грузия, страна Лезгистан, страна Ширван, область Шабран (возможно, это повтор в тексте, скорее всего, имеется в виду Ширван), Темир-Капи («Железные ворота», т. е. Дербент), который отделяет Персию от Татарии. Далее следует некий, неизвестный по другим источникам, обширный город Оригенс, лежащий среди большой реки Эдиль, т. е. Волги (историки предполагают, что это Астрахань), гористая страна Джулад (в подлиннике – «setzulat» – опять «чудь»? ) – сразу за Волгой известны только одни горы – Уральские. Интересно, что у И. Шильтбергера страна Джулад, т. е. предположительно Урал, населена большим количеством христиан, которые имеют здесь своё епископство (!), что входит в резкое противоречие с традиционной историей, считающей, что территория Поволжья-Урала до начала русской колонизации в конце 16 в. (после взятия Казани) была заселена преимущественно тюркскими народностями, исповедывающими ислам (татары, башкиры, тептяри и т. д.) и финно-уграми (мордва, марийцы (черемиса) и т. д.) – в большинстве своём язычниками. В это время фактический правитель Великой Татарии Едигей готовился к походу в Сибирь (в подлиннике – «Ibissibur») и ждал прибытия Чекре, с которым они совместно покоряют сначала эту страну, а затем Болгарию, т. е., средневековый Булгар. Такое ощущение, что Сибирь у Шильтбергера локализуется где-то в районе современного Южного Урала (Башкирии), так как сразу после ее завоевания Едигей нападает на Волжскую Булгарию, находящуюся в непосредственной близости, и это отнюдь не случайно, в чем мы сможем убедиться далее (видимо, захват сибирских земель ногаями, а речь в данном случае идет несомненно о них, происходил в направлении низовей рр. Волги-Урала, и далее вверх по р. Уралу на север. Именно этим путём в конце 16 в. здесь будут продвигаться казаки в ходе «покорения Сибири»). Судя по описанию, земель, принадлежащих Великой Татарии во время пребывания там И. Шильтбергера, это государство включало в себя Крым, реки Дон, Кубань, Волгу, Урал (Яик), часть Сибири (видимо, до Иртыша), Кавказ. Жители Сибири также христиане: «Еще следует заметить, что люди в этой стране поклоняются Иисусу Христу подобно трем святым царям, пришедшим для принесения ему даров в Вифлеем и увидевшим лежащим его в яслях; поэтому в их храмах можно видеть изображение Христа, представленного в том виде, как застали его три святых царя, и этим изображениям приносят они дары и на них молятся. Приверженцы этой веры называются уйгуры (Uyglur); в Татарии встречается вообще много людей этой веры». Вот так, оказывается уйгуры когда-то были христианами!
Польский историк 16 в. Матвей Меховский в сочинении «О двух Сармациях» (1517 г.) о землях, лежащих северо-восточнее Уральского хребта пишет следующее: «Об областях Скифии – Пермь, Башкирия, Югра и Корела, покорённых московским князем. За Московией на северо-востоке, в конце северной Азии находятся народы и области, именуемые собственно Скифией…, а именно Пермь, Башкирия, Черемиссия, Югра и Корела». Здесь примечательно то, что в Европе начала 16 в. современную территорию Сибири считали вслед за «античными» авторами Скифией. Видимо, реально, как и предполагают авторы НХ, период «античности» к этому моменту либо едва закончился и память о нём была ещё свежа в научных кругах (возможно даже сохранялись некоторые «античные» традиции), либо на отдельных территориях Империи он ещё продолжался. Также интересно размещение М. Меховским где-то, по всей видимости, за Уралом, по соседству с Югрой, области под названием «Корела». Об этом же упоминает ещё один западноевропейский автор, современник М. Меховского, итальянец Франческо да-Колло (1519г.). В этой связи, не исключено, что «Корела» – это просто несколько видоизменённое слово «Урал», что подтверждается некоторыми средневековыми картами, на которых в области Уральских гор помещается надпись латинскими буквами «Corela». Кстати, русские исторические источники 17—18 вв. называют Уральские горы «Орловскими» или «Аралтовы горы». Возможно между всеми этими топонимами (Урал, Корела, Орловские горы) есть глубокая связь. Видимо, после исхода чуди с Урала (см. выше), его название в форме «Корела» закрепилось за территорией нынешней Карелии, где в итоге осела часть чудских племён, ставших потом известными под именем карелы.
Автор книги «Записки о московских делах» (1549 г.), барон, дипломат Сигизмунд Герберштейн, по мнению М. П. Алексеева о странах, лежащих к северо-востоку от Москвы, сообщал не вполне ясные и определенные данные (сам С. Герберштейн за Уралом никогда не был, основным источником сведений о Сибири служили для него показания очевидцев, с которыми он встречался в Москве и «Русский дорожник» конца 15в. – начала 16 в.). Вот что сообщает М. П. Алексеев в комментарии к выдержкам из книги Герберштейна: «Самое территориальное приуроченье Сибири кажется не вполне ясным и возбуждает ряд вопросов. О Сибири (Proaincia Sibier) Герберштейн упоминает вслед за Югорией. «Эта область лежит за Камою, граничит с Пермью и Вяткой, но имеет ли какие-нибудь крепости и города, – пишет он, – наверное не знаю. В ней берет начало река Яик, которая впадает в Каспийское море. Говорят, что эта страна пустынна, по причине близкого соседства с татарами, а теми частями ее, которые обработаны, владеет татарин Шихмамай». Далее М. П. Алексеев приводит анализ данного сообщения Герберштейна дореволюционными русскими историками: «По мнению Е. Замысловского (ор. cit., «р. 439) эти известия указывают на то, что. под именем Сибири в первой половине XVI века разумели область приуральскую, а упоминание о ней вслед за Югорией дозволяет предполагать, что по соседству с нею, именно к югу от нее, лежала та обширная область, которой русские в это время присваивали название Сибири… В. О. Ключевский приходил к несколько иным заключениям. По его мнению, та область, которую Герберштейн называет Сибирью и помещает и в текст своей книги и на приложенную к ней карту, лежала «в области верхнего Яика по обе стороны южных Уральских гор, т. е. в нынешней Оренбургской губернии, в том крае, который еще в первой половине XVII в. известен был в Москве под именем Башкирии». Таким образом, из указанного выше можно предположить, что, по крайней мере, в 16 в., как русские, так и европейские источники присваивали наименование «Сибирь» территории современного Южного Урала (у Ключевского – Башкирии). Это подтверждается и некоторыми западноевропейскими картами, относимыми к указанному периоду. Об этом же позднее (1672—1673 гг.) писал Яков Рейтенфельс: «Сибирь, некогда царство гуннов, а ныне обширнейшая русская область, широко раскинулась около реки Яика (Jaicik). У Плиния она, кажется, называется Аваримоном (Abarimon), откуда вышла большая часть аваров (Abares) и саберов (Saberl), как их преимущественно называют греческие писатели».