Калитка для котёнка. Фантастическая трилогия

Глава первая

Привычным движением мысли я вызвал из памяти неописуемое чувство, состоящее из смеси ужаса, восторга и чего-то ещё. Сосредоточившись на нём, я позволил новым ощущениям захватить меня целиком и буквально растворился в них. После этого, я в который раз с большим интересом наблюдал, как мои обычные человеческие руки трансформируются в мощные когтистые лапы, покрытые густой, чёрной шерстью. Всё моё тело довольно быстро превратилось в гибкое и могучее тело хищника с явно выраженными чертами кошачьей породы. Бросив быстрый взгляд в зеркало, я, как и ожидал, вновь увидел громадную чёрную пантеру несколько необычного телосложения. Затрудняюсь точно определить, чем я отличался от обычного животного этой породы. Возможно, более толстыми лапами и мощным корпусом, но определённо были и другие трудноуловимые отличия.

Казалось бы, процесс трансформации должен был сопровождаться болезненными ощущениями, но ничего кроме несильной и быстро проходящей судороги, сменяющейся лёгким и даже приятным покалыванием, я при этом не испытывал. Лишь непосредственно перед перевоплощением возникали некие элементы страха и внутреннего сопротивления, но я быстро научился их подавлять.

Интересно, что стоило лишь определённым образом успокоить мысли и чувства, как происходил процесс обратной трансформации в человеческое тело, причём также легко и быстро.

Перед тем как изучать новые, только вчера обнаруженные способности, я предусмотрительно разделся догола. Уже имея печальный опыт, я знал, что обычная человеческая одежда при трансформации трещит по швам и рвётся, распадаясь на куски и превращаясь в лохмотья.

Я несколько раз попытался приостановить процесс, не дожидаясь его завершения, но мне это не удалось. Начавшись, преобразование шло до самого конца, в ту или иную сторону. Как сокрушительная горная лавина, которую нельзя остановить до тех пор, пока она не исчерпает свой потенциал.

Посмотрев ещё раз на мощные когти, размер и форма которых напоминали о пиратских абордажных крючьях, я решил испытать своё новое тело.

Прямо с места, без подготовки, я прыгнул на стену небольшой комнаты и сразу очутился у самого потолка. Когти, порвав обои и подняв облачко красноватой пыли, не смогли зацепиться за кирпичи. Машинально припав к стене, я начал скользить вниз. Тогда я сильно оттолкнулся и спиной вперёд прыгнул на противоположную стену. Перевернувшись в воздухе, я коснулся её всеми четырьмя лапами и, мягко спружинив, плавно опустился на пол на то же самое место, откуда и начал свои акробатические упражнения. В какой-то момент я случайно задел люстру, и она, качнувшись и жалобно звякнув, с грохотом рухнула на пол.

Сев рядом с осколками я принялся успокаиваться для того, чтобы быстрее вернуться в человеческое тело. Я подозревал, что оно мне может вскоре понадобиться, чисто для целей общения, и не ошибся. Прозвучал дверной звонок, и я, накинув на голое тело халат, на ходу запахиваясь и завязывая пояс, отправился открывать.

Конечно, на пороге маячила щуплая фигура соседа, а его увеличенные линзами очков любопытные серые глаза пытались что-нибудь рассмотреть у меня за спиной.

– Я услышал шум и подумал, что, может быть, понадобится моя помощь? – запинаясь, спросил он.

– О нет, просто я вешал люстру и нечаянно уронил, – жизнерадостно поведал я, оскалив зубы в столь широкой улыбке, что это было просто за гранью приличия. – Помощь мне не нужна, но всё равно спасибо.

– Да, понятно, – закивал сосед и, приняв недоверчивый и разочарованный вид, отправился восвояси.

Я закрыл дверь и с облегчением прислонился к стене. «Теперь мне следует быть осторожнее, – подумал я. – Хорошо, что живу один и хотя бы дома не должен никому ничего объяснять».

Ещё подумал о том, что если бы мне кто-нибудь улыбнулся, так же как я сейчас соседу, то я бы постарался никогда больше не подходить к этому человеку. Но на моего недавнего посетителя такие нюансы не действовали, он просто не обращал на них внимания.

Проводив незваного гостя, я принялся вешать люстру на место и убирать осколки разбившихся плафонов. В моей холостяцкой квартире и без того хватало беспорядка. Потом отправился готовить себе очередную чашку кофе, на ходу машинально прокручивая в памяти события вчерашнего вечера, которые так сильно изменили мою жизнь.

Вчера я возвращался домой довольно поздно, и на улице почти совсем стемнело. Уже подходя к дому, желая сократить путь, отправился не по широким освещённым улицам, а через пустырь.

Там на узкой, заросшей травой тропинке я и повстречал стаю одичавших бродячих собак. Услышав за спиной рычание и какой-то шум, я обернулся как раз в тот момент, когда здоровенный пёс прыгнул мне на спину. Уклоняясь, я увидел снующих вокруг собак всевозможных пород и мастей.

Всё время подбегали новые псы и сразу бросались ко мне. Машинально уворачиваясь, я заметался по тропинке. Одна из собак всё же повисла на рукаве, другая вцепилась в ногу, и я понял, что дело плохо. Яростно отбиваясь и стараясь прикрывать горло, машинально искал взглядом, к чему можно прислониться спиной, а ещё лучше залезть куда-нибудь повыше. Но поблизости не было никаких строений или деревьев, а только хлипкие кусты и высокая трава. И не было ничего такого, что могло бы послужить подходящим оружием.

Теряя равновесие и падая под тяжестью вцепившихся в меня собак, я подумал, что это конец, но именно тогда всё и началось.

Уже в падении, я успел ударить особенно нагло и яростно нападающего пса. Эффект от этого удара превзошёл все ожидания, и был несоразмерен моим скромным возможностям. Во все стороны брызнула кровь, и морда пса превратилась в кровавое месиво. Я каким-то чудом устоял на ногах и продолжал отбиваться руками. Лишь некоторое время спустя я заметил, что это были уже не руки, а мощные, страшные лапы.

Дальнейшие события мне плохо запомнились, но, кажется, я был очень сердит, и вряд ли кто-то из этой стаи сумел уцелеть. Скоро всё было кончено.

Потом я долго лежал в густой и высокой траве в лохмотьях, которые прежде были моей одеждой, в крови и каких-то ошмётках, оставшихся от собачьей стаи. Смотрел на казавшиеся такими близкими россыпи созвездий, переводя взгляд с одной звезды на другую, и ни о чём не думал.

Разум отказывался принять произошедшее, но постепенно всё-таки признал тот факт, что я только что превращался в громадную кошку, которая растерзала стаю собак. Именно тогда, посмотрев на выплывающую из-за кустов полную луну, я впервые подумал о том, что причина моего превращения, возможно, имеет неземное происхождение. Но, к сожалению, эта мысль не имела никаких практических подтверждений и надолго исчезла из моей памяти.

Наконец я почувствовал, что замерзаю. Поднявшись с холодной и влажной земли, принялся искать ключи от квартиры, а заодно подбирать документы и разные вещи из карманов, которые разлетелись на десяток метров вокруг. Вернувшись домой уже под утро, понял, как сильно мне повезло, что никто не встретился по дороге. Ведь я едва нашёл, чем хоть как-то прикрыть наготу, и было бы довольно трудно объяснить кому-либо причины моего странного и весьма потрёпанного вида.

Осмотрев себя и особенно ногу, на которой должна быть серьёзная рана, я обнаружил лишь едва заметные следы укуса. По-видимому, трансформация сопровождалась ещё и усиленной регенерацией.

Хорошенько отмокнув в ванне, напившись кофе и немного придя в себя, я принялся изучать вновь открывшиеся способности своего организма.

Было позднее утро, и мне давно уже следовало быть на работе. Я трудился в скромной должности инженера на фирме, производящей различное электронное оборудование. Моё отсутствие вряд ли кого-нибудь встревожило, и я решил позвонить на работу позднее и взять на сегодня выходной.

После окончания университета я подумывал поступить в аспирантуру. Научно-исследовательская работа была мне по душе, и я полагал, что неплохо быть кандидатом технических наук для начала. Но решил годик отдохнуть от учёбы, и это оказалось ошибкой. Вот уже четвёртый год я исправно ходил на работу, но не находил в себе сил снова взяться за учебники. Возможно, просто не хватало мотивации, но так или иначе я совсем разленился.

Не мешало посмотреть новости и я, найдя пульт от телевизора, включил его, осторожно нажав кнопку когтем.

Ничего особенного в мире не происходило. Кто-то увидел НЛО, пообщался с экипажем и благополучно отправился в «психушку». Другой вышел из дома и не вернулся. Всё как всегда.

Едва я успел переварить последние новости, а заодно принять человеческий облик и одеться, как ко мне в квартиру снова позвонили. На пороге стоял подтянутый и крепкий мужчина средних лет в строгом тёмном костюме и шляпе. Он предъявил полицейский жетон, представился детективом Смитом и попросил разрешения войти. Мне ничего не оставалось, как сделать широкий приглашающий жест и, мысленно чертыхаясь, пройти за ним в комнату. Удобно устроившись в кресле и закинув ногу на ногу, полицейский намётанным взглядом быстро, и как бы невзначай, осмотрел помещение. Не увидев ничего интересного, он предложил мне ответить на несколько вопросов.

Детектива интересовало, не известно ли мне что-либо о вчерашнем происшествии на пустыре. Поймав мой удивлённый взгляд, он пояснил, что вчера вечером там произошла непонятная драка, в которой пострадала стая бродячих собак. От потерпевших людей никаких заявлений в полицию не поступило, и теперь он обходит близлежащий район в поисках возможных свидетелей происшествия. Я заверил незваного гостя в том, что мне об этом ничего неизвестно и предложил ему кофе. Детектив отказался, сославшись на занятость, и, уже поднявшись, чтобы уходить, протянул мне визитку.

– Мистер Стивен Эдвардс, если не ошибаюсь, пожалуйста, не сочтите за труд, позвоните, если вдруг узнаете или вспомните что-нибудь интересное, – вежливо попросил он, и я поймал на себе его цепкий и слегка насмешливый взгляд.

Проводив детектива, я подумал, что тому явно что-то известно, но он не счёл нужным говорить об этом. Во всяком случае, он знал, как меня зовут, но я ему не представлялся. Мне хорошо запомнились первые минуты нашей встречи и весь разговор. Это было, по меньшей мере, странно и вызывало тревогу. Но, не имея возможности хоть как-то повлиять на ситуацию, я просто постарался выбросить её из головы.

Глава вторая

Меня волновали множество вопросов, и я страстно желал как можно быстрее получить ответы: «Почему это произошло именно со мной, и что теперь с этим делать? Есть ли где-нибудь другие люди, способные трансформироваться, и как их найти?»

Возможно, кто-нибудь другой, оказавшись на моём месте, сразу побежал бы рассказывать всем о том, что с ним произошло. Обратился бы к учёным и потребовал разобраться в причине необычных превращений. Но это не про меня. Я был уверен, что человека, способного превращаться в пантеру, тут же запрут в клетку, и будут изучать, как какое-нибудь диковинное животное. И то лишь после того, как он докажет наличие заявленных способностей на деле. А до того момента он, вне всякого сомнения, будет являться потенциальным клиентом психиатрической клиники. Конечно, мне всё это было не нужно. Я сразу решил, что буду тщательно скрывать свои новые способности по крайней мере до тех пор, пока это возможно.

Попытавшись вспомнить, что я знаю об оборотнях, понял, что совершенно не владею этим вопросом. Просмотренные когда-то мистические сериалы, фильмы ужасов и прочитанные книги ничем не могли помочь.

«Нам, оборотням, с вами, вампирами, не по пути», – неожиданно для себя припомнил я услышанную или прочитанную где-то фразу, и это окончательно повергло меня в уныние.

В итоге решил разобраться с этими вопросами позднее, а пока занялся изучением возможностей вновь обретённых органов чувств.

Я заметил, что, находясь в «кошачьем» теле, становлюсь невероятно чутким и восприимчивым к любым проявлениям внешней среды. Как будто весь организм становился единым и очень чувствительным сенсором.

Присмотревшись к мухе, ползающей по занавеске, я смог рассмотреть каждый волосок у неё на спине. Попутно, буквально кожей, почувствовал дуновение сквозняка из замочной скважины далёкой двери в прихожей и тепло, остывающего на кухне, кофейника.

Я решил проверить возможности слуха и, сосредоточившись на отдалённых звуках, услышал гораздо больше, чем ожидал. На меня обрушилась невероятная какофония, и лишь спустя некоторое время, я научился различать источники. В соседнем подъезде на кухне квартиры первого этажа закипала кастрюля с борщом. Во дворе дома напротив голуби клевали рассыпанные по тротуару семечки, а за пару кварталов отсюда кто-то пытался завести автомобиль. Я вдруг почувствовал, что знаю, кто заводит машину. Это была молодая особь мужского пола человеческого вида. С некоторым усилием переведя полученные сведения на язык обычных человеческих представлений, я понял, что это просто юноша.

Это знание я получил явно не только с помощью слуха. Похоже, здесь подключились обоняние и какое-то ещё новое чувство. Медленно и глубоко втягивая воздух носом, я сосредоточился на внутренних ощущениях от практически неосознаваемых и довольно далёких источников. Несколько мгновений спустя я взволнованно вскочил на ноги.

Где-то вдалеке ясно чувствовалось присутствие самки, моей на текущий момент породы, а так же – и самца. Моё новое тело отреагировало самыми разнообразными способами. В том числе я почувствовал, как шерсть на затылке встала дыбом, а из горла непроизвольно вырвался свирепый рык.

С некоторым усилием воли я объяснил себе, что просто хочу познакомиться с новыми сородичами и попытаться узнать у них что-нибудь о причинах и особенностях моих превращений. В конце концов, я смог успокоиться, и только хвост периодически нервно дёргался то влево, то вправо. Но с этим я ничего не сумел поделать.

Расстояние до моих новых собратьев я не мог определить точно, это могли быть несколько миль, а мог быть и добрый десяток. Но зато я хорошо чувствовал направление.

«Необходимо успокоиться и наметить план действий», – решил я, стараясь быть сдержанным и рассудительным.

К тому времени я уже заметил, что, пребывая в зверином воплощении, мыслил более прямолинейно и коротко. По всей видимости, мозг животного был устроен несколько проще и физически не мог использовать все мои человеческие наработки. Но для решения обыденных людских проблем и его скромных возможностей вполне хватало. Позже я заподозрил, что, находясь в теле пантеры, не сумел бы решить и простого дифференциального уравнения, даже обложившись всевозможными справочниками. Но я так и не собрался проверить это предположение на практике.

На поиски я решил отправиться на автомобиле, оставить его где-нибудь в лесу, а оставшийся путь проделать, трансформировавшись в пантеру. Так было быстрее и проще. У меня был старенький форд, и я смело гонял по дорогам сомнительного качества, так как не особенно переживал за его сохранность.

Объекты моих поисков, по всей вероятности, находились в малонаселённом месте, в каком-нибудь отдалённом уголке леса. Вскоре я убедился, что не ошибся в своих предположениях.

Только встреча, к сожалению, оказалась совсем не такой, на которую я рассчитывал.

Мы уже давно чувствовали присутствие друг друга, и всё же, выйдя на поляну и увидев своих новых сородичей, я несколько растерялся. Самец был заметно крупнее меня и выглядел далеко не дружелюбно.

Его подруга, угольно-чёрная пантера примерно моего роста, бросила на меня презрительный взгляд и потёрлась щекой о плечо своего приятеля. Возможно, именно это и подтолкнуло его к более решительным действиям.

Сделав в мою сторону пару шагов и прижав уши, он распахнул громадную клыкастую пасть, извергая грозный, леденящий кровь рык.

По хорошему, мне следовало бы потихоньку удалиться. Но я был далеко не в том состоянии, когда чего-либо пугаются или откуда-нибудь убегают.

«Я точно сумею забрать его жизнь, если взамен не пожалею отдать свою», – почему-то подумал я, быстро наполняясь решимостью и злобой.

Припав к земле и кладя голову на передние лапы, я впился взглядом в его заросшее густой и чёрной шерстью горло. Мои задние ноги непроизвольно начали медленный танец, приминая траву, ища надёжную опору и готовя тело к прыжку.

Самец замер с приподнятой лапой и, не мигая, уставился на меня. Взгляд был явно оценивающим, и я уловил в нём долю нерешительности.

Но дальнейшие события стали развиваться самым неожиданным и непредсказуемым для всех участников образом.

Я внезапно заметил, что мой противник, а заодно и его подруга, довольно быстро уменьшаются в размерах и становятся похожими на безобидных котят. Одновременно я обратил внимание на то, что у меня несколько ухудшилось зрение, а ноги почти по колени провалились в мягкую землю. Кроме того, прямо перед глазами у меня появилось какое-то нехорошее остриё и мешало обзору.

Я повернул шею сначала в одну сторону, затем в другую, но помеха всё время оставалась перед глазами. Тогда я в ярости замотал головой. Остриё осталось на месте, но мой противник попятился. Стараясь сохранять достоинство, он медленно повернулся и неторопливо пошёл прочь. Подруга последовала за ним. На мгновение она обернулась и бросила на меня откровенно заинтересованный взгляд. От полноты чувств я попытался промурлыкать ей вслед что-нибудь ласковое, но лучше бы этого не делал. Вместо нежного звука прозвучало нечто ужасное.

Сначала в горле у меня заклокотало, как в жерле пробуждающегося вулкана, а потом из груди вырвался ужасающий рёв. С ближайших деревьев посыпались листья, а мой недавний противник забыл все приличия. Он, задрав хвост, помчался прочь громадными прыжками, и подруга от него не отставала.

К тому времени, когда они скрылись из вида, я уже сообразил, что со мной произошла очередная трансформация в новое существо. Освободив завязшие в земле толстые, в больших, как у слона, складках кожи, ноги, я стал их рассматривать. Вообще-то они выглядели скорее как птичьи лапы, но с очень короткими и толстыми пальцами. Каждый палец оканчивался тупым когтем, напоминающим гигантский клык. Я постучал когтем одной ноги о рог, который вырос у меня на носу и услышал именно тот звук, которого ожидал. Раздался характерный стук, как будто одним булыжником ударяли о другой.

Заметив в прогалине между кустами зеркальную гладь небольшого лесного озерца, я отправился посмотреть на своё отражение. С трудом пристроившись на берегу, я, наконец, сумел заглянуть в воду и увидеть себя. Это зрелище меня не порадовало. Теперь я выглядел как нечто среднее между носорогом и динозавром.

Но по большому счёту мне было на это наплевать. Я чувствовал, что по-настоящему сильно меня беспокоит только голод. Ломая небольшие деревья, некстати оказавшиеся на пути, я отправился на поиски чего-нибудь съедобного. Наконец, я подошёл к полю, на дальнем краю которого паслось стадо коров. Это было как раз то, что нужно. Но, несмотря на голод, я сообразил, что неразумно будет гоняться за коровами, проваливаясь по колено в рыхлую землю. Гораздо правильнее было спрятаться в кустах и подождать, когда они сами подойдут поближе. В своих мечтах я уже видел дымящиеся куски тёплого парного мяса, и пасть в вожделении наполнилась слюной.

Через пару минут, после того как я укрылся в густом кустарнике и успокоился, ко мне вернулся человеческий облик.

На этот раз меня трясло мелкой дрожью, а по всему телу выступили крупные капли пота. Больше всего меня поразило то, что, пока я находился в последнем воплощении, почти не вспоминал о том, что я всё-таки человек. А в последние минуты своего пребывания в теле чудовища я об этом уже точно ничего не знал. Животные инстинкты и голод полностью одержали верх над разумом.

«Хорошо, что я помимо своей воли всегда возвращаюсь в своё человеческое тело, – подумал я. – Получается, что оно является для меня своего рода «базовой конфигурацией».

Очевидно, когда новое тело завершало выполнение поставленных перед ним задач, происходил «сброс» организма в исходное состояние. Я задумался о том, что если бы мне было необходимо сравнять с землёй небольшую горную гряду, то, возможно, получил бы тело, способное выполнить и это задание. Но при этом мозгов у него было бы не больше, чем у бульдозера.

«Разрушение и деградация – явления одного порядка. Одного и того же знака – отрицательного, – продолжал рассуждать я. – Если я поставлю перед собой созидательные задачи или просто гуманные цели, то, возможно, смогу обрести высокоинтеллектуальное, а то и высокодуховное тело!»

От открывавшихся передо мной перспектив закружилась голова, и я совершенно забыл о том, где нахожусь. Действительность грубо вторглась в мои мечтания.

Рядом я услышал чьи-то голоса и плашмя бросился в высокую траву, которая скрыла меня целиком. Мне не хотелось никому объяснять, что я делаю в лесу один, причём полностью раздетый. Я замер неподвижно, и мимо, ничего не подозревая, прошла небольшая группа фермеров. Они оживлённо обсуждали причину появления следов, которые я так безответственно и неосторожно оставил в лесу, пребывая в своём последнем воплощении.

Когда фермеры ушли, невдалеке показались мирно пасущиеся коровы. Бедные животные даже не подозревали, насколько страшная опасность угрожала им совсем недавно.

Глава третья

Вернувшись домой, я в скором времени убедился в том, что «получить» тело, способное созидать и спасать, гораздо труднее, чем готовое убивать и разрушать. Очень не хотелось примиряться с мыслью о том, что для меня эта задача недостижима, и я пытался снова и снова.

Уже давно я задумывался о том, что нашему миру требуются некоторые улучшения. Ему следовало быть более справедливым и комфортным для людей. Теперь же я постарался сформулировать эти идеи более конкретно.

«Пусть все люди будут дружны и счастливы, живут сотни лет и никогда не болеют, – мечтал я. – Каждый должен иметь возможность испытывать восторг от красоты и гармонии окружающего мира, познать радость любви и дружбы и пользоваться всеми благами цивилизации».

Но это были просто мысли, не подкреплённые взрывом чувств и эмоций.

И я, наконец, понял, что новые перевоплощения происходили со мной только тогда, когда это было вопросом жизни или смерти. Причём, именно для меня лично. Видимо, я был просто неспособен чувствовать общие, фактически чужие для меня, беды так же остро, как свои собственные.

Я был всего лишь продуктом своей эпохи и воспитан соответствующим образом.

Кроме того, я впервые задумался о том, что нахожусь в полной физической зависимости от своего тела, которое требует пищи, питья и какого-то ухода. Уже одно это способно сделать человека закоренелым эгоистом. Очень горько было осознать всё это и признать своё бессилие перед очевидными фактами.

Тогда я в первый раз задумался о том, что миссионеры различных религиозных конфессий, возможно, во многом правы. Во всяком случае, все они последовательно и целеустремлённо стараются оторвать внимание людей от сиюминутных проблем и направить его к более возвышенным идеалам.

С того самого дня я начал читать книги, способствующие духовному развитию. Прежде подобную литературу я даже не взял бы в руки.

Вспоминая встречу с двумя пантерами в лесу, я обратил внимание на особенности происходивших тогда со мной превращений. Заехав в лес, сразу начал искать место, где можно оставить автомобиль, и вскоре нашёл возле дороги подходящую лужайку. Выйдя из машины, я начал раздеваться. Трансформация началась, едва успел снять одежду и ещё держал её в руках. Превращение прошло на удивление быстро. Я даже не успел, как следует сконцентрироваться на предстоящем действии, а только подумал о нём. В тот момент я не обратил внимания на то, что оно прошло с такой лёгкостью. Лишь теперь в более спокойной обстановке я припомнил все детали и стал их обдумывать.