Учитель с нашего двора

© Николай Трухин, 2024

ISBN 978-5-0062-3876-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ГЛАВА 1

Двери школы №23 отворились, и Александр Никонорыч, не оглядываясь, побежал по городу. Стоял май, и учебный год подходил к концу, но для Александра Никонорыча он наступил немного раньше положенного срока. Взбунтовавшийся класс не позволил ему закончить работу над их исправлением. То был третий год с небольшим, и последний учитель, чьи методы не дали абсолютно никаких положительных результатов по исправлению подростков. Наступили каникулы, и у администрации появилось время, чтобы найти учителя, который сможет изменить их мировоззрение. В городе все были наслышаны о проблемных школьниках, и никто не хотел с ними работать. Нужно было искать извне специалиста, который бы, не раздумывая, согласился. И вскоре нашелся специалист, который прозябал без дела на одном из дачных кооперативов. Им оказался Николай Салтанов, успевший примерить на себя лавры выдающегося педагога, подающего большие надежды. Но в одночасье всё рухнуло, и педагог, снискавший славу и любовь многих, стал изгоем. Сломанный нос директора гимназии повлиял на становление его карьеры, и ничего другого не оставалось, как ждать того самого момента, когда всё забудется. Прошло время, и звонок Сергея Гурьянова, университетского друга, занимавшего в министерстве просвещения одну из важнейших должностей, сообщил ему о том, что в одном провинциальном городе требуется учитель, и он со дня на день приедет к нему, чтобы обговорить детали. Он приехал в субботу и застал Николая лежащим на диване. Салтанов лежал в обнимку с книгой Льва Николаевича Толстого. Он так и не добрался до конца романа «Война и мир», и время, отведенное ему для отдыха и для поиска самого себя, сослужило хорошую службу. Дочитывая последний том, он был вне себя от радости, поскольку он долгие годы откладывал прочтение романа, и наконец, он до него добрался. Появление Гурьянова заставило его отложить книгу в сторону и приняться выслушивать подробности новой должности в провинциальном городе.

– День добрый, Салтанов! Я смотрю, ты занялся чтением. Это похвально. Освежить в памяти, как пишутся буквы, несомненно, стоит.

– Привет, Серега! Да мне тут только осталось последние главы дочитать. Вот решим с тобой вопрос, и обязательно закончу. Что там за должность, о которой ты мне говорил по телефону?

– В одном городе. Две тысячи километров, приблизительно, на северо- восток. Там живут неугомонные детишки, которым не нравятся нынешняя система образования и ее современные подходы.

– Так они мне тоже не нравятся. Ерундистика какая-то. Тебе так не кажется?

– Быть может, оно так, но знающим людям виднее.

– О да! Меня ведь посетил человек из министерства. Куда уж нам, простым смертным!

– Хватит ерничать. Я пришел сюда не за этим. Тебе была нужна работа, и я её для тебя нашёл.

– Да, но я хотел работать в столице, а не ехать в тьмутаракань. Это не мой уровень. Пускай туда едут выпускники колледжей.

– Если бы ты не сломал нос директору гимназии, то никуда бы не пришлось ехать. Каровский решил перекрыть тебе дорогу в образовательный Олимп, и мне нужно время, чтобы решить эту проблему. Поработаешь какое-то время, пока всё не уляжется.

– И сколько мне нужно отработать?

– Два месяца, может больше. В общем, я позвоню, как всё утихомирится.

– Чувствую себя снова студентом-практикантом, которого без его согласия отправили неизвестно куда и неизвестно зачем.

– Небольшая поправка. Ты знаешь, зачем едешь. Есть проблема, требующая твоего вмешательства. Помнишь, на третьем курсе, когда тебя отправили на практику в богом забытый лицей, ты справился с обнаглевшими старшеклассниками?

– Это было давно и неправда. К тому же те методы не признали педагогичными.

– Ну то, что ты немного размалевал главаря той шайки, не делает тебя жестоким. К тому же, Макаренко тоже не был святым и пускал в ход кулаки. Иногда одних слов мало, и требуется весомый аргумент, чтобы всем доказать правоту.

– И это мне говорит министерская особа. Уж не собираешься ли ты кидаться с кулаками на министра?

– Нет, и тебе не советую прибегать к этому методу. Я просто напомнил тебе, что ты можешь решать проблемы и заниматься перевоспитанием трудных подростков, и та история со старшеклассниками не должна повториться. Этот метод актуален. Не спорю. Но всё же следует по возможности его избегать, хотя бы с детьми.

– Обещаю детей не трогать, но больших дядек это не касается. Так сойдет?

– Вполне! Так ты согласен?

– А у меня разве есть выбор?

– Вот и славно. Отправление через неделю. Можешь пока паковать чемоданы и сообщить своему знакомому, разрешившему тебе пожить в этом чудном доме, что ты уезжаешь.

– Не получится. Он загорает на испанском пляже, и так как он собирался второпях, то не успел поделиться своими заморскими координатами.

– Тогда оставь ключи уборщице или её координаты ты тоже не помнишь?

– К счастью, её координаты мне известны.

– Вот и славно. Тогда жду тебя через неделю на автостанции.

ГЛАВА 2

Автостанция забита пассажирами, готовыми умчаться на автобусе в отдаленные уголки страны. Билеты скуплены, и на платформе двое предприимчивых джентльменов ждут, когда же появится на горизонте транспорт, готовый разлучить обитателя роскошных квадратных метров в центре столицы на комнату в старом общежитии.

– Осталось пять минут, Коля! И умчит тебя автобус из столицы в прекрасный город М.

– Ты сам хоть был там, чтоб так утверждать?

– Нет, но фотографии в интернете оставляют желать лучшего.

– Есть такая штука. Называется «фотошоп». Ты не думал об этом?

– Вот ты мне потом об этом расскажешь. Взял всё необходимое в дорогу?

– Ага.

– Вот и хорошо. Рита знает, что ты уезжаешь?

– Да незачем ей знать. После той истории с Каровским нам не удалось толком поговорить. И мне кажется, что на этом всё закончено. Быть может, это и к лучшему, Серёга. Если после первой недомолвки мы разошлись, как в море корабли.

– Решать, конечно, тебе дружище, и у тебя будет уйма времени для размышлений.

– Это да. Времени у меня теперь предостаточно.

Подъехал автобус и забрал Салтанова в город, где его многие не ждали. По пыльной дороге, бурьянам, ухабам он ехал, отдаляясь от родного города в сплошную неизвестность. Он редко покидал столицу, и поездка в город М для него стала путешествием в другую цивилизацию, в которой царили совсем иные законы.

Маршрут проходил через двадцать деревень и пару поселков городского типа, и прежде чем добраться до пункта назначения, Николаю предстояло познакомиться с бытом простых граждан. Через двадцать семь километров автобус остановился в деревне Потанино, и часть пассажиров сошла на остановке. Водитель объявил о пятиминутном перерыве, и все разошлись по своим делам: одни справлять нужду, другие закупаться напитками и едой. Магазин располагался прямо на улице у остановки, что было очень удобно.

Ассортимент продукции выглядел весьма скудно, и на прилавке расположились напитки самых разных производителей, от пепси до минеральной воды одного из местных источников, и еда, представленная чипсами и домашними пирожками.

Для местных жителей деревни Потанино наличие магазина у дороги было ничем иным, как ещё одним источником заработка. Только за один месяц доход от продажи социально значимых продуктов превысил ожидания многих и составил приличную сумму с пятью нулями. Потратить свои деньги спешил и Николай Салтанов. Он толком не успел пообедать, и деревенский магазин пришёлся как раз кстати. Остановка заканчивается, и пассажиры, осуществившие покупки, возвращаются в салон продолжить своё путешествие.

Деревня Потанино осталась позади, и до города М всего каких-то одна тысяча девятьсот семьдесят три километра. Наличных денег осталось немного, а это значило, что возможности расплатиться за кулинарные изыски и сувениры теперь нечем, а кредитную карту в деревнях никто не принимает к оплате. Народ ценит живые деньги, а карта есть у одного или двух из ста, которые работают в городе и в деревню приезжают только по выходным. Банкоматы в тех местах были редкостью, за исключением поселка городского типа. Николай выведал информацию у пассажиров, что в Берёзовке есть банкомат, и остановка у данного населенного пункта час. Успеть за час снять деньги и вернуться обратно вполне реально, и он отправился на его поиски. Аппарат находился в двух километрах от станции. Шестьдесят минут – не так уж много времени на осуществление задуманного, но риск – дело благородное. Два километра пройдены, и банкомат предстал перед ним во всей своей красе. Он успел, а это значит, что можно обнулить свой счёт, но помимо него опустошить аппарат спешили многие. Люд, приехавший из соседних округов, выстроился в цепочку. Такое ощущение, что им по полгода не выдавали зарплаты. Как ещё объяснить такой ажиотаж?

– Кто крайний? – обратился Николай к толпе.

– За мной будешь! – выкрикнула женщина в синем платке.

– А нельзя сделать исключение и пропустить меня? У меня автобус, и ждать он меня явно не будет.

– Подождёшь! Ничего с тобой не станет. Мы ждём, и ты подождёшь.

Спорить с толпой было бесполезно. Пришлось ждать, когда все набьют свои карманы. Время с каждой минутой ожидания уходило, и час, за который Николай собирался снять деньги и вернуться на станцию, улетучился. Он брошен на полпути, и чтоб вернуться, ему необходим водитель со своим автомобилем. На кассе он разузнал от кассирши о том, что накануне в поселке праздновали столетие со дня его основания, и проспиртованные граждане валялись в постели без задних ног, и только к закату они соизволят подняться. Её брат был одним из тех, кто с головой ударился в празднование. У него имелась машина, правда, шофёр был немного не в себе, и нужно было дождаться того момента, когда он выйдет из этого состояния. Рабочий день подошёл к концу. Кассирша любезно пригласила его к себе домой. Разлила по кружкам чай, вытащила из буфета пирожные. Короче, пыталась всеми силами угодить гостю. Ведь не каждый день в Березовку приезжают столичные люди. Они всё время проезжают мимо и даже не пытаются заглянуть во внутренний мир обычного провинциального человека.

Пантелеева Ангелина Борисовна, так звали кассиршу, в свои тридцать семь лет имела хорошую работу, двоих детей и родительский дом, унаследованный от них. Помимо Ангелины, мужа и детей, в доме жил брат. Его прибило морской волной к отчему дому. Брат менял работу как перчатки. Ему постоянно не нравилось то, чем он занимался. Его убеждения были таковы, что человек должен заниматься тем, что ему по душе. Сменив множество профессий, он так и не нашел свое призвание. Случайные заработки были для него спасением, и на какое-то время финансовое положение из шаткой категории вновь стало стабильным. Но это длилось недолго, ибо после праздника ничего не осталось. Щедрая душа поделилась со всеми, и все заработанные деньги пошли на удовлетворение человеческих потребностей. Брат спал в своей комнате, и день уже близился к закату. Достопочтенная сестра за чашкой чая с пирожными успела поведать Николаю о своей работе и о том, как нелегко ей живётся на белом свете.

– Я работаю кассиром на станции. Всю неделю верчусь как белка в колесе. На выходных разношу почту по домам. Получаю за это гроши. Говорят, правда, каждый год о надбавках, но надбавки эти нисколько не существенны. Детки мои – единственная отрада. Они ходят в школу. Мишка в третий, Ромка в пятый. Вы могли их видеть, когда заходили в дом. Во дворе частенько играют с соседскими ребятами в прятки. Жизнь не сахар, и мы живём в силу своих возможностей. Муж уехал на заработки в соседнее село. Восстанавливать линию электропередач. Видите ли, накрылась она медным тазом, и он поехал её устранять. Братец мой вчера дал жару. Вы не подумайте, он не алкаш. Уж очень широкой души человек. Пытался доказать всем, что устоит на ногах, но не устоял. Водка оказалась сильнее.

– Так бывает, когда не рассчитываешь свои силы! И долго он ещё будет спать?

– Скоро должен проснуться. Я отлучусь на некоторое время. Заказала сметану с творогом у одних местных предпринимателей. Час пробил, и пора забирать товар. За время моего отсутствия братец не должен проснуться, ну а вы пейте чай, я ненадолго.

Ангелина Борисовна ушла, оставив в своем доме совершенно постороннего человека. Она забыла упомянуть один факт, что её брат по отношению к чужим людям проявлял совсем недоброжелательные чувства. И незнакомец, свалившийся, по его мнению, из ниоткуда, должен был убираться прочь, и гнев пробуждённого ото сна желает исполнить свое предназначение.

– Ты кто такой!? Что ты делаешь в моем доме? – как раскаты грома прокатился голос отрезвевшего.

– Я гость. Меня пригласила ваша сестра.

– Как это так пригласила? У неё есть муж вообще-то.

– То, что у нее есть муж, я в курсе. Я по другому вопросу.

– А может тебя топором по голове и в реку, чтоб не имел такой привычки иметь в своей голове вопросы.

– Топор категорически отпадает. Вы что? Мы же гуманные люди. К тому же, я пацифист. Признаюсь, пару раз я пустил в ход кулаки, но это ради благого дела. Может, всё-таки сядем и обговорим детали за кружкой чая. Ангелина оставила пирожные. Чудные пирожные, и я с роду не пробовал ничего вкуснее за свою жизнь.

– И куда же она утопала?

– За сметаной да творогом. К местным предпринимателям. Я надеюсь, что вы знаете таких?

– Допустим, знаю. И я повторю ещё раз свой вопрос. Кто ты такой?

– Я опоздал на свой рейс в город М, и ваша сестра сказала, что вы поможете мне до него добраться.

– И что ты забыл там?

– Меня там ждёт работа.

– Работа, говоришь? Разговор, я чувствую, будет долгим. За чашкой чая он пройдет быстрее.

Вениамин Юрьевич, брат достопочтенной Ангелины, внимательно выслушал гостя, который подробно рассказал ему о своих злоключениях. Он не пытался вести себя агрессивно, поскольку плата за услуги проводника, предложенная Салтановым, была ничтожно мала, и, как ему казалось, он должен поторговаться, чтобы сумма покрыла его затраты на празднование столетие села Березова.

– Вот ты хочешь добраться до города М и при этом сэкономить денег. Это похвально, что ты беспокоишься о своем бюджете, но плата за труды должна быть больше той, что ты озвучил.

– Так. Значит, четыре тысячи для вас, Веня, не деньги?

– Я Вениамин, а не Веня. Не называй меня так. А то вместо города М поедешь в травмпункт, и при чём, абсолютно бесплатно.

– Ну, хорошо. Обойдёмся без уменьшительно-ласкательных слов. И сколько же ты хочешь?

– Десять тысяч и не меньше.

– Что? Да я за билет на автобус заплатил вдвое меньше. Это же чистой воды грабёж.

– Тогда иди пешком.

– Тысячу семьсот километров?

– Выбор за тобой.

– Я найду другого водителя, который не будет таким алчным.

– Ты в Березовке. Алчность – это наше жизненное кредо. И я ещё не совсем обнаглел. Другие бы и вовсе запросили сумму во много раз превышающую ту, что я назвал. Я готов пойти тебе навстречу и урезать себе зарплату. Шести тысяч, думаю, вполне хватит. Идёт?

– Идёт.

Соглашение скреплено рукопожатием, и сбившийся с пути странник нашел проводника по тропам, куда не ступала нога человека из самого главного города страны.

ГЛАВА 3

Ангелина вернулась и была удивлена тому, что её братец уже заключил сделку. В то же время её переполняла радость оттого, что их семейный бюджет пополнится. В путь решено отправляться с утра, ибо утро вечера мудренее. И с восходом солнца они поехали по большой дороге, что ведёт в город М. За два дня проделать расстояние в семьсот километров вполне выполнимо. Триста пятьдесят за день, а ночью как следует выспаться в придорожной гостинице и с наступлением утра продолжить поездку. В общем, таковы были планы.

Стоял конец августа, и до начала нового учебного года оставались считанные дни. По всей стране народ скупал канцелярские товары, школьную форму, учебники. Хотя большая часть выдаётся в школьной библиотеке, и редчайшие материалы приобретаются в магазинах за счёт родителей обучающихся. Помимо всего прочего, министерство просвещения внедрило новые подходы в образовании, которые отвергали как учителя, так и школьники. И Николаю предстояло столкнуться с анархистами 9"В» лицом к лицу. Он отдалялся от Березовки, и на его пути встречались другие села и иные пейзажи удивительной красоты. Вениамин занимал место у штурвала, и кому как не ему знать о лучших местах для ночлега. Правда, выбор был не таким уж большим. На дороге, по которой они ехали, находились два отеля. Один из них имел плачевную репутацию. Автомобили, припаркованные возле него, к утру лишались всех четырёх колес. Многие воспринимали это за шутку, но шутить они не спешили, когда, проснувшись, увидели машину без колес, то были вне себя от бешенства. Мало того, пропадали деньги, забытые главой семейства в бардачке. Налицо спланированная кража, и администрация отеля в ряду первых подозреваемых. Возбудили дело, которое привело к банде, желающих нечестным способом заработать на хлеб с маслом. Банду накрыли, обвиняемых отправили по местам, где они должны были исправиться и вновь стать достойными гражданами своего отечества. Годы прошли, и ситуация, подпортившая репутацию отеля, долгое время отпугивала посетителей. Но это не могло длиться вечность, и про это все забыли. Жители села Березова долго хранили в своей голове историю о придорожном грабеже, и Вениамин решил, что останавливаться в том отеле не стоит. Вообще хорошо, когда есть из чего выбирать, и жребий брошен. Есть ещё один отель, о котором я забыл упомянуть. В отличие от первого экземпляра, он не был замешан в темных делах и расположен в шестидесяти километрах к северу от отеля, где все было не так гладко. До наступления ночи ещё далеко, и автомобиль, начавший свой путь в Березовке, израсходовал почти всё топливо. Хорошо, когда путь проходит по оживленным местам, и заправочных станций дюжина. И из имеющейся дюжины выбор пал на ту, где обслуживающий персонал зарекомендовал себя с лучшей стороны, и цены на бензин ниже рыночной стоимости. Заправив автомобиль, Николай с Вениамином собрались покинуть заправочную станцию, как крики женщины, возникшей из ниоткуда, не дали им этого осуществить. Из уст её вырвались нечленораздельные фразы, которые после минутной одышки стали понятны каждому.

– Мне нужно попасть в Дубраву. Я прождала здесь слишком много, а автобусы, как назло, не ходят. Попадаются только одни негодяи и хамы, которым от женщины нужно только одно. Вы отвезёте меня в Дубраву? Я заплачу.

– Можете не беспокоиться. Мы не причинам вам вреда. Мы с Вениамином не из тех, кто готов покуситься на честь и достоинство. Денег с Вас мы не возьмём. Довезём до пункта назначения, не требуя ничего взамен. Садитесь, детали обговорим в дороге, – ответил девушке Николай.

Женщине, которая отчаялась выбраться из пустынного места, наконец, повезло. Она спешила в отдаленную деревеньку, где ей предстояло вступить в должность учителя начальных классов. Сменить уходящую на пенсию учительницу, отработавшую тридцать лет в образовательном учреждении. Для своего путешествия она выбрала закрытую одежду, дабы не привлекать внимание острых глаз. Платье, юбки и прочая женская утварь аккуратно сложены в сумку, и облачится она в них только тогда, когда прибудет в деревню. Вениамин с Николаем, конечно, не смогли бросить девушку на произвол судьбы и протянули ей руку помощи. Но то, что на одного учителя стало больше, рассмешило Вениамина. Казалось, что не существует в природе профессий, кроме учительской, и поэтому он решил высказать свое мнение на этот счёт.

– Еще один учитель свалился на мою голову. Как по мне, стоящих учителей можно сосчитать по пальцам, а остальные представители данной профессии и гроша ломаного не стоят. Помню, как географ ткнул пальцем в карту и сказал, что это Австралия. На самом же деле это была Австрия. Никто, естественно, не стал его поправлять, мол, и так сойдет. Когда дело дошло до открытого урока, то скрыть пробелы в познаниях стало невозможно. Он то и дело называл горные пики, которых не существует и в помине. Мало того, он спутал столицу Великобритании. Каждому известно, что это Лондон, но он, видимо, не знал или ему не так преподнесли информацию. Ответ присутствующих не впечатлил, и его уволили.

– И что же за город он назвал? – полюбопытствовала девушка.

– Детройт. Промышленный город на восточном побережье США. Эта роковая ошибка стоила ему карьеры, хотя, по мне, это к лучшему. На одного шарлатана стало меньше. Надеюсь, вы выбрали профессию исключительно по зову сердца, а не из корыстных побуждений?

– Мне всегда нравилось учить деток. И да, это зов моего сердца.

– Ну что ж, это похвально. И как же зовут молодого педагога?

– Аглая, я.

– Очень приятно! Я – Вениамин, а это мой хороший знакомый Николай. Между прочим, тоже педагог.

– Наше знакомство длится день, и я не сказал бы, что оно дружеское, скорее деловое, – заметил Салтанов.

– Да уж. Деловые люди не мчатся, куда не надо за гроши. Их запросы огромны. За гроши согласятся только никчёмные дураки да люди с добрым сердцем.

– Это тонкий намёк на мое бессердечие?

– Это констатация факта.

– Ну что ж. Пусть будет так. В скором времени надеюсь, что мнение твоё о моем отношении к людям изменится, и ты возьмёшь свои слова обратно. Нам ехать ведь ещё сутки, верно?

– Да, мы ведь обговорили с тобой условия.

– Замечательно. Осталось обговорить их с Аглаей. Аглая, мы с наступлением темноты остановимся в придорожном отеле, так как наш пилот не может ехать ночью, поскольку

считает это неправильным. Его преследует фобия. Ему не нравится, когда его сковывает мрак, и от этого становится некомфортно. Передать автомобиль в чужие руки он не может, следовательно, мы приняли решение дождаться утра, чтобы продолжить наш путь. Как вам такой расклад?

– Я особо не тороплюсь, и расклад меня полностью устраивает.

– Вот и хорошо. Следующая остановка – отель «Хризантема».

ГЛАВА 4

Отель «Хризантема» – то самое место, где чувствуешь себя в полном комфорте. Каждый день сорок комнат принимают в своих стенах гостей различных каст и вероисповеданий. Трехэтажное здание с золотистой вывеской у парадного входа ждёт не дождется, когда звон монет приезжих господ и дам даст сигнал к началу работы. С самого утра работники отеля носятся из стороны в сторону и лезут из кожи вон, чтобы только угодить постояльцам. За услуги свои получают приличное жалованье, имеют оплачиваемый отпуск и домик в деревне, где в уютной обстановке проводят выходные вдали от шума и от суеты. Хозяин заведения редко появлялся в своем владении, да и в стране он бывал нечасто. Первое время он сам руководил гостиницей, но с приобретением трубопрокатного завода и вовсе передал бразды правления управляющему.

Управляющий наделён особыми правами, и без его ведома никто не вправе увольнять или нанимать претендентов на различные должности, вплоть от горничной до официанта. Управляющий назначался на четыре года, и за этот срок он должен показать свое умение в ведении бизнеса. Падение доходов и низкий рейтинг могли повлиять на его дальнейшую судьбу и навсегда избавить от великой возможности занимать руководящие посты. К счастью, за всю историю «Хризантемы» ничего подобного не происходило, и все прежние руководители поднялись по карьерной лестнице вверх и заняли место на вершине Олимпа. Нынешний управляющий, Берестнева Александра Фокеевна, совсем недавно приступила к своим обязанностям, и дела оставляли желать лучшего. Поток людей, желающих остановиться, был огромен, и с наступлением вечера их количество увеличилось. Вениамин, Николай и Аглая как раз составляли число тех, кто спешит расстаться со своими деньгами и провести ночь в стенах «Хризантемы», не задумываясь о проблемах, с которыми каждому из них предстояло столкнуться. Правда, комнат на всех не хватило, и пришлось потесниться в одноместном номере с видом на шоссе. Кровать в комнате была одна, и благородные джентльмены решили уступить ее даме. Сами же оккупировали диван да раскладушку, которую позаимствовали у швейцара. Аглае ничего не оставалось, как подчиниться воле большинства. Ей не доводилось бывать в таких ситуациях, когда в первый же день знакомства оказываешься в одной комнате с совершенно незнакомыми людьми, тем более мужчинами. Ей не лезли больше в голову ужасные мысли, потому как их тут же сразу рассеяли.