Сказание о Павшей

Лили представила эту связь — внезапную, запретную, трагическую. Любовь, пережившая тысячелетия, запечатлённая в человеческом теле. Она посмотрела на портрет профессора Брейкен на сайте факультета, затем на древний рисунок. Холодок ужаса и восхищения сковал её.

«Неужели Эйвери... прямой потомок богини? Последняя наследница рода, растящегося глубины веков? Это... безумие. Но это единственное, что объясняет эту идентичность.»

Охваченная новым витком одержимости, Лили принялась листать отчёт дальше, ища любые упоминания рисунка. Но там было пусто. Ни анализа, ни интерпретаций, ни даже качественных фотографий с разных ракурсов. Объект №24 будто повис в информационном вакууме — упомянут и тут же забыт.

Словно его старательно игнорировали. Или... замалчивали.

«Если моя идея реалистична, то это сказание уходит куда сильнее в историю и вызывает куда больше вопросов. Потому что, если Эйвери — плод любви человека и бога, значит она — нефилим?»

Мысль обрела зловещую чёткость. Кто-то не захотел, чтобы это лицо увидели. Кто-то, кто тоже знал правду и пытался её скрыть. И теперь Лили, сама того не делая, дёргала за ниточку, конец которой был надёжно спрятан в тени. И она понимала, что тот, кто прятал, наверняка следит за теми, кто начинает искать.

Звонок с перерыва прозвучал как выстрел, заставив вздрогнуть самых впечатлительных. Студенты нехотя, словно во сне, потянулись назад, в аудиторию. Воздух ещё был заряжен энергией недавних споров и перешёптываний.

Профессор Брейкен уже стояла у кафедры, невозмутимая и собранная, будто и не было никакой душераздирающей истории. В её руках был тот самый свиток, вернее, его современная копия — стопка аккуратных листов с переведённым текстом.

— Надеюсь, вы отдохнули, — её голос вновь приобрёл привычные лекционные интонации, чёткие и лишённые всякого намёка на недавнюю эмоциональность. — Потому что теперь мы переходим к самому главному. К завязке!

Она обвела взглядом зал, поймав ещё не до конца отошедшие взгляды.

— То, что вы услышали ранее, было... преамбулой. Историческим контекстом, если угодно. Теперь же вы увидите, как эта история была записана три тысячи лет назад. Как её видели они.

Лили, не отрываясь, смотрела на профессора. Та история о буре и падшей богине была ужасающей, но это... это было уже самой сутью. Разгадкой. Ответом на все вопросы, которые роем крутились в её голове.

Эйвери Брейкен расправила листы и начала читать. Её голос, всего несколько минут назад такой леденяще-спокойный, вновь зазвучал иначе — теперь в нём слышались отзвуки древнего свитка, шелест песка и голоса, доносящиеся сквозь тысячелетия.