- -
- 100%
- +
– Гангстерский стиль? – поинтересовался Антон, усаживая Катерину
– Типа того. Всё ты знаешь. Откуда?
– Чёрт его знает, всплывает в мозгах.
Через четверть часа, опорожнив одну бутылку и принявшись за вторую, компания уже вела непринуждённую беседу. Юля оказалась девушкой общительной, весёлой, ухаживания Дмитрия приняла благосклонно. Стемнело. В небо выползла луна. Зажглись гирлянды на столбах. В громкоговоритель объявили конкурс на исполнение танцев. Катерина с Юлей переглянулись.
– Пошли?
– Пошли! Болейте за нас!
Они легко вспорхнули на сцену, заиграла музыка и под одобрительный рёв, исполнили чарльстон. Оттанцевали классно, движения были настолько синхронны и слажены, что публика не раз одобрительно аплодировала.
– Гляди Антоха, наши то, что вытворяют! – восторженно прокричал Дмитрий, вскочив с места и хлопая в ладоши – Ай, молодцы!
В итоге заняли первое место – огромную бутылку марочного вина.
– Как хорошо, не убийств, ни крови – тихо проговорила Катерина, когда они с Антоном танцевали медленный танец.
– Хорошо, – согласился Антон, – вот только через неделю приезжие куда‑ то исчезают.
В чёрном ночном небе вспыхнули разноцветные огни фейерверка. Все направились к набережной, к реке. Фейерверк запускали с баржи, стоящей посередине реки, было очень красиво. Потом направились в парк, в тот самый, где Антон вылез из канализации. Там к ним прицепились несколько гопников с ножами и битами требуя денег. Так как у всех были пистолеты, гопников перестреляли, сбросив трупы в канализацию. После хотели потрахаться на природе, но все уединённые места были заняты другими парами. Гуляли и веселились до рассвета на площади. Весь следующий день валялись на кровати, занимались любовью, да смотрели по телику фильмы. Вечером карнавал продолжился. После фейерверка все направились к набережной, к реке. Фейерверк запускали с баржи, стоящей посередине реки, было очень красиво. Потом направились в парк, в тот самый, где Антон вылез из канализации. Там к ним опять прицепились несколько гопников, с ножами и битами, требуя денег. Так как у всех были пистолеты, гопников перестреляли, сбросив трупы в канализацию. Антона посетило ощущение дежавю, остальных тоже. Гуляли и веселились до рассвета. На третий день уже ничего не хотелось. Решили просто побродить по городу, заодно разузнать, как живут аборигены, и куда же деваются приезжие. Катерина с Антоном захотели посетить дом знаний, как им посоветовал один из местных жителей. Дмитрий с Юлией пошли покататься на речном трамвайчике. Дом знаний произвёл на Антона сильное впечатление. На фоне старых двухэтажных купеческих домов 7 этажная махина из стекла и бетона, построенная в форме паруса, выглядела потрясающе. Вход был совершенно бесплатный. Современный дизайн внутри здания, приветливый персонал, кругом мониторы, кондиционеры, стеклянные кабины лифтов, эскалаторы, всюду зелень. Огромная библиотека вместе с читальными залами занимала третий и четвёртый этажи. Наряду с бумажными изданиями имелся громадный выбор электронных книг. Верхние этажи занимали самые различные кружки и клубы по интересам, картинные галереи. Короче было всё, чтобы утолить жажду познания, всё для личного самосовершенствования. Но не было людей, вернее были, но очень мало. Спросили у пожилой библиотекарши, много ли за день бывает посещений? Поначалу, когда открылись, народ валил толпами, но спустя некоторое, время, поток иссяк, остались единицы.
– Ты кажется, к этому стремилась? – покинув дом, спросил Антон. – Заботиться об хлебе насущном не надо, накормят, жильё дадут. Живи, развивайся, созидай! А что в итоге? Дом знаний пустует, зато на карнавалах народу полно. Пьют, веселятся, как могут, да трахаются под каждым кустом. Засада. Пошли, нажрёмся. Пока возвращались, заметили небольшую толпу перед колокольней.
Оказалось, очередной самоубивец – решил свести счёты с жизнью. Колокольня, как самое высокое здание, оказывается, была любимым местом для самоубийц. В толпе заключали пари, прыгнет, – не прыгнет? Мужик, лет сорока, наверное, пьяный, оступился на карнизе и полетел вниз. Шмяк! Лужа крови на асфальте, не красиво и не интересно. Толпа разочарованно разбрелась кто куда. Вечером нажрались. Утром четвёртого дня Антон проснулся с неясным чувством тревоги и с ощущением, что за ним наблюдают, и этот кто‑то совсем недобрый. Он открыл глаза, пытаясь уяснить, что же вызвало это чувство. Рядом безмятежно посапывала Катерина, солнечный свет просачивался через неплотно закрытые занавески, в его лучах плавали мельчайшие пылинки. Размеренно тикали большие круглые часы на стене, показывая четверть десятого. После вчерашних возлияний хотелось пить. Всё мирно и спокойно, вероятно ночью приснился кошмар, который не запомнился, но ощущение от него осталось. Антон решил встать и прогуляться в одиночку. Стараясь не разбудить Катерину, он тихонько поднялся, сходил в туалет, умылся, оделся. Уже выходя, он увидел, как Катерина подняла голову:
– Ты куда?
– Пойду, проветрюсь.
– Вкусненького чего‑ нибудь, купи, и попить…– Катерина опять уронила голову на подушку.
Сегодня по программе карнавала был день Гекаты, царицы мёртвых. Поэтому на улице продавались различные маски смерти, саваны, костюмы скелетов, наряды ведьм, черепа и прочую ерунду. За столиками кое- где сидели любители бесплатного пива, которое подавалось в кружках в виде черепов. Заказав себе такую кружку, Антон подошёл к бородатому мужику лет сорока, который, откинувшись назад на спинку стула, перемежал глоток пива, затяжкой толстой сигары. Лицо его прикрывала надвинутая на лоб широкополая шляпа.
– Можно присесть?
– Валяй, – последовал ответ из‑под шляпы.
– Я приезжий, давно у вас карнавал длится?
Мужик сел прямо, внимательно посмотрел на Антона.
– Давно у нас?
– Третий день.
– Тогда у тебя ещё пару дней. Я бы на твоём месте убирался отсюда.
– Почему?
– Все, пришлые через несколько дней куда‑то исчезают, и больше не появляются. Ты хочешь исчезнуть неизвестно куда?
– Нет.
– Тогда подумай. А праздник, уже почти месяц длится, надоел уже всем, говорят, на этой неделе закончится.
– Кто его устроил, и за чей счёт?
– Никто толком не знает. Но кто‑то безумно богатый. Местные то же участвуют в мероприятии, как же. На халяву и уксус сладкий. Вот только, если приезжие испаряются, то местные становятся другими.
– Как другими?
– Не знаю, но другими, изнутри, что ли меняются, кто как. Кто вдруг читать начинает, хотя раньше букварь только на закрутку табака использовал. Которые в религию ударяются, ну а кто и жизнь самоубийством кончает. В крайности бросаются, вот что.
– Все, или кто живёт на халяву?
– Халявщики.
Послышалась барабанная дробь, звуки флейты. Из боковой улицы на площадь медленно вкатился чёрный катафалк с гробом. Его сопровождала группа барабанщиков и флейтисты, играющие британский марш гренадеров. В гробу сидел напудренный господин в военной форме и дирижировал музыкантам. Когда процессия поравнялась с памятником, человек в гробу зычно рявкнул по‑английски. Процессия остановилась, сидящий в гробу повернул голову к памятнику и отдал честь. После опять пролаял команду, и процессия под грохот барабанов и звук флейты тронулась дальше.
– Что это было? – поинтересовался Антон.
– Не обращай внимания – засмеявшись, ответил собеседник. – Это местный долбоящер. Который год себя хоронит, грозится застрелиться, но всё никак. Как дойдут до кладбища, глянет на свою вырытую могилу, так на попятную. Вредный мужичонка, англичанин, такой же пакостливый, как его страна.
– Кладбище далеко отсюда? Хочу вслед сходить.
–Близко, прямо за поворотом. Старое, там уже не хоронят, просто этот хрыч давно себе место выкупил. Удачи, хоть может в этом году разродится, и пулю в лобэшник пустит.
Кладбище и впрямь находилось недалеко, почти сразу за площадью. Огороженное железной оградой, с разросшимися вековыми деревьями, оно больше походило на парк. Антон зашёл через ворота и неторопливо зашагал по вымощенной дорожке, петляющей среди надгробий и склепов по направлению к тому месту, откуда раздавалась барабанная дробь. Возле одной могилы Антон остановился, пытаясь прочитать надпись на могильной плите. Его заинтересовала скульптура, возвышающаяся на постаменте. Это была мраморная девушка, её прекрасное лицо изображало усталость и печаль. Мраморная голова опущена вниз, руки прижаты к груди, а крылья на спине безвольно свисали вниз. Сзади послышался шорох, Антон оглянулся.
К нему приближалась смерть, с косой в руках и сигаретой в зубах. – Мужик, огоньку не найдётся? – Антон молча протянул зажигалку. Смерть неторопливо подкурила. Огонёк зажигалки сверкал по её черепу, выглядывающему из сползавшего чёрного капюшона
– Спасибо, – протянула она зажигалку обратно костлявой рукой.
– Оставь себе, я не курю.
Смерть глубоко затянулась, внимательно посмотрела чёрными глазницами на Антона.
– А ты приглашение на свои похороны не хочешь разослать?
– Нет…
– А почему?
– Так я вроде не собираюсь пока… того.
– Рассылай! Не тяни! А в остальном я тебе посодействую. Ладно, это шутка. За зажигалку спасибо. Обращайся, если что. Пойду, помогу англичанину, а то его баловство затянулось – Взяв косу как ружьё на плечо, костлявая удалилась прочь, напевая себе под нос какую‑то песенку. Антон проводил её взглядом. Странный город, странные обитатели. Взгляд его соскользнул на надгробную плиту. Надпись была сколота, сохранилось лишь обрывок имени и фамилия:
– ЭЗИ ГРАНТ – прочитал он вслух. Лёгкий ветерок прошумел в листве деревьев. Вдали щёлкнул пистолетный выстрел.
– Отбегались, аминь. – Почему‑то подумалось Антону. Когда он подошёл к процессии, могилу уже засыпали землёй, гроба на катафалке не было. С запада на город надвигалась тяжёлая лиловая туча, непрерывно сверкали молнии, доносились глухие раскаты грома. Нужно было торопиться добраться до гостиницы. Стремительно стемнело. Когда он бежал по улице от кладбища, навстречу ему попался школьный автобус. Что‑то заставило его остановиться и посмотреть на сидящих внутри. Вспышки молний высветили прильнувшие к стёклам лица, глядящие на него. Это были Дмитрий, Юля, Катя, и он сам – Антон.
Глава12
Ошалевший от увиденного, подгоняемый хлынувшими потоками дождя, Антон стремглав домчался до гостиницы. Бегом взлетел на второй этаж, распахнул дверь в свой номер – Катерина была на месте. Она в халатике сидела на кровати и расчёсывала волосы. Увидев замершего на пороге Антона, с которого на пол стекала вода, она залилась звонким смехом.
– Чучело огородное, откуда ты?
– Димка с Юлей где?
– У себя, где ещё? Юлька минут пять, как заглядывала. А что?
– Погоди, сполоснусь и переоденусь. Позови ребят, есть информация.
Рассказ Антона об увиденных им двойниках Дмитрий с Юлей восприняли с недоверием, особенно когда он поведал о том, как самоубийца руководил своим похоронами, как смерть просила его подкурить.
– Антоха, ты пива на халяву, наверное, лишка выпил, вот тебе и померещилось. Катерина предупреждала же, что в бесплатное пойло, подмешивают всякую дрянь.
Однако Катерина не разделила их мнения.
– Что‑то подобное я жду давно – задумчиво проговорила она. Кроме того, её почему‑то заинтересовала могила девушки.
– Покажешь мне её? – попросила она Антона.
– Как скажешь, сходим.
– Оружие у всех, надеюсь есть? Держите его наготове.
Пистолеты были у всех
– Что‑то серьёзное? Может пора за автоматами в нашем схроне сгонять? – поинтересовалась Алина.
– Пока не надо. Пока только предчувствие, но оно меня ещё не подводило.
Дождь тем временем закончился, выглянуло солнце и сразу сделалось светло и душно.
– Ну что, продолжаем отдыхать? – спросила Катерина. – Мы же сюда появились деградировать?
– Я, за. Но с бомбами за пазухой – согласился Дмитрий.
– Так улыбаемся, завтра будет хуже – резюмировала Алина.
– Уже уходите?.. А что так медленно? – спросил Антон.
– Нас уже здесь не стояло. Заходите в гости, не дай бог.
По дороге на кладбище Катерина купила два букета цветов. Один положила возле памятника на площади.
– Интересно, куда устремил свой взор этот каменный дядька? Поинтересовалась она.
– Я пытался разглядеть из окна гостиницы, ничего там кроме болота не высмотрел. – Ответил ей Антон. – Пошли на кладбище, что‑то жарко становится, да и шумно тут.
Действительно, площадь заполнили невесть откуда появившиеся группы детей. Все они были наряжены в разные страшные костюмы вампиров, колдунов, скелетов и прочей нечисти. Все они кричали, визжали, бегали по площади.
– Из садиков, наверное, привели их в честь праздника! – предположил Антон.
– Ага. Странный город, странные люди. Странные праздники.
На кладбище было тихо и покойно. Мягко шелестела листва на деревьях, весело прыгали солнечные зайчики на могильных склепах. Антон без труда нашёл нужную могилу. Статуя девушки словно купалась в солнечном свете.
Катерина обошла вокруг могилы внимательно разглядывая статую.
– Ну что же, примерно так я и представляла, – вздохнув, тихо произнесла она и положила букет цветов к подножью памятника.
– Покойтесь с миром наши светлые мечты.
– Аминь! Ты и вправду думаешь, что здесь, в этой жопе мира, покоится Фрэзи Грант? Бегущая по болоту, в резиновых сапогах, вот кто тут может лежать – с насмешкой заметил Антон.
– Может и так, но я не за этим сюда пришла. – Екатерина наклонилась над постаментом, обхватила ладонью один из каменных цветков, что украшали его, повернула цветок. Цветок сдвинулся, за ним оказалось углубление. Екатерина засунула туда руку и вытащила свёрнутый в трубочку, перехваченный резинкой, лист бумаги. Развернув его и пробежав по нему глазами, удовлетворённо произнесла: – То, что надо!
– Что там? – спросил Антон.
– Указано место, куда увозят исчезнувших приезжих и местных жителей. Сюда кстати, на кладбище. Здесь в одном из склепов находится вход. Код от двери имеется.
– Откуда сведения?
– От моих людей, которые то же здесь исчезли.
– Что будем делать?
– Проникнем в этот гадюшник и уничтожим. Сегодня же ночью. Давай прогуляемся, разведаем подходы.
Склеп находился в дальнем конце кладбища, рядом с центральной аллеей и не отличался от подобных, разве что внимательным взглядом можно было рассмотреть едва приметную тропинку, ведущую к нему.
Антон с Катериной под ручку неторопливо прогуливались по центральной аллее, то и дело мимолётно поглядывая по сторонам. Дойдя до конца аллеи, постояли с минуту и повернули назад.
– Что увидел? – Тихо спросила Екатерина.
– На столбе рядом со склепом видеокамера.
– Хорошо. А ещё две на деревьях сбоку. Видишь?
Антон бросил мимолётный взгляд на деревья.
– Теперь заметил. Ну, ты и глазастая!
– Да, и не только.
– Ты супер! Горжусь тобой!
– Вот это правильно. Пошли отсюда, впереди много дел.
В заброшенном парке, куда направился Антон, чтобы забрать припрятанный им автомат с рюкзаком, он почувствовал, что за ним следят.
– Катя, за мной слежка, кажется, меня обложили в парке, нужна помощь – позвонил он Екатерине.
– Постарайся продержаться, мы выдвигаемся.
– Жду.
Антон рывком добежал до схрона, лихорадочно, отодрал доски. Автомат был на месте. "А вот хрен вы меня так просто возьмёте" – подумал он, вставляя рожок в автомат. Он залёг за ближайшим стволом, готовый принять бой. Антон увидел, как по алее, в направлению к нему, едет чёрный катафалк. За катафалком передвигались люди в противогазах. Антон прицелился и дал короткую очередь в сторону катафалка, тот остановился, люди в противогазах попрятались за деревьями. Ещё он услышал хлопки, место, где он залёг, заволокло дымкой, Антон потерял сознание.
Глава 13
Он очнулся оттого, что кто‑то больно хлопал его по щекам. С трудом открыв глаза, Антон увидел склонившееся над ним немолодого человека в толстых больших очках и белом халате. В руке тот держал пустой шприц.
– Очухался? – слегка скрипучим голосом проговорил тот, – вот и молодец!
Антон хотел встать, но почувствовал, что руки и ноги его привязаны к закреплённому к полу стулу.
– Сиди спокойно, не дёргайся, как самочувствие?
Антон облизнул пересохшие губы, страшно болела голова.
– Пить хочу, дайте воды, и голова трещит.
– Ну, это нормальная реакция на газ. – Пожилой человек, похожий на старого доброго доктора, налил стакан воды, бросил туда таблетку, та зашипела, растворяясь, оставляя в воде пузырьки. Дождавшись, когда таблетка растворится полностью, он поднёс стакан к губам Антона
– Пей, должно полегчать.
Антон с жадностью выпил воду, спустя пару минут, боль в голове стала утихать.
– Что со мной будет? – спросил Антон
Неизвестный рассмеялся.
– Молодец! Сразу быка за рога. Посмотри налево, что на дверях написано? Антон повернул голову, там были две двери. На одной из них крупными буквами светилась надпись: – "РАЗДЕЛОЧНАЯ ", другую украшала табличка – "УТИЛИЗАЦИЯ".
– Прочитал? Нравится? – весело спросил старый добрый доктор.
– Не очень, – честно ответил Антон.
– А что так? В разделочной из тебя извлекут твои органы, печень, сердце, почки, – ну и прочие полезности для пересадки больным особям. Ты должен гордиться, если попадёшь туда, ведь, сколько людей обретут здоровье, благодаря твоим органам. Хоть такой толк от тебя будет.
– Всё так печально, для меня? Нет альтернативы? – Антон пошевелил руками, поёрзал на стуле. Крепко связали сволочи, одна надежда на друзей. Надо тянуть время. – Может, ещё на что сгожусь?
Человек задумчиво посмотрел на Антона, потом спросил:
– Ты вспомнил, что с тобой было раньше?
– Нет, может вы мне скажете?
– Скажу, почему бы и нет? Раньше с тобой не было ничего. Ты не человек, ты клон, созданный в наших лабораториях. Это и твоих друзей касается. Впрочем, может это не так. Возможно, у вас стёрли всю прошлую память. Тогда вы ничем не отличаетесь от клонов. Человек, не помнящий своего прошлого, не знает, как поступать в будущем. Это кстати и целых народов касается. Не зря каждый новый правитель переписывает под себя историю. Людям создают ложное представление о прошлом, чтобы легче управлять им в настоящем, и задать нужное направление на будущее.
– Я видел себя и своих друзей в школьном автобусе, это клоны?
– Может да, а может, нет, какая тебе разница?
– Не хотелось бы быть запрограммированным инкубаторским цыплёнком.
– А разве род людской не программируют с самого рождения? Через окружение, через телевизор, интернет, садик, школу? Разве не вдалбливают стереотипы, что ты должен иметь квартиру, машину, дачу, – и всё это лучше, чем у соседа, чтобы тот сдох от зависти, собака? Люди жизнь на это кладут. Но хоть их понять можно, они стремятся к чему то, у них есть цель.
– Это же естественная потребность, обеспечить себя и свою семью достойной комфортной жизнью, разве не так?
– Всё так. Но дело вот в чём. В этом городе мы обеспечили всё население бесплатным жильём, бесплатным питанием, то есть обеспечили всем необходимыми базовыми потребностями. Хочешь шиковать, – ради бога, обеспечим работой. Хочешь духовно развиваться, бесплатно учись в учебных заведениях, ходи в дом знаний. И что же мы имеем? Лишь малая часть изъявила желание работать, и только единицы, захотели учиться и повышать свой духовный и интеллектуальный уровень. Остальные довольствуются тем, что есть, и не стремятся изменить что‑либо.
– И чем же вы здесь занимаетесь?
– Пытаемся создать новую породу людей, без которых у человечества нет будущего. Экспериментируем с человеческим геномом, с памятью, мышлением. Создаём клоны, в основном для опытов, хотя человеческой биомассы и без того достаточно.
– Как я понял, приезжие как раз и идут на эксперименты?
– Да, на них испытываем новейшие лекарства, проводим опыты на мозгах, ну и на органы. Остатки в утилизацию.
Рядом прогремел, врыв, завыла сирена, замигали красные аварийные лампочки. Дверь "УТИЛИЗАЦИЯ" распахнулась и в комнату вместе с пороховыми газами ворвалась Екатерина с ручным пулемётом в руках и автоматом за спиной. Издав горловой рык, она полоснула очередью по человеку, напоминавшему старого доброго доктора, того отбросило к стене, и он сполз вниз, оставляя на белой поверхности кровавый след.
– Котёнок, ты жив? – спросила она, подбегая к Антону, – сейчас я тебя освобожу.
Отбросив пулемёт, она вытащила из кармана складную опасную бритву и вмиг разрезала верёвки, связывающие Антона.
– В комнату забежали Дмитрий и Юлия, с автоматами в руках.
– Как он?
– Нормально, шевелится. Держите периметр. Дмитрий и Юля исчезли за дверями разделочной.
Антон поднялся со стула, растирая затёкшие руки
– Представляешь, для этих сук мы биомасса – со злость пожаловался он Екатерине.
–Знаю, родной, я в курсе. – Она подошла к убитому, повернула того на живот. После чего располосовав халат на его шее, сделала глубокий надрез бритвой возле позвоночника.
– Что ты делаешь? – удивлённо спросил Антон.
Ни слова не говоря, Екатерина запустила руку в надрез и с усилием выдернула оттуда окровавленную металлическую пластину с крючками на концах.
– Это клон, а вот и его чип. Пошли, нам надо добраться до настоящих.
Она сняла автомат и протянула Антону:
– Держи, парабеллума с собой нет.
– Сойдёт, заграница нам поможет.
– Рада, что пришёл в себя. Да, если увидишь другую меня, или ещё кого из наших, включая себя самого – вали не раздумывая. Только не перепутай. Мы единственные и неповторимые! Помни это!
В разделочной, где лежали на столах выпотрошенные трупы людей, их дожидались Дмитрий с Юлей.
– Нас эта же участь ожидала – кивнув на трупы, промолвил Антон.
– Не дождутся! – ответил Дмитрий
– Мочим их всех! Сверхчеловеки, бля! Люди им не нравятся!
Из разделочной следующая дверь вела в коридор. Зажав в руке гранату, Дмитрий присел перед ней на корточки
– Антоха! – крикнул он, обернувшись, – толкни дверь и в сторону!
Антон пнул дверь и отскочил назад, тут же на уровне груди дверь прошили несколько пуль. Дмитрий низом катнул гранату по коридору, укрылся за косяк. Раздался взрыв, коридор заволокло дымом, кто‑ то дико закричал, Антон выпустил туда очередь, крик смолк. Они выскочили в коридор, переступая через распластанные на полу неподвижные тела, побежали дальше. Слева через полуоткрытую дверь были видны яркие вспышки, и слышался сильный гул. Первым туда ломанулся Дмитрий, с автоматом наизготовку, готовый всё крушить на своём пути. Через распахнутую дверь, освещаемый беспрерывными вспышками, было видно, как он вдруг остановился и, глядя на что то, отпустил автомат.
– Не хера себе! – раздался его изумлённый голос. – Ребята, заходите, гляньте, на это!
Катерина, Антон, Юля, друг за другом зашли в помещение и зачарованно опускали оружие. Окружённые радужным переливающимся пузырём энергии, по поверхности которого вспыхивали электрические разряды, на светящейся площадке, стояли ихние двойники и с не меньшим изумлением смотрели на них. Одеты двойники были в странные одеяния, напоминающие древнеримские или древнегреческие тоги, на ногах сандалии с повязками. С обеих сторон площадки возвышались какие‑то странные сооружения, которые громко гудели, и из которых исходили беспрерывные пучки ярких молний, соединявших их со светящимся пузырём.
– Смотри, Юлька, а там ты ещё красивее, чем здесь – восхищённо проговорил Дмитрий
– Ага, – согласилась Юля, – а Катька то, вообще полный отпад!
Лицо двойника Катерины вдруг исказилось от страха, и она в ужасе подняла руки, словно пытаясь заслонить себя ими.
Антон увидел, как Катерина поднимает ствол пулемёта.
– Не надо! – отчаянно вскрикнул он, отбивая рукой ствол в сторону. Сверкнула ослепительная вспышка и двойники исчезли. Ещё он увидел яростные глаза Кати. Потом удары током, яркие вспышки, темнота, а в темноте кружились по спирали, удаляясь, пьяный ёжик в обнимку с ржущим конём в небесном пальто.
Глава 14
1 ноября 82 г до н.э. когда солнце уже клонилось к закату, легионы славного проконсула Суллы, строились за стенами Вечного Рима, чтобы дать решительный бой мятежникам и злейшим врагам римлян. Напротив, войск Суллы выстраивались десятки тысяч самнитов, которых привёл смертельный враг Рима, Понтий Телезин. И римляне Суллы, и самниты Понтия отлично понимали, что решается судьба их народов, в случае поражения пощады не будет ни тем, ни другим. Мужчины будут полностью вырезаны, а детей и жён продадут в рабство, нация перестанет существовать, исчезнет с лица земли. Так что сражение предстояло свирепое и беспощадное.
Антоний наблюдал за приготовлением к битве с городской стены. Посиневшая правая рука его болталась на привязи, перекинутой через плечо. Утром, он вместе с городским ополчением участвовал в вылазке против самнитов. Нужно было выиграть время, для прибытия войск Суллы. Ополчение, плохо обученное, почти полностью погибло, и было бы вырезано совсем, но подоспел отряд всадников Бульба, посланный Суллой. Он то и спас остатки ополчения. В бою Антония лягнула лошадь, да так, что повредила руку, та распухла и посинела. Добравшись до города, превозмогая боль он доплёлся до своей инсулы, в которой было его жилище из двух комнатушек на первом этаже, четырёхэтажного здания. Там его ожидала Екатерина, по легенде его жена.