- -
- 100%
- +
Книга побед
КАК ОНО ПОЯВИЛОСЬ
Предисловие
Вообще я не спорщица и брошенным вызовам обычно не поддаюсь. Хоть закидайте меня этими вызовами, скорее всего, и не замечу. Но тут – не знаю, наверное, Меркурий не тем боком к Венере повернулся, в общем… Три вызова за два месяца сподвигли появлению данной книги.
Было так.
Первые две претензии прилетели ко мне с совершенно разных сторон, но были на одну тему «Натали, а почему ты не пишешь любовные истории?»
Ответ у меня на подобные вопросы подготовлен: потому что я пишу фантастику.
Но вместо того чтобы утешиться этой информацией, последовало вот что: «Да и пиши фантастику, кто бы против. Вон, у твоего почитаемого Гарри Гаррисона в «Нержавеющей крысе» – тоже фантастика. Но это ему не помешало прекрасно любовную линию для героя вывести» (нет).
У тебя всегда любовь «между делом», – слышалось далее. – А надо, чтобы все, как у Тимура Шаова: «В них женщины – богини, мужчины – супермены»…
К слову сказать, на тот момент у меня уже была одна идея «любовной» фантастической истории, но там мне не нравился главный персонаж. И возникала патовая ситуация: не хотелось писать про того, кто несимпатичен, а характер нельзя поменять – потому что история на этом характере завязана.
И тут прилетает третья «вау» претензия: «Натали, ты там в статье про Питер писала, что каждый современный автор непременно должен вляпаться в три «вечные» темы. И одна из них – вампиры. Где?»
Поясняю, что эта история еще не дописана, она входит в состав романа «Байки из второго подъезда» и рассматривает довольно серьезные социальные проблемы. На что мне был очень простой ответ: фу.
Вот, прям «фу»!
Нет, это все не то (было мне заявлено). Напиши, чтобы такие классические вампиры в рюшечках (я этот образ «рюшечки» так целиком потом и использовала), со всеми… э-э вампирскими атрибутами. Ну, хочешь ты свою фантастику, ну ладно (это мне позволили). Вот так вот. Женщине за шестьдесят, а она все еще ждет своего вампира…
Я сначала просто поржала над всеми этими запросами, но тут мне было добавлено слово «Сможешь?», которое в просторечье переводится как «Слабо?»
И вот проклятый Меркурий! Я задумалась!
Никогда я не фанатела от вампиров. Технически это чаще всего обычные женские романы с атрибутами клыков и все тех же «рюшечек». То есть – прям не мое.
Сюжетная линия… ох, друзья. Большинство любовных сюжетных линий не пестрят оригинальностью, а вампирские – так просто эталон предсказуемости. Либо это извечные школьники с их любовью к малолеткам. Либо потресканные мумии, на которые попадает неожиданно капелька крови случайного персонажа, и – понеслась кривая в щавель!
А если речь идет о России – добавьте телогрейку и криминальные хроники.
И это все – мне абсолютно не интересно!
Тогда что за вампир мне был бы не скучен?
Ответ: адекватный. Который относился бы к своему физическому состоянию, ну как к болезни или просто вот особенности такие. Не жестокий. Не голодный! (Да когда ж вы нажретесь уже?!) Как сделать так, чтобы высмеять стереотипы, но при этом не сделать смешным героя, не оскорбить его?
Поехали дальше.
Памятуя о том, что мы все ж таки пишем любовную историю, какая пара подошла бы подобному персонажу? Наивность и неопытность отметаем – это у него все уже было и вряд ли вылилось во что-то достойное (иначе бы не остался один). О! Помнится, была у меня дамочка, которую все никак не получалось никуда приткнуть: множество недописанных рассказов про нее где-то в архивах так и пылятся, байтами покрываются. Слишком уж она… резкая. И своевольная. И… а вот, пожалуй, нашему парню подобное сочетание вполне должно сгодиться.
Да! Вот и пришло время для Никодимы!
На этом этапе работа головы заканчивается.
Термин «сочинять» не совсем уместен для моих историй. Скорее, я их нащупываю. А тексты не столько пишу, сколько выплетаю, ну, как заговоры создаются.
И вот, когда тема задана, приходит время «нащупывать», где там таятся эти герои с их историями…
Стоило мне закрыть глаза, и совсем чуть-чуть попространствовать… Как эта история просто набросилась на меня! Бывают мотивы скромные и деликатные; бывают – требовательные и серьезные. Случаются – любопытные и застенчивые. Но здесь… здесь кипели страсти и сарказм, и битва непокорности с каким-то бесовским восторгом!
Л-ладно.
(Нет, я в жизни не заикаюсь. Просто, когда я удивлена или обескуражена, в мыслях рисуется состояние, аналогичное этому слову, произнесенному с заиканием).
Эти герои оказались настолько сильнее меня, что все истории с ними – вторичны. Безумные миры, которые я создаю для них – оказались всего лишь фоном, обоями и не более того.
Надо же… Не ожидала. Приступаем?
Невозможно объять необъятное, но можно добавить в него себя.
История 1
ВАША ДВЕРЬ – СИНЯЯ
Ниночка сразу выделила из толпы этого мужчину. Хорошо, но неброско одет, высокий, крепкий, но при этом совершенно растерянный, словно оказался в подобном месте впервые.
Хищницы из вечерней программы еще не успели до него добраться, и Ниночка плавно, но уверенно направилась к незнакомцу.
– Привет, хорошенький, – обратилась она.
Мужчина перевел на нее взгляд.
– Здравствуйте, – произнес он красивым низким голосом.
– Скучаешь?
– Я ищу женщину…
– Ты уже нашел ее, – Ниночка щелкнула пальцами – официант, который следил за рабочими дамочками, тут же налил два бокала фирменного коктейля. Мужчина улыбнулся и покачал головой.
– Я ищу Никодиму.
– Никодиму? – удивилась Ниночка. – Но она же не… А… – догадалась она, – ты не клиент.
– Боюсь, что нет.
Ниночка отодвинула бокал – вряд ли за него заплатят.
– Слушай… – проговорила она, не желая упускать надежду. – Я отведу тебя к Никодиме, вы там порешаете свои дела, а потом… потом приходи ко мне. Хочешь, я подожду?
– Не сегодня, – вежливо ответил мужчина. И сразу стало понятно, что он ничуть не стеснителен. И то, что Ниночка поначалу приняла за скромность – всего лишь изучение незнакомой обстановки и поиск решения. Потом достал кошелек, вынул пару купюр и положил рядом с нетронутыми бокалами.
Ну… хоть так, подумала Ниночка.
– Пойдем за мной, – сказала она благосклонно.
Она провела посетителя по узкому коридору, мимо комнат свиданий и костюмерных. Наконец подошли к двери, на которой так и было написано «Двери».
Ниночка без стука вошла в салон.
– Никодима! К тебе пришли.
Комната была довольно просторная, но вся уставлена дверными «каталогами» – словно гигантскими журналами, где вместо страниц – дверные полотна. Несколько шкафов и стеллажей дополняли рабочую композицию. Одна из стен была полностью стеклянная, и около этого гигантского окна стоял столик с чайными принадлежностями и два кресла.
В кресле, том, что дальше от входа, сидела женщина неопределенного возраста, одетая в джинсы и футболку с надписью «Наши сердца требуют перемен и корвалола». Прическа у нее была странноватая: выбеленные пряди чередовались с бордовыми и изумрудными.
Женщина подняла голову от книги, посмотрела на гостей, кивнула.
– Спасибо, Ниночка.
Та вздохнула напоследок и погладила мужчину по руке.
– Ты все же заходи, если надумаешь.
Мужчина ничего не ответил.
Когда за Ниночкой закрылась дверь, посетитель подошел к хозяйке салона и сел в свободное кресло напротив.
– Почему вы работаете в… таком месте? – спросил он.
– А что не так? – Никодима посмотрела на него заинтересованно.
– Неприятно, должно быть, вашим клиентам через бордель проходить?
– Боишься искушений?
– Я не про себя.
Женщина усмехнулась.
– Так если тебе терпимо – и прочие справятся. Тут ведь – кому что надо. Некоторые, случается, и мечтали побывать в подобном заведении, да не отваживались. А тут – такой шанс.
Посетитель чуть приподнял брови, но потом пожал плечами, мол – каждому свое.
– Итак…? – спросила Никодима.
– Мне нужна дверь.
– Это уж понятно, – усмехнулась она. – Чаю налей.
– Спасибо, я не хочу.
– А это был не вопрос.
Гость усмехнулся, принимая правила игры. Он понял, что его изучают и, наверное, так уж нужно было для работы. Ну, не анкету же заполнять, в самом деле.
Мужчина встал, налил из чайника чай (горячий!) в обе кружки. Одну подал Никодиме, с другой вернулся в свое кресло. Отхлебнул. В напитке чувствовались нотки вишни и кошачьей мяты.
– Сахар есть? – спросил он.
– Есть, – ответила женщина, но не встала за сахарницей и не сказала, где взять. Вместо этого, глядя ему прямо в глаза, она отхлебнула чай.
Он снова усмехнулся, и так же, не отводя взгляда, сделал несколько глотков. А потом почти залпом допил остатки.
Хозяйка салона чуть улыбнулась. Трудно было понять, какие выводы она сделала и что за этим последует. Она поставила чашку на стол и, наконец, начала беседу.
– Итак, зачем тебе дверь? Ты кого-то убил?
– Нет… что за чушь?
– Мало ли…
– Такое бывает? И в таком признаются? – удивился он.
– Много чего бывает. Проблемы некоторых не требуют новой двери. А иногда и вовсе… достаточно услуг той же Ниночки.
– Не в моем случае.
Никодима сделала приглашающий жест рукой:
– Так что с тобой не так? Зачем тебе дверь?
– Все не так! – он подскочил на ноги. – И не со мной – с этим миром все не так! Со мной – все в порядке! Но… то ли я родился не в то время, то ли… да какая разница?!
Никодима покивала головой, потом задумчиво пожала плечами.
– Но почему ты думаешь, что твой собственный мир будет лучше этого? Знаешь, это ведь не всегда так. Можно соорудить мир по человеку, это не большая хитрость. Но вот примет ли сам человек этот мир? Мы мало знаем себя и редко оцениваем себя честно. И то, что мы хотим – не всегда то, что нам нужно.
– Рискну, – просто ответил он.
– И нечего терять?
– Нечего.
– И некого?
Он посмотрел упрямо и настойчиво.
– Я все решил.
Хозяйка салона опять пожала плечами и встала с кресла.
– Что ж. Твое право. Готов?
– Уже? – вдруг растерялся он. – Прямо сейчас?
Никодима расхохоталась.
– Страшно? Нет, все не так быстро. Думал, возьмут тебя за ручку и поведут? Сейчас будешь красить себе дверь.
– Что?
– А вот что слышал.
Она подошла к одному из шкафов, открыла. Оказалось, что внутри шкаф уставлен банками с краской. Никодима задумчиво осмотрела коллекцию акрила.
– Пожалуй… да, вот эта.
Она решительно протянула руку к одной из банок.
– Синий. Хороший оттенок. Кисть сам выбери, вон в той коробке.
Женщина кивнула на стеллаж, где действительно обнаружилась коробка с кистями. Поставила на стол банку с краской, а сама подошла к «каталогу» и стала перелистывать двери.
Он выбрал кисть, открыл банку. Подошел к указанной двери. Обычная: деревянная, с дешевым стандартным замком.
– Прямо вот так и красить? – спросил он нерешительно.
– Прямо вот так и красить, – подтвердила она, потом села в кресло и открыла книгу, всем своим видом показывая, что ни помогать не собирается, ни развлекать гостя разговорами.
Но гость в развлечениях и не нуждался. Он уверенно опустил кисть в банку с краской.
Когда работа была закончена, мужчина вытер руки о ветошь, которую нашел рядом в коробке, выкинул в урну пустую банку и использованную кисть.
– Что теперь?
Никодима отвлеклась от книги:
– Теперь расстанемся дня на четыре. Надо, чтобы краска высохла.
– Ясно… Сколько с меня?
– По прейскуранту, – Никодима кивнула на «Уголок покупателя».
Мужчина отсчитал деньги, потом добавил сверху еще, положил купюры на стол. Неуверенно повернулся к хозяйке салона.
– Сегодня – все? – спросил он.
– Подмахни договорчик. Там, на тумбочке.
Посетитель обернулся, обнаружил стопку договоров, рядом ручку. Заполнил нужные графы. Положил на стол, рядом с деньгами.
– Значит, до среды? – уточнил он.
– Обратно дорогу найдешь?
– Разберусь.
– Отлично. До среды.
В среду он не стал пользоваться услугами провожатых, легко сам нашел салон.
– Пришел-таки? – сказала Никодима вместо приветствия. На ее новой футболке красовалась надпись: «Пельмени – как образ жизни».
– Готово? – спросил клиент, тоже опустив «реверансы».
– А как же.
Никодима открыла дверцу очередного шкафа. Внутри с обратной стороны дверцы висело длинное зеркало, а на полочках стояли всевозможные пузырьки и баночки.
– Пододвинь-ка кресло, – сказала она.
– Зачем? – не понял он, выполняя указания.
– Ты же не думал, что нужен там такой, какой есть?
– В смысле?
– Да, это твой мир. Персональный, подогнанный по мерке. Но у него, как и у тебя, есть претензии и пожелания. Чтобы пиджак хорошо сидел, нужно выпрямить спину, понимаешь?
– У меня все в порядке с осанкой.
– Так ты и не за пиджаком пришел.
Мужчина обернулся на синюю дверь.
– И… что ты будешь со мной делать? – спросил он несколько напряженно. Не нравились ему все эти баночки…
– Есть пара идеек… Смотрел сказку «Красавица и чудовище»?
– Я буду в желтом платье?
– Смешно, – без улыбки сказала Никодима, пристально, оценивающе глядя на клиента в зеркало.
– И… что? Раздеваться?
– Не в этот раз. С тобой обойдемся малым… Садись.
Она взъерошила ему волосы, словно опытный парикмахер, примериваясь к предстоящему образу. Протянула руку, взяла с полки баночку, вроде как с каким-то кремом. Месиво внутри пахло травами и на вид напоминало компост.
– Пожалуй… здесь.
Никодима выбрала участок на его голове и стала втирать мазь в кожу.
Медленно, но верно из головы полез витой рог.
Мужчина вздрогнул.
– Что? Больно, что ли? – она посмотрела на баночку. – Вроде, не просрочено…
– Нет, – заверил он. – Не больно. Да и потерпел бы.
Она стала натирать мазь рядом симметрично первому рогу, и вскоре на свет из прически полез второй. Но на этом женщина не остановилась. Те же манипуляции она стала проделывать чуть выше его ушей, и вскоре вторая пара рогов вытянулась наружу. Но эти росли не вверх, а вперед, загибаясь в сторону глаз.
– Зачем это так загнуто?
– Защита. Чрезвычайно полезный аксессуар. Вдруг они захотят выклевать тебе глаза?
– Кто – «они»? – настороженно спросил он.
– Мало ли… – отмахнулась женщина. – И какие только сюрпризы не скрываются в иной душе.
Потом достала тонкую кисточку, окунула ее в белую краску и быстрым движением нарисовала на верхнем роге легкомысленную ромашку.
– А это было обязательно?
– Не то чтобы…
– И зачем тогда?
– Считай, что я так развлекаюсь, – хмыкнула она.
Он решительно поднялся с кресла.
– Что? Все?
– Да, теперь готов.
– И я могу идти?
Вместо ответа Никодима подошла к синей двери и распахнула ее.
За дверью, конечно, не было следующей каталожной модели. И комнаты тоже не было. Зато там шумела трава и деревья, и высокое небо было безоблачно, а от самого порога шла тропинка, выложенная тщательно подогнанной брусчаткой.
Он вошел в свой мир с восторгом и нетерпением. Сделал пару шагов.
– Если что – стучи с той стороны, – сказала Никодима.
Мужчина обернулся.
– И часто… стучат?
– Регулярно.
– Уж со мной-то такого не будет! – заявил он.
– Ну-ну, – хмыкнула хозяйка салона и пинком захлопнула за клиентом дверь.
История 2
ГОСТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ ПОСЕТИТЕЛЯ ЗАМКА
Если в шутку спрятать правду –
правда станет не видна.
Часть 1. Никодима рассказывает
Иду сегодня со своими текстами из концертного зала. Рассеянная, в своих мыслях, переделок куча предстоит… И врезаюсь в какое-то препятствие! Листы врассыпную, я бегом собирать это все с пола. Мало мне бардака, так еще страницы все перепутались.
– А ведь я даже специально в сторону отошел, – сообщает «препятствие».
Поднимаю голову. А. Ясно-понятно: это ж гость из передачи «Вечные традиции», вампир из проклятого дома, того, что на Патрокле. При параде весь такой, в кружевах-рюшах… Стоит, смотрит. Нет, чтобы помочь. Графья эти…
– Простите, – говорю, – я думала, вы – столб.
– Неубедительно.
Дособирала листы, поднимаюсь.
– Ну, извините, – говорю. – Не со зла.
– Ладно, – смилостивился. – Извиняю.
Вот ведь скотина высокомерная!
– Надеюсь, – произношу как можно вежливее, – я нанесла вам какие-нибудь телесные увечья?
А он такой бровь приподнял от удивления.
– Вы планировали нанести увечье?
– Нет, – признаюсь я со вздохом. – Но вдруг повезло?
Напрягся.
– Не любите вампиров?
– Что вы! Спотыкаться о вас – сплошное удовольствие! Рюшечки-кружавчики – как в бабушкин шкаф вошла.
Он такой улыбнулся, а потом подумал-подумал и, на всякий случай, оскалился, типа, укушу.
Я только рукой махнула.
– Не, – вздыхаю, – не с моим счастьем.
Смеется. Расслабился. Чуть поклонился такой с достоинством и почапал по своим делам. А я – по своим.
Пробыла я у режиссера минут, наверное, пятнадцать. Чувствую, закипаю. Ну, ты знаешь, как на меня критика действует – не очень. Особенно, если не по делу. Вышла из кабинета, думаю, нет, домой в таком состоянии нельзя, нужно пар выпустить. Конечно, в бар! Он у нас на студии весьма приличный, одно название чего стоит – «Чем дальше в лес»! Да и народу сейчас там нет – четыре часа: такое время, ни обед, ни ужин. Ты вот как-нибудь напомни, я тебе пропуск выпишу, сходим.
Захожу. Вальки нигде нет, Денис за стойкой. Пустой зальчик взглядом окидываю.
Смотрю: знакомые все рюши! Сидит у стойки давешний вампирыч, хлебает вторую положительную.
– Денис, «Падение миссионера» сделаешь? – спрашиваю.
– Что, тяжелый день? – догада-бармен.
– Сенчин опять сценарий вернул.
– Он хочет совершенства.
– Нет. Он не знает, чего хочет.
Ну, Денис занялся коктейлем, а этот поставщик раритетной моли с меня глаз не сводит. Цедит из бокала и пялится. Мне-то обычно индифферентно, но тут настроение – сорваться бы на кого-нибудь.
– Вы очень пристально на меня смотрите, – говорю.
– У вас странные волосы. Пестрые. Не знаю, так принято сейчас или просто телевидение…
– И это говорит тот, кто одет в средневековые оборочки.
– Они вовсе не средневековые! – возмутился такой. – Костюм пошит на заказ всего две недели назад.
– Сейчас не знаю, что ответить.
– У меня есть современная одежда, – сообщает. – Но на передачу попросили прийти в этническом.
– Сочувствую.
– Ни к чему. Это – хорошая одежда. Она из тех времен, когда ценили красоту.
– Ей две недели от роду, – напоминаю.
– Мне кажется, – говорит, – вы прекрасно меня понимаете.
– Да понимаю, понимаю…
Тут – ура! Денис «миссионера» намешал, протягивает.
– Все утрясется, – утешает. – Никодима, ты, главное, не злись. Все равно же он все примет. Ну, нравится ему тебя выбешивать, так и не только ему. Тебя выбешивать – отдельное удовольствие. Я даже ставки принимаю.
– Слышала.
Я вздыхаю, беру коктейль. Денис отчаливает к своим шейкерам, а поклонник лейкоцитов с некоторым напряжением уточняет:
– Вас зовут Никодима?
– В том числе.
Он такой чуть отстраняется, смотрит оценивающе.
– Никодим – мужское имя.
– Как скажете.
Не успокоился.
– Простите мне мою, возможно, бестактность… Поймите правильно, вампиры очень даже склонны к экспериментам. Но хотелось бы определенности. Вы меняли пол?
– Если бы я была трансвеститом или трансгендером – мое имя было бы бесконечно женственным.
– То есть – нет? – уточняет он.
– Нет.
– И еще один вопрос, раз уж такой разговор… Вам нравятся мужчины? Сейчас многие женщины предпочитают себе подобных…
– Мне нравятся мужчины, – заверяю я.
Прикинь, разговорчики! И это я еще не пьяная! Кстати! Коктейльчик – спасение. Пара глотков – и мир уже почти прощен за свое раздражающие несоответствие моим ожиданиям. И тут из глубины нирваны доносится:
– Значит, Никодима.
Это мы, оказывается, продолжаем разговор?
– А вас, наверное, зовут Влад?
– Вы в шорах своих предубеждений. Меня так не звали даже в худшие времена!
Возмутился. Прикольно так. Подумала, если задружимся – буду подкалывать.
– Меня зовут Олеф. Если без титулов.
– Не русский?
– Не все, что прекрасно, произведено в России, – сообщило это создание. Самомнение прям как у меня. Н-да, со стороны – так себе выглядит.
Тут по внутренней связи раздается:
– Мистер Олеф, вы свободны, пересъемка не требуется.
А. Понятно, чего он тут торчал.
– Я свободен и бесконечность в моем распоряжении, – сообщает, слазит с барного стула. Вот интересно, у него это специальная фраза на все случаи жизни? Надо тоже заготовочку придумать для таких вот ситуаций, напомни потом. – Могу подвести вас до дома.
– Может, я за рулем?
– Нет, – качает головой, а потом кивает на мой пустой бокал.
Наблюдательный, ишь ты!
– Н-да, – вздыхаю. – Ладно, поехали. Но если у вас транспорт под стать наряду, то высадите меня за квартал от дома.
Усмехается.
– Я заплачу за даму.
Достает банкноту, кладет на барную стойку.
– Сдачи не надо.
Бармен так вопросительно на меня посмотрел, мол, принимать? Я чуть кивнула – бери. Ну, хочется мужику тестостерон продемонстрировать, так кто я такая, чтобы не сэкономить? Ох, ты знаешь, люблю щедрых!
– Денис! – говорю. – Я уезжаю вот с этим типом.
– О! Не беспокойтесь, – новый знакомый заверяет, – я не причиню ей вреда.
– Еще бы я об этом беспокоилась, – фыркаю. – Денис, в общем, если с ним что случится – ты меня не видел, ничего не знаешь.
– Понял, – кивает Денис совершенно серьезно. Понимающий бармен – главный компонент любого напитка.
Олеф разулыбался такой, даже клыки стали видны. Интересно, как можно с такими клыками говорить и не шепелявить? И они у него коренные или молочные?..
Вышли мы из студии, на стоянку гостевую потопали. Машинка у вампира – тебе бы понравилась! Черная, здоровенная, вся такая пахнет… вот прям деньгами пахнет. Дорого, короче. Да не знаю я модели, не разбираюсь. Но такая, статусная.
Я сначала решила, что там водитель прилагается, но – нет. Дверь передо мной распахнул. Приятно.
– Куда вас отвезти?
Называю адрес. Кивает. Ой, да ладно, думаю, откуда тебе знать?! Не, представляешь, даже навигатор не включил, вырулил сразу, куда надо. Может, вот думаю, он таксистом подрабатывает? Ну, знаешь, как вот эти все бизнесмены, которые на досуге ради удовольствия извозом занимаются?
В общем, пока ехали, поболтали о том, о сем…
Уже у дома остановил, спрашивает:
– А, к примеру, – говорит, – не желаете ли отужинать со мной завтра, часиков, скажем, в семь? И мы продолжим нашу беседу в более уютной обстановке.
– Даже, прям, и не знаю, – смотрю на пачку листов в руках. – Работы дня на три без передыха.
– Позвольте предложить свою помощь. Если, конечно, это – единственный повод для отказа.
– А что еще может быть?
– Возможно, вас пугает близость столь опасного существа?
– А, это – нет. Не пугает.
– Тогда не вижу причин отказываться.
Резвый какой.
– А если вы мне просто не понравились?
– Разве такое возможно? – и смотрит прямо в глаза. Привораживает, что ли? Не разобралась.
– Ладно, – решаюсь. – Будем снимать шоры предубежденности и править сценарии. Заодно и поедим. Завтра в семь. В замке? На Патрокле?
– Я пришлю машину.
– Сама доберусь.
– Мне так будет спокойнее.
– Вот поэтому и нет.
Приподнял одну бровь. Прям мысль на лбу написана: чтобы это значило? Придет – продинамит? Решил не думать.
– Тогда в замке, – величественно кивает. – Буду ожидать.
– Пиццу захватить?
– Ни в коем случае.
– Ладно.
– Скажите, а вы водите машину? – спрашивает.
– Что за вопрос? Мы – во Владивостоке! Где ваши стереотипы? Конечно, я вожу машину.
– В таком случае завтра – не садитесь за руль. У меня великолепная коллекция вин.