Роннская Академия Магии. Кафедра демонологии

– Посмотрим. Каждый год одно и то же. Из вас должно сделать магов – ни больше ни меньше.

– Но в Академию попадают лучшие из лучших.

– Ты заблуждаешься.

– Что?

– В Академию зачисляют всех, кто изъявил желание учиться и чей магический потенциал можно раскрыть.

– Корри, ты обрушил мой мир.

– Прости, принцесска. Это реальность. И из волшебной башни выйти придется!

– Кстати, о волшебной башне. Как там отец?

– Магистр в бешенстве.

– Вот что-то новое открыл! – Джен передала магу кубок с густым, ароматным напитком.

Ярр отцвел месяц назад, и урожай этим летом в королевском саду был что надо! Голубые, будто тронутые инеем мясистые сладкие ягоды были почти с ладонь Джен. Кисель из ярра – ее любимое лакомство. И с Корри они в этом вопросе всегда были на редкость солидарны. Аккуратно, чтобы не обжечься, принцесса сделала маленький глоток и, зажмурившись от удовольствия, продолжила:

– А то я не знаю, почему меня бабушка почти неделю из дворца не выпускала.

Магистр насмешливо поклонился дочери своего друга.

– Кого отец убил на этот раз? – явно со знанием дела спросила принцесса.

– Кроме тех, кто затеял похищение и убийство жены наследника? Никого, кажется.

Дженни вытаращилась. Совершенно не аристократично. Корри довольно кивнул – дескать, сам шокирован – и отсалютовал своей собеседнице.

– Магистр даже наемников помиловал. Они теперь у нас служат. Ловят разбойников на дорогах Ярборро. Кстати, их командир очень грамотные операции разрабатывает. Явно со знанием дела.

– Так отец разбойников ловит?

– Нет. Он приказал, чтобы их не было. И все.

– А! – обрадовалась принцесса. – Я поняла. Значит, ты, он и Томас Кавендиш отправились громить таверны и воспитывать городскую стражу? Так отец отдыхал в прошлый отпуск. Ну, оборачиваетесь простыми горожанами, глушилок магии на себя побольше, чтобы не запалили. И докапываетесь к аристократам?

– Опять не угадала.

– Странно.

– Еще варианты? – улыбнулся мужчина.

– Надо было с самого начала. Опять ловили торговцев рабами? Папа этим занимается всегда, когда у него плохое настроение!

– Нет.

– Нет… Тогда что?

– Две недели магистр сидит в гостиной – такое ощущение, что из кресла даже не поднимается. Смотрит на огонь. И даже ест, когда мы с Томасом Кавендишем очень и очень настаиваем.

– Просто сидит?

Корри кивнул.

– А вот сразу меня вызвать было нельзя?! Пошли!

– Джен, подожди! Джен! Демоны!..

– Папа! – Дженни распахнула двери, стремительно пересекла несколько комнат. И вступила в гостиную, где жила, казалось, только тьма.

Возле распахнутого окна – огромного, во всю стену – клубилась Тьма. И в ее мрачных объятиях не было видно ни магистра Алана, ни яркого, брызжущего светом августовского дня.

– Пап! – теперь принцесса просто испугалась. – Перестань! Пожалуйста!

– Доченька… – глухо, словно отвыкнув за это время от звуков собственного голоса, произнес магистр.

– Ну, что же ты?!

Дженни шагнула в самую Тьму – и та, недовольно зашипев, исчезла. Девушка погладила отца по щеке.

– Представляешь… – прошептал магистр. – Никому в голову не пришло, что я вступлюсь за свою семью.

– Дураки они.

– Я – чудовище, уничтожающее демонов. И все.

– Все, мой чудовищный отец! Собирайся. Пойдем!

– Куда?

– Купаться! Уже август, а мы с тобой ни разу на море не были. И бабушка меня не пускала. По ее мнению, современные купальные костюмы – это просто вызов приличиям!

Солнце заливало белый песок пляжа. Никого…

Где-то далеко жил своей жизнью Ронн, город магов, который – пора уже было признаться себе в этом – Алан и любил, и ненавидел…

– Ты купаться идешь? – зазвенел голос Дженни, отвлекая от погружения в себя.

– Да. Конечно, – рассеянно ответил он. И направился к воде. Потом перевел взгляд на дочь. И злобно прошипел: – Это… что такое?!

– Это? – неизвестно чему обрадовалась принцесса. – Это – мой купальник!

– Который бабушка запретила?

– Точно!

– Джен Ярборро!

– Ой, пап, прекрати! Ты же говоришь, что детей надо воспитывать лет до двенадцати. Потом бесполезно – и надо наслаждаться тем, что получилось. А мне уже восемнадцать! К тому же ты не раз объявлял, что тебе нравится то, что из меня выросло!

– Мало того, что ты обрядилась в эти завязочки и веревочки, так ты еще и подслушиваешь мои разговоры?!

– Велико умение подслушать! Вы так орете обычно, магистр…

– Ну, знаете ли, ваше высочество!

– Да ладно тебе, пап. Не занудствуй. Зато загар ляжет ровней.

И дочь с визгом бросилась в воду, подняв тучу брызг.

Алан Ярборро недовольно покачал головой – и, поймав себя на том, что, против воли, улыбается, медленно пошел к воде.

Морская гладь зашипела змеей, обжигая мага и протестуя против вторжения.

– Папа… – выдохнула Джен одними губами.

– Слишком много во мне Тьмы, – спокойно отозвался магистр, не обращая внимания на боль.

– Тебе помочь?

– Погоди.

Он уселся в полосе прибоя и стал смотреть на море. Бескрайняя бездна. Манящая и коварная, ласковая и буйная, нежная и смертоносная… Всегда привлекающая к себе человека. Свободой. Вызовом.

«Ну, что же ты, море… Примешь меня? С болью и Тьмой? Насквозь пропитанного ненавистью к самому себе? Не понимающего, как жить дальше?

Войну у меня забрали, а больше… Я не знаю, как и чем унять грызущую изнутри боль…

Что же ты отступаешься от меня как от прокаженного? Молчишь?..»

Маг с болью вспомнил, как мальчику в пять лет откликнулась водная магия – самая первая. Самая любимая… Как брызги воды из королевского фонтана превращались то в скачущих лошадок, то в летящих птиц, стоило только захотеть!

Как всполошилась мама – испугалась, что сын потеряет контроль. А он не контролировал, не подчинял себе стихию. Он просто позвал ее поиграть вместе с ним.

«Я никогда не властвовал над тобой, море! Просто играл…»

– Папа!

Он очнулся от восхищенного возгласа дочери.

Прямо перед ними били копытами по водной поверхности две прекрасные лошади. Брызги воды в их гривах переливались радужной волной…

– Бегите, – шепнул магистр. – На волю! К солнцу! И пусть вы будете всегда свободны!

Лошади сорвались с места – и понеслись по бирюзовым волнам. Счастье как-то странно отозвалось в сердце магистра – болезненным покалыванием.

– Ну как? – обратился Алан к дочери.

– Ты, пап, мастер! – счастье плескалось в янтарных глазах ребенка. Его маленького восемнадцатилетнего ребенка.

– А то… Вот разбойников изничтожим – да и подадимся в цирк.

– Ты с такими фокусами у туристов будешь пользоваться бешеным успехом!

– А что? У деда выпросим финансирование. Бюджетное.

– Ой, можно подумать, ты сам свои развлечения оплатить не можешь!

– Могу, – не стал спорить магистр. – Но не буду. Я, кроме всего прочего, еще и жадный!

Дженни хотела сказать, что король Ярборро оплатит какую угодно задумку младшего сына, лишь бы тот занялся чем-то, кроме войны. Но посмотрела на отца, лицо которого стало напоминать человеческое впервые за последние полгода. И промолчала.

– Ну что? – улыбнулся магистр своей умненькой дочери, а мысленно возблагодарил все мироздание за то, что у него она есть. – Наперегонки?

– А фору?

– Я слабый, измученный жизнью старик.

– Пап, тебе тридцать восемь. И на тебя облизываются все мои одноклассницы.

– Фу, Дженни!

– И это не говоря уже о дамах из родительского комитета. И даже о моей бывшей классной!

– Только не это! Ей же лет сто!

– Сто десять. Но это секрет.

– Так, все. Не желаю слушать весь этот ужас! – торжественно заявил магистр Ярборро. – У тебя фора в полминуты. Плыви.

– А магией пользоваться можно?

– Конечно.

Дочь он, конечно же, догнал. Хотя эта особа оказалась коварная… Просто замечательно!

А потом он сидел на берегу, с жадностью поедая все, что слуги упаковали в корзинку для пикников, с интересом наблюдая, как Дженни пытается сделать из воды лошадку. Хотя бы маленькую.

Вода шла у дочери хуже всего, и магистр задумался о поиске для нее толкового преподавателя. Понятно, что доверять Дженни кому-то из гильдии водных магов он не собирался. Эти напыщенные и жадные остолопы только и умели, что тянуть деньги с фермеров.

Вдруг магистр Ярборро почувствовал, что они с принцессой не одни. Кинул защиту на дочь и мысленно позвал ее оберег. В медальоне был заключен портал, который открывался силой мысли.

И только потом мужчина поднялся и направился к скале, из-за которой чья-то рука протягивала черную бутыль с вином.

– Чем обязан? – проворчал маг.

Из-за скалы показался… демон. Длинный хвост да небольшие рога в кудрявой шевелюре. А так – человек человеком, если не в боевой ипостаси.

Солнечные лучи радугой скользили по граням черного сосуда, будто выточенного из камня. Искусная резьба на отполированных гранях изображала демона, играющего на длинной дудочке. В Ярборро Алан такого музыкального инструмента никогда не видел. У демона на бутыли рога были больше и внизу имелись копыта. Видимо, их первопредок…

– Вот уж не ожидал, – честно признался демоноборец, не предпринимая, однако, никаких враждебных действий.

– Я подумал, – ответил ему демон – на человечьем он говорил абсолютно без акцента, – что это лучше, чем белый флаг.

И нежно приподнял драгоценный сосуд.

– Честно говоря, до завтрашнего заключения мира я бы не хотел видеть кого бы то ни было из вашей братии. Особенно мужа Владычицы демонов, достопочтимого Лиандра из рода Кровавого Заката.

– А мне показалось, что это вполне логично – если два врага выпьют за мир перед заключением мирного договора.

– С вашего позволения, девочку я отправлю домой.

– Клянусь, что ей не причинят вреда. Но если вам так будет спокойнее…

– Будет, – не стал лукавить Алан Ярборро.

– Прошу!

Магистр быстро подошел к дочери, которая напряженно и яростно смотрела на демона, быстро ей что-то сказал. Она отрицательно закачала головой. Отец погладил ее по голове. И повторил свои слова. Принцесса нехотя кивнула. И исчезла.

– За подмогой? – насмешливо поинтересовался демон.

– Я запретил. А там – не знаю.

– И за что бы нам выпить? – спросил демон, разливая кроваво-красный напиток по кубкам невероятной красоты.

Демонов можно не любить. Демонов можно ненавидеть. Но не восхищаться их тончайшим ремесленным мастерством нельзя. И хотя Алан Ярборро, как и большинство обитателей королевства, был далек от того, чтобы ценить искусство… Даже он против воли залюбовался резными ножками кубка, вокруг которых не то из камня, не то из кости были вырезаны невиданные растения.

– Не знаю, достопочтимый Лиандр.

– За мир?

– Может, за покой…

Они выпили, так и не проговорив слов тоста.

Если бы их видел сторонний наблюдатель, то он бы отметил, что они похожи. Неторопливые плавные движения опытных бойцов, широкие плечи. Сила, исходящая от обоих.

– Я, собственно, зачем пришел… – вдруг сказал демон. И, отвернувшись от врага, стал смотреть на спокойную морскую гладь да на алое заходящее солнце. – Хотел рассказать вам занятную историю.

– Интересно…

Они выпили еще. Потом еще…

– Однажды во дворце Владычицы пропала девочка, – тихо заговорил демон. – До этого мы слышали, конечно, о пропавших детях. Их искали. Но не могли найти. Идея о том, что детей утаскивают в другой мир… Пожалуй, до такой абсурдной мысли не то что следователи – ученые не доходили. А потом… когда родители уже отчаялись узнать, что случилось с их дочерью, одному ребенку удалось вырваться с той стороны. И мы узнали… много нового.

Магистр Ярборро покачал головой – и снова разлил вино, которое принес демон.

– Я сейчас не могу описать свое состояние, – продолжал Лиандр. – Состояние Владычицы. И всех остальных демонов. Все было будто в кровавом тумане. Мы не спали, мы… просто горели. Спасти детей. Уничтожить ублюдков.

– Понимаю.

– И когда мы перешли в ваш мир и оказались в Академии, то поняли, что нашли детей. Но они в рабстве.

– Вы жаждали убивать. Мы вынуждены были обороняться.

– И ваше счастье, что вы быстро выстроили оборону башен Академии.

– Да. Наш преподаватель по военному делу сообразил, – глухо отозвался магистр Ярборро. – У нас – студентов третьего курса – как раз было занятие. И мы с Томасом еще спросили у преподавателя – какой же самоубийца сунется воевать с магами? А мгновение спустя все взрывалось. И если бы мы не отбились – погибли бы все.

– Мы обезумели. Наши дети были рядом. Но мы не могли их вернуть, потому что они были рабами. И мы…

– Вы решили разорвать круг привязки, убив хозяев. То есть тех, кто замкнул его на себе.

– Совершенно верно.

– Вы знаете, – магистр Ярборро с удивлением посмотрел на бутылку вина, которая внезапно опустела, – я бы даже восхитился вашим налетом. Право слово, ничего более совершенного мне видеть не приходилось. Но… У меня погибла жена. И я чудом не лишился дочери.

– Поправьте меня, если я ошибаюсь… Но… вашей супруги ведь не было в Академии. Она была дома, с ребенком. В городе.

Магистр Ярборро не мог говорить. Он лишь кивнул.

– Мы не атаковали зданий вне Академии. Более того, как только мы перенеслись, мои маги закрыли ее куполом. Чтобы никто не мог ни войти, ни выйти.

– Дом практически примыкал к стене, окружающей территорию Академии. Думаю… – нехотя ответил Алан, – Эмма услышала взрывы в Академии, успела сделать портал и переправила Дженни к моей матери. А сама… не успела. Дома просто не стало. Только обломки. В глубокой яме.

– Я проводил свое собственное расследование. Смотрел, где мы взрывали, когда уходили.

– И?

– Вы можете мне не верить, но никак не получается, чтобы ваш дом так накрыло. Никак. Особенно на первом этапе операции – когда мы занимались спасением детей.

– Чушь.

– Возможно, – не стал спорить демон.

– Вы нашли свою дочь? – после долгого молчания спросил маг.

– А? Нет. Моя дочь и еще несколько десятков демонят считаются без вести пропавшими. Вот уже восемнадцать лет.

– Вам же известно, что демонов похищали пятеро магов?

Демон кивнул.

– Никто ничего не знал об их экспериментах. Потом выяснили, что они желали захватить власть, свергнуть правительства королей немагов. И подчинить себе весь континент. Они были нам такими же врагами, как и вам…

– Во время первой битвы мы уничтожили четверых, – с сожалением проговорил демон. – Один, самый сильный, ушел.

– Верховный маг Ронна. Ифа дар Гарддин. Сбежал. И бросил нас всех на произвол судьбы.

– Но вы его нашли?

Алан Ярборро кивнул. Если кого он ненавидел так же, как демонов, так это бывшего Верховного мага.

– Пять лет назад. Сдаваться он не собирался. И… К сожалению, когда мы захватили его – все демоны были мертвы.

– Жаль, что это была не совместная операция. Может быть, хоть кого-нибудь удалось спасти.

– Не уверен, – еле слышно проговорил Алан Ярборро.

– Слушайте, – вдруг спросил демон, – а почему вы не стали нападать на Владычицу во время последнего парада в нашем мире? И для меня, и для охраны ваше появление было… внезапным. И очень неприятным. И вы как раз имели все шансы…

– На вашем празднике было много детей. Они могли пострадать при неизбежной панике. Мы просто не просчитали это. И поэтому я отступил.

По протоколу на официальные церемонии вся королевская семья обязана была явиться в плащах времен Первых Правителей. Джен это нравилось. Во-первых, плащ пах детством, когда она, играя с дворцовой прислугой в прятки, умудрялась добраться до сундуков с церемониальной одеждой. Однажды даже заснула в одном из них. Папа нашел, взял на руки, отнес в кровать и поцеловал на ночь. Это уже потом она узнала, что в этот день в королевстве Ярборро и городе магов Ронне было объявлено особое положение – искали единственную внучку его величества и дочь главы гильдии боевиков. Во-вторых, по потайным карманам, петлям, крючкам и шнуровке можно было изучать историю оружия королевства. Когда-то все это пришивали для того, чтобы прятать мечи и кинжалы!

А теперь это просто дань традиции. Жаль… Так или иначе, в плащ принцессе надлежало облачиться как можно скорее. До церемонии оставалось не так много времени. Девушка завела руки назад, поймала за концы два шнура и потянула в разные стороны. Непослушная ткань сморщилась.

– Хаширри!!!

– Замечательно! Принцесса ругается на демонском перед церемонией примирения с демонами! – Королева, подойдя к внучке, мягко, но настойчиво развернула ее к огромному зеркалу. Затем протянула девушке расческу и стала зашнуровывать плащ согласно моде средневековья.

Джен расчесывала волосы. Будто солнышко взошло! Солнышко Дженни…

Королеве понадобилось все ее самообладание, чтобы не показать, что происходило в этот момент в ее душе. Затянув последний узел, она холодно произнесла:

– Что с прической?

– Елла обещала, что…

– Не надо. Я сама. – И королева методично, локон за локоном, принялась укладывать «золотые слитки» вокруг головы Джен Ярборро.

– Ну, вот и все – ты готова. Умоляю тебя – веди себя согласно своему положению и статусу, Джен! И чтобы я не слышала, что…

– Ба… Я все поняла! Хватит уже!

Два небольших кинжала заняли свое место по обеим сторонам замысловатой прически.

«Надо же, – пронеслось у королевы в голове, – они как там родились! Может быть, так и носили? Надо пересмотреть свитки в библиотеке».

Вслух же королева произнесла:

– Я не думаю, что это хорошая идея, Джен. Лучше воздержись.

– Ты о чем?

– Об этих твоих кинжалах. В протоколе о подобном украшении упоминаний нет. Не хватало еще, чтобы это было расценено как оружие!

– Расценено кем, ба?! Демоны все равно ничего не поймут, а остальных папа убьет, если что!

– О демоны… – Королева устало опустилась в кресло.

– Бабуль… Ну ты чего? – Джен опустилась на колени, ткань, которая от времени стала практически невесомой, улеглась вокруг, и девочка стала похожа на огненный цветок.

Она прижалась к теплой ладони королевы. Ощутила, как свободной рукой та гладит ее по голове. Как в детстве.

Скоро она уедет в Академию. Начнется новая, взрослая жизнь, о которой она так мечтала. Свобода! Ну… насколько это возможно, конечно. Папа ведь тоже будет в Академии. Но почему-то именно сейчас вспоминается детство и что-то тоскливо щемит внутри.

Королева вытащила один из кинжалов. Упрямый локон тут же вырвался на свободу, но даже не был замечен и обиженно повис. Джен застыла, чувствуя, что королеве сейчас не стоит мешать. Спустя несколько долгих мучительных минут ее терпение наконец было вознаграждено. Королева негромко заговорила:

– Это… принадлежало твоей матери.

– Я знаю. Наверное, папа ей подарил, а она не носила.

Джен забрала из рук королевы любимую вещь и, ловко заправив распустившуюся прядь, вернула на место.

– Почему ты так думаешь? Насколько я помню, Эмма с ними не расставалась.

– Мама и кинжалы?! А не ты ли мне рассказывала, что моя мама была настоящая леди? Тихая, утонченная, милая, скромная, безропотная? Она безукоризненно вела себя в обществе, все восхищались ее выдержкой и манерой держаться? Расчесывала волосы сто раз утром и сто раз вечером, ее одежда и прическа всегда были в порядке. Прости, бабуль, но я вся в отца! Ну что – идем?

Королева виновато смотрела на внучку. Да… Переборщила она в свое время. А что было делать? Девочку надо было воспитывать! Хотя бы на вымышленном примере. Не рассказывать же, что ее погибшая мать была сорвиголова! Вопреки всем правилам приличия носила брюки. Волосы, казалось, вообще не расчесывала, чуть что – метала эти свои кинжалы направо и налево…

– Это… не совсем так, Джен. На самом деле твоя мама была очень похожа на тебя. Просто я хотела, чтобы ты старалась быть сдержаннее, вела себя достойно. Ты – принцесса, и…

– Стоп! А вот с этого места подробней! В деталях. И на этот раз – правду. Как в сказке – принцессе исполнилось восемнадцать, и ей уже можно рассказать, что…

Зеленые глаза сверкали, золотые искры плясали на кончиках пальцев. Королева покачала головой. Оставалось уповать на то, что в Академии ей будут уделять должное внимание. Надо будет поговорить с Аланом. Сильна… Сильна и несдержанна. Плохо…

– Что еще я не знаю, бабушка?!

– Успокойся.

– Успокоиться?!

– Я сказала – успокойся! – голос королевы отразился от каменных стен и обрушился на девушку ледяной волной, от которой та еле удержалась на ногах.

– Хорошо… Но такой уж у меня характер! Гены, бабулечка! И как мы только что выяснили – с обеих сторон.

– А вот это, внученька, не так. Твой отец таким не был. Твой отец таким стал. Алан всегда был тихим и послушным. Нежным. Светлым. Искренним… Если бы характером ты пошла в отца, мы бы горя не знали!

– Так возрадуйтесь! Я же уезжаю в Академию – наслаждайтесь покоем!

– Джен! – и они кинулись друг другу в объятия.

Поплакав немного, королева и ее внучка направились в парадную залу Академии. Пора…

– Насколько можно верить словам демона? – Шрамы магистра Кавендиша дергались в такт его словам.

– Не знаю, Томас. – Алан Ярборро задумчиво вертел перед собой кубок, как будто в мельчайших трещинках старинной посуды время спрятало ответы на все вопросы.

– Надо просто пережить заключение мира и начать расследование, – азартно предложил Корри. – Сделаем макет Академии и прилегающих домов. Восстановим, кто где был. Теперь нам никто не запретит опросить тех же демонов. И тогда мы поймем, что произошло на самом деле.

– Восемнадцать лет прошло, – вздохнул Томас Кавендиш.

– Понятно, что надо будет читать память – так никто не вспомнит. А мы не то чтобы умеем это делать. Может, Рийса попросить?

– Ладно, – растер лицо ладонями магистр Ярборро. – Разберемся.

Его друзья были благодарны демону уже за то, что глаза боевого мага загорелись. Что-то наконец изменилось в демоноборце. Как будто Тьма еще не отступила, но уже задумалась.

– Пап! – в кабинет ворвалась недовольная Дженни. – Все в сборе, дулынды орут, дедушка убивать готов. Помоему, ваш Верховный тоже.

– Ах да, – рассеянно отозвался магистр Ярборро. – Заключение мира. Я и забыл.

Корри и Томас переглянулись. Выглядели они при этом довольно.

– Пошли! Живее! – поторопила их Дженни. – А еще говорят, что у подростков нет чувства ответственности! На себя бы посмотрели!

Магистры отправились вслед за ворчащей девчонкой, которая сначала почти бежала, а потом – как только оказалась поближе к парадной зале – пошла неспешно и величественно. Сердце Алана зашлось от гордости.

Перед входом в парадную залу Академии магистры встретились с делегацией государства Аог. По протоколу они появлялись последними из людей, прямо перед прибытием демонов.

Алан, чуть затормозив, раскланялся с закутанными в ослепительно-белое представителями жителей пустынных земель. Великая чуть прикрыла глаза, показывая свою привязанность. А вот Величайший, ее сын и правитель Аога, выглядел недовольным. И не собирался это скрывать.

– Магистр Ярборро, – негромко сказал он, – Великой пришлось меня уговаривать, чтобы я оставил ваше возмутительное вмешательство в дела суверенного государства без последствий. Для вас.

– Приношу свои глубочайшие и искренние извинения, Величайший. Это был приступ безумия.

– Допустим. Но. Вы могли прийти ко мне. И соблюсти хоть какое-то подобие договора!

– Мне нет оправдания.

– Забавно. Мы смогли договориться с демонами. Но не можем договориться друг с другом.

– Чем я могу загладить свою вину?

Он поймал в глазах тетушки одобрение и низко склонил голову, показывая свою благодарность. Не то чтобы маг всерьез опасался пустынников. Но в чем-то Величайший был прав: закончить войну с демонами и сразу начать противостояние с бывшими союзниками… просто глупо. К тому же он прекрасно знал, что неприязнь правителя Аога может обрушиться на соседей. На королевство Ярборро. На отца и брата. Он не мог этого допустить.

– Я буду ждать вас, магистр, – чуть прикрыл глаза правитель. Опущенные веки у пустынников означали практически поклон. А в исполнении Величайших были знаком глубокого уважения и признания силы.

– Когда вам будет угодно меня принять?

– Я распоряжусь прислать приглашение.

Магистр Ярборро еще раз поклонился. Поймал злобный взгляд распорядителя, который стоял рядом, не решаясь перебивать беседу правителя одного из глав государств, входящих в антидемонскую коалицию.

– Время, магистр, – проговорил Величайший, указывая магу на открытую дверь и пропуская вперед, чтобы соблюсти хоть какие-то элементы протокола.

Алан Ярборро зашел в парадный зал Академии. Взревели фанфары. Музыканты дули в дулынды, и их раскрасневшиеся лица сливались с красно-оранжевыми флагами королевства Ярборро.