Роннская Академия Магии. Кафедра зельеварения
- -
- 100%
- +
– Ну как? Можно посмотреть? – громко спросил профессор Верлих дар Албертон.
Казалось, маг, стоя у окна в пустом коридоре и, напевая себе под нос, обращается к самому себе. Но вот из-за угла послышался шелест бумаги.
– А как вы догадались, профессор дар Албертон?
Ник, опустив голову, вышел из-за угла.
– Ну, я все-таки профессор, – улыбнулся Верховный. – Ну так как? Можно?
Синие глаза мага горели неподдельным любопытством. Профессор взял листок, несколько минут рассматривал набросок, а потом, сияя улыбкой, вернул его мальчику:
– Я всегда знал, что у меня красивый голос!
– Что? – Ник даже рот открыл от удивления.
– Ты рисовал, когда я пел. Твой рисунок дал мне возможность посмотреть на себя со стороны. Немного постарел… И, боюсь, мне надо заняться спортом.
Маг нахмурился, но через мгновение снова улыбнулся.
– А знаешь что? Давай поменяемся! Я тебе – амулет, с помощью которого тебя никто не увидит, а ты мне – мой портрет! Ну как? Идет?
Ник даже ответить не успел. На его ладони поблескивал голубой кристалл, а профессор уже прятал свернутый в трубочку лист в рукав широкой мантии, напевая:
Молчаливой черной теньюМои сны читает друг…Девушки решили заглянуть к Марте, выпить кисель. Ива никак не могла прийти в себя после того, как вспыхнула, и Джен решила, что ей надо подкрепиться. Взяли пирожков, с трудом нашли свободные места. Странно, в это время тут обычно пусто. И опять это чувство, будто за тобой наблюдают…
– Мое! – Ядовито-зеленое облачко вспыхнуло, и опоссум первым схватил пирожок, к которому потянулась было рука принцессы.
– Опоссум!
– Болотный опоссум!
– Я пожалуюсь отцу! Что они себе позволяют!
– Террариумов им мало, что ли?
– То мира́йя сбежит, то ядовитый опоссум разгуливает!
– В столовой! Ужас! А если он плюнет?!
Визг поднялся невероятный. Студенты вскочили, опрокинув тарелки с едой на пол, и через несколько минут столовая опустела.
– Ой-ой-ой, какие мы нежные, – проворчал крыс, слизывая с лапки вештиверовый джем.
– Чай! Вот что на тебя нашло, а?! – Марта с тряпкой уже спешила к ним.
– Прости, Марта. К Ярборро срочное дело появилось. Еще пара пирожков – и я больше не буду, честное слово!
Опоссум подпрыгнул, но не успел. Край тяжелой мокрой тряпки опустился на кончик хвоста. Не больно, конечно, но обидно. Это ж… хвост!
– Теряю форму. Надо поменьше есть сладкого. Ладно, Марта, уговорила: один пирожок.
Ива сидела ни жива ни мертва. Нет, Джен, конечно, им не раз рассказывала о своем зеленом друге, профессоре Дин, библиотеке зельеваров и фи-ху. Но одно дело слушать ее рассказы…
– Прекрасно выглядишь, алояблоневая моя! Ты не против, мы с твоей подружкой пошепчемся? Исключительно по делу, ибо мое сердце навсегда отдано блондинкам.
Крыс галантно шаркнул лапкой, и ядовито-зеленое сердечко поплыло в сторону Ивы. Девушка быстро кивнула Джен и вылетела из столовой.
– Чай! Что ты устроил? Всех напугал… Факультатив остался – не мог подождать?
– Нет, Ярборро, ты все-таки дура!
Джен посмотрела в маленькие глазки и вдруг побледнела, закрыв рот ладонями.
– Вот именно! Собиралась идти метать свои кинжалы?! А вдруг взрыв? Выброс чужой неизвестной магии? Ничему тебя жизнь не учит!
– Чай… Что же теперь… делать?
– Любит тебя золотой баргузин, студентка, радуйся! Радуйся и готовь лимонные пирожные с королевской кухни, потому что факультатив отменят. В полночь будь готова, я за тобой зайду. Ох, Ярборро, Ярборро! И что бы ты без меня делала, бестолочь ты наша рыжая, а?
И опоссум исчез.
Джен закрыла глаза. Восстановила дыхание. Прислушалась к себе. И, бросив на Марту извиняющийся взгляд, пошла искать Иву.
– Эта троица всем житья не дает! Из-за этой деревенской недотроги нам теперь боевые искусства не преподают! А Ярборро?! У этой вообще болезненная страсть к ядовитым тварям! Сколько можно это терпеть? – Рина громко кричала, срываясь на визг.
Джен уже привыкла к скандалам, которые обычно затевали Рина, Кларисса и девушки из их компании, но сегодня рапи превзошла саму себя. Лицо пылало, руки сжимали кинжалы, браслеты метали искры во все стороны. Несколько секунд принцесса раздумывала, не попытаться ли ее успокоить, но сдержалась.
– Действительно! Где куратор?
– И правда. Что случилось?
Девушки поддерживали Рину подобными репликами, но даже они поглядывали на студентку с опаской.
– Вот они! Явились! Нет, вы только посмотрите на них! Ива! Краса из деревни, довольна? Добилась своего?! Ты…
Рина метнула кинжалы. В мишень. Но в первый момент всем показалось, что они полетят в Иву. Девушка замахнулась на нее, изменив направление броска в самый последний момент.
– Что происходит? – усиленный магией голос Верховного мага раздался над тренировочным полигоном.
Верлих дар Албертон обвел всех присутствующих долгим тяжелым взглядом. Убедившись, что все успокоились и внимательно слушают, маг продолжил:
– Всем разойтись по башням. Ходить по Академии без сопровождения старших магистров до утра запрещено. Утром ждите инструкций. Вопросы?
Никто не произнес ни звука. Все разошлись.
* * *– Мы ничего не поняли толком. – Картер опустил голову. – А потом нас выкинуло. В Академию.
– Я не видела магистра Ярборро. Мы… смотрели в карту. Он дал нам задание. Очень сложное задание, – прошептала Генриетта.
Остальные и вовсе молчали. Никто не знал, что с магистром, но мысли в голову лезли страшные. Каждый мечтал о настоящем деле. О том, как они, бок о бок со старшими, будут драться до последней капли крови. И что теперь? Куратор просто вышвырнул их, как котят, беспомощных и бесполезных, подальше от опасности!
– Одно могу сказать: если допустить, что Ярборро взяли в плен, – проговорил Рийс, – хорошо, что вытаскивать придется его одного.
– Согласен, – кивнул Томас дар Кавендиш и обратился к студентам: – Если кому-нибудь нужна помощь, зайдите в лекарское крыло или к профессору Дин. И не геройствовать! Выброс магии был приличный, и ничего в этом постыдного нет. Это первое. Второе, гораздо более важное: никаких самостоятельных вылазок! Никакой самодеятельности! Докажите, что вы взрослые и мы можем на вас положиться. Со всеми гениальными идеями и планами – только к нам. Ко мне или магистру дар Рийсу. А сейчас – отдыхать. Все свободны, – приказал он, не сводя глаз с простого кожаного шнурка, в который были вплетены два голубоватых кристалла.
Все это время маг сжимал их в кулаке. Камни оплавились и были похожи на растаявшие шарики мороженого из кафе Зига.
– Вот объясните мне, – раздраженно бросил Рийс, дождавшись все же, чтобы студенты ушли, – почему я понятия не имею, что это такое?
Он протянул руку, чтобы забрать артефакт.
– Самое любопытное, что я тоже. – Томас передал ему то, что они нашли. – Это что-то очень мощное. Никогда с таким не сталкивался.
– Позвольте, я расскажу, что это, – раздался знакомый голос.
Балжи дар Лисс, стуча палкой, пересек кабинет Рийса и кивнул присутствующим. Те поспешно поднялись и поклонились самому пожилому магистру Академии, который, усевшись в кресло, жестом потребовал передать ему артефакт. Нежно касаясь оплавившихся кристаллов, прислушиваясь не то к ним, не то к себе, артефактор задумался. Все напряженно молчали, сгорая от нетерпения, но никто так и не решился помешать мыслям старика.
– Простите… – осмелился, наконец, обратиться к нему Корри, который до этого своим состоянием напоминал потерянных старшекурсников. Он так же, как и они, был учеником Алана. И так же свято верил в непобедимость главы гильдии. То, что произошло… Было совершенно неправильно. Просто ненормально!
– Демонические кинжалы, – тихо произнес дар Лисс.
Маги переглянулись.
– Идея о том, что кинжалы демонов можно использовать для создания мощнейших артефактов, пришла Алану в голову достаточно давно. Всем понятно: когда погибает маг, энергии высвобождается очень много.
Собравшиеся преподаватели почувствовали себя первокурсниками на вводной лекции. Никто, как бы ему этого ни хотелось, не осмелился перебивать магистра. Который, в своей обычной манере, начал обстоятельно. Издалека.
– До недавнего времени мои исследования ничего не давали. Все-таки энергия, которую замыкают в кинжалы… очень специфическая. Настолько разнонаправленная, что просто разрывает все известные комбинации плетения. Вне зависимости от того, куда ее пытаешься поместить.
– Но вам… удалось? – не выдержал Томас.
– Да, – с гордостью кивнул старый маг. – Я использовал вязь Рапи и… еще кое-что. Простите, открывать все тайны не буду. Так вот, у Алана на руках была пара экспериментальных артефактов.
– Один – переноса, – догадался Корри.
– А второй? – не выдержал Рийс.
– Алан боялся оказаться в ситуации, когда собственная магия будет ему неподвластна, – покачал головой старый артефактор. – Он, конечно, далек от кафедры Предсказательства так же, как и от кафедры Зельеварения, но… Эта мысль не давала ему покоя. Мои исследования продвигались во многом благодаря его настойчивости. И я сделал ему артефакт, с помощью которого можно получить энергию стихий практически в любой ситуации.
– И он воспользовался вашим изобретением.
– Да, – тяжело вздохнул магистр дар Лисс, – это очевидно.
И маг еще раз продемонстрировал присутствующим оплавленные кристаллы.
– Какому воздействию подверглись артефакты?
– Выброс магии. С четырех сторон. Хорошая работа. Работали слаженно, плюс – были использованы артефакты, блокирующие магию стихий и одновременно поглощающие собственную энергию мага. Мне они не известны, могу лишь предположить.
Магистры переглянулись.
– Мы выдвигаемся через час. Как нам этому противостоять?
– Надо посмотреть на местности. Пока… Сказать ничего не могу.
И Балжи дар Лисс стукнул палкой об пол. Рука сжала украшенный камнями набалдашник трости, и перстень на пальце артефактора вспыхнул лиловым пламенем.
* * *«Диг…» – раздался тихий шепот.
Рийс вздрогнул, не веря. Маг вытянул вперед ладони, призывая всех замолчать, взглядом умоляя присутствующих не думать слишком громко, не спугнуть шелест в голове.
«Алан», – одними губами произнес безопасник.
«Диг… Я в плену. На острова не лезьте. Стихии бессильны. Выберусь. Тьма поможет».
– Рийс! – раздался с порога недовольный голос Верлиха дар Албертона.
Голос в голове исчез. Словно они напроказничали, будучи студентами, и разбежались, нарвавшись на гнев своего куратора. Тогда еще куратора, а ныне – Верховного мага.
Столько лет прошло, а он до сих пор вздрагивает от гневного голоса старика. Вздрагивает и тут же успокаивается. Потому что знает, какая это сила. Мощь. Защита. Как бы ни был силен ты сам, все равно необходимо верить в чью-то непобедимость. Так верит он до сих пор в Албертона. Так верят в Алана те, кого выбросило сегодня с островов.
Глава 5
– Генри…
Картер с трудом догнал девушку. Она резко обернулась.
Как всегда, у него перехватило дыхание. Под ученической мантией, будто змеиная чешуя, ее обтягивала блестящая черная кожа. Где уж она доставала эти свои костюмы и зелья, которые то превращали зрачок в узкую вертикальную полоску, как у демоницы, то радужку окрашивали в разные тона? Вот как сейчас. Один глаз синий, другой зеленый. Оба – любимые. Самые красивые глаза на свете. Белокурые локоны. Острый подбородок, чуть вздернутый нос.
– Да, Картер?
– Ты… как?
– У меня проблема.
– Что?
– Вот…
Генриетта сунула руку в карман мантии и раскрыла ладонь.
– Как он сюда попал? – Картер улыбнулся, глядя на маленького бирюзового краба.
– Наверное, в карман залез. Еще одна причина вернуться на остров.
И Генриетта упрямо посмотрела ему в глаза.
– Ничего не выйдет. Я уже пробовал, Ген. Мы все пробовали.
– Я тоже. – Девушка опустила голову.
Все понимали, что это бесполезно. Академия под колпаком. Но как же тяжело вот так бездействовать…
– Пойдем. – Картер обнял девушку за плечи. – Пойдем к Лирр-и-Лей. Хоть какая-то вода. Если у него и есть шанс выжить, то только там.
– А он не замерзнет?
– Вот и посмотрим. Если поймем, что не вариант, отнесем Марте. Она у нас спец по мелкой экзотической живности.
Генриетта улыбнулась, и они пошли к озеру. Искали место, где есть песок. Строили из камней малышу домик. Пробовали воду – насколько она холодная. Провозились до вечера.
– Смотри! Лирр-и-Лей…
Картер не увидел. Но не сводил глаз с застывшего, бледного лица девушки, мысленно умоляя стихии не заканчивать этот вечер никогда.
– Думаешь, им было страшно? Умирать?
– Нет. Не было. Ему – точно не было.
– Ты так думаешь?
– Уверен.
– Почему? – Девушка развернулась к нему.
– Умирать не страшно, если ты поцеловал любимую. – Картер развернул упрямые хрупкие плечи к себе. – Боевик не должен бояться смерти, Генриетта.
Они целовались так долго, что не заметили, как крошечный обитатель солнечных островов снова заполз девушке в карман. Там теплее.
* * *– Рийс! – повысил голос Албертон.
– Слушаю.
– Объясни мне! Как ты следишь за безопасностью Академии, если ко мне в кабинет – тоже вроде бы защищенный – пробирается… Вот это!
И Верховный стряхнул на стол паучка.
На первый взгляд – ничего особенного. Паучок-записка. Именно так первокурсники поверяют друзьям свои тайны на лекциях, подсказывают друг другу во время семинаров, угрожают и обзываются.
Однако этот паучок принес новости посерьезнее.
Крупным, размашистым почерком на бумаге было выведено:
«Вы забрали то, что принадлежит мне. Отдайте, и поговорим о жизни магистра Алана дар Ярборро.
Верховный маг Ифа дар Гарддин».
* * *– Честно говоря, я рад вас видеть.
Магистр Ярборро не выдержал. Рассмеялся.
– Зря иронизируете, – Ифа дар Гарддин чуть приподнял краешки губ.
Маг сильно изменился. Помолодел. Ни одной морщинки, коротко стриженные, не в пример роннской моде, волосы. Удобная одежда, ленивые, расслабленные движения. Казалось, он настолько владел ситуацией, что скучал.
Алан покачал головой. Синий нарядный океан, белый песок, мягкий ветерок, ласковое солнце. На этом острове климат намного мягче, чем там, где он решил устроить детям практику. Идиот! Ощущение такое, будто он в отпуске. С Ифой дар Гарддином.
Абсурд.
Они мирно гуляли вдоль берега и беседовали. Обратили внимание на теплый сентябрь, обсудили красоты местных видов. Сошлись на том, что закаты на архипелаге потрясающе хороши: преломление солнечных лучей рождало иллюзию, будто над островами сияют сразу три солнца.
Глава гильдии боевиков Ронна магистр Алан дар Ярборро и бывший Верховный маг Ифа дар Гарддин мысленно кружили вокруг друг друга, выбирая момент, что позволит одному из них первым перегрызть сонную артерию другому.
– Я всегда симпатизировал вам. – Бывший Верховный зачерпнул ладонью горячий песок. – К сожалению, не я один. Этот завистливый Албертон успел первым. Вот уж кто всегда умел грести под себя.
– Вы пытались убить мою жену. Из глубокой симпатии, надо полагать? – Ярборро приказал себе держаться, но не смог. Выдал свои чувства. Первый промах. Помни, Ярборро, ты уязвим! У тебя жена и дочь, одумайся, глупец, ты уже чуть было не угробил весь курс, так сколько тебе еще надо наделать глупостей, чтобы наконец научиться держать себя в руках?!
– Именно! – Дар Гарддин, казалось, обрадовался. – Хорошо, что вы это понимаете!
Они шли по тропинке в лесу, что причудливо вилась по-над обрывом. Магия стихий полностью заблокирована. Как – боевик так и не понял. Тьма же клубилась в нем, свиваясь упругими кольцами, перекатываясь огромной смертоносной змеей.
«Убей его, – шептала она. – Убей. Чего же ты ждешь?»
Но Алан не торопился. Тьма – его единственный козырь. И использовать его надо наверняка.
Хотя… Столкнуть дар Гарддина вниз, выиграть несколько мгновений, чтобы…
Но мысли тут же разбились вдребезги о ядовито-острые осколки слов, доброжелательно произносимых этим… Он не подберет слов. Их никто не подберет. Имя этого чудовища должно исчезнуть, не оставив следа в истории. Настанет день, и он уничтожит даже остывающий пепел. Любой ценой.
– Вы, с вашей потрясающей силой и изумительным талантом, должны понимать меня как никто. Главное же – это результат. Посмотрите, чего вы достигли. Как далеко ушли от незамысловатого влюбленного мальчика, согласитесь. И это хорошо.
– Это был… эксперимент? – Ярборро пытался подхватить игру.
– Скорее, интрига. Если бы не нападение демонов, то расследование, которое провели вы, Томас и Рийс, привело бы всех троих к очень интересным выводам. А именно – вашим родителям не по нраву пришлась невестка, и король с королевой отдали приказ. Убить Эмму. Внучку решили оставить. Конечно, изначально планировалось избавиться от обеих, но, когда операция дала маленький сбой, я решил, что так даже лучше! Правдоподобнее, вы не находите?
– О да. Безусловно.
Тьма напряглась.
– Думаю, мне не пришлось бы прилагать много усилий, чтобы вы решились мстить. Это гарантированно привело бы мага на престол королевства Ярборро. Представьте, как замечательно все бы сложилось! Король-маг!
Алану хотелось рухнуть на колени. Истово благодарить Вселенную, стихии, Тьму и демонов, что так не произошло. Убийца своей семьи на престоле.
Его передернуло.
– Жаль, конечно, что не получилось, – не обращая внимания на состояние собеседника, продолжил Ифа, – но, с другой стороны…
– Лайза выполняла ваш приказ? – перебил его магистр. Последние события стали складываться в звенья одной цепи.
– Глупая девчонка! – разгневался Гарддин. – Глупая и безответственная!
– Покушение не удалось? – Ярборро действовал осторожно, стараясь не спугнуть. Сейчас его задача – выяснить как можно больше.
– У нее не было приказа организовывать покушение. Тем более убирать Карлоса Второго. Такой замечательный молодой человек на троне! Его надо было холить и лелеять. Рийс сейчас своего не упустит – посадит либо глупого и запуганного, либо умного и благодарного. В любом случае – своего! – Маг рассуждал так, как будто его никто не слушал.
– А похищение магов? – продолжал распутывать клубок боевик.
Ифа дар Гарддин остановился. Посмотрел прямо в глаза Алану. Улыбнулся. Открыто, искренне.
– Ну, как-то же надо искать себе адептов.
– Перерабатывая на амулеты?
– Это прошлый этап исследований, – отрицательно покачал головой дар Гарддин, абсолютно не сердясь на дерзость. – Теперь уже нет необходимости в человеческих жертвах.
– А не в человеческих? Демоны, например? Они тоже – «прошлый этап исследований»?
– Осторожнее бы вы выбирали себе союзников, Алан. Вот право слово – все так очаровались этими тварями! Словно бы не было жертв. Не было войны. Надо же! Теперь им все доверяют, впускают в Академию!
– Демоны нас не предавали, – глухо ответил Ярборро. – Они не использовали нас в своих целях, чтобы потом бросить на произвол судьбы.
– Албертон же справился. – Маг пожал плечами, посмотрел на магистра. – Мой талантливый ученик Верлих вырос. Ему стало тесно в рамках гильдии боевиков точно так же, как мне – скучно в рамках Верховного мага. Поэтому я дал ему шанс, а он им воспользовался. Другой вопрос: почему он решился пойти войной на меня? Зачем спустил этого верного пса, бешеного Рийса, а потом и тебя… Чего вам всем не жилось мирно?
– Любопытное представление о мирной жизни, – усмехнулся пленник.
– Слабый недостоин, – отрезал Гарддин. – Быть магом. Быть свободным. А сила закаляется только в боях.
– Тогда не стоит удивляться поведению бывшего ученика, – заметил боевик.
– Здесь ты прав. Мне изначально не надо было провоцировать. Маг все же боец, и ему трудно не поддаться искушению. Надо было уходить, а не делить территорию. Строить свое государство, а не рушить Ронн, пытаясь изменить губительную, но устоявшуюся систему Совета Тринадцати. Хотя… Вы должны понимать, что ведете Ронн к катастрофе!
Ярборро с трудом удержался от возражений. Вспомнил, что Ифа дар Гарддин не выносил, когда ему перечили. И сейчас, когда его жизнь зависит от настроения не самого нормального мага современности, наделенного к тому же устрашающим могуществом… нужно было быть предельно осторожным. Хотя куда уж больше.
– Я дам магам выбор. Посмотри: есть два возможных варианта развития города магов. Один – Ронн. Где маги служат государствам обычных, никчемных людишек. Вдумайся только! Маги – венцы творения стихий, и… Вместо того чтобы открыто диктовать свою волю, изворачиваются, лгут и плетут интриги, заставляя правителей, не видящих дальше собственного носа, делать то, что необходимо. Люди не боятся и не трепещут. И это плохо.
Алан вздохнул.
– Вы трусливо прячетесь за идею о том, что людей больше, полагая, что рано или поздно открытое господство магов приведет к бунту. Я много раз пытался объяснить Албертону, что разумная тирания сильнейшего по праву ведет к почитанию. А вы своими заигрываниями лишь расшатываете устои. И я решил показать на примере, как нужно делать. А уж молодые маги пусть выбирают, какой путь им ближе.
Они спустились к небольшому уютному городу. Невысокие постройки из местного белого камня утопали в зелени деревьев. Ничего общего с мрачными, жуткими катакомбами в горах, которые помнил Ярборро.
– Надеюсь, ты не думаешь, что вам удастся и в этот раз уничтожить все, что я построил?
Люди, что встречались им на пути, радостно раскланивались с Ифой дар Гарддином. Маги, обычные люди, рапи. Казалось, все они были абсолютно счастливы. Но почему-то от их радостных улыбок в этот теплый солнечный день по спине пробежал холодок. Алан задумался. Совершенно очевидно, что это магия подчинения, но какая именно? Ифа их чем-то опоил? Он не был силен в зельеварении, но отлично понимал: держать такое количество народу под воздействием слишком трудно. Видимо, тут что-то другое.
Их снова кто-то поприветствовал, прервав внутренний монолог магистра, который пытался разобраться, что же здесь происходит. Только сейчас боевик обратил внимание на то, что кроме людей, магов и рапи на острове было много представителей неизвестной ему расы. Большие, чуть раскосые глаза, очень длинные пальцы и слегка вытянутые уши. Эти выглядели счастливее всех и не производили впечатления марионеток. Движения расслабленные, осознанные, а не механические, как у тех, что были, очевидно, под воздействием. Странно…
– В общем, – объявил Верховный, когда они подошли к самому высокому строению в центре небольшой площади, – у тебя будет время подумать.
– В подземелье?
– Именно. С удовольствием бы принял тебя как гостя, но, думаю, рано. Ты еще не готов.
– Что вы хотите от меня услышать?
– Даже если ты согласишься сотрудничать, то сделаешь это, чтобы спасти свою жизнь. Это меня не устраивает. Я буду ждать.
Подземелья резко контрастировали с уютным солнечным белокаменным городком и его обитателями. Интересно, кто-нибудь из этих счастливчиков знает о страшном отражении сказки, в которую попал? Темные, холодные, бесконечные коридоры. Леденящие душу стоны. Цепи, подвешенные к потолку. Он уже видел такие.
Перед глазами вставали события прошлых лет. Вот он снимает истерзанные, лишенные не только жизни, но и магии тела демонов с цепей и несет их, сгружая в общую могилу неподалеку. Позже они узнали, что дух демона, когда приходит его срок, уходит вместе с провожающим его фавном в место с романтичным названием Долина забвения под нежные звуки свирели. Может быть, это всего лишь легенда, а может, и правда. В любом случае так, как было, быть не должно.
Они похоронили демонов, как хоронили только боевиков, взорвав небо салютом огненных шаров. Он сам, лично, на правах главы гильдии, поджег их тела. Пепел, как и положено, смешали с землей. Развеяли над океаном. Этот ритуал возвращал мага к стихиям. Они вернули стихиям демонов. Не Долина забвения, конечно, но хоть что-то.
Слуги Гарддина приковали пленного боевика.
И потекли длинные минуты.
Где-то капала вода. Гулко. Размеренно.
Кап. Кап. Кап-кап. Кап. Кап. Кап-кап…
Тьма была с ним.
Осторожной кошкой выбралась наружу, пробежалась по камерам. Не нашла ничего подозрительного, посмотрела на мага, что висел без сознания, свернулась клубком и заснула. Почти.
Алан чувствовал ее дыхание. Невероятным усилием заставил себя очнуться. Хотелось уснуть, хотелось все забыть.
«Диг…» – попытался позвать он друга.
«Алан», – голос Рийса.
«Диг… Я в плену. На острова не лезьте. Стихии бессильны. Выберусь. Тьма поможет».
И Тьма разлилась по подземелью, затапливая все, вбирая в себя даже звуки. Сквозь леденящую ненависть Ярборро чувствовал восхищение Ифой дар Гарддином: из подземелья боевик выбраться не мог. Даже наружу. Не говоря уже о том, чтобы выстроить портал.