Воин Дракона и печать Некроса. Хроники Некроса. Книга 1.

© Алексей Твердов, 2025

ISBN 978-5-0065-3686-9 (т. 1)

ISBN 978-5-0065-3687-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ПРОЛОГ

Мрачные тени плясали на древних, изрытых временем стенах огромной пещеры, расположенной глубоко-глубоко под землёй. Она была настолько древней, что дневной свет ни разу не проникал в неё со дня сотворения этого мира. С её высокого, теряющегося во тьме потолка, свисали огромные сталактиты, а неровные стены были покрыты древними письменами, на языке, который был мёртв задолго до того, как первые формы жизни вылезли из местных океанов.

Когда-то на заре времён, эта пещера являлась колыбелью древнего Бога, его скорлупой. Сам Бог давно уже затерялся в огромной вселенной междумирья, пополнив пантеон забытых божеств, спящих в изнанке времени и пространства, в ожидании своего часа. А пещера осталась на этой земле, и была пропитана мощной и древней магией, оставшийся после исхода из неё, могучего обитателя. Эти блики, пляшущие на древних, замшелых стенах, покрытых загадочными, едва светящимися рунами, были вызваны источниками света в руках группы существ, собравшихся в центре подземного зала. Зелёным, загадочным светом, горел факел в руке огромного орка, кожаные одежды которого были покрыты рунами и амулетами, из черепов загадочных животных, и перьев неведомых птиц. На мощной, волосатой груди великана, изрытой ужасными шрамами, виднелись светящиеся в темноте татуировки – защитные руны на языке древних богов. Таким же мрачным, зелёным цветом горели в темноте его глаза. Это был Зоггар, верховный шаман орды северных орков. Красным цветом мерцал рубин в скипетре, который держал в могучей руке приземистый, широкоплечий гном, одетый в роскошную броню, украшенную рунными знаками и драгоценными камнями. На плечи его был накинут алый плащ, отороченный драгоценным мехом подземных горностаев. Его густая борода была заплетена в три косы и заправлена за серебряный пояс, покрытый россыпью светящихся камней. На груди гнома блестела массивная, золотая цепь, с искусно выполненным молотом – символом гномов. Предводителя гномов звали король Рунган – носитель тайного знания. Белым, очищающим светом – светом звезд, с которых они когда-то прибыли, пылал камень в утонченной короне, которая украшала голову высокого, статного эльфа, одетого в изумрудный одежды, с нагрудником из белого металла. На его поясе висел дивный меч, работы древних эльфийских оружейников, покрытый сияющими знаками. Не было в этом мире равных во владении мечами Финариону, верховному эльфу. Холодным, голубым светом, мерцал кристалл, вершающий посох, который держал в руках маг, одетый в хламиды белого цвета. Длинная, белая борода старца доходила до пояса, длинные седые волосы обрамляли его морщинистое лицо, на котором неземной мудростью светились пронзительные глаза. Звали его Властемир – глава гильдии магов из Срединного королевства.

– Приветствую вас, мудрейшие правители этого мира! – произнес белый маг, осматривая товарищей.

– Благодарю, что отозвались на моё приглашение, и нашли время уделить мне внимание, – продолжил он, подходя к ним.

– Властемир, должна быть очень веская причина, по которой я бросил свой клан и явился сюда, – громко прорычал орк, взмахивая факелом, от которого во все стороны полетели зеленые искры.

– Да уж действительно, – с досадой добавил гном, – С чего вдруг я должен был бросить свои государственные дела, и тащиться в эту вонючую пещеру?

– Я понимаю ваше негодование друзья мои, но черная проказа захватывает все новые территории, а магический баланс нарушен. Мощь Некроса выросла в разы, наша же магия слабеет с каждым днем, и остаться в стороне не удастся никому, поэтому мне нужна ваша помощь.

– Что ты задумал старик? – прорычал великан орк, пристально глядя на фигуру мага, горящими в темноте глазами.

Седовласый маг переглянулся, с молчаливо стоящим эльфом, и отойдя в сторону, достал из складок своей хламиды белый кристалл. Бросив кристалл на землю, Властемир тихо произнес активирующее заклинание, воздух над кристаллом подернулся туманной зыбью, и внутри нее появилось объемное изображение древнего лича, закутанного в остатки рваной мантии, сквозь прорехи которой, просвечивало иссохшее тело, с выступающими из истлевшей плоти костями. Темный пергамент кожи покрывали таинственные руны, мерцающие потусторонним светом. Потемневший от времени череп, обрамленный остатками выбеленных волос, венчала темная диадема из неизвестного материала, в центре которой пульсировала сгустком тьмы черная сфера. В глубоких провалах глаз светились огненно-красные шары, пропитывая атмосферу вокруг энергией смерти и разложения.

– Аморгул Пожиратель! – удивленно воскликнул гном, с отвращением глядя на черную фигуру, висевшую над кристаллом.

– Когда я видел его в последний раз, он еще был человеком, – добавил он, пораженно.

– За долгие годы практики некромагии, он добился впечатляющих результатов, – ледяным голосом произнес эльф, с каменным лицом глядя на изображение некроманта. Его холодные глаза яростно сверкнули а кулаки непроизвольно сжались, но он взял себя в руки, и через мгновение продолжил ровным тоном:

– Еще будучи человеком, много лет он скитался по катакомбам, на которые случайно наткнулся в проклятых землях, раскапывая там древние захоронения. И в старом как мир склепе, охраняемом жуткими тварями, он нашел страшный фолиант, написанный человеческой кровью, в переплете из кожи младенцев. Там были описаны ужасные ритуалы, с помощью которых можно поднимать павших воинов, а также заклятие для заключения сделки с самой смертью. Истекая кровью от увечий, нанесенных стражами склепа, он чудом сумел спастись бегством, и выбраться на поверхность. И находясь на грани смерти, он прочитал древнее заклинание, и вызвал старуху с косой. Что это была за сделка никто не знает, но он приобрел неслыханное могущество и вечное существование, превратившись в лича – мертвого мага некроманта, и смог создать огромную армию из павших воинов, а затем основал над катакомбами свою цитадель, а позднее и город, Город Костей – столицу мертвых земель. Собрав по задворкам Мифериума всех черных магов, некромантов, вампиров и прочих детей тьмы, он усилил их мощь, обратив в своих лордов. И теперь проклятая земля распространяется как лишай по здоровой коже, с каждым днем захватывая новые территории. Сростом его магической силы, уходит наша магия, и не далек тот день, когда весь наш мир превратиться в черную выжженую пустошь, населенную нежитью.

– А что, нельзя попробовать решить этот вопрос старой доброй сталью? – прорычал угрюмый великан, выхватывая из-за кожаного пояса, матово блеснувший нож, -Хороший удар боевым молотом по высохшей черепушке, отвлекут его от грязных заклинаний, а очищающий огонь довершит дело! – добавил он, яростно взмахивая зеленым факелом.

– Мы пытались, – сдавленно произнес эльф, и отвернулся от товарищей, не в силах продолжить свой рассказ. Перед его глазами вновь мелькнули лица его боевых друзей, с которыми он рос и сражался долгие века. Из элитных воинов, его личной охраны, был сформирован отряд, который должен был проникнуть в цитадель некроманта и уничтожить его. Вооруженные лучшим оружием из королевской сокровищницы, с защитными амулетами от сильнейших магов Мифериума, они должны были добиться успеха. Но вместо великих воинов, к нему вернулись жуткие существа, одержимые желанием убить его. И ему со своей дружиной лично пришлось уничтожать тех, кто еще недавно были его друзьями. Порабощенные Некросом, они не боялись простого оружия, и даже практически разрубленные на куски, пытались атаковать окружающих, щелкая оскаленными челюстями, из которых торчали острые зубы, и разбрызгивая вокруг смертоносный яд.

– Мы пытались, – повторил он, собрав волю в кулак, – Но отряд лучших воинов эльфийского королевства оказался бессилен, – закончил он, глядя невидящими глазами перед собой.

– И что же нам теперь делать? – спросил помрачневший гном, с надеждой глядя на застывшего эльфа.

– Для этого я вас сюда и позвал, – ответил маг, поднимая с каменного пола кристалл. Изображение лича тут же исчезло, и все облегченно вздохнули.

– Пришло время объединить нашу магию и совершить ритуал призыва в наш мир героя, способного противостоять магии Некроса.

– А разве ты не можешь сам открыть портал? – с недоверием прогудел орк, пристально глядя на мага.

– Теперь уже нет, наша магия тает с каждым днем, но здесь, в колыбели древнего бога, еще осталось достаточно силы, чтобы провести ритуал.

– Но вызывая такую силу в наш мир, не навлечем ли мы еще больших бед на свои головы? – с сомнением спросил гном.

– Мне понятны твои сомнения Рунган, – со вздохом ответил маг, но будем надеяться, что великий астрал будет к нам милостив, и пошлет нам союзника, а не врага. Я надеюсь, вы принесли все что я вас просил.

Все члены группы согласно кивнули, и подошли вслед за магом к небольшому бассейну в центре пещеры, в которой пузырилась тёмная жидкость, из лопающихся пузырей которой, поднимался пар. Каждый из присутствующих достал принесённый с собой артефакт, и все одновременно бросили их в кипящую жидкость, начав читать заклинания. По мере произнесения заклинаний жидкость в луже стала светиться, в ее глубине стали проблескивать молнии, а над ней начал образовываться купол золотистого цвета. Чем громче произносились заклинания, тем сильнее били молнии вырываясь на поверхность жидкости. В пещере поднялся сильный ветер, порывы которого пытались сбить героев с ног. Ветер становился все сильнее, начали появляться длинные, изгибающиеся смерчи, которые таскали за собой огромные камни, и ломали зубы древних сталактитов. Властемир с силой ударил своим посохом в каменный пол, и из него поползли гибкие корни, легко прорастая в древний камень. За считанные секунды корни разрослись, окутав защитным коконом всех членов группы. Герои продолжали читать свои заклинания, уже практически стоя на коленях, вцепившись руками в выступы каменного пола, а за живым куполом бушевало торнадо из каменных обломков, в котором ежесекундно сверкали молнии. Но вот, было произнесено последнее слово, ветер стих, и на землю посыпался град камней, которые были подняты в воздух, а золотистый купол, возникший над бурлящей ямой, лопнул.

– Кажется всё, – произнёс маг, поднимаясь на ноги.

– Властемир, мы вызвали его? – озираясь по сторонам спросил гном.

– Надеюсь, что да, – ответил маг, пристально глядя в пузырящийся бассейн.

– И где он? -прорычал орк, всматриваясь темноту.

Маг оторвал взгляд от бурлящей жидкости, и задумчиво посмотрел на своих товарищей. Затем взгляд его прояснился, и он терпеливо пояснил:

– Мы всего лишь чуть-чуть сместили ось реальности в великом астрале, и увеличили вероятность появления героя в нашем мире. Где он появится и когда, я в данный момент сказать не могу- ответил он, и снова задумчиво уставился в бассейн.

– Скажи хотя бы, откуда он придет? – спросил гном.

– Скорее всего он придет из мира, где магию победила наука, но у людей осталась вера в силу света. А кто это будет, могучий воин, или великий ученый, и как он выглядит, этого я не знаю. Я могу только сказать одно, нам нужно надеяться, что он придёт до того момента, как наш мир поглотит черная чума Некроса, -ответил маг, уставившись, в одну точку.

К озадаченному магу шагнул эльф.

– Властемир, что ты увидел? – тихо спросил он, беря старика за руку.

– Не знаю Финарион, – ответил маг, с испугом глядя на эльфа, – Но мне кажется, мы вызвали в наш мир, не только героя.

Глава 1

Уже около часа я сидел в самой гуще колючего куста, зеленую листву которого украшали яркие цветы, от которых шел опьяняющий медовый аромат. И хотя причина моего страха уже давно скрылась в синем небе, я не мог заставить себя, покинуть травмоопасное убежище, а продолжал трястись, вцепившись побелевшими пальцами в сломанную ветку. Начнем с того, что зайдя, в подворотне родного города, в заброшенную трансформаторную будку, с целью слить излишки, булькающего во мне пива, я вдруг оказался в девственном лесу, наполненном птичьими трелями, и шумом деревьев, волнующихся на ветру. Стоя с расстегнутой ширинкой, под раскидистой кроной лесного великана, я завороженно смотрел, как в разные стороны от меня, разбегаются разноцветные грибочки, и совсем теряя разум, я разглядел под смешной шляпкой обернувшегося беглеца, крохотное, бородатое личико, с испугом глядевшее на меня.

– Эти дебилы мне, что лсд в пиво подлили? – нахлынула на меня вона паники, и трясущимися руками застегнув штаны, я похлопал себя по щекам, и не добившись никакого результата, со всей силы ущипнул себя за бок. Бок пронзила острая боль, а я, поднеся трясущиеся руки к лицу, внимательно их осмотрел. Вспомнилась статья об осознанных снах, где для того, чтобы понять спите вы или нет, нужно зафиксировать взгляд на каком ни будь предмете. Если вы спали, то предмет терял первоначальную форму и значение. Мои руки формы не потеряли, и в окружающем меня лесу тоже никаких изменений не произошло.

– Я сошел с ума! – громким шепотом произнес я, затравленно озираясь по сторонам.

– А если я умер? – мелькнула у меня страшная мысль.

– Трансформатор был работающим, а я там… – моя мысль оборвалась, и пред глазами возникла картинка дымящегося, обугленного тела со спущенными штанами, застывшего рядом с искрящимся проводами.

– Не может быть, я живой! – убеждал я сам себя пробираясь через кусты на видневшуюся впереди полянку.

– Это кома! – пронзила меня очередная догадка.

– Меня шарахнуло, током и я впал в кому! – радостно произнес я, улыбаясь, и глядя по сторонам безумными глазами. Вдруг лес затих, пенье птиц и жужжанье насекомых резко исчезло, я ощутил смутную тревогу, а мой крестик нагрелся, припекая мне грудь. Тихо матюгаясь, не отдавая отчета своим действиям, я молниеносно прыгнул в большой колючий куст, раздирая в лохмотья одежду, и царапая кожу до крови. Как только спасительный куст укрыл меня в своих болезненных и пахучих объятиях, в нескольких десятках метров от меня, с небес на землю рухнуло чудовище. Это был огромный отвратительный демон, покрытый кроваво-красной шкурой, на которой играли золотыми всполохами загадочные знаки и символы. Голова чудища, снабженная парой острых рогов, хищно дергалась из стороны в сторону, огромные ноздри с шумом раздувались, словно тварь принюхивалась к чему то, а с кривых клыков, торчащих из оскаленной, зловонной пасти, на зеленый ковер, капала дымящаяся слизь, оставляя после себя черные обугленные пятна. Тварь низко наклонила свою рогатую башку к земле, шумно втянула воздух, и медленно двинулась в сторону куста, в котором я прятался. Сидя парализованным от страха в своем символическом убежище, я беззвучно шептал молитву, выученную еще в раннем детстве.

– Отче наш сущий на небесах… трясущимися губами шептал я, завороженно глядя на приближающееся исчадие.

– Это оно за моей душой пришло, – тоскливо подумал я.

– Видимо, все-таки в ад….

Тварь медленно приближалась, ее когтистые лапы, обвитые мощной мускулатурой, безжалостно раздирали нежную зелень, шипастый хвост колотил по сторонам, кромсая цветущие кустарники и растения. Но внезапно тварь остановилась, и посмотрела в мою сторону, проникнув демоническим взглядом сквозь густую листву, прямо мне прямо в душу.

– Ну вот и все, – мелькнула у меня мысль, но в ту же секунду демон, утробно зарычав, расправил гигантские перепончатые крылья, и оглушительно хлопнув ими, с огромной скоростью взмыл в небо, оставив после себя только обугленные пятна на зеленой листве и вывернутый до земли дерн. А я остался сидеть в кустах, парализованный от страха, слушая, как в моей голове, заходится в истошном вое пещерный трус, яростно скалясь и плюясь,

в человека разумного, пытавшегося его успокоить.

Но наконец человек разумный утихомирил пещерного паникера, и я потихоньку вылез из колючего укрытия, с опаской поглядывая на небо. Немного постояв, я побрел вперед, не понимая куда и зачем я иду. На мое счастье лес был не густым, и напоминал запущенный фруктовый сад. Погруженный в мрачные мысли, я тем не менее замечал, не виданные ранее деревья и кустарники, покрытые яркими плодами и орехами. В кронах деревьев мелькали птицы в цветастом оперении, наполняя окрестности мелодичными трелями. Многие растения обильно цвели, наполняя воздух ароматом меда, и над ними басовито гудели гигантские золотистые пчелы размером с воробья, и еще более огромные мохнатые шмели. К счастью для меня, мое присутствие они полностью игнорировали. В воздухе витал запах экзотических фруктов, и проглотив слюну, я нерешительно сорвал с ближайшего дерева, плод размером с кулак, потревожив шмеля, ползающего по соседнему цветку. Шмель обиделся, и неуклюже сорвавшись с цветка полетел прочь от меня громко жужжа и покачиваясь в воздухе, как маленький вертолет. Фрукт был, нежно розового цвета, покрытый бархатной кожицей. Осторожно его надкусив, я жадно проглотил брызнувшую мне в рот струю сока, и упругую ароматную мякоть. Быстро запихав остатки в рот, я сорвал еще несколько плодов, и продолжил путь, попутно жуя чудо фрукты. В скором времени я набрел на ручей, журчащий кристальной водой. Наклонившись над ручьем, я принялся пить воду, и замер, наблюдая как в его глубине резвятся крохотные создания, похожие на морских коньков, раскрашенных во все цвета радуги. Напившись свежей воды и умыв лицо, я немного пришел в себя, и присел на камень перевести дух. Снова, вспомнились бабушкины рассказы о райском саду, и я опять запаниковал, допуская мысль о том, что возможно я умер. Но проанализировав свои чувства, и в очередной раз ощупав все тело руками, я убедил себя, что пациент скорее жив, чем мертв, и попытавшись выбросить мрачные мысли из головы, пошел вдоль ручья в сторону виднеющегося среди деревьев просвета. Вдруг раздался треск, и из густых зарослей, ломая молодые деревца на поляну перед ручьем, вышел лесной великан. Огромное животное, напоминающее лося, которого я видел в зоопарке, высотой примерно с двухэтажное здание, увенчанное раскидистыми рогами, которые были покрыты мхом и лишайником, флегматично принялось поедать кусты, покрытые яркими плодами. За считанные секунды, оно оставило от двух больших кустов только обглоданные веточки, и не обращая на меня никакого внимания, так же напролом двинулось дальше в лес. На его огромной холке, в спутанной гриве, я заметил гнездо с высовывающимися оттуда птенцами. Раздвигая боками толстые деревья, великан удалился, оставляя на обломанных сучьях, клоки рыжеватой шерсти. Я проводил гиганта взглядом, и на меня вновь накатила паника, заставляющая усомнится в реальности этого мира, и я застыл на месте, обливаясь потом, и крепко зажмурив глаза.

– Дышим глубже, – произнес я в пустоту, потихоньку успокаиваясь.

– Это просто лось, – убеждал я сам себя.

– А это был просто крылатый демон! – подал голос пещерный трус, с таким трудом загнанный в глубины подсознания. На меня вновь накатила острая волна панического ужаса, и я застыл, глотая воздух, и обливаясь потом.

– Так дело не пойдет, – решил я наконец.

– Послушай дружище, – обратился ко мне, в глубине моего сознания, человек разумный, замахнувшись рукой на присевшего труса.

– Если ты не хочешь сойти с ума, то давай будем исходить из того, что субъективно мы живы и здоровы, и исходя из этого признаем этот мир реальным, хоть и несколько необычным, – успокаивающим тоном, произнес он, и я открыл глаза.

– Действительно, я так с ума сойду, – сказал я вслух. Звук собственного голоса, успокоил меня окончательно, и я двинулся дальше. Я уже продолжительное время шагал вдоль ручья, грызя сорванные орехи, и размышляя о том куда меня все-таки занесло, а солнце давно перевалило горизонт, когда лес сменился пролесками, появились первые поля. Вдалеке я видел стада чудесных животных, издалека похожих на лошадей. Каково же было мое удивление, когда табун таких лошадок разбежался и взмыл в небо, расправив огромные, белоснежные крылья. Сделав круг в небе, они пронеслись надо мной, и я очарованно смотрел на это чудо природы задрав голову.

– Хорошо, что коровы не летают, -впервые улыбнулся я, когда рядом со мной что-то упало, разлетевшись по округе мелкими, пахучими, кусочками.

– Тут определенно нужно смотреть наверх, -напомнил я сам себе еще раз, и продолжил путь, с опаской поглядывая в небо. Но табун улетел, и кроме одиноких птиц в небе никого не было видно. Солнце опустилось еще ниже, а я уже очень устал, и решил, что нужно подыскивать место для ночлега. Вдали я увидел каменистых холм, поросший густыми кустарником, с каменным козырьком.

– Вот под ним и залягу, -решил я прибавляя шаг. Зайдя под козырек, я разглядел под ним густые заросли, и большое бревно, на половину вросшее в землю, на которое я и рухнул, вытянув перед собой гудящие ноги. Тем временем солнце покинуло небосвод, и призрачный свет луны, едва касающийся земли, осветил серебряным светом густой кустарник, за которым появился, глубокий провал пещеры.

– Этого еще не хватало, – устало пробормотал я, и немного подумав, кинул в темноту провала камень. И тут же, услышал тонкий, еле уловимый плач. Я замер, вслушиваясь в звуки ночного леса. Плач повторился, и шел он определенно из этой самой пещеры.

– Мы туда не полезем, -подал голос пещерный трус, но я шикнул на него, и пошарив руками по земле, нащупал крепкую суковатую палку. Придав уверенности себе этим оружием, я раздвинул кусты и ступил в пещеру. Пройдя несколько метров почти в полной темноте, я заметил свечение разноцветных огоньков, и мелькание полупрозрачных крыльев.

Я осторожно подошел ближе, и увидел крохотную фигуру, запутавшуюся в огромной паутине. Маленькая фея, вся сверкающая как новогодняя гирлянда, отчаянно била крылышками, тщетно пытаясь освободиться. Увидев меня, она еще сильнее стала трепыхаться, тряся паутину, и еще сильнее запутываясь в ней.

– Успокойся крошка, сейчас я помогу тебе, – тихим голосом произнес я, разводя руки в стороны, и демонстрируя ей свои пустые ладони. Палку я заткнул за пояс, чтобы не пугать кроху. Фея затихла, обмякла в паутине, и обратив ко мне свое прекрасное личико мокрое от слез, заговорила на незнакомом языке. Ее голос звучал как переливы серебряных колокольчиков, но, к сожалению, я не понял ни слова.

– Сейчас я тебе помогу, – повторил я, и осторожно взялся за паутину, подальше от феи, чтобы не повредить ее хрупкое тельце. Но не тут то была, паутина была липкая, очень прочная и тянулась как тугая резина. Я стал дергать ее со всех сил, стремясь оторвать ее от стены и вытащить всю целиком на свет божий. Мои усилия стали увенчиваться успехом, и я уже оторвал от стены добрую половину паутины, когда фея вскрикнула и уставилась на что-то за моей спиной. Медленно обернувшись, я увидел паука висевшего на уровне моего лица, на паутине спускавшейся с потолка.

– ПАУКА??? – истерично взвизгнул пещерный трус. Болтавшийся напротив меня арахнид, был размером с арбуз, его раздутое брюхо угольно-черного цвета и мощные членистые лапы были густо покрыты короткими серебристыми волосками. Он взирал на меня десятью круглыми злобными глазами, и разглядев меня получше, тварь пронзительно заверещала, и угрожающе оскалилась острейшими хелицерами. С его раскрытой пасти на пол капала тягучая слюна, в которой я инстинктивно почувствовал яд. В ту же секунду, пещерный трус взял инициативу в свои руки, и выхватив из-за пояса палку, острым концом, со всей силы воткнул ее в оскаленную пасть паука. Палка на удивление легко, с жутким хрустом прошла сквозь его тушку, и вышла из раздутого пуза, разбрызгивая вокруг густую белую жидкость. Тварь закрутилась вокруг своей оси, судорожно дергая лапами, а я последним усилием, оторвав остатки паутины от стены, бережно подхватил бесчувственное, крохотное тельце, и бросился вон из пещеры.

Выбравшись из пещеры, я осторожно осмотрелся, и убедившись, что поблизости нет опасности, расстелил на траве куртку, и положил туда свою хрупкую ношу. Склонившись над ней, я попытался рассмотреть фею в неверном свете луны. Она перестала светится, и я с трудом угадывал ее очертания. Шелковистое платьице было потрепано, нежные крылышки помяты, она лежала без движения, напоминая фарфоровую куколку. Что бы привести ее в чувство, я осторожно подул на ее крохотное личико. Ее нежные волосы взметнулись, под моим дыханием, а сама фея дернулась, и открыла свои прекрасные глаза. И тут же по ее телу пробежала волна света, и она, опять заиграла всеми оттенками радуги, правда уже не так ярко. Фея снова заговорила, и воздух вновь наполнился переливами серебряных колокольчиков.

– Прости не понимаю, сейчас я попробую тебя освободить, -прошептал я, и стал осторожно выпутывать ее из петлей паутины, боясь причинить ей вред. Она попискивала, и дергалась, но вскоре затихла, видимо поняв, что я хочу ей помочь. Наконец, последняя нить паутины была разорвана, высвободив маленькое, сияющее создание. Фея, встряхнув крылышки, взлетела и, замирая в воздухе передо мной, склонила голову в знак благодарности. Я в ответ сложил руки перед грудью и стал кланяться ей как китайский болванчик. Фея вновь заговорила со мной на своем певучем языке, но я в ответ только отрицательно помотал головой. Тогда она звонко рассмеялась, и зависнув над моим лицом, плавным движением наклонившись ко мне, прижалась к моим губам, мягким, почти не заметным поцелуем, попутно осыпав меня мельчайшей золотистой пыльцой. И в этот момент словно вспышка, озарила мою голову изнутри, и я, потеряв равновесие, неловко сел на землю. Фея вновь звонко рассмеялась.