Иньтао-Хэ, вишнёвая косточка. Китайские сказки
- -
- 100%
- +
© А. Черепова, иллюстрации, 2023
© Оформление серии. АО «Издательство «Детская литература», 2023
* * *
О празднике Чуньцзе
Чуньцзе – знаменитый на весь мир китайский Новый год, и празднуется он не 1 января. Дело в том, что этот праздник каждый год высчитывается по Лунному календарю и может отмечаться и в январе, и в феврале.
В дни празднования чуньцзе китайцы одеваются в красное. Считается, что этот яркий цвет отпугивает страшного мифического зверя по имени Нянь. А чтобы напугать его ещё сильнее, во всех городах выпускаются фейерверки и салюты. Красивое зрелище!
В древнем Китае, когда салютов ещё не было, в печь бросали баочжу (бамбуковую палочку). Когда бамбук горит, он издаёт громкий треск, и Нянь обходит дом стороной. В наши дни палочку в огонь уже не бросают, но название новогодних салютов осталось таким же – баочжу.
Вместо ёлки китайцы украшают бумажными гирляндами и фонариками так называемое «дерево света». На севере Китая в эти дни принято готовить цзяоцзы́ (пельмени), а на юге – закуски из няньгáо (клейкого риса).
Иньтао-Хэ, Вишнёвая Косточка
Давно это было. В небольшой китайской деревне Лайчжоу жил крестьянин Цзин Ван со своей женою Сяомин Ван. Хорошо жили, трудились в поле. По праздникам на столе у них дымились рис и соевые бобы. Вот только детей у них не было. Печалились Ван, очень хотели своё дитя иметь.
Как-то утром, перед работой, Цзин Ван и говорит жене:
– Эх, Сяомин, вот был бы у нас с тобой сыночек, пусть даже крошечный. Да хоть как эта вишенка из нашего сада!
Чудеса иногда и впрямь случаются, и вскоре послало им Небо сына, и впрямь маленького, не больше вишенки. Обрадовались Цзин с Сяомин, да так и назвали сына: Иньтао-Хэ – Вишнёвая Косточка.
Но годы шли, соседские дети подрастали, а Иньтао-Хэ – нет. Так и остался он величиной с косточку.
Поглядел однажды Цзин Ван на сына, тяжело вздохнул да и говорит:
– Эх, Иньтао-Хэ! Вот какой из тебя толк? Зря мы тебя соевыми бобами кормим! Маловат ты для крестьянского сына. Как плугом будешь поле пахать, как хворост будешь собирать?
Мать отцу поддакивает:
– Не растёшь ты, сынок, совсем не растёшь! Отвечает им Иньтао-Хэ и подмигивает:
– Мал я, да удал! Возьми-ка меня, отец, с собой в поле! Может, и выйдет из меня толк!
Хоть и маленьким, а умным и прилежным был Иньтао-Хэ. Быстро научился плугом пахать, мулов[1] подгонять, а уж про хворост и говорить нечего: всегда больше всех собирал. Не больше косточки он – везде проберётся, куда другой и сунуться не смеет. А уж ловкий какой – с земли на соломенную крышу запрыгнуть мог.
Нахваливают деревенские жители Иньтао-Хэ, своим детям ставят его в пример:
– Поглядите-ка на Иньтао-Хэ! Хоть и маленький, а какой ловкий! А вы лодыри, хоть и ростом вышли.
Не нарадуются на мальчика родители Ван! Стал их сын не только трудолюбивым и ловким, да ещё и умным и находчивым.
И вот как Иньтао-Хэ свой ум всем показал.
Однажды год выдался засушливым, неурожайным. Ни зерна, ни риса не собрали несчастные крестьяне со своих полей. Сами голодают, а тут ещё ямынь[2] часть урожая себе требует. А отдавать-то и нечего! Приказал тогда уездный начальник своим караульщикам забрать у них всех коров и мулов.
Забрали караульщики скот; плач и крик по всей деревне стоит. Посмотрел на всё это Иньтао-Хэ да и говорит:
– Не плачьте, соседи. Я уже придумал, как вернуть наших коров и мулов.
Усмехнулись крестьяне:
– Сам не больше косточки, а обещания даёшь ого-го какие!
Не стал Иньтао-Хэ спорить, а занялся делом. Когда стемнело, прибежал он ко двору старосты, где были привязаны коровы и мулы, перепрыгнул через ограду, дождался, пока караульщики заснут, и забрался в ухо к ослу.
Осел как закричит: «И-а! И-а»!
Караульщики мигом вскочили, прибежали, смотрят – а никого и нету. Разве могли они догадаться, что в ухо к ослу кто-то залез?
Не успели лечь, как осёл снова закричал. Говорит тогда один караульщик:
– Не обращайте внимания! Мало ли отчего осёл кричит? Давайте лучше спать.
А Иньтао-Хэ только этого и надо. Дождался он, пока караульщики заснут, отпер ворота и погнал скот обратно в деревню.
Как обрадовались крестьяне, когда увидели своих мулов и коров!
Но утром прознал про всё староста ямыня, и до того рассвирепел, что искры из глаз посыпались. Собрал он своих караульщиков и бегом побежал в деревню, чтобы проучить крестьян.
Увидел их Иньтао-Хэ, навстречу выскочил и говорит старосте:
– Это я мулов и коров ночью забрал. Делай со мной, что хочешь!
И как завопит староста:
– А ну, вяжите его!
Схватили караульщики железную цепь, кинулись Иньтао-Хэ вязать, да не тут-то было! Проскочил крошечный Иньтао-Хэ через звенья цепи, и смотрит, как караульщики пыхтят, и хохочет над ними. Думал-думал староста, как быть, и придумал: велел он посадить Иньтао-Хэ в кошелёчек и отнести в ямынь на суд. Принесли караульщики мальчика в кошелёчке в огромный зал.
Приказал староста развязать кошелёчек, показал местным стражникам на Иньтао-Хэ и говорит:
– Бейте его, да сил не жалейте!
Взяли стражники каждый по палке, бьют, а никак в Иньтао-Хэ не попадут – маленький он слишком!
Только замахнутся – он уже с этого места на другое прыгает. Они – туда, Иньтао-Хэ – обратно. Никак им с Вишнёвой Косточкой не справиться!
Староста от злости весь позеленел, ногами затопал, вопит:
– Ещё людей да палок надо, черепашьи дети! Опять Иньтао-Хэ прыгнул, и не куда-нибудь, а прямо к старосте на плечо. Ухватился за его ус и давай раскачиваться, будто на качелях. Ещё пуще разозлился староста да ка-а-ак гаркнет:
– Вот он! Вот он, мерзавец! Хватайте его, бейте!
Хотел стражник палкой Иньтао-Хэ огреть, да угодил в старосту, зубы ему выбил и на пол повалил. Все, кто в зале был, кинулись к старосте, поднимают его, утешают. Ну и суматоха поднялась! А Иньтао-Хэ в окно выпрыгнул, подальше отбежал, хохочет и приговаривает:
– Так тебе и надо! Так тебе и надо! Будешь знать, как у крестьян скот отбирать!
С тех пор ямынь ту деревню обходил стороной, и жили крестьяне сытно, даже если год иногда выдавался неурожайным – запасы делали. А Цзин Ван и Сяомин Ван до конца дней своих не могли нарадоваться на Вишнёвую Косточку.
Легенда о Луне и Солнце
Давным-давно где-то на окраине Китая и произошла эта печальная история.
В небе ходили две яркие звезды, и ходили с незапамятных времён. Одна – бледная и холодная, другая – яркая и горячая. И никогда они не разлучались, появлялись в небе одновременно.
А на Земле, в одной китайской деревушке жила молодая девушка по имени Тай-ян[3]. Она была умницей и красавицей и любила юношу по имени Юэлян, который жил по соседству. Юэ-лян[4] тоже любил Тай-ян. Он был сыном бедняка, дома у него своего не было, земли своей не было, скота тоже, и поэтому Юэ-лян даже и мечтать не мог о женитьбе на Тай-ян.
Когда пришло время Тай-ян выходить замуж, родители просватали её за злого и всемогущего колдуна по имени Мошу-ши. Как узнала об этом Тай-ян, сразу бросилась к Юэ-ляну, рассказать о своей беде. Юэ-лян взял девушку за руку и повёл её к пруду. Долго они ходили по берегу пруда и думали: что же им делать? Как быть? Как избавиться от колдуна?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
Мул – Домашняя скотина, похожая и на осла, и на лошадь.
2
Ямы́нь – Место, где жил и работал староста большой китайской деревни.
3
Тай-ян – В переводе с китай ского означает «солнце».
4
Юэ-лян – В переводе с китайского – «луна».
