- -
- 100%
- +
Стам кивнул. В организме царило радостное возбуждение от предвкушения полностью самостоятельного полёта. Вся предыдущая жизнь уже сейчас казалась новоиспеченному пилоту серой и унылой. Он закрыл колпак, увеличил тягу, и аппарат послушно оторвался от посадочной площадки.
Стам решил продолжить исследования, направившись от башни дальше на восток – всю западную часть суши они уже пересекли с Несси. Все его существо испытывало ликование – летательный аппарат великолепно управлялся, и его мгновенное повиновение любому движению руки вызывало ощущения восторга и единства, а легкие перегрузки во время маневров приятно щекотали нервы. Стам старался держаться на небольшой высоте – около сотни метров, чтобы иметь хороший обзор, но при этом не упустить детали. В основном, пейзаж менялся каждые десять-двадцать километров, но попадались и исключения – огромная пустошь раскинулась с запада на восток на добрую сотню. Также Стам вспомнил горные цепи, над которыми они с Несси летели приличное количество времени. Удивляла резкая смена ландшафта, флоры и климата. Животные, которые встречались как стаями, так и поодиночке, также поражали своей разношерстностью: стадо каких-то парнокопытных, бредующих по жаркой саванне, сменилось китообразными тушами, медленно плывущими стаей под поверхностью залива с небывало прозрачной водой. С другой стороны залив покрывался сначала тонкой, а затем толстой коркой льда, прячущейся возле берега уже под толстым покровом снега. Еще несколько километров снежной пустыни перерастали в холмы, а те – в невысокие горы, на одной из которых возвышался фантастический замок сделанный целиком из просвечивавшего льда. Стам заметил пару белых медведей возле полыньи вокруг горного источника. Совсем скоро горы сбросили снежный покров, оделись зеленью и пошли на убыль. Стам с удивлением обнаружил, что летит над населенной местностью – склоны пологих холмов пестрели ровными рядами посевов, а на краях участков ютились аккуратные домики. Вскоре домики стали объединяться в деревни и даже городки, а еще через десяток километров самолет взмыл вверх, поднимаясь над огромным кратером потухшего вулкана, в котором расположился футуристического вида город. Черные небоскребы с вкраплениями светящихся окошек торчали из кратера острыми иглами. Над городом роились целыми потоками какие-то небольшие летательные аппараты, и Стам решил не соваться туда, чтобы ненароком не спровоцировать аварию. Кратер остался позади, и пейзаж стал отматываться в обратном порядке. На этот раз зеленые холмы с насаждениями и редкими домиками превратились не в горы, а в густой лес. Над лесом то тут, то там возвышались отвесные скалы, составляющие две, а то и три вышины деревьев. С большим изумлением Стам обнаружил на вершине одной из скал зеленого дракона. Дракон внимательно следил за полётом аппарата, а затем, потеряв интерес, перепорхнул на соседнюю скалу. Из крон деревьев пару раз взмывали в небо стайки небольших, но очень ярких птиц. Солнце уже клонилось к горизонту, и Стам поднялся повыше, чтобы взгляд смог охватить как можно больший участок непривычного пейзажа. Несмотря на то, что в обычной жизни Стам довольно неприязненно относился к высоте, он настолько увлекся пилотированием, что новый захватывающий поток эмоций на какое-то время вытеснил давние страхи.
Очередной лес закончился полем с яркими ровными полосками каких-то необычных цветов совершенно безумных оттенков. Стам не выдержал и посадил самолет возле одной из них. Цветки, похожие на маки, чуть колыхались от слабых дуновений ветра. Ширина полосы этих маков составляла около десятка метров. Слева от нее шла полоска такой же ширины, но состоявшая из желтых цветков, а справа – из фиолетовых. Стам прошелся по кромке цветочного поля, по очереди вдыхая совершенно обалденные и незнакомые ароматы.
Внезапно он услышал чей-то окрик. Издалека к нему приближался какой-то человек, машущий рукой. Стам машинально проверил местонахождение самолета, и обнаружил его довольно близко от себя. Новым в этой картине было то, что возле аппарата стоял здоровенный волк и скалил на Стама клыки. Судя по всему, намерения у него были весьма серьезные. Догадка подтвердилась через секунду – волк припал на задние лапы, а затем бросился на застывшего в ужасе Стама. Стам попытался убежать, но лишь успел инстинктивно развернуться на полкорпуса и, нелепо подпрыгнув, защищаясь, поднять согнутую в колене ногу – именно поэтому волчьи клыки не достигли тела и вонзились ему в бедро. Увлекаемый инерцией туши зверя, судорожно хватаясь за серую шерсть, Стам повалился на землю. В тот же миг рядом раздался выстрел. Волк зарычал на стрелявшего, но не стал задерживаться, и большими прыжками устремился в чащу.
Через пару секунд Стаму стало очень нехорошо. Мужчина в охотничьей одежде склонился над ним и пытался что-то выяснить, но Стам катался по земле, держась за бедро, и выл от боли. Через пару минут к месту инцидента подбежали еще двое охотников. Втроем они взяли едва не ставшего добычей зверя игрока на руки и потащили в стоявший неподалеку дом.
В доме две женщины сразу же занялись раной. Мужчины же стали обсуждать дерзкое нападение волка. Стам воспринимал их диалог обрывками – из раны хлестала кровь, а болевые импульсы врывались в мозг заслоняющими все остальное вспышками. Закончив промывание и перевязку, одна из женщин дала пострадавшему выпить какое-то снадобье, и через минуту он отключился, впав в забытье.
Тревожный сон продолжался пару часов. Стам открыл глаза, почувствовав, что его настойчиво трясут за плечо. Над ним склонилось встревоженное лицо Несси.
– Рана глубокая, но более не опасная, – сообщила она. – Идти сможешь?
– Идти? – простонал Стам в изумлении.
Несси кивнула ему, затем попросила помощи у ближайшего к ней мужчины. Вдвоем они подняли вяло сопротивляющегося Стама на ноги и повели к самолету, оставленному Несси в десяти метрах от крыльца. Для Стама все происходило как в тумане – он даже не успел поблагодарить своих спасителей, как напарница завела двигатели, подняла аппарат в воздух и направила его по стрелке компаса к башне.
Весь полет Стама мутило, и он отчаянно пытался вернуться в состояние сна, однако самолет периодически покачивало, а кресло пилота весьма слабо подходило для этой цели. Наконец летательный аппарат достиг посадочной площадки, Несси помогла Стаму выбраться и дотащила его до белой двери в примыкавшей пристройке. Короткий серый коридор, вторая белая дверь, и напарники оказались в буфере. Поддерживаемый Несси, которая оказалась довольно сильной для своей комплекции, Стам добрался до кровати, после чего был заботливо уложен под одеяло. Несси притащила и скормила ему две таблетки, извлеченных из шкафчика, после чего уселась рядом и положила руку на повязку поверх раны.
– Спи, – сказала она. Стам послушно закрыл глаза и отключился.
* * *И он засыпал на рассвете под скрип, перестуки, гудки,Как спят одинокие дети и брошенные старики,В надежде, что всё не напрасно, и тайная воля мудра,В объятьях чужого пространства, где длится чужая игра.Дмитрий БыковМир огромный открывает двери.Чистый, добрый… Я ему не верю!гр. «Звери»Часов в буфере не было, поэтому измерить продолжительность сна было затруднительно. Казалось, он проспал достаточно долго. Стам сразу же потянулся к повязке и осторожно надавил на нее. Никаких неприятных ощущений не последовало. «Странно», – подумал он. Повязка была осторожно снята, после чего Стам с удивлением обнаружил, что от раны не осталось и следа. Он встал с кровати и пару раз присел. Нога функционировала совершенно обыкновенным образом.
Стам заварил себе чай и сел с кружкой за стол, размышляя над вчерашними событиями. Через минуту в прихожей щелкнула дверь и появилась Несси.
– Привет! Как самочувствие? – поинтересовалась она с порога.
– Самочувствие нормальное, но неприятный осадок остался. Вчерашние события кажутся дурным сном, – хмуро сообщил Стам.
– Я сделала, что смогла, – виновато пожимая плечами, стала оправдываться Несси. – Хотя моей вины это не уменьшает.
– Это еще почему? – спросил Стам.
Несси отодвинула стул и села напротив.
– Я наивно полагала, что твои изыскания ограничатся полетом на самолете.
– А ты ничего не говорила про то, что нельзя садиться. Откуда я знал, что стоит отойти на несколько метров, как тебя попытаются сожрать! Ощущения, когда тебе пытаются отгрызть ногу, знаешь ли, не самые приятные. Не окажись там рядом охотников, от меня бы остались рожки да ножки! Ты что-то говорила про обеспечение моей безопасности – я ничего не путаю?
– Нет, – тихо сказала Несси и качнула головой.
– У меня теперь очень большие сомнения, захочу ли я еще раз куда-то выходить через эту дверь, – заявил Стам и кивнул головой в сторону прихожей.
– Твоё право, – вздохнула Несси.
Некоторое время оба молча пили чай.
– А что там дальше? – неожиданно спросил Стам.
– Первый Круг. Всё что дальше, находится за белой дверью, – ответила Несси.
– Ты пойдешь со мной?
– Не в этот раз, – снова покачала головой персонаж.
– Ну уж, дудки! – возмутился Стам. – Если в следующий раз это будет не волк, а дракон, он меня сожрет целиком, пока ты подоспеешь. Хотя волк бы тоже, думаю, без проблем управился.
Несси вздохнула и поднялась со стула.
– Как понадоблюсь, зови, – она протянула руку в сторону кнопки, развернулась и вышла за дверь.
Стаму стало интересно, он вылез из-за стола и проделал такой же путь до двери. Осторожно взявшись за ручку, он приоткрыл дверь и осторожно заглянул в образовавшуюся щель. За дверью царил полумрак. Свет из прихожей расширяющейся полоской достигал противоположной стены какого-то помещения. «Ну вас к черту!» – подумал Стам и закрыл дверь.
Примерно на вторые сутки (по собственным ощущениям), Стаму до жути осточертело обивать углы буфера. Заняться здесь было абсолютно нечем. Здесь не было телевизора, компьютера или хотя бы одной книги. Только забитый едой холодильник и основные удобства. Ну, и револьвер в ящике. Стам дважды доставал его, задумчиво вращал барабан, морщился и убирал обратно. В итоге, проходя в очередной раз мимо кнопки вызова персонажа, Стам с раздражением стукнул по ней.
Несси заявилась почти сразу же.
– Я правильно понимаю, – начал Стам вместо приветствия, – что я буду торчать здесь до скончания века, если не выйду за эту проклятую дверь?
– Я не знаю, какой именно период ты подразумеваешь, – пожала плечами Несси, – по пока очевидно, что да. Я понимаю твое беспокойство, и хочу заверить, что очень хорошо учусь на своих ошибках.
– Отлично, – пробормотал Стам и замолчал.
– Это все, что ты хотел спросить? – поинтересовалась Несси, когда пауза стала уже слишком долгой.
– Нет, но твои метафоричные ответы несут весьма мало практической пользы, – съязвил Стам.
– Вот как… – Несси подняла одну бровь. – Тогда я, пожалуй, пойду.
Она развернулась, подошла к двери и, открыв её, шагнула за порог.
– Подожди! – внезапно крикнул Стам и бросился следом.
На этот раз дверь осталась распахнутой за персонажем. По ту сторону проёма слева была серая стена и спереди в трех метрах – тоже серая стена. Пол и потолок также были серыми. А вот справа стены не было – направо в темноту уходил длинный прямой коридор. Несси стояла, оперевшись о стену коридора. Стам застыл на пороге, придерживая дверь одной рукой.
– Круг начнется, как только ты закроешь дверь, – сообщила Несси.
– Ничего не понимаю. Что это такое? Почему так темно? Что здесь нужно делать?
– На данном Круге моё участие не предусмотрено. Успеха! – Несси оторвалась от стены и продефелировала мимо Стама обратно в буфер.
Прошла минута, а Стам все так же стоял, не решаясь отпустить ручку двери.
– Трусишь? – раздался вопрос из буфера. Несси сидела за столом, грызла яблоко и насмешливо смотрела на застывшего в проеме Стама.
Стам вздохнул и со злостью захлопнул дверь.
Глава 4
Сталкиваясь с испытаниями, человек узнает предел собственных возможностей. Познав же этот предел, он учится его преодолевать.
«Diablo 3»Но, конечно, но, конечно, если ты такой ленивый,Если ты такой пугливый, сиди дома, не гуляй!песенка Красной ШапочкиБуквально через секунду коридор разорвал короткий, но резкий и оглушительно громкий сигнал, из стены в метре от Стама выехал экран, по которому сразу же побежала строка: «Приветствую, Игрок! Задача: выжить. Время выполнения: 05 мин. 00 сек. Начало отсчета через: 10 сек.». Показав конец сообщения, строка замерла, цифра 10 сменилась на 9, затем на 8. По спине у Стама пробежал холодок. Так называемый Круг, ему не понравился сразу же. В голове возникла привычная куча уточняющих вопросов, но, судя по всему, отвечать на них никто не собирался. Стам решил, что пока ничего фатального не требуют – из окружающей обстановки сложно было сделать какой-то другой вывод, помимо того, что надо бежать вперёд по коридору. Смущало, что не озвучена дистанция и последствия, если он не уложится во время. Мозг сделал отчаянный рывок в попытке проанализировать разговор с Несси и надежде найти зацепку, но тут снова прозвучал оглушительный сигнал, на стенах коридора зажглись красные лампочки, образовав две пунктирные линии, уходящие по коридору в бесконечность, а экран с высветившимся на нем нулём мгновенно уехал обратно в стену. Стам рванулся и побежал.
Начиная с тридцатой секунды, внутри непрерывно росло беспокойство о близости конца коридора, допустимая вероятность наличия которого интуицией Стама была обозначена как «невысокая». Просто других вариантов действия за десять секунд он придумать не успел. И все же он бежал со всей возможной скоростью, так как просчитать посильную дистанцию для Спирали, скорее всего, было сущим пустяком, соответственно, испытание могло претендовать на определенную реальность.
Однако две пунктирные красные дорожки на стенах все так же сходились далеко впереди в точку, а время уже было на исходе или около того. Стам не ошибся – совсем скоро свет и спереди, и сзади погас, а в нескольких метрах впереди из стены выдвинулся экран с бегущей строкой. Стам остановился и, тяжело дыша, жадно впился глазами в текст: «Задача выполнена! Новая задача: выжить. Время выполнения: 05 мин. 00 сек. Начало отсчета через: 10 сек.»
Не пообщайся он с Несси достаточное время, Стам рванул бы с места и бежал, стиснув зубы, пока окончательно бы не выдохся. Но сейчас, похоже, имело смысл подумать. Вторая попытка – это уже знак к тому, что фактор неповторимости в задании отсутствует. Стам сел, прислонившись к правой стене, и стал выравнивать дыхание. Собственно, есть три варианта: бежать назад, бежать вперед и никуда не бежать вообще. Можно еще попробовать выломать стену. Как бы то ни было, если есть другие решения, кроме как нестись вперед, повинуясь текстам таблички, то гораздо лучше узнать об этом как можно скорее, чем сначала вымотаться до изнеможения. А побегать можно успеть и потом. Лампочки на стенах за тем местом, где скрылся в стене закончивший отсчет экран, освещали коридор красным светом по правую руку от Стама.
И тут Стам услышал слева шум. Он был почти неразличимым вначале, но уже через несколько секунд стал на порядок выше. Стам насторожился. Громкость нарастала. Первые лампочки выхватывали из тьмы с десяток метров преодоленного участка коридора, а дальше с хорошо освещенной позиции Стама была видна только чернота. И из этой черноты накатывался неизвестного происхождения, а от того несомненно опасный и обоснованно пугающий шум. Стало не по себе. На всякий случай Стам отлип от стены и отбежал пару десятков метров вглубь освещенного участка. После чего стал пристально вглядываться в темноту. Темнота не заставила себя долго ждать. Шум вырос настолько, что по ощущениям его источник уже должен был приблизиться к освещенному участку. Сперва создалось впечатление, что темнота объемна, неоднородна и шевелится, затем происходящее обрело четкие границы, а еще через секунду крайние лампы погасли, разлетевшись на осколки, а стены, пол и потолок участка, на котором они находились, внезапно затрещали, подались навстречу друг другу и, едва начав сближение, раздробились на сотни мелких кусочков, которые завертелись с огромной скоростью и смешались с несущимся по коридору и как будто вписанному в него шаром из серой пыли и частиц того, что было раньше стенами, полом и потолком. По своей природе шар напоминал огрызок мощнейшего смерча. Коридор отступал перед шаром с той же скоростью, с которой тот двигался. Там, где в каждый момент времени находился шар, никакого коридора уже не было – коридор плавно прекращал свое существование за полметра до шара.
Стам похолодел, мгновенно развернулся и побежал, чувствуя, как в кровь выбрасывается адреналин лошадиными дозами. Он даже не оглядывался назад, он просто несся, что есть мочи, каким-то чудом сообразив через полминуты после старта начать контролировать дыхание, чтобы не задохнуться через пару минут. Шум начал отдаляться и стихать, но по-прежнему неотвратимо следовал за Стамом. Через мгновение раздался звуковой сигнал и из стены выехал знакомый экран: «Задача выполнена! Новая задача: выжить. Время выполнения: 05 мин.
00 сек. Начало отсчета через: 10 сек.». Лампы, освещавшие преодолённый участок коридора, погасли.
На этот раз Стам рванул с места, едва дочитав – ему показалось, что за время этой короткой остановки шум снова усилился. В голове снова стали появляться мысли о решении поставленной задачи, причем теперь интенсивность мышления и мотивация были не в пример выше. С одной стороны, Стаму не очень верилось, что Спираль сотрёт его в порошок вот так просто и примитивно. С другой, что-то подсказывало ему, что, скорее всего, он намного завышает свою важность для Спирали, и представить наверняка ценность своей жизни здесь он пока не может, да прошлый опыт получения физических повреждений был донельзя дискомфортным.
На пятой табличке Стам сделал неутешительный вывод, что долго он так бегать не сможет. Даже при хорошей физической форме двадцать минут стремительного бега – это не так просто. Параллельно Стам пришел к заключению, что коридор больше не прямой. По горящим впереди лампочкам отчетливо было видно, что он плавно закругляется по часовой стрелке. Возле шестой таблички это заключение было дополнено пониманием, что кривизна коридора плавно увеличивается. Далее, во время бега, Стам сделал вывод, что коридор, судя по всему, представляет собой закручивающуюся ракушку, спираль. Что было довольно символично. На исходе самого маленького витка наверняка находится конец коридора. Уже сейчас Стаму приходилось постоянно забирать вправо. Он сильно устал, но был полон решимости достигнуть выхода. Кривизна коридора росла. К уже сделанным выводам добавилось еще и открытие, что пол приобрел заметный наклон. Теперь приходилось не только постоянно поворачивать, но и карабкаться в гору. Через несколько секунд очередная сопровождаемая сигналом табличка оповестила Стама, что его задание выполнено, но всё еще актуально. Навскидку, оставалась еще пара-тройка витков до момента, когда коридор замкнется сам на себе. Вспыхнувшие лампочки осветили предстоящую дистанцию, насколько ее было видно из-за выгнутых стен. Стам, рванулся вперед, но после первого же шага споткнулся и упал.
Поднявшись, он обнаружил, что наклон коридора вырос очень сильно. Бежать уже не представлялось возможным. Не представлялось возможным даже быстро идти. Приходилось натуральным образом карабкаться. Через полвитка нога Стама первый раз соскользнула назад – наклон составлял уже градусов сорок. Вихря пока не было слышно, но в том, что он не за горами, сомневаться не приходилось. Стам преодолел еще полвитка. Где-то снизу послышался шум. Шум то нарастал, то становился тише – повторяя геометрию коридора, вихрь жрал его как пожирает пламя бикфордов шнур. Стам продвинулся еще на несколько метров. Шум прекратил игру в ближе-дальше и теперь медленно увеличивал громкость. Вскоре уходящая вниз видимая часть коридора стала темнеть. Вихрь был уже практически за поворотом. Стам, стараясь не потерять сцепление с полом, с огромным усилием подчинил себе дрожащие мышцы и сделал еще несколько рывков. Впереди, увенчивая коридор, за несколько последних метров обретающий наклон чуть ли не в шестьдесят градусов, в конце изгибающейся правой стены виднелся выход в виде закрытой белой двери с черной ручкой.
Вихрь существенно замедлил движение. Было ощущение, что он выдохся так же, как и Стам. Медленно появившись из-за поворота, он продолжил свое разрушительное восхождение с трудом. Коридор теперь сопротивлялся вихрю гораздо дольше – некоторые обломки каркаса держались вплоть до момента, когда вихрь не поглотит их полностью. Вихрь сначала превращал коридор в скелет, и только затем уже начинал отламывать, расшатывая, целые куски. Куски уже не крошились в недрах вихря, а летели куда-то вниз, в черную пустоту.
И все же вихрь подбирался к Стаму.
Возникни такая ситуация у второй таблички, Стам бы рискнул рвануть зигзагом от стены к стене наверх, к двери изо всех сил. Набранная за первые метры скорость, возможно, позволила бы преодолеть крутой наклон у самой двери и ухватиться за ручку. Но сейчас организм выбился из сил. Адреналина уже не осталось, а мышцы ног невыносимо ныли и грозились отказать в ответственный момент.
Через двадцать секунд вихрь раздербанивал коридор уже в какой-то паре метров от Стама. Стам медлил.
В полутора. Стам почувствовал сильный ветер.
В метре. Стам подобрался. По спине ручьем бежал холодный пот. Эмоциональное состояние вообще оставляло желать лучшего.
Вихрь словно пульсировал, то пытаясь отдохнуть, то вновь с упорством набрасываясь на несчастный коридор. Скорость у него стала совсем никудышной, но не упала до нуля.
Фактура пола обеспечивала хорошее сцепление. Будь пол гладким, Стам бы давно уехал вниз. Но все равно уверенности в том, что это сцепление оправдает себя на последних метрах до двери, не было.
Стам продвинулся ползком еще на пару метров. До двери оставалось еще метра три. Вихрь умирал с интенсивностью геометрической прогрессии. Двумя метрами ниже коридор дрожал и скармливал вихрю мелкие кусочки себя. Вихрю понадобилась минута, чтобы преодолеть эти два метра. Ему уже не хватало мощности чтобы ломать стены, зато он довольно ощутимо навалился на распластавшегося на полу Стама. Сначала Стама сильно-сильно прижало к полу, а затем потащило в сторону и слегка подбросило. Этим результатом вихрь ограничился. Приземлившись с размаху обратно на пол, Стам заскользил вниз к пустоте.
Край уцелевшего участка коридора был раскурочен. Направляющие рейки каркаса, арматура, обломки стен, пола и потолка предоставляли кучу возможностей за них зацепиться. Стам сам не понял, как это произошло, но скользившая по полу правая рука внезапно провалилась в какую-то дырку, и почти сразу же похожую дырку нашла левая. Ноги тем временем уже болтались над пустотой. Стам осторожно обернулся и посмотрел назад. Вокруг не было ничего. Коридор висел в полнейшей черной пустоте. Возможно, здесь просто было высоко, но из-за едва проникающего сюда освещения от уцелевших лампочек около двери, выяснить это достоверно было проблематичным.
Стам осторожно подтянул в коридор нижнюю половину туловища. До двери отсюда было метров пять. Гулявший по коридору ветер успокаивался. Видимо, вихрь достиг двери и там благополучно умер. Стаму нужно было туда же. Проверять при этом, что находится внизу, он совершенно не желал.
За ручку двери Стам схватился только через полчаса. Это была третья попытка. Два раза он скатывался вниз и от полета в пустоту его спасали только дыры в полу. При первой попытке он рассек себе руки об края дырок. При второй сразу уцепиться удалось только одной рукой, и болевые ощущения были двойными.
Перед удачной попыткой Стам отдыхал десять минут, после этого собрал в кулак всю силу воли и выжал из мышц все, на что они еще были способны. Он бежал зигзагом от стены к стене, отталкиваясь каждый раз от стен с силой руками. Двери он достиг на карачках. Ему еле хватило дистанции, чтобы ухватиться за ручку. На счастье, та оказалась очень прочной – последовавший вслед за этим рывок вырвал бы большинство обычных дверных ручек с корнем и отправил бы Стама вниз, причем на этот раз кубарем, так что возможность удачно зацепиться за край в самом низу была бы минимальной.
Стам подтянул себя к двери и повернул ручку.
Помещение, в которое вполз Стам, сильно походило на типичный прямоугольный школьный спортзал. В коротких торцах этого прямоугольника симметрично друг напротив друга располагались две белые двери – через первую из них Стам попал сюда. В правой длинной стене находилась третья – серая дверь. Левая стена была сплошной. Сам зал был выкрашен тоже типичной зеленой краской. Покрытие пола напоминало резину. Под потолком висели мощные лампы дневного света. Прямо перед Стамом, метрах в трех от двери позади него возвышалась округлая стойка стального цвета. Такая же виднелась перед второй дверью в другом конце зала. Там же над дверью висело большое выключенное электронное табло.