- -
- 100%
- +
Книга 1: Страшные истории. Глава 1
«Глава 1 Жуткие рассказы»
«История №1»
«Девушка которую похоронили заживо»
(18+)
Лина не пыталась выстроить образ идеального жениха, она ожидала бурного скандала, признания в измене или еще чего похуже.Но то, что с ней произошло она даже подумать об этом не могла!
Сначала он заявил о том, что «очень устал от нее» а после угрожая пистолетом и призвав на помощь своего лучшего друга, связал и уложил в ящик.Пытаясь избавиться от матери своего трехлетнего сына муж увез Лину в лес и закопал ее в землю, оставив умирать от нехватки кислорода.Лина очнулась в темноте и духоте, и единственная мысль которая крутилась у нее в голове,была о маленьком сыне.При помощи своего кольца она разрезала веревки и буквально выцарапала себе дорогу наружу.Оказалось что она провела в гробу немного времени, около двух часов.Лина рассказала, что в течение двух недель после того случая она не могла нормально дышать,двигаться и спать.Мужа и брата приговорили к 20 годам лишения свободы.
«История №2»
«Джефф убийца»
(18+)
Всё началось с переезда. Новый город, новая школа, новые лица. Мой брат Лью и я всегда были близки, но даже он не мог понять, что творилось у меня в голове. Я всегда чувствовал… что-то. Злость, тревогу, какое-то неясное предчувствие. Я просто не мог это контролировать.
В школе нас сразу же достали хулиганы. Рэнди, Трой и Кит – три отморозка, которым нравилось издеваться над новенькими. Сначала это были просто словесные оскорбления, но потом они перешли к физическому насилию. Я старался держаться, но внутри меня кипела ярость.
Однажды, после школы, они напали на нас с Лью. Они были вооружены, и Лью был серьезно ранен. Во мне что-то сломалось. Всё потемнело, и я почувствовал… облегчение. Я просто… сорвался. Я дрался, как зверь, и, в конце концов, заставил их убежать.
Лью арестовали за то, что я сделал. Я знал, что должен был защитить его, но было уже слишком поздно. Это была последняя капля. Что-то щелкнуло внутри меня. Я понял, что больше не хочу бояться. Я хочу, чтобы боялись меня.
В ту ночь, на вечеринке, я столкнулся с Рэнди и его дружками. Они напали на меня с ножами. Я получил несколько ножевых ранений, но это не имело значения. Я просто смеялся. Смеялся, как сумасшедший. Я отобрал у них ножи и начал резать. Я чувствовал… свободу.
В больнице, когда с меня сняли бинты, я увидел свое отражение. Мое лицо было обезображено, моя кожа белой, как мел, а мои глаза – черными, как уголь. Я смотрел на себя и… улыбался. Я не мог остановиться. Улыбка растянулась до ушей.
–"Я прекрасен!" – прошептал я.
Я попросил сестру подержать зеркало, пока я разрезал себе щеки, чтобы улыбка была постоянной. Я не мог перестать улыбаться. Я поджег свои веки, чтобы больше никогда не моргать. Чтобы видеть все время.
Когда я вернулся домой, я пришел в комнату брата. Он проснулся.
–"Джефф?" – спросил он.
Я подошел к нему ближе. В моих руках был нож.
–"Иди спать", – прошептал я.
«История №3»
«Цена тишины»
(18+)
Она жила в доме на краю леса, в доме, который помнил больше, чем рассказывал. Звали ее Эмили, и ей было семь лет. У нее были волосы цвета опавшей листвы и глаза, в которых, казалось, отражались сумерки.
Все началось с шепота. Сначала она слышала их только в своей комнате, когда гас свет. Тихие, царапающие голоса, похожие на шорох сухих листьев, перебирающих кости. Она спрашивала маму, что это, но мама только улыбалась и говорила, что это просто ветер.
Но ветер не умеет говорить.
Шепот становился громче, увереннее. Теперь она слышала его и днем, когда играла в саду. Голоса складывались в слова, складывались в предложения. Они рассказывали ей истории, истории о доме, о его глубоких, темных корнях, о тех, кто жил здесь до нее. Истории о боли и отчаянии.
Однажды, когда Эмили рисовала в своей комнате, голоса заговорили четче, чем когда-либо. Они сказали ей, что дом голоден. Что он требует жертву.
И они сказали ей, кого он хочет.
Она рассказала маме о голосах, о том, что они хотят. Мама, испугавшись, позвала доктора. Доктор сказал, что у Эмили богатое воображение, что она просто напугана старым домом. Он прописал ей лекарства, чтобы она лучше спала.
Но лекарства не помогали. Шепот становился только громче, настойчивее. Они давили на нее, уговаривали, угрожали.
Однажды ночью, когда луна была тонкой, как лезвие ножа, Эмили проснулась от леденящего душу холода. Шепот превратился в хор, окружающий ее со всех сторон. Они говорили ей, что пришло время.
Она встала с кровати, словно в трансе. Ее маленькие ножки бесшумно скользили по деревянному полу. Она вышла из своей комнаты и направилась вниз по лестнице.
Она прошла мимо комнаты своих родителей. Дверь была слегка приоткрыта. Она видела их, спящих в объятиях друг друга.
Она знала, что должна сделать. Голоса не давали ей покоя.
На кухне она взяла самый большой кухонный нож. Он был тяжелым в ее маленькой руке, но она не чувствовала страха. Только странное, необъяснимое спокойствие.
Она вернулась в комнату своих родителей.
А дальше… лучше не рассказывать.
На следующее утро в доме на краю леса стало тихо. Слишком тихо. Не было слышно ни детского смеха, ни голосов взрослых. Только шепот ветра, проникающего сквозь щели в старых стенах.
Иногда, если прислушаться, можно услышать, как шепчут стены. Говорят, что дом был доволен. Что он накормлен.
А иногда, очень редко, если прислушаться очень внимательно, можно услышать тихий детский голосок, повторяющий снова и снова: "Дом голоден… дом голоден…"
И самое страшное то, что иногда кажется, что этот голосок становится все ближе.
«История №4»
«Страшный водитель»
(18+)
Анна была вынуждена допоздна задерживаться на работе. Уставшая, она вызвала такси. Машина приехала быстро, но водитель был странным: молчаливый, с темными очками, скрывающими его глаза. По дороге Анна почувствовала неладное – маршрут был незнакомым, а водитель ехал все быстрее. Наконец, машина свернула на проселочную дорогу, петляющую через густой лес. Анна запаниковала.
–"Куда мы едем?!" – закричала она. Водитель медленно обернулся, снял темные очки и прошептал:
– "Туда, откуда никто еще не вернулся!»". В его глазах была пугающая пустота, и Анна поняла, что едет не с таксистом, а с самой смертью.
«История №5»
«Отражение в зеркале»
(18+)
Каждое утро Маша смотрела в зеркало, чтобы нанести макияж. Но однажды она заметила, что ее отражение ведет себя странно. Оно двигалось немного медленнее, чем она, а улыбка казалась натянутой и зловещей. С каждым днем отражение становилось все более независимым. Оно начало повторять слова, которые Сара думала, но не произносила, а иногда и просто беззвучно хохотать, глядя ей в глаза. Однажды утром, когда Сара подошла к зеркалу, ее отражение ухмыльнулось и прошептало:
–"Теперь я – это ты". Затем оно протянуло руку, выхватило Сару из реальности и затянуло в зеркало, где та навсегда стала пленницей своего собственного зловещего отражения. В реальном мире отражение заняло ее место, и никто не заметил подмены.
«История №6»
«Эхо из погреба»
(18+)
Семья переехала в старый дом, расположенный в тихом пригороде. Сразу после въезда, их младший сын, Тима, начал жаловаться на странные звуки, доносящиеся из погреба. Сначала это было тихое шуршание, потом – приглушенный шепот, а затем – детские голоса, зовущие его по имени. Родители списывали все на детское воображение, пока однажды ночью сами не услышали это жуткое эхо.
Решив разобраться, отец, Дима, спустился в погреб. Темнота была непроглядной, а воздух – затхлым и холодным. Включив фонарик, он увидел только пыльные полки и старые инструменты. Но голоса не стихали, они звучали все ближе и отчетливее. Вдруг луч фонаря выхватил из темноты небольшую детскую игрушку – плюшевого мишку, сидящего на полу. Когда Дима подошел к нему, мишка поднял голову и прошептал голосом Тимы: –"Ты пришел играть с нами?"
Дима в ужасе бросился обратно наверх, оставив мишку в темноте. Той ночью Тима пропал. Родители обыскали весь дом и окрестности, но мальчика нигде не было. Единственное, что они нашли в его комнате, – это его дневник, на последней странице которого было написано: "Они позвали меня. Они сказали, что мне здесь будет лучше". С тех пор из погреба доносится не только эхо, но и тихий детский смех, который никогда не прекращается.
«История №7»
«Кукла марионетка»
(18+)
Елизавета была коллекционером старинных кукол. Однажды на распродаже она наткнулась на необычную куклу-марионетку. Ее лицо было мрачным, а глаза казались живыми. Элизабет не смогла устоять и купила ее. Принеся куклу домой, она поставила ее на полку в своей комнате.
Спустя несколько дней Лиза начала замечать, что вещи в ее доме меняют свое положение. Двери открывались и закрывались сами по себе, а предметы переставлялись с места на место. Сначала она думала, что ей это кажется, но вскоре поняла, что за ней кто-то наблюдает. Однажды ночью она проснулась от того, что почувствовала на себе чей-то взгляд. Открыв глаза, она увидела куклу-марионетку, стоящую у ее кровати. Ее глаза горели зловещим огнем, а рот растянулся в жуткой ухмылке.
Кукла начала тянуть за нити, прикрепленные к рукам и ногам Лизы. Девушка почувствовала, как ее тело выходит из-под контроля. Она кричала, но никто не слышал. Кукла танцевала с ней в жутком вальсе, пока Элизабет не почувствовала, что теряет сознание. Утром ее нашли мертвой, с безумной улыбкой на лице и куклой-марионеткой, лежащей у ее ног, с перерезанными нитями и отрезком нити, обернутым вокруг шеи Лизы.
«История №8»
«Кожаный переплет»
(18+)
Библиотекарь по имени Максим всегда гордился своей работой в старинной библиотеке. Однажды, разбирая давно забытую секцию, он наткнулся на книгу, переплетенную в странную, неестественно гладкую кожу. На обложке не было ни названия, ни автора. Любопытство пересилило, и Максим открыл книгу.
Первые страницы были исписаны красивым, но незнакомым языком. Затем пошли иллюстрации – ужасающие сцены пыток и ритуалов, от которых у Максима стыла кровь в жилах. Но самое страшное было то, что по мере чтения он чувствовал, как его собственное тело меняется. Кожа на его руках начала истончаться и бледнеть, а в глазах появился безумный блеск.
Максим попытался закрыть книгу, но она словно приклеилась к его рукам. Он чувствовал, как книга поглощает его сущность, переписывая его душу на своих страницах. С каждым перевернутым листом он становился все больше похож на одного из персонажей ужасных иллюстраций. Наконец, когда была перевернута последняя страница, Максим исчез, оставив после себя лишь пустой кожаный переплет. С тех пор, когда кто-то из сотрудников библиотеки находит эту книгу, на ее обложке появляется новое имя, выгравированное словно изнутри.
«История №9»
«Звонок из ниоткуда»
(18+)
Василиса работала оператором экстренной службы. Ночь была тихой, пока на ее телефон не поступил звонок. На экране высветилось "Неизвестный номер". Она ответила, и в трубке раздался детский плач.
–"Помогите, я потерялся в лесу! Я боюсь!" – всхлипывал ребенок.
Василиса попыталась успокоить его и узнать его местоположение, но ребенок только плакал и повторял, что заблудился. Она отследила звонок, но координаты указывали на глухую лесную чащу, где не было ни домов, ни дорог. Полиция отправилась на поиски, но никого не нашла.
Звонки от неизвестного номера повторялись каждую ночь. Ребенок плакал и просил о помощи, но его невозможно было найти. Василиса начала сходить с ума от беспомощности. Однажды ночью, когда зазвонил телефон, она услышала в трубке не детский плач, а жуткий шепот:
–"Ты не смогла мне помочь. Теперь ты будешь со мной в этом лесу навсегда".
В этот момент в ее комнате погас свет, и она почувствовала ледяное прикосновение к своей руке. На следующее утро ее нашли на рабочем месте, без сознания и с безумным взглядом. С тех пор, если вам позвонят с неизвестного номера, не отвечайте. Возможно, это зов из леса, откуда нет возврата.
«История №10»
«Эхо зеркального дома»
Туристы, жаждущие острых ощущений, приезжали в городок Рейвенвуд, чтобы посетить "Зеркальный дом" – заброшенный особняк, известный своими оптическими иллюзиями и, конечно же, привидениями. Ходили слухи, что внутри дома обитают души людей, заблудившихся в лабиринте зеркал и навечно застрявших в отражениях. Группа друзей, игнорируя предупреждения местных жителей, решила провести ночь в этом доме.
С наступлением темноты, атмосфера внутри дома стала гнетущей. Коридоры искривлялись, отражения множились, а тихие шорохи превращались в зловещие шепоты. Вскоре друзья потерялись. Каждый в одиночку блуждал по бесконечному лабиринту зеркал, видя в каждом отражении искаженные лица, манящие жесты и пугающие силуэты.
Постепенно, друзья начали пропадать. Один за другим они исчезали, растворяясь в зеркальной бесконечности. Последний оставшийся в живых, Дэвид, в панике бежал по коридорам, видя перед собой лишь бесчисленные копии самого себя, искаженные страхом. Внезапно, он увидел впереди выход. Но когда он подбежал к двери, его отражение протянуло руку и схватило его за запястье. В ужасе Дэвид попытался вырваться, но его отражение было сильнее. Оно затянуло его в зеркало, в мир искаженных отражений, где он стал одним из тех, кто навсегда застрял в Зеркальном доме, лишь бледным эхом прошлой жизни.
Книга 2: Страшные Истории. Глава 2
«Глава 2 Мрачные рассказы»
«История №1»
«Бабкин дом»
(18+)
Ветер выл, словно голодный зверь, срывая с крыши старого дома листья, похожие на высохшие пальцы. Дом этот, стоявший на самом краю деревни, пустовал уже лет тридцать, с тех пор как пропала старуха Надька, известная всем как Бабка. Говорили, что она колдовала, что в её доме творилась нечисть. Я никогда не верил в эти сказки, пока не увидел дом своими глазами.
Это был не просто старый дом, а как будто старый сгнивший сарай наполненный зловещим покоем. Окна, словно глазницы, были пусты, затянуты паутиной, дверь скрипела, словно стонала от боли. Ночью, под луной, дом казался ещё более жутким, его силуэт напоминал скрюченную фигуру, готовоую сползти с холма и поглотить всё на своём пути.
Я, будучи подростком, жаждавшим острых ощущений, решил проникнуть внутрь. Друзей у меня не было, поэтому я шёл один, с фонариком в руке и сердцем, бешено колотившимся в груди.
Дверь поддалась с лёгким скрипом. Запах плесени и сырости ударил в нос. Внутри было темно и холодно, воздух густой и тягучий. Фонарик еле освещал узкий коридор, ведущий вглубь дома. Стены были покрыты трещинами, потолок местами провалился, образуя зияющие дыры. Я слышал, как за моей спиной что-то шуршит, но старался не оглядываться.
В одной из комнат я обнаружил старую книгу, переплетённую в человеческую кожу. Страницы были исписаны непонятными символами, а чернила казались влажными, как свежая кровь. Когда я коснулся страницы, я почувствовал холод, пронзивший меня до костей.
Внезапно, в доме погас свет. Фонарик выпал из моих рук. Я упал на колени, закрыв глаза от ужаса. Я слышал, как что-то приближается, как что-то ползёт по полу, его дыхание тяжелое и горячее.
Тогда я услышал её голос, тихий и хриплый, словно шепот ветра:
–"Ты не должен был сюда приходить…"
Я выбежал из дома, не оглядываясь. Я бежал, словно за мной гналась сама смерть. Дома я долго не мог прийти в себя. Я больше никогда не приближался к Бабкину дому. И по сей день, я слышу по ночам её голос, шепчущий из темноты: "Ты… не… должен… был…"
«История №2»
«Последний арендатор»
(18+)
Хэллоуин. Глупая идея – прогуляться по кладбищу в паре кварталов от дома. Но нам было плевать на страшилки. Мы же не верили в эту чушь, правда?
Рядом стояло зловещее здание – проклятое, как шептались местные. Там постоянно открывались рестораны, но ни один не задерживался больше месяца. Говорили, что повара слышали голоса на пустой кухне, а посетители – шаги в темноте, когда все уже ушли.
А еще… у этого места был "задний двор". То самое кладбище.
В ту ночь в здании горел свет.
Мы замерли. Оно же должно было быть пустым – новый арендатор еще не нашелся. Но в одном из окон стояла женщина. Длинное розовое платье, будто выцветшее от времени. Она не двигалась. Просто смотрела.
– Наверное, манекен, – фальшиво рассмеялся кто-то из нас.
Но манекены не следят за тобой взглядом.
Мы медленно шли вдоль здания, а ее силуэт скользил за нами – от окна к окну. Беззвучно. Без шагов.
– Она… она не может так быстро… – кто-то прошептал.
И тогда мы побежали.
Крики, спотыкающиеся шаги, ледяной ветер в лицо. Мы обернулись – окна позади были пусты.
Значит, она ушла?
Но, добежав до торца здания, мы увидели ее.
Она стояла снаружи.
Хотя там не было дверей.
Хотя там не было окон.
Розовое платье колыхалось на ветру, а ее лицо… оно было нечетким, будто размытым. Но мы чувствовали ее улыбку.
Мы рванули прочь, не оглядываясь.
На следующий день в зела табличка "Сдается в аренду".
А через неделю там открылось новое кафе.
«История №3»
«Сестра в серебристой Королле»
(18+)
В колледже я каждые выходные мотался домой – 145 километров по пустынному шоссе. В ту субботу моя подруга Лена решила составить мне компанию, но на своей машине – серебристой «Тойоте Королле».
А ночью мне приснилась девочка.
Маленькая, бледная, в платьице, которое казалось чуть больше ее самой. Она взяла меня за руку и прошептала:
– Пожалуйста… позаботься о моей сестре.
Потом протянула фотографию.
Авария.
Две машины – серебристая «Королла» и черный «Форд Эксплорер» – переплелись в металлическом скрежете.
Я проснулся в холодном поту.
Утром сразу позвонил Лене.
– У тебя есть сестра? – выпалил я, хотя знал только о ее братьях.
Тишина. Потом глухой голос:
– У мамы… была мертворожденная девочка.
– Сколько бы ей сейчас было?
– Пять…
Столько же, сколько той девочке во сне.
Я уговорил Лену ехать в моей машине. Она смеялась, называла меня параноиком, но согласилась.
А на следующий день, уже дома, я включил новости.
Авария.
Тот же участок шоссе.
Тот же черный «Форд Эксплорер».
Но «Короллы» там не было.
Лена до сих пор благодарит меня за «бредовый» сон.
А я… Я иногда просыпаюсь от легкого прикосновения к руке. Будто кто-то говорит спасибо.
«История №4»
«Земля под полом»
(18+)
Этот дом стоял на древней земле. Мы знали – до нас здесь жили другие. Их следы находили повсюду: наконечники стрел в огороде, странные камни, выложенные полукругом у старого дуба, пепел костров под тонким слоем почвы.
Когда мы с мамой переехали сюда после развода, дом казался слишком большим для нас двоих. И слишком тихим.
Первое время я списывал странности на скрипы старого дерева. Но потом шаги начали спускаться по лестнице каждую ночь – тяжелые, мокрые, будто кто-то поднимался из подвала, ступая босыми ступнями по дереву.
Я проверял – никого.
Мама говорила, что я слишком много смотрю ужастиков.
Но в ту ночь, когда мы с Димкой остались одни, дом показал себя.
Мама уехала в командировку. Идеальный повод устроить вечеринку для двоих: музыка, пиво, может быть, даже девочки.
Но мы даже не успели открыть первую банку.
Подвал.
Там было прохладно даже в самый жаркий день. Мы спускались, смеясь над своими глупыми страхами, когда я заметил – плакат «Желтая подводная лодка» висит криво.
– Ты задел его? – спросил Димка.
Я поправил.
Прошли дальше.
И замерли.
Все фотографии на стенах были наклонены влево.
Ровно так же.
Будто кто-то прошел, задевая каждую.
Тишина сдавила горло.
– Прикол… – прошептал Димка, но голос дрожал.
Потом мы увидели дверь в кладовку.
Она была приоткрыта.
А внутри горел свет.
Кладовка.
Комната без пола – только земля, холодная и липкая, будто только что перевернутая лопатой.
Я знал: выключатель в трех метрах от входа.
– Кто-то… забыл выключить, – сказал я, но сердце колотилось так, что в висках звенело.
Я шагнул внутрь.
Земля пахла могилой.
Рука потянулась к выключателю – и тут Димка вскрикнул.
– След!
На полу, в липкой грязи, отпечаталась стопа.
Но не человеческая.
Слишком длинная. Слишком узкая.
Пальцы… их было слишком много, искривленных, как корни старого дерева.
А между ними – что-то блестело.
Я рванул выключатель.
Тьма.
Только запах сырости и тихий, мокрый звук – будто кто-то сделал шаг в нашу сторону.
Мы не дышали.
Потом – хлоп! – дверь захлопнулась сама.
Мы бежали.
Наутро я позвонил маме.
– Ты включала свет в кладовке?
– Я там не была неделями, – ответила она. – Там вообще нет лампочки.
Я не стал рассказывать про след.
Но иногда, когда ночью шаги спускаются в подвал…
Я слышу, как скрипит дверь кладовки.
«История №5»
«Запретная дверь»
(18+)
В четверг утром дом принял меня с равнодушной прохладой. Как и планировал, я проверил все комнаты, убедился, что все в порядке. Уже собирался уходить, когда что-то кольнуло в памяти – в подвале все еще горел свет. Проклятие, оставил включенным. Обычно я бы просто выключил его в следующий раз, но почему-то мне не хотелось оставлять горящий свет в пустом доме. Не колеблясь, я спустился вниз.
Странное дело, но пребывание там утром, залитым скупым, рассеянным светом, ощущалось иначе. Подвал, обычно вызывающий дрожь, в то утро казался… почти уютным? Прекрасным местом – пожалуй, слишком сильное определение, но в нем не было того угнетающего чувства, которое я испытывал прежде. Спустившись по шаткой лестнице, мой взгляд неминуемо упал на дверь. На ту самую дверь. Больше не казалась страшной, не вызывала желания бежать без оглядки. Наоборот, появилось какое-то странное, болезненное любопытство. Почему бы ее не осмотреть? Просто заглянуть, удовлетворить любопытство?
Я подошел к проклятому шкафу и, отчетливо помню, совсем не чувствовал страха. Не было ни малейшего намека на ту парализующую панику, которая сковывала меня раньше. Пока… Пока я не протянул руку к отверстию дверной ручки, чтобы открыть ее.
Как только моя рука приблизилась к металлу, я почувствовал это электрическое ощущение (мгновенно!). Словно воздух перед грозой, наэлектризованный до предела. Мое воображение мгновенно нарисовало картину: рука проходит сквозь это отверстие, тонкая, костлявая, с ледяными пальцами, и хватает меня за запястье. Дергает внутрь, в темноту.
Это было похоже на педаль газа, вдавленную в пол. От нуля до ста, от полного отсутствия страха к уверенности, что произойдет нечто ужасное, чудовищное, если я открою эту дверь. Трудно описать это иначе, чем это электрическое чувство. Оно пульсировало, вибрировало в воздухе, проникало сквозь кожу, достигало костей.
С трудом оторвав взгляд от дверной ручки, я развернулся и быстрым шагом поднялся наверх. Хватит. Хватит с меня подвалов и старых домов.
Я собрал оставшиеся вещи наверху, напоследок окинул взглядом дом и вышел, захлопнув за собой дверь. Больше я туда не возвращался.
Месяц спустя я встретился с братом на «счастливый час» в одном из местных баров. После пары стаканчиков виски разговор неизбежно свернул к теме моей неудачной покупки. Мы начали шутить обо мне, моем лунатизме и, конечно, жутком подвале. В какой-то момент я не выдержал: «Ты так ни разу и не ответил мне, что за дверью, черт возьми?»